РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Жуковский Московская область

05 июня 2019 года

Жуковский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Ковалёва Е.А.

при секретаре Камшилиной И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «Алеф Групп» к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ООО «Алеф Групп» обратился в суд с иском к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, в обоснование исковых требований указал, что в период с 25 ноября 2015 по 06 марта 2017 год с принадлежащего истцу счета перечислил на расчетный счет ФИО1 денежные средства общей суммой 

<

данные изъяты> с указанием в основании платежа «договор займа». Договоров займа в указанный период времени истцом не заключалось. 25.10.2018 года в адрес ответчика была направлена претензия в целях возврата указанных денежных средств, ответа на которую не последовало. Истец полагает, что действиями ответчика ФИО1 истцу ООО «Алеф Групп» были причинены убытки, а полученная ею сумма, в силу ст. 1102 ГК РФ, является неосновательным обогащением, на которую, в соответствии со ст. 395 ГК РФ, подлежат начислению проценты. Сумма процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, согласно представленному расчету, за период 25 ноября 2015 по 26 ноября 2018 составляет 

<

данные изъяты>.

В судебном заседании представитель истца – по доверенности ФИО2 заявленные требования поддержала в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО1 - адвокат Пайгачкина В.Ю., иск не признала, представила письменные возражения, дополнения к возражению на письменные пояснения истца, в которых ссылается, что в заявленный к взысканию период времени юридическое лицо ООО «Алеф Групп» на праве собственности принадлежало иному физическому лицу – ФИО3, который являлся генеральным директором и учредителем ООО «Алеф Групп» в период с июля 2007 год по март 2018 год. В процессе своей хозяйственной деятельности ФИО3ым, являвшимся единственным участником общества, неоднократно перечислялись денежные средства на карту ответчика в целях дальнейшего распределения третьим лицам. Ответчик ссылается на осведомленность сторон об отсутствие между ними каких-либо договорных отношений, в связи с чем, в силу 1119 ГК РФ, считает предъявленную к взысканию денежную сумму, не подлежащей возврату, как полученную по несуществующему обязательству. Ответчик также полагает, что после продажи бывшим учредителем общества ФИО3ым ООО «Алеф Групп» стороннему лицу – ФИО4 (истцу по иску), какие-либо действия, совершаемые ФИО3ым в период его управления юридическим лицом, не могут быть рассмотрены новым собственником как действия, причинившие убытки обществу, поскольку такие действия соответствовали хозяйственной деятельности общества, осуществляемой генеральным директором ФИО3 до отчуждения им доли в капитале общества. Также ответчик ссылается на то, что истцом не представлены доказательства, что бывшим директором общества ФИО3 в момент сделки или после ее совершения были переданы новому собственнику документы, подтверждающие наличие неисполненных перед обществом обязательств третьих лиц, в результате неисполнения которых у общества возникли убытки. В дополнениях к возражению ответчик указывает на выбранный истцом неверный способ защиты своего права, что ФИО1 является ненадлежащим ответчиком по иску о взыскании убытков, причинённых юридическому лицу, поскольку надлежащими являются лица, определённые ст. 44 ФЗ № от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об ООО". Также указывает, что исковые требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, являясь дополнительными по отношению к основному обязательству, поэтому не подлежат удовлетворению. 

Привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, ФИО3, в судебном заседании не явился, извещен надлежащим образом, явку своего представителя не обеспечил.

Выслушав мнение явившихся лиц, суд, в силу ч. 3, 4 ст. 167 ГПК РФ, определил возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Суд, изучив материалы дела, дав оценку всем представленным доказательствам, находит, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящейглавой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В силу ст. 1109 ГК РФ, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:

1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;

2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;

4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Из материалов дела следует, что в период с 25 ноября 2015 по 06 марта 2017 года с принадлежащего ООО «Алеф Групп» расчетного счета ПАО «Промсвязьбанк» №40702810830370653101 перечислены на расчетный счет ПАО «Промсвязьбанк» ФИО1 денежные средства общей суммой 

<

данные изъяты>.

Указанные денежные средства в размере 

<

данные изъяты> перечислены путём совершения 94 переводов, в основании каждого из которых указано «перевод денежных средств по договору займа от «дата». Получение на расчетный счет денежных средств в указанном истцом размере ответчиком не оспаривалось, и подтверждается платежными поручениями, выпиской по контракту клиента от 24.04.2019 года за период с 01.01.15 по 24.04.19 г.г.

В обосновании заявленных требований истец указал, что Общество неоднократно переводило денежные средства ответчику, полагая, что они будут возвращены. 

Ответчик ФИО1 с данными доводами истца не согласилась, указывая, что ранее, а также в спорный период времени, общество «Алеф Групп» принадлежало на праве собственности ФИО3, который, будучи единственным участником общества, в рамках осуществляемой им хозяйственной деятельности перечислял данные денежные средства ответчику в целях дальнейшего распределения их третьим лицам. Данные действия делались им добровольно, в условиях осведомленности об отсутствии каких-либо обязательств по их возврату со стороны ФИО5. После продажи общества в марте 2013 года другому лицу, к ней также не были предъявлены претензии, поскольку финансовое положение Общества было известно покупателю в момент заключения сделки. 

При этом, суд не может согласиться с доводами представителя истца, что ответчиком не представлено доказательств о добровольности действий бывшего учредителя ФИО3, поскольку в судебном заседании (протокол от 05.06.19) истец не оспаривал, что в учредительные документы общества - Устав ООО «Алеф Групп» (п. 20.1,20.3) новым учредителем ФИО4 (ФИО6) (л.д. 223-246 Том 1) изменения не вносились, правом распоряжения финансовыми средствами обладал только генеральный директор, об иных лицах, имеющих такое право, сведения отсутствуют.

Так, согласно разделу 20 п. 20.1-20.3 Устава ООО «Алеф Групп», утвержденному от 27.10.14 г., единоличным исполнительным органом общества является генеральный директор, обладающий всеми полномочиями, указанными в п. 20.3, действующий от имени общества без доверенности, распоряжаясь имуществом общества, включая финансовые средства. 

Согласно ч. 2 ст. 52 ГК РФ, ст. 12 ФЗ Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", юридические лица могут действовать на основаниитипового устава, утвержденного уполномоченным государственным органом. 

Третьим лицом к участию в деле привлечен ФИО3, являвшийся генеральным директором и учредителем ЗАО «Алеф Групп» в период с июля 2007 г. по октябрь 2014 г., в последствие преобразованного в ООО «Алеф Групп» с октября 2014 г. по март 2018 г.

В материалы гражданского дела сторонами представлен договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Алеф Групп» от 29.03.2018 года (л.д. 217-222 Том 1), согласно пункту 1 которого ФИО3 продает ФИО4 долю в размере 100 процентов уставного капитала ООО «Алеф Групп», а покупатель принимает за плату в собственность указанную долю в размере 100 процентов на условиях, определенных договором. 

Согласно п. 9 абз. 3 указанного договора, продавец (ФИО3) подтверждает, что представил покупателю (ФИО4) всю информацию о финансово-хозяйственном состоянии общества, а покупатель подтверждает, что с указанной информацией ознакомлен, состояние финансово-хозяйственно деятельности общества ему известно и его удовлетворяет.

В силу ч. 1 и 3 ст. 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным впунктах 1и2настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Аналогичные положения установлены Постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", а также п. 2 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", члены совета директоров общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Таким образом, в рамках настоящего иска, с учётом субъектного состава, могут быть рассмотрены убытки, причинённые юридическому лицу в процессе хозяйственной деятельности, осуществляемой генеральным директором и учредителем ФИО3 до отчуждения им доли в капитале общества покупателю – ФИО4 (новый учредитель).

Разрешая заявленные требования, суд приходит к выводу, что в спорный период времени единоличным исполнительным органом общества являлся генеральный директор ФИО3, которым добровольно, в отсутствие принуждения со стороны третьих лиц, совершались денежные переводы в адрес ответчика.

Согласно ст. 807 ГК РФ, по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Согласно п. 1 ст. 158 ГКРФ сделки совершаются устно или в письменной форме (простой или нотариальной). Сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами (п.1 ст.160 ГКРФ).

Указанные правила применяются к двусторонним (многосторонним) сделкам (договорам), если иное не установлено ГКРФ (п.2 ст.420 ГКРФ). 

Статьей 808 ГК РФ установлены требования к форме договора займа: договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо,– независимо от суммы.

Согласно ст. 162 ГК РФ, несоблюдение требований о совершении сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства. Вслучаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

В письменных пояснениях на отзыв ответчика, к представленным доказательствам представитель истца ссылался на указание в платежных поручениях, как на основание возникновения обязательства, указание «перевод денежных средств по договору займа от «дата»». Таким образом, генеральный директор общества при их перечислении предполагал их возвратность, в ином случае назначение платежа имело бы иную формулировку. При этом, именно на приобретателе денежных средств лежит бремя доказывания того, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности. Истец указывает, что ответчиком при получении денежных средств на свой расчетный счет должны были быть предприняты меры по выяснению лица, совершающего данные переводы, по возврату денежных средств, а отсутствие вышеперечисленного свидетельствует, по мнению истца, о недобросовестности ответчика, умышленно скрывающего факт получения им денежных средств. 

В силу п. 1 ст. 807 ГКРФ, договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона, лицо, участвующие в деле, должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что займодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта, равно как и условий договора касающихся срока его исполнения и способа возврата денежных средств.

Установлено в судебном заседании, что договоры займа не заключались, расписки в получении денежных средств не составлялись.

В соответствии с ч. 2 ст. 71 ГПКРФ, при непредставлении истцом письменного договора займа или его надлежащим образом заверенной копии вне зависимости от причин этого (в случаях утраты, признания судом недопустимым доказательством, исключения из числа доказательств ит.д.) истец лишается возможности ссылаться в подтверждение договора займа и его условий на свидетельские показания, однако вправе приводить письменные и другие доказательства. К таким доказательствам может относиться, в частности, платежное поручение, подтверждающее факт передачи одной стороной определенной денежной суммы другой стороне.

С учётом вышеуказанных норм права, суд не может согласиться с доводом истца, что наличие платежных поручений с указанием назначения платежа является безусловно допускаемой законом формой передачи в долг денежных средств.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Учитывая разъяснения Президиума Верховного суда на вопрос №10 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 3 (2015) Президиума ВС РФ, утвержденного 25 ноября 2015 года, суд считает, что указание в одностороннем порядке плательщиком в платежном поручении «договор займа» в качестве основания платежа, само по себе не является безусловным и исключительным доказательством факта заключения сторонами соглашения о займе и подлежит оценке в совокупности с иными обстоятельствами дела, к которым могут быть отнесены предшествующие и последующие взаимоотношения сторон, в частности их взаимная переписка, переговоры, товарный и денежный оборот, наличие или отсутствие иных договорных либо внедоговорных обязательств, совершение ответчиком действий, подтверждающих наличие именно заемных обязательств.

Суд принимает во внимание ответ представителя истца в судебном заседании (протокол от 05.06.19), что общество не занимается кредитной деятельностью, что ФИО1 контрагентом истца не являлась, в каких-либо гражданско-правовых или трудовых правоотношениях с ООО «Алеф Групп» не состояла.

Из представленных ответчиком в материалы гражданского дела платежных поручений следует, что денежные средства, перечисленные ООО «Алеф групп» ФИО5 переводились последней иным лицам, указанным директором Общества. Так, 11.11.15, 12.11.15, 20.11.15 в адрес ФИО7 (член семьи нынешнего учредителя ООО «Алеф Групп» ФИО6), были переведены денежные средства в размере 

<

данные изъяты>, а также многократными переводами ФИО8, ФИО9.

Вышеуказанные обстоятельства истцом не оспорены.

При этом, представитель истца в судебном заседании (протокол от 05.06.19) также не смог пояснить цель таких переводов, но подтвердил, что подобные многократные денежные переводы в адрес ФИО5 совершались Обществом ранее, при этом денежные средства по предыдущим переводам не истребовались, добровольно возвращены не были, но несмотря на это общество продолжало, в отсутствии установленной законом форме договора займа, совершать денежные переводы в адрес ответчика, предполагая их возвратность. 

В силу п.п. 1, 2 статьи 1ГК РФ гражданское законодательство основывается на признании, в том числе, равенства участников регулируемых им отношений, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела. 

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

По смыслу положений гражданского законодательства при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено суду доказательств, что продавцом - ФИО3 в момент сделки (договора купли-продажи доли) или после ее совершения были переданы истцу документы, подтверждающие наличие неисполненных перед обществом обязательств третьих лиц, в результате неисполнения которых у общества возникли убытки. Также истцом не представлены какого-либо рода отчетность, баланс общества, дебиторская и кредиторская задолженность, из анализа которой судом с достоверностью было бы установлено, что на момент совершения сделки у третьих лиц перед ООО «Алеф Групп» имелись неисполненные обязательства.

Кроме того, суд обращает внимание, что в силу ст. 321.2 ГК РФ, сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения, обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений.

Вышеуказанный договор стороной истца не оспорен, в установленном законом порядке не признан недействительным.

Оценив представленные сторонами доказательства, проанализировав установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу, что между бывшим учредителем ООО «Алеф Групп» - ФИО3ым, одновременно являющимся его директором, и ответчиком ФИО5 сложились определенные правоотношения в рамках которых Обществом осознанно, во исполнение несуществующего обязательства, многократно переводились денежные средства на счет ФИО10, без реальной цели получения их обратно, а для их последующего распределения иным лицам.

По смыслу ст. 1109 ГК РФ, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства.

Довод истца, что ответчиком, осведомленным об отсутствии договоров займа, при получении денежных средств на свой расчетный счет должны были быть предприняты меры по выяснению лица, совершающего данные переводы для возврата поступивших денежных средств, не может быть принят судом во внимание, поскольку, в силу разъяснений абз. 2 п. 58 Постановление Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств", само по себе получение информации о поступлении денежных средств в безналичной форме (путем зачисления средств на его банковский счет) без указания плательщика или назначения платежа не означает, что получатель узнал или должен был узнать о неосновательности их получения.

Ссылка истца на то, что сумма, переведенная ответчику обществом, отлична от сумм, переводимых ответчиком другим лицам, что ответчиком потрачены денежные средств на путешествия и покупки не может быть принята судом во внимание, поскольку из пояснений ответчика следует, что данная карта является её личным счетом, на ней аккумулируются иные виды доходы ответчика, а истцом не представлено достаточных и достоверных доказательств, что именно денежными средствами, переведенными со счета Общества были оплачены указанные мероприятия, равно как не приведено доказательств, что перечисление денежных средств в адрес ответчика происходило только со счета ООО «Алеф Групп».

Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в статье 12 ГК РФ) способами, а также иными способами, предусмотренными законом.Под способами защиты гражданских прав понимаются закреплённые законом материально-правовые меры принудительного характера, посредством которых производится восстановление (признание) нарушенных (оспариваемых) прав и воздействие на правонарушителя.

Следовательно, избираемый способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав.

Как следует из позиции Конституционного Суда Российской Федерации, указанной в Определении от 24.10.2013 г. N 1626-О, в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть первая статьи 4 ГПК Российской Федерации), к кому предъявлять иск (пункт 3 части второй статьи 131 ГПК Российской Федерации) и в каком объеме требовать от суда защиты (часть третья статьи 196 ГПК Российской Федерации). Таким образом, на истце лежит риск избрания ошибочного способа защиты права.

Учитывая положения ст. 41 ГПК РФ, а также приведенные выше нормы права, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом, и только в отношении того ответчика, который указан истцом, за исключением случаев, прямо определенных в законе.

При таких обстоятельствах, учитывая избрание истцом ненадлежащего способа защиты предположительно нарушенного права, определение лица, действиями которого, по мнению истца, нарушены его законные интересы, а также отсутствие достаточных, допустимых и относимых доказательств нарушения ФИО10 прав ООО «Алеф Групп», суд не находит оснований для удовлетворения требований ООО «Алеф Групп» о взыскании с ФИО1 суммы неосновательного обогащения в размере 

<

данные изъяты>.

Одновременно истцом заявлены требования о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 

<

данные изъяты>, которые обоснованы ст. 395 ГК РФ. Учитывая, что исковые требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами являются производными по отношению к основному обязательству, данные требования также не подлежат удовлетворению. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковое заявление ООО «Алеф Групп» к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 

<

данные изъяты>, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 25.11.2015 года по 26.11.2018 года в размере 

<

данные изъяты>, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 27.11.2018 до момента фактической уплаты суммы неосновательного обогащения исходя из ключевой ставки Банка России, расходов по оплате государственной пошлины в размере 

<

данные изъяты> – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Московский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Жуковский городской суд Московской области.

Судья Е.А. Ковалёв

Мотивированное решение изготовлено 10.06.2019 г.

Судья Е.А. Ковалёв