Судья Макаров А.С.

РЕШЕНИЕ

 № 7-30/2017

(дело № 5-2/2017)

10 апреля 2017 г. г. Ростов-на-Дону

Судья Северо-Кавказского окружного военного суда Костин Игорь Владимирович (

<

...>), при секретаре Филонове Е.О., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ. в 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> проживающего по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>

на постановление судьи Севастопольского гарнизонного военного суда от 20 февраля 2017 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Согласно постановлению судьи водитель ФИО1 признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ. на 

<

адрес> в 

<

адрес>, управляя транспортным средством, в нарушение требований п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ отказался от выполнения законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, т.е. совершил правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. В связи с этим ФИО1 назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

В жалобе на судебное постановление ФИО1, считая постановление незаконным и необоснованным, просит его отменить и производство по делу прекратить в связи с отсутствием события административного правонарушения.

В обоснование автор жалобы, ссылаясь на нормы КоАП РФ, иные нормативные правовые акты и приводя собственный анализ доказательств по делу, утверждает, что дело рассмотрено судьёй необъективно, его выводы не соответствуют имеющимся в деле доказательствам, которым надлежащая оценка не дана. Неустранимые сомнения в доказанности вины должны были толковаться в его пользу.

Так, транспортным средством он не управлял, водителем применительно к составу вменённого административного правонарушения не являлся, пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения сотрудник полиции ему не предлагал, права ему не разъяснил, в составленных в отношении него процессуальных документах он не расписывался, записей никаких не делал, их копии не получал. Сделанные от его имени в этих документах подписи ему не принадлежат, в проведении в связи с этим почерковедческой экспертизы ему было необоснованно отказано.

Кроме того, объяснения понятых получены по времени после составления протокола об административном правонарушении, к которому они приложены. При этом письменные объяснения понятых содержат описания событий в отношении другого гражданина – ФИО1 «Владимировича» и ФИО1 «Владимовича», в то время как у него отчество «Вадимович».

Далее автор жалобы также утверждает, что опрошенные в суде понятые ФИО5 и ФИО6 не подтвердили, что ему предлагалось пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, и очевидцами подписания им процессуальных документов не являлись.

Рассмотрев материалы дела и доводы жалобы, нахожу, что судебное постановление соответствует фактическим обстоятельствам содеянного ФИО1 и основано на исследованных судьёй доказательствах, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает.

В соответствии с п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Направление ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено должностным лицом 

<

данные изъяты> в пределах его компетенции.

В силу ч. 11 ст. 27.12 КоАП РФ требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения признаётся законным при наличии достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения. Поводом для направления этого водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо его несогласие с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, отрицательный результат освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 г. № 475, достаточными основаниями полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также поведение, не соответствующее обстановке.

Как видно из протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, составленного в отношении водителя ФИО1 в связи с наличием у него запаха алкоголя изо рта, нарушением речи, неустойчивостью позы и резким изменением окраски кожных покровов лица (т. 1 л.д. 3), обстоятельством, послужившим законным основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование явился его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, заявленный сотруднику полиции в присутствии двух понятых.

Эти обстоятельства, вопреки утверждению в жалобе об обратном, подтверждаются показаниями как сотрудников полиции ФИО7 и ФИО8, так и показаниями понятых ФИО5 и ФИО6 (т. 2 л.д. 91-94, 166-175).

Протоколы процессуальных действий составлены согласно процедуре их оформления, установленной КоАП РФ, и в присутствии указанных понятых, достоверность и объективность их содержания сомнений не вызывает.Вопреки утверждению в жалобе об обратном, меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении применены к ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП РФ.

Участие двух понятых при отстранении ФИО1 от управления транспортным средством и направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения сотрудником полиции обеспечено, понятым разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 25.7 КоАП РФ. Изложенное подтверждается соответствующими протоколами, содержание которых удостоверено подписями понятых ФИО5 и ФИО6, подтвердивших достоверность изложенных в этих протоколах обстоятельств, а также хода и результатов процессуальных действий.

При этом понятые, вопреки ошибочному утверждению в жалобе, не заявляли о том, что сотрудник полиции не предлагал ФИО1 пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Заинтересованность указанных понятых в исходе дела материалами не подтверждена.

Свидетели ФИО7 и ФИО8, каждый в отдельности, в суде подтвердили, что в ДД.ММ.ГГГГ. непосредственно они остановили транспортное средство под управлением ФИО1, в связи с чем к последнему и были применены меры производства по делу об административном правонарушении, связанные с направлением последнего на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Процессуальных препятствий для признания относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу показаний свидетелей ФИО7 и ФИО8, являвшихся очевидцами управления ФИО1 транспортным средством, как и оснований не доверять им, у судьи не имелось. Заинтересованность сотрудников полиции, составивших административный материал, в исходе дела материалами не подтверждена.

Довод ФИО1 о том, что он не управлял транспортным средством, опровергается совокупностью перечисленных выше доказательств, которым судьёй дана надлежащая оценка. Не согласиться с выводами судьи оснований не имеется, а утверждение в жалобе об обратном является необоснованным.

Вопреки ошибочному мнению автора жалобы, отсутствие видеозаписи и иных очевидцев факта управления им транспортным средством не влияет на правильность оценки судьёй доказательств по правилам ст. 26.11 КоАП РФ с точки зрения их достаточности для вывода о том, что именно ФИО1 являлся надлежащим субъектом вменённого административного правонарушения.

Вопреки утверждению ФИО1, сотрудник полиции разъяснил ему права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ и ст. 25.1 КоАП РФ, вручил копии составленных процессуальных документов и предоставил ему возможность дать объяснения, из содержания которых явствует, что ФИО1 управлял транспортным средством и отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения как на месте, так и в медицинском учреждении (т. 1 л.д. 1). Достоверность данных обстоятельств подтверждается показаниями сотрудника полиции ФИО7. То обстоятельство, что понятые не являлись очевидцами разъяснения ФИО1 прав и вручения ему копий процессуальных документов, не ставит под сомнение правильность выводов судьи, поскольку присутствие понятых для удостоверения этих обстоятельств в силу закона не требовалось. При этом судья обоснованно отверг, как надуманное и направленное на избежание административной ответственности, отрицание ФИО1 принадлежности сделанных от его имени в протоколах по делу подписей и записей.

В связи с изложенным, довод жалобы о необоснованном отказе судьи в проведении по делу почерковедческой экспертизы также несостоятелен, так как по смыслу ч. 2 ст. 24.4 КоАП РФ судья вправе как удовлетворить, так и отказать в удовлетворении ходатайства, заявленного лицом, участвующим в производстве по делу об административном правонарушении (в зависимости от конкретных обстоятельств дела). В данном случае, принимая во внимание наличие в деле достаточной совокупности достоверных доказательств, подтверждающих обстоятельства совершения ФИО1 вменённого правонарушения, необходимость в назначении по делу экспертизы отсутствовала.

Что же касается утверждений автора жалобы, связанных с несоответствием времени составления протокола об административном правонарушении с временем дачи письменных объяснений понятыми, а также ошибочным указанием в этих объяснениях отчества гражданина ФИО1, то следует отметить, что указанные несущественные недостатки носят технический характер, не влияющий на оценку соответствующих доказательств как относимых и допустимых. Указанные протокол и объяснения исследовались и оценивались судьёй исключительно в совокупности с иными доказательствами, подтверждающими законность и обоснованность привлечения ФИО1 к административной ответственности.

Исходя из вышеприведённых фактических обстоятельств по делу, ссылку в жалобе на наличие по делу неустранимых сомнений в доказанности вины ФИО1 в совершении вменённого административного правонарушения, нельзя признать состоятельной.

Таким образом, обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу об административном правонарушении, установлены судьёй в достаточном объёме и получили должную оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, а изложенный в обжалуемом постановлении вывод о наличии в действиях ФИО1 события и состава правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, является обоснованным и мотивированным.

Нарушений, которые могли бы дать основания для вывода о необходимости отмены судебного постановления, из дела не усматривается.

Административное наказание назначено ФИО1 в минимальном размере, предусмотренном санкцией ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6, 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление судьи Севастопольского гарнизонного военного суда от 20 февраля 2017 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судья И.В. Костин