Дело № 2- 542/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 июня 2018 года г. Хабаровск

Кировский районный суд города Хабаровска в составе: председательствующего судьи Юдаковой Ю.Ю., с участием представителей истца ФИО1, ФИО2, третьего лица ФИО3, ответчика ФИО4, его представителя ФИО5,

при секретаре Долгих И.С.,

В.Н. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО7, ФИО4 о признании сделки дарения недействительной, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО6 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО7 о расторжении договора, в обоснование иска указав, что 21.03.2013 между ФИО6 и ФИО8 (после заключения брака ФИО9) был заключен договор дарения. Согласно, которому истец безвозмездно подарила ответчику жилой дом, общей площадью 63 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером №, площадью 600 кв.м. по адресу: г. Хабаровск, 

<

адрес>. Указанный договор составлен в простой письменной форме и зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Хабаровскому краю. ответчик, являясь дочерью истца, путем уговоров убедила истца переоформить земельный участок и расположенный на нем жилой дом на ответчика. При этом, ответчик использовала доводы о том, что после расторжения семейных отношений с ФИО10 ответчик со своим новым мужем была вынуждена жить в арендованном жилье, переезжать в дом к истцу ответчик не желала по причине того, что им всем будет мало места. В связи с данными обстоятельствами ответчик попросила разрешение у истца построить для себя дом и членов ее семьи жилой дом на земельном участке истца. Истец на такую просьбу ответчика ответила положительно и дала свое согласие на постройку ответчиком жилого дома на принадлежащее истцу земельном участке. После окончания строительства нового дома ответчик обратилась к истице и стала жаловаться на то, что сотрудниками регистрирующего органа отказано ответчику в регистрации права собственности на вновь возведенный жилой дом, поскольку у ответчика отсутствует какое-либо право на земельный участок, на котором ответчиком был возведен жилой дом. Также ответчик пояснила истцу о том, что для регистрации права собственности на новый жилой дом, необходимо, чтобы истец передала (переоформила) свой земельный участок на ответчика, после чего у ответчика возникнут законные основания на оформление построенного ею жилого дома в собственность. При этом, ответчик убедила истца в том, что переоформление земельного участка без уже зарегистрированного на нем жилого дома который принадлежит истцу невозможно в силу действующего законодательства РФ, который определяет единство судьбы земельного участка с объектом недвижимости, расположенном на нем, в связи с чем переоформление земельного участка истца на ответчика необходимо делать вместе с жилым домом истца. Путем уговоров, ответчик обещала что сразу после того, как она зарегистрирует право собственности на свой дом, она сразу же переоформит право собственности на истца (вернет) ранее подаренный ей дом и часть земельного участка. Ответчик обещала, что будет ухаживать за истцом, помогать ей, говорила, что истцу не нужно будет платить налоги на дом и земельный участок, а также обещала взять бремя содержания данного жилого дома на себя, в том числе оплату коммунальных услуг. 

В данном случае имеет место существенного изменения обстоятельств, на которых исходила истец при заключении договора дарения недвижимого имущества от 21.05.2013. после регистрации вышеуказанного договора дарения, ответчик до настоящего времени не приняла на себя бремя содержания полученной от истца недвижимости. 

В связи с тем, что спорный жилой дом 1958 года постройки нуждался в некоторых ремонтных работах, которые направлены на его поддержание, в надлежащем состоянии, которое не будет нести угрозы жизни и здоровья не только истца, но и других лиц, в том числе совместно проживающих с истцом в спорном доме. Истец совместно с проживающими с ней лицами своими силами и за свой счет производили ремонт спорного жилого дома, а также осуществляли в нем технические улучшения. Кроме того, ответчик возложил на истца обязательства по оплате расходов за потребляемую, в том числе ответчиком и ее семьей (так как оба дома подключены к одному электросчетчику) электроэнергию, что подтверждается решением суда. Указанный жилой дом для истца является единственным местом жительства, другого жилья у нее нет. 

При заключении вышеуказанного договора дарения истец исходила из обещаний, которые озвучивала ответчик, а именно, что через небольшое количество времени ответчик обратно переоформит дом и часть земельного участка на истца, а также что ответчик будет оказывать помощь и поддержку истцу, в том числе финансовую, что ответчик примет на себя содержания данного недвижимого имущества, в том числе оплату коммунальных услуг, и изменение указанных обстоятельств не произойдет.

Какой-либо договор на передачу права собственности не был заключен по причинам, которые истец не мог преодолеть после их возникновения, поскольку истец не может принудить ответчика вернуть ей право собственности на недвижимое имущество. Истец никак не может повлиять на исполнение ответчиком остальных, принятых на себя вышеперечисленных обязательств. 

Истцу стало известно о том, что ответчик не собирается выполнять своего обещания и переоформлять обратно на имя истца спорный жилой дом и часть земельного участка, только в октябре 2016 г., в ходе спора возникшего между сторонами. 

В ходе рассмотрения дела истицей неоднократно уточнялись исковые требования. В обоснование уточнений иска истица указала на то, что стороны заключая договор дарения спорного недвижимого имущества, не преследовали соответствующих ей юридических последствий, то есть заключили мнимую сделку. После регистрации в Росреестре перехода собственности от истца к ответчику ФИО7 фактической передачи спорного жилого дома сторонами также не производилось. Ответчики отказываются исполнять свои обязанности собственники и соответственно нести бремя расходов на содержание спорного жилого дома. Ответчик ФИО7 не только не исполнила данное истцу обещание вернуть ее имущество обратно, совершила сделку по дарению спорных объектов недвижимости своему супругу ФИО4, что является подтверждением того, что ответчиками совершаются действия направленные на то, чтобы не возвращать истцу спорной недвижимости. 

Ответчик ФИО7 не осуществляет заботу об истце как обещала, а также не несет расходы не только по содержанию спорного дома истца, но и обязывает истца нести в полном объеме за всех проживающих в обоих домах расходы за электроэнергию. Данные обстоятельства подтверждаются чеками, а также решением Кировского районного суда г. Хабаровска по делу № 2-637/2017 от 10.05.2017г. 

Договор дарения был заключен истцом под влиянием заблуждения относительно природы сделки, а также ввиду преклонного возраста истца и её материального положения истец не предполагала о возможных последствиях данной сделки. 

Спорный жилой дом, расположенный на спорном земельном участке является единственным жильем истца. Иного жилого помещения для проживания истец не имеет, условий о сохранении за истцом права пожизненного пользования спорным жилым домом и земельным участком договор дарения не содержат. Из чего следует, что первоначальный договор дарения заключен на невыгодных для дарителя (истца) условиях. 

Предмет договора дарения, а именно спорный жилой дом и земельный участок, ни по одному из договоров дарения, ни одному из ответчиков не передавался и до настоящего времени используется истцом, который несет бремя расходов на данное недвижимое имущество. 

С учетом уточнений, просит признать сделку по договору дарения жилого дома, общей площадью 63 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером №, площадью 600 кв.м. по адресу: г. Хабаровск, 

<

адрес> от 21.03.2013 недействительной; применить последствия недействительной сделки к вышеуказанному договору дарения жилого дома, общей площадью 63 кв.м. и земельного участка с кадастровым номером №, площадью 600 кв.м. по адресу: г. Хабаровск, пер. 

<

адрес> от 21.03.2013, а также к последующему договору дарения, согласно которого собственником стал ФИО4; вернуть стороны в первоначальное положение, исключив (аннулировать) записи о регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о зарегистрированных правах на недвижимое: жилого дома, общей площадью 63 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером №, площадью 600 кв.м. по адресу: г. Хабаровск, пер. 

<

адрес>: на имя ФИО8 (ФИО9 после заключения брака) № № от 02.04.2013г., № № от 29.01.2014г. (на жилой дом), № № от 02.04.2013г. (на земельный участок); на имя ФИО4 № № от 24.02.2018г. (на жилой дом), № № от 24.02.2018 (на земельный участок); восстановить регистрационную запись о праве собственности на вышеуказанные объекты недвижимости на имя ФИО6 № № от 29.05.2012 г. (на жилой дом), № № от 26.07.2012 г. (на земельный участок).

Определением судьи от 23.03.2018г. к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО4 (л.д. 28).

В судебное заседание истец не явился, согласно представленному заявлению просил рассматривать дело в свое отсутствие. 

В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования поддержала в полном объеме, суду дополнительно пояснила что договор дарения предполагает передачу дара одаряемому, и последний обязан нести расходы, ухаживать за ним, сохранять либо улучшать его внешний вид. За домом ухаживал истец, из дома не выезжала, ответчики за домом не ухаживали, не въезжали в него, не проживали. В доме котором проживает истец в настоящее время, и который был передан ответчику на основании договора дарения (старый дом-далее по тексту), была произведена реконструкция, ответчиком был использован материнский капитал, однако расходы были понесены ФИО11 и ее мужем ФИО21. О том что данный дом был подарен ответчику, третье лицо ФИО11 не знала, продолжали улучшать старый дом, реконструировать его, оплачивать приобретение вещей необходимых для повседневного использования. Между истцом и ответчиком ФИО7 был устный договор, на основании которого истец передает в собственность земельный участок и находящейся на нем дом, в котором ФИО6 проживает, с целью постройки ответчиком нового дома на данном земельном участке для личного проживания и проживания своей семьи. Ответчик утверждала, что после постановки на учет нового дома в регистрирующих органах, старый дом и земельный участок будет возвращен истцу. Однако последнее выполнено не было. О том что передача дома и земельного участка осуществлена не будет, истец узнала в 2016 году. 

Представитель истца ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме, суду дополнительно пояснила, ранее ФИО7 просила истца дать ей разрешение на постройку дома для своего личного проживания и проживания членов своей семьи, на земельном участке принадлежащего истцу. ФИО6 согласилась, и ФИО7 был построен новый дом для своего проживания, однако ответчик ФИО7, не смогла его поставить на учет в регистрационных учреждениях в соответствии с действующим на тот период времени законодательством, так как на оформление дома необходимо предоставление правоустанавливающих документов на земельный участок на котором воздвигнуто вновь возведенная постройка. На основании этого ФИО7 убедила истца передать ей в собственность земельный участок путем заключения договора дарения. Таким образом ФИО7 ввела в заблуждение истца о необходимости придачи земельного участка, тогда как старый дом, в котором в настоящее время проживает истец, не разрывно связан с земельным участком и также перешел ответчику ФИО7, на данных основаниях, убедив при этом ФИО6, что после регистрации нового дома, ФИО7 передаст истцу часть земельного участка и старый дом. До настоящего времени новый дом в котором проживала ФИО7 со своей семьей не зарегистрирован, к данному дому проведена электростанция, семья Л-вых в нем проживает. Однако ФИО7 было указано ФИО6 о том, что возврат, дома в котором проживает истец и части участка, производится не будет. Полагала, что мнимость сделки заключается в том, что истец не предполагала отчуждения дома и земельного участка, она продолжала проживать в доме, пользоваться и распоряжаться им, тогда как ответчика в нем не жили, то есть юридических последствий не наступило. Также пользование происходит и с частью земельного участка. Утверждала, что имеются признаки мнимости и заблуждения, а также обмана, так как полагала, что ФИО7 не предполагала возвращать имущество. Указала, что истец о своем нарушенном праве узнала в конце 2016 года. Ранее истцом было подано исковое заявление в суд, то есть истцом были предприняты попытки оспаривания данного договора.

Третье лицо ФИО11 исковые требования поддержала, суду пояснила, что в данном доме проживала длительное время, ею были проведены восстановительные ремонтные работы, на производство которых ею брались кредиты в банках. Тогда как ответчики в старом доме не просиживали. О заключенной сделки дарения, узнала в конце 2015 года. ФИО6 является матерью ФИО11, и ею было сообщено третьему лицу о совершенной сделки дарения ФИО6 с ФИО7 ФИО6 сообщила, что ФИО7 попросила ее о помощи и передать ей земельный участок и дом, с условием возврата. Позже между ФИО6 и ФИО7 возникли разногласия по поводу оплаты коммунальных платежей за свет, так как дом ФИО7 был подключен к общему счетчику, и потребление электроэнергии со стороны ответчиков происходило в большем количестве. На данной почве возникали скандалы. В настоящее время в доме не проживает, проживает в г.Лучегорске, около года, со своей семьей.

Ответчик исковые требования не признал в полном объеме по основаниям указанным в письменных возражениях по делу, пояснил, что в 2012 году производились регистрационные действия по дому, на ФИО6, документы оформлялись по доверенности ФИО7 В 2011 году, ФИО6 вступила в наследство, оформилась у нотариуса, в регистрационных органах на учет была поставлена в 2012 году. Часть документы оформлялись в присутствии истца, ФИО7 и ФИО4, а часть в присутствии ФИО7 и ФИО4, которые затем были переданы истцу. В апреле 2013 года ФИО6 одарила ФИО7 жилым домом и земельным участком. Оформление документов по договору дарения осуществлялась в присутствии истца и ответчиков. Полагал, что дарение ФИО7 земельный участка и дома, является воля ФИО6 Было оговорено истцом, что ФИО11 передавался автомобиль, ФИО12 дом, таково разделение имущество истца, по ее воле. Указал, что в 2016 году произошел конфликт, истец потребовала от ФИО7 переоформить дом на ФИО11, на что получила отказ. В настоящее время новый дом построенный на совместном, спорном участке, не оформлен, ФИО12 полагала, что ФИО4 распорядится данным имущество в интересах детей ответчика. Пояснил, что реконструкция старого дома производилась за счет денежных средств принадлежащих ФИО7 и его, тогда как улучшения дома производились за счет ФИО11 после регистрации дома на ФИО7 Просил применить срок исковой давности.

Представитель ответчика ФИО5 исковые требования не признала в полном объёме, по основаниям изложенным в возражениях на исковое заявление, дополнительно суду пояснила, что договор дарения заключен в 2013 году, заключен по доброй воле, инициатором заключения договора дарения являлся истец, текст договора пропечатан в простой, понимаемой форме, на момент заключения договора дарения ФИО6 было 55 лет, лицо понимало последствия заключения данной сделки и отдавало отчет своим действиям. На момент заключения договора ФИО7 со своей семьей были прописаны в доме. На момент подписания договора и оформления его в регистрирующих органах новой постройки не были. Доводы ответчика не состоятельны. Все действия направленные на реконструкцию дома, который уже находился на земельном участке и постройка нового, проводились после заключения договора дарения. Довод о том, что ответчики не проживали в старом доме, однако факт проживания имеется. Ответчик ФИО12 занималась реконструкцией дома, улучшением и увеличением площади проживания. На вопрос представителя ответчика ФИО2, ответчик пояснил, что реконструкция дома заключалась в следующем: пристроена веранда, которая в настоящее время является бойлерной, в одном из жилых помещений была убрана стена, в другом возведена, убрали печь, камин, возведены новые стены, душ, туалет сделан.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося ответчика.

Выслушав пояснения участников процесса, исследовав представленные доказательства, судом установлено следующее.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Судом установлено, что 21.05.2013 между ФИО6 и ФИО8 (после заключения брака ФИО9) был заключен договор дарения. Согласно, которому истец безвозмездно подарила ответчику жилой дом, общей площадью 63 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером №, площадью 600 кв.м. по адресу: г. Хабаровск, 

<

адрес>.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Федерального закона "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела 1 части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации" от 7 мая 2013 г. N 100-ФЗ, указанный Закон вступает в силу с 1 сентября 2013 г.

В силу части 9 статьи 3 указанного Федерального закона, установленные положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 1 сентября 2013 г.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Пунктом 84 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Оспаривая договор дарения, истец ФИО6 ссылается на его мнимость, утверждая, что договор реально сторонами не исполнялся; а также указывая на то. Что сделка совершена под влиянием заблуждения.

В соответствии с п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

02.04.2013 в Единый государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним внесены записи № от 02.04.2013г., № № от 02.04.2013г. о государственной регистрации права собственности за ФИО7 (ФИО13). 

Судом установлено, что на основании договора дарения от 21.03.2013 между ФИО6 и ФИО8 (после заключения брака ФИО9) истец безвозмездно подарила ответчику жилой дом, общей площадью 63 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером №, площадью 600 кв.м. по адресу: г. Хабаровск, 

<

адрес>

В судебном заседании свидетель ФИО22. пояснила что ФИО7 приходилась ей матерью, ФИО6 бабушка, ей известно что ФИО6 передала в собственность земельный участок и дом, ФИО7 просила ФИО6 передать ей в собственность данное недвижимое имущество для постройки своего дома, при это не сообщать о данных обстоятельствах ФИО11 Договор дарения был заключен в 2013 году, ФИО7 говорила о том, что дом будет возращен в течении трех лет. Когда ФИО6 приписала дом, возникли неприязненные отношения, начались конфликты из-за электроэнергии, по ее оплате, в 2015-2016 году. Со слов ФИО6 известно о том, что истец обратилась к ФИО7 с целью уточнения информации о передаче дома обратно истцу, однако ФИО7 дала понять, что возврата дома не будет. Реконструкцию дома, в котором проживает истец, производила ФИО11, ею были произведены работы по воздвижению пристройки к дому, проведен свет, постелены полы, обустроена душ кабина. ФИО7 денежными средствами на данные работы не помогала. В данном доме ответчики не проживали. ФИО11 узнала о договоре дарения в 2016 году.

Свидетель ФИО23. пояснила, что со слов ФИО6 ей известно о том, что истец намеривалась подарить дом и земельный участок ФИО7, тогда как автомобиль ФИО11, таким образом разделить свое имущество между дочерями. Указала, что новый дом, в котором проживали ответчики, был построен после оформления договора дарения. Дом был подарен в весенний-летний период 2013 года, дом ФИО7 начал строится в 2014 году. Также свидетелю известно, со слов ФИО6 и ФИО7, что брались кредиты, использовался материнский капитал. О договоре дарения, свидетелю известно со слов ФИО7. 

Свидетель ФИО24. пояснила, что со слов ФИО6 ей известно о том, что что в момент вступления в наследство, истец не намеревалась передавать дом дочерям, говорила, что она является гарантом того, что ее дети будут обеспечены имуществом. В последствии ФИО6 решила передать дом и земельный участок ФИО7, тогда как транспортное средство ФИО11 данное ей стало известно в 2013-2014 году. Также свидетель сообщила, что ФИО11 настаивала на том, что ФИО7 обманным путем завладела имуществом, ввела в заблуждение ФИО6 Реконструкция дома производилась ФИО11, при этом ФИО7 предоставляла для этого работников, производила оплату совместно со своим мужем.

Свидетель ФИО25 пояснил что является сожителем ФИО11, общаться с членами семьи ФИО11 начал с 2015 года. На тот момент она проживала в старом доме совместно с ФИО6, он приезжал на выходных, в отпуск и проживал совместно с ними. Он видел, что отношения у истца и ФИО11 напряженные с ответчиком ФИО7 из-за разногласии по оплате за электроэнергию. Семья Л-вых проживала в новом доме. Ему известно со слов ФИО6 и ФИО11 что между истцом и ФИО7 был заключен договор дарения, с условием возврата недвижимого имущества, дом и земельного участка, обратно ФИО6 через три года.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. Неисполнение одной стороной сделки своих обязательств само по себе не свидетельствует о мнимом характере сделки. Исполнение договора хотя бы одной из сторон уже свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой.

Учитывая правовое регулирование спорных правоотношений сторон, установленные в суде первой инстанции фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что оспариваемая сделка не имела мнимой природы, так как воля одной стороны – одаряемого ФИО7 была направлена на достижение правового результата, соответствующего дарению недвижимого имущества.

Как следует из существа отношений, ФИО6 фактически передала ФИО7 имущество, указанное в договоре. ФИО7 в свою очередь приняла указанное имущество, осуществляла на соответствующем земельном участке возведение жилого дома, предназначенного для проживания своей семьи. 

Суд установил, что ФИО7, фактически содержала земельный участок с 2013 года, он находился под ее контролем, осуществляла полномочия собственника в отношении спорного участков перед третьими лицами.

Кроме того, ФИО7 обращалась в Индустриальный районный суд г. Хабаровска с иском к Управлению Пенсионного фонда РФ в г. Хабаровске т Хабаровском районе Хабаровского края, Отделению Пенсионного фонда РФ (государственное учреждение) по Хабаровскому краю о признании незаконным решения об отказе в удовлетворении заявления о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала, взыскании судебных издержек. Как установлено решением Индустриального районного суда г. Хабаровска от 22.10.2014г. в целях улучшения жилищных условий ФИО8 (ФИО9) своими силами, за счет собственных средств, произведена реконструкция жилого дома 28 по пер. Горный г. Хабаровска, путем возведения дополнительного объема площади. В результате чего общая площадь составила 79,7 кв.м. свидетельством о регистрации права собственности, кадастровым паспортом, экспертными заключениями подтверждается проведение работ по реконструкции объекта индивидуального жилищного строительства, в результате которых общая площадь жилого помещения (жилых помещений) реконструируемого объекта увеличилась не менее чем на учетную норму площади жилого помещения, устанавливаемую в соответствии с жилищным законодательством. 

Таким образом, ответчик ФИО7 действовала как собственник, совершала действия, которые дают основания полагать, что она, а не ФИО6 является собственником жилого дома и земельного участка.

То обстоятельство, что после заключения договора дарения жилой дом находилось в фактическом владении истца ФИО6, и она пользовалась им, само по себе не может означать, что истец продолжал оставаться собственником данного имущества.

Согласно п. 5 ст. 166 ГК РФ и разъяснениям, приведенным в п. 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В силу ч. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Кроме того, судом принимается во внимание, что с 2013 года истец был согласен с условиями договора, о неисполнении договора или ненадлежащем его исполнении не заявлял.

Суд исходит из того, что истцом в подтверждении своих доводов о мнимости оспариваемой сделки не представлено доказательств тому, что обе стороны по сделке не имели намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

По смыслу ч. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Часть 3 ст. 178 устанавливает, что заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО6, суд исходит из того, что истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не было предоставлено достаточных доказательств того, что договор дарения недвижимого имущества был заключен истцом под влиянием заблуждения. Кроме того истцом не представлено доказательств того, что между ней и ответчиком ФИО7 существовали договоренности в виде обещания после заключения договора дарения спорного недвижиого имущества, регистрации вновь возведенного строения-жилого дома, ответчик ФИО7 возвратит все ФИО6 полученное ею по договору дарения от 21.03.2013.

В силу п. 5 ст. 178 ГК РФ суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными нормативно-правовыми актами.

При этом, как договор дарения, подписанный сторонами, содержит все существенные условия договора дарения, предусмотренные ГК РФ. Доказательств преднамеренного создания у ФИО6 не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельств, влияющих на его решение, не представлено. 

В соответствии с п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как разъяснено в абз. 3 п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации" суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о применении исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены за счет других соответчиков (например, в случае предъявления иска об истребовании неделимой вещи).

Исходя из характера спорного правоотношения - признания недействительным сделки дарения недвижимого имущества, которая явилась основанием для последующего возникновения права собственности у ФИО4 на спорные объекты недвижимости, суд установил, что срок исковой давности по заявленным требованиям истцом пропущен, при отсутствии доказательств уважительности причин его пропуска, приходит к выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявленного иска также в связи с пропуском срока исковой давности о применении которого заявлено одним из ответчиков при рассмотрении дела судом первой инстанции.

В связи с чем отсутствуют правовые основания для удовлетворения заявленных требований в полном объеме.

Согласно ст.220 Гражданского процессуального кодекса России, суд прекращает производство по делу в случае, если после смерти гражданина, являвшегося одной из сторон по делу, спорное правоотношение не допускает правопреемство или ликвидация организации, являвшейся одной из сторон по делу, завершена.

В материалы дела представлена копия свидетельства о смерти ФИО7, ДАТА года рождения, умершей 29.05.2018г., о чем сотавлена запись акта о смерти № № от 29.05.2018 г. 

Таким образом, суд считает необходимым прекратить производство по делу в связи со смертью ответчика ФИО7 по заявленным требованиям к данному ответчику, по основанию, предусмотренному абз.7 ст.220 ГПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО4 о признании сделки дарения недействительной, применении последствий недействительности сделки, отказать.

Производство по гражданскому делу по иску ФИО6 к ФИО7 о признании сделки дарения недействительной, применении последствий недействительности сделки, прекратить по основанию, предусмотренному абз.7 ст.220 ГПК РФ.

Принятые определением судьи от 27.02.2018 года меры по обеспечению иска в виде наложения запрета на совершение регистрационных действий по регистрации отчуждения прав, обременений в пользу третьих лиц в отношении: жилого дома, общей площадью 63 кв.м., кадастровый паспорт: №, земельного участка с кадастровым номером №, площадью 600 кв.м. по адресу: 

<

адрес>, г. Хабаровск, Хабаровский край, - отменить по вступлении решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Хабаровский краевой суд через Кировский районный суд г.Хабаровска в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено 18.06.2018.

Судья /подпись/

Копия верна, судья Ю.Ю. Юдакова