Дело №2-678/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 мая 2018 года г. Мичуринск 

Мичуринский городской суд Тамбовской области в составе:

Председательствующего судьи - Сергеева А.К.,

при секретаре - Кондрашовой Н.А.,

представителя истца ФИО1 - Гладышевой Н.А.,

представителя ответчика ОАО «РЖД» - ФИО2,

с участием прокурора - помощника Мичуринского транспортного прокурора Коровина Р.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» (ОАО «РЖД») и акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (АО «СОГАЗ») о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истица ФИО1 обратилась в суд с иском к ОАО «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, указывая на то, что ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 59 минут в районе 71 км ПК 3 станции ФИО4 электропоез

<

адрес> была смертельно травмирована ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., являющаяся внучкой истицы.

Поскольку смерть последней стала сильнейшим психологическим ударом для ее бабушки, причинила нравственные и моральные страдания, истица просила суд взыскать в свою пользу 3 000 000 руб. в счет компенсации морального вреда в связи со смертью внучки.

Определением суда от 09 апреля 2018 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено АО «СОГАЗ».

Истица в судебное заседание не явилась, о времени и месте извещена надлежащим образом, учитывая преклонный возраст истицы - 80 лет, принимая доводы представителя истицы о том, что участие в рассмотрении дела, связанное с гибелью близкого родственника истицы - внучки - может отрицательно сказаться на физическом и психологическом здоровье истицы, судом было определено рассмотреть дело в отсутствие истицы, интересы которой в суде представляла адвокат Гладышева Н.А.

В судебном заседании представитель истицы Гладышева Н.А. исковые требования ФИО1 поддержала, просила их удовлетворить, пояснила, что погибшая ФИО3 являлась единственной внучкой истицы, которую она воспитывала до 8 лет, смерть внучки стала сильнейшим психологическим ударом для ее бабушки, причинила нравственные и моральные страдания, в соответствии с представленными в суде доказательствами обстоятельствами, приведшими к гибели ФИО3 явились нарушения требований законодательства и нормативных актов, допущенные работниками ОАО «РЖД». Представитель истицы в судебном заседании уточнила исковые требования истицы, в связи с привлечением к участию в деле в качестве соответчика АО «СОГАЗ», просила суд взыскать с АО «СОГАЗ» в пользу истицы компенсацию морального вреда в пределах, определенных договором страхования ответственности ОАО «РЖД», остальную часть суммы компенсации взыскать с ОАО «РЖД».

Представитель ответчика - ОАО «РЖД» - ФИО2 в судебном заседании частично признала исковые требования истицы, признав ответственность ОАО «РЖД» как владельца объекта повышенной опасности, просила суд снизить размер компенсации, в качестве оснований снижения размера указала на допущенную самой погибшей небрежность, подтвержденную представленными доказательствами, судебную практику по делам о взыскании морального вреда, наличие решения суда об отказе иска транспортного прокурора, в соответствии с которым признано, что указанный переход в районе 71 км ПК 3 станции ФИО4 соответствует всем требованиям и нормативам. Указав на наличие договора страхования ответственности, просила суд при принятии решения о взыскании компенсации морального вреда в пределах, установленных договором страхования сумму компенсации взыскать со страховой компании - АО «СОГАЗ».

Представитель ответчика - АО «СОГАЗ» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, предоставил отзыв на исковое заявление, в котором указал, что между ОАО «РЖД» и ОАО «Страховой общество ЖАСО» был заключен договор страхования гражданской ответственности. В связи с передачей страховой портфеля ДД.ММ.ГГГГ от АО «ЖАСО» к АО «СОГАЗ» к последнему перешли все права и обязанности по договорам страхования, срок действия которых не истек, или истек, но обязательства по которым не исполнены в полном объеме, указал, что в случае вынесения судом решения об установлении обязанности ОАО «РЖД» компенсировать моральный вред, на ответчика АО «СОГАЗ» может быть возложена обязанность произвести истцу страховую выплату в пределах, установленных договором страхования (л.д.151).

Заслушав представителей сторон, прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению в части, а именно уменьшить размер компенсации морального вреда, проверив письменные материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что иск подлежит удовлетворению частично по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что 03.10.2014г. в 18 часов 59 минут в районе 71 км ПК 3 станции ФИО4 электропоез

<

адрес> была смертельно травмирована ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р. Согласно копии свидетельства о смерти серии № № выданного ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 умерла - ДД.ММ.ГГГГ (л.д.10). В соответствии со справкой о смерти № причиной смерти ФИО3 явились телесные повреждения, причиненные в результате столкновения с поездом (л.д. 11).

В соответствии с приобщенной к материалам дела копией свидетельства о рождении ФИО3 III-КС №, выданного ДД.ММ.ГГГГ - усматривается то обстоятельство, что матерью погибшей является ФИО5 (л.д.12).

Из свидетельства о рождении ФИО5 II-ЮМ №, выданного ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что ее матерью является ФИО1 - истица по делу, которая таким образом является бабушкой погибшей (л.д.9).

В связи с тем, что смерть потерпевшей, стала сильнейшим психологическим ударом для ее бабушки, истица просит взыскать в ее пользу 3 000 000 руб. в счет компенсации морального вреда.

В силу ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ч. 1 ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения, или праве оперативного управления, либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Поскольку источник повышенной опасности принадлежит ответчику, ответственность за причинение вреда возлагается на ОАО «Российские железные дороги».

В силу ч. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

При этом если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то в силу статьи 208 ГК РФ исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание положения ст. 1101 ГК РФ, устанавливающей, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст. 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Как разъяснил Верховный суд РФ в Постановлении Пленума от 26.01.2010 № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Определяя размер возмещения морального вреда, подлежащего взысканию суд исходит из следующего.

Представителем ответчика - ОАО «РЖД» в обоснование снижения размера компенсации морального вреда указаны выводы, изложенные в акту служебного расследования транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым основной причиной травмирования ФИО3 в районе 71 км ПК 3 станции ФИО4 электропоез

<

адрес> явилась грубая неосторожность пострадавшей (л.д.132).

Истицей в суд предоставлено заключение №-э/ЭЦЖТ/09.17 технической судебной экспертизы по материалам проверки № пр-17 по факту травмирования пешеходов на пешеходной переходе 71 км ПКЗ железнодорожной станции ФИО4. Экспертизу выполнило ООО «Экспертный центр железнодорожного транспорта» на основании постановления следователя криминалиста Северного следственного отдела на транспорте Московского межрегионального следственного комитета РФ.

В соответствии с заключением экспертизы начальником Александровской дистанции пути были допущены нарушения требований положений п. 5 приказа Минтранса РФ от 8.02.2007 № 18 «Об утверждении Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», согласно которому им не приняты меры по направлению заявок для оборудования пешеходного перехода светозвуковой сигнализацией приближения поезда, ограждением, накопительной площадкой с целью предупреждения случаев травмирования граждан при их нахождении в зонах повышенной опасности, содержания пешеходного перехода в исправном техническом и безопасном для движения и (или) нахождения граждан состоянии и п. 21 распоряжения ОАО «Российские железные дороги» от 23.12.2009 № 2655р «Об утверждении технических требований «Пешеходные переходы через железнодорожные пути. Технические требования». В нарушение п.22 Распоряжения №2655р пешеходный переход не был оборудован системой автоматической сигнализации о приближении поезда, отсутствовали накопительные площадки, оградительные барьеры, при таких условиях с учетом видимости с пешеходного перехода на 71 км 3 пк станции ФИО4 направления Московской железной дороги поезда 150 метров в нечетном направлении и 200 метров в четном, был обязан выдать заявки на ограничение скорости движения подвижных составов на данном участке до 25 км/час в нечетном направлении и 40 км/час в четном.

В соответствии с указанным заключением экспертизы указанные нарушения непосредственно повлияли на наступление происшествия с ФИО3 (л.д. 55-69)

Судом отклоняется довод представителя ответчика о том, что указанное заключение экспертизы, проведенной в рамках материала проверки, проведенной Северным следственным отделом на транспорте Московского межрегионального следственного комитета РФ не являются допустимым доказательством, поскольку составлено в рамках уголовного, а не гражданского дела.

В силу 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

В соответствии со ст. 71 ГПК РФ письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. Перечень письменных доказательств, указанный в ст. 71 ГПК РФ не является исчерпывающим.

В силу ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При рассмотрении дела судом установлено, что представленное в материалы дела заключение экспертизы содержит сведения о фактах, имеющих значение для рассмотрения настоящего дела, получены сотрудниками следственных органов в соответствии с требованиями законодательства, отвечает понятию письменных доказательств. 

В то же время суд принимает доводы представителя ответчика - ОАО «РЖД» о том, что представленное истцом постановление о возбуждении уголовного дела в отношении начальника Александровской дистанции пути по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 193 УК РФ не может безусловно свидетельствовать о вине указанного должностного лица в происшедшем с ФИО3 происшествия, так как в соответствии со ст. 8 УПК РФ никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в порядке, установленном настоящим Кодексом. На момент рассмотрения настоящего гражданского дела расследование по уголовному делу не завершено, приговор по делу не выносился, что сторонами не отрицается.

Также суд не может принять как доказательство отсутствия в действиях ФИО3 грубой неосторожности мнение эксперта о несогласии с выводами комиссии Александровской дистанции пути о том, что причиной травмирования ФИО3 явилась грубая неосторожность потерпевшей, изложенное в ответе на вопрос №8 (л.д. 69), так как рассматриваемым заключением экспертизы не опровергнуты результаты расследования, проведенной комиссией Александровской дистанции пути, в соответствии с которыми ФИО3 при пересечении пешеходного перехода была в наушниках, на световые сигналы прожектором и громкие звуковые сигналы не реагировала, данные обстоятельства подтверждены пояснениями как машинистом и помощником машиниста электропоезда, так и пояснениями дежурной по переезду (л.д. 136-139, 143).

Исходя из представленных доказательства суд приходит к выводу, что причинами травмирования погибшей явились как нарушения должностных лиц Александровской дистанции пути положений п. 5 приказа Минтранса РФ от 8.02.2007 № 18 «Об утверждении Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути» и распоряжения ОАО «Российские железные дороги» от 23.12.2009 № 2655р «Об утверждении технических требований «Пешеходные переходы через железнодорожные пути. Технические требования», так и нарушение самой потерпевшей требований п.7 правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути (утв. Приказом Минтранса РФ от 08 февраля 2007 года №18, согласно которому при проезде и переходе через железнодорожные пути гражданам необходимо пользоваться специально оборудованными для этого пешеходными переходами, тоннелями, мостами, железнодорожными переездами, путепроводами, а также другими местами, обозначенными соответствующими знаками (при этом внимательно следить за сигналами, подаваемыми техническими средствами и (или) работниками железнодорожного транспорта).

Вместе с тем суд исходит из того, что согласно ч. 1 ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истицы суд не может согласиться с доводами представителя ответчика ОАО «РЖД», предоставившей в качестве обоснования размера компенсации сведения о судебной практике по делам о взыскании компенсации морального вреда. Данный довод суд считает несостоятельным, поскольку обстоятельства, установленные по спорам между другими лицами, к настоящему делу не относятся и, кроме того, российское законодательство не предусматривает применения состоявшихся по аналогичным делам решений судов в качестве источника права, ссылки на наличие судебных решений, которыми были удовлетворены аналогичные исковые требования истца не могут быть приняты во внимание, поскольку в силу части 2 статьи 61 ГПК РФ какого-либо преюдициального значения для данного дела они не имеют.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как разъяснил Верховный суд РФ в постановлении Пленума от 20 декабря 1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Суд принимает доводы представителя ответчика - ОАО «РЖД» о том, что истицей доказательств повреждения здоровья либо заболевания, перенесенных истицей в результате нравственных страданий не предоставлено, доказательств, подтверждающих проживание погибшей ФИО3 с истицей до достижения возраста 8 лет также не представлено.

При этом, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, учитывая фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, то обстоятельство, что сам по себе факт смерти человека не может, по мнению суда, не причинить его родным и близким людям соответствующих нравственных страданий в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, а, также, принимая во внимание, что вред в данном случае возмещаешься независимо от вины причинителя вреда, его возмещение прямо предусмотрено действующим законодательством, суд приходит к выводу, о том, что в пользу ФИО1 с ОАО «Российские железные дороги» следует взыскать 80000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

Статьей 1072 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба. 

Согласно п.4 ст.931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Как установлено судом, 06 ноября 2012 года между ОАО «Страховое общество ЖАСО» - страховщиком и ОАО «Российские железные дороги» - страхователем был заключен договор №.№ страхования гражданской ответственности владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчика. Срок действия договор в соответствии с п.5.1 был установлен в течение 24 месяцев. Происшествие с ФИО3 произошло 03 октября 2014 года, то есть в период действия указанного договора (л.д. 87-101)

По условиям данного договора страховщик обязуется за обусловленную в соответствии с настоящим договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в настоящем договора события (страхового случая) возместить третьим лицам (выгодоприобретателям) убытки, возникшие вследствие причинения вреда их жизни, здоровью, имуществу, а также ущерб, возникший вследствие причинения вреда окружающей природной среде (п.1.1 договора).

В силу п.2.2 вышеуказанного договора страхования событие признается страховым случаем, если оно произошло в результате транспортного происшествия на территории страхования при использовании инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования и железнодорожных путей необщего пользования.

По настоящему договору застрахован риск гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни или здоровью выгодоприобретателей, в том числе морального вреда, лицам, которым причинены телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья, а также лицам, которым в случае смерти потерпевшего страхователь обязан компенсировать моральный вред (п.2.3).

Пунктом 8.1.1.3 договора установлено, что в случае если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страховщиком в размере не более 100000 рублей, лицам, которым в случае смерти потерпевшего, страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред (л.д. 57).

В соответствии с письмом заместителя председателя правления АО «СОГАЗ» № от 21 октября 2016 года в соответствии с договором о передаче страхового портфеля и перестраховочного портфеля по добровольным видам страхования №№ от 30 августа 2016 года все права и обязанности страховщика АО «ЖАСО» по договорам страхования и добровольным видам страхования с 01 октября 2016 года переходят от АО «ЖАСО» к АО «СОГАЗ» (л.д.81).

Пунктами 4 и 14 ст. 26.1 Закона РФ от 27.11.1992 года №4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» предусмотрено, что страховщик, передающий страховой портфель, передает страховой портфель, сформированный на дату принятия решения о передаче страхового портфеля, в составе, указанном в пункте 2 настоящей статьи, включая обязательства по договорам страхования, действующим на дату принятия решения о передаче страхового портфеля, и договорам страхования, срок действия которых истек на дату принятия решения о передаче страхового портфеля, но обязательства по которым страховщиком не исполнены в полном объеме, вместе с правами требования уплаты страховых премий (страховых взносов) по указанным договорам страхования страховщику, принимающему страховой портфель. Обязательства по одному договору страхования могут быть переданы только одному страховщику.

Со дня подписания Акта приема-передачи страхового портфеля к страховщику, принимающему страховой портфель, переходят все права и обязанности по договорам страхования.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, взыскание в пользу ФИО1 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей в качестве компенсации морального вреда, в связи с гибелью внучки истицы ФИО3 подлежит с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности».

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» в пользу ФИО1 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей в качестве компенсации морального вреда, в связи с гибелью внучки истицы ФИО3.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в Тамбовский областной суд через Мичуринский городской суд в течение месяца со дня принятия мотивированного решения суда, которое должно быть изготовлено в срок не более чем за пять дней со дня окончания разбирательства дела, то есть до 23 мая 2018 года.

Резолютивная часть решения объявлена 18 мая 2018 года.

Мотивированное решение изготовлено 23 мая 2018 года.

Председательствующий судья А.К. Сергеев