Копия. Дело №1-152/2018

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 октября 2018 года г.Смоленск 

Промышленный районный суд г.Смоленска в составе: 

председательствующего (судьи) Лесниковой И.Ю.,

при секретаре Столяровой И.Г.,

с участием:

государственного обвинителя – пом.прокурора Промышленного района г.Смоленска Ширинова А.В.,

потерпевшего ФИО3 №1,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Гуркаева О.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес>, гражданина РФ, с неполным средним образованием, холостого, официально не трудоустроенного, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживающего по адресу: 

<

адрес>А, 

<

адрес>, ранее судимого:

- 21 февраля 2011 года Ярцевским городским судом Смоленской области по п. «а» ч.3 ст.158, ч.1 ст.161, ч.1 ст.161 УК РФ, на основании ч.3 ст.69 УК РФ, а также ч.5 ст.74, ст.70 УК РФ, с учетом последующих изменений, внесённых постановлением Сафоновского районного суда Смоленской области от 28 декабря 2011 года, к 4 годам 10 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; 19 ноября 2015 года освобожден по отбытии наказания;

находившегося по настоящему уголовному делу под стражей с 16 июля 2017 года по 15 декабря 2017 года, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.158, ч.2 ст.162 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил кражу, а также грабеж с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, при следующих обстоятельствах.

Так, в один из дней апреля 2017 года ФИО1, правомерно находясь по месту жительства ФИО3 №2 в кв.154 д.48 по пр-ту Металлургов г.Ярцево Смоленской области, тайно похитил перфоратор марки «Бош», стоимостью 5 354 рубля, с которым скрылся с места преступления, распорядившись похищенным по своему усмотрению, тем самым причинив ФИО3 №2 материальный ущерб на указанную сумму.

Он же, не позднее 23 часов 56 минут 15 июля 2017 года, находясь около д.73-А по ул.Шевченко г.Смоленска, с целью открытого хищения чужого имущества, подошел сзади к ФИО3 №1 и со значительной силой нанес ему удар кулаком в область теменной части головы, после чего из сумки, висевшей на плече потерпевшего, похитил кошелек с денежными средствами в сумме 8 000 рублей, с которым скрылся с места преступления, распорядившись похищенным по своему усмотрению, тем самым причинив ФИО3 №1 материальный ущерб на сумму 8 000 рублей, а также физическую боль моральные страдания.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя не признал и показал, что перфоратор он у ФИО3 №2 не крал, а дал с её разрешения попользоваться ФИО2. Отметил, что ему звонила мать ФИО3 №2 (ФИО4) и просила вернуть перфоратор, что он и намеревался сделать, однако был задержан полицейскими.

Несмотря на такие показания ФИО1, его виновность в совершении кражи имущества ФИО3 №2 при изложенных в описательной части приговора обстоятельствах, подтверждается следующими исследованными в судебном заседании доказательствами:

Так, свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснила, что ФИО3 №2 ее дочь, которая ранее сожительствовала с ФИО1 по месту её жительства. В апреле 2017 года дочь поругалась с ФИО1 и велела ему забрать личные вещи и покинуть квартиру. Вместе с тем, ФИО1 со своими вещами забрал и их перфоратор. Она (ФИО4) неоднократно звонила ФИО1 и просила вернуть похищенное, однако тот игнорировал её просьбы, в связи с чем, она попросила дочь написать заявление в полицию о краже. Указала, что дочери звонила новая девушка ФИО1 и просила забрать заявление, обещая вернуть за перфоратор 6 000 рублей.

Согласно показаниям свидетеля ФИО9, с учётом показаний данных им в ходе следствия и оглашенных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ (т.1 л.д.178-179) следует, что в середине апреля 2017 года ФИО1 и ФИО3 №2 находились у него в гостях. В какой-то момент они поругались, и ФИО3 №2, дав ключи, велела ФИО1 забрать личные вещи и уйти с её квартиры. Он (ФИО5) вместе с ФИО1 пошёл в квартиру к ФИО3 №2, где видел, как ФИО1 из ящика дивана взял перфоратор и положил в свою сумку. После оглашения показаний свидетель подтвердил их в полном объёме.

Свидетель ФИО10 в судебном заседании пояснил, что ФИО1 по его просьбе дал попользоваться перфоратором, который он взял с разрешения у своей знакомой девушки. Через некоторое время ему (ФИО2) позвонили полицейские и предложили привезти перфоратор в отдел полиции, что он и сделал.

Кроме того, виновность ФИО1 также подтверждается оглашенными и исследованными в ходе судебного следствия письменными материалами дела, а именно:

-заявлением потерпевшей ФИО3 №2 от 27 июля 2017 года, в котором она просит привлечь к уголовной ответственности ФИО1, который в середине апреля 2017 года похитил принадлежащий ей перфоратор марки «Бош», стоимостью 5354 рубля (т.1 л.д.143);

-протоколом осмотра места совершения преступления с фототаблицей от 27 июля 2017 года, согласно которого осмотрена кв.154 д.48 по пр-ту Металлургов г.Ярцево Смоленской области (т.1 л.д.146-148);

-заключением эксперта, согласно выводам которого стоимость перфоратора марки «Бош», в корпусе серого цвета, с учетом срока эксплуатации составляет 5 354 рубля (т.1 л.д.153-159);

-протоколом выемки от 18 декабря 2017 года, согласно которого ФИО10 выдал перфоратор марки «Бош» (т.2 л.д.4-6), который был осмотрен и признан вещественным доказательством (т.2 л.д.9).

По факту открытого хищения имущества ФИО3 №1 подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину также не признал и показал, что 15 июля 2017 года во дворе дома 73-В он познакомился с ФИО3 №1, с которым стал распивать спиртные напитки. В ходе разговора он выяснил, что родственник ФИО3 №1 – ФИО6, возможно находился с ним в местах лишения свободы. Созвонившись с ФИО6 и поговорив с ним, он с ФИО3 №1 продолжил выпивать пиво, до тех пор пока ему (ФИО1) не позвонил ФИО2 и не сказал, что он ждёт его на проезжей части дороги по ул.Шевченко. Попрощавшись с ФИО3 №1, они разошлись. Отметил, что ФИО3 №1 он не бил, деньги не забирал.

Несмотря на такие показания ФИО1, его виновность в совершении грабежа при изложенных в описательной части приговора обстоятельствах, подтверждается следующими исследованными в судебном заседании доказательствами:

Так, потерпевший ФИО3 №1, с учётом показаний данных им в ходе следствия и оглашенных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ (т.1 л.д.19-22), в судебном заседании пояснил, что 15 июля 2017 года около 18 часов он возле д.73-А по ул.Шевченко г.Смоленска пил пиво на скамейке, когда к нему подошёл парень, представившийся Антоном, и присоединился к распитию алкоголя. В ходе общения он узнал, что Антон освободился из мест лишения свободы. Распив имеющийся алкоголь, они пошли в магазин, где он купил себе и Антону пиво, при этом кошелек с деньгами положил в сумку. После этого они проследовали на лестничную площадку между 6-м и 7-м этажами д.73-В по ул.Шевченко, где ходе распития он (ФИО3 №1) рассказал Антону, что у его сестры муж отбывал наказание, на что Антон попросил их познакомить. Они пошли к д.73-А, где проживала сестра, при этом он шел впереди Антона. Подойдя к подъезду, он стал искать ключи в сумке, когда почувствовал сильный удар по голове сзади, а затем еще 2-3 удара по голове. Падая, он развернулся к Антону, и увидел, как тот из его сумки достал кошелек с деньгами в размере 8000 рублей и побежал за угол дома. Он побежал следом, однако упал и потерял Антона из вида. Вернувшись к подъезду, он увидел на асфальте тапки Антона и две палки. В последующем, в отделе полиции, он уверенно опознал напавшего на него ФИО1 по фотографиям. 

После оглашения показаний потерпевший их подтвердил в полном объеме, при этом отметил, что ФИО1 просил его изменить показания в части его невиновности, при этом обещал возместить моральный и материальный ущерб. Так, в счёт возмещения материального ущерба ФИО1 перечислил 5000 рублей на банковскую карту его сестре (ФИО3 №1), 2000 рублей отдала в квартире ФИО1 его сожительница ФИО7, 1000 рублей - ему передал сам ФИО1 возле ТЦ «Макси». В возмещение морального вреда ФИО1 обещал отдать ему свою машину, либо 100000 рублей, однако обещание своё он не выполнил, в связи с чем он (ФИО3 №1) не стал менять показания.

Свидетель ФИО11, с учётом показаний оглашённых с согласия сторон, в судебном заседании пояснил, что 15 июля 2017 года в 23 часа 15 минут его супруге ФИО3 №1 позвонил брат ФИО3 №1 и сказал, что с ним (ФИО6) хочет поговорить человек и передал трубку. Незнакомый мужчина по телефону спросил, знает ли он «Кучера». Он (ФИО6) ответил отказом и положил трубку. Через 15-20 минут он подошел к окну кухни и увидел, как к его подъезду подошёл ФИО3 №1 с ФИО1, который неожиданно сзади нанёс ФИО3 №1 удары по голове и туловищу. Он (ФИО6) закричал из окна, на что ФИО1 согнулся над ФИО3 №1, а затем побежал в неосвещённую сторону ул.Шевченко. При этом, он видел, что у убегающего слетели тапки. Он (ФИО6) сразу вышел оказать помощь родственнику, который пояснил, что ФИО1 украл у него кошелёк, в котором находилось 8000 рублей (т.1 л.д.42-45). В октябре 2017 года из следственного изолятора ему позвонили знакомые, отбывающие наказание, и спросили о его участии в деле ФИО1, он ответил, что ФИО1 избил его родственника и похитил деньги. Тогда ему предложили от лица ФИО1 выплатить денежную компенсацию ФИО3 №1, за что просили убедить ФИО3 №1 изменить показания в части невиновности ФИО1. Вместе с тем, на данное предложение ФИО3 №1 ответил отказом, однако ему (ФИО6) удалось уговорить ФИО3 №1 и тот решился изменить показания и начал отрицать при допросах факт совершения преступления ФИО1. После проведения очной ставки в декабре 2017 года на карту ФИО3 №1 поступило 5 000 рублей, которые он передал ФИО3 №1. В последующем ФИО3 №1 ему рассказал, что ФИО1 в конце декабря 2017 года передал ему ещё 3 000 рублей (т.2 л.д.68-71).

Аналогичные показания свидетель дал в ходе очной ставки с ФИО1, подтвердив свои показания о том, что ФИО1 просил его поговорить с ФИО3 №1 об изменении показаний в отношении него, за что обещал заплатить 100 000 рублей, либо отдать машину «Ауди». Ему (ФИО6) удалось уговорить ФИО3 №1, который в начале декабря 2017 года изменил показания. Однако ФИО1 выполнил лишь часть обещаний, а именно перечислил 5000 рублей на карту сестры ФИО3 №1, номер которой он (ФИО6) сообщил ФИО1, а 2000 рублей ФИО1 лично передал ФИО3 №1, в свою очередь ФИО1 показания ФИО6 не подтвердил (т.2 л.д. 76-79). 

Свидетель ФИО10 в судебном заседании пояснил, что 15 июля 2017 года около 23 часов он забрал на машине с ул.Шевченко ФИО1, с которым проехал в гараж, где они выпивали до 6 утра. Отметил, что ФИО1 был босиком, в связи с чем, он дал ему в гараже берцовые сапоги. 

Свидетель ФИО12, с учётом показаний данных ею в ходе следствия и оглашенных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ (т.2 л.д.80-82), в судебном заседании пояснила, что 16 июля 2017 года ей стало известно, что её сожителя ФИО1 задержали. Ночью этого же дня к ней на работу приехали полицейские и предъявили фотографию изъятых на месте преступления пары тапок. Она сразу узнала обувь ФИО1, но не призналась, поскольку испугалась последствий. В тот же период времени она от ФИО1 и ФИО6 узнала, что они между собой и потерпевшим договорились давать показания в пользу ФИО1. Когда потерпевший поменял показания, знакомая ФИО1 перечислила деньги ФИО6. После освобождения ФИО1 он пояснил, что действительно произошло преступление, но подробности ей не пояснял.

После оглашения показаний свидетель их подтвердила, вместе с тем отметила, что ФИО3 №1 к ней домой не приходил, она ему 2000 рублей не передавала.

Кроме того, виновность ФИО1 также подтверждается оглашенными и исследованными в ходе судебного следствия письменными материалами дела, а именно:

-сообщением в УМВД России по г.Смоленску, согласно которого 15 июля 2017 года в 23 часа 56 минут ФИО3 №1 сообщил об открытом хищении его имущества с применением насилия (т.1 л.д.3);

-заявлением ФИО3 №1, в котором он просит привлечь к уголовной ответственности неизвестно лицо, которое 15 июля 2017 года около 23 часов у д.73-А по ул.Шевченко г.Смоленска открыто похитило кошелек с денежными средствами в сумме 8 000 рублей (т.1 л.д.4);

-протоколами осмотров места происшествия с фототаблицами, согласно которым осмотрена территория возле д.73-А по ул.Шевченко г.Смоленска, где были обнаружены и изъяты два тапка (т.1 л.д.5-9); а также осмотрена лестничная площадка между этажами №№6-7 д.73-В по ул.Шевченко г.Смоленска, где была обнаружена бутылка со следами пальцев рук (т.1 л.д.11-13, т.2 л.д.84-88);

-заключением эксперта, согласно которого четыре следа пальцев рук оставлены ФИО1 (т.1 л.д.30-36);

-заключением эксперта, согласно которого у ФИО3 №1 диагностированы телесные повреждения: поверхностная рана левой ушной раковины, подкожная гематома теменной области справа, не причинившие вреда здоровью человека. Подкожная гематома образовалась от действия твёрдого тупого предмета, два места приложения травмирующей силы (т.1 л.д.99);

-протокол осмотра, согласно которого осмотрены с указанием индивидуальных признаков мужские сланцы черного цвета марки «TAYSON», 40 размер, признанные вещественным доказательством (т.1 л.д.122-125, 127);

-фототаблицей со скриншотом изображения ФИО1 в чёрных летних тапках (т.2 л.д.42-44);

-распиской ФИО3 №1 о том, что в конце декабря 2017 года ФИО1 возместил материальный ущерб в размере 8000 рублей (т.2 л.д.66).

Совокупность изложенных в приговоре доказательств, по мнению суда, достаточна для правильного разрешения уголовного дела, поскольку бесспорно подтверждает виновность ФИО1 в совершении преступлений при указанных в приговоре обстоятельствах.

Отрицание подсудимым своей виновности суд расценивает, как способ защиты с целью избежать ответственности за содеянное, поскольку совокупность исследованных выше доказательств приводит суд к достоверному выводу о совершении подсудимым преступлений в отношении ФИО3 №2 и ФИО3 №1

По факту хищения принадлежащего ФИО3 №2 перфоратора марки «Бош» суд квалифицирует действий ФИО1 по ч.1 ст.158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества.

В судебном заседании достоверно установлено, что ФИО1 в апреле 2017 года, находясь по месту жительства своей бывшей сожительницы ФИО3 №2, похитил принадлежащий ей перфоратор марки «Бош», стоимостью 5354 рубля, после чего с места преступления скрылся, распорядившись похищенным инструментом по своему усмотрению. 

Доводы ФИО1 о том, что перфоратор он взял с разрешения ФИО3 №2, суд оценивает критически, поскольку в этой части они не соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе показаниями свидетеля ФИО4 о том, что не обнаружив перфоратор дома, её дочь (ФИО3 №2) рассказала, что инструмент забрал ФИО1, когда приходил за своими вещами в её отсутствие. Она (ФИО4) неоднократно звонила ФИО1 и просила вернуть похищенное, однако тот игнорировал её просьбы, в связи с чем, ФИО3 №2 написала заявление в полицию о краже. Свидетель ФИО5 в суде также пояснил, что видел, как ФИО1 в квартире ФИО3 №2 из ящика дивана взял перфоратор и положил в свою сумку, а также иными доказательствами, в том числе заявлением ФИО3 №2 о краже ФИО1 перфоратора. 

Оценивая экспертное заключение №307 от 02 августа 2017 года о среднерыночной стоимости перфоратора марки «Бош», суд находит, что данное доказательство является относимым, допустимым и достоверным, поскольку экспертное исследование проведено специалистом соответствующей специальности и квалификации, имеющим длительный стаж по специальности, выводы эксперта полностью соответствуют объективным данным, установленным в ходе проведенного исследования. 

Вместе с тем, органами предварительного следствия действия ФИО1 по эпизоду в отношении ФИО3 №1 квалифицированы по ч.2 ст.162 УК РФ, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершённый с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета используемого в качестве оружия.

Однако, в судебном заседании государственный обвинитель, полагая ошибочной данную органом следствия квалификацию действий ФИО1, в соответствии с ч.8 ст.246 УПК РФ, изменил обвинение в сторону смягчения и просил переквалифицировать его действия на п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, указав, что в судебном заседании не нашло своего подтверждения применение ФИО1 палки при совершении преступления.

С учетом позиции государственного обвинителя суд квалифицирует действия ФИО1 п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, как грабёж, то есть открытое хищение чужого имущества, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Показания подсудимого о его непричастности к совершению преступления в отношении ФИО3 №1, об его оговоре со стороны потерпевшего, суд признает недостоверными и расценивает их как избранный способ защиты с целью избежать уголовной ответственности за содеянное.

Выдвинутая подсудимым версия о событиях, имевших место 15 июля 2017 года не нашла своего подтверждения в судебном заседании, в связи с чем суд отвергает ее как несостоятельную. 

Из показаний потерпевшего ФИО3 №1 следует, что 15 июля 2017 года около 23 часов он с ФИО1 направился в гости к своей сестре к д.73-А по ул.Шевченко. Когда он (ФИО3 №1) полез в сумку за ключами, чтобы открыть входную дверь подъезда, ФИО1 его ударил сзади по голове, достал кошелёк из его сумки и стал убегать. Он (ФИО3 №1) попытался его догнать, однако ФИО1 скрылся. Вернувшись к подъезду, он увидел тапки ФИО1, которые он потерял убегая. В дальнейшем ФИО1 вернул ему похищенных 8000 рублей, при этом обещая возместить моральный вред.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего у суда не имеется, поскольку они подробны, последовательны, не содержат в себе противоречий, согласуются с показаниями свидетеля ФИО11 о том, что он видел, как ФИО1 возле подъезда ударил ФИО3 №1 сзади по голове, а в последующем он звонил ему (ФИО6) из изолятора и просил решить вопрос с ФИО3 №1 об изменении показаний за денежное вознаграждение. Он (ФИО6) переубедил ФИО3 №1 изобличать ФИО1. При этом свидетель отметил, что 5000 рублей по просьбе ФИО1 были перечислены на банковскую карту сестре ФИО3 №1, номер которой он (ФИО6) сообщил ФИО1 лично. 

Суд находит правдивыми показания свидетеля ФИО11 как в ходе предварительного, так и судебного следствии и кладет их в основу обвинения подсудимого, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Суд отвергает показания свидетеля ФИО12 о том, что она не передавала 2000 рублей ФИО3 №1, поскольку указанная версия была ею выдвинута лишь в ходе судебного разбирательства.

При этом суд отмечает, что в ходе предварительного и судебного следствий потерпевший ФИО3 №1 уверенно указывал на подсудимого как на лицо, совершившее в отношении него преступление, при этом пояснял, что до произошедших событий 15 июля 2017 года он не знал ФИО1, не знал его точных данных и по этой причине в заявлении в полицию указал о совершении преступления неизвестным лицамом. 

Суд исключает из числа доказательств протокол очной ставки между потерпевшим ФИО3 №1 и ФИО1, поскольку последний на момент производства указанного следственного действия имел статус свидетеля (т.1л.д.49-52).

При этом, давая юридическую оценку содеянному подсудимым, суд учитывает, что преступление совершено им умышленно и с корыстной целью, он осознавал противоправный и открытый, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, характер своих действий, выразившихся в том, что он нанёс ему удар кулаком в область теменной части головы. Применение ФИО1 физического насилия в отношении потерпевшего явилось средством завладения принадлежащих тому денежных средств и умысел последнего был направлен на немедленное и безвозмездное их изъятие.

По заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов (т.1 л.д.117-119) ФИО1 каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики не страдает, а обнаруживает признаки «органического расстройства личности и поведения в связи с неуточнённым заболеванием, употребление ПАВ с вредными последствиями». Степень указанных изменений психики выражена не столь значительно и не лишала ФИО1 в момент инкриминируемых ему деяний осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время какого-либо психического расстройства, лишающего его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими также не обнаруживает. Имеющиеся у ФИО1 психическое расстройство не связано с возможностью причинения им иного существенного вреда, опасностью для себя и других лиц. Признаков зависимости от психоактивных веществ ФИО1 не обнаруживает. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается.

Суд соглашается с выводами экспертов, поскольку заключение отвечает требованиям ст.204 УПК РФ, дано квалифицированными специалистами, изложенные в нём выводы достаточно мотивированы и не вызывают сомнений в своей достоверности. С учетом выводов экспертов, адекватного поведения подсудимого в судебном заседании, суд признает ФИО1 вменяемым.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность подсудимого, смягчающие и отягчающие обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

ФИО1 совершил два преступления, одно из которых-тяжкое, одно-небольшой тяжести, ранее судим, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, по предыдущему месту работы – положительно, страдает хроническим вирусным гепатитом С, со слов подсудимого иждивенцев и детей не имеет.

В соответствии со ст.61 УК РФ суд признает в качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, добровольное возмещение имущественного ущерба, причинённого в результате преступления в отношении ФИО3 №1, а по каждому эпизоду преступлений состояние его здоровья, обусловленное наличием заболеваний.

Наличие у ФИО1 психического расстройства, суд также признает в качестве обстоятельств, смягчающих его наказание (т.1 л.д.117-119). 

Вместе с тем, суд не признает отягчающим обстоятельством по эпизоду в отношении ФИО3 №1 указание органа предварительного следствия на совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку материалы дела не содержат бесспорных доказательств наличия такого обстоятельства, как и доказательств того, что это состояние оказало влияние на поведение ФИО1 при совершении преступления.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, суд признаёт в соответствии со ст.63 УК РФ - рецидив преступлений, который по эпизоду в отношении ФИО3 №2 в силу ч.1 ст.18 УК РФ - является простым, а по эпизоду в отношении ФИО3 №1 в силу п. «б» ч.2 ст.18 УК РФ - опасным.

Суд не находит исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, позволяющих назначить ему наказание в соответствии ст.64 УК РФ, а равно применения ч.3 ст. 68 УК РФ.

С учётом фактических обстоятельств преступления в отношении ФИО3 №1, степени его общественной опасности, а также данных о личности подсудимого, суд не усматривает оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкое. 

Принимая во внимание вышеизложенное, а также недостаточность исправительного воздействия предыдущего наказания, исходя из принципов справедливости, соразмерности и индивидуализации наказания, суд приходит к выводу, что в целях исправления и предупреждения совершения новых преступлений, ФИО1 следует назначить наказание в виде реального лишения свободы, при этом местом отбывания наказания, суд, в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ, определяет исправительную колонию строгого режима.

Дополнительное наказание, предусмотренное санкцией ч.2 ст.161 УК РФ, в виде штрафа и ограничения свободы суд, с учетом вида и размера определяемого наказания, считает возможным подсудимому не назначать.

В связи с осуждением к лишению свободы меру пресечения подсудимому следует изменить на заключение под стражу. 

Гражданский иск возмещён.

Вопрос о вещественных доказательствах суд разрешает в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.302, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.158, п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, по которым назначить ему наказание:

-по ч.1 ст.158 УК РФ к 1 (одному) году 6 (шести) месяцам лишения свободы;

-по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ к 4 (четырём) годам лишения свободы.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде 5 (пяти) лет лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на содержание под стражей, взять ФИО1 под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислять с 24 октября 2018 года. 

Зачесть в срок отбывания наказания время содержания ФИО1 под стражей с 16 июля 2017 года по 15 декабря 2017 года.

Вещественные доказательства: два конверта с детализацией и CD-диском - хранить при материалах уголовного дела; перфоратор - возвратить по принадлежности ФИО3 №2

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Смоленского областного суда через Промышленный районный суд г.Смоленска в течение 10 суток со дня его провозглашения.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. О своем желании участвовать в судебном заседании апелляционной инстанции осужденный должен указать в апелляционной жалобе, отдельном ходатайстве или возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса в течение 10 суток со дня вручения копии приговора либо копии апелляционных жалобы и представления, а также поручать осуществление своей защиты избранным им защитником либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий (подпись) И.Ю. Лесникова

Копия верна.

Судья Промышленного районного 

суда г.Смоленска И.Ю. Лесникова