Дело № 2-1327/2019

Р Е Ш Е Н И Е

 С У Д А

Именем Российской Федерации

25 ноября 2019 года город Электросталь

Электростальский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Рыжовой Г. А., 

при секретаре Морозовой Л. В.,

с участием представителя истца ООО "ЭлектростальЭнергоМаш" в лице конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО2 (по доверенности), ответчика ФИО3 и его представителя – адвоката Клиншова Е.В. (по ордеру и доверенности), 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО "ЭлектростальЭнергоМаш" в лице конкурсного управляющего ФИО1 к ФИО3 об обязании возвратить переданное на хранение имущество,

у с т а н о в и л :

14.05.2019 г. в суд поступило направленное через отделение почтовой связи 08.05.2019 г. исковое заявление ООО "ЭлектроСтальЭнергомаш" в лице конкурсного управляющего ФИО1 к ФИО3 об обязании возвратить переданное на хранение имущество.

Истец, основывая требования на заключенном между поклажедателем ООО "ЭлектроСтальЭнергомаш" и хранителем ФИО3 договоре ответственного хранения № 1 от 05.04.2018 г., по которому ответчик принял на ответственное хранение материальные ценности; ссылаясь на необеспечение ответчиком доступа представителя истца для инвентаризации материальных ценностей, просил обязать ответчика передать истцу в течение пяти дней после вступления решения суда в законную силу переданное ответчику на хранение имущество, указанное в просительной части иска в двух таблицах: в первой – двадцать одно наименование на сумму 6 408 895,64 руб., во второй - 355 наименований на сумму 4 309 589,70 руб.

В судебном заседании от 21.08.2019 г. по ходатайству стороны ответчика ФИО3, ссылавшегося на то, что ответчик не подписывал договор и акты, по делу была назначена комплексная судебная почерковедческая экспертиза и техническая экспертиза документов, на разрешение которой поставлены вопросы: 1) Кем – ФИО3 или иным лицом выполнены подписи в подлинных документах: а) ДОГОВОРЕ ОТВЕТСТВЕННОГО ХРАНЕНИЯ № 1 от «05» апреля 2018 г. (

<

адрес>) на трех листах (без нумерации), б) Приложении № 1 к договору ответственного хранения №1 от 05.04.2018г. Акте приема-передачи основных средств и товарно-материальных ценностей ООО «ЭлектростальЭнергоМаш» от «05» апреля 2018г. (

<

адрес>) на четырнадцати листах (без нумерации), в) Акте приема-передачи от 05.04.2018 г., составленного мелким шрифтом на шести листах (без нумерации); 2) Если подпись выполнена ФИО3, то соответствует ли дата выполнения подписи ФИО3 дате, указанной в документах, обозначенных в первом вопросе; 3) Имеются ли в документах, указанных в первом вопросе, признаки более позднего внесения правок в текст этих документов, или эти документы выполнялись в один прием. Проведение судебной комплексной судебной почерковедческой экспертизы и технической экспертизы документов было поручено экспертам Автономной некоммерческой организации Экспертно-криминалистический центр «Судебная экспертиза»; производство по делу приостановлено.

Судебная экспертиза проведена; экспертное заключение представлено суду 13.11.2019 г.; производство по делу возобновлено.

В судебном заседании представитель истца – ФИО2, действующий по доверенности от 16.07.2019 г. сроком на 12 месяцев, по результатам судебной экспертизы полагал необходимым уточнить исковые требования; указал, что экспертизой в акте от 05.04.2018 г. подлинность подписи ФИО3 установлена, в связи с чем считают, что с момента подписания данного акта ответчик принял на себя права и обязанности по хранению товарно-материальных ценностей и полагают, что утрата конкурсным управляющим первоначального договора не является отказом для удовлетворения требований; представитель истца просил исковые требования удовлетворить, обязать ответчика возвратить истцу товарно-материальные ценности.

В судебном заседании ответчик ФИО3 и его представитель – адвокат Клиншов Е.В., действующий по ордеру от 26.06.2019 г. и нотариальной доверенности от 16.07.2019 г. сроком на три года, против иска возражали; в связи с тем, что экспертизой установлено, что подписи в документах не ответчика, заявили о подложности доказательств – договора №1 о передаче на ответственное хранения, приложения №1, место подписания которых - в разных городах. Пояснили, что 06.12.2017 г. определением АС МО была введена процедура наблюдения в рамках закона о несостоятельности. Временным управляющим была назначена ФИО4. В соответствии с этим определением ФИО5 должен был передать всю документацию для проведения финансового анализа. На основании решения суда, закона о банкротстве представитель должника в трехдневный срок должен был передать материальные ценности на основании акта или иного документа, который проводится комиссионно, чтобы впоследствии можно было зафиксировать передачу собственности. Данная процедура является обязательной. В данном случае передача товарно-материальных ценностей отсутствует; документы передавались от конкурсного управляющего к ФИО3 на основании договора ответственного хранения и акта приема-передачи, на который ссылается истец. Конкурсный управляющий должен сначала принять материальные ценности от лица, которое осуществляет управление, в данном случае это генеральный директор ФИО5. В данном случае такой передачи не было. Акт приема-передачи, подписанный конкурсным управляющим, состоит из двух сумм. Эти суммы разные, следовательно, эти документы разные, и какое отношение они имеют к формированию конкурсной массы, сторона ответчика не знает. Должностное лицо завода для заключения такого договора должно быть наделено соответствующими полномочиями. В данном случае таких полномочий в договоре не установлено. В таком случае договор ответственного хранения заключается между юридическими лицами. Пирогов не является штатным работником ОАО «ЭЗТМ», о чем свидетельствуют записи в его трудовой книжке. Он являлся сотрудником ООО «Электростальэнергомаш», и был уволен, о чем имеется запись в трудовой книжке. В дальнейшем он осуществлял свою деятельность на основании договора. К акту должен быть составлен договор, в котором должны быть определены условия, поэтому при таких обстоятельствах и документах невозможно считать договор заключенным. Предмет договора не определен, отсутствуют должностные полномочия ответчика. Экспертиза установила, что подпись выполнена не ответчиком, а другим лицом. Оснований для удовлетворения иска нет, предмет иска не определен. Обратили внимание на то, что когда происходили события, договорные отношения между истцом и ОАО «ЭЗТМ» отсутствовали, т.к. договор аренды был прекращен в силу того, что основной договор с «ЭлектростальЦинк» был расторгнут в судебном порядке, таким образом, договор истек с 01.01.2018 г., поэтому имущество которое находилось на территории, было бесхозным. На территории АО «ЭЗТМ» имеется пропускной режим, к которому ответчик отношения не имеет, поэтому ссылка на то, что не могли пройти на территорию, беспочвенна, а попыток получить документы на имущество, которое находилось на территории АО «ЭЗТМ», конкурсным управляющим не предпринималось. Считают, что требования не подлежат удовлетворению, т.к. нет предмета и основания иска. В данном случае не было передачи имущества. Кредитор должен действовать добросовестно. 

Выслушав представителя истца, ответчика и его представителя, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу п.1 ст.886 Гражданского кодекса РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Согласно ст.887 ГК РФ договор хранения должен быть заключен в письменной форме. Простая письменная форма договора хранения считается соблюденной, если принятие вещи на хранение удостоверено хранителем выдачей поклажедателю: сохранной расписки, квитанции, свидетельства или иного документа, подписанного хранителем.

В обоснование заявленных требований ООО «ЭлектростальЭнергоМаш» ссылается на ненадлежащее исполнение ответчиком ФИО3 обязательств по возврату переданных истцом последнему на хранение материальных ценностей в апреле 2018 г. Утверждает, что передал ответчику на хранение материальные ценности на сумму 10 718 485,34 руб. (имущество, указанное в просительной части иска в двух таблицах: в первой – двадцать одно наименование на сумму 6 408 895,64 руб., во второй - 355 наименований на сумму 4 309 589,70 руб.), на основании заключенного договора ответственного хранения. При обращении к ответчику с просьбой о возврате материальных ценностей, принадлежащих истцу, ответчик требование не исполнил.

В обоснование заявленных требований истцом представлен договор ответственного хранения № 1 от 05.04.2018г., совершенный в 

<

адрес>, заключенный между ООО «ЭлектростальЭнергоМаш» («Поклажедатель») в лице конкурсного управляющего ФИО4, действующей на основании решения Арбитражного суда Московской области по делу № А41-35223/17 от 06.04.2018г., и 

<

должность> ОАО «ЭЗТМ» ФИО3 («Ответственный хранитель»). В соответствии с указанным договором Поклажедатель передает, а Ответственный хранитель принимает на хранение материальные ценности в соответствии с Актом приема-передачи (Приложение № 1). Указанное Приложение является необъемлемой частью договора, имущество передается с документами, подтверждающими право собственности на него (п.1.2. договора). Хранение имущества осуществляется Ответственным хранителем в охраняемом помещении, находящемся по 

<

адрес> (копия – л.д.14-16, оригинал – при деле).

Также истцом представлен Акт приема-передачи основных средств и товарно-материальных ценностей ООО «ЭлектростальЭнергоМаш» от 05.04.2018г., оформленный в 

<

адрес> (Приложение № 1 к договору ответственного хранения № 1 от 05.04.2018г.), подписанный от имени Поклажедателя ООО «ЭлектростальЭнергоМаш» конкурсным управляющим ФИО4, от имени Ответственного хранителя – инженером управления собственностью ОАО «ЭЗТМ» - ФИО3 (копия – л.д.17-30, оригинал – при деле).

Согласно указанным договору и акту, на ответственное хранение переданы основные средства в количестве 21 единицы на общую сумму 6 408 895,64 руб., а также товарно-материальные ценности в количестве 355 единиц на общую сумму 4 309 589,70 руб.

В ходе судебного разбирательства по делу, стороной истца 17.07.2019 г. в дело был представлен составленный мелким шрифтом «Акт приема-передачи на ответственное хранение ФИО3 Основных средств, Товарно-материальных ценностей и ТМЦ на забалансовых счетах», в котором приведено наименование имущества без нумерации позиций, стоимость имущества, на общую сумму 10 943 485,34 руб.; на шести листах (без нумерации), содержащий на последнем листе подписи от имени Генерального директора ООО «ЭЛЭМ» ФИО5 и от имени ФИО3 и дату 05 апреля 2018г. (копия – л.д.63-68, оригинал – при деле). Представитель истца в судебном заседании 17.07.2019 г. указал, что данный акт является первоначальным, был переподписан в связи с допущенными в нем ошибками (л.д.69).

Как указано выше, по ходатайству стороны ответчика, ссылавшегося на то, что указанные выше договор и акты ответчик не подписывал, по делу была проведена комплексная судебная почерковедческая экспертиза и техническая экспертиза документов.

В материалы дела поступило экспертное заключение № 405-с/19 от 08 ноября 2019 года, в котором эксперты пришли к выводу, что подписи, расположенные в Договоре ответственного хранения № 1 от 05 апреля 2018г. (

<

адрес>) после слов «/ФИО3/» в графе «ОТВЕТСТВЕННЫЙ ХРАНИТЕЛЬ», и в Приложении № 1 к договору ответственного хранения № 1 от 05.04.2018г. Акте приема-передачи основных средств и товарно-материальных ценностей ООО «ЭлектростальЭнергоМаш» от 05 апреля 2018г. (

<

адрес>) после слов «/ФИО3/» в графе «ОТВЕТСТВЕННЫЙ ХРАНИТЕЛЬ», выполнены не ФИО3, а другим лицом.

Подпись, расположенная в Акте приема-передачи от 05.04.2018г., после слов «ФИО3» выполнена самим ФИО3. Эксперты указали, что фактическое время выполнения подписи, расположенной в Акте приема-передачи от 05.04.2018г., составленном мелким шрифтом (без нумерации) после слов «ФИО3», по физико-химическим показателям материалов письма – соответствует периоду 12-18 месяцев со дня начала исследования.

Эксперты указали, что в договоре ответственного хранения № 1 от 05.04.2018г. (

<

адрес>), Приложении № 1 к договору ответственного хранения № 1 от 05.04.2018г. Акте приема-передачи основных средств и товарно-материальных ценностей ООО «ЭлектростальЭнергомаш» от 05.04.2018г. (

<

адрес>), Акте приема-передачи от 05.04.2018г. установлено отсутствие признаков технического монтажа, компьютерно-технического монтажа, признаков монтажа документов, изготовленных с использованием реквизитов, принадлежащих другому документу, признаков монтажа документов, изготовленных путем соединения в единый документ частей одноименных документов.

Не доверять экспертному заключению и сомневаться в объективности экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности и подписавших заключение, оснований у суда не имеется, поскольку при проведении судебной экспертизы, по которой экспертами дано заключения, были соблюдены нормы процессуального права; выводы экспертов соответствуют поставленным вопросам, экспертами приняты во внимание все представленные на экспертизу материалы, и исследование проведено полно, объективно, на основе нормативных актов и специальных знаний. Объективность, всесторонность и полнота проведенного экспертного исследования соответствует ст.ст.8, 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации": содержит сведения о времени, месте, основании производства судебной экспертизы; об экспертном учреждении, об эксперте (фамилия, имя, отчество, образование, специальность); предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; вопросы, поставленные перед экспертом; объекты исследования и материалы дела, представленные эксперту для производства экспертизы; содержание и результаты исследований; оценку результатов исследований, обоснование и формулировку выводов по поставленным вопросам; соответствует заключение и требованиям ч.2 ст.86 ГПК РФ - содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы, и ответы на поставленные судом вопросы. 

Заключение судебной экспертизы сомнений у суда не вызывает; не опровергнуто таковое никем из участвующих в деле лиц. 

Исходя из положений ст.ст.886, 887 ГК РФ, документ о приеме имущества хранителем безусловно должен содержать подпись (расписку) хранителя о приеме имущества на хранение, а также должен содержать сведения о конкретно переданном на хранение имуществе.

Как установлено судом, договор хранения в установленной законом форме с составлением письменного документа между истцом в лице его полномочного представителя и ответчиком, не заключался – ни договор от 05.04.2018 г., ни приложение № 1 к нему, т.е. акт приема-передачи от 05.04.2018 г., ответчиком ФИО3 (хранителем) не подписывался.

При этом суд учитывает, что, как указано выше, в судебном заседании сторона истца посчитала необходимым уточнить требования, основывая таковые на акте от 05.04.2018 г., который, как это указывалось представителем истца 17.07.2019 г., переподписывался в связи с допущенными в нем ошибками.

Между тем, «Акт приема-передачи на ответственное хранение ФИО3 Основных средств, Товарно-материальных ценностей и ТМЦ на забалансовых счетах от 05.04.2018г.», подписанный Генеральным директором ООО «ЭлЭМ» ФИО5 и инженером управления собственностью ОАО «ЭЗТМ» ФИО3 (л.д.63-68), не является ни доказательством передачи материальных ценностей на хранение ответчику, ни доказательством оказания ответчиком истцу услуг по хранению в силу следующего.

Положениями ст.887 ГК РФ установлено, что договор хранения должен быть заключен в письменной форме в случаях, указанных в ст.161 ГК РФ. Согласно подп.1 п.1 ст.161 ГК РФ сделки юридических лиц между собой и с гражданами должны совершаться в простой письменной форме.

В соответствии со ст.432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Таким образом, требованиями закона установлено, что договор хранения между юридическим лицом и физическим лицом должен быть совершен в простой письменной форме.

В нарушение требований ст.56 ГПК РФ истцом не представлено доказательств возникновения между истцом и ответчиком правоотношений по хранению ответчиком материальных ценностей, в частности, не представлено, договора хранения между ООО «ЭлектростальЭнергоМаш» и ФИО3, передаточных актов материальных ценностей, двусторонних актов оказанных услуг хранения, документов, подтверждающих принадлежность материальных ценностей истцу.

Суд учитывает, что решением Арбитражного суда Московской области по делу №А41-35223/17, резолютивная часть решения объявлена 05 апреля 2018 г., полный текст решения изготовлен 09 апреля 2018 г., ООО «ЭлектростальЭнергоМаш» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, до 05 октября 2018г.; конкурсным управляющим ООО «ЭлектростальЭнергоМаш» была утверждена ФИО4 На руководителя должника возложена обязанность в трехдневный срок передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности (л.д.35).

Таким образом, материальные и иные ценности генеральным директором признанного 05.04.2018 г. банкротом ООО «ЭлектростальЭнергоМаш» - ФИО5 подлежали передаче именно конкурсному управляющему; доказательств такой передачи в материалы дела не представлено.

Кроме того, суд учитывает, что в упомянутом «Акте приема-передачи на ответственное хранение ФИО3 Основных средств, Товарно-материальных ценностей и ТМЦ на забалансовых счетах от 05.04.2018г.» (л.д.63-68) ФИО3 поименован как «

<

должность> ОАО «ЭЗТМ», между тем, из записей трудовой книжки ФИО3 видно, что он осуществлял трудовою деятельность в ОАО «ЭЗТМ» в период с 17.12.1980 г. по 05.10.2012 г., и никогда не занимал должность 

<

должность> данного предприятия; в период с 08.10.2012 г. по 28.07.2014 г.; с 01.04.2016 г. по 28.02.2018 г. осуществлял трудовую деятельность в ООО «ЭлектростальЭнергоМаш», однако не занимал 

<

должность> (л.д.193-196). Согласно договору подряда (с физическими лицами) от 01.01.2018 г., таковой заключен между ОАО «ЭЗТМ» (заказчик) и ФИО3 (подрядчик) на предмет выполнения последним в период с 01.01.2018 г. по 30.06.2018 г. работ по руководству группой сотрудников для проведения комплекса работ по обеспечению безопасного функционирования цеха и АБК, а не работы 

<

должность> ОАО «ЭЗТМ» (л.д.197).

Более того, названный «Акт приема-передачи на ответственное хранение ФИО3 Основных средств, Товарно-материальных ценностей и ТМЦ на забалансовых счетах от 05.04.2018г.», подписанный генеральным директором ООО «ЭлектростальЭнергоМаш» ФИО5 и ФИО3, вообще не содержит указания, что ФИО3 на ответственное хранение указанные в акте материальные ценности принял.

С учетом установленных обстоятельств и приведенного правового регулирования, суд приходит к выводу, что договор хранения является незаключенным; принятие ответчиком имущества на хранение в порядке, предусмотренном п.2 ст.887 ГК РФ, не доказано, как не доказана принадлежность истцу и факт передачи истцом ответчику конкретного имущества на сумму 10 718 485,34 руб. на хранение, в связи с чем приходит к выводу об отказе истцу в иске о возложении на ответчика обязанности возвратить имущество.

С учетом отказа в иске, отсутствуют предусмотренные процессуальным законом основания для взыскания с ответчика в пользу истца расходов по оплате госпошлины.

Руководствуясь ст.ст.12, 56, 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

ООО "ЭлектростальЭнергоМаш" в удовлетворении исковых требований к ФИО3 об обязании возвратить переданное на хранение имущество – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Московский областной суд через Электростальский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Рыжова Г. А.

В окончательной форме решение принято 21 января 2020 года.

Судья: Рыжова Г. А.