Дело № 1-17 -2021 г.

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

г.Льгов 10 июня 2021 года

Льговский районный суд Курской области в составе:

председательствующего Коростелевой Н.А.

с участием помощника Льговского межрайпрокурора Курской области ФИО1,

защитника адвоката Шатохина Н.Н., 

представившего удостоверение №1252 от 21.03.2016 г. и ордер № 086502 от 11.01.2021 г.,

подсудимого ФИО2, 

потерпевшей Потерпевший №1,

при секретаре Бушиной Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ, проживающего по адресу : 

<

адрес>, работающего механизатором в 

<

данные изъяты> ФИО6, со 

<

данные изъяты> образованием, холостого, невоеннообязанного, 

<

данные изъяты>, ранее не судимого, обвиняемого по ст. 111 ч. 4 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО2 совершил причинение смерти ФИО3 по неосторожности. 

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

16 августа 2019 года, примерно в 21 час 40 минут, ФИО3 подошел к дому ФИО2, расположенному по адресу: 

<

адрес>, и стал стучать по воротам и звать ФИО2 на улицу.

ФИО2 вышел на улицу и сел на лавочку возле дома вместе с ФИО3 В ходе разговора между ними произошел словесный конфликт, вызванный оскорблением ФИО2 ФИО3 нецензурными выражениями. 

ФИО2 стал вставать с лавки, а ФИО3 схватил его за майку и потянул на себя, в результате чего майка порвалась, после чего, ФИО2 умышленно ладонью руки, а затем кулаком нанес два удара в область головы ФИО3 – в правую параорбитальную область, в результате чего образовался кровоподтек на верхнем веке правого глаза и в лобную область слева, в результате чего образовалась ушибленная поверхностная рана, не причинившие вреда здоровью ФИО3 

После этого, ФИО3 приблизился к ФИО2 и замахнулся на него кулаком, а ФИО2 выставил перед собой согнутую в колене правую ногу, об которую верхне-средней частью живота ударился ФИО3, в результате чего образовалась тупая травма живота, квалифицирующаяся как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоящая в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. 

ФИО3 17 августа 2019 года в 02 часа 00 минут с полученными телесными повреждениями был доставлен в ОБУЗ «Льговская ЦРБ», где ДД.ММ.ГГГГ в 04 часа 45 минут скончался. 

В результате преступных действий ФИО2, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы №142/1 от 08 октября 2020 года ФИО3 были причинены телесные повреждения головы - кровоподтек на верхнем веке правого глаза и ушибленная поверхностная рана, в лобной области слева, квалифицируемые как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, туловища - травма живота: четыре перфоративных отверстия ( разрывы ) тонкой кишки с повреждением ее брыжейки. Тупая травма живота у ФИО3 квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни, в соответствии с п. 6.1.16 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24.04.2008 года. Смерть ФИО3 наступила от тупой травмы живота, осложнившейся развитием серозно-фибринозного перитонита и сердечно-сосудистой недостаточности.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 свою вину в совершении преступления, предусмотренного ст.111 ч.4 УК РФ не признал и показал суду, что 16 августа 2019 года, примерно в 22 часа, к его дому пришел односельчанин ФИО3, который находился в состоянии алкогольного опьянения, стучал в ворота, и громко кричал, вызывая его на улицу. Он вышел из дома и присел рядом с ФИО3 на лавку возле дома. Они поговорили непродолжительное время. Во время разговора ФИО3 позвонила его мать и позвала домой. Он сказал ФИО3, что сильно устал на работе, и между ними в связи с этим, возник словестный конфликт. Он стал подниматься с лавки, чтобы уйти, но ФИО3 схватил его за майку, чтобы удержать, а он встал и майка порвалась. ФИО3 тоже встал с лавочки, и продолжая выражать в его адрес недовольство, при этом говоря оскорбительные слова, двинулся в его сторону. Он ударил ФИО3 ладонью по лицу, а затем рукой, сжатой в кулак, еще раз ударил его по лицу. После этого, ФИО3, двигаясь в его сторону, замахнулся на него кулаком, намереваясь ударить, а он, чтобы избежать удара, выставил вперед согнутую в колене ногу и попал ФИО3, двигавшемуся на него, в область живота, от чего ФИО3 упал на землю. Больше он ему ударов не наносил и ушел домой. ФИО3 поднялся и ушел домой. Между ним и ФИО3 были нормальные приятельские отношения, конфликтов не было. Заявленный потерпевшей ФИО4 гражданский иск о компенсации морального вреда на сумму 700.000 рублей не признает, т.к. намерений на причинения вреда потерпевшему, у него не было. 

Из оглашенных в порядке ст.276 ч.1 п.1 УПК РФ показаний ФИО2 в качестве подозреваемого от 20 сентября 2019 года, следует, что 16 августа 2019 года примерно в 22 часа к его дому пришел ФИО3, находившийся в состоянии алкогольного опьянения, и стал громко кричать, вызывая его из дома. Он взял сигареты и вышел к ФИО3 на улицу и они сели с ФИО3 на лавку. Он дал ФИО3 несколько сигарет и сказал, что устал. ФИО3 стал его оскорблять. В этот момент он начал вставать с лавочки, а ФИО3, продолжая сидеть на лавочке, резко схватил его за футболку, в которой он был одет и потянул на себя. Он резко дернулся от ФИО3 в сторону, и, вырвавшись от захвата отошел от него в сторону, примерно на 1-1,5 м. ФИО3 также встал с лавочки и подошел ближе к нему, при этом ФИО3 продолжил его оскорблять, а он в этот момент подошел к нему чуть ближе и ладонью правой руки с силой нанес ему удар по левой части лица, а также ударил его кулаком в область лица, попав ему в область правого глаза. Было уже темно, и он не видел, куда именно он нанес удар. ФИО3 пошел в его сторону, замахиваясь на него кулаком и подойдя к нему, произвел замах кулаком в сторону его лица. Удар прошел вскользь над левой бровью, и у него осталась ссадина над левой бровью, телесные повреждения он не фиксировал. Он понял, что ФИО3 не успокоится и будет его бить, начал отходить от него в сторону, шагая назад. Когда ФИО3 оказался рядом с ним, то он резко произвел замах правым коленом, согнутым в коленном суставе. При этом, чуть приподняв ногу, в результате чего он попал ФИО3 в область живота. Нанесение им ФИО3 удара совпало с моментом попытки нанесения ФИО3 ему удара. После чего, ФИО3 упал и примерно через 20 секунд встал, держась за живот, при этом ругаясь матом, и ушел в сторону своего дома. Он тоже ушел домой. 

В судебном заседании подсудимый ФИО2 объяснил противоречия в его показаниях в части удара коленом тем, что он на следствии говорил, что он по инерции выставил колено, и об него ударился потерпевший, он не наносил им удар ФИО3, а было записано, что он нанес удар, что не соответствует действительности. Кроме того, из-за имеющихся на ногах рубцов от ожогов и заболевания ног, он не может резко поднимать ногу. В остальной части все показания соответствуют фактическим обстоятельствам происшедшего. 

Виновность ФИО2 в совершении преступления подтверждают исследованные в судебном заседании доказательства. 

Потерпевшая ФИО4 показала суду, что 16 августа 2019 года, примерно в 17 часов её сын ФИО3 ушел из дома на рыбалку. Она неоднократно звонила ему, интересуясь его делами. В 21 час 46 минут она позвонила ему, и он ответил, что находится возле дома К-вых и скоро придет домой. Примерно в 22 часа 15 минут, сын пришел домой. Он был избит, на лице была кровь, и он жаловался на сильные боли внизу живота. Она вызвала «Скорую помощь», но от госпитализации сын отказался. В дальнейшем его самочувствие ухудшилось, и его доставили в Льговскую ЦРБ, где 18 августа 2019 года он скончался. Она спрашивала у сына, что с ним произошло, на что он ответил, что его побили Чубаны ( так называют в селе семью К-вых). Заявленный гражданский иск о компенсации морального вреда в сумме 700.000 рублей поддерживает в полном объеме, т.к. гибель сына является для неё невосполнимой утратой, в связи с которой она испытывает нравственные страдания, ухудшилось состояние её здоровья. утратой, причинила ей 

Свидетель ФИО8 показала суду, 16 августа 2019 года в вечернее время примерно в 22 часа 25 минут ей позвонила мама Потерпевший №1 и сказала, что её брата ФИО3, избили, после чего она сразу же пошла в дом матери. Она увидела, что брат лежит на диване, по всему телу и на лице у него были ссадины и гематомы. Он жаловался на сильные боли в животе, и они вызвали «скорую помощь», однако от госпитализации брат отказался. Затем его самочувствие ухудшилось, и его доставили в Льговскую ЦБР, где он умер. Со слов матери ей известно, что брат её сказал о том, что его побили «Чубаны».

Свидетель Свидетель №1 показал суду, что 16 августа 2019 года, после 22 часов, ему позвонила Потерпевший №1 и попросила прийти к ним, пояснив, что ФИО3 избили. Он пришел в дом Б-вых и увидел, что Владимир лежал и стонал, на лице у него была кровь. На его вопрос, кто его избил, ФИО3 ответил : «Чубаны», и больше ничего не сказал.

Свидетель Свидетель №2 показала суду, что 16 августа 2019 года, в ночное время, она, являясь фельдшером скорой медицинской помощи, приезжала на вызов к ФИО3 в 

<

адрес>. У него были телесные повреждения на лице, и он жаловался на сильные боли в животе, однако от госпитализации категорически отказался. О подробностях случившегося с ним, он не рассказывал. Результат осмотра ФИО3 она зафиксировала в карте вызова скорой помощи.

Свидетель ФИО9 показала суду, что 16 августа 2019 года в вечернее время, она, находясь в доме, услышала голос ФИО3, который громко кричал и требовал, чтобы её сын ФИО2 вышел на улицу. Она открыла калитку и увидела, что ФИО3 находится в состоянии алкогольного опьянения. Через некоторое время на улицу вышел её сын, и вернувшись примерно через 10-15 минут, лег спать. 

Свидетель ФИО10 показал суду, что 16 августа 2019 года в вечернее время он находился дома и спал. Проснулся ночью в связи с тем, что к ним приехали сотрудники полиции. Подробности происшедшего ему не известны. 

Свидетель Свидетель №9 показал суду, что 19 августа 2019 года он участвовал в качестве понятого при осмотре территории, расположенной рядом с домовладением ФИО2, в ходе которого ФИО2 с помощью манекена воспроизводил события, происшедшие 16 августа 2019 года. ФИО2 на манекене показал, что он выставил вперед согнутую в колене ногу, и больше никаких движений ногой, в т.ч. и имитирующие удар, не демонстрировал.

Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт ФИО11 подтвердил выводы проведенной им на предварительном следствии дополнительной ситуационной медико-криминалистической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительно пояснил, что установить силу нанесенного ФИО7 удара в область живота не представляется возможным, т.к. нет объективных данных, но возможен удар о выставленное колено.

Кроме того, виновность ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ст.109 ч.1 УК РФ подтверждают имеющиеся в деле доказательства – 

- протокол осмотра места происшествия от 19 августа 2019 года, из которого следует, что был осмотрен труп ФИО3 В области левого надбровья трупа имелась ушибленная рана и пароарбитальная гематома справа, на голове и лице трупа марлевая повязка, на передней поверхности живота - марлевая повязка (т. 1 л.д. 50-58);

- протокол осмотра места происшествия от 26 августа 2019 года, согласно которому, с участием ФИО2 был произведен осмотр участка местности перед домом ФИО2 по адресу: 

<

адрес>. Перед домом имеется деревянная лавочка и палисадник. ФИО2 пояснил, что во время конфликта с ФИО3, он ударил его ладонью в лицо, а затем кулаком правой руки в область правой брови, после чего ФИО3 начал падать, а он выставил перед собой правую ногу, согнутую в колене, чтобы удержать ФИО3 При этом ФИО2 продемонстрировал описанные им события с помощью манекена (т. 1 л.д. 59-64);

- протокол осмотра места происшествия от 19 августа 2019 года, согласно которому с участием ФИО2 был произведен осмотр участка местности, в ходе которого ФИО2 на манекене продемонстрировал свои действия в момент совершения преступления (т. 1 л.д. 102-107);

- протокол выемки от 29 октября 2019 года, согласно которому у Потерпевший №1 была изъята куртка, в которой ФИО3 16 августа 2019 года вернулся домой (т. 2 л.д. 116);

- протокол осмотра предметов от 10 ноября 2019 года, из которого следует, что была осмотрена куртка, изъятая у Потерпевший №1 (т. 2 л.д. 54-60);

- постановление о признании и приобщении к уголовному делу в качестве вещественного доказательства куртки, изъятой у Потерпевший №1 ( т.2 л.д.119);

- заключение экспертизы № 428 от 08 ноября 2019 года, согласно выводам которой в пятнах на куртке, изъятой у Потерпевший №1 и предоставленной на экспертизу, обнаружена кровь человека, и происхождение её от ФИО3, не исключается (т. 2 л.д. 67-69);

- заключение судебно-медицинской экспертизы № 142/1 от 08 октября 2020 года, согласно которому при проведении повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы, при судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО3 у него имелись телесные повреждения головы - кровоподтек на верхнем веке правого глаза, ушибленная поверхностная рана, в лобной области слева; туловища - кровоподтек в левой подвздошной области с переходом в надлобковую область, тупая травма живота: четыре перфоративных отверстия (разрывы) тонкой кишки с повреждением ее брыжейки ; конечностей - кровоподтек на передней поверхности правого бедра в верхней трети, кровоподтек на тыльной поверхности правой кисти. При этом отмечено, что в тупую травму живота в заключении эксперта № 2220 от 16 сентября 2019 года были включены кровоподтек в левой подвздошной области с переходом в надлобковую область и гематома поджелудочной железы. Однако, в данном случае они не являются компонентами тупой травмы живота, т.к. кровоподтек располагается внизу живота слева (в проекции гребня левой подвздошной кости) и при воздействии на эту область травмирующей силы разрывы кишки в верхне-среднем отделе живота образоваться не могли, а гематома поджелудочной железы при анализе на гистологическом уровне оказалась прорастанием ткани селезенки после её удаления.

Смерть ФИО3 наступила от тупой травмы живота, осложнившейся развитием серозно-фибринозного перитонита и сердечно-сосудистой недостаточности. 

Все обнаруженные у ФИО3 телесные повреждения, образовались прижизненно, в короткий промежуток времени друг за другом, в результате травматического воздействия твердого тупого предмета (предметов), индивидуальные свойства которых не отобразились, что не позволяет обоснованно судить об их идентификационных характеристиках, давность их образования составляет временной интервал между 1-2 сутками (т.е. в пределах 2 суток) относительно момента наступления смерти (18.08.2019г. 04:45).

Тупая травма живота у ФИО3 квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни, кровоподтек левой подвздошной области квалифицируется как причинивший легкий вред здоровью человека, повреждения головы и конечностей как каждое в отдельности, так и в совокупности, квалифицируются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

На теле ФИО3 имелось не менее 6 зон травматизации, из них на голове - не менее 2 - левая лобная область и правая параорбитальная область, на туловище - не менее 2 верхне-средняя часть живота; левая подвздошная область, на конечностях - не менее 2 - передняя поверхность верхней трети правого бедра; тыльная поверхность правой кисти. Для образования обнаруженных повреждений достаточно 6 травматических воздействий (по одному в каждую указанную зону травматизации). Голова подвергалась травматизации не менее 2 раз, туловище – не менее 2 раз, конечности - не менее 2 раз. Для образования тупой травмы живота требуется приложение значительной силы; для образования повреждений в виде кровоподтеков и поверхностной раны значительной силы не требуется (т. 6 л.д. 134-151);

- заключение дополнительной ситуационной медико-криминалистической экспертизы № 251 от 22 октября 2020 года, из которого следует, что образование телесных повреждений - кровоподтека верхнего века правого глаза и тупой травмы живота, при обстоятельствах, продемонстрированных ФИО2 19 августа 2019 года, не исключается, ввиду совпадения всех диагностически значимых признаков: области приложения травмирующего воздействия, характера воздействия, направления воздействия, вида травмирующего предмета ; образование телесных повреждений в виде 

ушибленной раны в лобной области слева, кровоподтека в левой подвздошной области с переходом в надлобковую область, кровоподтека на передней поверхности правого бедра и кровоподтека на тыльной поверхности правой кисти при обстоятельствах, продемонстрированных ФИО2 19 августа 2019 года в ходе осмотра места происшествия, исключается, ввиду отсутствия демонстрации травматических воздействий в указанные области (т. 6 л.д. 163-180); 

- заключение врача- специалиста в области судебной медицины - государственного судебно-медицинского эксперта ОБУЗ «БСМЭ» № 010 от 10 декабря 2019 года, согласно которому, тупая травма живота - повреждение внутренних органов, расположенных в брюшной полости и забрюшинном пространстве, при сохранении целостности кожных покровов передней брюшной стенки, поясничной области и боковых отделов живота. Такая травма представляет угрозу для жизни больного, при этом внешние признаки тяжелого повреждения отсутствуют или минимальны (кожные покровы целы, видимых повреждений нет), а также для неё характерно наличие т.н. «светлого промежутка», при котором состояние пострадавшего сразу после травмы может оставаться удовлетворительным. 

Непосредственной причиной тупой травмы живота становится мощный концентрированный удар твердого тупого предмета в область передней брюшной стенки и боковые отделы живота, реже - в область поясницы. Обычно в момент воздействия мышцы живота находятся в более или менее расслабленном состоянии, что создает благоприятные условия для «прохождения» травмирующей силы вглубь тканей. Такой механизм характерен в т.ч. и при ударах кулаками, ногами или каким – либо другим тупыми предметами в живот. В данном случае нельзя исключить возможность образования указанного выше комплекса телесных повреждений и от воздействия частей тела нападавшего (кулаков, колена, ног) (т. 2 л.д. 76-80);

- заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы № 189/1 от 19 декабря 2019 года в отношении ФИО2, из которого следует, что у ФИО2 имеются послеожоговые и послеоперационные рубцы в области обеих нижних конечностей и заболевание вен – варикозная болезнь нижних конечностей, более выраженная справа – расширение поверхностных вен нижних конечностей, сопровождающееся несостоятельностью клапанов и нарушением кровотока. 

Результаты осмотра ФИО2 свидетельствуют о том, что установленное у него заболевание вен нижних конечностей и выявленные рубцовые изменения в области нижних конечностей, не ограничивают функцию нижних конечностей и позволяют считать, что у него не выявлено нарушений статодинамической функции (нарушение статики (опоры) и координации движений) и нарушений двигательных функций нижних конечностей, т.е. он способен самостоятельно перемещаться в пространстве, сохранять равновесие тела при движении, в покое и при перемене положения тела. 

Максимальный угол сгибания, при котором он может поднять согнутую в колене ногу, с учетом имеющихся у него рубцовых изменений в области нижних конечностей, составляет: в правом тазобедренном суставе – 110 градусов, в левом – 140 градусов. 

Таким образом, у экспертной комиссии не имеется объективных оснований считать, что ФИО2 не имеет возможности совершать ногами резкие движения, в том числе и поднимать ногу, согнутую в коленном суставе (т. 1 л.д. 247-251);

- заключение судебно - психиатрической экспертизы № 345 от 09 декабря 2019 года, согласно которому ФИО2 хроническим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдает, каким-либо психическим расстройством не страдает, во время совершения инкриминируемого ему деяния, не находился в состоянии какого-либо временного психического расстройства, его действия не определялись болезненно искаженным восприятием действительности, он правильно ориентировался в окружающей обстановке, не терял речевого контакта с окружающими, его действия носили целенаправленный, упорядоченный характер, в ходе следствия он давал подробные, последовательные показания по обстоятельствам правонарушения, что говорит против амнезии, а поэтому ФИО2 во время совершения инкриминируемого ему деяния, мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время ФИО2 каким-либо психическим расстройством не страдает, может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается, в период инкриминируемого ему деяния в состоянии аффекта не находился ( т.2 л.д. 54-60). 

Разрешая вопрос о достоверности и объективности исследованных в судебном заседании доказательств, суд находит вышеприведенные доказательства допустимыми, поскольку они получены с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, из достоверных источников, облечены в надлежащую процессуальную форму и объективно фиксируют фактические данные, поэтому суд принимает их как допустимые доказательства. 

Оценивая приведенные показания потерпевшей, свидетелей, относительно имеющих отношение к делу обстоятельств, суд находит их соответствующими фактическим обстоятельствам и достоверными, поскольку они последовательны, логичны, не содержат существенных противоречий, согласуются между собой и подтверждаются другими доказательствами, в том числе согласуются с показаниями подсудимого ФИО2, которые он давал в суде и на предварительном следствии.

По этим основаниям суд пришел к выводу о признании их объективными и достоверными.

У суда нет оснований сомневаться и в заключениях соответствующих экспертов. В судебном разбирательстве не установлены какие-либо сведения, порочащие заключения экспертов. Заключения соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, содержат дату, время, место производства экспертизы, сведения о разъяснении экспертам прав и обязанностей, о предупреждении экспертов об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, выводы являются научно-обоснованными, экспертизы проведены экспертами, имеющими значительный стаж работы.

Исследованные и оцененные в судебном заседании доказательства суд признает допустимыми, достоверными и достаточными для разрешения данного уголовного дела.

Адекватное, разумное поведение подсудимого в судебном заседании убедило суд, что он не только осознавал фактический характер и общественную опасность своих действий, но и руководил ими.

Оценивая исследованные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии с принципом презумпции невиновности, предусмотренным ст. 49 Конституции РФ, неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

Согласно ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в установленном порядке, толкуются в пользу обвиняемого, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

По смыслу закона, в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств и т.д.

В соответствии со ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Как в судебном заседании, так и на предварительном следствии, подсудимый ФИО2 давал последовательные показания об обстоятельствах происшедшего, противоречия относительно получения ФИО3 травмы живота объясняя тем, что и на следствии он говорил о том, что выставил колено, а не наносил им удар, но его показания были неправильно изложены. Также последовательно как в суде, так и на следствии он пояснял, что умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО3, он не имел. 

В этой части показания подсудимого подтверждаются показаниями свидетеля ФИО12, участвовавшего в качестве понятого при осмотре места происшествия 19 августа 2019 года, показавшего суду, что ФИО2 воспроизводя с помощью манекена события, имевшие место 16 августа 2019 года, продемонстрировал, что он выставил согнутую в колене ногу вперед, и больше никаких движений, в т.ч. и имитирующих удар, не показывал.

В соответствии с ч. ч. 2, 3 ст. 25 УК РФ преступление признается совершенным умышленно, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления, либо не желало, но сознательно допускало эти последствия, либо относилось к ним безразлично.

При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений, а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.

Исходя из диспозиции ч. 4 ст. 111 УК РФ для обвинения ФИО2 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью ФИО3, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего, необходимо установить, что ФИО2, совершая инкриминируемые действия, имел умысел на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, то есть предвидел такое последствие своих действий и желал, либо сознательно допускал его наступление.

Оценивая исследованные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что для квалификации действий ФИО2 по ч.4 ст.111 УК РФ, необходимо также наличие доказательств умышленности причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни потерпевшего, повлекшего по неосторожности его смерть.

Однако, доказательств такого умысла в материалах уголовного дела не имеется.

Поскольку каких-либо доказательств, которые опровергли бы показания ФИО2 о том, что он выставил согнутую в колене ногу, о которую ударился ФИО3, стороной обвинения не представлено, то суд, в силу ст. 14 УПК РФ, толкуя все сомнения в пользу обвиняемого, признает их соответствующими действительности.

В судебном заседании подсудимый не отрицал, что до того, как он выставил согнутую в колене ногу, между ними произошел словестный конфликт, в ходе которого он нанес ФИО3 два удара по лицу, других ударов не наносил.

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы № 142/1 от 08 октября 2020 года, кровоподтек в левой подвздошной области не является компонентом тупой травмы живота, т.к. кровоподтек располагается внизу живота слева (в проекции гребня левой подвздошной кости) и при воздействии на эту область травмирующей силы, разрывы кишки в верхне-среднем отделе живота образоваться не могли, из заключения дополнительной ситуационной медико-криминалистической экспертизы № 251 от 22 октября 2020 года, следует, что образование телесных повреждений в виде кровоподтека в левой подвздошной области с переходом в надлобковую область, кровоподтека на передней поверхности правого бедра и кровоподтека на тыльной поверхности правой кисти при обстоятельствах, продемонстрированных ФИО2 19 августа 2019 года в ходе осмотра места происшествия, исключается, ввиду отсутствия демонстрации травматических воздействий в указанные области. 

В связи с изложенным, суд полагает, что из объема обвинения следует исключить нанесение ФИО2 ФИО3 удара неустановленным следствием твердым тупым предметом в левую подвздошную область с переходом в надлобковую область, удара в область передней поверхности верхней трети правого бедра и удара в область тыльной поверхности правой кисти, в результате чего образовались кровоподтеки, которые не относятся к причине наступления его смерти, т.к. достоверных доказательств того, что эти повреждения были нанесены именно в результате действий ФИО2, а не при иных обстоятельствах, не имеется,

Анализируя вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что в действиях ФИО2 усматривается неосторожный характер причинения ФИО3 тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, в связи с чем, действия ФИО2 следует квалифицировать по ч.1 ст.109 УК РФ как причинение смерти по неосторожности, так как выставляя перед собой согнутую в колене ногу, он не предвидел возможности причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью или смерти, хотя при должной осмотрительности должен был и мог ее предвидеть.

Избирая наказание, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, обстоятельства смягчающие и наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. 

Из характеристик по месту жительства следует, что подсудимый характеризуется положительно, на учете у врача-психиатра и врача-нарколога не состоит. 

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признает явку с повинной ФИО2, в которой он еще до возбуждения уголовного дела, добровольно сообщил об обстоятельствах совершенного преступления, которые следственным органам в полном объеме известны не были, наличие у ФИО2 инвалидности, а также то обстоятельство, что ФИО2 проживает совместно с престарелыми родителями, которые нуждаются в его помощи.

С учетом конкретных обстоятельств дела, целей наказания, указанных в ст. 43, 60 УК РФ, данных о личности подсудимого, а также положений ст.56 ч.1 УК РФ, при отсутствии отягчающих обстоятельств, суд считает возможным назначить ФИО2, совершившему по неосторожности преступление небольшой тяжести, наказание в виде ограничения свободы. 

Гражданский иск о компенсации морального вреда в размере 700.000 рублей, заявленный потерпевшей Потерпевший №1, на основании ст. ст. 151 - 152, 1099 - 1101 ГК РФ, с учетом характера причиненных потерпевшей нравственных страданий, связанных с невосполнимой потерей - смертью её сына, конкретных обстоятельств дела, принципов разумности и справедливости, подлежит удовлетворению в части. При определении размера компенсации морального вреда, суд также принимает во внимание степень вины подсудимого, в данном случае причинение смерти по неосторожности и считает необходимым взыскать с ФИО2 в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей.

Вопрос о вещественных доказательствах разрешить в порядке ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.109 УК РФ и назначить ему наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год 6 месяцев с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования по избранному им месту жительства, не изменять место жительства или пребывания, место работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания, один раз в месяц являться в специализированный государственный орган в дату, установленную указанным органом, осуществляющим надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы. 

Меру пресечения до вступления приговора в законную силу оставить ФИО2 прежнюю - подписку о невыезде.

Взыскать с ФИО2 в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в размере 400.000 рублей.

Вещественные доказательства по уголовному делу – куртку потерпевшего ФИО3, хранящуюся в камере хранения вещественных доказательств Курчатовского МСО СУ СК России по Курской области – возвратить потерпевшей Потерпевший №1; детализацию телефонных соединений абонентского номера №; оптический диск формата СD-R с аудиозаписью телефонного разговора оператора экстренной службы «112»; оптический диск формата СD-R с аудиозаписью протокола судебного заседания Курчатовского городского суда Курской области, хранящиеся в материалах уголовного дела, хранить в уголовном дел.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Курский областной суд через Льговский районный суд Курской области в течение 10 суток со дня провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции. 

Судья Коростелева Н.А.