2-2838/2017 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

05 октября 2017 года 

Копейский городской суд Челябинской области в составе: 

Председательствующего судьи А.В.Лебедевой 

с участием прокурора А.А. Харина 

при секретаре Е.Ф. Обуховой

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Копейский машиностроительный завод» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился суд с иском (с учетом уточнения) к АО «Копейский машиностроительный завод» (далее АО «КМЗ») о восстановлении на работе в качестве ДОЛЖНОСТЬ, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. 

В обоснование исковых требований истец указал, что работал в АО «Копейский машиностроительный завод» в качестве ДОЛЖНОСТЬ, 2 июня 2017 года был уволен с АО «КМЗ», с 29 июня 2017 года решением Копейского городского суда восстановлен на работе. 31 июля 2017 года в соответствии с медицинским заключением вновь был уволен на основании пункта 8 части 1 статьи 77 ТК РФ. С увольнением не согласен, так как был уволен без заключения медико-социальной экспертизы и без скорректированной программы реабилитации. Заключением комиссии врачей от 14 сентября 2017 года истец признан работоспособным. Просит восстановить его на работе в качестве сторожа либо вахтера в АО «Копейский машиностроительный завод» с 9 октября 2017 года, взыскать компенсацию морального вреда в сумме 120 000 рублей, зарплату за время вынужденного прогула с августа по сентябрь 40 000 рублей (л.д. 5, 72 исковое заявление).

В судебном заседании ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивал в полном объеме, суду пояснил, что он может по состоянию здоровья работать, но не стропальщиком, а сторожем либо вахтером, данные вакансии ему не предлагали при увольнении. Считает, увольнение незаконным. 

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 требования поддержала в полном объеме. 

Представитель ответчика АО «Копейский машиностроительный завод» ФИО3 с иском не согласен, суду пояснил, что увольнение ФИО1 по пункту 8 части 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ произведено в соответствии с трудовым законодательством. Вакантные должности, имеющиеся на предприятии истцу были предложены. ФИО1 является инвалидом 2 группы, в соответствии с медицинскими рекомендациями ему разрешен труд только в специально созданных условий, в соответствии с пунктом 6.3 санитарных правил СП 2.2.9.2510-09 «Гигиенические требования к условиям труда инвалидов». Учитывая специфику выпускаемой ответчиком продукции, на предприятие таких условий создано быть не может. Кроме того, просит применить срок исковой давности, так как ФИО1 и ранее обращался в суд за восстановлением на работе, имеет представителя в судебном заседании о сроках обращения ему было известно. 

Выслушав объяснения истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителей ответчика АО «КМЗ» ФИО3, допросив специалиста врача-психиатра И.Р.Я., заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования не подлежат удовлетворению, суд приходит к следующему. 

В соответствии с п. 8 части 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ основаниями прекращения трудового договора являются: отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы (части третья и четвертая статьи 73 настоящего Кодекса);

В силу части 3 ст. 73 Трудового кодекса РФ если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается во временном переводе на другую работу на срок более четырех месяцев или в постоянном переводе, то при его отказе от перевода либо отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 8 части первой статьи 77 настоящего Кодекса.

Как разъяснено в Постановлении пленума Верховного суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» п. 23, при рассмотрении дела о восстановлении на работе, лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказывать наличия законного основания увольнения и соблюдения установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Как следует из материалов дела ФИО1 с 1 ноября 2008 года принят в кузнечный цех слесарем по ремонту и обслуживанию систем вентиляции и кондиционирования, затем переведена на основании заявления ФИО1 ДОЛЖНОСТЬ с 20 мая 2015 года (распоряжение о переводе на другую работы от 20 мая 2015 года № 854/к л.д. 42). 

Судом установлено, что истец уволен с работы приказом НОМЕР от 31 июля 2017 года на основании пункта 8 части 1 статьи 77 ТК РФ в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением (л.д. 37).

Основанием увольнения послужила справка КЭК НОМЕР от 21 июля 2017 года. 

Из справки КЭК НОМЕР от 21 июля 2017 года следует, что ФИО4 является инвалидом 2 группы бессрочно, согласно положений пункта 6.3. санитарных правил СП 2.2.9.2510-09 «Гигиенические требования к условиям труда инвалидов» работа стропальщиком ФИО1 противопоказана, справка выдана 21 июля 2017 года. 

Поскольку в справе КЭК указано только противопоказания работы в качестве стропальщика, ответчиком перед увольнением были предложены ФИО1 другие имеющиеся вакантные должности по состоянию на 31 июля 2017 года, которые мог бы в силу квалификации и образования занять ФИО1 ФИО1 от предложенных вакансий отказался (л.д. 75).

В судебном заседании ФИО1 пояснил, что он не может в силу состояния здоровья работать на предложенных ему работодателем профессиях, хотел бы работать сторожем в АО «КМЗ», либо вахтером. 

Судом исследовано штатное расписание АО «КМЗ», книга принятых и уволенных работников на АО «КМЗ» в июле 2017 года, приказы на принятых сторожей и вахтеров.

Из представленных документов следует, что согласно штатного расписания на предприятия имеется 53 единицы сторожей и два вахтера, данные должности не были вакантны на момент расторжения трудового договора с ФИО1 

Согласно индивидуальной программы реабилитации инвалида, выдаваемой федеральным государственными учреждениями медико-социальной экспертизы ФИО1 даны рекомендации по оснащению (оборудованию) специального рабочего места до трудоустройства инвалидов: труд в специально созданных условиях лечебно-производственных мастерских под контролем мед. персонала СП 2.2.9.2510-09 пункт 6.3. 

В п. 6.3 СП 2.2.9.2510-09, указаны условия при которых выполняются трудовые обязанности инвалидами на предприятиях использующих труд инвалидов. Согласно п. 6.3.2. на предприятие направляются инвалиды 3 и 2 группы, прошедшие предварительное лечение и обучение в условиях лечебно-трудовых мастерских и психоневрологических диспансеров и больниц. Для рационального расположения оборудования и рабочих мест, а также для наблюдения за работой число перегородок в производственных помещениях должно быть минимальным, лестничные клетки и другие опасные места ограждаются специальными устройствами, на предприятие оборудуются отдельные от общих столовые, буфеты, комнаты приема пищи, создаются оптимальные и допустимые санитарно-гигиенические условия производственной среды, оборудуются ограждения движущихся механизмов, помещения мед. работников должно быть приближено к рабочим местами больных для контроля за поведением в процессах трудовой деятельности и проведения адекватной терапии, коррекции поведения, способствующих безопасности самих инвалидом и их окружения. 

Согласно Устава АО «Копейский машиностроительный завод», утвержденного в 2015 году, АО «Копейский машиностроительный завод» не является предприятием, на котором созданы специальные рабочие места для инвалидов в соответствии с пунктом 6.3 СП 2.2.9.2510-09. Целью общества является поручение прибыли в интересах акционеров и удовлетворение общественных потребностей в производимых товарах и оказываемых услугах. Основными видами деятельности общества является производство машин и оборудования для добычи полезных ископаемых и строительства, обработка металлических изделий с использованием основных технологических процессов машиностроения, предоставление услуг по монтажу, ремонту и техническому обслуживанию прочих машин специального назначения, не включенных в другие группировки, подготовка строительного участка, строительство зданий сооружений. Монтаж инженерного оборудования зданий и сооружений, производство отделочных работ, покупка и продажа собственного недвижимого имущества, деятельность в области архитектуры, инженерно-техническое проектирование в промышленности строительстве, производство отливок и прочие (л.д.51-67).

Допрошенный в судебном заседании врач психиатр ГБУЗ «ОКСПНБ № 1 диспансерное отделение № 2» И.Р.Я. суду пояснил, что ФИО1 состоит на учете у врача психиатра, в июле 2017 года работодатель АО «КМЗ» обратился с запросом о возможности в силу состояния здоровья исполнять им обязанности ДОЛЖНОСТЬ, клинико-экспертная комиссии врачей психиатров ГБУЗ «ОКСПНБ № 1 диспансерное отделение №2» дали заключение о невозможности выполнения работы ФИО5 в данной профессии в связи с наличием тяжелого хронического психоневрологического заболевания, и инвалидности 2 группы. ФИО1 может работать только в специально созданных условиях под наблюдением врачей, то есть это рабочие места при психоневрологических больницах. На предприятие в цехе не возможно установить постоянный контроль медперсонала, Также ФИО1 не может выполнять на предприятии работу ДОЛЖНОСТЬ, по тем основаниям, что он не может быть ответственным лицом за сохранность имущества в силу состояния здоровья, работа ДОЛЖНОСТЬ в данном случае также недопустима. Также свидетель пояснил, что тяжелая форм заболевания у ФИО5 выявлена только в апреле 2016 года, диагноз который он имел ранее допускал его работу в вышеуказанных условиях.

На основании изложенного, суд пришел к убеждению, что увольнение ФИО1 по пункту 8 части 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ произведено обоснованно, так как согласно медицинского заключения от 21 июля 2017 года ФИО1 не мог выполнять работу в качестве ДОЛЖНОСТЬ по состоянию здоровья, вакантные должности ему были предложены, с приказом об увольнении истец был ознакомлен, трудовая книжка выдана, расчет при увольнении произведен, оснований для восстановления на работе в АО «КМЗ» качестве сторожа, вахтера с 9 октября 2017 года судом не установлено, доказательств, что по состоянию здоровья ФИО1 имел возможность исполнять обязанности сторожа, вахтера, кроме того, судом установлено, что вакантной должности сторожа, вахтера на момент увольнения истца в АО «КМЗ» не имелось.

Ответчиком заявлено о применении срока исковой давности, указано, что истцом без уважительных причин пропущен месячный срок исковой давности, так как об увольнении ему стало известно 31 июля 2017 года, а в суд он обратился 11 сентября 2017 года.

В соответствии со ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Истец указал, что срок им пропущен, по тем основаниям, что ранее он был восстановлен судом на работе, однако АО «КМЗ» обратились с апелляционной жалобой, и он посчитал, что может обратиться в апелляционную инстанцию, с таким требованием дополнительно, однако при попытке приобщить новое исковое заявление в суде апелляционной инстанции ему было отказано, и разъяснено его право обратится в суд первой инстанции, поэтому на следующий день он подал исковое заявление о восстановлении на работе в суд первой инстанции. 

Согласно Постановления Пленума ВС РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ», признав причины пропуска срока уважительными, судья вправе восстановить этот срок (часть третья статьи 390 и часть третья статьи 392 ТК РФ). Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, судья принимает решение об отказе в иске именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абзац второй части 6 статьи 152 ГПК РФ).

Выслушав пояснения сторон, относительно причин пропуска срока, учитывая состояние здоровья истца, суд считает, что оснований для применении срока исковой давности не имеется, так как в силу заболевания ФИО1 неверно истолковал нормы права и обратился в суд второй инстанции с заявлением о восстановлении его на работе по новому основанию, что подтверждается протоколом судебного заседания суда апелляционной инстанции от 07 сентября 2017 года. 

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ суд, 

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований ФИО1 к АО «Копейский машиностроительный завод» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда отказать. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Копейский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме. 

Судья А.В. Лебедева