Дело № 2-1366/2019 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новоалтайск 18 июня 2019 года

Новоалтайский городской суд Алтайского края в составе

председательствующего судьи Полянской Т.Г.,

при секретаре Масниковой Ю.А.,

с участием помощника прокурора г. Новоалтайска Изотовой И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к ОАО «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ОАО «Российские железные дороги» (далее ОАО «РЖД») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в сумме 550 000 руб. в пользу ФИО1, в сумме 450 000 руб. в пользу ФИО2 

В обоснование иска указано, что ФИО2 с ДАТА года работал у ответчика помощником машиниста тепловоза и машинистом тепловоза, в 2015 году вышел на пенсию. ФИО1 работал у ответчика с ДАТА. 

Стаж работы ФИО2 в условиях взаимодействия неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание, составляет более ДАТА лет, ФИО1- более ДАТА года.

Согласно актам от ДАТА, ДАТА, утвержденных Управлением Роспотребнадзора по железнодорожному транспорту и на основании заключений АДРЕСвого Центра профессиональной патологии ФИО2 установлено профессиональное заболевание: двухсторонняя хроническая нейросенсорная тугоухость 1-2 степени. ФИО1 установлено профессиональное заболевание: вибрационная болезнь I-II степени от воздействия общей вибрации. Полиневропатия (поражение нервных окончаний) верхних и нижних конечностей с сенсорными и вегетативно трофическими нарушениями с приступом периферического ангиоспазма (внезапное нарушение тонуса кровеносных сосудов). 

Данные заболевания возникли в результате длительного воздействия высоких уровней вредных факторов: вибрация, шум. Вина работников отсутствует. Компенсационных выплат в возмещение причиненного вреда работодателем не производилось. 

В результате профессионального заболевания истцы испытывают нравственные и физические страдания. Так у ФИО1 вследствие вибрационного заболевания отмечаются слабость в мышцах рук и ног, нарушение дыхательного процесса, снижение рефлексов и чувствительности, вплоть до полного отсутствия, возникают периодические «ноющие» боли в ногах, руках, а также шеи и плечевых суставах, особенно остро ощущается в периоды изменения погоды, возникает чувство онемения нижних или верхних конечностей, периодические судороги. Нарушается сон. В периоды острых приступов вынужден соблюдать постельный режим, терпеть ограничения в движении и боли. Ограничения в передвижениях и беспомощность приводят к тревожности и депрессиям. Проводится консервативная терапия заболевания, снижающая болевой синдром, улучшений в состоянии здоровья не происходит, с возрастом заболевания усугубляются, эффективность препаратов снижается. 

Нарушение слуха у ФИО2 влечет затруднения во взаимоотношениях с окружающими, ведет к изолированности и отверженности. Уменьшение количества звуковых «подсказок», стимулирующих кратковременную и долговременную память нормально слышащего человека, приводит к фрустации и ухудшению слуховой памяти, инстинктивно развивается уклонение от групповых ситуаций и бесед, ограничиваются социальные контакты, возникает ощущение не признанности и непонятности. Возникшие в результате тугоухости психосоциальные нарушения препятствуют своевременному обращению за помощью и усугубляют психологический фон, снижают качество жизни. Тугоухость затрудняет восприятие звуков, периодические шумы в ушах, головные боли. 

В результате многолетнего воздействия повышенного шума у ФИО1 возникло снижение слуха, у ФИО2 в результате воздействия повышенного уровня вибрации развился остеохондроз. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддерживает, также пояснил, что в результате профессионального заболевания он с затруднением передвигается с помощью костылей. В прошлом году получил от работодателя санаторную путевку в АДРЕС, также подал заявление о возмещении расходов на лекарства, ответа на которое не получил. 

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддерживает, также пояснив, что из-за профессионального заболевания одним ухом он не слышит, другим слышит плохо. Какие-либо меры реабилитации от работодателя не получал. 

Представитель истцов ФИО3, действующая на основании доверенностей, в судебном заседании просит исковые требования удовлетворить, учесть степень утраты трудоспособности истцов, физические и нравственные страдания. 

Представитель ответчика ОАО «РЖД» ФИО4 в судебном заседании против исковых требований возражает, поскольку не согласны с размером компенсации морального вреда, полагают, что он завышен. Во время работы истцов в должности машинистов, помощников машинистов, им предоставлялось санаторно-курортное лечение, высокая заработная плата, льготы. В ДАТА году у ФИО1 было обнаружено заболевание, которое он скрывал от работодателя, усугубляя состояние здоровья. В ДАТА году ФИО1 была предоставлена санаторно-курортная путевка в АДРЕС. Также пенсионерам их предприятия возмещается стоимость лекарств. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетеля, заключение прокурора, полагавшего исковые требования обоснованными, размер компенсации морального вреда определению с учетом разумности и справедливости, изучив письменные материалы, суд приходит к следующему.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Частью 3 ст. 8 указанного Закона N 125-ФЗ предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Исходя из смысла части 1 статьи 212 ТК РФ, обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, он считается виновным в получении работником профессионального заболевания в процессе трудовой деятельности, если не докажет иное. Работодатель может быть освобожден от компенсации работнику морального вреда при представлении доказательств, что физические и (или) нравственные страдания были причинены работнику вследствие действия непреодолимой силы либо умысла самого работника.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что ФИО1, ДАТА года рождения, в период с ДАТА работал в качестве помощника машиниста, машинистом электровоза в Локомотивном депо АДРЕС, локомотивном депо Барнаул Западно-Сибирской железной дороги ОАО «РЖД», стаж работы машинистом составил 14 лет, общий стаж работы более 34 лет.

ФИО2 в период ДАТА годы, с ДАТА до ДАТА работал в качестве помощника машиниста, машинистом электровоза и тепловоза, с ДАТА года до ДАТА- распределителем работ в Локомотивном депо АДРЕС, локомотивном депо Барнаул Западно-Сибирской железной дороги ОАО «РЖД», стаж работы машинистом составил 15 лет, общий стаж работы более 36 лет.На основании извещения, направленного КГБУЗ «Краевая клиническая больница» краевой профпаталогический центр ДАТА, комиссией, созданной на основании ст. 212 ТК РФ, Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства РФ от ДАТА НОМЕР, проведено расследование случая профессионального заболевания, выявленного у ФИО1 

ДАТА составлены два акта о случае профессионального заболевания, утвержденных заместителем главного государственного санитарного врача по Западно-Сибирской железной дороге, подписанных и.о. заместителя начальника депо по кадрам и социальным вопросам, заместителем начальника депо по эксплуатации иными уполномоченными работниками ОАО «РЖД» филиала Дирекции тяги структурного подразделения Западно-Сибирская дирекция тяги структурного подразделения эксплуатационное локомотивное депо Барнаул.

Актами установлены заключительные диагнозы ФИО1: вибрационная болезнь I-II степени от воздействия общей вибрации. Полиневропатия верхних и нижних конечностей с сенсорными и вегетативно трофическими нарушениями с приступами периферического ангиоспазма; двусторонняя хроническая нейросенсорная тугоухость I степени (легкая степень снижения слуха). 

Причинами возникновения заболеваний указано: отрицательное воздействие общей вибрации, превышение предельно допустимых уровней на 2дБ, 111 дБ при норме 109 дБ; отрицательное воздействие шума, превышение предельно допустимых уровней шума на 3 дБ, 83 дБА при норме 80 дБА. 

Вины работника в случае профессионального заболевания не установлено.

При расследовании случая профессионального заболевания комиссией учитывались Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания НОМЕР от ДАТА, иные документы.

На основании извещения, направленного Клиникой Государственного учреждения Краевого профпатологического центра от ДАТА, созданной на основании ст. 212 ТК РФ, Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства РФ от ДАТА НОМЕР, комиссией проведено расследование случая профессионального заболевания, выявленного у ФИО2 

ДАТА составлен акт о случае профессионального заболевания, подписанный главным инженером эксплуатационного локомотивного депо Барнаул, заместителем начальника депо по кадрам и социальным вопросам, иными уполномоченными работниками организации ответчика. Акт утвержден Заместителем начальника Западно-Сибирского территориального отдела по Алтайскому отделению Управления Роспотребнадзора по Железнодорожному транспорту.

Актом установлен заключительный диагноз ФИО2: двусторонняя хроническая нейросенсорная тугоухость 1-2 степени сложного генеза. 

Причинами заболевания указано длительное, кратковременное (в течение рабочей смены), однократное длительное воздействие на организм человека вредных производственых факторов: шуба, общей вибрации. Уровень вибрации 83 дБА во время движения тепловоза, при норме 80 дБА, уровень локальной вибрации 115, 112, 114 дБ, при норме 126 дБ, уровень общей вибрации 111 дБ, при норме 109 дБ. 

Вины работника в случае профессионального заболевания не установлено.

При расследовании случая профессионального заболевания комиссией учитывались Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания НОМЕР от ДАТА, иные документы.

Указанные Санитарно-гигиенические характеристики, акты об установлении случая профессионального заболевания сторонами не оспариваются.

Согласно справке МСЭ-ДАТА НОМЕР от ДАТА ФИО1 установлено 20% степени утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием бессрочно, на основании акта о случае профессионального заболевания от ДАТА. 

Из справки МСЭ-ДАТА НОМЕР от ДАТА следует, что ФИО1 установлено 10% степени утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием бессрочно, на основании акта о случае профессионального заболевания от ДАТА. 

ФИО1 с ДАТА установлена 3 группа инвалидности по общему заболеванию бессрочно, что подтверждается справкой МСЭ НОМЕР от ДАТА. 

Программой реабилитации профессионального заболевания от ДАТА, ФИО1 рекомендовано медикаментозное и санаторно-курортное лечение.

Согласно справке МСЭ-ДАТА НОМЕР от ДАТА ФИО2 установлено 30% степени утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием бессрочно, на основании акта о случае профессионального заболевания от ДАТА. 

Программой реабилитации профессионального заболевания от ДАТА, ФИО2 рекомендовано медикаментозное лечение.

Из представленных суду доказательств следует, что профессиональное заболевание истцов возникло в результате воздействия на организм вредных производственных факторов, моральный вред за которые подлежит возмещению ответчиком.

Доказательств тому, у ФИО2 в результате воздействия повышенного уровня вибрации и шума развился остеохондроз, какие-либо психологические расстройства, суду не представлено. 

Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии с положениями ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степени вины работодателя в причинении вреда истцам, (длительность работы, допущенные нарушения условий труда), характер заболеваний обоих истцов, причинившие нравственные и физические страдания, степень утраты трудоспособности, установление инвалидности ФИО1, учитывает требования разумности и справедливости, и определяет размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию, в пользу ФИО1 в сумме 80 000 руб., в пользу ФИО2 в сумме 70 000 руб. 

В соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. 

В связи с этим, с ответчика в доход местного бюджета- муниципального образования городского округа город Новоалтайск подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 600 руб. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 удовлетворить частично. 

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в пользу ФИО1 в сумме 80 000 руб., в пользу ФИО2 в сумме 70 000 руб. 

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2 отказать. 

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в доход бюджета муниципального образования городского округа город Новоалтайск государственную пошлину в сумме 600 руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Новоалтайский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Т.Г. Полянская