РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

27.11.2025 пгт. Балтаси

Балтасинский районный суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи И.Ш. Шайдуллина,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО7,

с участием:

представителя истца ФИО5,

истца ФИО6,

представителей ответчиков ФИО11, ФИО12,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску

ФИО2 к Управлению Росреестра по Республике Татарстан, Межмуниципальному отделу по Балтасинскому и Кукморскому районам Управления Росреестра по Республике Татарстан, ФИО3, ФИО4 о признании договоров дарения жилого дома и земельного участка недействительными, погашении записи о регистрации права собственности,

установила: 

ФИО2 обратилась в суд с иском к Межмуниципальному отделу по Балтасинскому и 

<

адрес>м Управления Росреестра по 

<

адрес>, ФИО3, ФИО4 о признании договоров дарения жилого дома и земельного участка недействительными, погашении записи о регистрации права собственности 

В исковом заявлении указала, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом (даритель) и ФИО1 (одаряемый) был заключен договор дарения принадлежащего ей дома и земельного участка. В частности, согласно данному договору дарению истец безвозмездно передала в собственность своему сыну, принадлежащий ей на праве собственности двухэтажный жилой дом, общей площадью 224.7 кв.м., жилой площадью 158,2 кв.м., с кадастровым номером №, и земельный участок с кадастровым номером № площадью 1 342.2 кв.м., находящиеся по адресу: 

<

адрес>, пгт. Балтаси 

<

адрес>. Однако намерения подарить дом и земельный участок у истца не было, она предполагала, что заключает договор ренты с пожизненным содержанием. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 трагически погиб. Соответственно, обязанность ФИО1 (сын истца) по понятным причинам отпала, что не дает возможность полагать истцу на полное материальное содержание, надлежащий уход до конца дней ее жизни, как было договорено между сторонами при жизни сына ФИО1 Нотариусом ФИО8 заведено наследственное дело к имуществу умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 Наследниками первой очереди являются ответчики ФИО3 и ФИО4 Истец заблуждалась относительно природы сделки в силу преклонного возраста, глухоты и неграмотности. Суть договора, последствия сделки ей не разъяснили. После смерти сына истца, ответчики ФИО3, ФИО4, стали предъявлять претензии к истцу по поводу пребывания в доме, требовали выселиться, угрожая оформлением в дом престарелых, после чего она узнала (январь 2025 года), что она не является собственником данного жилого дома и земельного участка. Оспариваемый договор считает недействительным по следующим основаниям: она никогда не имела намерения дарить принадлежащую ей недвижимость, а была убеждена, что передает недвижимость взамен на выполнение обязательств по осуществлению за ней ухода и содержанию, заблуждалась в отношении природы сделки и последствий её заключения; сделка была заключена под влиянием обмана (заблуждалась относительно природы сделки); оспариваемая сделка является притворной, поскольку под этой сделкой скрыт договор ренты.

С учетом дополнений исковых требований истец просит признать недействительными договоры дарения от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, пгт. Балтаси, 

<

адрес>, заключенные между ФИО2 и ФИО1; погасить запись о регистрации права собственности ФИО1 на жилой дом и земельный участок, расположенные по указанному адресу.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве ответчика привлечено Управление Росреестра по 

<

адрес>.

В судебном заседании истец, представитель истца иск поддержали.

Представители ответчиков ФИО3, ФИО4 иск не признали. 

Представители ответчиков Управления Росреестра по Республике Татарстан, Межмуниципального отдела по Балтасинскому и Кукморскому районам Управления Росреестра по Республике Татарстан в судебные заседания не явились, извещены.

Суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. 

На основании п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. 

Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. 

В соответствии с п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. 

Для дарителя последствием заключения договора дарения является прекращение права собственности на принадлежащее ему имущество безвозмездного предоставления взамен, не требующего от одаряемого выполнение каких-либо условий (п. 1 ст. 572 ГК РФ). 

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) заключен договор дарения о безвозмездной передаче дарителем одаряемому двухэтажного жилого дома, общей площадью 224,7 кв.м., жилой площадью 158,2 кв.м., с кадастровым номером №, с надворными и хозяйственными постройками: гараж, сарай, ворота, калитка забор, и земельного участка с кадастровым номером № площадью 1 342,2 кв.м., находящиеся по адресу: 

<

адрес>, пгт. Балтаси, 

<

адрес>.

Также в материалах гражданского дела имеется договор дарения, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1, о безвозмездной передаче дарителем ФИО2 в собственность одаряемому ФИО1 двухэтажного жилого дома, общей площадью 224,7 кв.м., жилой площадью 158,2 кв.м., с кадастровым номером №, с надворными и хозяйственными постройками: гараж, сарай, ворота, калитка, забор, и земельного участка с кадастровым номером № площадью 1 342,2 кв.м., находящиеся по адресу: 

<

адрес>, пгт. Балтаси, 

<

адрес>.

Одаряемый ФИО1 принял в дар вышеуказанное имущество. 

Право собственности ФИО1 на спорные жилой дом и земельный участок зарегистрированы в ЕГРН, дата регистрации ДД.ММ.ГГГГ, номер регистрации 16-16-14/012/2021-481. 

Заявляя исковые требования, истец указывает на то, что она заблуждалась относительно природы сделки в силу преклонного возраста, глухоты и неграмотности. Суть договора, последствия следки ей не разъяснили. После заключения сделки одаряемый нёс бремя, как и предполагала истец, её содержания, оплаты различного рода услуг, в том числе дома, хозяйства, уплаты налоговой нагрузки, лечения истца. 

В соответствии со ст. 583 ГК РФ, по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.

По договору ренты допускается установление обязанности выплачивать ренту бессрочно (постоянная рента) или на срок жизни получателя ренты (пожизненная рента). Пожизненная рента может быть установлена на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением.

При этом спорные договоры дарения не содержат обязанность ФИО1 содержать ФИО2, оказывать ей услуги, то есть, признаки договора ренты не содержаться.

Положениями пп. 1, 2 ст. 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. 

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

В силу ст. 170, 177, 178, 179 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Сделка, совершенная гражданином, впоследствии ограниченным в дееспособности вследствие психического расстройства, может быть признана судом недействительной по иску его попечителя, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими и другая сторона сделки знала или должна была знать об этом. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим п. 1 ст. 171 настоящего Кодекса.

Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. При наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной. Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки. Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон. Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные ст. 167 настоящего Кодекса. Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств. Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

Сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки. Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пп. 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные ст. 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

Из представленного реестрового дела следует, что истец обратилась с письменным заявлением в Управление Росреестра по 

<

адрес> о регистрации перехода права собственности к ФИО1, расписалась в данном заявлении, в оспариваемых договорах имеются ее подписи, также она расписалась в расписке в получении документов на государственную регистрацию. 

В п. 9 оспариваемых договоров изложено, что стороны подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознанию сути договора, также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие заключить данный договор.

Данные договоры, переход права и право собственности на вышеуказанный дом и земельный участок на одараяемого зарегистрированы в установленном законом порядке, о чем произведена соответствующая запись. 

Анализируя буквальное содержание оспариваемого договора, суд приходит к выводу о том, что все существенные условия заключенного между сторонами договора дарения изложены четко, ясно и понятно. 

Оспариваемые договоры отвечает всем требованиям действующего законодательства, заключены в письменной форме, все существенные условия договора отражены.

Судом по ходатайству представителя ответчиков ФИО3 и ФИО4 назначена судебная комплексная, психологическая, психиатрическая, наркологическая экспертиза, по результатам которой ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. акад. ФИО9 Министерства здравоохранения Республики Татарстан» представлено заключение комиссии судебных психолого-психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №.

Согласно заключению данной экспертизы ФИО2 на момент заключения договоров дарения земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ каким-либо психическим расстройством не страдала. Из материалов дела и по результатам настоящего обследования не усматривается каких-либо психологических факторов, которые бы нарушили способность понимать характер и значение своих действий и руководить ими при заключении договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. Во время заключения договоров дарения земельного участка и жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, могла понимать значение своих действий и руководить ими.

По мнению суда, указание в тексте заключения экспертизы даты заключения одного из договоров как «16.06.2006» является технической ошибкой, в действительности даты заключения оспариваемых договоров являются «18.06.2006» и «18.06.2012». Кроме того, экспертам было представлено гражданское дело, следовательно, ими исследовано, в том числе договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Оснований ставить под сомнение достоверность заключения экспертизы у суда не имеется, поскольку экспертиза проведена компетентными экспертами, имеющими значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. 

В распоряжение экспертов были предоставлены все собранные по делу доказательства, в том числе медицинские документы истца, экспертиза проведена с непосредственным осмотром ФИО2

Также необходимо отметить, что истец сама участвовала в судебном заседании, русским языком она владеет свободно.

Анализируя доводы стороны истца о недействительности оспариваемых договоров дарения, не усматривается мнимость, притворность указанных сделок, истец в момент совершения данных сделок понимала значение своих действий и руководила ими, она не признана недееспособным, не ограничена в дееспособности, спорные договоры дарения, не совершены под влиянием заблуждения, насилия, угрозы, обмана. 

Исходя из вышеприведенных и представленных в дело доказательств, суд приходит к выводу о недоказанности стороной истца указываемых им обстоятельств, свидетельствующих о наличии условий, предусмотренных для признания договоров дарения недействительными.

В нарушение ч. 1 ст. 56 и ч. 1 ст. 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ), истец доказательства, подтверждающие свои требования не представила, и не ходатайствовала об их истребовании.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Представителем ответчика заявлено истечение срока исковой давности.

Оспариваемые договоры заключены ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. Настоящий иск предъявлен ДД.ММ.ГГГГ посредством почтовой связи. Доказательства об уважительных причинах позднего обращения в суд и ходатайство о восстановлении пропущенного срока, не поступили.

В связи с отсутствием оснований для признания сделок недействительными, требование истца, вытекающее из вышеуказанного, относительно погашения записи о регистрации права собственности ФИО1 на спорные жилой дом и земельный участок, также подлежит отказу в удовлетворении.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований истца.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате экспертам.

Проведенная по делу судебная экспертиза признана надлежащим доказательством по делу, ее выводы, в том числе положены в основу настоящего решения суда. Доказательств, свидетельствующих о том, что стоимость проведения судебного исследования является завышенной, суду представлено не было. 

Исходя из того, что в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО2 в пользу ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. акад. ФИО10» Министерства здравоохранения Республики Татарстан расходов за проведение экспертизу в размере 26 700 руб.

Поскольку при подаче иска истцу предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, оснований для освобождения истца от уплаты государственной пошлины суд не усматривает. В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, с истца в доход бюджета Балтасинского муниципального района Республики Татарстан подлежит взысканию госпошлина в размере 44 685,65 руб. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

решил:

отказать в удовлетворении исковых требований ФИО2 (паспорт №) к Управлению Росреестра по Республике Татарстан (ИНН 

<

***>), Межмуниципальному отделу по Балтасинскому и Кукморскому районам Управления Росреестра по Республике Татарстан, ФИО3 (паспорт №), ФИО4 (паспорт №):

о признании недействительными договора дарения земельного участка с жилым домом, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1, договора дарения земельного участка с жилым домом, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1;

о погашении записи о регистрации права собственности ФИО1 на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, пгт. Балтаси, 

<

адрес>.

Взыскать с ФИО2:

в доход бюджета Балтасинского муниципального района Республики Татарстан государственную пошлину в размере 44 685,65 руб.;

в пользу ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. акад. ФИО10» Министерства здравоохранения Республики Татарстан расходы за проведенную экспертизу в размере 26 700 руб.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца через Балтасинский районный суд Республики Татарстан.

Судья 

Мотивированное решение изготовлено 11.12.2025