Судья – Мышалов Д.В. Дело № 22-1160

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пенза 18 октября 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пензенского областного суда в составе:

председательствующего Подшибякиной О.С.,

с участием прокурора Сидориной Д.В.,

осужденного ФИО1,

защитника осужденного по назначению - адвоката Битюцкого Е.В.,

переводчика ФИО2,

при секретаре Дивеевой С.А.,

рассмотрела в судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Новоженова А.Н. и осужденного ФИО1 с дополнениями на приговор Железнодорожного районного суда г. Пензы от 07 июля 2023 года, которым 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, судимый:

- приговором Таганского районного суда г. Москвы от 13 мая 2013 года по ч.1 ст.105 УК РФ к 10 годам лишения свободы, по ч.1 ст.158 УК РФ к штрафу в размере 8000 рублей, на основании ч.3 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, к 10 годам лишения свободы со штрафом в размере 8000 рублей, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

- приговором Железнодорожного районного суда г. Пензы от 24 февраля 2016 года по ч.1 ст.207 УК РФ (с учетом изменений, внесенных постановлениями Железнодорожного районного суда г. Пензы от 31 января 2019 года, 23 апреля 2020 года) к штрафу в размере 200000 рублей, на основании ст.70 УК РФ по совокупности приговоров, путем полного присоединения наказаний, окончательно к 6 годам 9 месяцам 10 дням лишения свободы, со штрафом в размере 202437 рублей 58 копеек, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима; на 28.10.2022 неотбыто 1 месяц 10 дней лишения свободы, штраф не оплачен,

осужден по ч.2 ст.321 УК РФ к 4 годам лишения свободы;

на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к наказанию, назначенному по настоящему приговору, неотбытой части наказания по приговору Железнодорожного районного суда г. Пензы от 24 февраля 2016 года (с учетом изменений, внесенных постановлениями Железнодорожного районного суда г.Пензы от 31 января 2019 года, 23 апреля 2020 года), к 4 годам 01 месяцу лишения свободы со штрафом в размере 202437 рублей 58 копеек, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Наказание в виде штрафа постановлено исполнять самостоятельно.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления настоящего приговора в законную силу, с зачетом в срок лишения свободы на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ времени содержания ФИО1 под стражей с 28 октября 2022 года до дня вступления приговора в законную из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

ФИО1 осужден за применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении сотрудника мест лишения свободы в связи с осуществлением им служебной деятельности, т.е. совершил дезорганизацию деятельности учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Вину ФИО1 не признал.

Заслушав доклад судьи Подшибякиной О.С., объяснения осужденного ФИО1, участвующего в режиме видео-конференц-связи, выступление защитника по назначению - адвоката Битюцкого Е.В. в защиту осужденного, поддержавших доводы апелляционных жалоб и дополнений, мнение прокурора Сидориной Д.В., полагавшей приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы с дополнениями - без удовлетворения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

В апелляционной жалобе адвокат Новоженов А.Н. в интересах осужденного ФИО1 выражает несогласие с приговором суда и указывает, что ФИО1 вину не признал и просил суд его оправдать. При вынесении обвинительного приговора суд не учел все юридически значимые обстоятельства по делу, а также письменные и устные доводы подзащитного ФИО3 и не дал им оценку в соответствии с требованиями материального и процессуального права; не указал в приговоре, почему доводы ФИО1 отклонены. Обращает внимание на необоснованное отклонение ходатайств его подзащитного о вызове и допросе осужденного 

<

данные изъяты>, находящегося в местах лишения свободы в 

<

адрес>, который, по мнению подсудимого, мог подтвердить, что в указанное в обвинении время нанесения ударов сотруднику исправительной колонии, ФИО1 находился не в помещении коридора ШИЗО-ФКУ УФСИН, а в прогулочном дворике. В обоснование данного довода ФИО1 заявил ходатайство об истребовании из ИК-4 УФСИН журнала входа и выхода на территорию ИК-4 сотрудников УФСИН, в чем суд необоснованно отказал. Не дал никакой оценки суд, как отмечает защитник в жалобе, и установленному по сути факту, что подпись в медицинском заключении врача Х.Н.П. на потерпевшего М.М.Т. – поддельная. Также защитник указывает, что по делу имеются и другие процессуальные недочеты, нарушения, допущенные при постановлении приговора, на которые обратил внимание в своей апелляционной жалобе осужденный ФИО3. Вместе с тем, как считает адвокат, даже если допустить, что приговор в части установления вины объективный, то в части назначения наказания необоснованный, несправедливый и крайне суровый. Просит отменить приговор суда и оправдать ФИО1

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, с частным постановлением в адрес руководителя Управления Федеральной службы судебных приставов по Пензенской области и постановления суда о взыскании вознаграждения в адрес адвоката, считая приговор суда незаконным, необоснованным, немотивированным, несправедливым, постановленным с грубейшими нарушениями закона РФ, не отвечающим требованиям постановлениям Конституционного Суда РФ и постановлениям Пленума ВС РФ. Приводя положения закона, согласно которым суд обязан оказывать содействие сторонам в реализации их прав и обязанностей, в получении по их просьбе и исследовании дополнительных доказательств, имеющих значение по уголовному делу, считает, что нарушены положения постановления ВС РФ от 15.12.2015г., касающиеся вопросов назначения наказания, так как ему назначено чрезмерно суровое наказание за преступление, которое он не совершал, при этом, суд не учел, что по приговору Железнодорожного районного суда г. Пензы от 24.02.2016г. истек срок давности, о чем им прикладывались решения вышестоящих судов, а исполнительный лист по данному приговору отозван. Не учтено судом, как считает осужденный, и тот факт, что назначенное ему наказание по приговору Железнодорожного районного суда г. Пензы от 24.02.2016г. по ч.1 ст. 207 УК РФ в виде 2 лет лишения свободы заменено на штраф в размере 200000 рублей и согласно ч.5 ст. 72 УК РФ исчисление сроков наказания и зачет – полностью освобождают его от отбывания наказания на основании п. «а» ч.1 ст.83 УК РФ и прерывает судимость. Обращает внимание на нарушенное его права на защиту, так как у него с адвокатом в судебном заседании была разная позиция, защитник не поддержал ни одно его письменное ходатайство и жалобы, на протяжении всех судебных заседаний адвокат по назначению поддерживал сторону обвинения и уговаривал его признать вину. Суд необоснованно отказал ему в удовлетворении ходатайства о вызове в судебное заседание свидетелей защиты и истребовании из ИК-4 журналов. Полагает, что судом при рассмотрении уголовного дела были нарушены его Конституционные права, положения ст. 7 УПК РФ, судом не полностью исследованы все имеющие значение доказательства; дело рассмотрено судом с обвинительным уклоном. Судом не учтено, что тома дела 1,2,3 перешивались и заменялись документы, на что он обращал внимание, говоря, что следователь его знакомил с одними документами, а суд ознакомил с другими, с новыми документами, которых он не видел, перевод этих документов не осуществлялся, все это является по мнению осужденного нарушением права на защиту. Указывает, что экспертиза в отношении него проводилась с нарушениями закона. Он не был ознакомлен с постановлениями о проведении экспертиз, постановлений он не видел, в материалах отсутствует перевод заключения психиатрической экспертизы; экспертиза в отношении потерпевшего проводилась с нарушениями УПК РФ, с постановлением он ознакомлен не был, также, как и в отношении него отсутствует перевод заключения экспертизы в отношении потерпевшего, в связи с чем он не мог подготовить вопросы эксперту и тем самым защитить себя, задав вопросы эксперту, чем также нарушено его право на защиту. Отмечает, сто следствием были нарушены разумные сроки уголовного судопроизводства, сроки для предъявления обвинения, прокурор утвердил обвинительное заключение только спустя 1 год, дело было у прокурора с 26.04.23г. до 05.05.23г., до этого два раза прокуратура утверждала обвинительное заключение необоснованно. Он в акте отказался от получения обвинительного заключения, о чем есть печать следственного комитета; по мнению осужденного это нарушение ст. ст. 221 и 222 УПК РФ; предварительное слушание проведено с нарушением, так как он узнал о проведение предварительного слушания только накануне, где он заявил ходатайство о приобщении документов о том, что около 25 взысканий судом и прокуратурой признано незаконными, в том числе он содержался в штрафном изоляторе; говорил и о нарушении ст. ст. 221 и 222 УПК РФ, но судья не принял его доводы во внимание и закончив судебное заседание назначил рассмотрение уголовного дела на 29.05.23г., несмотря на его слова, что в этот день, 29.05.23г., у него состоится ВКС с Верховным Судом в 14 часов; судья не спрашивал его хочет он получить обвинительное заключение или нет, этот вопрос вообще не обсуждался; 29.05.23г. судебное заседание не состоялось, поскольку суд не смог обеспечить его явку; о судебном заседании 05.05.23г. он узнал только в зале суда, где его спросили, желает ли он получить обвинительное заключение, он сказал, что да, и судебное заседание было отложено; 15.05.23г. и 22.08.23 года в судебном заседании он заявлял отвод прокурору и защитнику, о проведении экспертизы; вызове свидетелей защиты, проведении повторной и дополнительной экспертизы в отношении него и потерпевшего, однако суд отказал в удовлетворении его ходатайств, при этом, для принятия решения суд удалялся в совещательную комнату, куда заходил прокурор, секретарь и адвокат. Указывает, что потерпевший во время допроса на все вопросы отвечал, что не помнит, но подтвердил, что 31.12.21г.он в СК РФ не был. Также осужденный указывает, что его показания в протоколе судебного заседания противоречат показаниям на аудиозаписи. В обоснование его вины суд сослался на недопустимые доказательства, которыми он считает заключение эксперта в отношении потерпевшего, так как в копии акта освидетельствования на л.д.40 т.1 подпись врача отличается от подписи на л.д. 93 т.1 этого же акта. Судом проигнорированы его показания о непричастности к инкриминируемому преступлению, предусмотренному ч.2 ст. 321 УК РФ. Полагает о недопустимости показаний свидетелей обвинения и потерпевшего, а также видеозаписей с камер видеонаблюдения. Обращает внимание на обвинительный уклон суда первой. Считает, что существенные противоречия по делу не устранены, его вина не доказана, нарушена состязательность сторон. Во время провозглашения приговора прокурор и потерпевший отсутствовали. Считает, что частное постановление о поощрении от 07.07.2023 года является незаконным, необоснованным, немотивированным, так как суд не выполнил требования ст. 7 УПК РФ, к тому же орган в адрес которого было вынесено частное постановление не присутствовал в судебном заседании. Кроме того, осужденный выражает несогласие с постановлением суда от 10.07.2023 года о взыскании вознаграждения адвокату, указывая, что постановление не соответствует положениям ст. 7 УПК РФ, так как в постановлении суд указывает о 3 томах уголовного дела, в действительности же объем материалов уголовного дела содержит 8 томов. Обращает внимание на то, что ознакомление его с протоколом и аудиозаписью протокола судебного заседания суда апелляционной инстанции проведено с нарушениями, было плохо слышно. Просит приговор отменить и вынести в отношении него оправдательный приговор.

В возражении на апелляционную жалобу осужденного и дополнения государственный обвинитель по делу ФИО4 указывает, что приговор суда является законным, обоснованным, мотивированным и справедливым. Оснований, предусмотренных законом, для отмены либо изменения приговора не имеется.

В возражениях осужденный ФИО1 выражает несогласие с возражениями государственного обвинителя на его жалобу и с постановлением суда об отклонении его замечаний на протокол судебного заседания.

Проверив материалы дела, выслушав стороны, обсудив доводы апелляционных жалоб и дополнений, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ оснований для отмены либо изменения приговора в апелляционном порядке не имеется.

Судом дан полный и всесторонний анализ и надлежащая оценка всей совокупности имеющихся и тщательно исследованных в судебном заседании доказательств, при этом выводы суда об оценке каждого из доказательств обоснованы, мотивированны, сомнений у апелляционного суда не вызывают.

Положенные в основу приговора доказательства были получены в установленном законом порядке, с соблюдением требований ст. ст. 74 и 86 УПК РФ, всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, с соблюдением требований ст. ст. 87 и 88 УПК РФ, и оценены в приговоре, сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности не вызывают и каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на решение вопроса о виновности осужденного ФИО1 в содеянном, не содержат.

Как видно из материалов уголовного дела, предварительное расследование и рассмотрение дела в суде первой инстанции осуществлялось в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, в условиях реализации принципов состязательности и равноправия сторон и презумпции невиновности, обеспечения прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства.

Все обстоятельства, подлежащие в силу ст. 73 УПК РФ доказыванию, имеющие существенное значение для юридической оценки содеянного и свидетельствующие о совершении ФИО1 инкриминируемого ему преступления, судом установлены и описаны в приговоре, который по своему содержанию соответствует требованиям ст. ст. 297, 307 - 309 УПК РФ. В нем изложены установленные судом обстоятельства преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способов совершения преступления, формы вины, мотивов, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности осужденного в содеянном, приведены мотивы, по которым суд пришел к выводам относительно квалификации преступления, назначении наказания, а также обоснование по другим вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Каких-либо неясностей и противоречий в доказательствах, ставящих под сомнение обоснованность осуждения ФИО1 и в силу ст. 14 УПК РФ, подлежащих толкованию в его пользу, в приговоре не содержится.

В ходе предварительного расследования и в судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 321 УК РФ не признал, утверждал о том, что он насилие к потерпевшему не применял.

Критичное отношение суда к позиции осужденного в части непризнания им вины является верным, его показания признаны неубедительными, с приведением в приговоре подробных доказательств с изложением мотивов принятых решений, не согласиться с которыми оснований у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку в приговоре приведены доказательства, изобличающие осужденного в совершении инкриминируемого преступления. Все собранные по делу доказательства суд тщательно проверил, проанализировал и оценил с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а в их совокупности - достаточности для принятия решения по делу.

Приведенные осужденным и стороной защиты доводы о неверной оценке доказательств по делу, их недопустимости, оставлении без внимания обстоятельств, которые могли повлиять на выводы суда, дублируют доводы, ранее высказанные в суде первой инстанции. Они получили правильную судебную оценку, убедительно и мотивировано отвергнуты.

Каких-либо обстоятельств, не получивших судебной оценки, а также сведений, способных поставить ранее сделанные выводы под обоснованное сомнение, в апелляционных жалобах с дополнениями и, в выступлениях осужденного и адвоката в суде апелляционной инстанции не приведено.

Представленное осужденным и стороной защиты собственное толкование доказательств по делу является субъективным, противоречащим совокупности исследованных судом доказательств, и на правильные выводы о виновности ФИО1 в содеянном, повлиять не может.

Обстоятельства, свидетельствующие о необъективности или предвзятости суда при рассмотрении уголовного дела в целом, исследовании доказательств, либо искажении существа представленных доказательств, равно как данные о том, что суд необоснованно, в нарушение принципа состязательности, отказал осужденному и стороне защиты в исследовании и оценке доказательств, не установлены. Права стороны защиты в процессе доказывания по делу были обеспечены в полной мере. Все заявленные ходатайства, в том числе об истребовании дополнительных доказательств, судом разрешены в предусмотренных УПК РФ процедурах и с приведением мотивов принятого решения.

Доказательства, положенные судом в основу приговора, в том числе протокол осмотра диска с видеозаписью из ФКУ ИК-4 УФСИН России по 

<

данные изъяты> области, показания потерпевшего М.Т.М.; протокол освидетельствования от 31 декабря 2021 года (л.д.18-26 т.1); сообщение об обращении М.Т.М. в отделение нейрохирургии ГБУЗ КБ № за медицинской помощью из-за избиения в ИК-4 по адресу: 

<

адрес>, с подтверждением обнаружения ушиба мягких тканей головы, которое зарегистрировано в КУСП № от 31 декабря 2021 года УМВД России по г. Пензе. (л.д. 62 т.1); заключение судебной медицинской экспертизы № от 21 января 2022 года (л.д. 148-149 т.1) о наличии у потерпевшего М.Т.М. кровоподтека левой скуловой области, который мог образоваться как минимум от одного ударного воздействия тупого твердого предмета, не влечет за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расценивается как повреждение, не причинившее вреда здоровью, давность образования которого в пределах одних суток до момента осмотра 31.12.2021, о чем свидетельствуют морфологические свойства повреждения. Учитывая характер, локализацию повреждения, образование при падении из вертикального положения тела исключается. В момент нанесения повреждения потерпевший мог находиться в любом положении, той областью, где зафиксировано повреждение, обращенной к травмирующему предмету; показания свидетелей Д.П.Р., Д.П.П., Я.С.А., К.О.Н., из которых следует, что на 31 декабря 2021 года они являлись сотрудниками ФСИН России, осуществляли службу в ФКУ ИК-4 УФСИН России по 

<

данные изъяты> области. Д.П.Р. и Д.П.П. 31 декабря 2021 года в составе оперативной группы совместно с начальником отдела безопасности ФКУ ИК-4 М.Т.М., осуществляли мероприятия по техническому осмотру камер ШИЗО-ПКТ. Во время осмотра камеры, в которой содержался осужденный ФИО1, М.Т.М. были обнаружены пластиковые контейнеры для хранения пищи, которые были запрещены к хранению в камере ШИЗО. М.Т.М. данные запрещенные предметы вынес с коридор. Осужденный ФИО1, проходя по коридору и увидев данные контейнеры, возмутился тем, что они вынесены из его камеры, стал спрашивать кто это сделал, а после того как М.Т.М. пояснил, что он изъял данные предметы, поскольку они запрещены к хранению в камере ШИЗО, ФИО1 нанес ему один удар правой рукой в область лица с левой стороны. От удара ФИО5 отшатнулся. После этого они применили в отношении ФИО1 физическую силу и специальные средства. Они видели на лице у М.Т.М. гематому и покраснение от удара ФИО1 В этот день М.Т.М. ездил на освидетельствование в медицинское учреждение за пределы ИК-4; Я.С.А. пояснил, что находился на дежурстве в ШИЗО/ПКТ ФКУ ИК-4 УФСИН России по 

<

данные изъяты> области. 31 декабря 2021 года по установленному порядку осуществлялся технический осмотр камер, в которых содержатся осужденные. Осмотр проводился оперативной группой в составе сотрудников колонии М.Т.М., Д.П.Р. и Д.П.П. При осмотре камеры, в которой содержался осужденный ФИО1, М.Т.М. были обнаружены и вынесены в коридор пластиковые контейнеры, которые запрещены к хранению в ШИЗО. Когда осужденный ФИО1 при следовании в прогулочный двор увидел в коридоре ШИЗО свои контейнеры, то стал высказывать свое недовольство М.Т.М., а потом нанес ему один удар рукой в область лица. От удара М.Т.М. отшатнулся. После этого Д.П.Р. и Д.П.П. применили к ФИО1 физическую силу и спец.средства; К.О.Н. пояснил, что 31 декабря 2021 года находясь на службе в ФКУ ИК-4 УФСИН России по 

<

данные изъяты> области, исполнял обязанности дежурного помощника начальника колонии. В первой половине дня один из сотрудников сообщил о применении физической силы в отношении осужденного ФИО1 В последующем он узнал от сотрудников, что ФИО1 ударил рукой в лицо начальника отдела безопасности М.Т.М. О данном факте он сообщил в УФСИН. Также по данному факту он собрал необходимые документы, которые в последующем были направлены для принятия процессуального решения в территориальный отдел Следственного Комитета, были получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и являются допустимыми.

Согласно распорядка осужденные, содержащиеся в ШИЗО и ПКТ, выводятся на прогулку с 10.00 до 11.30 часов, что опровергает довод подсудимого ФИО1 о нахождении его в прогулочном дворике 31 декабря 2021 с 08.00 до 12.00 часов.

Всем исследованным в судебном заседании доказательствам, имеющим значение для установления подлежащих доказыванию обстоятельств совершенного ФИО1 преступления, суд дал надлежащую оценку, при этом указал в приговоре, по каким основаниям принимает одни из этих доказательств и отвергает другие доказательства, в том числе показания ФИО1 об оговоре его потерпевшим, являющимся сотрудником исправительного учреждения.

Судом обоснованно не установлено оснований для критического отношения к показаниям потерпевшего М.Т.М. и свидетелей Д.П.Р., Д.П.П., Я.С.А., К.О.Н., об обстоятельствах, при которых ФИО1 применил насилие в отношении указанного потерпевшего при исполнении им своих должностных обязанностей.

Вопреки доводам жалобы ФИО1, каких-либо искажений доказательств, в том числе показаний потерпевшего М.Т.М. и свидетелей, в приговоре не допущено, как и не установлено оснований к оговору ими ФИО1

Нарушений требований ст. ст. 277 - 278 УПК РФ при допросе потерпевшего и свидетелей, из протокола судебного заседания не усматривается.

Не могут служить достаточными основаниями для вывода о неправдивости показаний потерпевшего и свидетелей доводы осужденного ФИО1 о том, что все свидетели являются сотрудниками уголовно-исполнительной системы.

Все свидетели были допрошены в судебном заседании в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, и предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Показания свидетелей согласуются между собой и подтверждаются иными доказательствами.

По делу собрано достаточное количество и других доказательств, в числе которых приказы о назначении на должность потерпевшего, его должностные инструкции, документы, подтверждающие нахождение потерпевшего на территории исправительного учреждения в связи с исполнением своих должностных обязанностей и проводившего обысковые мероприятия.

Показания потерпевшего и названных свидетелей, положенные в основу выводов суда о виновности ФИО6, объективно подтверждены данными видеозаписи, на которой зафиксированы, насильственные действия ФИО6 в отношении М.Т.М., которые были вызваны законными действиями сотрудника колонии по прекращению хранения осужденным предметов, запрещенных к хранению в камере ШИЗО. Данные обстоятельства достоверно установлены в суде показаниями потерпевшего, свидетелей, совокупностью иных, вышеперечисленных доказательств, исследованных и оцененных судом. 

При осмотре врачом-нейрохирургом в приемном отделении ГБУЗ «Клиническая больница № имени 

<

данные изъяты>» 31 декабря 2021 года, М.Т.М. был выставлен диагноз – ушиб мягких тканей головы. (т.1 л.д. 40)

Доводы осужденного ФИО1 и его защитника о недопустимости данного доказательства в связи с его подписанием не самим врачом Х.Н.П., проводившей осмотр, а иным лицом, не основан на положениях закона, поскольку предоставлен в уголовное дело ГБУЗ «Клиническая больница № имени 

<

данные изъяты> по тексту полностью идентичен тому осмотру, который приобщен к допросу Х.Н.П. (л.д.93 т.1), правильность занесенных в документ сведений Х.Н.П. подтвердила в судебном заседании.

Вопреки доводам жалоб и дополнений объективных данных, свидетельствующих о нарушениях при проведении медицинского освидетельствования М.М.Т., которые могли бы повлечь признания медицинской справки недопустимым доказательством, по делу не установлено и в жалобах не приведено.

Доводы ФИО1 о фальсификации видеозаписи судом первой инстанции обоснованно признаны надуманными, поскольку, как верно указано судом, то обстоятельство, что лицо ФИО1 на видеозаписи четко не просматривается, существенного влияния на оценку данного доказательства оказать не может, поскольку по антропологическим признакам лицо, совершившее нападение на сотрудника колонии М.Т.М. похоже на ФИО1 Кроме того содержание видеозаписи полностью соответствует описанию преступления потерпевшим и свидетелями, являвшимися непосредственными очевидцами его совершения, признанными судом первой инстанции достоверными.

Не свидетельствует о нарушении уголовно-процессуального закона, влекущих отмену судебного решения, также ссылка осужденного и стороны защиты на то, что возможность ознакомиться с постановлениями следователя о назначении судебных экспертиз им была предоставлена после их проведения. При этом осужденному ФИО1 и его защитнику была обеспечена возможность реализовать процессуальные права, предусмотренные п. 11 ч. 4 ст. 47, ст.198 УПК РФ, в том числе заявить ходатайства о проведении дополнительных и повторных экспертиз, о постановке вопросов перед экспертами. Таким образом, доводы жалоб и дополнений о нарушении права осужденного ФИО1 на защиту в связи с несвоевременным ознакомлением с постановлениями о назначении экспертиз и самих заключений не могут явиться поводом к отмене приговора.

Кроме того, как следует из материалов дела, ФИО1 отказался от ознакомления с протоколом об ознакомлении подозреваемого и его защитника с постановлением о назначении судебной экспертизы без объяснения причин в присутствии защитника и переводчика, что подтверждается подписями в протоколе следователя, защитника Потаповой Ю.А., переводчика ФИО7; защитника Белан Ю.О., переводчика ФИО8 (т.1 л.д. 147, 154, 151).

Вопреки доводам жалоб и дополнений постановления и заключения экспертиз были переведены с русского на таджикский (т.1 л.д. 148-149, 150, 159-162, 163). Иные процессуальные документы, вручаемые осужденному, начиная с постановления о возбуждении уголовного дела, о привлечении в качестве обвиняемого, о продлении срока предварительного расследования, обвинительное заключение и другие, также, как и судебные решения по делу, вопреки доводам жалоб, были переведены с русского на таджикский.

В связи с изложенным, доводы ФИО1 и его защитника о наличии сомнений в правильности заключений эксперта по причине отсутствия у осужденного возможности поставить перед экспертами дополнительные вопросы, суд апелляционной инстанции считает не состоятельными.

Выводы экспертов судом оценены в совокупности с иными доказательствами и правильно приняты во внимание.

Правовая оценка действий осужденного является верной. Оснований для изменения квалификации и оправдания осужденного не имеется.

Объективная сторона состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 321 УК РФ, характеризуется, в том числе, применением насилия, не опасного для жизни и здоровья потерпевшего, каковым является сотрудник места лишения свободы или места содержания под стражей, в связи с осуществлением им служебной деятельности. Преступление имеет формальный состав и считается оконченным с момента совершения указанных действий вне зависимости от того, удалось ли с их помощью дезорганизовать деятельность учреждения, обеспечивающего изоляцию от общества.

Судом достоверно установлено, что насилие, не опасное для жизни и здоровья потерпевшего М.Т.М. применено осужденным в отношении сотрудника исправительного учреждения в связи с осуществлением им служебных функций. Очевидность для ФИО1 должностного положения потерпевшего сомнений не вызывает, поскольку подтверждено показаниями осужденного, а также другими доказательствами, согласно которым М.М.Т. был одет в форменное обмундирование сотрудника ГУФСИН России с отличительными знаками. Исследованные письменные доказательства подтверждают должностные полномочия потерпевшего М.М.Т.

Следственные действия, связанные с допросами свидетелей обвинения проведены с соблюдением требований ст. ст. 79, 187 - 190 УПК РФ, а поэтому доводы жалобы в этой части признаются несостоятельными.

В материалах уголовного дела не содержится и судами первой инстанции не добыто данных о том, что у сотрудников правоохранительных органов имелась необходимость для искусственного создания доказательств обвинения.

В ходе предварительного расследования и судебного следствия психическое состояние ФИО1 исследовалось и суд обоснованно признал его вменяемым.

В ходе предварительного расследования и судебного следствия нарушений требований УПК РФ допущено не было. Постановление о привлечении осужденного в качестве обвиняемого и обвинительное заключение составлены в соответствии с требованиями ст. ст. 171, 220 УПК РФ, нарушений требований УПК РФ органом предварительного следствия не допущено. Необоснованными являются и доводы жалоб о нарушении ч.1 ст. 226 УПК РФ ввиду несвоевременного утверждения прокурором обвинительного заключения.

Предусмотренные законом процессуальные права ФИО1 на всех стадиях уголовного процесса, в том числе его право на защиту, были реально обеспечены.

В представленных материалах дела отсутствуют данные, свидетельствующие об оказании не надлежащей юридической помощи со стороны адвоката.

Позиция адвоката, защищавшего ФИО1 в ходе судебного заседания, была активной, профессиональной и направленной на защиту интересов последнего, при этом осужденный о каком-либо нарушении его прав со стороны данного защитника не указывал.

Доводы осужденного о расхождении позиций его и адвоката, участвующего в суде не состоятельны, поскольку из протокола судебного заседания расхождений позиций не усматривается, а указание защитником на оправдание осужденного, таковыми не является и прав осужденного на защиту не нарушает.

С учетом изложенного, доводы осужденного о нарушении права на защиту являются необоснованными.

Нельзя согласиться и с приведенными в жалобах доводами о том, что дело рассмотрено судьей с обвинительным уклоном и с нарушением принципа состязательности сторон, поскольку, как следует из протокола судебного заседания, требования, предусмотренные ст. 15 УПК РФ, судьей соблюдены в полном объеме. При этом сторона защиты участвовала не только в обсуждении всех ходатайств участников процесса, но и наравне со стороной обвинения в исследовании всех доказательств.

Все заявленные участниками процесса ходатайства были рассмотрены судом первой инстанции с приведением мотивов принятых решений, в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона. Несогласие одной из сторон с результатами рассмотрения заявленных ходатайств не может свидетельствовать о нарушениях прав участников процесса и необъективности суда.

Доводы осужденного о том, что судом нарушено его право на защиту, в связи с тем, что не были разрешены его ходатайства о вызове свидетелей, которые могли подтвердить его местонахождение в интересующий период, не состоятельны. Так, судом ходатайство о вызове свидетелей защиты разрешено в соответствии с требованием уголовно-процессуального закона, принимались меры к обеспечению явки указанного осужденным свидетеля, для чего откладывались судебные заседания. Против окончания судебного следствия в отсутствие свидетеля защиты, о котором было заявлено ФИО1 ходатайство, последний не возражал.

В соответствии с ч.1 ст. 60 УК РФ лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ.

Как видно из материалов дела, при назначении ФИО1 наказания требования закона не нарушены, поскольку учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности осужденного, отягчающее обстоятельство - рецидив преступлений, повлекший применение положений ч.2 ст. 68 УК РФ, иные обстоятельства, имеющие значение при назначении наказания.

Каких-либо обстоятельств, подлежащих согласно закону обязательному учету в качестве смягчающих наказание, сведения о которых имеются в деле, но оставленных судом без внимания, из материалов дела не следует.

Суд обосновал юридически значимые обстоятельства, касающиеся невозможности применения положений ч. 6 ст. 15, ч.3 ст. 68, ст. ст. 64, 73 УК РФ. Суд апелляционной инстанции находит эти выводы правильными, поскольку, исходя из конкретных обстоятельств дела, исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время или после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по делу не имеется.

Назначенное ФИО1 наказание соразмерно содеянному и данным о личности виновного, по своему виду и размеру отвечает требованиям ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, оснований считать его несправедливым не имеется.

Вид исправительного учреждения ФИО1 назначен правильно.

Обоснованно, в соответствии с правилами ст. 70 УК РФ, путем частичного присоединения к наказанию по настоящему приговору, неотбытой части наказания в виде лишения свободы, и полного присоединения наказания в виде штрафа, назначенного по приговору Железнодорожного районного суда г. Пензы от 24 февраля 2016 года (с учетом последующих изменений), суд назначил ФИО1 наказание по совокупности приговоров.

Относительно истечения срока давности обвинительного приговора от 24 февраля 2016 года следует отметить, что раздельное приведение приговоров в исполнение при назначении наказания по их совокупности (ст. 70 УК РФ) законодательством не предусмотрено, в связи с чем, учитывая, что в совокупность указанных приговоров входит наказание за совершение особо тяжкого преступления (ч.1 ст. 105 УК РФ по приговору от 13.05.2013г.), доводы осужденного в этой части не основаны на законе.

Сведений о том, что осужденный ФИО1 после вступления в законную силу постановления Железнодорожного районного суда г.Пензы от 23 апреля 2020 года, которым пересмотрен приговор того же суда от 24 февраля 2016 года, принимал меры к добровольному исполнению наказания в виде штрафа, материалы, представленные суду апелляционной инстанции, не содержат.

Судебное разбирательство проведено в пределах и объеме, обеспечивших постановление законного и обоснованного приговора.

Замечания на протокол судебного заседания рассмотрены председательствующим по делу судьей и мотивированно отклонены. Оснований для признания постановлений суда об отклонении замечаний осужденного на протокол судебного заседания незаконными и необоснованными не имеется, при этом судебная коллегия отмечает, что протокол стенограммой судебного процесса не является, в связи с чем его достоверность и полнота определяется критерием соответствия требованиям, установленным ст. 259 УПК РФ, а также объективного и всестороннего отражения хода судебного заседания и полноты показаний допрошенных судом лиц. Исходя из аудиозаписи судебного заседания, доводы жалоб об искажении судом в приговоре показаний свидетелей обвинения и осужденного ФИО1, об их заведомо умышленном и неполном изложении, а также о несоответствии содержания протокола судебного заседания его аудиозаписи, судебной коллегией отклоняются, как необоснованные. 

Какие-либо не устраненные существенные противоречия по обстоятельствам дела и сомнения в виновности осужденного, требующие истолкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Что касается частного постановления от 07 июля 2023 года, с которым выражает несогласие осужденный ФИО1, следует отметить, что при вынесении частного постановления в адрес руководителя Управления ФССП по 

<

данные изъяты> области, суд первой инстанции руководствовался требованиями уголовно-процессуального закона и надлежаще мотивировал в постановлении свои выводы, не согласиться с которыми у судебной коллегии оснований не имеется, в связи с чем основания для его отмены отсутствуют.

Доводы осужденного об оспаривании постановления об оплате вознаграждения адвоката от 10 июля 2023 года, в связи с неправильным указанием объема уголовного дела, являются несостоятельными, поскольку судья в постановлении привел общую норму закона, указав сумму вознаграждения за 1 день по уголовным делам, объем материалов, по которым составляет более 3 томов, а не конкретно указал, что объем материалов составляет три тома.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение состоявшихся по делу приговора, указанных выше постановлений, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ПОСТАНОВИЛА:

приговор Железнодорожного районного суда г. Пензы от 07 июля 2023 года в отношении ФИО1, а также частное постановление от 07 июля 2023 года, постановления Железнодорожного районного суда г. Пензы от 10 июля 2023 года о взыскании вознаграждения в адрес адвоката по данному уголовному делу в отношении ФИО1, от 13 сентября 2023 года о рассмотрении замечаний на протокол судебного заседания - оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитника Новоженова А.Н. и осужденного ФИО1 с дополнениями - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ в Первый кассационный суд общей юрисдикции. 

В случае подачи кассационной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: