Дело № 2-766/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 ноября 2017 года город Радужный 

Радужнинский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в составе судьи Коваленко Т.К., при секретаре судебного заседания Сагайдак Е.С., с участием истца ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Сбербанк России», обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Росгосстрах-Жизнь» о защите прав потребителей, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам ПАО «Сбербанк России», ООО «Страховая компания «Росгосстрах-Жизнь» о защите прав потребителей.

В обоснование требований истец указал, что 29.08.2012 между ним и ОАО «Сбербанк России» заключен кредитный договор 

<

***>, в соответствии с которым ему был предоставлен потребительский кредит в сумме 900 000 руб. под 19,65% годовых. В соответствии с кредитным договором он был подключен к программе страхования, по условиям которого банк застраховал его жизнь и здоровье, выступив страхователем и выгодоприобретателем. Страховщиком в рамках Программы коллективного страхования является ООО «Страховая компания «Росгосстрах-Жизнь». Фактически между ним и ОАО «Сбербанк России» был заключен договор возмездного оказания услуг, по которому банком должна была быть оказана услуга по подключению его к Программе страхования, с оплатой в размере 65 250 руб., удержанной единовременно при выдаче кредита; на руки ему был выдан кредит в сумме 834 700 руб.

29.08.2012, при заключении договора, менеджер по продажам дополнительного офиса № 5939/068 Нижневартовского отделения № 5939 ПАО «Сбербанк России» ФИО7 объяснила, что заключение договора страхования путем присоединения к договору коллективного добровольного страхования жизни и здоровья заемщиков является обязательной процедурой и его отказ от заключения данного договора повлечет отказ банка в предоставлении ему кредита; также менеджер пояснила, что сумма страховой премии будет ему возвращена после погашения задолженности перед банком в полном объеме.

22.08.2017 задолженность по кредиту была погашена; в тот же день он обратился в дополнительный офис № 5939/068 Нижневартовского отделения № 5939 ПАО «Сбербанк России» по адресу: 

<

...> с целью вернуть сумму удержанную банком в момент выдачи кредита за подключение к программе коллективного страхования жизни; менеджер банка объяснил, что прошли сроки для обращения.

24.08.2017 он передал претензию в дополнительный офис № 5939/068 Нижневартовского отделения № 5939 ПАО «Сбербанк России» и в страховую компанию о признании недействительным и исключении из договора условий, обязывающих заемщика заключить договор страхования. До настоящего времени ответы им не получены.

Указывает, что подключение его, как заемщика, к Программе страхования является в данном случае услугой, навязанной банком, ухудшающей его финансовое положение, поскольку банк за счет его денежных средств страхует свой предпринимательский риск, который он несет как коммерческая организация, осуществляющая систематическую, направленную на получение прибыли, деятельность по выдаче кредитов; из анализа кредитного договора и кредитных правоотношений следует, что предусмотренная условиями кредитного договора услуга по страхованию жизни и здоровья не может в полной мере являться самостоятельной услугой, выбор которой возможен по волеизъявлению страхователя; данное условие договора не охвачено самостоятельной волей и интересом потребителя; кроме того, между сторонами не согласован размер компенсации расходов банка и стоимость услуг банка по подключению к программе; таким образом, если рассматривать взаимоотношения банка и заемщика по оказанию услуг по подключению к программе страхования (т.е. договор возмездного оказания услуг), то такой договор в данном случае является незаключенным, так как стороны не достигли соглашения о цене именно этой услуги, а также о сроках ее оказания.

Условия договора, предусматривающие выдачу кредита, были подготовлены заранее, без участия заемщика, при этом типовой бланк заявления не содержит отдельной графы для подписания в части индивидуального страхования (согласия либо несогласия заемщика), подпись ставится заемщиком под документом в целом; выразив согласие на заключение договора личного страхования, он был лишен возможности самостоятельного выбора страховщика; указанные действия кредитора противоречат правилам, закрепленным в постановлении Правительства Российской Федерации от 30 апреля 2009 г. № 386 «О случаях допустимости соглашений между кредитными и страховыми организациями»

При заключении кредитного договора ему не были выданы правила и договор страхования, не было представлено информации о получаемой услуге, ее потребительских свойствах, не была соблюдена простая письменная форма договора, что влечет недействительность договора страхования. Банк обусловил получение заемщиком кредита необходимостью обязательного приобретения другой услуги - комиссии за обслуживание кредита, страхования жизни и здоровья, что запрещается положениями пункта 2 статьи 16 Закона о защите прав потребителей. Таким образом, банком неправомерно была удержана сумма страховой премии единовременно при выдаче кредита и поставлена в погашение в размере 65 250 руб.; ссылаясь на положения п. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей и ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагает, что взысканию подлежат излишне уплаченные проценты в размере 37 011 руб.; вследствие неправомерного удержания подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации) в размере 28 986,62 руб.

Неправомерными действиями ответчика по присвоению излишне уплаченных процентов за пользование кредитными денежными средствами умышленно были нарушены права истца, как потребителя банковских услуг. Нарушение ответчиком своих обязательств повлекло для истца нравственные страдания, которые он оценивает в 100 000 руб.

Просит признать недействительными условия, согласно которым предоставление кредита обусловлено услугами страхования жизни и здоровья заемщика; применить последствия недействительности и условий договора, обязав ПАО «Сбербанк России» и ООО «СК «Росгосстрах-Жизнь» солидарно возвратить удержанную плату за подключение его к Программе страхования жизни как неосновательного обогащения в размере 65 250 руб.; взыскать в его пользу солидарно с ответчиков - проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 29 986,62 руб., излишне уплаченные банку проценты в размере 37 011 руб., компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, штраф в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона «О защите прав потребителей» (л.д. 4-11).

В письменных возражениях на иск представитель ответчика ПАО «Сбербанк России» просил в удовлетворении иска отказать; указал, что включение в Программу добровольного страхования не является обязательным условием кредитования; условия участия в Программе и заявление на страхование не являются часть кредитного договора, заключенного между истцом и Банком, и истец имел возможность не получать услугу по подключению его к Программе страхования. В заявлении на страховании истец выразил согласие оплатить Банку подключение к Программе страхования в размере 65 250 руб.; в день заключения кредитного договора, на счет истца по вкладу выдана обусловленная договором полная сумма кредита в размере 900 000 руб. и с момента выдачи кредита истец мог расходовать денежные средства по своему усмотрению; при подписании заявления на страхование истец принял решение часть кредитных средств израсходовать на получение дополнительной услуги Банка по подключению к Программе страхования; заявление об отказе об участия в программе страхования от истца в сроки, предусмотренные Условиями участия в Программе страхования, не поступало; заключение договора страхования между Банком, выступающим в качестве страхователя и выгодоприобретателя, и страховщиком (ООО «СК «Россгострах-жизнь») в отношении застрахованного лица (ФИО1) произведено в полном соответствии с законодательством Российской Федерации и до клиента на основании ст. 10 Закона РФ «О защите прав потребителей» доведена в полном объеме вся информация о получаемой услуге (л.д. 61-69).

Кроме того, ссылаясь на положения ч. 2 ст. 181, ч. 1 ст. 196, ч. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответчик ПАО «Сбербанк России» в письменном ходатайстве заявил о пропуске истцом срока исковой давности, который необходимо исчислять с даты, когда истец подписал заявление на страхование, то есть с 29.08.2012, тогда как с исковым заявлением истец обратился в суд 05.10.2017; просил применить последствия пропуска срока обращения в суд (л.д. 60).

В письменных возражениях на иск ответчик – ООО «СК «Росгосстрах-жизнь» просил отказать в удовлетворении требований истца и применить сроки исковой давности (л.д. 42-44, 45-47).

Возражая относительно доводов ответчиков о пропуске срока исковой давности истец ФИО1 представил в суд письменный отзыв на иск, в котором, в том числе ссылаясь на положения ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, указал, что о нарушении своих прав ему стало известно в августе 2017 года, когда было отказано в возврате уплаченной суммы за подключение к Программе страхования (л.д. 49-53).

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал и просил удовлетворить их в полном объеме; дал пояснения, полностью совпадающие с обстоятельствами, изложенными в исковом заявлении; полагал, что срок обращения в суд им не пропущен.

Ответчики своих представителей в суд не направили; о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом (л.д. 56,57, 105-106, 107). С учетом требований статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассмотрено в отсутствие представителей ответчиков.

Выслушав истца и исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 16 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 (ред. от 01.05.2017) «О защите прав потребителей», условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме (пункт 1).

Запрещается обусловливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг). Убытки, причиненные потребителю вследствие нарушения его права на свободный выбор товаров (работ, услуг), возмещаются продавцом (исполнителем) в полном объеме (пункт 2).

На основании пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 1 статьи 181 гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности по требованию о применении недействительности ничтожной сделки, который составляет три года, начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Согласно статье 207 Гражданского кодекса Российской Федерации с истечением срока исковой давности по главному требованию истекает срок исковой давности и по дополнительным требованиям (в частности, по неустойке, процентам за пользование чужими денежными средствами, и пр.).

Из содержания указанных норм в их взаимосвязи следует, что требования о признании недействительным условия договора в силу его ничтожности, а также о применении последствий недействительности условий ничтожной сделки, заявленные по истечении 3-х лет с момента начала исполнения кредитного договора, удовлетворению не подлежат.

Указанная позиция закреплена и в пункте 3.1 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 мая 2013 г., согласно которому срок исковой давности по иску заемщика о применении последствий недействительности условий ничтожной сделки исчисляется со дня, когда заемщиком началось исполнение недействительной (ничтожной) части сделки, а именно со дня уплаты спорного платежа. 

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что 31 августа 2009 года между ООО «Страховая компания «Росгосстрах-Жизнь» и ОАО «Сбербанк России» заключено соглашение об условиях и порядке страхования № 255, в соответствии с которым Банк (страхователь) заключает со страховщиком (страховая компания» договоры добровольного страхования жизни, здоровья и трудоспособности заемщиков банка (застрахованные лица) (л.д. 85-86, 87-97).

29 августа 2012 года между ОАО «Сбербанк России» и ФИО1 заключен кредитный договор 

<

***> на сумму 900 000,00 рублей, на срок 60 месяцев, под 19,65 процентов годовых (л.д. 70-72, 73, 74-76); для выдачи кредита на имя истца ФИО1 открыт счет № 42307810067166540071 (л.д. 77, 78-79).

29 августа 2012 года ФИО1 подписано заявление на страхование, на основании которого Банк осуществил подключение клиента к Программе страхования; в заявлении истец выразил согласие быть застрахованным лицом по договору страхования от несчастных случаев и болезней заемщика ОАО «Сбербанк России» в соответствии с «Условиями участия в Программе коллективного добровольного страхования жизни и здоровья заемщиков ОАО «Сбербанк России», в связи с чем просил включить его в список застрахованных лиц, а также выразил согласие оплатить сумму платы за подключение к Программе страхования в размере 65 250 рублей за весь срок кредитования (л.д. 80).

Указанное заявление на страхование является офертой, которую заемщик акцептовал путем совершения действий по выполнению указанных в оферте условий договора; за оказание услуги 29 августа 2012 года Банк получил плату за подключение к Программе страхования, указанную в заявлении на страхование – 65 250 руб. (копия банковского ордера № 01061 от 29.08.2012).

Принимая во внимание, что ответчиками заявлено о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд, каких-либо обстоятельств перерыва или приостановления течения срока исковой давности по делу не установлено, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных истцом ФИО1 исковых требований по указанным выше мотивам, поскольку о нарушении прав истцу должно было стать известно с момента исполнения оспариваемого условия договора, то есть с момента внесения платы по страхованию в размере 65 250 руб. – с 29 августа 2012 года. 

С исковым заявлением в суд истец ФИО1 обратился лишь 05 октября 2017 года (л.д. 4), то есть по истечении установленного законом трехлетнего срока исковой давности.

Довод истца о том, что о нарушении прав ему стало известно в августе 2017 года, то есть когда ему было отказано в возврате уплаченной суммы за подключение к Программе страхования, судом отклоняется по следующим основаниям. 

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на день совершения сделки).

Согласно ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения

Применительно к требованиям, связанным с недействительностью ничтожных сделок, предусмотрена специальная норма (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации), в соответствии с которой течение срока давности по названным требованиям определяется не субъективным фактором (осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки.

Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации), а значит не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

Следовательно, поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, то именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления срока давности.

Применительно к настоящему спору, исполнение спорной сделки началось 29 августа 2012 года.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Доказательств, подтверждающих наличие уважительных причин пропуска срока исковой давности, суду не представлено.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к публичному акционерному обществу «Сбербанк России», обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Росгосстрах-Жизнь» о защите прав потребителя – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, путём подачи апелляционной жалобы через Радужнинский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры.

Решение в окончательной форме принято 20 ноября 2017 года.

Судья (подпись) Т.К. Коваленко