Копия

Гражданское дело № 2-50/2020

УИД: 66RS0006-01-2019-003524-23

В окончательном виде 

решение

 изготовлено 13 февраля 2020 года

РЕШЕНИЕ 

Именем Российской Федерации

г. Кировград Свердловской области

06 февраля 2020 года

Кировградский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Доевой И.Б.,

при секретаре судебного заседания Диланян А.С.,

с участием ответчиков ФИО1, ФИО2,

представителя ответчика ФИО2 – ФИО3, действующей на основании доверенности 66 АА 5683198 от 27 августа 2019 года, 

представителя ответчиков ФИО4, действующего на основании ордера № 061898 от 27 января 2020 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-50/2020 по иску ФИО6, ФИО5 к ФИО2, ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

ФИО6 и ФИО5 обратились с иском к ФИО2, ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения.

В обоснование исковых требований указано, что истцам на праве общей долевой собственности принадлежит квартира, расположенная по адресу: г. Екатеринбург, ул. *** (3/4 доли и 1/4 доля соответственно). В указанной квартире с 05 февраля 2015 года по настоящее время зарегистрированы и проживают в двух комнатах указанного жилого помещения ответчики. Ссылаясь на то, что ответчики в отсутствие каких-либо законных оснований пользуются двумя комнатами в указанной квартире, истцы обратились в суд с настоящим иском и просили взыскать в пользу ФИО6 и ФИО5 солидарно с ответчиков неосновательное обогащение пропорционально доле каждого в праве общей долевой собственности на квартиру в размере 453375 рублей и 151125 рублей соответственно за период с 01 января 2016 года по 31 декабря 2018 года.

В судебное заседание истцы ФИО6 и ФИО5 не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, о причинах неявки в судебное заседание суд не известили, ходатайств об отложении рассмотрения дела или о рассмотрении дела в свое отсутствие не заявляли. Ранее в судебном заседании 16 января 2020 года истцы пояснили, что ФИО6 является внучкой ФИО2 и ранее они проживали в квартире, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, ул. ***, принадлежащей на праве общей долевой собственности ФИО6, ФИО2 и ФИО1 Затем ими было принято решение продать указанную квартиру о приобрести, в том числе за счет кредитных денежных средств, квартиру, расположенную по адресу: г. Екатеринбург, ул. ***. Указанная квартира была приобретена за счет денежных средств от продажи квартиры, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, ул. ***, а также за счет кредитных денежных средств на основании заключенного между ПАО «Сбербанк России» и созаемщиками ФИО6 и ФИО5 кредитного договора, в обеспечение обязательства по которому был заключен договор залога квартиры, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, ул. ***. Поскольку квартира приобреталась за счет совместных денежных средств, однако, по устной договоренности право общей долевой собственности было зарегистрировано только за истцами, после приобретения указанной квартиры, с согласия истцов ответчики были вселены в указанную квартиру в качестве их членов семьи и зарегистрированы. При этом между ними был определен порядок пользования квартирой, согласно которому ФИО2 и ФИО1 были переданы в пользование две комнаты, то есть каждому по комнате. В 2017 году по просьбе ФИО2 истцы написали расписку, согласно которой они получили от ФИО2 денежные средства в размере 1300000 рублей. Заочным решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 09 октября 2018 года указанная сумма взыскана солидарно с истцов в пользу ответчика ФИО2 и в настоящее время службой судебных приставов из заработной платы истцов производится удержание указанной задолженности. В августе 2019 года ответчики по собственной инициативе снялись с регистрационного учета и выехали из вышеуказанной квартиры. При этом истцами не оспаривалось, что с какими-либо требованиями к ответчикам относительно выплаты неосновательного обогащения, полученного в связи с проживанием в указанной квартире, не обращались, какие-либо договоры, определяющие порядок пользования квартирой, с ответчиками, которые частично несли расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг в отношении квартиры, также не заключались. Подача настоящего иска обусловлена лишь тем обстоятельством, что ответчик ФИО2 обратилась в суд с иском о взыскании долга в размере 1300000 рублей по договору займа и заочным решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 09 октября 2018 года указанная сумма взыскана солидарно с истцов в пользу ответчика ФИО2 и в настоящее время службой судебных приставов из заработной платы истцов производится удержание указанной задолженности.

Ответчики ФИО1, ФИО2, представитель ответчика ФИО2 – ФИО3, действующая на основании доверенности 66 АА 5683198 от 27 августа 2019 года, представитель ответчиков ФИО4, действующий на основании ордера № 061898 от 27 января 2020 года, в судебном заседании исковые требования не признали, указывая на их необоснованность, по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление. При этом, ответчик ФИО2 пояснила, что ФИО6 является ее внучкой и ранее они проживали в квартире, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, ул. ***, принадлежащей на праве общей долевой собственности ФИО6, ФИО2 и ФИО1 Затем ими было принято решение продать указанную квартиру о приобрести, в том числе за счет кредитных денежных средств, квартиру, расположенную по адресу: г. Екатеринбург, ул. ***. Указанная квартира была приобретена за счет денежных средств от продажи квартиры, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, ул. ***, а также за счет кредитных денежных средств на основании заключенного между ПАО «Сбербанк России» и созаемщиками ФИО6 и ФИО5 кредитного договора, в обеспечение обязательства по которому был заключен договор залога квартиры, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, ул. ***. Поскольку квартира приобреталась за счет совместных денежных средств, однако, по устной договоренности право общей долевой собственности было зарегистрировано только за истцами, после приобретения указанной квартиры, с согласия истцов она с сыном были вселены в указанную квартиру и зарегистрированы. При этом между ними был определен порядок пользования квартирой, согласно которому ей и сыну были переданы в пользование две комнаты, то есть каждому по комнате. При этом они частично несли расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг в отношении квартиры. Поскольку квартира по адресу: г. Екатеринбург, ул. *** была оформлена в общую долевую собственность только истцов, несмотря на то, что приобреталась, в том числе на денежные средства ее и сына от продажи квартиры по адресу: г. Екатеринбург, ул. ***, она попросила истцов написать ей расписку в получении денежных средств в размере 1300000 рублей. Заочным решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 09 октября 2018 года указанная сумма взыскана солидарно с истцов в ее пользу. В августе 2019 года они по собственной инициативе снялись с регистрационного учета и выехали из вышеуказанной квартиры. 

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая надлежащее извещение лиц участвующих в деле, отсутствие сведений о причинах неявки, а также отсутствие каких-либо ходатайств, препятствующих рассмотрению дела в данном судебном заседании, принимая во внимание, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, определил рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд находит иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом, оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО6 и ФИО5 на праве общей долевой собственности принадлежит квартира, расположенная по адресу: г. Екатеринбург, ул. *** (3/4 доли и 1/4 доля соответственно). 

Указанное жилое помещение приобретено истцами на основании договора купли-продажи от 24 декабря 2014 года, за 2780000 рублей, из которых: 1780 000 рублей – за счет собственных средств, а 2000000 рублей – за счет кредитных денежных средств (кредитный договор 

<

***> от 20 декабря 2014 года между ОАО «Сбербанк России» и созаемщиками ФИО6 и ФИО5, в обеспечение обязательства по которому был заключен договор залога указанной квартиры).

Из объяснений истцов и ответчиков (статьи 55, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) также следует, что при приобретении указанной квартиры, были использованы денежные средства от продажи квартиры, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, ул. ***, принадлежащей на праве общей долевой собственности ФИО6, ФИО1, ФИО2

Согласно справке МКУ «Центр муниципальных услуг» в квартире по адресу: г. Екатеринбург, ул. *** зарегистрированы ФИО7 с 05 февраля 2015 года, ФИО5 с 31 августа 2017 года, ФИО8 с 05 февраля 2015 года, а также ФИО1 и ФИО2 с 05 февраля 2015 года; ФИО1 и ФИО2 сняты с регистрационного учета в указанной квартире 14 августа 2019 года и зарегистрированы по месту жительства 22 августа 2019 года по адресу: Свердловская область, г. Кировград, ул. ***.

Судом также установлено и сторонами не оспаривалось (статьи 55, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), что после приобретения квартиры по адресу: г. Екатеринбург, ул. *** ответчики были вселены в указанную квартиру в качестве их членов семьи и зарегистрированы, при этом между ними был определен порядок пользования квартирой, согласно которому ФИО2 и ФИО1 были переданы в пользование две комнаты, то есть каждому по комнате. До снятия с регистрационного учета и выезда в августе 2019 года ответчиков по собственной инициативе из вышеуказанной квартиры, истцы каких-либо требований к ответчикам относительно выплаты неосновательного обогащения, полученного в связи с проживанием в указанной квартире, не обращались, какие-либо договоры, определяющие порядок пользования квартирой, с ответчиками, которые частично несли расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг в отношении квартиры, также не заключались.

Инициируя настоящий спор, истцы ссылаясь на то, что ответчики в отсутствие каких-либо законных оснований пользовались двумя комнатами в указанной квартире, просили взыскать в пользу ФИО6 и ФИО5 солидарно с ответчиков неосновательное обогащение пропорционально доле каждого в праве общей долевой собственности на квартиру в размере 453375 рублей и 151125 рублей соответственно за период с 01 января 2016 года по 31 декабря 2018 года.

Оценивая доводы истцов в указанной части, а также представленные по делу доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, исходя из установленных по делу фактических обстоятельств, отмечет, что в силу части 1 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены Жилищным кодексом Российской Федерации.

Частью 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации определено, что к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

Вселенные собственником жилого помещения члены его семьи имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи (часть 2 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации).

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» разъяснено, что вопрос о признании лица членом семьи собственника жилого помещения судам следует разрешать с учетом положений части 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, исходя из того, что членами семьи собственника жилого помещения являются проживающие совместно с ним в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Для признания названных лиц, вселенных собственником в жилое помещение, членами его семьи достаточно установления только факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении и не требуется установления фактов ведения ими общего хозяйства с собственником жилого помещения, оказания взаимной материальной и иной поддержки.

Данное разъяснение сделано применительно к ситуации наличия у собственника единственного жилого помещения для проживания.

Как установлено судом, ответчики были вселены в спорное жилое помещение на законных основаниях, как члены семьи собственника спорной квартиры с согласия, в том числе и истца ФИО5, которое в силу положений пункта 2 статьи 253, статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагалось при распоряжении на такое вселение и регистрацию ответчиков в спорном жилом помещении; указанные обстоятельства сторонами при рассмотрении настоящего дела не оспаривались.

При этом ответчики были зарегистрированы и проживали в этом жилом помещении без заключения какого-либо соглашения с собственниками квартиры, определяющего их права иначе, чем это предусмотрено Жилищным кодексом Российской Федерации, что с учетом положений части 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации свидетельствует о том, что они были вселены в спорную квартиру как члены семьи собственников жилого помещения и как вселенные собственниками жилого помещения члены их семьи согласно части 2 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации имеют право пользования данным жилым помещением наравне с собственниками.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно статье 247 Гражданского кодекса Российской Федерации владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом. Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации.

В силу статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 названного Кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Пунктом 1 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено также, что лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все расходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

По смыслу указанных норм, обязательства, возникшие из неосновательного обогащения, направлены на защиту гражданских прав, так как относятся к числу внедоговорных, и наряду с деликтными служат оформлению отношений, не характерных для имущественных отношений между субъектами гражданского права, так как вызваны недобросовестностью либо ошибкой субъектов. Обязательства из неосновательного обогащения являются охранительными - они предоставляют гарантию от нарушений прав и интересов субъектов и механизм защиты в случае обнаружения нарушений. Основная цель данных обязательств - восстановление имущественной сферы лица, за счет которого другое неосновательно обогатилось.

Для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо одновременное наличие трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке. Недоказанность одного из этих обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска. Кроме того, применительно к обогащению, полученному в неденежной форме, для взыскания доходов истец должен также доказать факт извлечения ответчиком этих доходов (возможность их извлечения), а также их размер.

Между тем, в ходе рассмотрения дела судом не установлено действий ответчиков, которые препятствовали бы истцам фактически пользоваться спорным имуществом. Также судом не установлено, что истцы несли какие-либо имущественные потери из-за невозможности осуществления ими полномочий по владению и пользованию имуществом, приходящимся на их доли в праве собственности на спорную квартиру, вследствие неправомерных действий ответчиков. Кроме того, суд обращает внимание, что порядок пользования жилым помещением между сторонами в спорный период не определялся, требований о выплате компенсации в связи с невозможностью владеть и пользоваться спорным недвижимым имуществом к ответчикам истцами не предъявлялись. Само по себе использование части спорного недвижимого имущества ответчиками не образует достаточную совокупность оснований для взыскания денежных средств как неосновательного обогащения. Каких-либо договорных отношений по вопросу пользования спорной квартирой, в том числе сдачи ее в аренду, между сторонами также не имеется.

Таким образом, доказательств того, что ответчики без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований сберегли денежные средства в виде арендной платы за жилое помещение, материалы дела не содержат. В данном случае, как указано выше, ответчики ни без наличия оснований вселились в жилое помещение, то есть как члены семьи собственников жилого помещения (часть 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации) и как вселенные собственниками жилого помещения члены их семьи имеют право пользования данным жилым помещением наравне с собственниками (часть 2 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации), в течение спорного периода времени частично оплачивали жилищно-коммунальные услуги, то есть, ответчиками выполнялись обязательства по пользованию жилым помещением. Таким образом, у истцов отсутствуют правовые основания для предъявления к ответчикам требований о взыскании спорных сумм в качестве неосновательного обогащения. 

Более того, суд полагает необходимы отметить, что истцом ФИО6 в судебном заседании не оспаривалось, что подача настоящего иска обусловлена лишь тем обстоятельством, что ответчик ФИО2 обратилась в суд с иском о взыскании долга в размере 1300000 рублей по договору займа и заочным решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 09 октября 2018 года указанная сумма взыскана солидарно с истцов в пользу ответчика ФИО2 и в настоящее время службой судебных приставов из заработной платы истцов производится удержание указанной задолженности, что в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, свидетельствуют о злоупотребление правом и недобросовестном поведении, а также является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО6 и ФИО5

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО6, ФИО5 к ФИО2, ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.

Судья 

И.Б. Доева