Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 марта 2019 года

город Уфа

Уфимский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего – Семенова А.И.,

при секретаре – Гибадуллиной Р.К.,

с участием помощника военного прокурора Уфимского гарнизона старшего лейтенанта юстиции ФИО1, ответчика ФИО2 и его представителя ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению военного прокурора Краснодарского гарнизона (в защиту интересов Российской Федерации) о взыскании с бывшего курсанта Федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования 

<

данные изъяты> ФИО2 средств федерального бюджета, затраченных на его военную и специальную подготовку,

У С Т А Н О В И Л :

Военный прокурор Краснодарского гарнизона в своем исковом заявлении указал, что младший сержант ФИО2 в период с 01 августа 2014 года по 30 апреля 2018 года проходил обучение в 

<

данные изъяты> и был отчислен по недисциплинированности.

На основании части 7 статьи 35 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» и Постановления Правительства Российской Федерации от 25 июня 2007 года № 402, ФИО2 обязан был возместить вышеуказанному учебному заведению средства федерального бюджета, затраченные на его военную и специальную подготовку, всего в размере 1609361 рубль 25 копеек, однако в добровольном порядке этого не сделал. 

В связи с изложенным, военный прокурор просил взыскать с ФИО2 в пользу 

<

данные изъяты> эти денежные средства.

Представитель истца – начальника 

<

данные изъяты> – ФИО4, будучи надлежащим образом извещенным о дате, времени и месте судебного заседания, в суд не явился, а в своем письменном заявлении просил удовлетворить иск в полном объеме и ходатайствовал о рассмотрении дела без его участия.

Представитель военного прокурора Краснодарского гарнизона – помощник военного прокурора Уфимского гарнизона ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал, указав, что ФИО2 средства федерального бюджета, затраченные на его военную и специальную подготовку, при отчислении из учебного заведения по негативному основанию не возместил.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал и в суде пояснил, что подпись в контракте о прохождении военной службы от 01 ноября 2015 года, якобы, заключенном между ним и Министерством обороны Российской Федерации, выполнена не им, а другим лицом, данный контракт ему не вручался, а второй экземпляр он получил только при отчислении из 

<

данные изъяты> в апреле 2018 года. При этом он указал, что фактически ему не был известен порядок обучения, размер средств федерального бюджета, затрачиваемых ежегодно на его военную подготовку и подлежащих возмещению в случае досрочного увольнения, прописанный в вышеуказанном контракте, в связи с чем соответствующей обязанности по их возмещению с его стороны не возникло.

Кроме того, представитель ФИО2 – ФИО3 в судебном заседании пояснил, что средства, затраченные на обучение до момента заключения контракта о прохождении военной службы, то есть до 24 ноября 2015 года, возмещению не подлежат, так как в этот период ответчик военную службу по контракту не проходил.

Также он просил суд применить общий срок исковой давности по требованиям, возникшим более трех лет назад к моменту обращения военного прокурора с иском в суд 14 января 2019 года, то есть за период с 01 августа 2014 года по 15 января 2016 года.

В дополнение он пояснил, что в отдельные периоды ФИО2 фактически не проходил обучение в 

<

данные изъяты>, так как в сентябре - октябре 2017 года он сначала был прикомандирован к другой воинской части, а затем постоянно находился в 

<

адрес> по требованию следователя в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела и прибыл на учебную авиационную базу в 

<

адрес> только 13 ноября 2017 года, а в марте 2018 года проходил врачебно-летную комиссию. При этом, по его мнению, в эти периоды какие-либо затраты на обучение ФИО2 не производились.

В заключение, ФИО3 указал, что с 19 октября 2016 года его сын был переведен с одной военной специальности на другую, затраты на обучение по которой производились в меньшем размере – 273797 рублей в год, вместо 429193 рублей в год, в связи с чем расчет средств федерального бюджета, затраченных на военную и специальную подготовку, произведенный истцом только по первоначальной специальности за весь период обучения, не соответствует действительности.

В своих письменных возражениях представитель ответчика также ходатайствовал о снижении суммы, подлежащей взысканию, ввиду трудного материального положения ФИО2, который в настоящее время проживает вместе с супругой, несет затраты по найму жилого помещения, а также имеет ряд заболеваний и вынужден нести расходы на восстановление здоровья.

Изучив исковое заявление и представленные доказательства, выслушав доводы военного прокурора, ответчика и его представителя, суд считает, что рассматриваемый иск подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 7 статьи 35 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» (далее – Закон) граждане, отчисленные из военных образовательных учреждений профессионального образования за недисциплинированность, неуспеваемость или нежелание учиться, возмещают средства федерального бюджета, затраченные на их военную или специальную подготовку за весь период обучения, а размер подлежащих возмещению средств включается в контракт о прохождении военной службы.

Порядок исчисления размера подлежащих возмещению средств федерального бюджета, затраченных на военную или специальную подготовку граждан Российской Федерации в военных образовательных учреждениях профессионального образования, определяется Методикой, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 25 июня 2007 года № 402 (далее – Методика), которое реализовано в Вооруженных Силах Российской Федерации приказом Министра обороны Российской Федерации от 8 августа 2008 года № 434.

Таким образом, Закон установил обязанность, а Методика – порядок исчисления размера подлежащих возмещению средств федерального бюджета, затраченных на военную и специальную подготовку граждан в том случае, когда они по своей вине были уволены с военной службы ранее установленных сроков.

В соответствии со статьями 15 и 115 Конституции Российской Федерации постановления и распоряжения Правительства, законы Российской Федерации обязательны для исполнения, а поэтому граждане, проживающие на ее территории, обязаны знать нормативные акты в части, их касающейся.

Из представленных истцом документов усматривается, что ФИО2 с 01 августа 2014 года был зачислен на первый курс филиала Федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего профессионального образования 

<

данные изъяты> на должность курсанта по военной специальности 

<

данные изъяты>.

В соответствии с Распоряжением Правительства Российской Федерации от 28 апреля 2015 года № вышеуказанный филиал был реорганизован в форме выделения в самостоятельное военное учебное заведение – 

<

данные изъяты>.

24 ноября 2015 года ответчик заключил с Министерством обороны Российской Федерации, в лице начальника 

<

данные изъяты>, контракт о прохождении военной службы на период обучения в учебном заведении и 5 лет военной службы после его окончания.

Приказами начальника 

<

данные изъяты> от 28 марта 2018 года № и от 23 апреля 2018 года № ФИО2 был отчислен из военного учебного заведения по недисциплинированности и исключен из списков личного состава с 30 апреля 2018 года.

При таких данных, с учетом положений части 7 статьи 35 Закона и Постановления Правительства Российской Федерации от 25 июня 2007 года №, которые согласуются с ограничениями, вытекающими из части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации, ФИО2 был обязан возместить средства федерального бюджета, затраченные на его военную и специальную подготовку.

Оценивая доводы ответчика о том, что контракт о прохождении военной службы он не подписывал и с условиями обучения ознакомлен не был, суд считает, что они не могут являться основанием для освобождения ФИО2 от обязанности по возмещению фактически произведенных государством затрат на его обучение.

Так, из рапорта ФИО2 от 01 ноября 2015 года видно, что он добровольно ходатайствовал перед вышестоящим командованием о заключении с ним контракта о прохождении военной службы на время обучения в военном училище и 5 лет военной службы после его окончания. В последующем, 27 ноября 2017 года им было заключено дополнение к контракту по соблюдению требований законодательства Российской Федерации о 

<

данные изъяты>.

Подлинность своих подписей в вышеуказанном рапорте и дополнении к контракту ответчик в суде не оспаривал, пояснив, что указанные документы он подписывал лично.

Более того, в судебном заседании ответчик не отрицал, что проходил военную службу и обеспечивался денежным довольствием, положенным военнослужащим по контракту, а в возражениях на иск указал, что с приказом начальника 

<

данные изъяты> от 24 ноября 2015 года № о подписании с ним контракта был ознакомлен и полагал таковой заключенным, а также в связи с объявлением данного приказа на общем построении ему были известны размеры средств, подлежащие возмещению в случае досрочного увольнения, в зависимости от конкретной военной специальности.

При этом второй экземпляр контракта и выписку из приказа об исключении из списков личного состава военного училища ФИО2 получил в процессе увольнения с военной службы – 26 апреля 2018 года, однако вышестоящим должностным лицам либо в суд действия командования не обжаловал, что в судебном заседании подтвердил и сам ответчик.

Что касается доводов представителя ответчика о необходимости расчета задолженности, начиная с момента заключения контракта, то суд находит их несостоятельными. Так, из пункта 2 статьи 8 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 года № 1237, следует, что военнослужащие, обучающиеся в военно-учебных заведениях, заключают первый контракт по достижении ими возраста 18 лет, но не ранее окончания ими первого курса обучения и до окончания второго курса обучения. Указанные военнослужащие, отказавшиеся заключить контракт в порядке, установленном Федеральным законом и данным Положением, подлежат отчислению из военно-учебных заведений.

Таким образом, необходимость возмещения средств федерального бюджета в данном случае связана с фактическими затратами на обучение военнослужащего, в том числе и за время обучения, прошедшее до момента заключения контракта. При этом согласно ст. 35 Закона граждане не возмещают только средства федерального бюджета, затраченные на обеспечение исполнения ими обязанностей военной службы в период обучения. Иных исключений законодательство не содержит.

Относительно доводов представителя ответчика – ФИО3 о необходимости применения судом последствий пропуска трехлетнего срока исковой давности по требованиям о возмещении денежных средств за период до 15 января 2016 год, суд также считает их ошибочными и не основанными на законе.

Так, в соответствии с п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года и согласно п. 1 ст. 200 указанного Кодекса течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Из материалов дела видно, что истец узнал о нарушении своего права только после отчисления ответчика из 

<

данные изъяты> и его увольнения с военной службы, то есть не ранее 28 марта 2018 года, в связи с чем своевременно обратился суд в пределах трехлетнего срока исковой давности.

При этом возникшая задолженность к периодическим платежам, срок давности по которым применяется отдельно по каждому платежу, не относится, так как она возникла единовременно при отчислении ФИО2 из учебного заведения по негативному основанию.

Доводы ответчика о том, что в 2017 – 2018 годах он в отдельные периоды в учебном заведении не находился и затраты на его обучение не производились также не соответствуют установленным судом обстоятельствам по делу.

Так, согласно учебной карточке курсанта ФИО2, на основании приказа начальника 

<

данные изъяты> от 10 октября 2017 года № он был переведен на 4 курс. При этом на 7 и 8 семестре данного курса им были сданы зачеты и экзамены по 8 предметам, то есть в этот период он проходил обучение.

В судебном заседании ФИО2 также пояснил, что зачеты и экзамены он сдавал в индивидуальном порядке, а также занимался в этот период самоподготовкой.

Кроме того, суд учитывает, что соответствующей Методикой предусмотрен только расчет затрат на целый год обучения, который не дифференцируется в зависимости от интенсивности обучения в те или иные периоды (семестры, месяцы), не зависит от износа основных средств и стоимости расхода материальных запасов по тем или иным учебным дисциплинам, а представляет собой среднее фиксированное значение годовой суммы расходов учебного заведения на обучение одного курсанта.

При этом доводы ФИО2 о необходимости снижения суммы задолженности в связи с трудным материальным положением являются голословными, а каких-либо доказательств, свидетельствующих о возможности снижения суммы задолженности по данному основанию, в том числе наличия ограничений по здоровью для осуществления трудовой деятельности, вопреки части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК Российской Федерации) ответчиком суду представлено не было.

Вместе с тем, суд считает, что расчет суммы взыскиваемой задолженности произведен истцом не верно и основан лишь на фиксированном значении суммы, включенной в контракт в 2015 году, без учета фактически произведенных затрат на обучение ФИО2 в меньшем размере.

Так, согласно выписке из приказа начальника 

<

данные изъяты> от 19 октября 2016 года № курсанты 3 курса, в том числе и ФИО2, по служебной необходимости были переведены с военной специальности 

<

данные изъяты> на другую военную специальность 

<

данные изъяты>.

Из представленного истцом расчета фиксированных значений суммы, подлежащих возмещению средств, размер которых включается в контракты о прохождении военной службы, заключаемые в 2015 году, утвержденного Главнокомандующим 

<

данные изъяты> 07 октября 2015 года, следует, что фиксированное значение суммы по военной специальности 

<

данные изъяты> составляло 429163 рубля, в то время как по военной специальности 

<

данные изъяты> на момент заключения контракта в 2015 году данное значение составляло 273797 рублей.

Таким образом, с октября 2016 года фактические затраты на обучение ФИО2 по новой специальности производились в меньшем размере.

Произведя расчеты, с применением соответствующей Методики, определенной вышеназванным Постановлением Правительства Российской Федерации, с учетом расчета фиксированных значений суммы по первоначальной военной специальности за 2 года и 2 месяца обучения, а по новой военной специальности за 1 год и 7 месяцев, суд пришел к выводу, что общая сумма затрат на обучение ФИО2 за 3 года и 9 месяцев составила 1363365 рублей 09 копеек.

Таким образом, требования истца подлежат частичному удовлетворению на вышеуказанную сумму, а на сумму превышающую – в размере 245996 рублей 16 копеек, удовлетворению не подлежат.

На основании статьи 103 ГПК Российской Федерации взысканию с ответчика подлежит также и государственная пошлина, от уплаты которой, в силу подпункта 9 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, военный прокурор был освобожден, а её размер, согласно, подпункту 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, составляет 15016 рублей 82 копейки.

Данная государственная пошлина, с учетом положений статей 50, 61.1 и 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, подлежит взысканию в доход бюджета городского округа города Уфы Республики Башкортостан.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 198, 199 ГПК Российской Федерации, военный суд

Р Е Ш И Л :

Иск военного прокурора Краснодарского гарнизона (в интересах Российской Федерации) о взыскании с ФИО2 денежных средств, затраченных на его военную и специальную подготовку, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу Федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования 

<

данные изъяты> денежную сумму в размере 1363365 (один миллион триста шестьдесят три тысячи триста шестьдесят пять) рублей 09 копеек.

В удовлетворении остальной части требований истца к ФИО2 о возмещении затрат на военную и специальную подготовку на сумму 245996 (двести сорок пять тысяч девятьсот девяносто шесть) рублей 16 копеек, отказать.

Государственную пошлину в размере 15016 (пятнадцать тысяч шестнадцать) рублей 82 копейки, от уплаты которой прокурор был освобожден, взыскать с ФИО2 в доход бюджета городского округа города Уфы Республики Башкортостан.

На решение могут быть поданы апелляционные жалоба, представление в Приволжский окружной военный суд через Уфимский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме 22 марта 2019 года.

Председательствующий по делу А.И. Семенов