Председательствующий: Павленко С.А. № 22-338/2024 

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Омск 26 февраля 2024 года 

Омский областной суд в составе судьи Волторнист О.А.,

при секретаре Абулхаировой Ж.Н., 

с участием прокурора Городецкой Т.А., ФИО1, 

оправданного ФИО2,

адвоката Сковородко А.А. 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Дерксен В.Г. на приговор Кировского районного суда г. Омска от 04 декабря 2023 года, которым

ФИО2, 

<

...>, 

<

...>, не судимый, 

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием состава преступления и за ним признано право на реабилитацию в порядке Главы 18 УПК РФ. 

Решена судьба вещественных доказательств.

Исследовав материалы дела, выслушав прокурора Городецкую Т.А., поддержавшую доводы апелляционного представления, мнение оправданного ФИО2 и его адвоката Сковородко А.А., полагавших необходимым приговор суда оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения, суд апелляционной инстанции, 

У С Т А Н О В И Л:

Органами предварительного следствия ФИО2 обвинялся в нарушении им 

<

...> при управлении автомобилем правил дорожного движения, повлекшим по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человеку.

Суд установил отсутствие со стороны ФИО2 нарушения требований п. 1.2, 5.19.1, 5.19.2, 1.3, 1.5, 8.1, 9.10, 10.1, 13.1, 14.1 ПДД РФ, оправдал его за отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, признав право на реабилитацию. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Дерксен В.Г. выражает несогласие с приговором, считая его незаконным ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона. 

Указывает, что выводы суда об отсутствии в действиях ФИО2 состава преступления ввиду того, что потерпевший переходил дорогу вне зоны действия пешеходного перехода, а оправданный не имел технической возможности остановить транспортное средство в момент возникновения опасности, избежать наезда на Потерпевший №1, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. 

Приводит показания потерпевшего Потерпевший №1, данные в ходе его допроса; в ходе очной ставки со свидетелем ФИО2; проверки показаний на месте с участием потерпевшего, а также показания свидетелей Свидетель №1, Л.С.А., Свидетель №9, Свидетель №10, выводы заключения судебно-медицинской экспертизы от 

<

...> в отношении Потерпевший №1, и указывает, что установленные экспертизой выводы о характере, механизме и тяжести причиненного вреда здоровью в результате ДТП, а также об установлении места наезда на пешехода Потерпевший №1 в границах нерегулируемого пешеходного перехода объективно согласуются с показаниями потерпевшего и очевидцами происшествия. 

Отмечает, что, принимая решение об оправдании ФИО2, суд также указал, что совпадение GPS-координат места наезда на потерпевшего на видеорегистраторе ФИО2 

<

...> и на следственном эксперименте с участием последнего не может свидетельствовать о том, что точка с данными координатами расположена в одном и том же месте.

Между тем, результаты проведенных осмотров видеозаписей ДТП и следственного эксперимента от 12.08.2021, в ходе которого проводился сравнительный анализ видеофрагментов с моментом соприкосновения пешеходов с автомобилем, которые имеют равные значения GPS-координат, позволяют сделать вывод о том, что автомобиль «

<

...>» под управлением ФИО2 в момент соприкосновения с пешеходами двигался со скоростью не менее 18 км/ч и находился в границах нерегулируемого пешеходного перехода. 

Доводы суда о неверном установлении обвинением очередности наезда на пешеходов являются несостоятельными, поскольку в обвинительном заключении лишь перечислены лица, на которых осуществлён наезд, а не установлена очередность наезда на каждого. 

Указывает на несостоятельность выводов повторной авто-видео-технической экспертизы № 

<

...>, поскольку в основу экспертом положена схема, составленная лишь с участием ФИО2, и которая, согласно показаниям свидетеля Л.С.А., не соответствует обстановке места ДТП.

Приводя показания свидетеля К.Г.П., протокол осмотра видеозаписи с видеорегистратора ФИО2, анализируя погодные условия и факт допуска ФИО2 к управлению транспортным средством в очках, полагает, что данные обстоятельства прямо доказывают, что водитель не предпринял необходимых мер предосторожности, отвлекался от контроля за дорожной обстановкой, не принял достаточных мер к своевременной остановке автомобиля, что привело к наезду на пешехода, которому причинен тяжкий вред здоровью. 

Анализируя заключение судебной автотехнической экспертизы от 

<

...>, сведения ФГБУ «Обь-Иртышское УГМС», сведения из БУ г. Омска «УДХБ», полагает, что указанные доказательства свидетельствуют об отсутствии возможности образования ледяных отложений на дорожном покрытии, в связи с чем, за основу суду надлежало принять выводы судебной автотехнической экспертизы от 

<

...> относительно остановочного пути. Равно как и не могли быть положены в основу приговора сведения о состоянии дорожного полотна, погодных условиях, указанные в протоколе осмотра места происшествия, поскольку таковой составлен во время, которое не соответствовало фактической дорожной обстановке и погодным условиям на момент ДТП.

Указывает, что при сопоставлении сведений, содержащихся в протоколе осмотра места происшествия от 22.05.2020 согласно которому расстояние от крайней границы дорожного знака 5.19.2 «Пешеходный переход» до места остановки автомобиля, т.е. правого переднего колеса автомобиля, равное как 5,6 м., и выводов автотехнической экспертизы № 

<

...> от 

<

...> следует, что место наезда на пешеходов находилось в границах нерегулируемого пешеходного перехода.

Заявляет, что согласно заключению судебной автотехнической экспертизы от 

<

...> № 

<

...> водитель располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов путем применения в момент возникновения у него опасности для движения экстренного торможения автомобиля до линии движения пешеходов. 

Обращает внимание, что с учетом показаний ФИО2 и его супруги, а также заключения авто-видео-технической экспертизы № 

<

...>, судом неверно установлена скорость движения автомобиля в диапазоне 12-15 км/ч.

Ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в абз.2 п. 6, 7 постановления Пленума ВС РФ от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения…», полагает, что судом неверно установлен момент обнаружения водителем опасности. Так, из авто-видео-технических экспертиз № 

<

...> и № 

<

...> следует, что ФИО2 не видел пешеходов и применил экстренное торможение только после того, как для пассажира К.Г.П. стало очевидно возникновение опасности, и произошло столкновение с Свидетель №1 В момент идентификации Свидетель №1 водитель должен был принять меры к экстренному торможению, вплоть до остановки автомобиля, однако, исходя из приведенных в рамках судебного заседания экспертиз № 

<

...> и № 

<

...>, следует, что скорость до момента наезда на Свидетель №1 и момента идентификации Потерпевший №1 увеличилась, соответственно мер к экстренному торможению водитель при обнаружении опасности – свидетеля Свидетель №1 не предпринял, несмотря на такую возможность, исходя из выводов экспертизы № 

<

...>. 

Кроме того, обращает внимание на то, что в нарушение требований п. 3 ч. 1 ст. 306 УПК РФ и п. 16 постановления Пленума ВС РФ от 

<

...> № 

<

...> «О судебном приговоре» резолютивная часть приговора не содержит сведений об отмене ФИО2 ранее избранной меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 

Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение. 

На апелляционную жалобу государственного обвинителя Дерксен В.Г. оправданным ФИО2 принесены возражения, в которых просит приговор оставить без изменения, представление – без удовлетворения. 

Проверив представленные материалы уголовного дела, выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В силу положений ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Основаниями отмены судебного решения в апелляционном порядке наряду с другими являются нарушения уголовно-процессуального закона, а также несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела (ст. 389.15 УПК РФ). 

Согласно п. 2 ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Органом предварительного следствия ФИО2 обвинялся в том, что 

<

...> с 

<

...> час. до 

<

...> час. ФИО2, управляя автомобилем «

<

...>», р.з. № 

<

...> регион, в сложных метеорологических и дорожных условиях - недостаточной видимости в направлении движения ввиду темного времени суток и искусственного освещения, осадков в виде мокрого снега, совершил поворот налево с 

<

...> (дублер), где располагался нерегулируемый пешеходный переход, обозначенный знаками № 

<

...> и № 

<

...>. ФИО2 не выбрал правильный скоростной режим, не принял необходимых мер предосторожности, не был внимательным к дорожной обстановке и внимательным к другим участникам дорожного движения, а слушая музыку, разговаривая с К.Г.П., отвлекся от управления, не наблюдал за обстановкой на дороге, в результате несвоевременно обнаружил Потерпевший №1 и Свидетель №1, переходивших проезжую часть по пешеходному переходу, не обеспечил незамедлительной остановки транспортного средства и совершил наезд передней частью автомобиля на Потерпевший №1 и Свидетель №1 После этого ФИО2 применил экстренное торможение, выехав на полосу встречного движения. В результате наезда Потерпевший №1 был причинен тяжкий вред здоровью, Свидетель №1 вред не причинен. Причиной наезда явилось нарушение ФИО2 п. 1.2, п. 5.19.1, 5.19.2, п. 1.3, п. 1.5, п. 8.1, п. 9.1, п. 10.1, п. 13.1, п. 14.1 Правил дорожного движения. 

Действия ФИО2 органами предварительного следствия квалифицированы по ч. 1 ст. 264 УК РФ, - нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

На основе исследованных доказательств суд пришел к выводу о необходимости оправдания ФИО2 ввиду того, что наезд на ФИО3 и ФИО4, произошел не на пешеходном переходе, и в момент обнаружения опасности подсудимый не имел технической возможности остановить транспортное средство и избежать наезд на ФИО4, поскольку потерпевший стал виден ФИО2 в процессе наезда на Свидетель №1.

Согласно п. 10.1 Правил дорожного движения, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Исходя из этого при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Уголовная ответственность по статье 264 УК РФ наступает, если у водителя имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортного происшествия и между его действиями и наступившими последствиями установлена причинная связь.

При этом момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить.

При анализе доказательств наличия либо отсутствия у водителя технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие в условиях темного времени суток или недостаточной видимости следует исходить из того, что водитель в соответствии с пунктом 10.1 Правил должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Судом первой инстанции указанные положения не учтены.

Так, из показаний ФИО2 следует, что он знал о наличии по пути следования пешеходного перехода, в момент ДТП на улице было темно, шел мокрый снег, навстречу двигался встречный транспорт. Повернув, находясь на пешеходном переходе, он увеличил скорость, поскольку пешеходов не видел.

Доводы суда о том, что пешеход Потерпевший №1 переходил проезжую часть дороги вне пешеходного перехода, не свидетельствуют о том, что в действиях ФИО2 отсутствует нарушение Правил дорожного движения.

ФИО2, управляя автомобилем, совершая поворот налево с 

<

...>, зная о расположении там нерегулируемого пешеходного перехода, должен был с учетом сложных метеорологических условий, темного времени суток, искусственного освещения, интенсивности движения, состояния дорожного покрытия, имеющего снежно-ледяные отложения, избрать правильный скоростной режим, который бы обеспечивал ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, позволял своевременно обнаружить граждан, находящихся в зоне пешеходного перехода, уступить им дорогу и обеспечить заблаговременную остановку транспортного средства в случае возникновения опасности наезда на пешехода.

Кроме того, как следует из материалов дела, встречный поток транспортных средств препятствовал обзору пешеходного переходы на всей его протяженности.

Движение пешеходов по проезжей части дороги за пешеходным переходом, в непосредственной его близости, также не освобождает водителя от выполнения требований п. 10.1 Правил дорожного движения, предписывающих избирать скорость, соответствующую интенсивности движения, метеорологическим условиям, в том числе видимости в направлении движения.

Согласно п. 8.1 Правил дорожного движения при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Приведенными нормами охватывается не только обязанность водителя применить возможные меры к остановке транспортного средства при возникновении опасности, но и обязанность выбрать надлежащий, то есть соответствующий конкретной дорожной ситуации, скоростной режим. 

Таким образом, суд, оправдывая ФИО2, не дал оценки тому обстоятельству, что при сложившихся сложных метеорологических и дорожных условиях избранная ФИО2 скорость транспортного средства не позволяла ему в случае обнаружения опасности принять меры к полной остановке транспортного средства для предотвращения наезда на пешехода. 

Выводы суда о том, что Правила дорожного движения не предписывают водителю действовать и подстраивать свое поведение под возможные противоправные действия иных участников, которые могут и не произойти, являются несостоятельными в силу приведенных выше положений Постановления Пленума Верховного суда РФ от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения». 

Суд апелляционной инстанции не может согласиться и с выводами суда о том, что набор скорости, а не ее снижение при завершении проезда перехода, где нет пешеходов, в данном конкретном случае не свидетельствует о нарушении ФИО2 п. 10.1 Правил дорожного движения. 

Как следует из требований п. 14.1 Правил дорожного движения, водитель транспортного средства, приближающегося к нерегулируемому пешеходному переходу обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим дорогу или вступившим на проезжую часть для осуществления перехода, что само по себе предполагает снижение скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, что продублировано в п. 10.1 ПДД. Помимо этого, установленные судом дорожные и метеорологические условия требовали от водителя ФИО2 особого внимания для постоянного контроля за движением транспортного средства и для обнаружения опасности. Наличие по пути следования дорожного знака нерегулируемого пешеходного перехода требовало от водителя должной внимательности, учета дорожных и метеорологических условий, выбора соответствующей скорости движения, что в полной мере соответствует разъяснениям, содержащимся в п.п. 6 и 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2008 № 25. 

При указанных обстоятельствах выводы суда о том, что опасность для движения у ФИО2 возникла в момент, когда он увидел перед своим автомобилем переходящего проезжую часть Свидетель №1, являются несостоятельными. 

При решении вопроса о технической возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей дорожно-транспортному происшествию. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить. При анализе доказательств наличия либо отсутствия у водителя технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие в условиях темного времени суток или недостаточной видимости следует исходить из того, что водитель в соответствии с п. 10.1 Правил должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Судом не дана оценка выводам эксперта, изложенным в заключении дополнительной экспертизы № 

<

...> (т. 5 л.д. 78-99), согласно которым при замедлении 2,0 м/с2, скорости 15 км/ч и времени 2,035 сек. и 2,052 сек. ФИО2, а также при замедлении 2,9 м/с2 во всех вариантах развития дорожной ситуации мог располагать технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов. 

Кроме того, вывод суда о неверном установлении обвинением последовательности наезда на Свидетель №1 и Потерпевший №1, что повлияло, по мнению суда, на достоверность выводов экспертов, является необоснованным, поскольку, как верно отмечено в апелляционном представлении прокурора, текст предъявленного ФИО2 содержит лишь указание на лиц, на которых осужденным осуществлен наезд, но не очередность наезда. 

Таким образом, оправдывая ФИО2 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, за отсутствием состава преступления, суд в нарушение требований п. 2 ст. 389.16 УПК РФ не учел указанные выше обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы, не дал им надлежащей оценки. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не может признать оправдательный приговор в отношении ФИО2 законным и обоснованным, и он подлежит отмене в полном объеме, а дело - направлению на новое судебное разбирательство, при котором необходимо учесть вышеуказанное, проверить все доводы, представленные сторонами, принять по делу законное, обоснованное и справедливое решение.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Кировского районного суда г. Омска от 04 декабря 2023 года в отношении ФИО2 отменить.

Материалы уголовного дела передать на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Апелляционное представление государственного обвинителя удовлетворить. 

Апелляционное постановление может быть обжаловано через суд постановивший приговор в порядке Главы 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в г. Кемерово в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Судья О.А. Волторнист