№ 2-508/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

03 сентября 2020 года г. Строитель

Яковлевский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Анисимова И.И.,

при секретаре Волобуевой Т.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2 (ордер № 039156 от 20.04.2020 г.), представителя ответчика ФИО3 (доверенность от 17.06.2020 г.), 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Белгородская ипотечная корпорация» о признании договора купли-продажи недействительным, о восстановлении срока и признании недействительным в части соглашения, взыскании материального ущерба, 

установил:

21.01.2013 г. между ОАО (в настоящее время АО) «Белгородская ипотечная корпорация» (далее – АО «БИК», ответчик) и Ч.Г.М.. заключен договор купли-продажи земельного участка №255/ГЛ, согласно которому последний приобрел в собственность земельный участок 

<

номер>, площадью 

<

данные> кв.м. с кадастровым 

<

номер>, расположенный по адресу: 

<

адрес>. 

В обеспечение обязательств земельный участок находится в залоге у АО «БИК» до полной оплаты его стоимости. 

<

дата> Ч.Г.М. умер. Наследником умершего, принявшим наследство, является его отец ФИО1 (далее – истец).

Вступившими в законную силу решениями Октябрьского районного суда г. Белгорода от 12.03.2018 г. и 16.05.2018 г. с истца в пользу ответчика взысканы денежные средства на общую сумму 662614,33 рублей.

11.01.2019 г. между ФИО1 и АО «БИК» заключено соглашение о порядке исполнения вышеуказанных судебных актов, по условиям которого ФИО1 обязался в течение 5 дней с момента подписания соглашения оплатить часть задолженности в размере 116264,37 рубля, а оставшуюся сумму 546349,96 рублей в срок до 21.01.2020 г. В случае если ФИО1 в срок до 21.01.2020 г. возведет жилой дом на земельном участке, обязательство по возврату 546349,96 рублей прекращается освобождением кредитора от его исполнения.

Дело инициировано иском ФИО1, который увеличив исковые требования, окончательно просит суд признать договор купли-продажи №255/ГЛ от 21.01.2013 г., заключенный между Ч.Г.М. и ответчиком недействительным и применить последствия его недействительности; восстановить срок и признать соглашение №255/ГЛ-ПИРС от 11.01.2019 г., недействительным в части исполнения пунктов 2.1 – 11, применить последствия его недействительности; взыскать с ответчика в свою пользу материальные затраты на приобретение земельного участка и строительство жилого дома на сумму 1307047,59 рублей, расходы по оплате государственной пошлины 14735,20 рублей, за производство экспертизы 9000 рублей, за оказание юридической помощи 25000 рублей, оставшуюся часть долга в размере 546349,96 рублей, указанную в п.2.2 соглашения №255/ГЛ-ПИРС от 11.01.2019 г., признать необоснованной и не подлежащей ко взысканию. В обоснование доводов искового заявления указал, что в августе 2019 года ему стало известно о том, что на земельном участке, внутри строящего дома, расположен пункт ГГС ввиду чего контролирующими органами выдано предостережение о недопустимости продолжения строительства. Из указанного предостережения он узнал, что еще в 2015-2017 годах АО «БИК» было уведомлено о нахождении пункта ГГС на его участке, в связи с чем полагает, что ответчик при заключении договора купли-продажи умышленно не сообщил его сыну, а затем при заключении соглашению ему, всю информацию об имеющихся ограничениях и запретах, тем самым обманув его, что не позволяет ему своевременного исполнить обязательства по строительству дома. 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 исковые требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании просила в удовлетворении иска отказать. Суду пояснила, что при заключении договора купли-продажи спорного земельного участка АО «БИК» ничего не было известно об имеющихся ограничениях, поскольку в правоустанавливающих документах такая информация отсутствовала. После того, как АО «БИК» стало известно о расположении на территории земельного участка истца пункта ГГС обществом были приняты меры по его переносу в другое место, в настоящее время ничего не препятствует истцу в строительстве жилого дома. Кроме того, полагала, что истец в силу ст. 166 ГК РФ не вправе ссылаться на недействительность сделок, поскольку до момента подачи настоящего искового заявления он исполнял условия, как договора купли-продажи, так и соглашения. Помимо этого, указывала, что соглашение от 11.01.2019 г. лишь определяет порядок исполнения вступивших в законную силу судебных актов.

Представитель третьего лица ФИО4 в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного разбирательства извещен надлежаще, свое отношение к иску не сообщил.

Суд, выслушав доводы сторон, исследовав обстоятельства по имеющимся в деле доказательствам приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска по следующим основаниям.

Согласно п.1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с п. 1 ст. 456 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

В судебном заседании установлено, что 21.01.2013 г. между ОАО «БИК» и ФИО5 заключен договор купли-продажи земельного участка №255/ГЛ, согласно которому последний приобрел в собственность земельный участок 

<

номер>, площадью 

<

данные>.м. с кадастровым 

<

номер>, расположенный по адресу: 

<

адрес>. 

При заключении договора стороны определили, что цена участка составляет 923 000 рублей, затраты на подведение инженерных сетей в расчете на один земельный участок составляют 190 000 рублей (пункты 2.1 и 4.1 договора). 

По условиям договора покупатель уплачивает продавцу часть цены земельного участка в сумме 126 250 рублей и принимает участие в инвестировании строительства инженерных сетей в размере 145 000 рублей (пункты 2.2 и 4.2); покупатель обязался в течение 5 лет со дня подписания настоящего договора построить на земельном участке жилой дом, пригодный для постоянного проживания, подключить его к инженерным коммуникациям по обеспечению водой, электрической энергией, природным газом и в установленном порядке оформить на дом право собственности (пункты 3.2.4 и 3.2.6); в случае, если покупатель в течение 5 лет со дня подписания договора купли-продажи земельного участка построит на нем жилой дом и в установленном порядке оформит на него право собственности, долг по оплате оставшейся части цены участка в сумме 796 750 рублей, на который предоставляется отсрочка платежа до 21 января 2018 г., прощается (пункты 2.3 и 2.5); за нарушение срока строительства и государственной регистрации права собственности на жилой дом покупатель уплачивает продавцу проценты на оставшуюся часть цены участка в размере учетной ставки банковского процента на момент предъявления требований за период со дня подписания настоящего договора до момента оплаты оставшейся части цены участка, а за нарушение срока подключения жилого дома к инженерным сетям – штраф в размере, равном разности между величиной затрат на строительство инженерных сетей, указанной в пункте 4.1 договора, и суммой, фактически уплаченной покупателем согласно пункту 4.2 договора (пункты 5.5 и 5.6).

<

дата> Ч.Г.М. умер. После его смерти наследство по закону принял отец ФИО1, которому 29.07.2014 г. выдано свидетельство о праве на наследство по закону, состоящее из указанного земельного участка.

Запись о регистрации права собственности за истцом на указанный участок была внесена в ЕГРН 02.02.2016 г. 

Обязательства по строительству жилого дома ФИО1 не исполнил.

Решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 12.03.2018 г. с ФИО1 в пользу АО «БИК» взыскана задолженность по договору купли - продажи от 21.01.2013 г. в размере 70050,56 рублей, а также судебные расходы в виде оплаты государственной пошлины в размере 2301,50 рубль.

Заочным решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 16.05.2018 г. с истца в пользу ответчика взысканы оставшаяся часть стоимости земельного участка по договору от 21.01.2013 г. в размере 558 145,97 рублей, проценты в соответствии с пунктом 5.5 договора в размере 8 203,99 рубля, штраф в соответствии с пунктом 5.6 договора в размере 10 000 рублей, судебные расходы по уплате госпошлины в размере 6 956,11 рублей.

Оба вышеуказанных судебных акта вступили в законную силу.

11.01.2019 г. между ФИО1 и АО «БИК» заключено соглашение о порядке исполнения вышеуказанных судебных актов, по условиям которого ФИО1 обязался в течение 5 дней с момента подписания соглашения оплатить часть задолженности в размере 116264,37 рубля, а оставшуюся сумму 546349,96 рублей в срок до 21.01.2020 г. В случае если ФИО1 в срок до 21.01.2020 г. возведет жилой дом на земельном участке, обязательство по возврату 546349,96 рублей прекращается освобождением кредитора от его исполнения.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 ссылается на то, что договор купли-продажи является недействительным по основаниям, указанным в п.2 ст.179 ГК РФ, как сделка, совершенная под влиянием обмана со стороны АО «БИК», поскольку ответчик не сообщил ему, а также его сыну о том, что на приобретаемом земельном участке расположен пункт ГГС «Редин».

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). В силу п. 2 указанной статьи требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане.

По смыслу указанной нормы при совершении сделки под влиянием обмана волеизъявление потерпевшей стороны не соответствует ее действительной воле, либо она вообще лишена возможности действовать по своей воле и в своих интересах. При этом под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Обязательным условием применения ст. 179 ГК РФ является наличие умысла на совершение обмана. Обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Обман может заключаться в утверждениях об определенных фактах и в умолчании, намеренном сокрытии фактов и обстоятельств, знание о которых отвратило бы потерпевшего от совершения сделки.

Из материалов дела следует, что 12.07.2011 г. по договору купли-продажи, заключенному с департаментом имущественных и земельных отношений Белгородской области АО «БИК» приобрело в собственность земельный участок площадью 

<

данные> кв.м с кадастровым 

<

номер>, расположенный по адресу: 

<

адрес> (т.1. л.д. 97-98).

На момент приобретения ответчиком земельного участка, сведения о каких-либо ограничениях или обременениях в ЕГРН отсутствовали, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 

<

дата> (т.1 л.д. 99).

Распоряжением от 17.08.2012 г. земельный участок площадью 

<

данные> кв.м с кадастровым 

<

номер> был преобразован путем раздела на 1029 земельных участка, среди которых и земельный участок 

<

номер>, площадью 

<

данные> кв.м. с кадастровым 

<

номер> (т.1 л.д. 101-135). 

В свидетельстве о государственной регистрации права от 

<

дата> выданной АО «БИК» также отсутствовали сведения об ограничениях и обременениях в отношении спорного земельного участка (т.1 л.д. 100). 

Свидетельство о государственной регистрации права на имя Ч.Г.М. от 

<

дата> содержит лишь обременение в виде ипотеки в силу закона (т.1 л.д. 50).

Из документов, предоставленных в материалы дела управлением Росреестра по Белгородской области следует, 13.08.2019 г. управлением в адрес АО «БИК» было направлено предостережение о недопустимости нарушения законодательства в области геодезии и картографии в котором указывалось, что в ходе обследования пункта государственной геодезической сети «Редин» было установлено, что он располагается внутри строящегося объекта недвижимости, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 31:10:0502001:1404 и предлагалось предоставить информацию о принятых мерах по сохранности пункта ГГС и иных мерах, в том числе по предложению правообладателю участка прекратить строительство жилого дома на земельном участке или осуществить перенос пункта ГГС «Редин» в свободное от застройки место (т.1 169-171).

13.08.2019 г. в адрес ФИО1 было направлено уведомление, в котором ему сообщалось о необходимости прекращения строительных работ на земельном участке (т.1 л.д. 51-55).

Во исполнение указанного предостережения 27.11.2019 г. между АО «БИК» и ООО «Синтез геодезии и картографии» был заключен договор на выполнение геодезических работ по переносу пункта ГГС «Редин» (т.1. л.д. 41-44).

14.02.2020 г. года был подписан акт приема-передачи на выполнение работ по договору от 27.11.2019 г., согласно которому работы, указанные в договоре выполнены в полном объеме, претензий по качеству исполнения работ заказчик не имеет (т.1 л.д. 136). 

10.02.2020 г. в адрес управления Росреестра по Белгородской области был направлен технический отчет по переносу пункта ГГС «Редин» с целью последующей передачи в ФГБУ «Центр геодезии, картографии и ИПД» для включения материалов в фонд инфраструктуры пространственных объектов, о чем подписан акт приема-передачи (т.1 л.д. 66-67).

Указанный отчет был включен в федеральных фонд пространственных данных, что подтверждается письмом от 26.05.2020 г. (т.1 л.д. 68). 

Таким образом, в судебном заседании установлено, что на момент заключения договора купли-продажи 21.01.2013 г. АО «БИК» не располагало сведениями о наличии на спорном земельном участке пункта ГГС «Редин», а после получения информации предприняло меры по его переносу в другое место.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о том, что истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств противоправности действий АО «БИК» при заключении оспариваемого договора купли-продажи, выраженных в преднамеренном создании у Ч.Г.М., а также ФИО1 не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение.

Также, согласно абз. 4 п. 2 ст. 166 ГК РФ сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В силу п. 5 той же статьи, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В ходе судебного разбирательства истец неоднократно высказывал намерение достроить дом, а также просил о продлении срока окончания строительства.

Таким образом, поведение самого ФИО1 давало основание ответчику полагаться на действительность договора купли-продажи от 21.01.2013 г., что лишает истца права его оспаривания.

При таких обстоятельствах требования истца о признании договора купли-продажи №255/ГЛ от 21.01.2013 г. недействительным подлежат отклонению.

Не подлежат удовлетворению и требования ФИО1 о восстановлении срока и признании соглашения №255/ГЛ-ПИРС от 11.01.2019 г. недействительным, поскольку названное соглашение лишь определяет порядок исполнения вступивших в законную силу судебных актов и доказательств того, что ФИО1 был обманут при заключении соглашения материалы дела не содержат, в связи с чем оснований полагать, что соглашение было заключено истцом под влиянием заблуждения и (или) обмана у суда не имеется.

Доводы стороны истца о том, что АО «БИК» было известно в 2015-2017 годах о нахождении пункта ГГС на его участке несостоятельны.

Из письма от 09.04.2015 г. следует, что оно было адресовано не ответчику, а департаменту имущественных и земельных отношений Белгородской области, а сведений о том, что письмо от 06.12.2017 г. года было направлено в адрес АО «БИК» материалы дела не содержат (т.1 л.д. 172-173).

Более того, наличие этих писем само по себе не свидетельствует о заблуждении или обмане истца, влекущем признание сделки недействительной.

Помимо этого, признание названного соглашения недействительным позволит АО «БИК» предъявить исполнительные листы в службу судебных приставов и названная в нем задолженность будет взыскиваться с истца в рамках исполнительного производства.

Поскольку ФИО1 в удовлетворении требований о признании сделок недействительными отказано, не подлежат удовлетворению и требования о взыскании денежных средств на сумму 1307047,59 рублей, расходов по оплате государственной пошлины 14735,20 рублей, за производство экспертизы 9000 рублей, за оказание юридической помощи 25000 рублей, а также признании необоснованной и не подлежащей ко взысканию оставшейся части долга в размере 546349,96 рублей, указанной в п.2.2 соглашения №255/ГЛ-ПИРС от 11.01.2019 г., поскольку они являются производными от основных требований.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд 

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Белгородская ипотечная корпорация» о признании договора купли-продажи недействительным, о восстановлении срока и признании недействительным в части соглашения, взыскании материального ущерба - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Яковлевский районный суд Белгородской области.

Мотивированное решение суда изготовлено 04.09.2020 года.

Судья И.И. Анисимов