31 RS0010-01-2022-000599-03 № 2-9/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 января 2024 года г. Строитель

Яковлевский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Анисимова И.И.,

при секретаре Волобуевой Т.А.,

с участием истца ФИО1 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 ы к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Ивнянская центральная районная больница», областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд к ОГБУЗ «Ивнянская ЦРБ», ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» с вышеуказанным иском, в котором увеличив исковые требования просят взыскать с ОГБУЗ «Ивнянская ЦРБ» в свою пользу компенсацию морального вреда по 3 000000 рублей, с ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» по 3000000 рублей, взыскать с ответчиков расходы на погребение 83685,99 рублей, расходы на установку памятника 82100 рублей, а также взыскать с ответчиков в свою пользу расходы на представителя по 70000 рублей.

В обоснование иска сослались на то, что в результате оказания ответчиками медицинской помощи ненадлежащего качества они лишились матери. В связи с чем они испытали нервное потрясение, нравственные и физические страдания.

В судебном заседании истец ФИО3 просил иск удовлетворить в полном объеме.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена путем вручения судебной повестки.

Представитель ответчика ОГБУЗ «Ивнянская ЦРБ» ФИО4, представитель ответчика ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» ФИО5, третье лицо ФИО6, третье лицо ФИО7, третье лицо ФИО8, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены путем вручения судебной повестки. Ранее в ходе производства по делу просили в удовлетворении иска отказать. Указывали, что выявленные судебной экспертизой недостатки оказания медицинской помощи на состояние умершей ФИО9 не повлияли. Отсутствует причинно-следственная связь между дефектами оказания медицинской помощи и наступлением впоследствии смерти пациента ФИО9

Представитель третьего лица АО «МАКС-М» ФИО10 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена путем размещения информации о движении дела на официальном сайте суда. Представила отзыв, в котором просила в удовлетворении иска отказать.

Выслушав доводы истца, полагавшего иск обоснованным, исследовав обстоятельства по представленным доказательствам, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Конституция Российской Федерации гарантирует соблюдение прав человека и гражданина в области охраны здоровья (п.1 ст. 41). 

Согласно п.п.3, 21 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Статьей 98 названного Федерального закона предусмотрено, что медицинские организации, несут ответственность в соответствии с законодательством РФ за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством РФ.

Из объяснений сторон в судебном заседании, а также имеющихся в материалах дела доказательств следует, что ФИО1 и ФИО2 являются детьми ФИО9 

В 09 часов 58 минут 06.10.2021 года в связи с ухудшением состояния здоровья ФИО9 её сын ФИО1 вызвал скорую помощь.

Бригада скорой помощи прибыла в 11 часов 16 минут. При осмотре фельдшером ФИО9 жаловалась на общую слабость, болезненность в горле при глотании, першение в горле, повышение температуры до 38,8 градусов, снижение аппетита, сухость во рту отсутствие вкуса и обоняния последние двое суток. После оказания медицинской помощи у пациента имелось улучшение. Установлен диагноз «Острая респираторная вирусная инфекция. Гипертермический синдром.» Рекомендовано наблюдение у врача по месту жительства.

07.10.2021 года ФИО9 посетила фельдшер ФИО8 с целью взятия мазка на COVID-19 и осмотра пациента. После осмотра ФИО9 был выставлен диагноз Пневмония неуточненная. Так же сделано заключение: Двусторонняя пневмония? Covid-19? Бронхиальная астма смешанного генеза, декомпенсация. Дыхательная недостаточность 2. Сахарный диабет 2 типа с недостигнутым целевым уровнем глюкозы. Назначено медикаментозное лечение. На предложение об экстренной госпитализации пациент отказался (т. 2 л.д. 13).

08.10.2021 года ФИО9 посетила врач общей практики ФИО7 которая после осмотра пациента выставила предварительный диагноз: основной: пневмония неуточненная. Сопутствующий: Астма неуточненная, а также врачом скорректировано ранее назначенное лечение. При этом ФИО9 категорически отказалась от предложенной госпитализации (т.2 л.д. 14).

В 01 час 42 минуты 09.10.2021 года состояние ФИО9 вновь ухудшилось в связи с чем ФИО1 вызвал скорую помощь.

Бригада скорой помощи прибыла в 02 часа 19 минут. При осмотре пациента ей был выставлен диагноз «Двухсторонняя пневмония», оказана медикаментозная помощь, предложена эвакуация в лечебное учреждение, от которой пациент вновь отказался. Вызов был окончен в 02 часа 47 минут после стабилизации состояния пациента.

В 05 часов 12 минут ФИО1 повторно вызвал скорую помощь ФИО9

Бригада скорой помощи прибыла в 05 часов 32 минуты. При осмотре пациента ей был выставлен диагноз «Двухсторонняя пневмония», оказана медицинская помощь. Во время оказания медицинской помощи ФИО9 была подключена к подаче кислорода. 

Из объяснений фельдшера ФИО6 и электронной карты следует, что она вызвала спецбригаду скорой помощи для транспортировки ФИО9 в лечебное учреждение и в связи с окончанием кислорода окончила вызов в 07 часов 39 минут.

07 часов 48 минут ФИО1 в очередной раз вызвал скорую помощь, однако ФИО9 умерла до ее приезда.

Истцы обратились в полицию с заявлением по факту неоказания ФИО9 медицинской помощи.

Постановлением от 14.06.2022 года в отношении сотрудников ответчиков в возбуждении уголовного дела было отказано за отсутствием состава преступления. 

Также АО «МАКС» была проведена экспертиза качества медицинской помощи ФИО9

Согласно экспертному заключению (протокол оценки качества медицинской помощи) № 04.322.А.КМП.ЖЛ. 100020 от 25.04.2022 при оказании медицинской помощи ФИО9 06 октября 2021 года выявлены нарушения: По данным осмотра- температура тела 38,8, отеки на обеих голенях и стопах. Общее состояние указано, как удовлетворительное - не соответствует данным осмотра. Замечания по диагнозу, применение димедрола не показано. Выявленные нарушения на состояние застрахованного лица (ФИО9) не повлияли.

Из экспертного заключения (протокол оценки качества медицинской помощи) № 05.073.П.КМП.ЖЛ.052022 от 11.05.2022 следует, что при оказании медицинской помощи ФИО9 в период времени с 07 по 08 октября 2021 года выявлены нарушения: отсутствует результат мазка на ковид-19 от 07.10.2021, мало данных для подтверждения основного диагноза, одновременное назначение лекарственных препаратов, со схожим фармакологическим действием, отказ от госпитализации 07.10.2021 пациентом не подписан, 08.10.2021 - отсутствует оформленный отказ от госпитализации. Указанные нарушения на состояние застрахованного лица (ФИО9) не повлияло.

Как указано в экспертном заключении (протокол оценки качества медицинской помощи) № 04.322.А.КМП.ЖЛ. 100021 от 25.04.2022 при оказании медицинской помощи ФИО9 09 октября 2021 года выявлены нарушения: жалобы не детализированы. Общее состояние не соответствует установленному диагнозу. Не указана концентрация и продолжительность терапии. Выявленные нарушения на состояние застрахованного лица (ФИО9) не повлияли.

Согласно экспертному заключению (протокол оценки качества медицинской помощи) № 04.322.А.КМП.ЖЛ.100019 от 25.04.2022 при оказании медицинской помощи ФИО9 09 октября 2021 года: медицинская помощь оказана в полном объеме в соответствии с порядками, стандартами оказания скорой медицинской помощи и клиническими рекомендациями.

В экспертном заключении (протокол оценки качества медицинской помощи) № 04.322.А.КМП.ЛЖ. 100001 от 25.04.2022 указано, что при оказании медицинской помощи ФИО9 09 октября 2021 года выявлены нарушения: отсутствует протокол установления смерти. Оценка оказания медицинской помощи затруднена.

В ходе производства по делу возникли вопросы, требующие специальных познаний в области судебной медицины в связи с чем по ходатайству истцов судом была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено КУ ХМАО-Югра «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению КУ ХМАО-Югра «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № 239 от 24.10.2023 года при оказании скорой медицинской помощи ФИО9 06.10.2021 года (карта вызова № 439505) выездная бригада СМП прибыла на вызов через 1ч. 18 мин. после его поступления, что не соответствует требованию приказа Минздрава России № 388н от 20.06.2013г. «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи», так как, вызов поступил в экстренной форме (плохо, сахарный диабет; острое внезапное заболевание) при которой время прибытия выездной бригады СМП к больному, с момента вызова, не должно превышать 20 мин, однако в территориальных программах время доезда бригад скорой медицинской помощи может быть обоснованно скорректировано с учетом транспортной доступности, плотности населения, а также климатических и географических особенностей регионов в соответствии с Программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи». В состав выездной бригады СМП входили фельдшер и водитель, что нарушает требования приказа Минздрава России № 388н от 20.06.2013г. «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи» по комплектации бригады СМП медицинским персоналом (в составе бригады предписано наличие не менее двух медицинских работников). Жалобы, анамнез собраны в достаточном объёме. Осмотр, инструментальные исследования выполнены в полном объёме, в соответствии с «Клиническими рекомендациями (протокол) по оказанию скорой медицинской помощи при лихорадках инфекционного генеза». Диагноз "Острая респираторная вирусная инфекция. Гипертермический синдром." установлен обоснованно, не дана клиническая оценка, зафиксированным у больной на момент осмотра, отёкам нижних конечностей. При оказании медикаментозной помощи р-р Димедрола и р-р ФИО11, в соответствии с «Клиническими рекомендациями (протокол) по оказанию скорой медицинской помощи при лихорадках инфекционного генеза», назначены без показаний, что не имело негативного влияния. Тактика ведения пациентки на до госпитальном этапе, направленная на амбулаторное лечение, выбрана верно, вызов обоснованно передан в поликлинику для активного посещения больной терапевтом. Выявленные недостатки скорой медицинской помощи оказанной ФИО9 в прямой причинно-следственной связи с её смертью не состоят.

При оказании скорой медицинской помощи ФИО9 09.10.2021 года (карта вызова № 445137) выездная бригада СМП прибыла на вызов через 37 мин. после его поступления, что также не соответствует требованию приказа Минздрава России № 388н от 20.06.2013г. В состав выездной бригады СМП входили фельдшер и водитель (нарушение требования приказа Минздрава России № 388н от 20.06.2013 г.). Жалобы, анамнез собраны в не достаточном объёме, скудно описана динамика состояния больной в течении 2-х недель заболевания, отсутствует информация о имеющихся хронических заболеваниях, получаемом лечении. При осмотре недооценена тяжесть общего состояния больной (отмечено как удовлетворительное), инструментальные исследования выполнены в полном объёме, в соответствии с «Стандартом скорой медицинской помощи при пневмонии». Диагноз «Двухсторонняя пневмония» установлен обоснованно, является не полным, так как не отражает зафиксированную у пациентки на момент осмотра острую дыхательную недостаточность. При оказании медикаментозной помощи, в нарушение "Стандарта скорой медицинской помощи при пневмонии", больной не назначены: 1) внутривенная инфузия раствора Декстрозы (усредненный показатель частоты предоставления - 0,9); 2) внутривенная инфузия раствора Натрия хлорида (усредненный показатель частоты предоставления - 0,9). Не указана скорость и продолжительность ингаляции кислорода. Тактика ведения пациентки на догоспитальном этапе, направленная на эвакуацию в лечебное учреждение, выбрана верно, от предложенной госпитализации больная отказалась, вызов должен был быть передан в поликлинику для активного посещения больной терапевтом, что не было выполнено. Выявленные недостатки скорой медицинской помощи оказанной ФИО9 в прямой причинно-следственной связи с её смертью не состоят. 

При оказании скорой медицинской помощи ФИО9 09.10.2021 года (карта вызова № 445252) выездная бригада СМП прибыла на вызов через 20 мин. после его поступления, что соответствует требованию приказа Минздрава России № 388н от 20.06.2013г. «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи». Отсутствие в карте вызова данных (со слов родственников) о времени наступления смерти ФИО9, а также неполная читабельность записи в локальном статусе не позволяют сделать заключение о правильности установки диагноза «Биологическая смерть до приезда СМП» и о обоснованности отказа от проведения реанимации.

Согласно представленным данным ФИО9 нуждалась в экстренной госпитализации в стационар. Пациентка категорически отказывалась от предложенной госпитализации (7, 8 и дважды 9 октября 2021 года), в доступной форме ей и присутствующим родственникам (дочь, внучка) объяснены последствия отказа от госпитализации, на выходные (09.10.2021-10.10.2021) наблюдение дежурного врача.

Также экспертами указано, что по имеющейся копии осмотра 07.10.2021 года фельдшером ФИО8 и врачом ФИО7 08.10.2021 года был правильно выставлен диагноз. Назначенные препараты сами по себе вызвать смерть не могли и не имеют отношения к наступлению смерти.

Каких-либо недостатков оказания медицинской помощи в обследовании, диагностике и лечении фельдшерами не выявлено. Недостатков, повлиявших на исход заболевания при оказании медицинской помощи ФИО9 сотрудниками ОГБУЗ «Ивнянская ЦРБ» не выявлено, прямая причинно-следственная связь между оказанием помощи и наступлением смерти отсутствует, так как летальный исход обусловлен скоротечным развитием острой коронарной недостаточности из-за атеросклеротической болезни сердца.

В заключении указано, что причиной смерти ФИО9 явилась атеросклеротическая болезнь сердца, осложнившаяся острой коронарной недостаточностью. Имеющиеся хронические заболевания ФИО9 (Бронхиальная астма, сахарный диабет 2 типа) оказали влияние на неблагоприятный исход, так как являются коморбидными патологиями.

Исследовав содержание экспертного заключения, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и ответы на поставленные вопросы научнообоснованные, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в их распоряжении документов, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе.

У суда нет оснований сомневаться в достоверности выводов указанного заключения, поскольку экспертиза проведена комиссией врачей, имеющих высшее образование и ученую степень кандидата медицинских наук, значительный стаж работы по специальности, и имеющими допуск к осуществлению медицинской деятельности по специальности судебно-медицинская экспертиза.

Таким образом, исходя из совокупности имеющихся в материалах дела доказательств, суд приходит к выводу о том, что доводы истцов об оказании сотрудниками ответчика ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» медицинских услуг ненадлежащего качества нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, поскольку стандарты медицинской помощи, оказанной ФИО9 не были соблюдены в полном объеме.

Поскольку ведомственной проверкой качества оказанной медицинской помощи, а также заключением судебно-медицинской экспертизы установлены дефекты оказания ФИО9 медицинской помощи, не соответствующей установленным порядкам и стандартам, утвержденным уполномоченным органом исполнительной власти в сфере здравоохранения, то вина медицинской организации, допустившей нарушение стандартов качества оказания медицинской помощи, в причинении вреда здоровью пациента и тем самым в причинении морального вреда членам его семьи предполагается.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (абзац 2 статьи 151 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ) (пункт 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда") разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

В пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 №О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Согласно пункту 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Такие дефекты как постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п., причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Принимая во внимания установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства, а также учитывая вышеприведенные разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, суд приходит к выводу о том, что истцы имеют право требовать компенсацию морального вреда, поскольку ими представлена совокупность доказательств, достоверно подтверждающих факт нарушения ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» оказания медицинской помощи ФИО9, оснований для освобождения от обязанности по возмещению причиненного истцам морального вреда в судебном заседании не установлено.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд учитывает, что размер суммы денежной компенсации морального вреда должен согласовываться с принципами конституционной ценности жизни личности ст. ст. 21, 53 Конституции Российской Федерации, а также с принципами разумности и справедливости, также суд, принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, в том числе, выявленные судебными экспертами дефекты оказания медицинской помощи ФИО9, а также тот факт, что указанные дефекты в прямой причинно-следственной связи со смертью пациента не состоят, личности истцов, которые являются совершеннолетними, имеют свои семьи, объем и степень перенесенных истцами нравственных страданий в результате потери близкого человека, поскольку наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда, учитывая, что истцы потеряли мать, характер и глубина нравственных страданий и переживаний истцов связана с потерей близкого человека, и построена на существовании семейных связей между матерью и детьми, предшествующее отношение ФИО9 к состоянию своего здоровья, отсутствие доказательств тяжелого имущественного положения ответчика, причинившего вред, степень вины ответчика - оказание медицинской помощи с дефектами, не состоящими в причинно-следственной связи с наступившей смертью ФИО9 

Принимая во внимание, что оказание медицинской помощи с дефектами ее организации (нарушение укомплектованности бригад) и дефектами бездействия (увеличение сроков приезда бригад), нарушение «Стандарта скорой медицинской помощи при пневмонии» (больной не назначены: внутривенная инфузия раствора Декстрозы и внутривенная инфузия раствора Натрия хлорида) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам. Нравственные страдания истцов, обусловленные действиями ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области», заключались в переживаниях, вызванных наблюдением за страданиями матери в течение периода прибытия бригад скорой помощи и опасениями в возможной недооценке со стороны медицинских работников тяжести ее состояния.

Учитывая вышеназванные критерии, объем выявленных дефектов оказания медицинской помощи суд считает необходимым взыскать компенсацию морального вреда в пользу каждого из истцов с ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» по 30000 рублей.

При этом суд учитывает, что любой размер компенсации, в том числе заявленный истцами, не способен возместить страдания, связанные с гибелью близкого родственника.

Что касается требований искового заявления о взыскании расходов на погребение 83685,99 рублей и расходов на установку памятника 82100 рублей, то они удовлетворению не подлежат, поскольку вина ответчиков в смерти ФИО9 не установлена, возмещение ущерба без вины не предусмотрено.

В соответствии с ч.1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Поскольку истцами представлены доказательства, подтверждающие, что за услуги представителя ФИО12 уплачены денежные средства, то они вправе требовать возмещения расходов.

Размер возмещения стороне расходов соотносим с объемом защищаемого права. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 16.02.2012 № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности судебного разбирательства.

Учитывая характер спора, сложность дела, реальный объем оказанных представителем услуг, длительность судебного процесса, условия разумности, соразмерности и достаточности, в целях обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, с ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области»» в пользу каждого из истцов подлежат взысканию расходы на представительство в суде в размере 35000 рублей.

Поскольку истцами заявлено требование неимущественного характера, которое удовлетворено частично, и они освобождены от уплаты государственной пошлины, с ответчика ОГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области»» подлежит взысканию госпошлина в доход бюджета Яковлевского городского округа Белгородской области в сумме 600 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

иск ФИО1, ФИО2 ы к областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Ивнянская центральная районная больница», областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Признать подлежащей ко взысканию с областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт 

<

номер>), 30000 рублей в качестве компенсации морального вреда, а также расходы на представителя 35000 рублей.

Признать подлежащей ко взысканию с областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Станция скорой медицинской помощи Белгородской области»» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО2 ы (паспорт 

<

номер>) 30000 рублей в качестве компенсации морального вреда, а также расходы на представителя 35000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 и ФИО2 е отказать. 

Взыскать с областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения Станция скорой медицинской помощи Белгородской области» в доход бюджета Яковлевского городского округа Белгородской области госпошлину 600 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Яковлевский районный суд Белгородской области.

Мотивированное решение суда изготовлено 12.01.2024 года.

Судья – И.И. Анисимов