63RS0038-01-2024-004140-29

ЗАОЧНОЕ 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 ноября 2024 года Кировский районный суд г.Самары в составе:

председательствующего судьи Андриановой О.Н.,

при секретаре Тальковой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4483/2024 по иску ФИО4 ФИО19, ФИО4 ФИО20, ФИО1 ФИО21 к ФИО7 ФИО22, ФИО2 ФИО23 о компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Первоначально ФИО4 ФИО24., ФИО4 ФИО25., ФИО1 ФИО26. обратились в суд с иском к ФИО7 ФИО27. о компенсации морального вреда, мотивируя тем, что вступившим в законную силу Постановлением Промышленного районного суда г. Самары по делу об административном правонарушении от 16.05.2022 года № 5-1189/2022, ФИО7 ФИО28 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, назначено наказание в виде административного штрафа в размере 10 000 рублей. Из содержания Постановления Промышленного районного суда г. Самары по делу об административном правонарушении от 16.05.2022 года № 5-1189/2022 следует: «Согласно протоколу об административном правонарушении № 63 СР 091690 от 15.04.2022 года, 18.10.2021 года в 22 час 04 минут по адресу: г. Самара, пр-т. ФИО3, д. 223, ФИО7 ФИО29 управляя автомобилем Киа Серато, государственный регистрационный знак №, нарушил п. 13.8 Правил дорожного движения РФ, а именно при осуществлении маневра поворота налево, не уступил дорогу пешеходу, пользующемуся преимуществом в движении, допустил наезд на пешехода ФИО4 ФИО30., причинив последней вред здоровью средней степени тяжести. ФИО7 ФИО31 протокол об административном правонарушении не оспаривал, вину в совершении административного правонарушения признал. В результате нарушения ФИО7 ФИО32. п. 13.8 Правил дорожного движения РФ пешеходу ФИО4 ФИО33. причинен вред здоровью средней тяжести. Исходя из степени тяжести причиненного ФИО4 ФИО34. вреда здоровью результате произошедшего события дорожно-транспортного происшествия, длительности лечения, негативных последствий для здоровья, вызванных причиненной травмой, длительного нахождения истца ФИО4 ФИО35. в лежачем положении и невозможности в дальнейшем вести активный образ жизни, нахождении у истца на момент лечения на иждивении несовершеннолетнего ребенка, являясь матерью одиночкой, обстоятельства причинения вреда здоровью, при котором имелась реальная угроза жизни истца ФИО4 ФИО36 и наступления более тяжких последствий для ее здоровья, также учитывая материальное положение ответчика ФИО7 ФИО37., истец ФИО4 ФИО38 приходит к выводу том, что с учетом требований разумности и справедливости с ответчика ФИО7 ФИО39 в ее пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда размере 300 000 рублей. Ссылается также на положения действующего законодательства о том, что в случае причинения вреда жизни и здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда). При этом отсутствие прямой причинно-следственная связь между полученным истцом ФИО4 ФИО40 вредом здоровью и нравственными страданиями ее матери ФИО1 ФИО41., ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ее несовершеннолетнего ребенка (на момент причинения вреда) ФИО4 ФИО42., ДД.ММ.ГГГГ г.р., (истцы в рассматриваемом деле) само по себе не может служить основанием к отказу во взыскании в пользу истцов компенсации морального вреда. Возможность возмещения вреда, в том числе морального вреда, не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом. В данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь. Основанием для обращения матери ФИО4 ФИО43. - ФИО1 ФИО44. и ее сына ФИО4 ФИО45 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (на момент причинения вреда был несовершеннолетним и находился на иждивении своей матери ФИО4 ФИО46 в суд с исковыми требованиями о компенсации причиненного морального вреда причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, послужило то обстоятельство, что в связи с полученной травмой ФИО4 ФИО47. длительное время находилась на лечении, из которых большую часть времени была в лежачем положении, и ее мать ФИО1 ФИО48., ее несовершеннолетней ребенок ФИО4 ФИО52 (на момент причинения вреда матери ФИО4 был несовершеннолетним), осуществляли за ней постоянный уход. Кроме того, имелась реальная угроза того, что ФИО4 ФИО51. могла вообще не пойти и перестать самостоятельно передвигаться, стать инвалидом на всю жизнь, потерять в дальнейшем функции. После получения ФИО4 ФИО53. травмы в результате дорожно-транспортного происшествия ранее сложившийся быт и уклад их семьи, жизненные планы перетерпели самые серьезные и кардинальные изменения, связанные в первую очередь с необходимостью осуществлять за ФИО4 ФИО54. в первые месяцы ее лечения постоянный систематический уход, требовавший значительное время и нравственные и моральные переживания, которые ее мама ФИО1 ФИО55. и ее несовершеннолетний ребенок ФИО4 ФИО56., реально испытывали. Учитывая обстоятельства причинения вреда здоровью, при котором имелась реальная угроза жизни истца ФИО4 ФИО57 и наступления более тяжких последствий для ее здоровья, исходя из степени причиненных истцам ФИО1 ФИО58 ФИО4 ФИО59. нравственных страданий, а также учитывая материальное положение ответчика ФИО7 ФИО60., истцы приходят к выводу о том, что с учетом требований разумности и справедливости с ответчика в пользу истцов ФИО1 ФИО61. и ФИО4 ФИО62. подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 200 000 рублей на каждого. Просили суд: взыскать с ФИО7 ФИО63. в пользу ФИО4 ФИО64. в счет компенсации морального вреда 300 000 рублей; взыскать с ФИО7 ФИО65 в пользу ФИО4 ФИО66. в счет компенсации морального вреда 200 000 рублей; взыскать с ФИО7 ФИО67. в пользу ФИО1 ФИО68 в счет компенсации морального вреда 200 000 рублей. 

В ходе судебного разбирательства по ходатайству стороны истцов к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО2 ФИО69. Исковые требования истцом уточнены, просит суд: взыскать с ФИО7 ФИО70., ФИО2 ФИО71. солидарно в пользу ФИО4 ФИО72. компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей; взыскать с ФИО7 ФИО73., ФИО2 ФИО74. солидарно в пользу ФИО4 ФИО75. компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей; взыскать с ФИО7 ФИО76., ФИО2 ФИО77. солидарно в пользу ФИО1 ФИО78. компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО4 ФИО79. и ее представитель по устному ходатайству – Друзенко ФИО80., уточненные исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, уточненном исковом заявлении.

Ранее в судебном заседании истец ФИО4 ФИО81. относительно рассматриваемого ДТП поясняла, что 18.10.2021 года она переходила дорогу пр. ФИО3 по пешеходному переходу. В этот момент ответчик ФИО7 ФИО82., управляя транспортным средством Киа Серато, допустил на нее наезд, в результате чего она получила значительные травмы – перелом лобной кости. Ее знакомый, который находился рядом, вызвал скорую помощь. Удар был очень сильный, сознание она не теряла. На автомобиле скорой помощи она была доставлена в больницу им. Семашко, где был сделан рентген. Гипс накладывать не стали, пояснив, что на такой перелом невозможно наложить даже шину, было рекомендовано лежать в течение месяца, пока не срастется кость, вставать было совсем нельзя. Госпитализирована она не была. Из больницы до дома она ехала на такси в положении лежа. Испытывала очень сильную боль. Дома на протяжении месяца она просто лежала. Ее сын и мама осуществляли за ней уход, помогали производить гигиенические процедуры, приносили судно. Сын на тот момент был несовершеннолетним, учился в техникуме. Мама готовила еду, сын ее приносил. Ела полулёжа, т.к. сидеть было нельзя. Сама истец на момент ДТП была трудоустроена на должности бухгалтера. Находилась на больничном листе с 18.10.2021 года по 08.02.2022 года. Раз в две недели к ней домой приходил врач из поликлиники. Примерно через месяц после ДТП она стала передвигаться на костылях, еще через месяц – с помощью палочки. Все время истец испытывала сильную боль, пила обезболивающие, появились пролежни, не могла сама себя обслуживать, плохо спала, переживала за работу, изменился обычный уклад ее жизни. Истец испытывает дискомфорт в правой стороне, было сложно сидеть примерно год, при ходьбе что-то щелкает, нога ноет на перемену погоды, при смене сезона.

В судебное заседание истцы ФИО4 ФИО83., ФИО5 ФИО84 в судебное заседание не явились, извещены правильно и своевременно, предоставили ходатайство о рассмотрении дела без их участия, на удовлетворении уточненных исковых требований настаивают. 

Ответчики ФИО7 ФИО85., ФИО2 ФИО86. в судебное заседание не явись, извещены правильно и своевременно, о причинах неявки суду не сообщили, отзыва на иск не представили и не просили о рассмотрении дела без их участия. 

Представитель ГБУЗ СО «Самарская городская клиническая больница №8», привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, в судебное заседание не явился, извещен правильно и своевременно, предоставил ходатайство о рассмотрении дела без его участия. 

Представитель СПАО «РЕСО-Гарантия», привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, в судебное заседание не явился, извещен правильно и своевременно, причины неявки суду не известны. 

Прокурор Кировского района г.Самары, в соответствии со ст. 45 ГПК РФ, привлеченный к участию в деле для дачи заключения, в судебное заседание не явился, извещен правильно и своевременно, причины неявки суду не известны.

Судом с учетом мнения истца, в соответствии со ст. 233 ГПК РФ, вынесено определение о рассмотрении дела в порядке заочного судопроизводства.

Суд, выслушав истца и его представителя, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся прежде всего право на жизнь (часть 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические, или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Как следует из разъяснений п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п. 12 названного Постановления Пленума, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу п.п. 14-15 данного Постановления Пленума, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (п. 14).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п. 15).

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской. Федерации от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" предусмотрено, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Таким образом, из смысла приведенных норм закона следует, что ответственность за причиненный вред наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерба.

При этом, на истца возложено бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на ответчике.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 22 час. 04 мин. ФИО7 ФИО87., управляя автомобилем КИА, регистрационный знак №, двигаясь по ул. Нагорная со стороны ул. Краснодонская с левым поворотом на пр. ФИО3 в направлении ул. Черемшанская, напротив 

<

...> на регулируемом пешеходном переходе соверши наезд на пешехода ФИО4 ФИО88 которая пересекала проезжую часть справа налево по ходу движения транспортных средств на разрешающий (зеленый) сигнал светофора.

ФИО4 ФИО89 с места ДТП была доставлена в ГБУЗ СГКБ № 2 им Семашко, где ей был поставлен диагноз «УМТГ, закрытый перелом кости таза». 

Указанные обстоятельства подтверждаются Определением № от ДД.ММ.ГГГГ о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования в отношении ФИО7 ФИО90. по ст. 12.18 КоАП РФ, определением № от ДД.ММ.ГГГГ о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования в отношении ФИО7 ФИО91. по ст. 12.24 КоАП РФ.

Постановлением по делу об административном правонарушении УИН № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 ФИО92 за совершение административного правонарушении, предусмотренного ст. 12.18 КоАП РФ, назначено наказание в виде административного штрафа в размере 1 500 рублей. Свою вину в совершении данного правонарушения ФИО7 ФИО93. не оспаривал, что подтверждается его подписью в постановлении.

В рамках проведения административного расследования была проведена судебно-медицинская экспертиза для установления степени тяжести вреда здоровью, причиненного ФИО4 ФИО94

Согласно заключения эксперта № 04-8э/809 от 01.04.2022 года ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», у ФИО4 ФИО95 установлено повреждение: перелом правой седалищной кости. Установленное повреждение по признаку длительного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель, причинило средней тяжести вред здоровью ((п.7.1 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденные Приказом Министра здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2008г. № 194н).

ДД.ММ.ГГГГ Промышленным районным судом г. Самары вынесено постановление по делу об административном правонарушении № в отношении ФИО7 ФИО96 по ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, которым установлено, что Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 22:04 час. водитель ФИО7 ФИО97 управляя автомобилем Киа Серато, государственный регистрационный знак №, осуществляя движение в 

<

...> со стороны ул. Краснодонская с левым поворотом на пр. ФИО3 в направлении ул. Черемшанская, напротив д. 223 по р. ФИО3 на регулируемом пешеходном переходе нарушил п. 13.8 ПДД РФ и совершил наезд на пешехода ФИО4 ФИО98., которая пересекала проезжую часть справа налево по ходу движения автомобиля да разрешающий (зеленый) сигнал светофора. В результате нарушения ФИО7 ФИО99 п. 13.8 ПДД РФ пешеходу ФИО4 ФИО100. причинен вред здоровью средней тяжести. 

Также из указанного постановления следует, что при рассмотрении дела об административном правонарушении, ФИО7 ФИО101 свою вину в совершении административного правонарушения не оспаривал, вину в совершении административного правонарушения признал. 

Постановлением по делу об административном правонарушении Промышленного районного суда г. Самары № 5-1189/2022 ФИО7 ФИО102 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ, ему было назначено административное наказание в виде штрафа в размере 10 000 рублей.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ссылается на причинение вреда ее здоровью в результате нарушения Правил дорожного движения ответчиком ФИО7 ФИО103. 

Согласно представленным в материалы дела медицинским документам, ФИО4 ФИО104 после ДТП на карете скорой помощи была доставлена в ГБУЗ СО СГКБ-2 им. Семашко, где была осмотрена врачом-травматологом, предъявляла жалобы на боль в правой половине таза, нарушение функции, боль в голове, легкую слабость. Ей был поставлен диагноз «Закрытый перелом лонной и седалищной костей правой левой половины таза».

Тогда же ФИО4 ФИО105 была осмотрена нейрохирургом в приемном отделении в связи с жалобами на боль в местах ушибов головы, легкую слабость. Ей был поставлен диагноз: «Ушибы мягких тканей головы». 

От госпитализации ФИО4 ФИО106. отказалась, врачом-травматологом ГБУЗ СО СГКБ-2 им. Семашко даны рекомендации по соблюдению постельного режима на срок 1-1,5 месяца, медикаментозное лечение, после чего R-контроль, далее ходьба на костылях без опоры на больную ногу.

Далее истец проходила лечение амбулаторно, в течении месяца после ДТП была неоднократно осмотрена на дому врачом ГБУЗ СО «СГКБ №».

В общей сложности на больничном листе ФИО4 ФИО107. находилась период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается предоставленными в материалы дела сведениями об электронных листах нетрудоспособности с личного кабинета портала «Госуслуги» истца. 

Пунктом 1 ст. 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу ч. 1 ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. В силу ч. 3 указанной статьи, владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Разрешая заявленные исковые требования, суд исходит из того, что согласно п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" в силу части 4 статьи 61 ГПК РФ вступившее в законную силу постановление суда по делу об административном правонарушении обязательно для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, суд приходит к выводу, что виновным в рассматриваемом ДТП, в результате которого причинен вред средней тяжести здоровью истца, является ответчик ФИО7 ФИО108 который признал свою вину в процессе рассмотрения Промышленным районным судом г. Самары дела об административном правонарушении и, действия которого при управлении транспортным средством, состоят в причинно-следственной связи с причинением вреда здоровью истца. 

Собственником автомобиля КИА Серато, регистрационный знак №, при управлении которым ответчик ФИО7 ФИО109. совершил рассматриваемое ДТП, на момент ДТП являлась ответчик ФИО2 ФИО110., что подтверждается сведениями Управления МВД России по Самарской области. 

В соответствии с п.п. 18, 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п. 18).

По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ) (п.19).

В силу п.п. 21, 22 названного Постановления Пленума, моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу пункта 3 статьи 1079 ГК РФ компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред (п. 21).

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (п. 22).

В соответствии с абз. 2 п. 1 ст. 1079 ГК РФ и п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 владельцем источника повышенной опасности является юридическое лицо или гражданин, использующие его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Например, лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование и он пользуется им по своему усмотрению (абз. 1 п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1).

При этом имеется правовая позиция Верховного Суда РФ, согласно которой допуск к управлению транспортным средством иного лица сам по себе не свидетельствует о том, что такое лицо становится законным владельцем источника повышенной опасности (Определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26.03.2024 N 48-КГ23-26-К7, от 11.05.2018 N 18-КГ18-18).

Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства. 

Под владельцем в гражданском праве понимается фактическое господство лица над вещью. Такое господство может быть владением собственника, а также обладателя иного вещного права, дающего владение; владением по воле собственника или для собственника (законное владение, которое всегда срочное и ограничено в своем объеме условиями договора с собственником или законом в интересах собственника); владением не по воле собственника (незаконное владение, которое возникает в результате хищения, насилия, а также вследствие недействительной сделки).

При установлении наличия одновременно факта юридического и физического владения вещью необходимо учитывать, что факт управления транспортным средством, в том числе и по воле его собственника, не всегда свидетельствует о законном владении лицом, управлявшим данным транспортным средством.

В связи с этим, передача транспортного средства другому лицу в техническое управление без надлежащего юридического оформления такой передачи не освобождает собственника от ответственности за причиненный вред.

Кроме того, п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», владелец источника повышенной опасности, из обладания которого этот источник выбыл в результате противоправных действий другого лица, при наличии вины в противоправном изъятии несет ответственность наряду с непосредственным причинителем вреда - лицом, завладевшим этим источником, за моральный вред, причиненный в результате его действия. Такую же ответственность за моральный вред, причиненный источником повышенной опасности - транспортным средством, несет его владелец, передавший полномочия по владению этим транспортным средством лицу, не имеющему права в силу различных оснований на управление транспортным средством, о чем было известно законному владельцу на момент передачи полномочий.

Статьей 1080 ГК РФ предусмотрена ответственность за совместно причиненный вред, где указано, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. 

В соответствии с ч. 1 ст. 322 ГК РФ, солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

В сиу п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», лица, совместно причинившие моральный вред, исходя из положений статьи 1080 ГК РФ, отвечают перед потерпевшим солидарно. Суд вправе возложить на таких лиц ответственность в долях только по заявлению потерпевшего и в его интересах (часть вторая статьи 1080 ГК РФ).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что ответственность перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности, подлежит возложению как на собственника транспортного средства – ФИО2 ФИО111., так и лицо, признанное при управлении данным транспортным средством виновным в рассматриваемом ДТП – ФИО7 ФИО112., в солидарном порядке.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из следующего.

В соответствии с п.п. 25-30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п.25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28).

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (п. 29).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30).

В связи с изложенным, учитывая обстоятельства причинения морального вреда, с учетом характера действий ФИО7, степени и характера нравственных страданий истца, которая на протяжении месяца соблюдала постельный режим, не передвигалась, не могла в полном объеме себя обслуживать, для осуществления естественных потребностей и совершения гигиенических процедур ей приходилось прибегать к помощи родственников (мамы и сына), испытывала сильную боль, нахождение истца на протяжении длительного времени на листке нетрудоспособности, до настоящего времени в месте перелома у истца возникают болезненные ощущения в связи с переменой погодных условий, сменой сезонов года, учитывая также, что сведения о своем материальном положении, наличии либо отсутствии на их иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей) и проч., ответчиками суду не представлено, суд не находит оснований для снижения заявленной истцом ФИО4 ФИО113. ко взысканию суммы компенсации морального вреда и считает возможным взыскать с ответчиков ФИО7 ФИО114., ФИО2 ФИО115. солидарно в пользу истца ФИО4 ФИО116 в счет компенсации морального вреда сумму в размере 300 000 рублей, полагая ее соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо (пункт 1 этого постановления).

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (статья 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней"), поэтому применение судами вышеназванной конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункт 10 названного постановления).

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).

С требованиями о взыскании компенсации морального вреда обратились также мать пострадавшего истца ФИО4 ФИО117. – ФИО1 ФИО118 и ее сын – ФИО4 ФИО119.

В обоснование своих требований ФИО4 ФИО120., ФИО1 ФИО121. указывают, что в связи с полученной травмой ФИО4 ФИО122. длительное время находилась на лечении, из которых большую часть времени была в лежачем положении, в связи с чем, ее мать ФИО1 ФИО123., и ее несовершеннолетней ребенок ФИО4 ФИО124. (на момент причинения вреда матери ФИО4 ФИО125. был несовершеннолетним), осуществляли за ней постоянный уход. Кроме того, имелась реальная угроза того, что ФИО4 ФИО126. могла вообще не пойти и перестать самостоятельно передвигаться, стать инвалидом на всю жизнь, потерять в дальнейшем функции. После получения ФИО4 ФИО127. травмы в результате дорожно-транспортного происшествия ранее сложившийся быт и уклад их семьи, жизненные планы перетерпели самые серьезные и кардинальные изменения, связанные в первую очередь с необходимостью осуществлять за ФИО4 ФИО128. в первые месяцы ее лечения постоянный систематический уход, требовавший значительное время и нравственные и моральные переживания, которые ее мама ФИО1 ФИО129. и ее несовершеннолетний ребенок ФИО4 ФИО130 реально испытывали.

Учитывая изложенные обстоятельства, степень моральных и нравственных страданий ФИО1 ФИО131 и ФИО4 ФИО132., выразившиеся в переживаниях за жизнь и здоровье близкого человека, а также в том, что будучи несовершеннолетним, ФИО4 ФИО133. вынужден был наблюдать за состоянием пострадавшей в результате действия ответчика ФИО8 ФИО134. матери, которая испытывала физическую боль и нуждалась в постоянном уходе, суд считает возможным удовлетворить исковые требования, взыскав с ФИО7 ФИО135., ФИО2 ФИО136. солидарно в пользу ФИО1 ФИО137., ФИО4 ФИО138 в счет компенсации морального вреда сумму в размере по 200 000 рублей в пользу каждого.

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчиков также следует взыскать в доход государства госпошлину в размере 3 000 рублей с каждого, поскольку истец освобожден законом от уплаты пошлины в силу требований пп. 4. п. 1 ст. 333.36 НК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199, 234-237 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 ФИО139, ФИО4 ФИО140, ФИО1 ФИО141 к ФИО7 ФИО142, ФИО2 ФИО143 о компенсации морального вреда, удовлетворить. 

Взыскать с ФИО7 ФИО144 (

<

данные изъяты>), ФИО2 ФИО145 солидарно, в пользу ФИО4 ФИО146 (

<

данные изъяты>) в счет компенсации морального вреда сумму в размере 300 000 рублей.

Взыскать с ФИО7 ФИО147 (

<

данные изъяты>), ФИО2 ФИО148 солидарно, в пользу ФИО1 ФИО149 в счет компенсации морального вреда сумму в размере 200 000 рублей.

Взыскать с ФИО7 ФИО150 (

<

данные изъяты>), ФИО2 ФИО151 солидарно, в пользу ФИО4 ФИО152 в счет компенсации морального вреда сумму в размере 200 000 рублей.

Взыскать с ФИО7 ФИО153 в местный бюджет г.о.Самара государственную пошлину в размере 3 000 рублей. 

Взыскать с ФИО2 ФИО154 в местный бюджет г.о.Самара государственную пошлину в размере 3 000 рублей. 

Ответчик вправе подать в Кировский районный суд г.Самары заявление об отмене заочного решения в течение семи дней со дня вручения им копии этого решения.

Заочное решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Мотивированное решение составлено 03.12.2024 года.

Председательствующий О.Н. Андрианова