Судья Дело 22-1004/2020 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Иваново 20 мая 2020 года

Ивановский областной суд в составе

председательствующего судьи Гусевой Л.В., 

при секретаре Ботнаре Н.В.,

с участием 

осужденного Суховея А.А.,

адвоката Агапова И.А.

потерпевшей ФИО15,

представителя потерпевшей-адвоката Солонухи К.А.,

прокурора Горланова А.Е.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Агапова И.А. в интересах осужденного Суховея А.А. на приговор Ивановского районного суда Ивановской области от 02 марта 2020 года, которым 

СУХОВЕЙ АЛЕКСЕЙ АЛЕКСЕЕВИЧ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, ранее не судимый,

осужден:

- по ч.1 ст.264 УК РФ к 2 годам ограничения свободы, с установлением ограничений и обязанности, указанных в приговоре, с лишением права управлять транспортным средством на срок 2 года 6 месяцев.

С Суховея А.А. в пользу потерпевшей ФИО15 в счет компенсации морального вреда взыскано 1 000000 рублей, в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования 

<

адрес> в счет возмещения средств затраченных на лечение потерпевшей ФИО15 – 158 448 рублей 27 копейки.

Изучив материалы дела и заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Суховей А.А. признан судом виновным в совершении нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ при обстоятельствах, подробно изложены в приговоре.

В судебном заседании Суховей А.А. вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Агапов И.А. выражает несогласие с приговором суда ввиду нарушения права Суховея А.А. на защиту личности от незаконного обвинения при отсутствии достаточных оснований, несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Указывает, что по делу имеется множество существенных противоречий: в показаниях потерпевшей ФИО15 и свидетеля ФИО7 относительно движения автомобиля ВАЗ 21120; свидетелей ФИО7 и ФИО8 относительно составления и ознакомления с содержанием материалов по факту ДТП; свидетелей ФИО3 и ФИО7 относительно сигнала светофора, который был на момент остановки автомобилей, находящихся во 2 и 3 полосах у стоп-линии; о работающем сигнале светофора в момент начала маневра поворота налево автомобилем ВАЗ 21120; свидетелей ФИО7, ФИО5 и ФИО3 относительно возможности ФИО3 наблюдать момент ДТП; о характеристике автомобиля, остановившегося во второй полосе движения перед знаком 6.16 ПДД РФ; свидетелей ФИО5 и ФИО6 заключению специалиста от ДД.ММ.ГГГГ относительно технической возможности совершения автомобилем РЕНО ДАСТЕР маневра опережения и перестроения, указанных данными свидетелями; свидетеля ФИО3 и заключении специалиста от ДД.ММ.ГГГГ относительно технической возможности автомобиля МИЦУБИСИ ЛАНСЕР, принадлежащего указанному свидетелю, остановиться перед стоп-линией в период работы желтого сигнала светофора.

Считает, что показания свидетеля ФИО6 в части отсутствия лиц на остановке и подходящих лиц к Суховею, вызывают сомнения, поскольку обзор в направлении остановки свидетелю был закрыт, остановив свое транспортное средство у остановки и направившись к ВАЗ 21120, у свидетеля отсутствовала объективная возможность непрерывно наблюдать за окружающими лицами, кроме того, внимание свидетеля было обращено на курящего мужчину, которым Суховей быть не может. 

Полагает, что заключение эксперта ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ не может быть признано допустимым доказательством, поскольку в нем имеют место субъективная оценка обстоятельств исследования – применение коэффициента сцепления 0,3, что противоречит ФЗ «О судебно-экспертной деятельности», кроме того, на один и то же вопрос, выводы исполнителя ФИО1 и ФИО2 различаются, вместе с тем последний использует методические рекомендации по производству автотехнической экспертизы, но ФИО1 данная литература не используется. 

Считает вывод суда о недостоверности доказательств – заключений специалиста от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ввиду недостоверности исходных данных при производстве расчетов, необоснованным и немотивированным, поскольку исходные данные установлены на основе исследованных материалах дела и показаниях допрошенных лиц, акты экспертного исследования выполнены в соответствии с требованиями действующего законодательства и подтверждены исполнителем в ходе допроса в качестве специалиста. Полагает вывод суда о технической возможности автомобилей РЕНО и МИЦУБИСИ принять меры к снижению скорости и остановке, не основан на материалах дела и противоречит показания допрошенных лиц.

Отмечает, что стороной защиты заявлялось ходатайство о проведении следственного эксперимента, которое не было удовлетворено судом, в связи с чем ограничил сторону защиты в представлении доказательств, сторона защиты была лишена возможности представить экспертные исследования и ходатайствовать о проведении следственного эксперимента, поскольку свидетель ФИО5 в ходе очной ставки отказалась давать показания; следователем к этому никаких мер предпринято не было; очная ставка со свидетелем ФИО6 не производилась; данные обстоятельства повлекли нарушение права Суховея на защиту и возможности своевременного представления доказательств. Также стороной защиты заявлялось ходатайство об оглашении объяснений ФИО7, но в нарушение принципа состязательности процесса, им было отказано, в связи с чем сторона защиты была лишена возможности выяснить вопрос о причинах кардинальной смены показаний ФИО7.

Полагает судом необоснованно не расценены как доказательства показания свидетелей ФИО13 и ФИО14, на основании которых, а также с учетом сведений из паспорта светофорного объекта, возможно сделать вывод, что Суховей проехал перекресток на разрешающий сигнал светофора, судом необоснованно признаны недостоверными показания свидетеля ФИО12.

С учетом отсутствия вины Суховея в инкриминируемом преступлении, считает удовлетворение иска потерпевшей, являющегося явно завышенным, необоснованным, как и удовлетворение исковых требований прокурора, поданного в интересах РФ в лице Территориального фонда обязательного медицинского страхования, поскольку гражданская ответственность Суховея А.А. была застрахована в 

<

данные изъяты>», в связи с чем Территориальный фонд обязательного медицинского страхования вправе обратиться в 

данную организацию, прокурором же не представлено доказательств обращения в 

<

данные изъяты> и сведений об отказе в выплате страховой суммы либо ее недостаточности для возмещения вреда, данные ведения отсутствуют и в материалах дела, кроме того, предъявление претензии или иска к лицу, причинившему вред здоровью застрахованного лица, осуществляется на основании результатов проведения экспертизы качества медицинской помощи, оформленных соответствующим актом, который прокурором также представлен не был.

Обращает внимание на неразрешение приговором судьбы вещественных доказательств.

Просит приговор суда отменить, постановить в отношении Суховея А.А. оправдательный приговор, гражданские иски потерпевшей и прокурора оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела и судебное решение, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для их удовлетворения.

Выводы суда о виновности Суховея А.А. в совершении инкриминируемого ему деяния подтверждены совокупностью приведенных в описательно-мотивировочной части приговора доказательств и никаких сомнений не вызывают.

Суд в соответствии с требованиями закона изложил в приговоре все доказательства, исследованные в ходе судебного разбирательства, как подтверждающие его выводы, так и противоречащие им, и указал, почему одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты.

Позиция осужденного была предметом тщательной проверки суда первой инстанции, который обоснованно отверг ее, исходя из анализа представленных доказательств.

С приведенными в приговоре мотивами принятого решения суд апелляционной инстанции согласен. Фактические обстоятельства совершенного деяния установлены судом на основании совокупности исследованных доказательств, каких-либо нарушений уголовного, уголовно-процессуального закона, судом не допущено. 

Выводы суда о виновности Суховея А.А. подтверждаются совокупностью приведенных в приговоре доказательств: 

-показаниями потерпевшей ФИО15, которая находилась на заднем сидении с правой стороны автомашины ВАЗ 21120 под управлением мужа ФИО7 и показала, что когда ее муж заканчивал маневр поворота налево на перекрестке при желтом сигнале светофора и их автомобиль находился на крайней правой полосе относительно автомобилей, двигавшихся во встречном для них направлении, сигнал светофора переключился на красный, с указанной правой полосы она увидела свет фар двигающегося на большой скорости автомобиля, который столкнулся с их автомобилем, в результате чего ей были причинены множественные телесные повреждения; 

-показаниями свидетеля ФИО7 о том, что он, находясь за рулем на автомашине ВАЗ 21120, на разрешающий сигнал светофора выехал на перекресток, при этом двигавшиеся по встречной полосе движения по второй и третьей полосе движения машины остановились перед перекрестком, он стал двигаться за впереди идущим автомобилем на зеленый мигающий сигнал, повернул налево, при этом на светофоре загорелся желтый сигнал и когда он заканчивал маневр, а передняя часть автомобиля находилась на 

<

адрес>, столкнулся с автомобилем, выехавший на перекресток с правой крайней полосы встречного направления;

-показаниями свидетеля ФИО3, который ехал на автомашине Мицубиси Лансер по направлению в 

<

адрес> по крайней левой полосе и остановился на желтый сигнал светофора, при этом он видел, как с крайней правой полосы на запрещающий сигнал светофора выехал двигавшийся в сторону 

<

адрес> автомобиль Рено Дастер, который столкнулся с автомобилем ВАЗ 21120, заканчивавший на перекрестке маневр поворота налево.

-аналогичными показаниями свидетеля ФИО4, сидевшей в качестве пассажира в автомашине ФИО3, которая видела, как двигавшийся от них с правой стороны какой-то автомобиль выехал на красный сигнал светофора на перекресток, где произошло столкновение автомобилей;

-показаниями свидетеля ФИО5 в суде и при проверке показаний на месте, которая ехала на автомашине Мерседес МЛ 350 в сторону 

<

адрес> в крайнем правом ряду, и видела, что после того, как загорелся желтый сигнал светофора и все машины в попутном направлении перед перекрестком стали останавливаться, автомобиль РЕНО, двигавшийся по второй или третьей полосе по направлению в 

<

адрес>, обогнал как ее, так и автомобиль, который ехал перед ней, в связи с чем было применено экстренное торможение обоими автомобилями, а автомобиль РЕНО продолжил движение в прямом направлении по крайней правой полосе, выехал на красный сигнал светофора и столкнулся с автомобилем, который завершал маневр поворота на перекрестке; 

-показаниями свидетеля ФИО6 в суде и при проверке показаний на месте, которая также ехала в крайней правой полосе и видела, как автомобиль РЕНО ДАСТЕР с большой скоростью совершил опережение нескольких автомобилей, в том числе и под ее управлением, после чего перестроился в крайнюю правую полосу.

Суд апелляционной инстанции считает правильной и обоснованной оценку вышеуказанных показаний потерпевшей и свидетелей, которые проверены и оценены в совокупности с иными доказательствами, том числе:

- заключением автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что в рассматриваемой дорожной ситуации (при движении с максимально допустимой скоростью 60 км/ч с момента включения запрещающего сигнала светофора автомобиль располагался на расстоянии как 73,4м, так и 140,4 м) водитель автомобиля Рено Дастер располагал технической возможностью остановиться перед дорожным знаком 6.16 "Стоп-линия" даже не прибегая к экстренному торможению, как с момента включения для него запрещающего желтого сигнала светофора, водитель автомобиля Рено Дастер должен был руководствоваться п.п. 6.2,6.13,91 Правил дорожного движения РФ, а также показаниями эксперта ФИО1 в судебном заседании, подтвердившим правильность выводов и произведенных расчетов в заключении экспертизы.

- заключениями судебно-медицинских экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ о характере, количестве, локализации, тяжести телесных повреждений, обнаруженных у ФИО15; 

- другими доказательствами, подробно изложенными в приговоре.

Противоречий в показаниях свидетелей обвинения, которые бы могли поставить под сомнение достоверность сообщенных ими сведений, суд апелляционной инстанции не усматривает. Напротив, показания вышеуказанных лиц относительно обстоятельств, имеющих значение для выводов суда о виновности Суховея А.А., последовательны и согласуются как между собой, так и с другими исследованными судом доказательствами. Каких-либо объективных данных, убедительно свидетельствующих о возможности оговора ими осужденного по обстоятельствам дела не усматривается.

При этом, показания свидетеля ФИО6, данные в суде и при проверке показаний на месте, относительно указания ей на сигнал светофора (зеленый мигающий или желтый), при котором автомобиль под управлением Суховея А.А. осуществил опережение ее автомобиля с учетом значительного расстояния от места опережения, суд верно не расценил в качестве существенных.

Вопреки доводам жалобы, свидетель ФИО7 был допрошен в суде первой инстанции и сторона защиты не была лишена возможности выяснять все необходимые вопросы, относящиеся к данному делу.

Суд верно признал недостоверным обстоятельством составленное инспектором ФИО8 указанное на схеме дорожно-транспортного происшествия место столкновения автомобилей на перекрестке на расстоянии 5,4 м от правого края части, с учетом показаний свидетелей ФИО7, ФИО3, ФИО5, которые указали место столкновения транспортных средств на крайней правой полосе, предназначенной для осуществления поворота направо с 

<

адрес> на 

<

адрес>; показаний свидетеля ФИО7 о том, что схему места происшествия, составленную сотрудниками ДПС, он подписал, находясь в стрессовом состоянии и вернувшись на место происшествия из больницы, куда отвез жену и детей, а также с учетом показаний сотрудника полиции ФИО9 об установлении места столкновения автомобилей лишь со слов водителя РЕНО ДАСТЕР, и отсутствии на схеме данных установления места удара автомобилей.

Показания свидетелей ФИО10, ФИО11 и ФИО12 о том, что Суховей А.А. никаких маневров не совершал и выехал на разрешающий зеленый сигнал светофора, проверены судом в полном объеме, им дана надлежащая оценка, с которой суд апелляционной инстанции соглашается.

Поскольку свидетели ФИО13 и ФИО14 не наблюдали обстоятельств, при которых произошло ДТП, суд обоснованно не расценил их в качестве доказательств. Ссылки в жалобе на сведения из паспорта светофорного объекта не опровергают правильности выводов суда, основанного на совокупности исследованных доказательств. 

Позиция осужденного об отсутствии с его стороны нарушений ПДД РФ и о виновности в дорожно-транспортном происшествии водителя ФИО7 является необоснованной и опровергается совокупностью исследованных доказательств, в связи с чем суд апелляционной инстанции считает ее избранным способом защиты осужденного, направленным на избежание уголовной ответственности за содеянное. 

Вопреки доводам жалобы, оснований не доверять заключению автотехнической судебной экспертизы эксперта ФИО1, проводившего исследование обстоятельств дорожно-транспортного происшествия в рамках расследования уголовного дела, который был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда первой инстанции не имелось, не усматривает таковых оснований и суд апелляционной инстанции. Данное заключение автотехнической судебной экспертизы отвечает требованиям ст. 204 УПК РФ, экспертиза произведена компетентным специалистом, имеющими длительный стаж работы, а соответствующие выводы и произведенные расчеты на основании исследованных обстоятельств дорожно-транспортного происшествия в рамках расследования уголовного дела надлежащим образом мотивированы и подтверждены экспертом при допросе в судебном заседании. Исследованная дорожная ситуация и выводы эксперта подтверждаются показаниями потерпевшей и свидетелей обвинения. При таких обстоятельствах, оснований для исключения из числа доказательств данного заключения эксперта не имеется. 

Доводы об использовании специалистом ФИО2 методических рекомендаций по производству автотехнической экспертизы не свидетельствует о некомпетентности судебного эксперта ФИО1 в данных вопросах и неверном использовании им литературы, необходимой для проведения данной экспертизы.

Ссылки стороны защиты на экспертные исследования от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ и показания специалиста ФИО2 в суде не являются поводом для сомнений в правильности и объективности выводов заключения автотехнической судебной экспертизы, отвечающей требованиям закона. Представленные защитой исследования и показания специалиста ФИО2 в судебном заседании отвергнуты судом с приведением подробных мотивов принятого решения, с которым суд апелляционной инстанции соглашается.

Все доказательства, приведенные в приговоре, были исследованы судом, проверены с точки зрения достоверности и допустимости, им дана надлежащая оценка, не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции оснований не имеется, поскольку доказательства собраны с соблюдением требований ст. ст. 87,88 УПК РФ, совокупность имеющихся доказательств является достаточной для постановления приговора в отношении Суховея А.А. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что все доводы апелляционной жалобы отражают позицию стороны защиты в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции и им дана правильная оценка в приговоре. В целом они сводятся к необходимости переоценки исследованных судом доказательств, оснований для чего не имеется. 

Ссылки защитника о допущенных при производстве предварительного расследования и судебного разбирательства существенных нарушениях положений уголовно-процессуального закона, необъективности и неполноте расследования, суд апелляционной инстанции считает несостоятельным.

Как видно из протокола судебного заседания, судебное разбирательство по делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона при соблюдении принципов состязательности и равноправия сторон, суд не выступал на стороне обвинения или защиты и создал необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Представленные сторонами доказательства исследованы судом по инициативе сторон. Все ходатайства, заявленные в судебном заседании, разрешены судом в соответствии с требованиями закона и по ним приняты законные и обоснованные решения, также верно отражены показания всех лиц, допрошенных в судебном заседании, замечания на протокол судебного заседания председательствующим рассмотрены в соответствии с требованием закона. Несогласие с результатами рассмотрения ходатайств не может свидетельствовать о нарушении принципа состязательности сторон и необъективности суда. Ущемления прав осужденного в ходе уголовного судопроизводства не допущено. Неустраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в выводах суда, требующих истолкования в пользу Суховея А.А., судом по делу не установлено, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции. 

С учетом изложенного, следует признать, что тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенного Суховеем А.А. преступления и прийти к обоснованному выводу о его виновности в совершении данного преступления, а также о квалификации его действий по ч. 1 ст. 264 УК РФ. При таких обстоятельствах, оснований для отмены приговора и оправдания осужденного, о чем имеется ссылка в апелляционной жалобе, не имеется.

Назначенное осужденному Суховею А.А. наказание отвечает требованиям ст. 6, 43, 60 УК РФ.

При назначении наказания суд первой инстанции учитывал все юридически значимые обстоятельства, в том числе, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории небольшой тяжести, обстоятельства его совершения, а также данные о личности виновного, который ранее не судим, на учетах у нарколога и психиатра не состоит, по месту работы и жительства характеризуется положительно, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, в связи с чем, суд пришел к правильному выводу, что цели наказания могут быть достигнуты только при назначении Суховею А.А. наказания в виде ограничения свободы с установлением ограничений и обязанности, указанных в приговоре.

Все имеющиеся в деле смягчающие наказание обстоятельства, учтены судом при назначении наказания: в соответствии с п."к" ч.1 ст.61 УК РФ - оказание помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления, которая выразилась в вызове скорой помощи потерпевшей; в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ - наличие несовершеннолетнего ребенка. Обстоятельств, отягчающих осужденному наказание, не установлено.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и позволяющих применить положения ст.64 УК РФ при назначении наказания, по делу также не усматривается.

Суд первой инстанции на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ назначил осужденному дополнительное наказание в виде лишения права управлять транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев, в то время, как ст. 47 УК РФ в качестве дополнительного наказания предусматривает лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. При этом суд, правильно и мотивированно придя к выводу о назначении Суховею А.А. в соответствии с положениями ч. 3 ст. 47 УК РФ указанного вида дополнительного наказания, в резолютивной части приговора на указанную норму закона не сослался. В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции считает необходимым в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ уточнить описательно-мотивировочную и резолютивную части приговора указанием о назначении Суховею А.А. дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 год 6 месяцев. 

Исходя из характера допущенных осуждённым нарушений правил дорожного движения и тяжести наступивших последствий, несмотря на ссылку осужденного о необходимости использования им транспортного средства в своей трудовой деятельности, суд апелляционной инстанции также находит невозможным сохранение за осуждённым такого права.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, размер компенсации морального вреда, определённый судом в соответствии с требованиями ст. ст. 151, 1101 ГК РФ с учётом характера, степени физических и нравственных страданий потерпевшей, обусловленных тяжестью причинённого её здоровью вреда, длительностью лечения и последующей реабилитации, иных заслуженных внимание обстоятельств, в полной мере отвечает требованиям разумности и справедливости, и не является завышенным.

Решение по предъявленному прокурором гражданскому иску о взыскании в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования 

<

адрес> средств, затраченных на лечение потерпевшей, принято судом в соответствии с законом, а размер исковых требований подтвержден документально.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, судом первой инстанции не допущено. 

Несмотря на то, что судом не разрешена судьба вещественного доказательства автомашины РЕНО ДАСТЕР, выданной в ходе следствия на ответственное хранение Суховею А.А., данный вопрос может быть разрешен в порядке ст.399 УПК РФ, что не является основанием для отмены приговора.

Ввиду изложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ивановского районного суда Ивановской области от 02 марта 2020 года в отношении СУХОВЕЯ АЛЕКСЕЯ АЛЕКСЕЕВИЧА изменить.

Уточнить описательно-мотивировочную и резолютивную части приговора, указав на назначение Суховею А.А. дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Агапова И.А. в интересах осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке гл. 47.1 УПК РФ.

Председательствующий