ПОСТАНОВЛЕНИЕ

о прекращении производства по делу об административном правонарушении 

14 ноября 2017 года г. Ставрополь

Судья Ставропольского гарнизонного военного суда ФИО1 (

<

...>),

с участием лица, привлекаемого к административной ответственности, ФИО2,

при секретаре Ломиноге А.А.,

рассмотрев дело об административном правонарушении, возбужденное в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО2, 

<

иные данные>, 

по признакам правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об АП, -

у с т а н о в и л:

Согласно протоколу об административном правонарушении от 23 сентября 2017 года №, Крестников 22 сентября 2017 года в 23 часа 55 минут, в районе 

<

...> г. Ставрополя, управлял автомобилем марки 

<

иные данные>, государственный регистрационный знак 

<

иные данные> и в нарушение п. 2.3.2 Правил дорожного движения, не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об АП.

В судебном заседании Крестников виновным себя не признал. При этом Крестников пояснил, что 22 сентября 2017 года, употребив спиртные напитки, он управлял автомобилем марки 

<

иные данные>, государственный регистрационный знак 

<

иные данные> и, будучи остановленным сотрудниками ДПС в районе 

<

...> г. Ставрополя, отстранен от его управления. Затем, согласившись с предложением сотрудников полиции о прохождении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, он прошел такое освидетельствование, но с его результатами был не согласен, поскольку не доверял показаниям прибора. Однако после этого на прохождение медицинского освидетельствования его никто не направлял и от его прохождения он не отказывался. 

Допрошенный в судебном заседании инспектор ДПС ОБ ДПС ГИБДД г. Ставрополь ГУ МВД России по СК Д. показал, что 22 сентября 2017 года около 23 часов, находясь на маршруте патрулирования совместно с инспектором ДПС Х., он в районе 

<

...> г. Ставрополя, остановил автомобиль марки 

<

иные данные>, государственный регистрационный знак 

<

иные данные> под управлением водителя ФИО2. Поскольку водитель находился с признаками алкогольного опьянения, он, Д., отстранил ФИО2 от управления транспортным средством. В дальнейшем он, Д., с согласия ФИО2, провел освидетельствование последнего на состояние алкогольного опьянения, по результатам которого у ФИО2 было установлено состояние алкогольного опьянения. Поскольку Крестников был не согласен с результатами проведённого освидетельствования, ему было предложено пройти медицинское освидетельствование, однако последний от прохождения данного освидетельствования отказался. В связи с отказом ФИО2 от прохождения медицинского освидетельствования, он, Д., составил в отношении него протокол об административном правонарушении.

Из рапорта инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД г. Ставрополь ГУ МВД России по СК Д. от 23 сентября 2017 года следует, что в названном рапорте последним изложены обстоятельства, которые по своему содержанию соответствуют его вышеизложенным показаниям, данным в судебном заседании. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля инспектор ДПС ОБ ДПС ГИБДД г. Ставрополь ГУ МВД России по СК Х. показал, что 22 сентября 2017 года около 23 часов, находясь на маршруте патрулирования совместно с инспектором ДПС Д., он был очевидцем того, как в указанное время в районе 

<

...> г. Ставрополя, ФИО3 остановил автомобиль марки 

<

иные данные>, государственный регистрационный знак 

<

иные данные> под управлением водителя ФИО2. Поскольку у ФИО2 имелись признаки алкогольного опьянения, Д. отстранил последнего от управления транспортным средством. В дальнейшем после того, как Крестников согласился с прохождением освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, Д. провел освидетельствование ФИО2 на состояние алкогольного опьянения, по результатам которого у последнего было установлено состояние алкогольного опьянения. Поскольку Крестников заявил о своем несогласии с результатами проведённого освидетельствования, Д. предложил последнему пройти медицинское освидетельствование, однако Крестников от его прохождения отказался. В связи с отказом ФИО2 от прохождения медицинского освидетельствования, Д. составил в отношении последнего протокол об административном правонарушении.

Кроме этого Х. показал, что поскольку Крестников воспрепятствовал исполнению сотрудникам полиции служебных обязанностей при применении обеспечительных мер производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об АП, связанных с составлением протокола о направлении на медицинское освидетельствование, и в указанных действиях последнего имелись признаки административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 Кодекса РФ об АП, он в отношении ФИО2 составил соответствующий протокол об административном правонарушении, предусмотренном Кодекса РФ об АП от 23 сентября 2017 года №.

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей инспекторы ДПС ОБ ДПС ГИБДД г. Ставрополь ГУ МВД России по СК В. и Г. в судебном заседании, каждый в отдельности, показали, что 22 сентября 2017 года около 23 часов 30 минут, находясь на маршруте патрулирования, они в районе 

<

...> г. Ставрополя были очевидцами того, как сотрудники ДПС Д. и Х. несколько раз предлагали водителю автомобиля марки 

<

иные данные>, государственный регистрационный знак 

<

иные данные> ФИО2, в связи с наличием у него признаков алкогольного опьянения, пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. После того как Крестников согласился с его прохождением, инспектор ДПС Д. провел освидетельствование ФИО2 на состояние алкогольного опьянения. По результатам данного освидетельствования у ФИО2 было установлено состояние алкогольного опьянения, однако последний заявил о своем несогласии с этими результатами. В связи с этим инспектор ДПС Д. предложил ФИО2 пройти медицинское освидетельствование, однако последний от его прохождения отказался. 

Из протокола об отстранении от управления транспортным средством от 22 сентября 2017 года № следует, что Крестников 22 сентября 2017 года в 23 часа 15 минут управлял транспортным средством и был отстранен от его управления в связи с наличием признаков опьянения.

Согласно акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 22 сентября 2017 года №, с приложенными к нему результатами его проведения от 22 сентября 2017 года, ФИО2 в связи с наличием у него признаков алкогольного опьянения, проведено 22 сентября 2017 года в 23 часа 45 минут исследование с применением технического средства измерения «Юпитер», по результатам которого у последнего установлено состояние алкогольного опьянения. 

Из протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 22 сентября 2017 года №, усматривается, что Крестников 22 сентября 2017 года в 23 часа 55 минут, в связи с наличием признаков опьянения и несогласием с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, направлен на медицинское освидетельствование.

Оценивая указанные доказательства, прихожу к следующему.

Согласно ст. 26.2 Кодекса РФ об АП, доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными Кодексом РФ об АП, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

При этом, как следует из ч. 3 ст. 26.2 Кодекса РФ об АП, не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, если указанные доказательства получены с нарушением закона.

В соответствии с положениями ч. 2, 6 ст. 25.7, ч. 2 ст. 27.12 Кодекса РФ об АП, отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, с обязательным участием двух понятых либо с применением видеозаписи. При этом понятой удостоверяет в протоколе своей подписью факт совершения в его присутствии процессуальных действий, их содержание и результаты. В случае применения видеозаписи для фиксации совершения процессуальных действий, за исключением личного досмотра, эти процессуальные действия совершаются в отсутствие понятых, о чем делается запись в соответствующем протоколе либо акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. При этом материалы, полученные при совершении процессуальных действий с применением видеозаписи, прилагаются к соответствующему протоколу либо акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Приведенные правовые нормы указывают на то, что обязательными критериями допустимости акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протоколов об отстранении от управления транспортным средством соответствующего вида и направлении на медицинское освидетельствование является их составление в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи, содержащей фиксацию совершения указанных процессуальных действий.

Между тем, из акта освидетельствования ФИО2 на состояние алкогольного опьянения от 22 сентября 2017 года №, а также протокола о направлении последнего на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 22 сентября 2017 года № следует, что при совершении указанные процессуальных действий участие понятых обеспечено не было, в названных документах отсутствуют указания о проведении этих действий с применением видеозаписи. При этом на представленных в суд видеозаписях отсутствуют видеозаписи, которые подтверждают проведение ФИО2 освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, с результатами которого последний был не согласен, а также направление его на медицинское освидетельствование, от прохождения которого он отказался. 

Таким образом, учитывая, что акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 22 сентября 2017 года № и протокол о направлении на медицинское освидетельствование от 22 сентября 2017 года № были получены с нарушением требований Кодекса РФ об АП, следует прийти к выводу, что названные документы не могут быть использованы в качестве доказательств по данному административному делу. 

Оценивая вышеприведенные показания инспектора ДПС Д., свидетелей – инспекторов ДПС Х., В. и Г. о том, что Крестников был освидетельствован на состояние алкогольного опьянения и в связи с несогласием с результатами этого освидетельствования был направлен на медицинское освидетельствование, от прохождения которого он отказался, а кроме этого показаниям инспектора ДПС Х. о том, что Крестников воспрепятствовал исполнению сотрудникам полиции служебных обязанностей при применении обеспечительных мер производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об АП, связанных с составлением протокола о направлении на медицинское освидетельствование, в связи с чем в отношении последнего был составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 19.3 Кодекса РФ об АП от 23 сентября 2017 года №, исхожу из того, что привлечение лица к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об АП, возможно лишь при наличии соответствующих акта о прохождении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протокола о направлении на медицинское освидетельствование, составленных в соответствии с требованиями Кодекса РФ об АП. 

Учитывая, что указанных доказательств в суд не представлено, а в силу положений частей 1 и 4 ст. 1.5 Кодекса РФ об АП, лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина, при этом неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица, прихожу к убеждению о том, что сделать вывод о наличии в действиях ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ, не представляется возможным.

При таких обстоятельствах прихожу к выводу о том, что производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об АП, в отношении ФИО2, подлежит прекращению в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 29.9 и 29.10 Кодекса РФ об АП,

п о с т а н о в и л:

Производство по делу об административном правонарушения, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 Кодекса РФ об АП в отношении ФИО2 прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Постановление может быть обжаловано и опротестовано в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда, через Ставропольский гарнизонный военный суд в течение десяти суток со дня его вручения или получения его копии.

Судья 

ФИО1