РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 апреля 2024 года город Тула

Зареченский районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Малеевой Т.Н.,

при секретаре Богачевой О.А.,

с участием помощника прокурора Зареченского района г. Тулы Герасимовой М.Р., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Пролетарский», ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО1, действуя через своего представителя по доверенности ФИО3, обратился в суд с вышеуказанным иском, уточненном в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ООО «Пролетарский», ФИО2 в обоснование которого указал, что ДД.ММ.ГГГГ года произошло дорожно-транспортное происшествие в ходе которого транспортное средство Ситроен государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО2 совершило наезд на пешехода ФИО1, в результате чего последнему причинен вред здоровью средней тяжести. ДТП имело место по вине водителя ФИО2, управляющего транспортным средством Ситроен государственный регистрационный знак №, принадлежащего ООО «Пролетарский». В связи с тем, что истцу были причинены нравственные и физические страдания, а также был причинен вред здоровью, ссылаясь на нормы действующего законодательства, просит взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 500 000 рублей.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, о дате, месте и времени судебного заседания извещался своевременно и надлежащим образом, обеспечил явку своего представителя по доверенности ФИО3

Ответчик ФИО2 в судебное не явился, о дате, месте и времени судебного заседания извещался своевременно и надлежащим образом, обеспечил явку своего представителя адвоката Герасимову Е.С.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика ООО «Пролетарский» по доверенности ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении, указав на то, что ООО «Пролетарский» не является надлежащим ответчиком по делу, поскольку транспортное средство было передано ФИО2 на основании договора аренды транспортного средства без экипажа от ДД.ММ.ГГГГ.

Представитель ответчика ФИО2 адвокат Герасимова М.С. в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении, ссылаясь на то, что стороной истца не представлено доказательств виновности ФИО2 в дорожно-транспортном происшествии, а также не установлена причинно-следственная связь между ДТП и травмами истца. Также указала на то, что выводы ситуационной экспертизы не могут быть доказательствами по делу, так как содержат абстрактные выводы. Факт причинения травмы ее доверителем не доказан. Причиной длительной нетрудоспособности ФИО1 была операция из-за опухоли. Помимо того, полагает, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ были нарушены п.4.5 и п.4.6 ПДД РФ и с его стороны была допущена грубая неосторожность, что предусмотрено п.2 и п.3 ст.1083 ГК РФ. Одновременно просила учесть материальное положение своего доверителя, а также то, что ФИО2 и его супруга являются инвалидами. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования, заявленные к ФИО2, подлежат удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите. Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (ст. ст. 2, 7, ч. 1 ст. 20 Конституции РФ).

В развитие положений Конституции РФ приняты соответствующие нормативно-правовые акты.

Так, согласно п. 1 и п. 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно п.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Суд согласно п. 1 ст. 11 ГК РФ в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, осуществляет защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

При этом в силу ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем возмещения убытков и компенсации морального вреда. 

Судом установлено, что при дорожно-транспортном происшествии, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ года, транспортное средство Ситроен ГРЗ № под управлением водителя ФИО2 совершило наезд на пешехода ФИО1, в результате чего последнему согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № № от ДД.ММ.ГГГГ были причинены телесные повреждения тупая травма левого коленного сустава: частичный разрыв передней крестообразной связки, частичный разрыв сухожилия четырехглавой мышцы бедра, нарушение целостности заднего рога медиального мениска, сроком давности формирования от 4 до 6 месяцев на момент проведения исследования от ДД.ММ.ГГГГ, сопровождавшиеся развитием значительно выраженной контрактуры левого коленного сустава, которые образовались в результате ударного воздействия тупого твердого предмета и/или в результате движения в левом коленном суставе, выходящего за пределы физиологической нормы, в своей совокупности влекут за собой длительное расстройство здоровья на срок более 21 суток, а также значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее, чем на одну треть, квалифицируются как вред здоровью средней тяжести. 

Виновность действий ФИО2 Д,А. подтверждается показаниями ФИО1, который указал, что ФИО2 совершил на него наезд, управляя автомобилем Ситроен, удар пришелся в колено. Данное происшествие произошло в обеденное время, в травмпункт он смог обратиться после работы, примерно в 17:00, что подтверждается консультацией врача-травматолога от ДД.ММ.ГГГГ ГУЗ ТГКБСМП им. Д.Я. Ваныкина. 

Данный факт в судебном заседании подтвердила свидетель ФИО6, пояснив обстоятельства, при которых произошло происшествие, поскольку являлась его очевидцем. 

В судебном заседании свидетель ФИО7 также пояснила, что о травме мужа узнала ДД.ММ.ГГГГ. Указала, что в районе обеда ей позвонил супруг и рассказал о случившемся ДТП, жаловался на боль в ноге. ФИО1 сказал ей, что сотрудники ГИБДД пояснили, что позже он может обратиться в больницу, но она настояла на посещении врача. В травмпункте ему наложили гипс. С того момента жизнь их семьи резко изменилась, поскольку ФИО1 не может в полной мере оказывать ей помощь по дому, ухаживать за детьми и престарелой матерью, которая на тот момент находилась в больнице.

Эксперт ФИО8 в судебном заседании пояснила, что на момент осмотра у истца левая нижняя конечность была иммобилизована гипсовой лангетой от стопы до верхней трети бедра. Видимых телесных повреждений обнаружено не было, поскольку лангету она не снимала. В связи с этим было вынесено ходатайство лицу, назначившему экспертизу, о предоставлении медицинской документации. При обращении в травмупункт ФИО1 сделали только рентгенографию коленного сустава. Рентгенография не является методом визуализации мягких тканей и связочного аппарата. В связи с этим у доктора-травматолога не было возможности увидеть или подтвердить наличие или отсутствие повреждений связочного аппарата коленного сустава. Он установил перелом надколенника. Разрыв связок был установлен после предоставления результатов РКТ-исследования и МРТ-исследования. Указала, что данная травма могла быть получена ДД.ММ.ГГГГ года. Пояснила, что травма была получена в совокупности от ударного воздействия за счет поворота ноги в коленном суставе, либо при прямом ударе в коленный сустав, либо при непрямом ударе в коленный сустав. 

Суд придает доказательственное значение показаниям ФИО7 и ФИО6, а также эксперта ФИО18 поскольку они последовательны, логичны и подтверждаются иными доказательствами по делу, в том числе заключениями СМЭ, а следовательно критически относится к показаниям свидетеля ФИО19 о том, что автомобиль под управлением ФИО2 не двигался. 

Кроме того, согласно протоколу № №№ об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 управляя автомобилем, приближаясь к нерегулируемому пешеходному переходу, не уступил дорогу пешеходу ФИО1, переходящему дорогу, согласно заключению эксперта №№ ГУЗ ТО «БСМЭ» последнему причинен средней тяжести вред здоровью, чем нарушил п.14.1 ПДД РФ, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст.12.24 КоАП РФ.

Постановлением от 30.11.2023 производство по делу об административном правонарушении по ч.2 ст.12.24 КоАП РФ в отношении ФИО2 прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности. Указанное постановление никем из сторон не обжаловалось.

Таким образом, производству по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.12.24 КоАП РФ в отношении ФИО2 прекращено не в связи с отсутствием в действиях последнего состава вышеуказанного административного правонарушения, а в связи истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Помимо того, решением судьи Центрального районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ года постановление старшего инспектора ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Туле ФИО20 от ДД.ММ.ГГГГ №№ о привлечении ФИО2 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 12.18 КоАП РФ, оставлено без изменения, а жалоба ФИО2 без удовлетворения.

Определением судьи Тульского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ постановление от ДД.ММ.ГГГГ, а также решение судьи Центрального районного суда г. Тулы от ДД.ММ.ГГГГ оставлены без изменения, а жалоба ФИО2 без удовлетворения. 

Таким образом, состоявшиеся судебные акты до настоящего времени не отменены и не изменены, в связи с чем доводы стороны ответчика в данной части не могут быть приняты судом.

Согласно п.4.5 ПДД РФ на пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств.

П.4.6. ПДД РФ предусмотрено, что выйдя на проезжую часть (трамвайные пути), пешеходы не должны задерживаться или останавливаться, если это не связано с обеспечением безопасности движения. Пешеходы, не успевшие закончить переход, должны остановиться на островке безопасности или на линии, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений. Продолжать переход можно лишь убедившись в безопасности дальнейшего движения и с учетом сигнала светофора (регулировщика).

Поскольку в ходе рассмотрения дела установлено, что инцидент произошел на нерегулируемом пешеходном переходе, при этом, как сторона истца, так и сторона ответчика пояснили, что первоначально автомобиль под управлением ФИО2 находился в статике, в связи с чем нарушений вышеприведенных пунктов ПДД РФ со стороны ФИО1 судом не установлено, как и грубой неосторожности со стороны последнего. 

Как следует из экспертного заключения №№ от ДД.ММ.ГГГГ Государственного учреждения здравоохранения Тульской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» сопоставление механизма образования повреждений, установленных у ФИО1, с механизмом травмы, указанном ФИО1 и ФИО6 

<

данные изъяты>.

Суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность судебной экспертизы, поскольку она проведена в соответствии с требованиями, предъявляемыми к данному виду экспертиз, в полном объеме, надлежащим учреждением, компетентными специалистами, в связи с чем придает ей доказательственное значение. Одновременно оснований ставить под сомнение вышеуказанные выводы у суда не имеется, в связи с чем доводы стороны ответчика в данной части являются несостоятельными.

Таким образом, установлено, что причинение средней тяжести вреда здоровью ФИО1 находится в прямой причинной связи с действиями ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ и опровергает доводы стороны ответчика.

В соответствии с п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

В соответствии со ст. 642 ГК РФ по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

Статьей 648 ГК РФ предусмотрено, что ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 настоящего Кодекса.

Аналогичные по своей сути разъяснения содержатся в п.22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" согласно которым если транспортное средство было передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению самим арендатором (статьи 642 и 648 ГК РФ).

Как следует из материалов дела водитель ФИО2, управлял транспортным средством на основании договора аренды транспортного средства без экипажа, заключенного ДД.ММ.ГГГГ с ООО «Пролетарский». 

В соответствии с п. 1.1 договора Арендодатель предоставляет Арендатору во временное владение и пользование транспортное средство без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации. 

Пунктом 4.1 того же договора предусмотрено внесение арендной платы Арендатором, которая может вноситься ежемесячно или авансовыми платежами (п.4.2). 

Внесение арендной платы подтверждается приходными кассовыми ордерами №№ от ДД.ММ.ГГГГ года на сумму 21 000 рублей, №№ от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 100 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства установлено, что на момент дорожно-транспортного происшествия ФИО2 владел транспортным средством на основании договора аренды транспортного средства без экипажа от ДД.ММ.ГГГГ. При этом вышеуказанный договор не расторгался, недействительным в установленном законом порядке не признавался. 

Таким образом, с учетом совокупности изложенных фактических обстоятельств в их непосредственной взаимосвязи с приведёнными правовыми нормами, ФИО2 в момент ДТП, в результате которого истцу был причинен средней тяжести вред здоровью, являлся владельцем источника повышенной опасности, поскольку использовал транспортное средство на законных основаниях, поэтому последний является надлежащим ответчиком по делу, а следовательно на ООО «Пролетарский» не может быть возложена обязанность по компенсации морального вреда за последствия дорожно-транспортного происшествия имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, поскольку последнее фактическим владельцем транспортного средства не являлось.

Согласно п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (ст. 1064 - 1101), и ст. 151 данного кодекса.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абзац второй ст. 1100 ГК РФ).

С учетом вышеизложенного и того, что вина ФИО2 в совершении указанного дорожно-транспортного происшествия установлена в предусмотренном законом порядке, а следовательно принимая во внимание положения ст.ст.1064, 1079 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что обязанность возмещения причиненного источником повышенной опасности вреда, в том числе морального, возлагается на ФИО2

Разрешая вопрос о сумме компенсации морального вреда подлежащего ко взысканию в пользу истца суд приходит к следующему.

Статьей 45 Конституции РФ гарантируется государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (п.1 ст. 150 ГК РФ).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктами 1 и 2 ст. 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п.1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2).

Согласно разъяснений, содержащихся в п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Аналогичные по своей сути разъяснения содержались в п.2 постановления Пленума Верховного суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» 

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п.19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (п.22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (п.25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Из п.32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с пунктом 105 Постановления Европейского Суда по правам человека от 24 июля 2003 года N 46133/99, N 48183/99, некоторые формы морального вреда, включая эмоциональное расстройство по своей природе не всегда могут быть предметом конкретного законодательства. Однако это не препятствует присуждению судом компенсации, если он считает разумным допустить, что заявителю причинен вред, требующий финансовой компенсации. Причинение морального вреда при этом не доказывается документами, а исходит из разумного предположения, что истцу причинен моральный вред незаконными действиями ответчика.

Таким образом, установленные обстоятельства применительно к приведенным правовым нормам дают суду основания для взыскания с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда. При этом суд учитывает, что оснований для освобождения ответчика от ответственности по основанию, предусмотренному пунктами 2 и 3 ст.1083 ГК РФ не установлено, в связи с чем доводы стороны ответчика в данной части не могут быть приняты судом.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда, заслуживающие внимание фактические обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, принимает во внимание тяжесть причиненных истцу нравственных и физических страданий и их последствия, индивидуальные особенности потерпевшего, его возраст и состояние здоровья, то обстоятельство, что ФИО1 был причинен вред здоровью средней тяжести, продолжительность его лечения, род занятий потерпевшего, значимость компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов, имущественное положение ответчика, состояние здоровья его и его родственников, а кроме того исходя из требований разумности и справедливости при определении размера морального вреда, всех обстоятельств дела, соразмерности последствиям нарушения прав и законных интересов истца, суд находит разумным, справедливым и достаточным взыскать ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 280 000 рублей. 

Согласно положениям ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, пункта 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ, статьи 333.19 Налогового кодекса РФ взысканию с ответчика ФИО2 в доход бюджета муниципального образования город Тула также подлежит государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 280 000 рублей.

В остальной части исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

В иске ФИО1 к ООО «Пролетарский» отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход бюджета муниципального образования город Тула государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционных жалобы, представления в Зареченский районный суд г.Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 11.04.2024 года. 

Председательствующий /подпись/ Т.Н. Малеева

Копия верна.

Судья ____________Секретарь ____________ «_____»_____________ 2024 года.

Подлинник решения находится в гражданском деле 2-32/2024 в Зареченском районном суде г. Тулы