Дело № 2-916/2024

(УИД 42RS0013-01-2024-000725-96) 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Междуреченский городской суд

Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Чирцовой Е.А., 

при секретаре Малоедовой И.В.

с участием прокурора Сотниковой Н.Ю. 

рассмотрев в открытом судебном заседании 04 июня 2024 года в г. Междуреченске гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Распадская-Коксовая», Обществу с ограниченной ответственностью «Монтажник Распадской», Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о выплате сумм в счет возмещения морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Распадская-Коксовая» (далее АО «Распадская Коксовая»), Обществу с ограниченной ответственностью «Монтажник Распадской» (далее ООО «Монтажник Распадской»), Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» (далее ПАО «Южный Кузбасс») о выплате сумм в счет возмещения морального вреда.

Требования мотивированы тем, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал на шахте им. В.И. Ленина в профессии подземного электрослесаря, подземного горнорабочего очистного забоя с полным рабочим днем под землей.

С ДД.ММ.ГГГГ ОАО «Шахта им. В.И. Ленина» реорганизовано в форме присоединения к ОАО «Южный Кузбасс».

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в СП «Распадская-Джой» в профессии подземного проходчика.

С ДД.ММ.ГГГГ переименовано в ООО «Распадская-Джой», в дальнейшем переименовано в ООО «Распадская-Энерго». В настоящее время правопреемником ООО «Распадская-Джой» является ООО «Монтажник Распадской».

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он работал в ЗАО «Распадская-Коксовая» в профессии подземного проходчика с полным рабочим днем под землей.

ДД.ММ.ГГГГ у него установлено профессиональное заболевание 

<

данные изъяты>

В связи с прогрессией заболевания признан нетрудоспособным во вредных условиях труда и направлен в БМСЭ, где с ДД.ММ.ГГГГ определено 30% утраты трудоспособности впервые. 

С ДД.ММ.ГГГГ процент утраты профессиональной трудоспособности определен бессрочно в размере в размере 30%.

Причина профессионального заболевания : тяжесть трудового процесса. Общий стаж с воздействием вредного фактора согласно профмаршрута составил 29 лет. 

Вина в развитии у него профессионального заболевания по заключению врачебной экспертной комиссии ФГБНУ «НИИ КПГиПЗ» № от ДД.ММ.ГГГГ распределена следующим образом: ПАО «Южный Кузбасс» 47,3%, ООО «Монтажник Распадской » 32%, АО «Распадская-Коксовая» 20,3%.

ООО «Монтажник Распадской » приказом № от ДД.ММ.ГГГГ выплатило ему в счет компенсации морального вреда 65977,17 руб. 

Информацией о произведенных выплатах другими ответчиками не обладает. Полагает, что сумма, выплаченная в счет возмещения компенсации морального вреда не соответствует разумности и справедливости, то есть занижена, так как в связи с профессиональным заболеванием его здоровье ухудшилось, он испытывает нравственные и физические страдания. Несмотря на постоянный прием лекарственных препаратов назначенных по ПРП каких-либо улучшений здоровья не наблюдается. На протяжении всех лет, он обращается в больницу за медицинской помощью, 

<

данные изъяты> Из-за профессионального заболевания он не может полноценно вести прежний активный образ жизни, изменилась бытовая активность и качество жизни, жизнь существенно изменилась в худшую сторону. 

Такое состояние беспомощности угнетает его, заставляет переживать, у него изменился характер, стал нервным и раздражительным, в результате испытывает нравственные страдания. 

С учетом причиненных нравственных и физических страданий, размера утраты профессиональной трудоспособности, установленного в настоящее время -30%, просит взыскать в его пользу компенсацию морального вреда с ПАО «Южный Кузбасс» в размере 354750 руб., с АО «Распадская-Коксовая» в размере152250 руб., с ООО «Монтажник Распадской» в размере 174022,83 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 12000 руб. 

В судебном заседании истец на удовлетворении исковых требований настаивал, поддержав доводы искового заявления в полном объёме. Суду дополнительно пояснил, что действительно получал от ответчиков денежные средства в счет компенсации морального вреда на основании приказов, просит при вынесении решения учесть данные выплаты. 

<

данные изъяты>. Всю жизнь проработал в угольной промышленности, в связи, с чем является почетным шахтером- кавалером трех степеней «Шахтерская слава». 

Представитель истца ФИО2, допущенная к участию в деле на основании ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, в судебном заседании настаивала на удовлетворении исковых требований, поддержав доводы истца в исковом заявлении и в судебном заседании.

Представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» ФИО3, действующая на основании доверенности, против удовлетворения исковых требований возражала в полном объеме, поддержав доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, приобщенными в материалы дела. 

Представитель ответчика АО «Распадская-Коксовая» в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, представлены письменные возражения на исковое заявление, приобщенными в материалы дела, в которых просили в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. 

Представитель ответчика ООО «Монтажник Распадской» в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, представлены письменные возражения на исковое заявление, приобщенным в материалы дела, в которых просили в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме. 

Представитель третьего лица АО «Разрез Распадский» в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц. 

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, с учётом заключения помощника прокурора Сотниковой Н.Ю., полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению с учётом принципа разумности и справедливости, приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации.

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, истец в период работы на предприятиях ответчиков подвергался воздействию вредных производственных факторов, в результате чего ему было установлено профессиональное заболевание 

<

данные изъяты> что подтверждается Актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, копией трудовой книжки, санитарно-гигиенической характеристикой условий труда. 

В соответствии с п.17 акта о случае профессионального заболевания профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: несовершенства технологии, механизмов, оборудования, рабочего инструмента, отсутствие безопасных режимов труда и отдыха. 

В соответствии с п.18 акта о случае профессионального заболевания причиной профессионального заболевания послужило тяжесть трудового процесса.

В соответствии с п.19 акта о случае профессионального заболевания вина истца в развитии профессионального заболевания не установлена.

Общий стаж работы 41 год, стаж работы в профессии проходчика 5 разряда 18 лет, стаж в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – 35 лет.

Согласно ПРП от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлен диагноз: 

<

данные изъяты>

Заключением МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ истцу впервые была установлена степень утраты профессиональной трудоспособности по вышеуказанному профзаболеванию в размере 30%.

Заключением МСЭ с ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% бессрочно.

Вина в развитии у истца профессионального заболевания по заключению врачебной экспертной комиссии ФГБНУ «НИИ КПГиПЗ» № от ДД.ММ.ГГГГ составляет: ПАО «Южный Кузбасс» -47,3%, СП «Распадская-Джой», ООО «СП «Распадская –Ждой», ООО «Распадская-Джой» ( правопереемник ООО «Монтажник Распадской ») -32%, АО «Распадская-Коксовая»- 20,3%, ОАО «МУК-96» (правопреемник АО «Разрез Распадский») -0,4 %

ООО «Монтажник Распадской » приказом № от ДД.ММ.ГГГГ выплатило истцу в счет компенсации морального вреда 65977,17 руб. 

ПАО «Южный Кузбасс»» приказом от ДД.ММ.ГГГГ выплатило истцу в счет компенсации морального вреда 168104,75 руб. 

АО «Распадская-Коксовая» приказом от ДД.ММ.ГГГГ выплатило истцу в счет компенсации морального вреда 70276,43 руб. 

Из копии медицинской амбулаторной карты на имя истца следует, что истец 

<

данные изъяты>

Удостоверениями о награждениях подтверждается, что истцу присвоено звание «Заслуженный шахтер Кузбасс».

Является собственник транспортного средства автомобиля и имеет права на управление транспортным средством.

Заключением МСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ, подтверждается, 

<

данные изъяты>

Копией чека подтверждается, что истец приобретает медицинские препараты 

<

данные изъяты>

Истец не согласен с выплаченными суммами компенсации морального вреда, которые, по мнению истца, не компенсирует в полной мере нравственные и физические страдания, на которые истец ссылается в иске, указывая, что в связи с повреждением здоровья до настоящего времени он переносит физические и нравственные страдания: болезненные ощущения 

<

данные изъяты>

Из показаний свидетеля М., супруги истца, следует, что истца постоянно беспокоят боли 

<

данные изъяты>

По смыслу действующего законодательства для наступления гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда истцу необходимо доказать наличие следующих (обязательных) условий: совершение противоправных действий конкретным лицом, то есть установить лицо, совершившее действие (бездействие), факт нарушения личных неимущественных прав (нематериальных благ) истца, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившим моральным вредом.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2 п. 32абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1).

Судом установлено, что истцу установлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты> Тяжесть трудового процесса, то есть вследствие ненадлежащего обеспечения работодателем безопасных условий труда, что установлено актом о случае профессионального заболевания; истцом частично утрачена профессиональная трудоспособность, в связи, с чем суд приходит к выводу о наличии оснований применения к ответчикам мер гражданско-правовой ответственности в виде возложения обязанности по компенсации причиненного морального вреда.

Доводы представителей ответчиков в возражениях об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку истцу произведены выплаты в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, с размером которой истец согласился, а также ссылка на положения Трудового кодекса Российской Федерации и нормы Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, коллективных договоров и соглашений ответчиков, в соответствии с которыми, по мнению ответчиков, выплаченные суммы компенсации морального вреда соразмерны понесенным истцом физическим и нравственным страданиям, отвечают требования разумности и справедливости, в связи, с чем основания для довзыскания компенсации морального вреда не имеется, судом отклоняются, как несостоятельные.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления (абзацы первый и второй части 1 статьи 5).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу названной нормы в коллективных договорах, соглашениях между работниками и работодателями и в локальных актах могут быть определены порядок и условия регулирования тех или иных трудовых отношений сторон трудового договора при наступлении конкретных обстоятельств, в том числе и предоставление выплат в связи с гибелью работника, получением им увечья, травмы или профессионального заболевания, с определением правовой природы этих выплат, в том числе выплаты компенсации морального вреда при наступлении неблагоприятных для работника обстоятельств.

Как установлено судом, компенсация морального вреда выплачены работодателями истцу в добровольном порядке в соответствии с условиями заключенного сторонами трудового договора соглашениями, тем самым истцом реализовано его право на компенсацию морального вреда, предусмотренное частью 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации, а работодателем выполнена обязанность по компенсации морального вреда работнику, установленная статьёй 22 Трудового кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, в абзаце 3 пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Таким образом, в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, истец сослался на положения статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая на наличие спора о размере компенсации морального вреда, выплаченного работодателями, поскольку указанные суммы не компенсирует ему в полной мере нравственные и физические страдания, причиненные в результате профессионального заболевания и утраты профессиональной трудоспособности, о чём истец также пояснил суду в судебном заседании.

Исходя из фактических обстоятельств дела, характера и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, выразившихся в длительном по настоящее время претерпевании физических болей в результате профессионального заболевания истца, нравственных страданий в виде переживания, расстройства, испытании чувства угнетения и неполноценности в результате ограничения здоровья в связи с наличием профессионального заболевания, с учётом степени вины ответчиков, а также принимая во внимание длительность периода работы истца в отсутствие надлежащего обеспечения работодателем условий труда ( стаж работы во вредных условиях труда более 35 лет), соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, в результате чего истец длительное время подвергался воздействию вредных производственных факторов, учитывая, что здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, защита которых должна быть приоритетной, суд полагает, что размер компенсации морального вреда, выплаченный ответчиками в соответствии с положениями Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, коллективного договора и соглашения нельзя признать достаточным для возмещения причиненного вреда здоровью истца, исходя из того, что заболевание имеют прогредиентное течение, утрата профтрудособности установлена бессрочно, то есть имело место нарастание тяжести заболевания исходя из последнего диагноза, что подтверждено выпиской из медицинской карты амбулаторного больного и представленными по делу доказательствами согласно ст. 56 ГПК РФ..

Пунктами 25,26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

При этом законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, с учетом установленного факта причинения вреда здоровью истца, исходя из того, что здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, защита которых должна быть приоритетной, принимает во внимание обстоятельства причинённого ответчиками вреда: ненадлежащего обеспечения работодателем безопасных условий труда, степень тяжести диагноза, установленного истцу, и процент утраты профессиональной трудоспособности, степень и характер физических страданий истца – длительное время беспокоят боли 

<

данные изъяты>, что подтверждено пояснениями свидетеля, а также судом учитываются нравственные страдания истца, относящиеся к его душевному неблагополучию, выразившихся в чувстве беспомощности, разочарования, стыда и неловкости, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений в результате повреждения здоровья профессиональными заболеваниями, а также в переживании и чувстве расстройства из-за невозможности по состоянию здоровья в связи с профессиональными заболеваниями оказать полноценную помощь своей семье, ограничен в способности к обычной жизнедеятельности и привычных для него занятий, и нуждается в реабилитации; а также учитывая испытание истцом чувства неполноценности в связи ограничением здоровья и невозможностью вести прежний образ жизни, принимая во внимание продолжительность физических и нравственных страданий, значимости для истца нарушенного права на надлежащие условия труда, принимая во внимание индивидуальные особенности потерпевшего – возраст, является заслуженным шахтером Кузбасса, ведение образа жизни до получения профессионального заболевания: увлекался рыбалкой, в походы на природу, изготовлением мебели, обслуживанием автомобиля, дачного участка и учитывая требования разумности и справедливости, а также значимость компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, суд считает необходимым определить за 30 процентов утраты профзтрудоспособности компенсацию морального вреда в связи с наличием профессионального заболевания: 

<

данные изъяты>. Заболевание профессиональное, повторно) в размере 550000 руб.

С учетом степени вины ответчика ПАО «Южный Кузбасс» и суммы, выплаченной в добровольном порядке за профессиональное заболевание- 

<

данные изъяты>. Заболевание профессиональное, повторно), суд определяет довзыскать с ПАО «Южный Кузбасс» пользу истца компенсацию морального вреда в размере 92045,25 руб., из расчета: 550 000 руб. х 47,3 %-168104,75 руб. 

С учетом степени вины ответчика АО «Распадская-Коксовая» за профессиональное заболевание- 

<

данные изъяты>. Заболевание профессиональное, повторно), суд определяет довзыскать с АО «Распадская-Коксовая» пользу истца компенсацию морального вреда в размере 41373,57 руб., из расчета: 550 000 руб. х 20,3 % -70276,43 руб.

С учетом степени вины ответчика ООО «Монтажник Распадской» за профессиональное заболевание- 

<

данные изъяты> Заболевание профессиональное, повторно), суд определяет довзыскать с ООО «Монтажник Распадской» пользу истца компенсацию морального вреда в размере 110022,83 руб., из расчета: 550 000 руб. х 32 % -65977,17 руб.

Указанные суммы, суд считает соразмерной причиненным физическим и нравственным страданиям истца, в удовлетворении остальной части иска суд считает необходимым отказать, полагая требования истца о компенсации морального вреда, завышенными, не отвечающими требованиям разумности и справедливости. 

В соответствии со ст. ст. 88, 98, 100 ГПК РФ, а также разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд считает возможным удовлетворить требования истца о взыскании в его пользу, понесенные судебные расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления и участие представителя в судебных заседаниях в общем размере 9 000 рублей, находя данный размер разумным с учетом обстоятельств настоящего дела, количества судебных заседаний, объема выполненной представителем работы по оказанию истцу правовой помощи, и взыскать в каждого ответчика в пользу истца расходы по оказанию юридических услуг в сумме по 3000 рублей. Вместе с тем истцом представлен, в подтверждение указанных расходов, договор на оказание юридических услуг, акт выполненных работ, расписка в получении денежных средств на сумму 12 000 рублей.

Истец освобожден от уплаты госпошлины в соответствии со ст. 333.36 Налогового Кодекса Российской Федерации, в соответствии со ст. 103 Гражданского Процессуального Кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию с каждого ответчика в доход местного бюджета в размере по 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Распадская-Коксовая», Обществу с ограниченной ответственностью «Монтажник Распадской», Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о выплате сумм в счет возмещения морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 92045 рублей 25 копеек; судебные расходы 3000 рублей. 

Взыскать с Акционерного общества «Распадская-Коксовая» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 41373 рублей 57копеек; судебные расходы 3000 рублей. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Монтажник Распадской» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 110022 рубля 83 копейки; судебные расходы 3000 рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Монтажник Распадской» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Распадская-Коксовая» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения, путём подачи апелляционной жалобы через Междуреченский городской суд Кемеровской области.

Мотивированное решение изготовлено 11 июня 2024 года.

Судья Е.А. Чирцова

Копия верна

Судья Е. А. Чирцова

Оригинал находится в материалах гражданского дела № 2-916/2024 в Междуреченском городском суде Кемеровской области