Решение

именем Российской Федерации

18 ноября 2019 года город Улан-Удэ

Улан-Удэнский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Зырянова А.А., при секретарях Цыреновой А.Э. и Базаровой И.Ч., с участием представителя истца ФИО1, представителя третьего лица – командира войсковой части 11111 ФИО2, ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-126/2019 по исковому заявлению командира войсковой части 22222 к военнослужащему войсковой части 22222 

<

данные изъяты> ФИО3 о взыскании материального ущерба,

установил:

Командир войсковой части 22222 обратился в суд с исковым заявлением, в котором с учетом уточненных требований просил взыскать с ответчика 65043 рубля 74 копейки в счет возмещения материального ущерба, причиненного ФИО3 во время прохождения военной службы в войсковой части 11111 в должности командира роты № 1.

В обоснование заявленных требований истец указал, что по результатам проверки войсковой части 11111, проведенной Межрегиональным управлением ведомственного финансового контроля и аудита Министерства обороны Российской Федерации (по Восточному военному округу) за период с 1 января 2016 года по 30 апреля 2018 года, был выявлен незаконный расход продовольствия, допущенный в результате несвоевременного снятия военнослужащих, проходящих военную службу по призыву, с котлового довольствия при убытии на излечение в госпиталь. При этом, в роте связи (привязки) батальона 

<

данные изъяты> войсковой части 11111, возглавляемом ответчиком в период с 1 января 2016 года по 31 октября 2017 года при убытии на стационарное лечение в Федеральное государственное казенное учреждение 

<

данные изъяты> (далее – 

<

данные изъяты>) с котлового довольствия были несвоевременно сняты 24 военнослужащих, а в период с апреля по май 2017 года, когда ответчик исполнял обязанности командира роты молодого пополнения, были несвоевременно сняты 6 военнослужащих.

По мнению истца, 

<

данные изъяты> ФИО3 подлежит привлечению к полной материальной ответственности в размере причиненного ущерба в соответствии со статьей 5 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих», поскольку он, являясь ответственным за своевременную постановку (снятие) военнослужащих роты № 1 и роты молодого пополнения войсковой части 11111 на довольствие (с довольствия), ненадлежащим образом исполнял свои должностные обязанности.

В судебном заседании представитель истца – войсковой части 22222 ФИО1 предъявленный иск поддержал.

Поддержал иск и представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, на стороне истца – командира войсковой части 11111 ФИО2

Ответчик ФИО3 иск не признал и пояснил, что ему, как командиру роты, ежедневно не представлялась информация о направлении военнослужащих его роты, направленных из медицинского пункта воинской части в госпиталь на излечение. Данной информацией обладал медицинский персонал медицинского пункта воинской части, который и должен был подавать соответствующие сведения командованию воинской части. Сверку личного состава его роты, он, в соответствии с уставом, проводил своевременно. Кроме того, снятие с котлового довольствия военнослужащих роты осуществлялось приказами командира воинской части на основании рапортов командира батальона 

<

данные изъяты> и старшины, а не командира роты. Обязанности командира роты молодого пополнения он исполнял на основании приказа командира войсковой части 11111 от 20 апреля 2017 года № № с 1 июня по 15 июля 2017 года. Таким образом, по мнению ответчика, несвоевременное снятие военнослужащих роты № 1 и роты молодого пополнения войсковой части 11111, убывающих в период с 1 января 2016 года по 31 октября 2017 года на лечение в госпиталь, произошло не по его вине.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, на стороне истца – федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Забайкальскому краю» ФИО4 в судебное заседание не прибыла, ходатайствуя о рассмотрении дела в ее отсутствие, при этом в поданном в суд письменном заявлении полагала иск подлежащим удовлетворению.

Заслушав объяснения сторон и исследовав письменные доказательства, военный суд исходит из следующего.

Как видно из выписок из приказов командира войсковой части 33333 от 17 ноября 2010 года №, от 24 августа 2017 года №, от 8 ноября 2017 года № и выписки из приказа командира войсковой части 11111 от 31 октября 2017 года №, 

<

данные изъяты> ФИО3 с 17 ноября 2010 года по 31 октября 2017 года проходил военную службу в войсковой части 11111 в должности командира роты связи (привязки) батальона 

<

данные изъяты>. С 1 ноября 2017 года по настоящее время ФИО3 проходит военную службу в войсковой части 22222.

Согласно приказу командира войсковой части 11111 от 20 апреля 2017 года № 

<

данные изъяты> ФИО3 с 1 июня по 15 июля 2017 года исполнял обязанности командира роты молодого пополнения войсковой части 11111.

Как следует из акта выездного контрольного мероприятия финансово-экономической и хозяйственной деятельности Межрегионального управления ведомственного финансового контроля и аудита Министерства обороны Российской Федерации (по Восточному военному округу) от 7 июня 2018 года № (далее – Акт) и приложенной к нему справки-расчет (приложение №), в ходе проверки войсковой части 11111 комиссией был выявлен незаконный расход продовольствия (несвоевременное снятие личного состава с котлового довольствия при убытии на излечение в госпиталь) за период с 1 января 2016 года по 30 апреля 2018 года на общую сумму 322039 рублей 88 копеек.

В соответствии со статьей 358 Устава внутренней службы Вооруженных сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495, солдаты и сержанты направляются в медицинский пункт полка дежурным по роте под командой санитарного инструктора роты или старшего, назначенного из числа больных. После осмотра врачом (фельдшером) заболевшие, в зависимости от характера заболевания, направляются для лечения в лазарет медицинского пункта полка или в госпиталь.

Согласно статьи 362 Устава внутренней службы Вооруженных сил Российской Федерации на стационарное лечение вне расположения полка военнослужащие направляются командиром полка, а для оказания неотложной помощи в отсутствие врача - дежурным фельдшером (санитарным инструктором) по медицинскому пункту с одновременным докладом начальнику медицинской службы полка и дежурному по полку. Доставка больных в лечебное учреждение осуществляется санитарным транспортом полка в сопровождении фельдшера (санитарного инструктора). При направлении на лечение вне расположения полка военнослужащие, кроме прочего, должны иметь при себе направление, подписанное командиром полка, медицинскую книжку, документ, удостоверяющий личность, личные вещи и аттестат на продовольствие.

Статьей 363 этого же Устава установлено, что начальник (командир) военно-медицинского учреждения (медицинской части) обязан в тот же день сообщить командиру полка обо всех военнослужащих, поступивших на стационарное лечение вне расположения полка.

Согласно пункту 5 Руководства по продовольственному обеспечению военнослужащих Вооруженных сил Российской Федерации и некоторых других категорий лиц, а также обеспечению кормами (продуктами) и подстилочными материалами штатных животных воинских частей в мирное время, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 21 июня 2011 года № 888 (далее – Руководство), в случае срочного поступления на лечение в военно-медицинское учреждение военнослужащий зачисляется на продовольственное обеспечение на основании приказа начальника военно-медицинского учреждения. Одновременно из воинской части, из которой убыл военнослужащий, запрашивается его аттестат (заверенная копия талона аттестата).

Пунктом 9 Руководства установлено, что военнослужащие снимаются с продовольственного обеспечения на основании приказа командира воинской части об убытии с выдачей им аттестатов военнослужащего.

Анализируя изложенные нормы в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу о том, что на командира роты не возложено обязанности контролировать убытие на лечение в госпиталь военнослужащих, направленных в медицинский пункт полка и снимать их с довольствия при госпитализации. Как следует из вышеприведенных норм, убывающие на лечение в госпиталь военнослужащие, уже должны иметь при себе продовольственные аттестаты, а в случае срочной госпитализации военнослужащий зачисляется на продовольственное обеспечение на основании приказа начальника военно-медицинского учреждения, после чего в части запрашивается его аттестат, а снятие с продовольственного обеспечения и выдача соответствующего аттестата производится на основании приказа командира воинской части, коим ответчик не является.

Как видно из справок-расчетов № от 14 февраля 2019 года и № от 28 октября 2019 года, в периоды с 27 апреля по 30 мая 2017 года и с 1 января 2016 года по 31 октября 2017 года соответственно, военнослужащие роты молодого пополнения и роты связи (привязки) батальона 

<

данные изъяты> войсковой части 11111, поступившие на лечение в 

<

данные изъяты>, были сняты с продовольственного обеспечения в воинской части с опозданием.

Вместе с тем, ни в Акте, ни в приложенной к нему справке-расчет (приложение № 4), которыми установлены нарушения статьи 145 Устава внутренней службы Вооруженных сил Российской Федерации и пунктов 4, 9 и 45 Руководства, связанные с несвоевременным снятием личного состава с котлового довольствия при убытии на излечение в госпиталь, повлекшие незаконное расходование продовольствия на общую сумму 322039 рублей 88 копеек, а также в вышеуказанных справках-расчетах, вина и непосредственная причастность ФИО3 к причинению ущерба не констатируется.

Как следует из заключения по материалам административного расследования, проведенного по результатам вышеуказанной инспекции, вина ФИО3 в несвоевременном снятии госпитализированных военнослужащих роты № 1 и роты молодого пополнения устанавливалась не на основании конкретных фактов, свидетельствующих о непосредственной причастности ответчика к образованию ущерба, а лишь исходя из содержания статьи 145 Устава внутренней службы Вооруженных сил Российской Федерации и пункта 9 Руководства.

Однако приведенные в заключении нормы непосредственно обязанности командира роты, в случаях госпитализации его подчиненных, не регламентируют.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, что вопреки указанной норме закона не было сделано истцом.

Истцом не представлены какие-либо доказательства, подтверждающие, что военнослужащие вверенного ответчику подразделения, направленные на излечение в госпиталь, несвоевременно снимались с котлового довольствия по вине ФИО3, в качестве таковых не представлено суду и документов, подтверждающих, что снятие военнослужащих с котлового довольствия производилось по рапортам ответчика. Не представлены истцом на запрос суда и другие документы, которые могли бы подтвердить обстоятельства, изложенные в исковом заявлении.

Кроме того, не представлены истцом и доказательства, подтверждающие исполнение ответчиком обязанностей командира роты молодого пополнения в апреле и мае 2017 года. 

Как было указано ранее, 

<

данные изъяты> ФИО3 исполнял такие обязанности на основании приказа командира войсковой части 11111 от 20 апреля 2017 года № только с 1 июня по 15 июля 2017 года.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что возлагая на ФИО3 вину за несвоевременное снятие с продовольственного довольствия госпитализированных военнослужащих, истец не указал находящиеся в причинной связи виновные действия ответчика в причинении материального ущерба, наступившего в результате несвоевременного снятия в 2016 и 2017 годах госпитализированных военнослужащих, указанных в представленных справках-расчетах.

В соответствии с положениями пункта 4 статьи 28 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» и статьи 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», военнослужащие привлекаются к материальной ответственности за ущерб, причиненный государству при исполнении служебных обязанностей, и несут эту ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб.

Статьей 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» установлено, что военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей, а также в других случаях явно не относящихся к рассматриваемому делу, когда ущерб причинен умышленными противоправными действиями военнослужащего.

В материалах дела не содержится и суду истцом не представлено доказательств того, что ущерб был причинен ответчиком в результате утраты, либо повреждения имущества, которое было передано ему под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что ответчик не подлежит материальной ответственности, поскольку судом не установлено его вины в несвоевременном снятии с котлового довольствия военнослужащих роты № 1 в период с 1 января 2016 года по 31 октября 2017 года и роты молодого пополнения в период с апреля по май 2017 года при обстоятельствах, указанных в исковом заявлении.

Доказательств несения сторонами судебных издержек по делу не представлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 198 и 199 гражданского процессуального кодекса Российской федерации, военный суд

решил:

В удовлетворении иска командира войсковой части 22222 к ответчику ФИО3 – отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Восточный окружной военный суд через Улан–Удэнский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Председательствующий А.А. Зырянов