Дело № 2-2506/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 ноября 2018 года г. Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода

в составе председательствующего судьи - Т.В. Борка

при секретаре - М.А. Денисовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным, с участием истца, представителя ответчика по нотариально удостоверенной доверенности от 30 мая 2018 года ФИО3,

установил:

<

данные изъяты> года умер ФИО4, после смерти которого открылось наследство по завещанию на двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Наследником по завещанию ФИО4, удостоверенного нотариусом Белгородского нотариального округа ФИО5 10 июня 2016 года, зарегистрированного в реестре нотариуса за № 3-3049, назначена ФИО2, родная сестра завещателя.

Дочь ФИО4 Н.М. Русских оспорила в судебном порядке данное завещание, просит суд признать его недействительным по тем основаниям, что отец его не подписывал, или подписал в измененном состоянии, позволяющем судить об его неадекватности, поскольку он был тяжело болен, страдал диабетом, сердечно-сосудистыми заболеваниями, злоупотреблял спиртными напитками, был хроническим алкоголиком, лечился в Грайворонской психиатрической больнице по поводу психического заболевания в молодые годы, состоял на учете в наркологическом диспансере как хронический алкоголик. Он имел отклонения психического характера, которое в момент совершения завещания не позволило ему адекватно оценивать свои действия и понимать их значение и последствия.

Ответчик в суд не явился, прислал своего представителя по нотариально удостоверенной доверенности ФИО3, который иск не признал, т.к. завещание нотариально удостоверено, по заключению посмертной почерковедческой экспертизы, завещание подписано ФИО4 и по заключению посмертной психиатрической экспертизы его действия носили последовательный, целенаправленный характер, в момент оформления завещания 10.06. 2016 года он мог понимать значение своих действий и руководить ими. Завещание составлено в пользу родной сестры, которая в последние годы его жизни находилась рядом, оказывала ему посильную помощь.

Третье лицо нотариус ФИО5 в суд не явилась. О дате рассмотрения дела извещена своевременно и надлежащим образом.

В соответствии со ст. 165.1 ГК РФ, 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся участников судебного разбирательства.

Ранее в судебных заседаниях нотариус ФИО5 изложила свою позицию по делу, иск не признает, считает, что на момент совершения завещания ФИО4 был дееспособен и в завещании изъявил свою волю на предмет распоряжения своим имуществом после смерти.

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав представленные доказательства, суд пришел к выводу об обоснованности иска и его удовлетворении.

В соответствии со ст. 1131 ГК РФ при нарушении положений гражданского кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Не могут служить основанием недействительности завещания описки или другие незначительные нарушения порядка его составления, подписания или удостоверения, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления завещателя.

Из пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» следует, что сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа) могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок ( 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Пунктом 1 статьи 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент её совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате её совершения.

Неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Юридически значимым обстоятельством являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В соответствии с частью 1 статьи 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла суд назначает экспертизу.

В силу части 3 статьи 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается по правилам, установленным в статье 67 ГПК РФ.

Несогласие суда с заключением экспертизы должно быть мотивировано в решении суда. Пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъясняет, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися доказательствами ( ст. 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). 

Оценка судом заключения эксперта должна быть полностью отражена в решении. При этом следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, предоставленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

В соответствии с частью 3 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Заключение экспертизы не обязательно, но должно оцениваться не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами.

Два оригинала оспариваемого нотариально удостоверенного завещания 31 АБ 0890189, имеют различный текст в графе «подпись». В тексте, выданном ФИО4 на руки его подпись: «ФИО4 и подпись».

В экземпляре завещания, хранящемся в архиве нотариуса, в графе подпись написано: «ФИО4 и подпись».

На основании определения суда Белгородским филиалом ФБУ «Воронежский региональный центр судебной экспертизы» 01 августа 2018 года проведена посмертная почерковедческая экспертиза, предметом исследования которой были два указанных выше оригинала завещания и два листа № 27 и № 28 реестра регистрации нотариальных действий 3 тома дела с индексом 02-01 нотариуса Белгородского нотариального округа Белгородской области ФИО5.

Кроме этого эксперту предоставлены достаточное количество свободных образцов почерка завещателя, имеющиеся в 10 медицинских картах больного, в наследственном деле о принятии наследства после смерти жены, водительском удостоверении, в заявлении о приватизации квартиры.

По заключению посмертной почерковедческой экспертизы рукописные записи: 

-«ФИО4» на цветном экземпляре завещания № от 10 июня 2016 года, составленного от имени ФИО4 на имя ФИО2, зарегистрированного в реестре для регистрации нотариальных действий за № 3 -3049;

-«ФИО4» на черно-белом экземпляре завещания № от 10 июня 2016 года, составленного от имени ФИО4 на имя ФИО2, зарегистрированного в реестре для регистрации нотариальных действий за № 3 -3049;

-«М.И. Сили»+ безбуквенный штрих на листе № 28 реестра регистрации нотариальных действий 3 тома дела с индексом 02-01 нотариуса Белгородского нотариального округа Белгородской области ФИО5 (запись зарегистрирована за № 3-3049 на листе 27)

выполнены ФИО4 под влиянием «сбивающих» факторов, среди которых могли быть необычное психофизическое состояние (болезнь, алкогольное опьянение, волнение), неудобная поза, непривычные обстановочные факторы и др.

Установить конкретный «сбивающий» фактор, не представилось возможным по причинам, изложенным в п.1 исследовательской части заключения.

Из пункта 1 исследовательской части следует, нарушение смысловой организации письма выражается в неправильном написании отчества в обоих экземплярах завещания: «Ивановна» и «Ивановичь» и замене буквы нечитаемым штрихом в фамилии на листе реестра. Перечисленные признаки нарушения двигательной и смысловой сторон письма могут свидетельствовать о выполнении исследуемых рукописных записей под влиянием сбивающих факторов, среди которых могут быть: необычное психофизическое состояние (болезнь, алкогольное опьянение, волнение), неудобная поза, непривычные обстановочные факторы и т.д. Установить конкретный сбивающий фактор, влияющий на процесс письма, на основании существующей методики не представляется возможным, так как при письме в необычной позе ( стоя и т.д.) и в необычном состоянии (алкогольное опьянение, возбуждение и т.д.) проявляется, как правило однотипный комплекс диагностических признаков.

Не представилось возможным установить самим ли ФИО4 или другим лицом или лицами выполнены подписи от его имени:

-в двух экземплярах (цветном и черно-белом) завещания, составленного от имени ФИО4 на имя ФИО2, зарегистрированного в реестре для регистрации нотариальных действий за № 3 -3049;

на листе № 28 реестра регистрации нотариальных действий 3 тома дела с индексом 02-01 нотариуса Белгородского нотариального округа Белгородской области ФИО5 (запись зарегистрирована за № 3-3049 на листе 27) по причинам, изложенным в п.2 исследовательской части заключения.

Из п.2 исследовательской части заключения следует, что при сравнении частных признаков исследуемых подписей с образцами подписи самого ФИО4 установлены отдельные совпадения и различия признаков.

Совпадающие признаки малозначительны, их идентификационная значимость невысока, что обусловлено простотой строения образующих подпись элементов и штрихов, большой графической вариантностью, как исследуемых подписей, так и образцов. Поэтому, они при наличии различающихся признаков, не могут быть положены в основу положительного (категорического или вероятного) вывода.

Различающиеся признаки, несмотря на их значительный объем, не могут служить основанием для отрицательного вывода, т.к. из-за нарушенной координации движений 1 и 2 степеней невозможно проверить их устойчивость и дать однозначную оценку: являются ли они вариантами признаков подписи самого ФИО4, не проявившимися в сравнительном материале, либо это признаки почерка другого лица.

Данное заключение экспертизы опосредованно подтверждает показания допрошенных свидетелей близких родственников наследодателя ФИО4, т.к. одной из возможных причин неправильного написания своего отчества в обоих экземплярах завещания указана нарушенная координация движений, такой сбивающий фактор как измененное психоэмоциональное состояние, к которым может относиться состояние алкогольного опьянения, болезнь и т.п.

Из показаний свидетелей: родной сестры завещателя ФИО7, племянницы ФИО8, падчерицы ФИО9, следует, что они сомневаются в подлинности завещания, т.к. между ФИО4 и ФИО2 теплых отношений не было, он в течение 7 лет отказывался оформить на нее дом в деревне, доставшийся им от родителей.

ФИО9 рассказала, что ФИО4 - её отчим. Её мать ФИО10 прожила с ним в браке более 30 лет. Он очень вспыльчивый, бывает в таком состоянии агрессивным. Злоупотреблял спиртными напитками, из запоя выходил с помощью врачей. Последние годы тяжело болел, у него был диабет, тяжелой формы, перенес обширный инфаркт, но все равно продолжал пить. Неоднократно высказывал намерение, квартиру продать и уехать, т.к. после капитального ремонта дома, он не переносил шум дождя по крыше, это его раздражало. После смерти матери она отказалась по его просьбе от своей доли наследства в пользу отчима.

Из показаний племянницы наследодателя ФИО8 и его родной сестры ФИО7 следует, что ФИО4 страдал психическим расстройством, в молодые годы лечился в психиатрической больнице, на протяжении всей жизни злоупотреблял алкоголем, из состояния запоя выходил с медицинской помощью, тяжело болел, страдал сахарным диабетом, панкреатитом, у него больное сердце, был инвалидом по общему заболеванию,

Соседи ФИО4 ФИО14 и ФИО12, охарактеризовали его с положительной стороны, выпивал, но сильно пьяным его они не видели. Отношения как с соседом были нормальные.

Однако показания ФИО12, данные ею в суде отличаются от показаний, данных ею в ходе дознания по факту смерти ФИО4, который был найден в квартире мертвым, где в таком состоянии пролежал несколько дней ( л.д.124-125). В ходе дознания она рассказывала о том, что он злоупотреблял спиртными напитками, в состоянии опьянения мог шуметь, навести беспорядок в квартире. Пил в квартире один, зачастую у него были алкогольные запои, в период которых он ходил с трудом, чувствовал себя больным и обращался к соседям за помощью с просьбой сходить в магазин, купить еще спиртного. Летом текущего (2017 года) года перенес инфаркт, но продолжал злоупотреблять спиртным. В запои уходил на 3-4 недели. Незадолго до смерти он тоже находился в очередном запое, просил купить ему спиртное, после отказа ругался. В состоянии алкогольного опьянения падал с лестницы, ломал ребра.

Суд критически относится к показаниям свидетеля ФИО12, данными ею в суде, принимает за достоверное доказательство её показания, данные в ходе дознания по факту смерти ФИО4, т.к. они совпадают с показаниями его родственников, которые знали его близко на протяжении не одного десятка лет.

Кроме того, по сообщению Белгородского областного наркологического диспансера ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в период с 05.02.2010 года по 04.12.2012 года находился на диспансерном наблюдении с диагнозом: 

<

данные изъяты>. Снят с диспансерного наблюдения 04.12. 2012 года по личному заявлению, в связи с отказом от диспансерного наблюдения.

Из представленной медицинской документации следует, что ФИО4 страдал следующими заболеваниями: острый панкреатит, сахарный диабет 2 типа, ишемическая болезнь сердца, хронический калькулезный холецистит.

С учетом изложенного, судом назначена была посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ОГКУЗ «Белгородская областная клиническая психоневрологическая больница».

Перед экспертом были поставлены вопросы, в том числе, страдал ли наследодатель ФИО4 как ранее, так и в период оформления завещания 10.06.2016 года каким либо психическим расстройством или заболеванием, другими заболеваниями, которые могли повлиять на психоэмоциональное состояние, на состояние, позволяющее адекватно понимать происходящие с ним события, понимать значение своих действий и руководить ими?

По заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от 03.10.2018 года № 1407, которая сделана на исследовании материалов гражданского дела, показаний свидетелей, представленной медицинской документации, ФИО4 на период оформления завещания 10.06.2016 года обнаруживает психическое расстройство: «Синдром зависимости от алкоголя» (по МКБ-10 F-10.252). Об этом свидетельствуют данные медицинской документации, анамнеза и сведения из показаний свидетелей в материалах дела о многолетнем злоупотреблении спиртными напитками с формированием психической и физической (появление запоев, амнестические формы опьянения) зависимости, с недостаточной способностью к длительным волевым усилиям, нарушением социальной адаптации, в связи с чем, находился на диспансерном наблюдении с 05.02.2010г. по 04.12.2012 года с диагнозом: 

<

данные изъяты>». Снят с диспансерного учета 04.12. 2012 года по личному заявлению в связи с отказом от диспансерного наблюдения. В последующем сведений о том, что обращался за наркологической помощью, нет. ФИО4 с 25.05.2016 года по 27.05.2016 года, находясь на стационарном лечении в пульмонологическом отделении, перенес алкогольный делирий, из которого он вышел под действием специфической фармакотерапии (сибазон) и выписан 06.06.2016 года в удовлетворительном состоянии в связи с выздоровлением, с рекомендациями наблюдения терапевтом, пульмонологом и эндокринологом. Кроме того, подэкспертный неоднократно проходил стационарное лечение в стационарах соматического профиля в связи с заболеваниями: внебольничная двухсторонняя полисегментарная пневмония, хроническая обструктивная болезнь легких, сахарный диабет второго типа, хроническая алкогольная интоксикация, полинейропатия нижних конечностей, ишемическая болезнь сердца, атеросклеротическая болезнь сердца с нарушением ритма, хроническая сердечная недостаточность, хронический калькулезный холецистит, острый панкреатит,, гипертоническая болезнь, острый крупноочаговый инфаркт миокарды, при этом ему не рекомендовались консультации невролога, психиатра, отмечалось, что ФИО13 активно предъявляет жалобы, находится в ясном сознании. Кроме периода с 25.05.-27.05.2016 года, ни разу не отмечено, что у него дезориентировка в какой-либо из сфер, что у него поведенческие нарушения или какие-либо иные симптомы психических расстройств. 

На период оформления завещания 10.06.2016 года, в материалах гражданского дела (медицинской документации и показания свидетелей) нет сведений о том, что у подэкспертного было нарушено сознание или память, сделка заключена в присутствии нотариуса ФИО5, он собственноручно расписался в двух экземплярах завещания, а также в журнале регистрации нотариальных действий, оплатил необходимую денежную сумму, ФИО13 присутствовал при совершении всех нотариальных действий, у нотариуса не возникло никаких сомнений в адекватности его поведения, он не находился в состоянии алкогольного опьянения. Кроме того, из показаний свидетеля ФИО14 подэкспертный в тот период времени лично управлял транспортным средством, работал по специальности «водитель». Диагноз «Эпилепсия», установленный в 1977 году, не находит своего подтверждения в медицинской документации. За период 2012-2017 годы он ни разу не предъявлял жалобы на судорожные приступы и они не фиксировались в периоды пребывания подэкспертного в соматических стационарах. Во время судебных заседаний свидетели, которые с ним общались в указанный период, не описывают состояний эквивалентных эпилептическому приступу. Таким образом, как показывает анализ материалов гражданского дела и медицинской документации, в юридически значимый период у ФИО4 психическое расстройство не сопровождалось грубыми нарушениями памяти, мышления, эмоционально-волевой сферы, психотической симптоматикой, его действия носили последовательный, целенаправленный характер, поэтому в период оформления завещания 10.06. 2016 года он мог понимать адекватно происходящие с ним события, понимать значение своих действий и руководить ими. Оценка физического состояния ФИО4 не входит в компетенцию врачей судебно-психиатрических экспертов.

Данное экспертное заключение суд не может принять как научно обоснованное заключение и достоверное доказательство вменяемости ФИО4 в период совершения юридически значимого действия - составление завещания 10 июня 2016 года по следующим основаниям: выводы эксперта не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а именно: действия ФИО4 при совершении завещания опровергают выводы эксперта о том, что его действия носили последовательный, целенаправленный характер, он мог понимать адекватно происходящие с ним события, понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку здравомыслящий, отдающий отчет своим действиям мужчина, который составляет завещание, в котором доподлинно изложена его воля, не может собственноручно написать свое отчество в женском роде, если он 59 лет является мужчиной, во всех документах расписывался в мужском роде, более того во втором экземпляре, который подписывает с разницей в несколько секунд указывает свое отчество в мужском роде с ошибкой в конце слова вместо «Иванович», «Ивановичь», если во всей представленной документации, данной для исследования в качестве свободных образцов почерка, он правильно указывал свое отчество «Иванович». Имеет место нарушение смысловой организации письма.

Кроме того, в заключении психиатрической экспертизы, которая проведена на основании материалов гражданского дела, отсутствуют суждения, анализ эксперта по выводам посмертной почерковедческой экспертизы, которая пришла к заключению, что свое отчество в подписи на завещании от имени женского лица и с орфографической ошибкой на втором экземпляре написано под воздействием «сбивающих» факторов, к которым могло относится и измененное психофизическое состояние, в том числе болезнь, алкогольное опьянение и т.п.

Делая выводы об адекватности состояния ФИО4 в момент совершения завещания, о том, что его действия носили последовательный, целенаправленный характер, не дается анализ тому обстоятельству, что он свое отчество написал от имени женского лица, будучи мужчиной, и во втором случае с ошибкой в отчестве, которое пишет на протяжении более 50 лет.

В медицинской карте № 16Х 7724 стационарного больного Белгородской городской больницы №1 пульмонологического отделения, где указана дата поступления в стационар 24.05.2016 года, дата выписки 6 июня 2016 года, т.е. за 4 дня до составления завещания, имеется запись дежурного врача от 25.05.2016 года в 21.час.30 мин., где указано, что больной дезориентирован, не знает, где находится, бормочет бессвязные слова, разбросал вещи. Для стабилизации психоэмоционального состояния введен сиабазон. От 26 мая 2016 года имеются две записи терапевта, в том числе в 21.15 час., где указано, что на момент осмотра пациент дезориентирован (алкогольный делирий), агрессивно себя ведет. Объективно: общее состояние средней степени тяжести. В легких дыхание жесткое, выслушиваются влажные хрипы с двух сторон. Для стабилизации психоэмоционального состояния ввести сибазон 0.5%-2.0 вр. Терапевт ФИО15

От 27 мая 2016 года имеется в медицинской карте запись: «Контакт затруднен, дезориентирован. Объективно: состояние средней тяжести…». Завещание составляется через 4 дня после выписки из пульмонологического отделения 1 городской больницы. 

В соответствии со ст. 57 закона РФ «О нотариате» нотариус удостоверяет завещания дееспособных граждан, составленные в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации и лично представленные ими нотариусу. Удостоверение завещаний через представителей не допускается.

Нотариус, удостоверивший завещание, вместо того, чтобы проверить правильность написания завещателем своей фамилии, имени, отчества, и обнаружив в подписи, указанные выше обстоятельства, будучи уверенным в дееспособности гражданина, не предлагает исправить и написать правильно, а удостоверяет завещание, где имеется нелогичная подпись завещателя, не только с точки зрения русского языка, но и смысловой нагрузки, когда мужчина пишет о себе в женском роде, при чем, нет попытки исправить, оговорить исправления в завещании, а удостоверяются два экземпляра завещания с разными текстами в графе, где полностью пишется фамилия, имя, отчество собственноручно завещателем.

С учетом изложенных фактических обстоятельств, судом за более обоснованное достоверное доказательство принимается заключение посмертной почерковедческой экспертизы, где объясняется нелогичность написания отчества, указанная в двух экземплярах, как наличие необычного психофизического состояния, «сбивающего фактора», к которым в том числе, может быть отнесено состояние алкогольного опьянения, болезнь.

На основании изложенного, в соответствии со ст. 177 ГК РФ суд приходит к выводу, что нелогичная подпись, с нарушением смысловой нагрузки завещателя, свидетельствующая о пониженном интеллектуальном и волевом уровне, связанные с психическим расстройством «Синдром зависимости от алкоголя» и отягощенное другими перечисленными выше соматическими заболеваниями, делает юридически порочным завещание и является основанием к признанию его недействительным.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Завещание № от 10 июня 2016 года ФИО4 

<

данные изъяты> года рождения, умершего 

<

данные изъяты> года, которым квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, завещана ФИО2, удостоверенное нотариусом Белгородского нотариального округа Белгородской области ФИО5, признать недействительным.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Решение в окончательной форме изготовлено 14 ноября 2018 года. 

Судья