Дело №2-669/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

07 февраля 2019 года г.Комсомольска-на-Амуре

Центральный районный суд г.Комсомольска-на-Амуре в составе:

председательствующего судьи – Устьянцевой-Мишневой О.О.,

при секретаре судебного заседания – Сарайкиной Т.Н., 

с участием помощника прокурора 

г.Комсомольска-на-Амуре – Волченкова Н.А. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Муниципальному унитарному предприятию «Специализированный комбинат коммунального обслуживания» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, признании приказа об удержании денежных средств незаконным, взыскании компенсации за задержку выплат, денежной компенсации морального вреда, судебных расходов, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском, ссылаясь на следующие обстоятельства. В МУП «СККО» истец работал с 17.10.2016 в должности экскаваторщика и выполнял работу по погрузке сыпучих материалов, нарезке водоотводных кюветов, уборке снега. Приказом №61-у от 07.12.2018 истец освобожден от занимаемой должности в связи с подачей заявления об увольнении по собственному желанию от 23.11.2018, написанного под давлением руководства. 10.12.2018 истцу выдана трудовая книжка. С 04.12.2018 по 28.12.2018 находился на больничном, о чем известил отдел кадров предприятия. В соответствии со ст.394 ТК РФ, считает увольнение необоснованным и незаконным, в связи с тем, что работодатель длительно вынуждал истца уволиться, принуждая его выполнять ненадлежащие обязанности, угрожая уголовным преследованием, увольнением по статье за растрату. Руководителем было заявлено, что в последние месяцы истцу выплачивали завышенную заработную плату и при дальнейшей работе ему снизят заработную плату на 30%. Также в связи с данным конфликтом, предоставление истцу отпуска работодателем было перенесено с начала месяца на конец месяца. В связи с психологическим воздействием, постоянным нервным напряжением при выполнении обязанностей истцом, травлей руководящим составом истцом было написано заявление об увольнении, без указания даты увольнения. Из-за данного конфликта нарушилось состояние здоровья истца. Находясь в отпуске, истец проходил лечение, и им было осознано вынужденное увольнение. Истец решил отозвать свое заявление на увольнение и приступить к работе, но получил трудовую книжку с записью об увольнении на руки уже 10.12.2018, случайно заехав на работу и обратившись в кадры по другому вопросу. Таким образом, по вине работодателя в трудовой книжке стоит более ранняя дата увольнения, и истец был лишен возможности выйти на работу. Вынужденность увольнения подтверждается заявлением на имя директора от 23.11.2018. Средний заработок истца согласно справке представленной бухгалтерией МУП «СККО» в период с 17.10.2016 по 07.12.2018 составил 32762,72 (тридцать две тысячи семьсот шестьдесят два рубля 72 копейки). 10.12.2018 получив на руки расчетный листок о заработной плате, истец обнаружил удержание в сумме 7.316,00 (семь тысяч триста шестнадцать рублей 00 копеек), как ему пояснили в кадрах, удержание произведено на основании приказа №92/01 от 06.12.2018 о причинении материального ущерба. С данным приказом истец был не согласен и написал заявление на имя директора МУП «СККО» о возврате денежных средств заработанных истцом, которые без его согласия были удержаны. На заявление истца от 10.12.2018 об ознакомлении с материалами расследования, был получен отказ, материалы не предоставлены. В связи с тем, что мне была задержана; оплата труда в сумме 7.316,00 (семь тысяч триста шестнадцать рублей 00 копеек), то должна быть начислена следующая компенсация за период: С 08 декабря 2018 по 16 декабря 2018 (9 дн.) в сумме 32 руб. 92 коп. (7.316.00 руб.* 7,5% * 1/150 * 9 дн.). С 17 декабря 2018 по 16 января 2019 (18 дн.) в сумме 68 руб. 04 коп. (7.316.00 руб.* 7,75% * 1/150* 18 дн.). ". Итого 100 руб. 96 кой. В результате увольнения и удержания из заработной платы денежных средств, истцу причинен моральный вред, который он оценивает в 50.000 (пятьдесят тысяч рублей). Просит суд признать увольнение незаконным и восстановить истца на работе в МУП «СККО» в должности экскаваторщика. Взыскать с МУП «СККО» в свою пользу средний заработок за время незаконного лишения истца трудиться, т.е. за период с 07.12.2018 по день восстановления на работе. Признать приказ от 23.11.2018 об удержании денежных средств незаконным. Взыскать удержанные из заработной платы денежных средства в размере 7316 (семь тысяч триста шестнадцать) рублей 00 копеек. Взыскать с МУП. «СККО» в свою пользу компенсацию за задержку выплат в размере 100 руб. 96 коп. Взыскать в свою пользу моральный вред в сумме 50.000 (пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек. Взыскать судебные расходы.

Истец ФИО1 в ходе судебного разбирательства настаивал на удовлетворении иска по изложенным в иске основаниям. Дополнительно суду пояснил следующее. увольнение считаю вынужденным, поскольку со стороны руководства и начальствующего состава МУП«СККО», на протяжении нескольких месяцев на него оказывалось психологическое давление, склонение к исполнению ненадлежащих обязанностей, поступление в его адрес неоднократных угроз, что в последствии сказалось на его состоянии здоровья. Само увольнение произошло в момент нахождения на больничном. Находясь в отпуске, при прохождении лечения, он имел намерение отозвать заявление об увольнении, но в связи с ранним увольнением такую возможность не получил. На момент удержания из заработной платы 7316,00 (семи тысяч триста шестнадцати рублей 00 копеек), он не был ознакомлен с приказами на удержание, ходом внутреннего расследования, и согласия на удержание денежных средств не давал. Согласно п.1 Протокола служебного расследования от 03.12.2018 и объяснительной ФИО К.М.Н.. от 22.11.2018, остаток топлива на 19.11.2018 составил 98 литров дизельного топлива, что также подтверждается путевыми листами. Следовательно перерасхода топлива или его недостачи на дату окончания работы (20.11.2018) не существовало. Время работы погрузчика в путевые листы заполняется согласно установленного в погрузчике счетчика мото-часов и контролируются инженером по производству. Уже после ухода в отпуск и подачи заявления на увольнение, была создана комиссия и проведен хронометраж времени на погрузку 1м3 песка экскаватором погрузчиком, до этого, начиная с момента его трудоустройства, данных норм не было, и они не регламентированы. Помимо погрузочно-разгрузочных работ, в ноябре 2018, на территории кладбища проводились и иные работы, на которые также затрачивалось топливо: очистка территории погрузочной площадки от снега, очистка от снега площадки администрации кладбища, очистка дорог от снега, посыпка дорог песком, сбор песка на кварталах. Данные работы не были учтены. Согласно акту от 21.11.2018, комиссией определена недостача дизельного топлива в размере 155 литров и только 23.11.2018 данная недостача в 155 литров рассчитана, что подтверждается докладной запиской начальника транспортного цеха ФИО2, что свидетельствует об изготовлении документации по прошествии времени. Также пояснил, что он регулярно возил работников на кладбище, и это перестало его устраивать, так как работники стали беспокоить его даже ночью, повезет он их на кладбище или нет. Также пояснил, что, действительно, обращался за материальной помощью к директору предприятия. ему не было отказано. Истец не оспаривал пояснения ФИО Б.Д.А. только настаивал, что в разговорах ФИО3 вел себя по отношению к нему неуважительно, использовал ненормативную лексику.

Представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности исковые требования не признал. Суду пояснил следующее. Заявление об увольнении по собственному желанию написано Заявителем во время нахождения его в очередном отпуске согласно личного заявления, графика отпусков. Дата начала очередного отпуска по графику 20 ноября. Заявление об увольнении было подано 23 ноября 2018 года, без даты увольнения, на основании чего, увольнение произошло с соблюдением срока предупреждения о предстоящим увольнении, т.е. 14 календарных дней. В течении срока уведомления, истец свое заявление не отозвал, соответственно был уволен 07 декабря, в приказе об увольнении имеется подпись об ознакомлении с приказом, которая датированная 7 декабря. Одновременно 23 ноября ФИО1 подает три заявления № 7 - о предоставлении отгулов на 6,7 декабря (находясь в отпуске); № 8 - об увольнении по собственному желанию; № 9 - о конфликте с главным инженером. В своем заявлении о конфликте с главным инженером заявитель указывает что на протяжении всего времени вплоть до 16 ноября шел затяжной конфликт, однако в своей объяснительной от 22 ноября о самовольном выходе из отпуска, ФИО1 указывает о сильных переживаниях за производство, в следствии чего был вынужден прервать свой отдых. Что касаемо удержания из заработной платы суммы причиненного работодателю ущерба: 21 ноября находясь в очередном отпуске самовольно вопреки запретам диспетчера и начальника транспортного цеха с использованием путевого листа другого водителя используя личный транспорт (проезд на кладбища и обратно составляет примерно 40) и личную заправочную тару незаконно получил 200 литров дизельного топлива. На основании докладных диспетчера и начальника транспортного цеха произведен замер остатков дизельного топлива, по результатом которого обнаружена недостача дизельного топлива в количестве 155 литров. Недостача топлива определена комиссионно и подтверждается данными служебного расследования от 3 декабря. Так же в ходе служебного расследования установлено, что ввиду ненадлежащего контроля со стороны службы организации захоронений за работой техники на кладбище машинист ФИО1 мог беспрепятственно ставить любые значения в путевые листы. Ранее руководством СККО уже снижали премии за ненадлежащее заполнение путевых листов. На основании приказа директора от 5 декабря снижен размер премии на 10% за октябрь: агенту по приемке заказов (иные данные), за отсутствием контроля за автотранспортом, агенту по приемке заказов (иные данные) за отсутствием контроля за автотранспортом; Диспетчерам (иные данные) (иные данные), (иные данные) ФИО С.Л.В. - за ненадлежащее исполнения путевых листов; начальнику транспортного цеха ФИО В.А.И. за отсутствие контроля за заполнением путевых листов, механику (иные данные) за отсутствие контроля за заполнением путевых листов; начальнику СОЗ ФИО И.О.С.за отсутствием контроля за работой автотранспорта. Так же на основании протокола служебного расследования и иных документов, приказом директора от 12 декабря, начальнику транспортного цеха объявлено замечание за ненадлежащее исполнение возложенных на него трудовых обязанностей, выразившихся в ненадлежащем контроле за работой подчиненных и отсутствием контроля за заполнением первичных документов (путевых листов). «Трудовой кодекс Российской Федерации» от 30.12.2001 N 197-ФЗ (ред. от 03.07.2016) (с изм. и доп., вступ. в силу с 31.07.2016)ТК РФ, Статья 80. Расторжение трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) Работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении. В случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника. До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора. По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку, другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет. Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается. В данном случае в течении всего срока предупреждения об увольнении 14 дней, работник свое заявление не отзывал, спустя 12 дней после увольнения ФИО1 на должность машиниста экскаватора устроен новый сотрудник. Считает что, ФИО1 заранее запланировал свое увольнение по основаниям изложенным выше.

Представитель ответчика – (иные данные) действующий по должности (директор МУП «СККО»), исковые требования не признал, полностью поддержал позицию представителя ФИО4 Дополнительно суду пояснил. ФИО1 работал в МУП «СККО» несколько лет в должности машиниста экскаватора. Ему неизвестно о напряженных взаимоотношениях между ФИО1 и инженером ФИО Б.Д.А. на предприятии имеется служебный автобус, который ежедневно собирает и везет работников на кладбище для работы, и также обратно. Никогда на ФИО1 обязанность возить работников на кладбище не возлагалась. О неприязненных отношениях между ФИО1 и ФИО Б.Д.А. с сентября 2018 года ему ничего неизвестно. Более того с сентября по середину ноября 2018 года инженер ФИО Б.Д.А. находился в ежегодном отпуске, никак не мог оказывать никакого давления по поводу увольнения ФИО1. Он (директор) также не предлагал уволиться. Более того в 2018 году ФИО1 обращался за материальной помощью на предприятие, и ему не было отказано, было сообщено, что данный вопрос будет рассмотрен. Поэтому говорить о неприязненных отношениях между руководством и ФИО1 не корректно. Также пояснил, что он запрещал лицам, находящимся в отпуске брать путевые листы и заправляться. Полагает, что ФИО1 причинил ущерб предприятию, так как неверно указывал время работы погрузчика. Провели хронометраж работы, составили акты, сверили с путевыми листами. Был выявлен факт перерасхода на 155 литров. Таким образом, материальный ущерб был установлен и взыскан с работника. 

Свидетели ФИО Б.Д.А.. суду пояснил, что работает главным инженером в МУП «СККО». Истец ФИО1 ему знаком, так как также работал на указанном предприятии машинистом экскаватора. Неприязненных отношений между ним и ФИО1 не было, ни с сентября 2018 года, ни в другое время. Были рабочие моменты, когда он попросил отвезти рабочих на кладбище, ФИО1 отказался, так как данная категория рабочих, конечно же, в грязной робе, грязный инструмент. Когда ФИО1 отказался, он (свидетель) согласился с мнением ФИО1. И был второй случай, когда он попросил отвезти на кладбище агента ритуальных услуг, девочку от силы 50 кг. веса, чистую и аккуратную. Больше ни с какими просьбами, он к ФИО1 не обращался. Когда ФИО1 сказал, что проблемы предприятия оно должно решать само, больше никаких просьб не было. ФИО1 также было предложено убрать его (истца) личный прицеп с территории предприятия, что вызвало недовольство со стороны тихонова. Также по поводу постоянных угроз в адрес ФИО1 с сентября 2018 года пояснил, что в период с сентября по середину ноября 2018 года он находился в очередном отпуске. Никакого давления на ФИО1, чтобы тот увольнялся, не оказывалось. ФИО1 хороший специлист своего дела, но он в последнее время оспаривал указания, считал, что его заставляют делать работу, которая не входит к его обязанности. так его попросили помочь сделать ворота, ФИО1 сказал, что не собирается задерживаться. Без проблем, предприятие решило эту проблему без участия ФИО1. На предприятии никогда не было проблем с транспортом служебным, поэтому такого не было, чтобы ФИО1 постоянно возил на кладбище рабочих. 

Свидетель ФИО К.М.Н. суду пояснил, что ФИО1 действительно, находясь в отпуске привез дизельное топливо на кладбище и залил в бочки. Когда ФИО1 находится в отпуске, то он (ФИО5) работает на погрузчике ФИО1. Он не просил ФИО1 привозить топливо, ФИО1 сам по своей инициативе это сделал. На самом деле, в баке еще было топливо. Также пояснил, что в путевых листах всегда пишется время работы транспорта. Ему неизвестно о конфликтах между ФИО1 и ФИО3.

Свидетель ФИО В.А.И. суду пояснил, что является начальником транспортного цеха МУП «СККО». Суду пояснил, что ему о напряженных и неприязненных отношениях между ФИО1 и ФИО3 не известно. Был единственный случай, когда ФИО3 попросил убрать с территории предприятия личный прицеп ФИО1, чем тот остался недовольным, более ему ничего неизвестно. Коллектив по большей части мужской, иногда случается служебный разговор на повышенных тонах. Это случается со всеми. Ему неизвестно, чтобы ФИО1 регулярно возил рабочих на кладбище, поскольку на предприятии есть служебный автобус, который и отвозит работников туда ежедневно. Также пояснил, что он принимал участие в составе комиссии по выявлению недостачи топлива. Также пояснил, что ФИО1 запрещалось во время отпуска приобретать и возить топливо на кладбище, он лично об этом сказал по телефону ФИО1, но тот самостоятельно забрал путевой лист и другого водителя, заправился и повез топливо на кладбище. Действительно в бочках было дизельное топливо, но ФИО1 запрещалось это делать во время отпуска. Также пояснил, что ФИО1 не жаловался ему, что руководство оказывает на него давление с целью уволить.

Свидетель ФИО С.Л.В. суду пояснила, что является диспетчером в МУП «СККО». ФИО1 работал в указанном предприятии экскаваторщиком. На предприятии каждое утро выходит автобус, который сначала собирает рабочих по городу, а затем вывозит для работы на кладбище. Такого факта, что ФИО1 возит рабочих на кладбище, не было. О конфликтах между ФИО1 и руководством ей ничего не известно. Ей известно, что ФИО1, находясь в отпуске, требовал у нее путевой лист для заправки дизельным топливом. Она отказала, указав, что он в отпуске, а лист уже передан другому водителю. ФИО1 подошел к этому водителю и забрал путевой лист. 

Суд, заслушав истца, представителей ответчика, прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, приходит к следующему.

В ходе судебного разбирательства установлено и не оспаривалось сторонами, что ФИО1 принят в МУП «СККО» на должность машинист экскаватора с 17.10.2016, что подтверждается трудовой книжкой, трудовым договором, приказом о приеме на работу, заявлением о приеме на работу, и не оспаривалось стороной ответчика в связи с чем, дополнительного доказывания в соответствии со ст.68 ГПК РФ не подлежит.

В соответствии с пунктом 3 части первой статьи 77 ТК РФ трудовые отношения между работодателем МУП «СККО» и ФИО1 прекращены на основании приказа №61-у от 07.12.2018 Основанием для расторжения трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) послужило личное заявление работника от 23.11.2018. С приказом об увольнении работник ознакомлен под роспись.

Проверяя, соблюден ли общий порядок оформления прекращения трудового договора (ст.84.1 ТК РФ): факты ознакомления работника с приказом об увольнении под роспись, выдачи работнику трудовой книжки и расчете с работником в день увольнения, правильности записи, сделанной в трудовой книжке, и другие обстоятельства, связанные с конкретными обстоятельствами увольнения, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст.80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Согласно п.22 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 17.03.2004г. «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ» 22. При рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду следующее: а) расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника; б) трудовой договор может быть расторгнут по инициативе работника и до истечения двухнедельного срока предупреждения об увольнении по соглашению между работником и работодателем.

В соответствии со ст.84.1 ТК РФ Прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. По требованию работника работодатель обязан выдать ему надлежащим образом заверенную копию указанного приказа (распоряжения). В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.

Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

В день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой.

Запись в трудовую книжку об основании и о причине прекращения трудового договора должна производиться в точном соответствии с формулировками настоящего Кодекса или иного федерального закона и со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса или иного федерального закона.

В соответствии со ст.140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

С учетом позиции истцов, изложенных в исковом заявлении и пояснениями, данными в ходе судебного разбирательства, юридически значимыми доказательствами по делу являются наличие или отсутствие доказательств, подтверждающих волеизъявление работников на увольнение.

Оценивая довод истца о том, что руководством на него оказывалось психологическое давление, суд полагает данный довод надуманным, ничем иным.

Как субъективное мнение истца, не подтвержденное достоверными и достаточными доказательствами.

Так не нашел в суде подтверждения факт возложения на ФИО1 обязанности по перевозке работников МУП «СККО» на кладбище, ни со стороны инженера ФИО Б.Д.А. ни со стороны директора (иные данные) равно, как и не нашел подтверждение тот факт, что ФИО Б.Д.А. либо директор (иные данные). оказывали давление, предлагая ему уволиться. 

Свидетели по делу дали пояснения, согласно которым им неизвестно о неприязненных или конфликтных отношениях между работником ФИО1 и руководством предприятия. суд принимает в качестве доказательств устные пояснения истцов, поскольку они согласуются как между собой, так и всеми материалами дела.

Пояснения истца о том, что он написали заявление на увольнение по собственному желанию из-за опасения быть уволенными по иному основанию, сами по себе в отрыве от иных доказательств, не могут являться подтверждением оказания давления на истцов со стороны работодателя.

Оценивая довод истца о том, что увольнение незаконно ввиду того, что в указанный период он был нетрудоспособен, а также допускал возможность отозвать заявление об увольнении по собственному желанию, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1, 2 ст.37 Конституции РФ труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Принудительный труд запрещен.

В силу принципов трудового законодательства право на труд является добровольным волеизъявлением гражданина. 

Увольнение по инициативе работника имеет иную процедуру, нежели увольнение по инициативе работодателя. в данном случае запрет на увольнение в период нетрудоспособности распространяется на увольнение по инициативе работодателя, а не работника. При таких обстоятельствах, суд полагает, что истец неверно толкует нормы материального права, что привело его к заблуждению относительно действий работодателя по увольнению по инициативе именно работника.

То обстоятельство, что работник не указал дату, с которой желает быть уволенным, не является препятствием к его увольнении по собственной инициативе. Работодатель прекратил трудовые отношения с работником ФИО1 07.12.2018, то есть по истечении 14 дней. В указанный период работник заявлений об отзыве своего заявления об увольнении и желании продолжить работу не заявил. О том, что является нетрудоспособным работодателя не уведомил в установленном порядке. таким образом имеет место злоупотребление правом со стороны работника. Доказательств обратного, а именно того, что работодателю было известно о болезни, не представил. Более того, как указывает в своих пояснениях истец, он желал подумать за время отпуска и больничного, возможно отзовет свое заявление. Когда же узнал, что уволен, понял, что желал работать на данном предприятии, работу свою любил, исполнял ее добросовестно, на личном энтузиазме в период отпуска получал дизельное топливо.

Оценивая пояснения сторон в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что волеизъявление на увольнение было добровольным. Процедура увольнения произведена в соответствии с трудовым кодексом РФ.

При таких обстоятельствах, в удовлетворении иска о восстановлении на работе, а также производного требования о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, надлежит отказать.

Разрешая требования об отмене приказа об удержании сумм заработной платы, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

В соответствии со ст.238 ТК РФ Работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В соответствии со ст.241 ТК РФ За причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Как установлено судом на основании приказа №89/01 от 23.11.2018 директор предприятия создал комиссию в составе ФИО Б.Д.А. (иные данные)., ФИО В.А.И.., ФИО4, (иные данные) (иные данные) для проведения служебного расследования по поступившей от начальника транспортного цеха ФИО В.А.И.. докладной.

Согласно докладной ФИО В.А.И. (дата) доводит до сведения руководителя информацию о том, что машинист экскаватора ФИО1 (дата), находясь в ежегодном оплачиваемом отпуске самовольно осуществил заправку дизельным топливом согласно путевому листу, который был выдан машинисту бульдозера ФИО К.М.Н. при этом диспетчером не было заявлено о необходимости заправки топливом. Он лично довел до ФИО1 о запрете производить заправку. Также указывает, что и диспетчер ФИО С.Л.В. также передала ФИО1 о запрете заправки топливом ФИО1 Однако ФИО1 проигнорировав все запреты самовольно произвел заправку.

Аналогичная докладная была подана руководителю диспетчером (иные данные)

В материалах дела имеется докладная ФИО1, согласно которой, он осознал ошибку, исключил для себя возможность на своем личном транспорте в период отпуска перевозить топливо для нужд предприятия.

Также имеется докладная записка НТЦ ФИО В.А.И. от 23.11.2018 о вычислениях расхода топлива на экскаваторе, с применением хронометража на рабочем месте машиниста экскаватора. Просит руководителя фиксировать в путевых листах не общее время, затраченное на вывозку песка, а фактическое время, то есть время прогрева.

Согласно п.1 Протокола служебного расследования от 03.12.2018 и объяснительной ФИО К.М.Н. от 22.11.2018, остаток топлива на 19.11.2018 составил 98 литров дизельного топлива, что также подтверждается путевыми листами. 

Следовательно перерасхода топлива или его недостачи на дату окончания работы (20.11.2018) не существовало. 

Как установлено судом на экскаваторе, на котором осуществляя трудовую деятельность ФИО1, а в период его отсутствия машинист бульдозера ФИО К.М.Н. имеется счетчик учетамото-часов. Однако, как пояснил, и сам истец ФИО1, и свидетель ФИО К.М.Н. и начальник транспортного цеха ФИО В.А.И. данный счетчик показывал не корректное фактическое время работы, соответственно и фактически используемое количество топлива, поэтому при заполнении листов, до проведения настоящей служебной проверки в путевых листах указывалось общее время, затраченное при выполнении той или иной поручаемой работе.

Как установлено судом, представленные путевые листы соответствуют установленному образцу, принимались предприятием, как первичный документы. В путевых листах отражено общее время работы машины, что соответствовало действительности. В этой связи суд полагает, что проведенный хронометраж не может свидетельствовать о фактически используемом количестве топлива. Так суд принимает во внимание, что ранее методик по учету расхода топлива с учетом хронометража для ознакомления работнику не предлагалось. Более того, как поясняет истец помимо погрузочно-разгрузочных работ, в ноябре 2018, на территории кладбища проводились и иные работы, на которые также затрачивалось топливо: очистка территории погрузочной площадки от снега, очистка от снега площадки администрации кладбища, очистка дорог от снега, посыпка дорог песком, сбор песка на кварталах. Данные работы не были учтены, и не опровергнуты ответчиком в ходе судебного разбирательства, в связи с чем данные хронометража, произведенные начальником транспортного цеха и выведенный перерасход топлива не могут служить основанием для установления впоследствии размера причиненного ущерба в виде недостачи топлива. Как указывают члены комиссии, а также машинист бульдозера ФИО К.М.Н. количество топлива, которое получил и перелил в емкости, принадлежащие предприятию, машинист экскаватора ФИО1 соответствовали расходу топлива, который имел место в связи с работой ФИО К.М.Н. на экскаваторе. Составленный на основании данной докладной ФИО6 от 23.11.2018 акт также не содержит достоверных сведений о выявленной недостаче как таковой, а также и сведений о том, что недостача произошла именно по вине тихонова А.П.

Учитывая изложенное, работодателем не доказан размер причиненного ущерба предприятию, что является обязанностью работодателя, соответственно привлечь к материальной ответственности работника ФИО1 не представляется возможным.

Таким образом приказ от 06.12.2018 №92/01 об удержании из заработной платы ФИО1 суммы 7 316 рублей является незаконным, в связи с чем удержанная сумма подлежит взысканию с МУП «СККО» в пользу ФИО1

Разрешая вопрос о взыскании процентов в порядке ст.236 ТК РФ, суд приходит к следующему.

В силу ст.22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

Обязанность доказать выплату работнику заработной платы своевременно и в полном объеме возлагается на работодателя. Судом установлено, и не оспаривалось ответчиком о том, что задолженность по заработной плате имелась, однако ответчик не признает размер задолженности, указанный истцом, прилагает свой расчет размера задолженности. 

Указанное нарушение трудовых прав регулируется ст.236 Трудового кодекса РФ, согласно которой, при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Учитывая, что денежные средства в сумме 7 316 рублей были удержаны незаконно, на период задержки их выплаты подлежит применению ст.236 ТК РФ с 08.12.2018 по день вынесения решения суда, и составляет 233, 26 рубля.

Разрешая требования о денежной компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

Право на возмещение морального вреда работник имеет во всех случаях нарушения его трудовых прав, сопровождающихся нравственными или физическими страданиями.

Учитывая, что ответчиком были нарушены трудовые права истца, выразившиеся несвоевременной выплате заработной платы, исходя из конкретных обстоятельств дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных страданий, степени вины работодателя, принципа разумности и справедливости, длительности нарушения его прав, суд приходит к выводу о необходимости взыскания в пользу истца денежной компенсации морального вреда в размере 1000 руб. Таким образом, суд полагает необходимым удовлетворить требования истца частично.

Истец также просил взыскать судебные расходы, однако доказательств несения каких-либо расходов суду в соответствии со ст.ст.59, 60 ГПК РФ не представил.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, ст.333.19 НК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит уплате государственная пошлина в размере 400 рублей за требования имущественного характера и 300 рублей за требование о денежной компенсации морального вреда, а всего 700 рублей

Руководствуясь ст. ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Муниципальному унитарному предприятию «Специализированный комбинат коммунального обслуживания» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, признании приказа об удержании денежных средств незаконным, взыскании компенсации за задержку выплат, денежной компенсации морального вреда, судебных расходов – удовлетворить частично.

Признать приказ Муниципального унитарного предприятия «Специализированный комбинат коммунального обслуживания» от 06.12.2018 № 92/01 об удержании денежных средств незаконным.

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Специализированный комбинат коммунального обслуживания» в пользу ФИО1 незаконно удержанные суммы заработной платы в размере 7 316 рублей, проценты за задержку выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, в размере 233, 26 рублей, денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Муниципального унитарного предприятия «Специализированный комбинат коммунального обслуживания» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 700 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, прокурором принесено представление в судебную коллегию по гражданским делам Хабаровского краевого суда через Центральный районный суд г.Комсомольска-на-Амуре в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья О.О.Устьянцева-Мишнева