Гражданское дело №2-1935/2019

УИД 74RS0030-01-2019-002068-09

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

19 сентября 2019 года гор. Магнитогорск

Правобережный районный суд гор. Магнитогорска Челябинской области, в составе:

председательствующего Исаевой Ю.В., 

при секретаре Абиловой Г.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску публичного акционерного общества СК «Росгосстрах» к ФИО1, обществу с ограниченной ответственностью «Ягуар» о признании недействительным договора цессии,

У С Т А Н О В И Л:

Публичное акционерное общество СК «Росгосстрах» (далее ПАО СК «Росгосстрах») обратилось в суд с иском к ФИО1, ООО «Ягуар» о признании договора цессии № от 20 мая 2019 года недействительным, ссылаясь на то, что 20 мая 2019 года произошло ДТП. Виновным в ДТП признан водитель ФИО2, управлявший автомобилем Ф. государственный регистрационный знак № 06 июня 2018 года в ПАО СК «Росгосстрах» поступило заявление ООО «Ягуар» о выплате страхового возмещения. Свое право требования ООО «Ягуар» основывает на договоре цессии № от 20 мая 2019 года. Истец считает, что данный договор является недействительным в силу ничтожности (ст. ст. 383, 170 ГК РФ), поскольку договор ОСАГО № заключен 06 декабря 2018 года, т.е. правоотношения страховщика и потерпевшего регулируются п. 15.1-15.3 ст. 12 Закон Об ОСАГО в редакции от 27 марта 2017 года № 49-ФЗ. Данный закон предусматривает специальный статус потерпевшего - физическое лицо, имеющее на правое собственности легковой автомобиль, который зарегистрирован на территории РФ. В данном случае к цессионарию при передаче прав требования не могут перейти права, неразрывно связанные с цедентом - право собственности на автомобиль, а следовательно договор цессии подпадает под положения ст. 383 ГК РФ, когда личность, специальный статус кредитора имеет значение для определения возможности передачи прав. Договор цессии обладает признаками мнимой сделки, как совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, и в соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ является ничтожным.

В судебное заседание представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности от 17 октября 2018 года (л.д. 46-47), не явился, извещен надлежаще о времени и месте рассмотрения дела, просил дело рассмотреть в отсутствие представителя (л.д. 45).

Представитель ответчика ФИО4, действующий по доверенности от 23 ноября 2017 года (л.д. 41), в судебное заседание не явился, извещен надлежаще о времени и месте рассмотрения дела (л.д. 40).

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена надлежаще о времени и месте рассмотрения дела (л.д. 48).

Дело рассмотрено в отсутствие сторон. 

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно положения ст. 11 ГК РФ, суд осуществляет защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Защита гражданских прав, согласно ст. 12 ГК РФ, осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; и иными способами, предусмотренными законом.

Согласно ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В силу положений ст. ст. 167, 168 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу придаваемым законом под мнимой сделкой подразумевается сделка, которая совершена для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц, характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Мнимость сделки связывается с пониманием сторонами того, что эта сделка их не связывает, и они не имеют намерений исполнять ее либо требовать ее исполнения. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий.

В судебном заседании установлено, что 20 мая 2019 года произошло ДТП с участием автомобилей Л., государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО1, и автомобиля Ф., государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2 В результате ДТП транспортное средство Л. получило механические повреждения (л.д. 7). 

В извещении о дорожно-транспортном происшествии указано, что механические повреждения возникли вследствие того, что заднее запасное колесо автомобиля Ф., государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2, отпало, покатилось в сторону транспортного средства Л. столкнулось с ним. 

Автогражданская ответственность водителя ФИО2 застрахована в АО «СОГАЗ» полис №, срок действия договора до 06 декабря 2019 года. 

Автогражданская ответственность водителя ФИО1 застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» полис №

20 мая 2019 года между ФИО1 (Цедент) и ООО «Ягуар» (Цессионарий) заключен договор № уступки прав требования (договор цессии), по которому Цедент уступает, а Цессионарий принимает на себя право требований возмещения материального ущерба в части стоимости услуг независимого эксперта, страхового возмещения, величины утраты товарной стоимости, расходы на эвакуацию транспортного средства с места ДТП, хранение поврежденного транспортного средства, на авторазбор и аварийного комиссара, а также компенсационных выплат, право требования уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами, право на взыскание неустойки, финансовой санкции ко всем лицам, включая страховые компании, РСА, ответственным за имущественный ущерб, причиненный собственнику Л. государственный регистрационный знак №, в результате ДТП, произошедшего 20 мая 2019 года (л.д. 9).

Цена передаваемого требования сторонами не определена.

06 июня 2019 года от ООО «Ягуар» в ПАО СК «Росгосстрах» поступило заявление о прямом возмещении убытков по ОСАГО, согласно которому ООО «Ягуар» просит произвести выплату страхового возмещения по ущербу по реквизитам, указанным в заявлении (л.д. 6). 

07 июня 2019 года произведен осмотр транспортного средства Л., государственный регистрационный знак №, составлен акт осмотра (л.д. 13-14). 

15 июня 2019 года ПАО СК «Росгосстрах» направило ООО «Ягуар» и ФИО1 уведомление о том, что по данному договору цессии выплаты не могут быть произведены, поскольку потерпевший должен предоставить в том числе документы, подтверждающие право на получение страхового возмещения при повреждении имущества, находящегося в собственности другого лица (л.д. 15-17). 

Согласно положениям п. 1 ст. 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В силу положений ст. 383 ГК РФ, переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

В соответствии со ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

В п. 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» указано, что права потерпевшего на возмещение вреда жизни и здоровью, на компенсацию морального вреда и на получение предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штрафа, а также права потребителя, предусмотренные пунктом 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей, не могут быть переданы по договору уступки требования (статья 383 ГК РФ).

В п.п. 9 - 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» указано, что уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета, является ничтожной (пункт 2 статьи 168 ГК РФ, пункт 1 статьи 388 ГК РФ). Например, ничтожной является уступка прав бенефициара по независимой гарантии без одновременной уступки тому же лицу прав по основному обязательству (абзац второй пункта 1 статьи 372 ГК РФ). Статья 383 ГК РФ устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью. При этом следует принимать во внимание существо уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве.

При оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.

Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).

Возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником (пункт 1 статьи 384, статьи 386, 390 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 940 ГК РФ, договор страхования может быть заключен путем составления одного документа (пункт 2 статьи 434) либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком.

К отношениям между истцом и ответчиком ФИО1 подлежат применению нормы п.п. 15.1-15.3 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в редакции Федерального закона от 28 марта 2017 года № 49-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Согласно данным положениям страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре). В случае выявления недостатков восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства их устранение осуществляется в порядке, установленном пунктом 15.2 или 15.3 настоящей статьи, если соглашением, заключенным в письменной форме между страховщиком и потерпевшим, не выбран иной способ устранения указанных недостатков. Претензия потерпевшего к страховщику в отношении результатов проведенного восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства рассматривается с учетом особенностей, установленных статьей 16.1 настоящего Федерального закона.

Пунктом 15.2 ст. 12 установлены требованиями к организации восстановительного ремонта.

Если у страховщика заключен договор на организацию восстановительного ремонта со станцией технического обслуживания, которая соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, страховщик направляет его транспортное средство на эту станцию для проведения восстановительного ремонта такого транспортного средства.

Если ни одна из станций, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, страховщик с согласия потерпевшего в письменной форме может выдать потерпевшему направление на ремонт на одну из таких станций. В случае отсутствия указанного согласия возмещение вреда, причиненного транспортному средству, осуществляется в форме страховой выплаты.

Таким образом законодатель установил основания и прядок выплаты страхового возмещения, которое осуществляется только в натуральной форме, за исключением случаев, указанных в п. 15.2 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ.

Между тем, суд приходит к выводу о том, что стороны по договору уступки прав требования фактически изменили способ получения страхового возмещения. Страховая компания в данном случае лишена возможности урегулировать убыток в соответствии с действующим Федеральным законом от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств». Требования истца суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии с положениями ст. 98 ГПК РФ с ответчиков в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате госпошлины в размере 6000 руб. по 3000 руб. в пользу каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 12, 167, 194-198 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» - удовлетворить.

Признать недействительным (ничтожным) договор уступки прав требования (цессии) № от 20 мая 2019 года, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Ягуар», с одной стороны и ФИО1, с другой стороны. 

Взыскать с ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Ягуар» в пользу публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» государственную пошлину в размере 6000 рублей, в равных долях, по 3000 (три тысячи) рублей, с каждого.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в апелляционном порядке через Правобережный районный суд г.Магнитогорска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий - 

Мотивированное решение изготовлено 24 сентября 2019 года.