Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

19 ноября 2019 года

г. Хабаровск

Хабаровский гарнизонный военный суд в составе председательствующего – судьи Кошевого В.А.,

при секретарях судебного заседания Лескове И.А., Королевой Ю.А. и Золотарь К.В.,

с участием административного истца, его представителей – ФИО1 и ФИО2, административных ответчиков – командира войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО20 его заместителя 

<

данные изъяты> ФИО21 начальника радиоцентра той же воинской части – 

<

данные изъяты> ФИО22 представителя названных административных ответчиков: воинской части, ее командира и начальника радиоцентра – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело по административному исковому заявлению военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО4 об оспаривании действий командира названной воинской части, а также заместителя командира войсковой части № по тыловому обеспечению и начальника радиоцентра той же воинской части, связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности,

у с т а н о в и л:

ФИО4 подал в суд административное исковое заявление, в котором просит признать незаконными действия воинских должностных лиц, связанные с привлечением его к дисциплинарной ответственности:

- командира войсковой части № выразившиеся в приказах от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ № и №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №, а также в объявленных в устной форме и внесенных в служебную карточку дисциплинарных взысканий в виде выговоров от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ;

- заместителя командира войсковой части № по тылу, выразившиеся в объявлении ФИО4 в устной форме дисциплинарного взыскания в виде выговора ДД.ММ.ГГГГ;

- начальника радиоцентра войсковой части № выразившиеся в объявлении ФИО4 в устной форме дисциплинарных взысканий в виде выговоров от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ, а также строгих выговоров от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

Обосновывая свой иск, ФИО4 привел ряд доводов, существо которых сводится к тому, что при применении к нему каждого из оспариваемых взысканий административными ответчиками был нарушен установленный порядок проведения разбирательства, в частности он был фактически лишен возможности дать свои объяснения по обстоятельствам вмененных ему проступков, а его вина в совершении таковых командованием не установлена. 

В судебном заседании ФИО4 и его представители ФИО1 и ФИО2 заявленные требования поддержали, привели доводы, аналогичные изложенным в иске, дополнительно отметив, что применительно ко всем объявленным истцу дисциплинарным взысканиям разбирательство либо не проводилось вовсе, либо проводилось поверхностно и необъективно – без достоверного установления его виновности в совершении проступков, выговор начальником радиоцентра воинской части ДД.ММ.ГГГГ объявлен ФИО4 в период освобождения от исполнения служебных обязанностей в связи с болезнью, истец не был ознакомлен с регламентом служебного времени, задачи, поставленные перед ФИО4 в рамках тактико-специального занятия, проводимого с ДД.ММ.ГГГГ, не были командованием четко сформулированы, заместитель командира воинской части не наделен дисциплинарной властью по отношению к истцу, а доказательства, подтверждающие событие дисциплинарного проступка, за который истец привлечен к дисциплинарной ответственности ДД.ММ.ГГГГ, имеют противоречивый характер. 

При обсуждении вопроса о причинах пропуска истцом установленного ч. 1 ст. 219 КАС РФ, ФИО4, подтвердив в суде, что о применении к нему дисциплинарных взысканий командиром воинской части в приказе № от ДД.ММ.ГГГГ и в устной форме ДД.ММ.ГГГГ узнал при ознакомлении со служебной карточкой ДД.ММ.ГГГГ, пояснил, что об иных взысканиях, объявленных ему до ДД.ММ.ГГГГ включительно, узнал в период не позднее ДД.ММ.ГГГГ – даты очередного ознакомления со служебной карточкой, знакомясь также в течение данного периода с текстами этих приказов под роспись. Представитель истца ФИО2 полагал, что течение упомянутого трехмесячного срока по всем требованиям ФИО4 необходимо исчислять с даты проведенной в ДД.ММ.ГГГГ аттестации, когда последнему и стало известно о нарушении его прав объявленными дисциплинарными взысканиями.

Командир войсковой части № ФИО6 в суде требования истца не признал, пояснив, что разбирательство по фактам совершения ФИО5 дисциплинарных проступков в каждом случае, за исключением четырех взысканий, объявленных начальником радиоцентра, проводилось надлежащим образом, а вина военнослужащего в совершении соответствующих проступков была надлежащим образом установлена. Кроме того, командир воинской части пояснил, что перед объявлением ФИО4 выговора ДД.ММ.ГГГГ за ненадлежащий контроль личного состава провел устное разбирательство на месте обнаружения проступка – на построении, и там же ввиду очевидности обстоятельств проступка объявил ему взыскание. По аналогичным причинам, пояснил ФИО6, им было проведено устное разбирательство и по факту совершения ФИО4 проступка, за который он был привлечен к ответственности приказом от ДД.ММ.ГГГГ №, поскольку обстоятельства совершения проступка были командиром установлены при личном инспектировании места проведения радиотренировки, а также в ходе письменного разбирательства по факту совершения ФИО4 во время той же радиотренировки грубого дисциплинарного проступка. Кроме того, ФИО6, настояв на том, что со всеми оспариваемыми по настоящему делу приказами о привлечении ФИО4 к дисциплинарной ответственности последний был своевременно ознакомлен под роспись, полагал, что истцом пропущен вышеуказанный трехмесячный срок применительно к приказам №№, №

Заместитель командира войсковой части № 

<

данные изъяты> – ФИО10, не признав в суде требования истца, пояснил, что проведя на служебном совещании устное разбирательство, привлек ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 к дисциплинарной ответственности в связи с невыполнением тем служебной задачи со сроком исполнения до 

<

данные изъяты>, поставленной ему также на служебном совещании в один из дней, предшествовавших этой дате. ФИО10 также полагал, что истец пропустил предусмотренный ч. 1 ст. 219 КАС РФ срок для оспаривания взысканий, объявленных ему до ДД.ММ.ГГГГ.

Начальник радиоцентра войсковой части № – ФИО11 – в суде требования истца не признал, при этом пояснив, что затрудняется обосновать соблюдение порядка проведения разбирательства и объявления взысканий в виде выговоров от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ. Также ФИО11 пояснил, что объявил ФИО4 строгий выговор ДД.ММ.ГГГГ за невыполнение тем приказа командира воинской части № от ДД.ММ.ГГГГ, проведя устное разбирательство и получив от ФИО4 объяснения по данному факту посредством телефонной связи, поскольку тот после обеда ДД.ММ.ГГГГ убыл домой в связи с освобождением от исполнения обязанностей военной службы по состоянию здоровья. Начальник радиоцентра также просил суд применить положения ч. 8 ст. 219 КАС РФ к требованиям истца, касающимся взысканий, объявленных до ДД.ММ.ГГГГ.

Представитель административных ответчиков – войсковой части № командира и начальника радиоцентра этой же воинской части – ФИО3 – озвучил позицию по иску и доводы, в целом аналогичные изложенным подполковником ФИО6 и капитаном ФИО11

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения сторон, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В силу п. 2 ч. 9 и ч. 11 ст. 226 КАС РФ обязанность по доказыванию обстоятельств соблюдения названного выше срока, а также уважительности причин его пропуска, возложена на лицо, обратившееся в суд.

Установив факт пропуска без уважительных причин указанного срока, суд, исходя из положений ч. 5 ст. 180 и ч. 8 ст. 219 КАС РФ, отказывает в удовлетворении заявленных требований в судебном заседании, указав в мотивировочной части решения только на выявление судом данного обстоятельства.

По делу установлено и подтверждено административным истцом, что он узнал о применении к нему приказом от ДД.ММ.ГГГГ №, а также в устной форме ДД.ММ.ГГГГ командиром войсковой части № дисциплинарных взысканий в виде выговоров ДД.ММ.ГГГГ – при ознакомлении со служебной карточкой, что прямо следует из листа ознакомления с таковой. Следующее ознакомление ФИО4 со служебной карточкой состоялось ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, как видно из содержания подлинных экземпляров оспариваемых истцом приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ № и 91, а также от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО4 был ознакомлен с их содержанием, о чем свидетельствуют отметки, удостоверенные подписями истца, без указания даты ознакомления.

В то же время, как следует из показаний свидетеля ФИО13, делопроизводителя войсковой части №, она своевременно производила ознакомление ФИО4 с упомянутыми приказами, при этом, исходя из практики служебной деятельности свидетеля, отсутствие отметки о дате ознакомления обычно указывает на то, что таковое осуществлялось в день издания приказа. 

Более того, как видно из выписок из приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №, а также сведений о выплаченном истцу денежном довольствии за период с ДД.ММ.ГГГГ представленных ФКУ «ЕРЦ МО РФ», ФИО4 в течение данного периода последовательно и поступательно уменьшался размер выплачиваемой премии за добросовестное и эффективное исполнение должностных обязанностей в связи с объявляемыми ему приказами командира воинской части, в том числе оспариваемыми по настоящему делу, дисциплинарными взысканиями: 

<

данные изъяты> до 

<

данные изъяты> процентов оклада денежного содержания, за ДД.ММ.ГГГГ – до 

<

данные изъяты> процентов, а ДД.ММ.ГГГГ – до 

<

данные изъяты> процента названного оклада – данные сведения, в свою очередь, были наглядно отражены в расчетных листах ФИО4, к которым он имел доступ. Вопреки голословному утверждению представителя истца, в данных расчетных листах не имеется каких-либо сведений, затрудняющих восприятие их содержания и подсчет причитающегося ФИО7 денежного довольствия. Изложенное приводит суд к убеждению, что истец в период с ДД.ММ.ГГГГ не мог не знать об объявлении ему новых дисциплинарных взысканий.

Несмотря на требования п. 2 ч. 9 и ч. 11 ст. 226 КАС РФ, административным истцом каких-либо доказательств, подтверждающих соблюдение установленного ч. 1 ст. 219 того же Кодекса трехмесячного срока, либо уважительность причин его пропуска применительно к требованиям об оспаривании приказов №№ а также выговора, объявленного командиром воинской части в устной форме ДД.ММ.ГГГГ, в суд не представлено, хотя сделать это истцу неоднократно предлагалось – при решении вопроса о принятии административного искового заявления к производству суда, а также в судебном заседании.

При таких обстоятельствах суд признает доказанным, что ФИО4 узнал о фактах привлечения его к дисциплинарной ответственности приказами командира войсковой части № №№ ранее ДД.ММ.ГГГГ.

При этом с административным исковым заявлением в суд ФИО4 обратился лишь ДД.ММ.ГГГГ.

Учитывая изложенное выше, суд также приходит к убеждению, что уважительных причин пропуска названного процессуального срока у административного истца не имелось. 

Утверждение стороны административного истца о том, что о нарушении своих прав объявленными дисциплинарными взысканиями ФИО4 узнал только после проведения в отношении него аттестации, суд признает несостоятельным, поскольку в силу действующего нормативного регулирования порядка прохождения военной службы и статуса военнослужащего наличие дисциплинарных взысканий не может не затрагивать прав военнослужащего.

При этом суд отмечает, что выбор момента обращения в суд полностью зависел от субъективного усмотрения административного истца.

Таким образом, поскольку административным истцом без уважительных причин пропущен установленный ст. 219 КАС РФ срок, заявленные им требования об оспаривании действий командира войсковой части №, связанных с привлечением ФИО4 к дисциплинарной ответственности приказами от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от 4 и ДД.ММ.ГГГГ № № от ДД.ММ.ГГГГ №, а также в устной форме ДД.ММ.ГГГГ, удовлетворению не подлежат.

В силу взаимосвязанных положений ч. 1 ст. 218 и ч. 2 ст. 227 КАС РФ для признания решения, действия (бездействия) должностного лица незаконным необходимо одновременное наличие двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов административного истца. При отсутствии второго из названных условий иск не может быть удовлетворен, поскольку институт оспаривания решений и действий (бездействия) должностных лиц, государственных органов направлен в первую очередь не на сам факт признания таких решений, действий незаконными, а имеет своей целью восстановление реально нарушенных прав и законных интересов обратившегося в суд лица.

Как следует из приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, а также подтверждено сторонами в судебном заседании, дисциплинарные взыскания, объявленные ФИО4 начальником радиоцентра той же воинской части в устной форме ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, № и ДД.ММ.ГГГГ, командиром воинской части отменены ввиду выявленных нарушений порядка их применения.

Поскольку оспоренные истцом действия и решения воинского должностного лица в настоящий момент отменены, в связи с чем перестали нарушать права ФИО4, его требования в данной части не подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 28.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины. 

Как определено в ст. 1 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил России (ДУ ВС РФ), воинская дисциплина есть строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных федеральными конституционными законами, федеральными законами, общевоинскими уставами Вооруженных Сил РФ, иными нормативными правовыми актами РФ и приказами начальников.

<

данные изъяты>

Согласно ст.ст. 75-85 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации (УВС ВС РФ) командир (начальник) наделен всей полнотой распорядительной власти по отношению к подчиненному личному составу и несет персональную ответственность за все стороны жизни и деятельности подразделения и каждого военнослужащего.

В силу ст. 81 ДУ ВС РФ принятию командиром (начальником) решения о применении к подчиненному военнослужащему дисциплинарного взыскания предшествует разбирательство, которое, как правило, проводится в устной форме непосредственным командиром (начальником) военнослужащего, совершившего дисциплинарный проступок, или другим лицом, назначенным одним из прямых командиров (начальников).

По делу установлено, что ФИО4 проходит военную службу в должности начальника радиогруппы радиоцентра упомянутой воинской части.

ДД.ММ.ГГГГ командиром войсковой части № в устной форме ФИО4 объявлен выговор за ненадлежащий контроль над подчиненным личным составом, который отсутствовал на проводимом командиром воинской части в этот же день построении.

В силу ст. 76 УВС ВС РФ командир (начальник) обязан знать действительное состояние вверенного подразделения, постоянно иметь точные сведения о его штатном, списочном и наличном составе, а также о наличии и состоянии вооружения, военной техники и другого военного имущества.

В соответствии со ст. 145 УВС ВС РФ командир роты обязан вести учет личного состава роты (

<

данные изъяты>), всегда точно знать его численность по списку, налицо и в расходе.

Как следует из показаний свидетеля ФИО14, исполнявшего обязанности начальника штаба войсковой части № в один из дней середины ДД.ММ.ГГГГ командиром воинской части при проведении контрольного построения личного состава было выявлено отсутствие в строю ряда военнослужащих радиогруппы, а ФИО4 затруднился по этому поводу что-либо пояснить и не располагал сведениями, подлежащими отражению в развернутой строевой записке подразделения. Также свидетель пояснил, что командир воинской части поинтересовался у ФИО4 причинами данного упущения, однако тот что-либо не пояснил. Затем, показал ФИО14, командир воинской части объявил ФИО4 за данный проступок выговор перед строем офицеров.

При таких обстоятельствах суд, отмечая, что данный проступок ФИО4 совершен в условиях очевидности, полагает, проведенное командиром воинской части устное разбирательство полным и объективным, обеспечившим установление всех обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 28.6 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и ст. 82 ДУ ВС РФ. В этой связи оснований для признания незаконными данных действий воинского должностного лица суд не находит.

Вопреки утверждению представителя административного истца показания ни одного из допрошенных по делу свидетелей, или какие-либо иные исследованные доказательства, не опровергают показания ФИО14

Приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО4 привлечен к дисциплинарной ответственности и ему объявлено дисциплинарное взыскание в виде строгого выговора за слабую организацию тактико-специального занятия, которое проводилось в период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ.

Как видно из текста данного приказа, при личной проверке командиром воинской части хода радиотренировки им лично был выявлен ряд недостатков в ее организации, которая, в свою очередь, была возложена на ФИО4 При этом данные недостатки сводились в целом к невыполнению последним задач, поставленных перед ним в рамках проведения этого тактико-специального занятия.

Как пояснил в суде ФИО6, им при проверке хода упомянутого тактико-специального занятия были выявлены упомянутые недостатки в служебной деятельности ФИО4, в связи с чем по результатам проведенного непосредственно за этим устного разбирательства последний был привлечен к дисциплинарной ответственности. Командир воинской части также пояснил, что многие из подлежащих выяснению в ходе разбирательства обстоятельств ему стали известны при проведении письменного разбирательства по факту совершения ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ во время того же занятия грубого дисциплинарного проступка в виде исполнения обязанностей военной службы в состоянии опьянения.

В силу ст. 16 УВС ВС РФ военнослужащий обязан строго соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы Российской Федерации, требования общевоинских уставов, беспрекословно выполнять приказы командиров (начальников). Согласно ст. 43 того же Устава приказ командира (начальника) должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок. 

Как следует из содержания приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, с которым ФИО4 был лично ознакомлен под роспись, последний был назначен ответственным за проведение тактико-специального занятия, запланированного на ДД.ММ.ГГГГ. При этом на ФИО4 был возложен ряд задач по организации проведения данного занятия.

Как видно из материалов разбирательства по факту совершения ФИО4 грубого дисциплинарного проступка ДД.ММ.ГГГГ, последнему была предоставлена возможность представить объяснения, в том числе по обстоятельствам ненадлежащей организации тактико-специального занятия, а командир воинской части, действительно, ДД.ММ.ГГГГ располагал соответствующими необходимыми сведениями.

В связи с изложенным суд отвергает доводы представителя административного истца о нарушении порядка проведения разбирательства перед применением к ФИО4 дисциплинарного взыскания за данный проступок.

Руководствуясь положениями ст.ст. 43-45 УВС ВС РФ, суд полагает несостоятельным и утверждение стороны административного истца по поводу неких отличий в содержании решения начальника радиоцентра о проведении радиотренировки и упомянутого приказа командира войсковой части № №, который содержит вполне конкретные и точные формулировки поставленных перед ФИО4 задач. 

Таким образом, суд, не усматривая нарушений порядка применения взыскания, полагает действия воинского должностного лица соответствующими требованиям нормативных актов.

Приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО4 привлечен к дисциплинарной ответственности и ему объявлено взыскание в виде выговора за нарушение регламента служебного времени, выразившееся в несвоевременном прибытии на службу ДД.ММ.ГГГГ.

Как видно из материалов дела, изданию данного приказа предшествовало проведенное начальником радиоцентра ФИО11 письменное разбирательство, в ходе которого установлены все необходимые для решения вопроса о привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности обстоятельства, а ФИО4 предоставлена возможность дать свои объяснения, в которых он признал факт опоздания на службу к установленному времени – 8 часам 30 минутам указанных суток.

Приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ для военнослужащих, проходящих службу по контракту, с ДД.ММ.ГГГГ введен в действие регламент служебного времени, согласно которому на службу им необходимо прибывать к 8 часам 30 минутам.

В силу ст. 163, 222 УВС ВС РФ военнослужащие, проходящие службу по контракту, обязаны точно выполнять регламент служебного времени.

Довод представителя административного истца о том, что ФИО4 не был ознакомлен с упомянутым регламентом, опровергается содержанием его собственноручно написанного объяснения. Кроме того, данное утверждение само по себе является несостоятельным, поскольку в силу ст. 80 УВС ВС РФ знание регламента служебного времени находится в сфере ответственности ФИО4 как командира подразделения.

При изложенных обстоятельствах суд не находит оснований сомневаться в законности объявленного истцу приказом № дисциплинарного взыскания.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 привлечен к дисциплинарной ответственности, и ему в устной форме начальником радиоцентра войсковой части № объявлен строгий выговор за нарушение приказа командира той же воинской части от ДД.ММ.ГГГГ №, что выразилось в несвоевременном предоставлении паспортных данных подчиненных военнослужащих.

В силу приведенных выше правовых норм приказ командира подлежит обязательному, беспрекословному и своевременному исполнению подчиненными.

Как видно из содержания приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, с которым ФИО4 был ознакомлен под роспись, командирам подразделений данной воинской части, в числе прочего, была поставлена, задача организовать до ДД.ММ.ГГГГ заполнение таблицы с паспортными данными и адресами проживания подчиненных военнослужащих, а также представить эту таблицу ответственному должностному лицу, 

<

данные изъяты>.

Как следует из показаний допрошенных в суде свидетелей ФИО15, ФИО16 и ФИО17 (лица, назначенного ответственным за сбор упомянутых выше данных), а также рапорта последнего от ДД.ММ.ГГГГ, по состоянию на эту дату названные сведения о военнослужащих радиогруппы представлены не были, хотя ФИО4, как и другим командирам подразделений воинской части, было известно о необходимости их своевременного представления, в связи с чем командиром войсковой части № начальнику радиоцентра было поручено по данному факту провести разбирательство и организовать представление этих данных.

Показаниями свидетеля ФИО15, а также сведениями о телефонных соединениях ФИО11 подтверждается, что последний, в том числе посредством телефонной связи, провел разбирательство и установил виновность ФИО4 в совершении данного дисциплинарного проступка.

Учитывая очевидность невыполнения истцом приказа командира воинской части, меры, предпринятые ФИО11 в рамках разбирательства по данному факту, следует признать достаточными для вывода о виновности ФИО4 в совершении дисциплинарного проступка.

То обстоятельство, что ФИО4 в послеобеденное время ДД.ММ.ГГГГ не находился в расположении воинской части ввиду освобождения от исполнения служебных обязанностей по состоянию здоровья, по убеждению суда, не влияет на законность действий начальника радиоцентра. Делая такой вывод, суд отмечает, что данное обстоятельство возникло лишь ДД.ММ.ГГГГ – за пределами установленного в названном приказе срока, истцу фактически была предоставлена возможность представить свои объяснения, а характер упомянутого заболевания, как следует из копии медицинского документа и пояснений самого ФИО4, не препятствовал ему в этом.

Объявление же взыскания и внесение записи об этом в служебную карточку в период отсутствия военнослужащего в воинской части существенно влияют лишь на его право на оспаривание данных действий воинского должностного лица, которое было ФИО4 в полной мере реализовано при обращении в суд с настоящим административным исковым заявлением.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 привлечен к дисциплинарной ответственности, и ему в устной форме заместителем командира воинской части по тылу объявлен выговор за невыполнение приказа того же должностного лица.

Как следует из показаний свидетеля ФИО15, ФИО10 на одном из служебных совещаний, состоявшихся за несколько дней до ДД.ММ.ГГГГ, поставил командирам подразделений воинской части, в качестве одного из которых на совещании присутствовал и ФИО4, задачу по осуществлению заправки топливом вверенной военной техники до ДД.ММ.ГГГГ. Тот же свидетель показал, что аналогичная задача ставилась командирам подразделений приблизительно в период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ на служебных совещаниях, на которых присутствовал ФИО4, также командиром воинской части и начальником радиоцентра. ДД.ММ.ГГГГ также на служебном совещании, показал свидетель, ФИО10 поинтересовался у командиров подразделений результатами выполнения данной задачи, при этом ФИО4 доложил, что заправку техники не производил и на вопрос того же должностного лица какие-либо объективные причины данного упущения привести затруднился, после чего ФИО10 на том же совещании объявил последнему выговор за данный дисциплинарный проступок.

Обстоятельства невыполнения ФИО4 упомянутого распоряжения также подтверждаются сведениями о выходе из парка военной техники, закрепленной за радиогруппой.

Основываясь на приведенных выше правовых нормах об обязательности своевременного и точного выполнения приказов командиров и начальников, а также о требованиях к процедуре привлечения военнослужащих к дисциплинарной ответственности, суд не усматривает каких-либо нарушений закона со стороны заместителя командира войсковой части №, допущенных при наложении на ФИО4 дисциплинарного взыскания.

Факт задействования двух единиц вверенной ФИО4 техники в служебном мероприятии ДД.ММ.ГГГГ на данный вывод не влияет, поскольку истцом в принципе не были предприняты меры к выполнению упомянутого приказа. 

Вопреки мнению представителя административного истца, полномочность майора ФИО10 на объявление ФИО4 названного дисциплинарного взыскания основана на положениях статей 11-12 и 69 ДУ ВС РФ. 

Положения тех же статей Устава обусловливают и полномочия командира воинской части, а также начальника радиоцентра капитана ФИО11 на применение к ФИО4 перечисленных выше взысканий.

Принимая во внимание характер каждого из приведенных дисциплинарных проступков, а также виды объявленных ФИО4 за их совершение взысканий, примененные к истцу в каждом из упомянутых случаев меры дисциплинарного воздействия не могут быть признаны явно несоразмерными, а оценка целесообразности действий воинских должностных лиц в компетенцию суда не входит. 

Проанализировав приведенные правовые нормы и обстоятельства дела, суд полагает требования административного истца не подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 219, 227 КАС РФ, суд

р е ш и л:

в удовлетворении административного искового заявления военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО4 об оспаривании действий командира названной воинской части, а также заместителя командира войсковой части № по тыловому обеспечению и начальника радиоцентра той же воинской части, связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 1-й Восточный окружной военный суд через Хабаровский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Днем принятия решения в окончательной форме определить ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий 

Судья 

Хабаровского гарнизонного военного суда В.А. Кошевой