Дело № 3а-129/2020

Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

27 октября 2020 года Санкт-Петербург 

Санкт-Петербургский городской суд в составе:

председательствующего судьи Витушкиной Е.А., 

при секретаре Яцкевич Т.В., 

с участием прокурора Степановой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению Л О.А. о признании недействующим распоряжения КГИОП Санкт-Петербурга от 10 февраля 2020 № 36-р «Об отказе во включении выявленного объекта культурного наследия «Здание медсанчасти № 1 завода им.М.И.Калинина (с садом и оградой)» в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации», административному исковому заявлению Б Т.В., К А.Л., А Р.А.о., Б К.Д, К А.И. об оспаривании этого же нормативного правового акта, административному исковому заявлению В Б.Л. и А Д.И. об оспаривании этого же нормативного правового акта

установил:

10 февраля 2020 года Комитетом по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры Правительства Санкт-Петербурга (далее – Комитет, КГИОП) принято распоряжение N 36-р "Об отказе во включении выявленного объекта культурного наследия "Здание медсанчасти N 1 завода им. М.И.Калинина (с садом и оградой)" в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации" (далее – Распоряжение, оспариваемый нормативный правовой акт), которым, в соответствии с актом, составленным по результатам государственной историко-культурной экспертизы, выполненной аттестованным государственным экспертом ФИО1, с учетом решения рабочей группы Совета по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга решено:

1. Отказать во включении в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации (далее - реестр) выявленного объекта культурного наследия "Здание медсанчасти N 1 завода им. М.И.Калинина (с садом и оградой)", расположенного по адресу: 

<

адрес>.

2. Исключить вышеуказанное здание из перечня выявленных объектов культурного наследия.

3. Начальнику отдела государственного учета объектов культурного наследия обеспечить:

3.1. Направление в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу копии настоящего распоряжения в срок не более пяти рабочих дней со дня издания распоряжения и его официальное опубликование.

3.2. Уведомление лиц, являющихся собственниками или иными законными владельцами объекта, указанного в пункте 1 распоряжения, об отказе во включении объекта в реестр в течение трех рабочих дней со дня издания распоряжения.

3.3. Размещение распоряжения в электронной форме в локальной сети КГИОП и внесение соответствующих изменений в "Геоинформационную базу данных по объектам культурного наследия, границам и режимам зон охраны на территории Санкт-Петербурга".

4. Контроль за выполнением настоящего распоряжения возложить на заместителя председателя КГИОП - начальника Управления организационного обеспечения, популяризации и государственного учета объектов культурного наследия.

Указанное Распоряжение опубликовано на официальном сайте администрации Санкт-Петербурга (gov.spb.ru) 11 февраля 2020 г. (т.1 л.д.29-30).

Л О.А. обратился в Санкт-Петербургский городской суд с административным иском, в котором просит признать недействующим Распоряжение, ссылаясь на противоречие его пункту 6 статьи 7 Закона Санкт-Петербурга от 12.07.2007 № 333-64 «Об охране объектов культурного наследия в Санкт-Петербурге», как принятое без учета мнения Совета по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга. Также административный истец полагает, что оспариваемый акт противоречит статье 29 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» и пункту 17 постановления Правительства Российской Федерации от 15.07.2009 № 569 «Об утверждении Положения о государственной историко-культурной экспертизе», поскольку основан на акте историко-культурной экспертизы, выполненной аттестованным государственным экспертом Т.П.К, которая ранее уже представляла в Комитет акт историко-культурной экспертизы в отношении этого же объекта, признанный несоответствующим законодательству решением Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга; административный истец указывает на нарушение оспариваемым актом его права на доступ к объектам культурного наследия (т.1 л.д.2-4).

В ходе судебного разбирательства административный истец представил дополнение к административному исковому заявлению, ссылаясь также на то, что экспертом К Т.П. в основу обеих актов экспертиз положен одинаковый исторических материал, Акт экспертизы 2019 года дополнен исключительно субъективными суждениями эксперта относительно ценности Объекта, без опоры на какие-либо дополнительно исследованные объективные данные, указанный Акт не соответствует подпунктам «б», «о», «п» пункта 16 Постановления Правительства Российской Федерации от 15.07.2009 № 569 «Об утверждении Положения о государственной историко-культурной экспертизе», эксперт действовал в условиях конфликта интересов, административным ответчиком немотивированно не приняты высказанные в ходе общественного обсуждения Акта экспертизы возражения (т.3 л.д.107-109)

Б Т.В., К А.Л., А Р.А.о., Б К.Д., К А.И. обратились в Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга с административным иском к КГИОП о признании незаконными действий по рассмотрению Акта от 31 октября 2019 года государственной историко-культурной экспертизы выявленного объекта культурного наследия "Здание медсанчасти N 1 завода им. М.И. Калинина (с садом и оградой)" по адресу: 

<

адрес>., ссылаясь на то, что при принятии оспариваемого акта Комитет не учел замечаний, высказанных в ходе общественного обсуждения указанного Акта историко-культурной экспертизы, названный Акт экспертизы имеет недостатки, которые ранее явилось основанием для возврата Комитетом противоположного по выводам заключения историко-культурной экспертизы

К А.И. и К А.А. и обратились в Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга в административным иском к КГИОП о признании незаконными действий по принятию решения и выпуску Распоряжения об отказе во включении в единый государственный реестр объектов культурного наследия выявленного объекта культурного наследия "Здание медсанчасти N 1 завода им. М.И. Калинина (с садом и оградой)" по адресу: 

<

адрес> (далее – Объект), указывая также на нарушение оспариваемым актом их права на сохранение объектов культурного наследия, поскольку постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 18.12.2014 № 1146 утвержден проект планировки с проектом межевания территории, ограниченной 

<

адрес>, 

<

адрес>., 

<

адрес>, межквартальным проездом в Василеостровском районе, предусматривающий строительство на месте Объекта многоквартирного дома. 

А Д.А. и В Б.Л. и обратились в Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга с административным иском к КГИОП о признании незаконным и отмене Распоряжения, указывая также на то, что оспариваемый акт был принят без вынесения его на рассмотрение рабочей группы Совета по культурному наследию Санкт-Петербурга, в Акте историко-культурной экспертизы указано отсутствие ценности Объекта для несуществующего муниципального образования «Васильевский район», какого-либо анализа ценности Объекта как объекта культурного наследия местного значения не приведено.

Дела по указанным административным искам были объединены Куйбышевским районным судом в одно производство с присвоением делу N 2а-811/2020.

Кассационным определением судьи Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 30 июля 2020 года отменено определение Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга от 11 марта 2020 года об отказе в удовлетворении ходатайства КГИОП о передаче дела по подсудности в Санкт-Петербургский городской суд, а также апелляционное определение судьи Санкт-Петербургского городского суда от 07 мая 2020 года, оставившее без изменения определение суда первой инстанции, дело направлено на рассмотрение в первую инстанцию Санкт-Петербургского городского суда в связи с тем, что предметом административных исков является оспаривание нормативного правового акта органа государственной власти субъекта Российской Федерации (т.7 л.д.132-137).

Определением Санкт-Петербургского городского суда от 02 сентября 2020 года административные дела по указанным требованиям объединены в одно производство.

Поскольку административные истцы Б Т.В., К А.Л., А Р.А.о., Б К.Д., К А.И., В Б.Л. и А Д.И. после принятия административного дела к производству Санкт-Петербургского городского суда не уточнили заявленные требования с учетом положений статьи 209 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, требования указанных лиц рассмотрены Санкт-Петербургским городским судом как требования об оспаривании Распоряжения КГИОП Санкт-Петербурга от 10 февраля 2020 № 36-р «Об отказе во включении выявленного объекта культурного наследия «Здание медсанчасти № 1 завода им.М.И.Калинина (с садом и оградой)» в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации» с учетом содержащегося в кассационном определении вывода о предмете заявленных указанными лицами требований.

Административный истец Л О.А. в суд не явился, просил рассматривать дело в его отсутствие.

Административный истец К А.И., являющаяся также представителем А Р.А.о., А Д.И., Б К.Д., Б Т.В., К А.А., административные истцы А Р.А.о., А Д.И., Б Т.В., К А.А., представитель административного истца В Б.Л. К Б.Б. в суд явились, выразили несогласие с оспариваемым нормативным правовым актом, указывая на то, что Объект обладает признаками объекта культурного наследия, отказ включить его в Единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации (далее – Реестр) влечет отсутствие охранного статуса здания, а также создает возможность его реконструкции (или сноса) без восстановления внешнего облика здания, что нарушает право административных истцов на доступ к объектам культурного наследия в их исторической и культурной среде.

Представитель В Б.Б. выразил мнение о том, что выводы государственной историко-культурной экспертизы не являются объективными и сделаны без учета функционального назначения выявленного объекта культурного наследия, а также без учета строительных норм и правил, по которым осуществлялось проектирование и строительство Медсанчасти, которое является материальным свидетельством значительного периода в развитии отечественного фабрично-заводского здравоохранения, в чем заключается его историческая ценность (т.8 л.д.47-50)

Административные истцы представили письменную позицию по делу, согласно которой вышеуказанное заключение экспертизы является необъективным, исполнено лицом, которое фактически выполняло повторную экспертизу; экспертом не использован значительный объем материалов, в том числе архивные материалы завода М.И.Калинина, хранящиеся в СПбО ВООПИК, исследовавшиеся при проведении других экспертиз в отношении этого же Объекта; экспертом была дана ошибочная оценка архитектурной композиции здания, которое в пропорциях стремиться к соотношениям «золотого сечения», не принято во внимание при оценке градостроительной ценности объекта включение в границы объекта культурного наследия кроме здания также сада и ограды; административные истцы обращают внимание на то, что при проведении общественного обсуждения акта историко-культурной экспертизы не были рассмотрены мнения его участников, названный акт экспертизы содержит тот же набор недостатков, которые были указаны Комитетом как основания для возвращения иных актов экспертиз с противоположным заключением по этому Объекту, при принятии оспариваемого акта не получено заключение рабочей группы Совета по культурному наследию при Правительстве Санкт-Петербурга; административные истцы полагают, что необоснованность выводов эксперта подтверждается представленными суду мнениями специалистов ведущих организации в области архитектуры и градостроительства (т.8 л.д.11-12,51-53,61-77). 

Представитель административного ответчика Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры Правительства Санкт-Петербурга Т Ж.Г. в суд явилась, возражала против удовлетворения требований, полагая, что оспариваемый нормативный правовой акт принят Комитетом в пределах предоставленной компетенции; пояснила, что Распоряжение принято на основании соответствующего установленным федеральным законодательством требованиям Акта государственной историко-культурной экспертизы, поступившего в Комитет 31.10.2019 года, составленного экспертом К Т.П., которая является кандидатом архитектуры, аттестована в качестве государственного эксперта по проведению государственной историко-культурной экспертизы Минкультуры России; Законом Санкт-Петербурга от 12.07.2007 № 333-64 «Об охране объектов культурного наследия в Санкт-Петербурге» не предусмотрено получение мнения Совета по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга при решении вопроса об отказе во включении выявленного объекта культурного наследия в Единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов России, мнение рабочей группы Совета относительно отсутствия историко-культурной ценности Объекта было получено при обсуждении ранее представленного в Комитет Акта государственной историко-культурной экспертизы от 23.11.2016 года в отношении этого Объекта; представитель предоставила письменные возражения на административные иски (т.1 л.д. 16-25,т.3 л.д.19-24, т.8 л.д.78-79)

Представитель заинтересованного лица ООО «П» П А.С. в суд явилась, выразила несогласие с заявленными требованиями, полагая, что оспариваемый нормативный правовой акт не противоречит актам, имеющим большую юридическую силу, и не нарушает права административных истцов, снос Объекта собственником не планируется.

Представитель заинтересованного лица ООО «Г» в суд не явился, о слушании дела извещен, позиции по делу не представил.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить заявленные требования, суд считает, что заявленные административные исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом "д" части 1 статьи 72 Конституции Российской Федерации охрана памятников истории и культуры находится в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

По предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации издаются федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации. Законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации не могут противоречить федеральным законам. В случае противоречия между федеральным законом и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует федеральный закон (части 2 и 5 статьи 76 Конституции Российской Федерации).

Подпунктом 15 пункта 2 статьи 26.3 Федерального закона от 6 октября 1999 г. N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" решение вопросов сохранения, использования и популяризации объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) регионального значения отнесено к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации.

Специальным законом, регулирующим вопросы охраны памятников истории и культуры, является Федеральный закон от 25 июня 2002 г. N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" (далее – Федеральный закон № 73-ФЗ).

Статья 4 указанного Федерального закона разделяет объекты культурного наследия на категории в зависимости от значения таких объектов. По данному критерию различаются объекты федерального, регионального и местного значения.

При этом в силу указанной правовой нормы под объектами культурного наследия регионального значения понимают объекты, обладающие историко-архитектурной, художественной, научной и мемориальной ценностью, имеющие особое значение для истории и культуры субъекта Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 15 Федерального закона N 73-ФЗ в Российской Федерации ведется единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, содержащий сведения об объектах культурного наследия.

Статьей 16 названного Федерального закона определено, что Реестр формируется посредством включения в него объектов культурного наследия, в отношении которых было принято решение о включении их в Реестр, а также посредством исключения из реестра объектов культурного наследия, в отношении которых было принято решение об исключении их из Реестра, в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

К компетенции регионального органа охраны объектов культурного наследия пунктом 3 статьи 18 этого же Федерального закона отнесено принятие решения о включении объекта в Реестр в качестве объекта культурного наследия регионального значения либо об отказе во включении объекта в Реестр.

Отношения в области охраны памятников истории и культуры в Санкт-Петербурге регламентированы Законом Санкт-Петербурга от 20 июня 2007 г. N 333-64 "Об охране объектов культурного наследия в Санкт-Петербурге" (далее – Закон Санкт-Петербурга № 333-64).

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 указанного Закона Санкт-Петербурга к компетенции Правительства Санкт-Петербурга отнесено принятие решения о включении объекта в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации (далее - реестр) в качестве объекта культурного наследия регионального значения или объекта культурного наследия местного (муниципального) значения или об отказе во включении объекта в реестр;

Положением о Комитете по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры, утвержденным постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 28 апреля 2004 г. N 651 указанный орган исполнительной власти Санкт-Петербурга наделен правом принимать решение о включении выявленного объекта культурного наследия в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации в качестве объекта культурного наследия регионального значения или об отказе включить указанный объект в Реестр (пункт 3.1).

Таким образом, оспариваемый акт принят Комитетом по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры Правительства Санкт-Петербурга в пределах предоставленных полномочий.

Указанный акт опубликован на официальном сайте администрации Санкт-Петербурга (gov.spb.ru) 11 февраля 2020 г., т.е. в соответствии с требованиями Закона Санкт-Петербурга от 16.07.2010 № 445-112 «Об обеспечении доступа к информации о деятельности государственных органов Санкт-Петербурга» и постановления Правительства Санкт-Петербурга от 29.06.2011 № 865 «О порядке официального опубликования правовых актов Губернатора Санкт-Петербурга, Правительства Санкт-Петербурга, иных исполнительных органов государственной власти Санкт-Петербурга».

Порядок включения объектов культурного наследия в Реестр регламентирован статьей 18 Федерального закона N 73-ФЗ, обязывающей региональный орган охраны объектов культурного наследия после принятия решения о включении объекта, обладающего признаками объекта культурного наследия, в перечень выявленных объектов культурного наследия обеспечить проведение государственной историко-культурной экспертизы, на основании заключения которой принимается решение о включении объекта в Реестр в качестве объекта культурного наследия регионального или по согласованию с органами местного самоуправления - местного (муниципального) значения либо об отказе во включении объекта в Реестр (пункты 1 и 3).

Вопросы, касающиеся государственной историко-культурной экспертизы, урегулированы содержащимися в специальной главе V Федерального закона N 73-ФЗ нормами, устанавливающими цели, принципы и объекты проведения названной экспертизы, требования к заключению экспертизы, а также Положением о государственной историко-культурной экспертизе, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 15 июля 2009 г. N 569 (далее - Положение об экспертизе).

Так, государственная историко-культурная экспертиза проводится, в том числе, с целью обоснования включения объекта культурного наследия в Реестр, что отражается в ее заключении, оформляемом в виде акта (статья 28, пункт 1 статьи 32 названного закона).

Судом установлено, что распоряжением КГИОП № 10-314 от 15.07.2015 года в соответствии с пунктом 4 статьи 16.1 Федерального закона N 73-ФЗ, в связи с поступлением в КГИОП заявления о выявлении объекта, обладающего признаками объекта культурного наследия, в отношении здания, расположенного по адресу: 

<

адрес> (рег. N 35-5 от 12.03.2015), и с учетом заключения по установлению историко-культурной ценности объекта, обладающего признаками объекта культурного наследия, утвержденного 30.06.2015, постановлено включить в перечень выявленных объектов культурного наследия "Здание медсанчасти N 1 завода им. М.И.Калинина (с садом и оградой)", расположенное по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д.84-86). 

План границы территории данного выявленного объекта культурного наследия утвержден распоряжением КГИОП № 10-446 от 10.09.2015 (т.1 л.д.105(об)-107). 

06.12.2016 года в КГИОП поступил Акт государственной историко-культурной экспертизы от 23.11.2016 года (далее - Акт экспертизы 2016 года), проведенной в период с 11 октября 2016 года по 23 ноября 2016 года по заказу ООО «Г «С» экспертом К Т.П., в отношении указанного выявленного объекта культурного наследия, обосновывающий целесообразность принятия решения об отказе во включении Объекта в Реестр, 

В рамках данной государственной историко-культурной экспертизы экспертом сделан вывод о том, что Объект не имеет особого значения для истории и культуры Российской Федерации, субъекта Российской Федерации и /или для истории и культуры муниципального образования, не является ценным градообразующим элементом и не имеет особой градостроительной ценности, не обладает историко-архитектурной, художественной ценностью, имеющей особое значение для истории и культуры народов Российской Федерации, не имеет в своем декоре редких, не типовых элементов живописи, скульптуры, архитектурных деталей, а также единства архитектурной композиции с частным; территория вокруг исследуемого здания, называемая садом, не обладает историко-культурной ценностью как памятник садово-паркового искусства (г/д 2-13/18 т.1 л.д.67-238)..

Указанный Акт экспертизы 2016 года был вынесен на общественное обсуждение и рассмотрение рабочей группы Совета по культурному наследию при Правительстве Санкт-Петербург, единогласным решением рабочей группы Совета от 18.07.2017 года рекомендовано согласиться с выводом экспертизы (т.1 л.д.222).

15 февраля 2017 года Комитет уведомил ООО «С» о невозможности принятия решения по Акту экспертизы 2016 года в виду вынесения Куйбышевским районным судом Санкт-Петербурга в рамках принятого к рассмотрению административного иска группы граждан решения об обязании воздержаться от выпуска распоряжения об отказе во включении объекта в Реестр на основании выводов указанной экспертизы и рабочей группы Совета по культурному наследию при Правительстве Санкт-Петербурга (т.1 л.д.223).

06 февраля 2017 года в КГИОП поступила государственная историко-культурная экспертиза Объекта с противоположным выводом об обоснованности его включения в Реестр, выполненная в период с 09 января 2017 года по 03 февраля 2017 года аттестованным Минкультом Российской Федерации экспертом Б М.М. по заказу ООО «Э» (далее – Акт эксперта Б М.М.), содержащая вывод о том, что Объект является выразительным примером стиля 1950-х годов, профессионально воплощенным авторским коллективом и полностью отвечающим его функции, историческим комплексом, не имеющим прямого аналога в застройке города, обладающим градостроительной, архитектурной и историко-культурной ценностью объектом (т.3 л.д.25-44, г/д 2-13/18 т.2 л.д.153-178). Письмом от 22 марта 2017 года КГИОП возвратил эту экспертизу как не отвечающую требованиям законодательства в сфере сохранения объектов культурного наследия, письмом Комитета от 11 июля 2017 года указанная экспертиза, повторно представленная в КГИОП 29 мая 2017 года, вновь возвращена (г/д 2-13/18 т.2 л.д.51-55,196-201).

В рамках рассмотрения Куйбышевским районным судом Санкт-Петербурга дела административного дела № 2а-13/2018 по административному исковому заявлению Б Т.В., К А.А.,А Р.А.о., Б К.Д., К О.И. о признании незаконными действий КГИОП по рассмотрению Акта экспертизы 2016 года и решения рабочей группы Совета по культурному наследию при Правительстве Санкт-Петербурга по одобрению этого Акта была назначена судебная историко-культурная экспертиза, проведение которой поручено «Ассоциации экспертов по проведению государственной историко-культурной экспертизы», и которая выполнена аттестованными государственными экспертами по проведению государственной историко-культурной экспертизы К О.Н. и К В.А. (далее – Заключение судебной экспертизы). 

Согласно Заключению судебной экспертизы, эксперты по результатам визуального осмотра, анализа представленных им материалов пришли к выводу, что Объект обладает исторической, архитектурной и градостроительной ценностью, посчитали целесообразным включить Объект в Реестр в качестве объекта культурного наследия регионального значения, определили особенности объекта, составив проект предмет охраны, плана границ. 

Эксперты указали, что Объект имеет историко-культурную ценность, выразившуюся в том, что медсанчасть № 1 завода им.М.Калина (с садом и оградой) была передовым подведомственным учреждением, предусматривающим 200 посещений в смену, больничный стационар на 50 коек и ночной туберкулезный санаторий на 10 коек, а также 25 кабинетов, среди которых рентгеновский, биохимического анализа и кабинет ЭКГ, оснащенные современным медицинским оборудованием, продолжая традиции создания рекреационных зон по примеру ряда других старейших больниц, располагала садом с дорожками и площадками с асфальтовым и набивным покрытием, фонтаном в центре и скульптурными композициями и зелеными насаждениями ценных пород и плодовых пород деревьев. Градостроительная ценность объекта определяется сохранением важнейших принципов формирования городской среды в историческом районе, насыщенном поздней разнородной застройкой, стилистическим единством здания и ограды, фиксирующей красную линию улицы с рядовой посадкой зеленых насаждений, постановкой здания с относом от красной линии с образованием курдонера, наличием сада, поддерживавшего его основное назначение – медицинскую функцию постройки. Ограда сада на низком цоколе из кованных металлических секций с кленовой аллеей вдоль нее, представляют собой важный планировочный и архитектурный элемент, визуально дополняя фронт застройки объекта. Архитектурная ценность объекта определена тем, что трехэтажное здание поликлиники-стационара выполнено в стиле ретроспективизма, называемым некоторыми специалистами сталинским неоклассицизмом 1950-х годов, основанным на освоении архитектурного наследия прошлых эпох, от ренессанса и древнерусского зодчества до классицизма первой трети 19 вв. в наибольшей степени отразился при организации пространства зданий и сооружений объекта. Здание имеет выраженные пропорции, располагается симметрично к границам владения и согласованно соседствуя с другими постройками. Достоинством здания является умение архитектора, оставаясь в рамках стиля, выполнить декор, соответствующий функции здания; отмечается полное отсутствие советской тематики в оформлении здания и исключительная сохранность всех его элементов. Объект представляет собой сооружение с исторически сложившейся территорией, относится к виду «памятник». Историческое объемно-пространственное и планировочное решение территории сада, с дорожками и площадками, представлено сочетанием посадок, сохранившихся отдельных старовозрастных деревьев с открытыми пространствами, кленовой аллеей вдоль ограды сада со стороны 

<

адрес> 

Также экспертизы пришли к выводу, что экспертом К Т.П. в рамках проведенного ею экспертного исследования привлечен неполный объем имеющейся историко-архивной документации (информации), что повлияло на выводы о нецелесообразности включения Объекта в Реестр (т.2 л.д.1-106). 

Оценивая указанное заключение судебной историко-культурной экспертизы, Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга в решении по делу № 2а-13/2018 от 23 мая 2018 года пришел к выводу о том, что оно объективно, основано на научной и практической основе, представленных материалах и результатах визуального осмотра в пределах соответствующей специальности экспертов, всесторонне и полноценно, соответствует требованиям статьи 8 Федерального закона № 73-ФЗ. 

При этом решением Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга Б Т.В., К А.А., А Р.А.о., Б К.Д., К О.И. отказано в удовлетворении заявленных требований в связи с отсутствием доказательств того, что Акт экспертизы 2016 года был согласован КГИОП, представитель которого пояснил, что решение о согласовании указанного Акта не принято в связи с принятием судом мер предварительной защиты по этому делу (т.1 л.д.224-241).

Апелляционным определением Судебной коллегии по административным делам Санкт-Петербургского городского суда от 12 сентября 2018 года указанное решение Куйбышевского районного суда оставлено без изменения (т.1 л.д.233-244).

31 октября 2019 года в КГИОП поступил Акт по результатам государственной историко-культурной экспертизы этого же выявленного объекта культурного наследия, выполненный тем же экспертом К Т.П. по заказу заказчика ООО «Г» в период с 19 сентября 2019 года по 31 октября 2019 года (далее – Акт экспертизы 2019 года) (т.1 л.д. 32,40-124).

Согласно выводам эксперта К Т.П. Объект не играет значимой роли в формировании фронтальной композиции застройки четной стороны 

<

адрес>; в истории становления облика 

<

адрес> исследуемое здание не представляет выдающейся историко-культурной, высокой художественной, научной и мемориальной ценности; рисунок двух торцевых, дворового и лицевого фасадов Объекта различны и не объединены общей композиционной идеей, а часть архитектурного декора фасадов является типовым (заводского изготовления); стиль сталинский ампир или сталинский «неоклассицизм», к которому отнесен Объект, определяется созданием архитектурными методами тонко спорционированного здания с вертикальными и горизонтальными членениями, аналогичными классицистическим образцам великой архитектуры, классическим соотношением деталей с общей массой стен, с архитектурным повторением деталей одного фасада на другом в целях создания общей объемной композиции – в исследуемом Объекте архитектурные замыслы лицевого, дворового и двух торцевых фасадов не коррелируются ни в рисунке оконных, ни дверных проемов, ни в ритмическом или метрическом исполнении повторяемых деталей; выдающегося значения для истории и культуры Российской Федерации, Санкт-Петербурга, а также муниципального образования «Васильевский район» объект не имеет. 

В соответствии со статьей 29 Федерального закона № 73-ФЗ историко-культурная экспертиза проводится на основе принципа гласности, что предполагает учет общественного мнения, в связи с чем согласно пункту 4 статьи 32 указанного Федерального закона заключение историко-культурной экспертизы подлежит обязательному размещению органом охраны культурного наследия на официальных сайтах соответствующих органов охраны культурного наследия в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Из этого исходит и Положение об экспертизе, устанавливая, что орган охраны объектов культурного наследия: в течение 5 рабочих дней со дня получения заключения экспертизы размещает на официальном сайте органа заключение со всеми приложениями для общественного обсуждения; рассматривает предложения, поступившие в течение 15 рабочих дней со дня размещения материалов на официальном сайте в сети "Интернет". В течение 10 рабочих дней со дня окончания общественного обсуждения на официальном сайте в сети "Интернет" необходимо разместить сводку предложений, поступивших во время общественного обсуждения заключения экспертизы, с указанием позиции органа охраны объектов культурного наследия. Орган охраны объектов культурного наследия обязан рассмотреть все предложения, поступившие в установленный срок в электронной или письменной форме по результатам общественного обсуждения размещенных заключений экспертизы (пункты 29, 30).

Электронная версия Акта экспертизы 2019 года была опубликована для общественного обсуждения на официальном сайте КГИОП 06 ноября 2019 года (т.2 л.д.151).

Как следует из сводки предложений по результатам общественного обсуждения, размещенной Комитетом на своем сайте 02 декабря 2019 года, в ходе общественного обсуждения поступило 33 обращения, все из которых содержали несогласие с выводами эксперта, в том числе указывали на необъективность эксперта, отсутствие мотивировки сделанных им выводов, отсутствие в экспертизе актуальной фотофиксации интерьеров и исследования цокольного этажа с кухней, ошибочную оценку архитектурной композиции и градостроительной ценности Объекта, отсутствие оценки его историко-культурной ценности для муниципального образования, нарушение принципа объективности, всесторонности и полноты рассмотренных материалов, не исследование экспертом документации, которая оценивалась в ходе судебной историко-культурной экспертизы, а также содержали предложение провести повторную экспертизу по заказу государственного органа охраны объектов культурного наследия, исключающую заинтересованность заказчика в ее результатах (т.1 л.д.33-39).

Вместе с тем, вместо необходимой к отражению в соответствии с вышеуказанными нормативными положениями позиции Комитета по указанным обращениям, в опубликованной сводке предложений не содержится никакого результата их рассмотрения, а указано на то, что «мнение и доводы заявителя приняты КГИОП к сведению». Также отсутствует какая-либо позиция Комитета относительно высказанных мнений в ходе общественного обсуждения и в ответах КГИОП на поступившие в электронной форме обращения, в таких ответах указано, что обращение «рассмотрено и включено в сводку предложений» (т. 4 л.д.119-200); доказательств того, что высказанные в ходе общественного обсуждения мнения были фактически рассмотрены Комитетом административным ответчиком суду не представлено. 

Оценивая указанные обстоятельства, суд полагает, что фактическое не рассмотрение органом охраны объектов культурного наследия замечаний и мнений, поступивших в установленный срок в электронной или письменной форме по результатам общественного обсуждения касательно экспертного заключения при принятии итогового решения об отказе во включении выявленного объекта культурного наследия в Реестр означает не что иное, как несоблюдение порядка общественного обсуждения, и, как следствие, несоблюдение принципа гласности при принятии такого решения, что является самостоятельным основанием для признания оспариваемого акта недействующим.

Как следует из пояснений представителя КГИОП в суде, после окончания общественных обсуждений, на заседании рабочей группы Совета по культурному наследию при Правительстве Санкт-Петербурга 23 января 2020 года председатель КГИОП проинформировал членов рабочей группы Совета о поступлении Акта экспертизы 2019 года, содержащего такой же вывод, как и Акт экспертизы 2016 года, и не поставил его на обсуждение членов рабочей группы Совета; представленная суду выписка из протокола заседания рабочей группы Совета от 23 января 2020 года содержит ошибочные сведения относительно того, что рабочей группой Совета была эта информация принята к сведению (т.1 л.д.31)

Оценивая указанные действия, суд принимает во внимание, что в соответствии с пунктом 6 статьи 9.2 Федерального закона № 73-ФЗ к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия относится определение порядка принятия органом государственной власти субъекта Российской Федерации решения о включении объекта культурного наследия регионального значения или объекта культурного наследия местного (муниципального) значения в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации.

Согласно пункту 6 статьи 7 Закона Санкт-Петербурга от 12 июля 2007 г. №333-64 "Об охране объектов культурного наследия в Санкт-Петербурге" принятие Правительством Санкт-Петербурга решений о включении выявленного объекта культурного наследия в реестр в качестве объекта культурного наследия регионального значения и издание соответствующего правового акта осуществляется с учетом заключения экспертного совета. 

Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 30 июля 2004 г. N 1371 создан Совет по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга (далее – Совет) и утверждено положение о нем.

В силу пункта 1.1 указанного Положения Совет по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга является постоянно действующим коллегиальным совещательным органом при Правительстве Санкт-Петербурга, созданным в целях повышения эффективности принятия решений в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия. Одной из функций Совета является подготовка заключений для принятия решений о включении выявленного объекта культурного наследия в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации в качестве объекта культурного наследия регионального значения (пункт 3.10-1 Положения). Решения, принимаемые Советом, оформляются протоколами и носят рекомендательный характер (пункт 4.10 Положения). Пунктом 4.12 Положения Совету предоставлено право для осуществления возложенных на него функций создавать из числа членов Совета и привлекаемых экспертов секции, рабочие и экспертные группы, иные рабочие органы Совета, действующие под руководством членов Совета; при этом руководители и персональный состав этих рабочих органов, а также их задачи определяются решением Совета.

Из протокола заседания Совета по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга от 25 сентября 2008 г. следует, что члену Совета К Б.М. поручено сформировать и возглавить рабочую группу для рассмотрения вопросов о включении выявленных объектов культурного наследия в единый государственный реестр объектов культурного наследия, 26 сентября 2008 года К Б.М. определен персональный состав указанной группы; новый состав этой группы утвержден 24 февраля 2015 года (г/д 2а-13/18 т.2 л..д.29-30).

Решением рабочей группы Совета по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга от 18 января 2017 года рекомендовано согласиться с выводами Акта экспертизы 2016 года о необоснованности включения Объекта в Реестр (т.1 л.д.222).

Таким образом, рекомендация согласиться с выводами государственной историко-культурной экспертизы по Акту экспертизы 2016 года была дана уполномоченным Советом по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга рабочим органом.

Как следует из пояснений представителя административного ответчика в суде, при принятии оспариваемого нормативного правового акта на основании Акта экспертизы 2019 года Комитет не посчитал необходимым вынести на рассмотрение рабочей группы Совета по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга Акт экспертизы 2019 года в связи с тем, что ранее рабочая группа Совета уже высказалась относительно отсутствия историко-культурной ценности Объекта, а также поскольку получение заключения Совета при решении вопроса об отказе во включении объекта в Реестр Законом Санкт-Петербурга не предусмотрено, кроме того, мнение рабочей группы Совета по культурному наследию при Правительстве Санкт-Петербурга было Комитету понятно в связи с участием некоторых из членов Совета в общественном обсуждении Акта экспертизы 2019 года.

Суд полагает позицию КГИОП об отсутствии оснований для получения заключения Совета по культурному наследию при Правительстве Санкт-Петербурга или уполномоченного им органа при подготовке правового акта об отказе во включении выявленного объекта культурного наследия ошибочной, поскольку федеральный и региональный законодатель не устанавливают разницы процедуры в отношении выявленного объекта культурного наследия в зависимости от того, будет она завершена решением о включении такого объекта в Реестр, или решением об отказе во включении в Реестр; установленный общий порядок принятия соответствующего решения, как обеспечивающего дальнейшую государственную охрану ранее выявленного объекта культурного наследия, так и влекущего снятие с него охранного статуса, обеспечивает возможность всесторонней оценки органом охраны объектов культурного наследия историко-культурной ценности такого объекта с целью принятия обоснованного решения, в том числе, исключающего возможность утраты ценного с историко-культурной точки зрения объекта.

При этом следует учитывать, что из пункта 1.1. Положения о Совете, утвержденного Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 30 июля 2004 г. N 1371, прямо следует, что Совет является постоянно действующим коллегиальным совещательным органом, созданным в целях повышения эффективности принятия решений в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия; задачей Совета является подготовка рекомендаций для принятия исполнительными органами государственной власти Санкт-Петербурга решений в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия (п.24 Положения о Совете). Полномочия Совета по подготовке заключений для принятия решений о включении выявленного объекта культурного наследия в Реестр в качестве объекта культурного наследия регионального значения или в качестве объекта культурного наследия местного (муниципального) значения отнесены к функциям по рассмотрению разногласий, возникающих между уполномоченным исполнительным органом государственной власти Санкт-Петербурга в области охраны объектов культурного наследия и иными лицами, по вопросам сохранения культурного наследия (п.3.10 Положения о Совете), а именно такие разногласия возникают при обсуждении вопросов относительно историко-культурной ценности объектов, на что указал административный ответчик в своих возражениях, ссылаясь на наличие субъективного подхода при производстве историко-культурной экспертизы и отсутствие объективных критериев оценки в данной экспертной области.

В этой связи следует отметить, что представитель административного ответчика пояснил в суде, что при оценке Акта экспертизы 2019 года Комитет не нашел оснований сомневаться в суждениях эксперта с учетом уровня его квалификации и опыта. Вместе с тем, именно исходя из вышеуказанных задач и функций Совета, был определен его персональный состав, также позволяющий выражать профессиональное мнение относительно имеющих значение для Санкт-Петербурга вопросов в области сохранения, использования, популяризации и государственной охраны объектов культурного наследия.

С учетом вышеуказанных функций и полномочий Совета суд полагает ошибочной и позицию Комитета о достаточности получения в рассматриваемой ситуации заключения рабочей группы Совета об отсутствии оснований для включения Объекта в Реестр по результатам рассмотрения Акта экспертизы 2016 года, поскольку указанный Акт экспертизы, как следует из пояснений представителя административного ответчика, не являлся основанием для принятия оспариваемого акта, как установлено заключением судебной историко-культурной экспертизой в рамках вышеуказанного административного дела Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга указанный акт вынесен при исследовании неполного объема имеющейся историко-культурной документации (информации).

Совет по сохранению культурного наследия при Правительстве Санкт-Петербурга является совещательным органом, его решения не носят обязательного характера, вместе с тем не получение Комитетом заключения этого органа относительно Акта экспертизы 2019 года способствовало принятию Комитетом решения о согласии с указанным Актом экспертизы 2019 года без достаточных к тому оснований.

Федеральные нормативные правовые акты обязывают эксперта обеспечить объективность, всесторонность и полноту проводимых исследований, достоверность и обоснованность своих выводов, самостоятельно оценивать результаты исследований, полученные им лично и другими экспертами (статья 29 Федерального закона N 73-ФЗ, пункт 17 Положения об экспертизе), то есть осуществить визуальный осмотр (натурное обследование) и фотофиксацию объекта лично, собрать документы и материалы (историко-архивные, библиографические и иные исследования) об историко-культурной ценности объекта, изучить их и проанализировать с точки зрения истории, архитектуры, градостроительства, искусства, науки и техники, эстетики, этнологии или антропологии, социальной культуры.

В соответствии с Положением об экспертизе в случае несогласия с заключением экспертизы соответствующий орган охраны объектов культурного наследия по собственной инициативе либо по заявлению заинтересованного лица вправе назначить повторную экспертизу в порядке, установленном настоящим Положением (пункт 33).

При этом согласно пункту 34 указанного Положения эксперт, подписавший заключение экспертизы не вправе участвовать в проведении повторной экспертизы. Указанное нормативное требование направлено на обеспечение соблюдения принципа объективности при проведении экспертизы.

В случае если эксперту известны обстоятельства, препятствующие его привлечению к проведению экспертизы либо не позволяющие ему соблюдать принципы ее проведения, установленные статьей 29 Федерального закона "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации", в том числе, если указанные обстоятельства стали известны ему в период проведения экспертизы, эксперт обязан отказаться от участия в проведении экспертизы (п.10 Положения об экспертизе) 

Проведенная экспертом К Т.П. экспертиза в 2019 году формально не является повторной, поскольку Комитет уклонился от принятия какого-либо решения на основании Акта экспертизы 2016 года после вступления 12 сентября 2018 года в законную силу решения Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга по делу № 2а-13/18 и прекращения действия принятых по этому делу мер предварительной защиты.

Не может эта экспертиза быть оценена и как доработанная в соответствии с пунктом 32 Положения об экспертизе, поскольку заказчиками проведенных К Т.П. экспертиз в отношении Объекта в 2016 и 2019 году являются разные лица.

Вместе с тем, следует учитывать, что эксперт К Т.П. в Акте 2016 года уже высказала однозначное мнение относительно историко-культурной ценности Объекта, которое полностью разошлось с мнением экспертов по результатам судебной экспертизы, в отношении которой Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга пришел к выводу об ее законности и обоснованности, в связи с чем вывод предлагаемого этому эксперту исследования был уже очевидно известен заказчику, что предполагало необходимость эксперту отказаться от проведения экспертизы и объективно обусловливало назначение повторной экспертизы Комитетом. 

Комитет, являясь уполномоченным органом по государственной охране объектов культурного наследия, при принятии решения об отказе во включении Объекта в Реестр, видя противоречие между выводами вышеуказанных экспертиз, принимая во внимание выводы аттестованного эксперта Б М.М. в ранее предоставленном Комитету и в дело № 2а-13/18 Куйбышевского районного суда Санкт-Петербурга выполненном ею Акте государственной историко-культурной экспертизы, высказанные в ходе общественного обсуждения мнения и предложение о проведении повторной экспертизы, исходя из принципа презумпции сохранности объекта культурного наследия при намечаемой любой хозяйственной деятельности и учитывая роль заключения государственной историко-культурной экспертизы при принятии решения о включении выявленного объекта культурного наследия в Реестр либо при отказе во включении такого объекта в Реестр и, как следствие, при исключении выявленного объекта из Перечня выявленных объектов культурного наследия, обязан был сделать все возможное, с тем, чтобы опровергнуть или подтвердить тот или иной вывод, устранить все имеющиеся противоречия.

Не проведение в этом случае повторной экспертизы означает не что иное, как несоблюдение принципа объективности при проведении экспертизы, установленного статьей 29 Федерального закона от 25 июня 2002 года N 73-ФЗ, и как следствие, нарушение порядка принятия оспариваемого нормативного правового регулирования.

Вместе с тем следует отметить, что у Комитета имелись и иные основания для проведения повторной экспертизы по результатам оценки Акта экспертизы 2019 года.

Так, для целей историко-культурной экспертизы необходимо исследование экспертом материалов, содержащих информацию о ценности объекта с точки зрения истории, археологии, архитектуры градостроительства, искусства, науки и техники, эстетики, этнологии или антропологии, социальной культуры.

Из Акта экспертизы 2019 года следует, что эксперт провела дополнительные изыскания материалов в архивах, поскольку доступ к архивам АО «Завод имени М.И. Калинина» был невозможен в связи с временным приостановлением обслуживания телефонов, то экспертом использовались документы, имеющиеся в ранее произведенных экспертизах. Согласно списку источников и литературы дополнительно, по сравнению с Актом экспертизы 2016 года, экспертом в Акте экспертизы 2019 года включен еще один источник – Акт эксперта Б М.М.

Как отмечено выше, в Заключении судебной экспертизы указано, что экспертами были изучены материалы административного дела, в рамках которого они проводили экспертизу, и проектная документация по строительству рассматриваемого здания, при этом эксперты пришли к выводу о том, что экспертом К Т.П. в рамках проведенного ею экспертного исследования привлечен неполный объем историко-архивной документации (информации).

Однако при составлении Акта экспертизы 2019 года эксперт не предприняла мер для установления объема этой документации, исследованной в рамках судебной экспертизы, и самостоятельного исследования этой документации, часть из которой была приобщена к материалам административного дела № 2а-13/2018 (т.3 л.д.105-155), необоснованно в этой связи придя к выводу о том, что при производстве экспертизы необходимый объем историко-культурной документации экспертом изучен.

В Акте экспертизы 2019 года, отсутствует указание на конкретные документы, которыми обоснованы выводы эксперта относительно причин растянутости строительства во времени, наличия у Завода им.М.И.Калинина экономических проблем, сказавшихся, по мнению эксперта, на качестве работ и уменьшении декора, а также упрощении способа изготовления деталей и простоте интерьеров, отступления при производстве работ от проектной документации в сторону удешевления работ, небольшом числе дорожек сада на фасадной стороне поликлиники, отсутствия проекта планировки территории сада, уменьшения в 1,5 раза территории, некогда принадлежавшей Медсанчасти, возведенными за последние три десятилетия строительными объектами; ряд выводов эксперта основан на предположениях, например, о причинах различия в толщине стен этажей, нахождения под линолеумным покрытием полов крашеной половой доски.

Вместе с тем, суду в рамках настоящего дела представлены на обозрение из СПбО ВООПИК архивные документы Завода им.М.И.Калинина, представляемые ранее, согласно пояснениям административных истцов, для проведения судебной экспертизы в рамках административного дела № 2а-13/18 в Куйбышевском районном суде Санкт-Петербурга с участием Комитета, отражающие иные, чем указаны экспертом сведения в отношении Объекта, в частности: сметно-финансовый расчет с пояснительной запиской в стадии проектного задания, отражающий планируемые сроки строительства, изначально превышающие указанные экспертом нормативные сроки, а также определяющий расходы непосредственно на строительство здания поликлиники, в то время, как экспертом исследовался документ, касающийся сметной стоимости социальных объектов завода; регистрационная надпись с установленным иным сроком плановой сдачи Объекта в эксплуатацию; приемо-сдаточный акт, отражающий иную, по сравнению с указанной экспертом, дату окончания строительства; а также документы, в которых содержится некоторая информация относительно актов скрытых работ и контроля качества, удорожания работ и увеличения их объема, перечня сокращаемых сметных затрат, использованных материалов, в том числе, фактическом устройстве паркетных полов, планировании и строительстве фонтана в период указанных экспертом экономических проблем, внесенных в проект на стадии строительства при осуществлении авторского надзора изменений.

При указанных обстоятельствах следует признать, что рассматриваемое заключение экспертизы не соответствует принципам полноты и достоверности информации, предоставленной на экспертизу, научной обоснованности и достоверности экспертизы.

Как следует из Акта экспертизы 2019 года, экспертом использованы фотографии внутренних помещений Объекта, выполненные эти же экспертом при обследовании Объекта в 2016 году. Вместе с тем согласно пп. «б» пункта 16 Положения об экспертизе экспертиза проводится на основании фотографических изображений объекта на момент заключения договора на проведение экспертизы. Доказательств, свидетельствующих о натурном обследовании экспертом помещений Объекта при проведении экспертизы в 2019 году, в ее материалах не имеется. В связи с изложенным применительно к настоящему делу отсутствуют основания полагать, что при проведении экспертизы соблюдена вытекающая из требований статьи 29 Федерального закона N 73-ФЗ и пункта 17 Положения об экспертизе обязанность эксперта осуществить визуальный осмотр и фотофиксацию объекта, в том числе, его помещений, лично, при том, что материалами фотофиксации помещений Объекта на момент проведения экспертизы из иных источников эксперт не располагал.

Кроме того, в Акте экспертизы 2019 года отсутствуют фотографии цокольного этажа Объекта, его описание и какая-либо оценка этих помещений, кленовой аллеи сада. Материалы осмотра цокольного этажа Объекта и кленовой аллеи, составленные в ходе рассмотрения настоящего дела сотрудниками КГИОП и аттестованным Минкультуры России экспертом Т В.Э., отражающие состояние помещений и анализ историко-культурной ценности этих частей выявленного объекта культурного наследия (т.3 л.д.45-53), не могут быть приняты судом как восполняющие недостатки Акта экспертизы 2019 с учетом вышеуказанных требований федерального законодательства к заключению государственной историко-культурной экспертизы.

Предположение эксперта о том, что проект планировки бывшего сада не был выполнен в полном объеме, подкрепленное приобщенными к экспертному заключению копиями официальных планшетов топосъемки Треста ГРИИ (КГА) 1950-г.г. из материалов Акта эксперта Б М.М., не соответствует исследованным К Т.П. материалам Акта эксперта Б М.М., к которым также приобщены и планшеты топосъемки Треста 1963-1991 г.г., отражающие значительную по объему и регулярную композицию сада (т.1 л.д.82-83, дело № 2-13/18 т.4 л.д. 64-66), и которые не приобщены К Т.П. к Акту экспертизы 2019 года. Указанное свидетельствует о недостоверности вывода эксперта при отсутствии с его стороны объективности в отношении проводимого исследования. 

Выводы эксперта содержат оценочные суждения, например, «неудачно выстроенное здание», «смотрится безлико», сведений о применяемых при этой оценке конкретных правилах и стандартах, либо расчетов пропорций, с целью обеспечения соблюдения принципа научной обоснованности, в рассматриваемом Акте не приводится, также как и обоснований вывода снижения ценности объекта при изменении проектной документации, отсутствует анализ типологичности архитектурного облика Объекта и приведенных зданий-аналогов с учетом функционального назначения Объекта; оценка градостроительной ценности Объекта осуществлена исключительно в отношении здания, без учета включенных в состав выявленного объекта культурного наследия сада и ограды.

В нарушение этого же принципа, экспертом вообще не осуществлен анализ Объекта с точки зрения возможной категории его как объекта культурного наследия муниципального значения, при этом делается вывод об отсутствии такого значения Объекта для несуществующего в Санкт-Петербурге Муниципального образования «Васильевский район». Указанный недостаток экспертного заключения сам по себе не может являться основанием для признания оспариваемого акта недействующим, в связи с отсутствием в Санкт-Петербурге законодательно установленного права органов местного самоуправления реализовывать мероприятия по государственному надзору за состоянием, содержанием, сохранением, использованием, популяризацией и государственной охраной объектов культурного наследия, вместе с тем, следует учитывать, что наличие обоснованного вывода по этому вопросу является требованием к заключению историко-культурной экспертизы в соответствии с пунктами 19 и 20 Положения об экспертизе, такие выводы могут быть оценены органом охраны объектов культурного наследия при принятии окончательного решения относительно выявленного объекта культурного наследия.

Также в Акте экспертизы 2019 года имеются сведения, свидетельствующие либо о прямом нарушении экспертом принципов проведения историко-культурной экспертизы, либо о допущенных описках, однако мер для выяснений этих обстоятельств Комитетом не предпринято.

Так, в разделе II Акта эксперт указал, что изучил документы, представленные не только Заказчиком, но и неким Заявителем, исторический и сравнительный анализ документов и материалов проведен по истории, архитектуре, градостроительству, искусству, науке и технике, эстетике, этнологии, социальной культуры объекта в не указанном экспертом поселке. 

Таким образом, оспариваемый акт издан на основании заключения государственной историко-культурной экспертизы, проведенной с нарушением требований Федерального закона N 73-ФЗ, предписаниям которого содержание заключения не соответствует, с нарушением установленной процедуры, что является основанием для признания акта недействующим в соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации. 

С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 50 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов и актов, содержащих разъяснения законодательства и обладающих нормативными свойствами", о том, что суд, установив нарушения порядка принятия нормативных правовых актов, свидетельствующие об отсутствии у них юридической силы, принимает решение о признании оспариваемого акта не действующим полностью (в том числе и при оспаривании в суд его отдельных положений), как не имеющего юридической силы с момента его принятия, суд считает необходимым признать Приказ от 24 мая 2017 года недействующим со дня его принятия.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175 - 180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд 

решил:

Административное исковое заявление Л О А, административное исковое заявление А Р А оглы, Б К Д, Б Т В, К А И, К А А, административное исковое заявление А Д И, В Б Л об оспаривании распоряжения КГИОП Санкт-Петербурга от 10 февраля 2020 № 36-р «Об отказе во включении выявленного объекта культурного наследия «Здание медсанчасти № 1 завода им.М.И.Калинина (с садом и оградой)» в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации» - удовлетворить.

Признать недействующим со дня принятия распоряжение Комитета по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры Правительства Санкт-Петербурга от 10 февраля 2020 № 36-р «Об отказе во включении выявленного объекта культурного наследия «Здание медсанчасти № 1 завода им.М.И.Калинина (с садом и оградой)» в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации».

Возложить на Комитет по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры Санкт-Петербурга обязанность опубликовать сообщение о принятии настоящего решения суда в течение одного месяца со дня его вступления в законную силу на официальном сайте Администрации Санкт-Петербурга в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" (gov.spb.ru).

Решение может быть обжаловано во Второй апелляционный суд общей юрисдикции в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.А.Витушкина