Дело №2-3853/2020

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

23 октября 2020г. 

Шахтинский городской суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Черепановой Л.Н.

при секретаре Каурине С.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГУП РО «Управление развития систем водоснабжения» о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратился в Шахтинский городской суд с исковым заявлением к ГУП РО «Управление развития систем водоснабжения» о взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на следующее. Истец работал в должности машинист экскаватора в ГУП РО «Управление развития». ДД.ММ.ГГГГ. во время выполнения трудовых обязанностей с ним произошел несчастный случай на производстве, в результате которого истец получил компрессионный перелом позвоночника. Процент вины истца в несчастном случае не установлен.

ДД.ММ.ГГГГ. вследствие несчастного случая на производстве бюро МСЭ установило истцу № утраты профессиональной трудоспособности.

Истец указывает, что в связи с частичной потерей профессиональной трудоспособности истец терпит нравственные и физические страдания.

ДД.ММ.ГГГГ. истец уволен ответчиком в связи с отказом от перевода на другую работу по состоянию здоровья. 

Истец потерял заработок около 18000 руб. в связи с профессиональной непригодностью, ощущает себя не самодостаточным и беспомощным человеком, так как не может обеспечивать себя и свою семью в прежнем режиме. Здоровье истца требует поддержания и постоянных медицинских осмотров и лечения, на которые также необходимы денежные средства и моральные силы.

Истца постоянно мучают боли в спине, приходится носить корректирующий корсет, который приносит дискомфорт, выраженная слабость, раздражительность, плохой сон, все это причиняет истцу моральные и нравственные страдания.

Вина в причинении вреда здоровью истца лежит на ответчике, поскольку им не былисоблюдены нормы ст. 212 ТК РФ, регламентирующие, что работодатель обязан обеспечить безопасность работников при производстве работ.

Свои физические страдания и моральные переживания в связи с полученной травмой и ее последствиями, которые приходится испытывать по сегодняшний день, истец оценивает в 200 000 руб.

Просит взыскать с ГУП РО «УРСВ» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., расходы на услуги представителя в размере 25 000 руб., расходы по оплате услуг нотариуса в размере 1700 руб.

Истец в судебное заседание явился, исковые требования поддержал, просил удовлетворить в полном объеме.

Представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности от 17.08.2020г. (л.д. 21), в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала по доводам, изложенным в заявлении.

Представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности, в судебное заседание явилась, поддержала представленные письменные возражения. Пояснила, что в несчастном случае виноват сам ФИО1, т.к. им были нарушены требования безопасности при выполнении трудовых обязанностей на производстве, в связи, с чем произошла грубая неосторожность истца, и была получена травма по его неосторожности, а не по вине предприятия. 

Выслушав участников процесса, заключение прокурора Кулинич Н.Ю., полагавшей исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению с определением размера компенсации морального вреда определить на усмотрение суда, исследовав письменные доказательства, суд находит исковые требования ФИО1 обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены данным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно п. 3 ст. 8 Федерального закона N от 24.07.1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в силу положений статьи 3 Федерального закона N 125-ФЗ и статьи 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

При этом следует учитывать, что событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при следовании к месту служебной командировки и обратно, во время служебных поездок на общественном или служебном транспорте, а также при следовании по распоряжению работодателя (его представителя) к месту выполнения работы (поручения) и обратно, в том числе пешком, также может быть отнесено к несчастным случаям на производстве.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред.

В соответствии со ст. 227 ТК РФ расследованию в установленном порядке как несчастные случаи на производстве подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Аналогичный подход к квалификации несчастного случая как произошедшего на производстве следует также из абз. 10 ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», из п. 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 24 октября 2002 года N 73.

По смыслу приведенных правовых норм несчастный случай на производстве образует любое повреждение здоровья, полученное работником при исполнении им трудовых обязанностей или выполнении иной работы по поручению работодателя, а также при осуществлении других правомерных действий, вытекающих из трудовых отношений, которое повлекло необходимость перевода пострадавшего на другую работу, временную или стойкую утрату им трудоспособности, а также его смерть.

Судом установлено, что ФИО1 работал в ГУП РО «Управление развития систем водоснабжения» в должности машинист экскаватора с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.14). Трудовой договор с истцом расторгнут ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ во время исполнения трудовых обязанностей с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил травму - компрессионный перелом L1 позвонка 1-3 степени. ДД.ММ.ГГГГ. вследствие несчастного случая на производстве Бюро МСЭ установило истцу 30% утраты профессиональной трудоспособности.

Работодателем составлен акт от 12.04.2019г. о несчастном случае на производстве, согласно которому 10.04.2019г. во время выполнения работ по замене наружного водопровода, при транспортировке трубы к месту проведения работ произошла ее деформация (изгиб трубопровода), при освобождении трубы из грузозахватного механизма произошел резкий возврат трубопровода в исходное положение, повлекший за собой удар потерпевшего высвободившейся трубой в область поясничного отдела позвоночника. 

Согласно п.9 настоящего акта причиной несчастного случая является неудовлетворительная организация производства работ при замене трубопровода.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, являются мастер ФИО4, со стороны которого отсутствовал контроль за безопасным выполнением работ, и ФИО1, допустивший личную неосторожность при транспортировке не габаритного груза (п.10 акта).

При этом ссылок на грубую неосторожность, степень вины пострадавшего работника ФИО1 в акте нет. Из акта о несчастном случае на производстве усматривается, что причиной несчастного случая является лишь личная неосторожность, нарушение п.3.9 инструкции по охране труда для машиниста экскаватора - транспортировка не габаритного груза. Однако согласно справке-расчету ГУ РРО ФСС РФ филиал №25 процент вины застрахованного ФИО1 согласно акту Н-1 - 0% (л.д. 19).

В результате несчастного случая на производстве истцу установлена №-ая утрата профессиональной трудоспособности (л.д.13).

Поскольку требования ФИО1 основаны на ст. ст. 150, 151, 1099 - 1101 ГК РФ и подтверждены материалами дела, суд приходит к выводу о том, что в его пользу с ГУП РО «УРСВ» должна быть взыскана компенсация морального вреда.

С учетом установленных обстоятельств, принимая во внимание данные о личности истца, объем и длительность перенесенных им страданий в связи с продолжительной болезнью, суд считает необходимым взыскать с ГУП РО «УРСВ» компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., что будет соответствовать требованиям разумности и справедливости. При определении размера компенсации морального вреда судом учтены обстоятельства произошедшего несчастного случая, степень тяжести вреда здоровью, причиненного истцу, наличие неосторожности в его действиях.

Доводы ответчика ГУП РО «УРСВ» о том, что компенсация морального вреда не подлежит взысканию, поскольку вред здоровью был причинен по неосторожности истца и вина ответчика отсутствует, не могут служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, поскольку согласно правовым позициям, изложенным в сохраняющих свою силу определениях Конституционного Суда Российской Федерации, закрепленный в Федеральном законе «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» принцип гарантированности возмещения причиненного вреда предполагает защиту нарушенных прав в полном объеме (Определения от 01.12.2005 г. N 460-О, от 03.11.2006 г. N 445-О).

Устанавливая в пункте 1 статьи 1 обязательный уровень возмещения вреда, названный Федеральный закон не ограничивает право застрахованных лиц на возмещение причиненного вреда в части, превышающей обеспечение по социальному страхованию, осуществляемое на основании данного Федерального закона: работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 ГК Российской Федерации (Определения Конституционного Суда РФ от 11.07.2006 г. N 301-О и от 21.12.2006 г. N 580-О).

Ссылки ГУП РО «Управления развития систем оводоснабжения» в возражениях на исковое заявление на отсутствие вины и противоправного поведения работодателя суд находит основанными на произвольном толковании норм права. Компенсация морального вреда в данном случае предусмотрена за счет средств работодателя в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1100, 1101 ГК РФ в совокупности с положениями ст. 237 ТК РФ.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в частности, суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг представителей.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. 

В ч. 1 ст. 100 ГПК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что за предоставление представительских услуг ФИО1 оплатил сумму в размере 25 000 руб., что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру (л.д.22), договором на оказание юридических услуг № (л.д.23)., так же расходы по оформлению доверенности нотариусом в размере 1700 руб. (л.д. 21). Данные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Согласно ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

С ответчика подлежит взысканию в местный бюджет госпошлина, от уплаты которой истец освобожден, в размере 300 руб. за требования неимущественного характера о компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ 

решил:

взыскать с ГУП РО «Управление развития систем водоснабжения» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ГУП РО «Управление развития систем водоснабжения» в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 25 000 руб., по оплате услуг нотариуса в размере 1700 руб.

Взыскать с ГУП РО «Управление развития систем водоснабжения» государственную пошлину в местный бюджет в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Шахтинский городской суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 29 октября 2020г.

Судья Л.Н. Черепанова