УИД № 57RS0020-02-2024-000059-37

Дело № 1-2-7/2024

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Знаменское 8 июля 2024 г.

Хотынецкий районный суд Орловской области в составе:

председательствующего Гузева В.А.

с участием государственных обвинителей Горохова А.А., Прокопенкова А.А., Рудого Н.С., 

подсудимых ФИО1, ФИО2,

защитников Кузьменко В.В., Рожкова В.Ф., 

потерпевшего М.В.П.,

при секретаре Линьковой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Хотынецкого районного суда Орловской области уголовное дело в отношении:

ФИО1, 

<

--->,

ФИО2, 

<

--->,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «в» ч.2 ст.158 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ),

у с т а н о в и л:

ФИО1 и ФИО2 совершили кражу группой лиц по предварительному сговору. Преступление совершено ими при следующих обстоятельствах. 

В период времени с "дата" по "дата" с 09.00 до 18.00 ч., более точное время не установлено, ФИО1 и ФИО2, находясь на участке местности, расположенном в 100 метрах к северу от 

<

адрес> и имеющем географические координаты № с.ш., № в.д., имея корыстный умысел на хищение чужого имущества в целях личного обогащения, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба, вступили в предварительный сговор, объединившись на основе общей преступной цели улучшения своего материального положения за счёт имущества, добытого в результате совершения преступления, при этом распределив преступные роли. 

Реализуя свой преступный умысел, ФИО1 и ФИО2, находясь в указанное время в указанном месте, убедившись, что за их действиями никто не наблюдает и они носят тайный характер, осознавая общественную опасность совершаемых ими действий, наступление в результате указанных действий общественно опасных последствий и желая их наступления, тайно, умышленно, из корыстных побуждений, посредством использования автомобиля 

<

--->, государственный регистрационный знак «№», принадлежащего ФИО2 и находившегося под его управлением, совместно вытащили металлическую раму с колёсами от тракторного прицепа марки №, использовавшуюся в качестве мостовой переправы через реку Ракитня между 

<

адрес> и 

<

адрес> общим весом 1,5 тонны по цене 23 500 руб./тонна, общей стоимостью 35 250 руб., принадлежащую М.В.П. Затем ФИО1, используя заранее приготовленный автоген, разрезал эту металлическую раму с колесами на 4 части, после чего, цепляя эти части к автомобилю 

<

--->, государственный регистрационный знак «№», они совместно на данном автомобиле под управлением ФИО2 за 4 раза перевезли указанные части металлической рамы с колесами к дому ФИО1 по 

<

адрес> тем самым похитив указанное имущество.

Продолжая реализовывать свой единый преступный умысел, ФИО1 и ФИО2 с места преступления скрылись, распорядившись похищенным имуществом по своему усмотрению, причинив М.В.П. материальный ущерб на сумму 35 250 руб.

Подсудимый ФИО1 виновным себя в краже не признал и суду показал, что в "дата" он с ФИО2 шёл вдоль реки и собирал металлолом. Они нашли наклонную от транспортёра и колёса, а позже – раму от тракторного прицепа с тремя колёсами и без платформ. Местность вокруг была заросшей, следов прохода людей не было – там явно никто не ходил и металл явно никому не принадлежал. Они с помощью принадлежащей ФИО2 автомашины 

<

---> вытащили раму из реки, разрезали на части и волоком оттащили к его дому. Позже ФИО2 взял у своего родственника автомобиль 

<

--->, и они отвезли металл в пункт приёма металлолома. Точный вес не помнит. За металлолом (т.е. за раму с колёсами от прицепа и другой найденный ими металл) они получили около 42 000 руб. Через некоторое время они встретили М.В.П., который спросил, зачем они взяли его прицеп, т.к. он с М.А.Н. украл его в колхозе и спрятал в реку, за что председатель колхоза Б.А.Ф. выписал им (т.е. М.В.П. и М.А.Н.) штраф. Однако ему (ФИО1) известно, что когда-то эта рама была установлена местными жителями в качестве мостовой переправы без участия М.В.П., а М.А.Н. устанавливал другую переправу – сделанную из навозоразбрасывателя. Кроме того, он полагает, что М.В.П. и М.А.Н. платили колхозу не за прицеп, а за навозоразбрасыватель. 

Подсудимый ФИО2 виновным себя в краже не признал, от дачи показаний отказался.

Несмотря на непризнание вины, виновность подсудимых ФИО1 и ФИО2 в инкриминируемом им деянии подтверждается следующими доказательствами:

Показаниями ФИО1, данными им в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого и оглашёнными в судебном заседании, в которых он указал, что в конце "дата" в обеденное время он со своим знакомым ФИО2 ходил вдоль реки Ракитня между 

<

адрес> и д.

<

адрес> в поисках металлолома. Они нашли в реке наклонную от транспортёра, два колеса от телеги и два колеса от автомобиля 

<

---> Также они нашли в реке раму от прицепа с двумя колёсами без настила (т.е. без платформ). Он знал, что около 25 лет назад местные жители установили её в качестве мостовой переправы через реку, но в настоящее время она уже не служила переправой, т.к. подходы к ней заросли кустами и травой, на ней уже не было настила, а осталась только рама, которая практически полностью была под водой; для перехода через реку она уже была непригодна, а невдалеке был построен новый железобетонный мост. Он считал, что это был брошенный металлолом, который никому не принадлежал. Они вытащили раму при помощи троса и принадлежащего ФИО2 автомобиля 

<

--->, государственный регистрационный знак «№»: он (ФИО1) цеплял трос, а ФИО2 был за рулём. Затем они разрезали её на 4 части автогеном, который был у них в машине, и перевезли металл за 4 раза на буксире к его дому по 

<

адрес>. Там они погрузили весь металл на автомобиль 

<

--->, принадлежащий родственнику ФИО2 – Ч.В.Н. (автомобиль у которого просил ФИО2), и отвезли металл в 

<

адрес> на базу, где принимают металлолом. Весь металл они сдали за один раз, грузили и выгружали вместе. За весь металл (наклонную от транспортёра, раму от прицепа и 4 колеса) они получили 40 000 – 42 000 руб. наличными. Эту сумму они поделили пополам. Примерно через две недели к ним обратился М.В.П. с претензией, пояснив, что взял этот прицеп в колхозе, и предложил в целях примирения отдать ему половину полученных денег. На это он (ФИО1) посоветовал М.В.П. дать делу ход (т.№ л.д. №).

Показаниями ФИО2, данными им в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым в конце "дата" в обеденное время он со своим знакомым ФИО1 ходил вдоль реки Ракитня между 

<

адрес> в поисках металлолома. Они нашли в реке наклонную от транспортёра, два колеса от автомобиля 

<

---> и раму от прицепа к трактору № с двумя колёсами. Он знал, что около 25 лет назад местные жители установили её в качестве мостовой переправы, но в настоящее время она уже не служила переправой, т.к. подходы к ней заросли, а невдалеке был построен новый железобетонный мост. Он считал, что это был брошенный металлолом, который никому не принадлежал. Они вытащили раму при помощи троса и принадлежащего ему автомобиля 

<

--->, государственный регистрационный знак «№»: он (ФИО2) был за рулём, а ФИО1 цеплял трос. Затем они разрезали раму на 4 части автогеном, который был у них в машине, и перевезли металл за 4 раза на буксире к дому ФИО1 в 

<

адрес>. Там ФИО1 автогеном разрезал металл на куски. Затем они погрузили весь металл на автомобиль 

<

--->, который он (ФИО2) попросил у своего родственника – Ч.В.Н., и отвезли металл в 

<

адрес> на базу, где принимают металлолом. Весь металл они сдали за один раз. За весь металл (наклонную от транспортёра, раму от прицепа и 4 колеса) они получили 42 000 руб. наличными. Эту сумму они поделили пополам. Примерно через 15 дней к ним обратился М.В.П. с претензией, пояснив, что это был его прицеп, и предложил отдать ему половину полученных денег (т.№ л.д. №; т.№ л.д. №). 

Показаниями потерпевшего М.В.П., данными им в судебном заседании, согласно которым в "дата" местные жители нуждались в мостовой переправе через реку Ракитня для перегона скота и пешего перехода. Поэтому он и М.А.Н. решили обустроить переправу для всеобщего пользования. Около дома М.А.Н. стоял заброшенный колхозный прицеп к трактору 

<

--->. Они обратились к председателю колхоза «Красный Октябрь» Б.А.Ф., и тот выписал им этот прицеп весом 4 тонны по цене металлолома, т.е. они (М.В.П. и М.А.Н.) оплатили по 2 тонны каждый; оплата производилась путём удержания денежных средств из их заработной платы. Из этого прицепа они сделали мостовую переправу: сняли с прицепа бортовые платформы (кузова), с помощью имевшейся у него (М.В.П.) автомашины «

<

--->» с лебёдкой, а также колхозного экскаватора установили раму от прицепа через реку, положили на неё в качестве металлического настила две металлические платформы от другого прицепа (от прицепа № к трактору «

<

--->», которые они взяли у ныне покойного М.Н.И. в обмен на борта от своего прицепа), а по бокам уложили столбы от линии электропередач. С М.А.Н. они договорились, что кто из них переживёт другого, тому мостовая переправа и будет принадлежать. Последний раз он видел эту переправу летом "дата". Позже, дату не помнит, он шёл по своим делам и увидел, что мостовой переправы нет. По следам волочения он пришёл к дому Д.А.А. (где проживает ФИО1) и увидел там остатки шин от своего прицепа. На его вопрос Д.А.А. ответил, что не знает, кто похитил прицеп. Впоследствии он (М.В.П.) узнал от своей жены, ссылавшейся на кого-то из местных жителей, что прицеп похитили ФИО1 и ФИО2 Когда он их встретил, то они проигнорировали его вопросы и со словами: «Ну, и что?» ушли. После этого он написал заявление в полицию. 

Показаниями потерпевшего М.В.П., данными им в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым в начале "дата" имелась переправа через реку, изготовленная из навозоразбрасывателя, но она была непригодна для перегона скота. Рядом с домом М.А.Н. стоял прицеп к трактору 

<

--->, принадлежавший колхозу «Красный Октябрь», т.к. М.А.Н. работал в колхозе трактористом, и за ним был закреплён данный прицеп. Поэтому в "дата" он и М.А.Н. обратились к председателю колхоза «Красный Октябрь» Б.А.Ф. с просьбой продать им данный прицеп для строительства мостовой переправы для перегона скота. Тот выписал им данный прицеп № по цене металлолома, сумму не помнит. Масса прицепа составила 4 тонны, поэтому 2 тонны по накладной выписали ему и 2 тонны – М.А.Н. Эти накладные к настоящему времени не сохранились. Каждый месяц из их заработной платы производились удержания. Когда М.А.Н. ещё был жив, то они договорились, что если кто-то из них умрёт, то прицеп останется тому, кто жив. Получив прицеп, они (т.е. М.В.П. и М.А.Н.) установили его в качестве мостовой переправы через реку Ракитня. В частности, они сняли с прицепа обе бортовые платформы (кузова) и вместо них положили на раму в качестве настила две металлические платформы от прицепа к трактору «

<

--->» весом около 0,5 тонны каждая. После этого он на своей автомашине «

<

--->» притащил прицеп к реке и, попросив у председателя колхоза экскаватор, они установили его в качестве мостовой переправы при помощи местных жителей М.Л.А., Р.Н.И., Р.И.М., Ф.Н.П. На протяжении длительного времени этой переправой пользовались местные жители. Он её периодически осматривал и поддерживал в исправном состоянии. Последний раз он видел эту переправу в конце "дата", к ней имелся подход, ей по-прежнему можно было пользоваться. Во второй половине "дата" он обнаружил, что мостовая переправа отсутствует. По следам волочения он дошёл до дома, расположенного по 

<

адрес>, где обнаружил три шины от прицепа. К нему подошёл проживающий неподалёку Д.А.А. и на его вопрос (т.е. на вопрос М.В.П.), кто распилил мост, ответил, что не знает. Через некоторое время его жене от почтальона Н.Г.А. стало известно, что это сделали ФИО1 и ФИО2 Позже это же ему подтвердили местные жители ФИО3 П.о. После этого, встретив ФИО1 и ФИО2, он спросил, они ли разрезали его мост, на что те ответили: «Ну, и что?» Тогда он сказал, что он и М.А.Н. оплатили мост из своей заработной платы и установили его; вместо ответа те развернулись и ушли. После этого он обратился в полицию (т.№ л.д. №; т.№ л.д. №). 

Показаниями свидетеля Б.А.Ф., данными им в судебном заседании, согласно которым в начале "дата" он являлся председателем колхоза «Красный Октябрь». Примерно в "дата" к нему обратились М.В.П. и М.А.Н. с просьбой продать им тракторный прицеп, чтобы сделать мостовую переправу через реку Ракитня для перегона скота и пешего перехода. В колхозе имелся прицеп № к трактору 

<

--->, состоявший из рамы, колёс и двух бортовых платформ (кузовов), который к тому времени был уже непригоден к эксплуатации, списан и подлежал сдаче на металлолом. Его точные технические характеристики не помнит. Он как председатель пошёл им навстречу и согласился. Цена прицепа была определена по цене металлолома согласно государственным ценам, а вес определён по техническим характеристикам. Оплата за прицеп удерживалась ежемесячно с заработной платы М.В.П. и М.А.Н. Позже М.В.П. и М.А.Н. с помощью автомобиля «

<

--->», который был у М.В.П., установили этот прицеп в реку, а в колхозе попросили лишь экскаватор. Впоследствии данный прицеп использовался местными жителями, в том числе и им (Б.А.Ф.), в качестве мостовой переправы. 

Показаниями свидетеля Л.А.И., данными ей в судебном заседании, согласно которым в "дата" она работала в колхозе (позже – СПК) «Красный Октябрь» экономистом. Ей известно, что на М.В.П. и М.А.Н. было выписано по накладной (по одной на каждого) на покупку ими металлолома, согласно которым каждый из них должен был оплатить по 4000 руб. На накладных стояла виза председателя Б.А.Ф. об оплате путём производства удержаний из заработной платы. Впоследствии (год не помнит, но до "дата") она несколько раз пользовалась мостовой переправой между 

<

адрес> и д

<

адрес>, которая внешне выглядела как две платформы.

Показаниями свидетеля П.Г.Н., данными ей в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым она является сестрой ныне покойного М.А.Н. После его смерти она не вступала в наследство. Поскольку она общалась с братом при его жизни, то ей известно, что в начале "дата" её брат совместно с М.В.П. установил мостовую переправу через реку Ракитня между 

<

адрес> и 

<

адрес>. Эта переправа представляла собой прицеп к трактору 

<

--->, у которого вместо бортовых платформ был металлический настил. Со слов брата, этот прицеп он купил в колхозе совместно с М.В.П., после чего они сняли с него бортовые платформы (кузова) и с помощью местных жителей установили его в качестве мостовой переправы. Эта переправа использовалась местными жителями для перегона скота и пешего перехода. Также от брата ей известно о договорённости с М.В.П., что в случае смерти одного из них переправа будет принадлежать тому, кто останется жив. Поскольку её брат при жизни сам договорился с М.В.П. о переходе права собственности, то она каких-либо имущественных претензий не имеет (т.№ л.д. №).

Показаниями свидетеля Т.О.В., данными ей в судебном заседании, согласно которым в "дата" она работала и.о. главы администрации Узкинского сельского совета, а в "дата" – главой администрации Узкинского сельского поселения 

<

адрес>, в состав которого входит 

<

адрес>. От местных жителей ей было известно о мостовой переправе для перегона скота и пешего перехода, но кто её установил и из чего она состояла, не знает. Данная переправа на балансе сельского поселения не стояла, в период её работы вопросов по ней не возникало.

Показаниями свидетеля Н.Г.А., данными ей в судебном заседании, согласно которым она проживает в 

<

адрес>. Примерно в "дата" М.В.П. и М.А.Н. установили мостовую переправу через реку Ракитня между 

<

адрес> и 

<

адрес> для перегона скота. Для местных жителей эта переправа была необходима, т.к. долгое время была единственным местом перехода через реку, а построенный недавно мост расположен вдалеке от некоторых домов, жители которых до последнего времени продолжали пользоваться мостовой переправой М.В.П. и М.А.Н. В частности, она лично регулярно пользовалась этой мостовой переправой до "дата" включительно, т.к. работает почтальоном и носила через неё почту некоторым местным жителям; в то время мостовая переправа была пригодна для использования, а также было видно, что за ней осуществляется присмотр и уход. В конце "дата" местная жительница Б.Т.В. рассказала ей, что стала свидетелем, как ФИО1 и ФИО2 распиливали эту мостовую переправу (т.№ л.д. №, т.№ л.д. №).

Показаниями свидетеля Р.Н.И., данными им в судебном заседании, согласно которым ранее между 

<

адрес> и 

<

адрес> была мостовая переправа через реку Ракитня для перегона скота, сделанная из рамы от прицепа к трактору 

<

--->. Ему известно, что её устанавливал М.В.П. Последний раз он (Р.Н.И.) проходил по ней зимой "дата". Пользовались ли ей другие местные жители, не знает. В каком именно она была состоянии, не знает, т.к. в последний раз она была покрыта снегом.

Показаниями свидетеля Р.Н.И., данными им в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым в "дата" жители 

<

адрес> нуждались в переправе для перегона скота через реку. Для этого в то время, точный год не помнит, М.В.П. и М.А.Н. взяли где-то прицеп к трактору 

<

---> и установили его в качестве мостовой переправы. Когда он (Р.Н.И.) пользовался ей в последний раз зимой "дата", то она была в хорошем состоянии, пригодной для перехода и не выглядела брошенной (т.№ л.д. №, т.№ л.д. №). 

Показаниями свидетеля Р.И.М., данными им в судебном заседании, согласно которым он всю жизнь проживает в 

<

адрес>. Мостовая переправа через реку Ракитня была построена для перегона скота и для общего пользования по инициативе М.В.П. и М.А.Н. в то время, когда председателем колхоза был Б.А.Ф. (точный год не помнит). Переправа представляла собой прицеп к трактору 

<

---> с колёсами и без бортовых платформ. Ранее этот прицеп принадлежал колхозу, и М.А.Н. говорил ему, что из его заработной платы удерживали стоимость этого прицепа. При помощи какой техники устанавливали переправу и кто участвовал в её установке, не помнит. Через эту переправу местные жители, в том числе и он, ходили на работу. 

Показаниями свидетеля Р.И.М., данными им в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым примерно в "дата" М.В.П. и М.А.Н. установили мостовую переправу через реку Ракитня между 

<

адрес> и 

<

адрес>. Он в числе других жителей помогал её устанавливать. Хоть она и предназначалась для общего пользования, но ему было известно, что она принадлежит М.В.П. и М.А.Н. Переправа представляла собой прицеп к трактору 

<

---> с колёсами и без бортовых платформ. После установки жители пользовались этой переправой для перехода через реку и перегона скота (т.№ л.д. №).

Показаниями свидетеля М.Л.А., данными им в судебном заседании, согласно которым между 

<

адрес> и 

<

адрес> ранее была мостовая переправа, сделанная из прицепа к трактору 

<

--->. В частности, она представляла собой раму от прицепа без бортовых платформ (кузовов), покрытую бревенчатым настилом, но поскольку весной тот настил смывало водой, то впоследствии в качестве настила были уложены металлические платформы от прицепа к трактору «

<

--->». Эту переправу устанавливали местные жители, в том числе и он, для перегона скота около 30 лет назад (год не помнит, но после "дата", т.к. в том году переехал в 

<

адрес>). Какая техника участвовала в установке, также не помнит. Последний раз он ей пользовался в "дата", пока не продал корову. 

Показаниями свидетеля М.Л.А., данными им в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым организаторами установки мостовой переправы являлись М.В.П. и М.А.Н. Ему, как и другим местным жителям, было известно, что данная мостовая переправа принадлежала этим гражданам (т.№ л.д. №). 

Показаниями свидетеля А.В.А., данными им в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым он проживает в 

<

адрес> с "дата". В то время местные жители были заинтересованы в мостовой переправе для перехода и перегона скота через реку. Примерно в "дата" М.А.Н. выступил инициатором строительства переправы. Для этого М.В.П. где-то взял прицеп к трактору 

<

---> (где именно, уже не помнит) и на автомобиле «

<

--->» с лебёдкой притащил его к реке. Затем М.В.П., М.А.Н., М.В.И., он (А.В.А.) и другие жители установили этот прицеп в качестве переправы через реку. Лично он (А.В.А.) на бульдозере разравнивал и подсыпал землю, чтобы выровнять раму от прицепа. Данная переправа принадлежала М.А.Н. и, возможно, кому-то ещё. В настоящее время она пропала; кто её забрал, ему неизвестно (т.№ л.д. №, т.№ л.д. №).

Показаниями свидетеля Ф.Н.П., данными им в судебном заседании, согласно которым он участвовал в установке мостовой переправы, которая представляла из себя раму от прицепа к трактору 

<

---> с колёсами, накрытой сверху платформами. Инициатором её установки был М.В.П., также участвовал М.А.Н. Кто ещё участвовал в установке, не помнит. Помнит, что М.В.П. автомобилем «

<

--->» с лебёдкой перетягивал её с одного берега на другой. Насколько ему известно, впоследствии эту мостовую переправу сдали в металлолом. Другую мостовую переправу (в том числе с М.В.И.) он не строил. 

Показаниями свидетеля Ф.Н.П., данными им в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым он почти всю жизнь прожил в 

<

адрес>. В начале "дата", точный год не помнит, М.В.П. и М.А.Н. по просьбе местных жителей построили мостовую переправу через реку Ракитня между 

<

адрес> и 

<

адрес>. Для этого М.В.П. и М.А.Н. автомобилем «

<

--->» с лебёдкой притащили и установили через реку раму от прицепа к трактору 

<

---> с колёсами и без бортовых платформ. Устанавливать её помогали местные жители. Впоследствии местные жители пользовались данной переправой для пешего перехода и прогона скота. О пропаже переправы он узнал от М.В.П. (т.№ л.д. №, т.№ л.д. №).

Показаниями свидетеля Ч.В.Н., данными им в судебном заседании, согласно которым у него есть автомобиль 

<

---> В "дата" ФИО2 (брат его жены) брал данный автомобиль и вскоре вернул. Зачем тот брал автомобиль, он (Ч.В.Н.) не спрашивал, т.к. доверяет родственнику.

Показаниями свидетеля П.С.С., данными ей в судебном заседании, согласно которым мостовая переправа, сделанная из прицепа, существовала давно. Сначала прицеп был покрыт деревянным настилом, а потом на него положили платформы от другого тракторного прицепа. В "дата" местные жители пользовались этой переправой. Она (П.С.С.) также пользовалась этой переправой для перехода, последний раз – летом "дата". На тот момент прицеп был накрыт платформами, которые уже были ржавыми, с дырками. О краже мостовой переправы ей стало известно от Б.Т.В., прямо сказавшей ей о ФИО1 и ФИО2 как о похитителях.

Показаниями свидетеля П.С.С., данными ей в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым от местных жителей ей известно, что мостовая переправа была установлена примерно в "дата" М.В.П. и М.А.Н. После хищения она видела след волочения от места, где она ранее была установлена. Поскольку она проживает в д.Дерлово, то данная переправа ей была необходима для перехода через реку Ракитня, а построенный недавно железобетонный мост расположен далеко от её дома (т№ л.д. №). 

Показаниями свидетеля Б.Т.В.., данными ей в судебном заседании, согласно которым на момент установки мостовой переправы она не проживала в 

<

адрес>. О хищении переправы узнала в магазине от местных жителей. 

Показаниями свидетеля Б.Т.В., данными ей в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым в "дата" она видела на дороге след волочения чего-то тяжёлого. На следующий день в местном магазине она узнала о хищении мостовой переправы, установленной через реку Ракитня между 

<

адрес> и 

<

адрес> (т.№ л.д. №).

Показаниями свидетеля Б.А.А., данными им в судебном заседании, согласно которым он работает в 

<

---> начальником участка, принимает лом чёрных металлов. Два парня привезли к ним на базу на грузовом автомобиле 

<

---> разрезанные остатки рамы от прицепа к трактору 

<

--->, включая ось с колёсными дисками (но без шин). Точный вес металлолома не помнит. Он (Б.А.А.) сам принял у них этот металл и взвесил его на весах. Ещё они привезли мелкие детали, их вес – около 300 кг – был определён визуально. Поскольку он хотел использовать этот металлолом в своих целях, то в журнал его не внёс и заплатил им наличными. Данный металл соответствовал качеству металлолома, но для каких-либо целей он оказался негодным.

Показаниями свидетеля Б.А.А., данными им в ходе предварительного расследования и оглашёнными в судебном заседании, согласно которым примерно в конце "дата", точную дату не помнит, на базу ООО «Вторчермет НЛМК Черноземье» приехали два молодых человека, которых звали Е. и С.. Они привезли металлолом – части рамы от прицепа к трактору 

<

---> с колёсными дисками, но без шин, а также мелкий металл. На его вопрос, кому принадлежит этот металлолом и где они его взяли, они ответили: «Это наш». Данный металлолом он купил у них для своих нужд без составления каких-либо документов и заплатил наличными. Вес рамы от прицепа с колёсными дисками составил 1,5 тонны, вес мелкого металла – 300 кг, а общий вес металлолома – 1,8 тонны. При цене 23 500 руб./тонна стоимость металлолома составила 42 300 руб. (т.№ л.д. №). 

Показаниями свидетеля Д.А.А., данными им в судебном заседании, согласно которым он проживает в д.

<

адрес>. Между 

<

адрес> и 

<

адрес> была мостовая переправа, по которой ходили местные жители; кто её установил, не знает. Недавно ему стало известно от М.В.П., что она пропала. Также возле его дома откуда-то появились старые шины, но как они там оказались, не знает. 

Показаниями специалиста Ч.М.А., данными им в судебном заседании, согласно которым он работает в ООО «Мираторг Орел» начальником цеха механизации и имеет соответствующее образование. Ему из опыта его работы в переоборудовании техники и технических характеристик тракторного прицепа марки № известно, что снаряжённая масса прицепа с бортовыми платформами (т.е. с кузовами, но без надставных бортов) составляет 4600 кг, а масса без бортовых платформ (кузовов), надставных бортов и резины – около 1500 кг. 

Заявлением М.В.П. (КУСП № от "дата"), в котором он просит привлечь к ответственности ФИО1 и ФИО2, которые в "дата" совершили хищение принадлежащего ему прицепа к трактору 

<

---> марки №, установленного им и М.А.Н. в качестве мостовой переправы через реку Ракитня между 

<

адрес> и д.

<

адрес>, причинив ему материальный ущерб (т.№). 

Копией записи акта гражданского состояния, согласно которой М.А.Н. умер "дата" (т.№). 

Распечаткой сведений из Реестра наследственных дел с интернет-сайта Федеральной нотариальной палаты, согласно которым наследственное дело после смерти М.А.Н. не открывалось (т.№). 

Протоколом осмотра места происшествия от "дата" и фототаблицей к нему, согласно которым местом происшествия является участок местности с географическими координатами: №° с.ш., №° в.д., расположенный на берегу реки Ракитня в 100 метрах к северу от 

<

адрес> д.

<

адрес>, откуда было совершено хищение мостовой переправы. На местности обнаружены примятая растительность и следы волочения (т.№). 

В ходе выездного судебного заседания "дата" судом был осмотрен этот же участок местности: в настоящее время травяной покров восстановлен, следы волочения не видны, но видно, что на берегу кустарниковая растительность когда-то была расчищена для подхода к переправе. Также видна колея от подъезжавшего к переправе автомобиля и лежащий на некотором расстоянии бетонный столб, которым, со слов потерпевшего, была укреплена мостовая переправа. Со слов подсудимых, именно отсюда они увезли мостовую переправу из рамы от тракторного прицепа. Также было осмотрено место, где ранее находилась мостовая переправа из навозоразбрасывателя; со слов подсудимых, эту мостовую переправу из навозоразбрасывателя они не трогали. Затем М.В.П. показал место у железобетонного моста, где след волочения выходил на асфальтовое покрытие.

Протоколом осмотра места происшествия от "дата" и фототаблицей к нему, согласно которым следователем осмотрен участок местности с географическими координатами: №° с.ш., №° в.д., расположенный в 50 метрах к югу от 

<

адрес> в д.

<

адрес> и покрытый травянистой растительностью. В ходе осмотра обнаружено три шины от тракторного прицепа. Участвующий в осмотре места происшествия М.В.П. пояснил, что эти шины ранее были установлены на тракторный прицеп, который он устанавливал в качестве мостовой переправы (т.№). 

В ходе выездного судебного заседания "дата" был осмотрен этот же участок местности: в настоящее время он по-прежнему покрыт травяным покровом, на нём по-прежнему лежат три шины. Согласно маркировке, это – шины №, модель №, также имеется надпись 

<

--->. Подсудимые пояснили, что это – шины с тракторного прицепа, который ранее был мостовой переправой и который они разрезали на металлолом. 

Протоколом проверки показаний потерпевшего М.В.П. на месте от "дата" и фототаблицей к нему, согласно которым М.В.П. указал место, где он и М.А.Н. установили мостовую переправу через реку Ракитня из рамы от прицепа №) с колёсами и уложенными на неё платформами от прицепа к трактору «

<

--->». Данный участок местности расположен в 100 метрах к северу от 

<

адрес> и имеет географические координаты №° с.ш., №° в.д. К месту расположения переправы с обеих сторон имеются подходы, позволявшие подойти к ней (т.№).

В ходе выездного судебного заседания "дата" судом были осмотрены подходы к месту, где ранее была установлена мостовая переправа. В настоящее время подходы с обеих сторон заросли травяной растительностью. Что касается кустарниковой растительности, то видно, что на берегу реки со стороны 

<

адрес> она когда-то была расчищена для подхода к переправе, а со стороны 

<

адрес> подход к месту переправы затруднён ввиду разросшейся кустарниковой растительности и ветхого мостика через один из рукавов реки. Поэтому суд полагает, что последние годы население массово не пользовалось этой мостовой переправой, но тем не менее при необходимости там можно было пройти.

Протоколом осмотра предметов от "дата" и фототаблицей к нему, согласно которым следователем был осмотрен автомобиль 

<

--->, государственный регистрационный знак «№». При осмотре установлено, что лакокрасочное покрытие автомобиля имеет множественные повреждения в виде сколов, потёртостей и царапин. Кузов автомобиля сухой, чистый с незначительными следами засохшей грязи в виде капель (брызг) на внешних кромках поверхностей крыльев передних колес. Сзади автомобиля имеется фаркоп (т№). 

Протоколом осмотра предметов от "дата" и фототаблицей к нему, согласно которым следователем был осмотрен автомобиль 

<

--->, государственный регистрационный знак «№». При осмотре установлено, что лакокрасочное покрытие автомобиля имеет множественные повреждения в виде царапин, сколов и потёртостей (т.№).

Справкой ОСФР по Орловской области о пенсиях и иных выплатах, производящихся потерпевшему М.В.П.: страховая пенсия по старости с фиксированной выплатой – 

<

---> руб.; ежемесячная денежная выплата гражданам, подвергшимся воздействию радиации вследствие аварии на Чернобыльской АЭС – 

<

---> руб.; ежемесячная выплата в повышенном размере пенсий гражданам, постоянно проживающим на загрязнённых территориях – 

<

---> руб., а всего 

<

---> руб. (т.№). 

Справкой ООО «Вторчермет НЛМК Черноземье», согласно которой закупочные цены на лом и отходы чёрных металлов в период с "дата" по "дата" для физических лиц составляли 

<

---> руб./тонна, а также лицензией на право заготовки, хранения, переработки и реализации лома чёрных металлов (т.№).

Протоколом проверки показаний подозреваемого ФИО1 на месте от "дата" и фототаблицей к нему, согласно которым ФИО1 указал на участок местности в 100 метрах к северу от 

<

адрес> д.

<

адрес>, пояснив, что он вступил в предварительный сговор с ФИО2 на хищение тракторного прицепа. Затем ФИО1 указал на точку с географическими координатами: № с.ш. № в.д., где ранее находился принадлежавший М.В.П. прицеп к трактору 

<

--->, пояснив, что они вытащили его из реки тросом с помощью автомобиля 

<

--->. Также ФИО1 указал на участок местности в 50 метрах к югу от 

<

адрес> в д.

<

адрес>, пояснив, что весь металлолом он и ФИО2 перетащили на буксире к дому № и порезали его автогеном на куски. Затем ФИО1 предложил проследовать в 

<

адрес>. Прибыв туда, ФИО1 указал на базу приёма металлолома ООО «Вторчермет НЛМК Черноземье» и пояснил, что он и ФИО2 загрузили весь металлолом в кузов автомобиля 

<

---> и отвезли его на эту базу (т.№). 

Протоколом проверки показаний подозреваемого ФИО2 на месте от "дата" и фототаблицей к нему, согласно которым ФИО2 указал на участок местности в 100 метрах к северу от 

<

адрес> д.

<

адрес>, пояснив, что он вступил в предварительный сговор с ФИО1 на хищение тракторного прицепа. Затем ФИО2 указал на точку с географическими координатами: № с.ш. № в.д., где ранее находился принадлежавший М.В.П. прицеп к трактору 

<

--->, пояснив, что они вытащили его из реки тросом с помощью автомобиля 

<

--->. Также ФИО2 указал на участок местности в 50 метрах к югу от 

<

адрес> в д.

<

адрес>, пояснив, что весь металлолом он и ФИО1 перетащили на буксире к дому №, где ФИО1 порезал его автогеном на куски. Затем ФИО2 предложил проследовать в 

<

адрес>. Прибыв туда, ФИО2 указал на базу приёма металлолома ООО «Вторчермет НЛМК Черноземье» и пояснил, что он и ФИО1 загрузили весь металлолом в кузов автомобиля 

<

---> и отвезли его на эту базу (т.№) 

Постановлениями о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств, согласно которым указанные выше автомобили 

<

---> приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.№).

Постановлениями о возвращении вещественных доказательств и расписками, согласно которым данные автомобили переданы на ответственное хранение владельцам: 

<

---> – ФИО2, а 

<

---> – Ч.В.Н. (т.№).

Данные доказательства логичны, последовательны и согласуются друг с другом, в связи с чем суд кладёт их в основу приговора. 

Суд принимает письменные показания ФИО1 и ФИО2, данные ими в ходе предварительного расследования, в части описания фактических обстоятельств деяния, т.к. они подтверждаются другими доказательствами.

Ссылки подсудимых о том, что рама от прицепа имела только два колеса, суд находит неточными, но в целом не влияющими на достоверность их показаний, т.к. эта неполнота восполнена показаниями потерпевшего и свидетелей, а также тем фактом, что на месте происшествия было обнаружено три шины от похищенного тракторного прицепа. 

Показания потерпевшего и свидетелей Р.Н.И., Р.И.М., Ф.Н.П. и Б.А.А., данные ими в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, не противоречат друг другу, а взаимно дополняют друг друга, в связи с чем суд принимает все их в качестве доказательств и кладёт в основу приговора. 

При оценке показаний свидетеля Б.А.Ф. о том, что тракторный прицеп до его продажи находился на территории колхоза (хотя в действительности, как установлено судом, тот находился у дома М.А.Н.), суд учитывает, что затем по ходу допроса Б.А.Ф. уточнил, что не помнит, где именно стоял прицеп. Поэтому суд не видит противоречий между его показаниями и другими доказательствами.

Сторона защиты оспаривала показания свидетеля Л.А.И., ссылаясь, что в указанное ей время заработная плата не платилась, что вызывает сомнения, оплатили ли М.В.П. и М.А.Н. стоимость прицепа. Эти доводы суд отклоняет как голословные.

Оценивая показания свидетеля П.С.С., суд учитывает следующее. В судебном заседании она утверждала, что не знает, кто установил мостовую переправу, а также что не видела след волочения. Однако в ходе предварительного расследования она дала противоположные показания: прямо указала, что переправа была установлена М.В.П. и М.А.Н., а после её хищения она видела след волочения (т.№). Изменение показаний в суде она объяснила давлением и угрозами со стороны матери подсудимого ФИО1 – К.Л.Я. В связи с этим суд в данной части считает достоверными её первоначальные письменные показания. В остальной части её устные и письменные показания не опровергают, а взаимно дополняют друг друга.

При оценке устных показаний свидетеля М.Л.А. (согласно которым он не знает, откуда взялся прицеп и кто был организатором его установки в качестве мостовой переправы) и его письменных показаний (в которых он прямо указывал, что её установили М.В.П. и М.А.Н. и потому он знал, что именно они являлись её собственниками) суд учитывает следующее. В протоколе допроса М.Л.А. указал, что лично прочитал свои письменные показания, лично указал на отсутствие к ним замечаний и после этого лично подписал их (это же он подтвердил в суде). Поэтому суд полагает, что изменение им показаний в суде может быть обусловлено желанием помочь своим односельчанам избежать уголовной ответственности. В связи с этим в данной части суд берёт за основу его письменные показания. В остальных его показаниях противоречий нет.

Оценивая показания свидетеля Б.Т.В.., суд учитывает следующее. В ходе предварительного и судебного следствия она отрицала, что была свидетелем хищения, утверждая, что узнала о хищении мостовой переправы в магазине от местных жителей. Однако поскольку несколько лиц (М.В.П., Н.Г.А., П.С.С.) независимо друг от друга указали на неё как на свидетеля, лично видевшей и рассказавшей им, что хищение произвели ФИО1 и ФИО2, то суд с сомнением относится к её показаниям о том, что она не видела это. В связи с этим суд отклоняет эти её показания (в части, что она не была свидетелем хищения) и считает их вызванными желанием помочь своим односельчанам избежать уголовной ответственности. 

Кроме того, в ходе предварительного расследования свидетель Б.Т.В. показала, что видела след волочения, а в судебном заседании отрицала это. Поскольку в протоколе допроса она указала, что лично прочитала свои письменные показания, лично указала на отсутствие к ним замечаний и после этого лично подписала их, то суд полагает, что изменение этих показаний в суде также может быть обусловлено желанием помочь своим односельчанам избежать уголовной ответственности. Поэтому суд также отклоняет её устные показания о том, что она не видела след волочения.

Показания свидетеля Д.А.А. о том, что возле его дома появились старые шины от навозоразбрасывателя, опровергаются показаниями потерпевшего М.В.П. (согласно которым это были шины от его прицепа) и пояснениями подсудимых, данных ими в выездном судебном заседании "дата" (согласно которым это – шины от разрезанного ими тракторного прицепа). В совокупности с показаниями М.В.П. о том, что след волочения шёл от места расположения бывшей мостовой переправы к дому Д.А.А., а также тем фактом, что Д.А.А. проживает с подсудимым ФИО1 по одному адресу (т.к., с его слов, ФИО1 – его сын, только отцовство не установлено), суд отклоняет показания Д.А.А. в данной части как вызванные желанием поспособствовать члену своей семьи избежать уголовной ответственности. Поэтому суд отклоняет его показания в данной части и считает доказанным, что у дома Д.А.А. в действительности лежали шины не от навозоразбрасывателя, а от прицепа, принадлежавшего потерпевшему. 

Сторона защиты ссылалась, что Б.А.А. принял у подсудимых металлолом неофициально. Однако суд отклоняет эти доводы, т.к. это не свидетельствует, что подсудимые не распорядились похищенным и не получили прибыль.

Сторона защиты оспаривала показания специалиста Ч.М.А., полагая, что тот не знаком с техникой, выпускавшейся 30-40 лет назад, поэтому вес похищенного считал не установленным. Суд отклоняет эти возражения, т.к. специалист имеет соответствующие образование и компетенцию, работает по специальности и имеет достаточный опыт работы с техникой. Тот факт, что он знаком с техническими характеристиками прицепа № из общедоступных источников, не умаляет его опыта и практических знаний. 

Доводы защиты о том, что специалист не назвал габаритные размеры прицепа, размер колёс, способ их крепления к раме и вес каждой детали в отдельности, суд отклоняет как несущественные, поскольку он назвал вес похищенного (т.е. рамы с колёсами) в целом, и только эти сведения имеют доказательственное значение по делу.

Суд отклоняет доводы стороны защиты о том, что фактически проведение судебной экспертизы было заменено допросом специалиста, т.к. для проведения судебной экспертизы отсутствует соответствующий объект исследования – остатки прицепа. Однако вес похищенного установлен на основании других доказательств – показаниями специалиста Ч.М.А. (который имеет достаточные опыт и компетенцию) и свидетеля Б.А.А. (который взвешивал остатки прицепа на весах и потому знает вес похищенного).

Сторона защиты ссылалась, что фототаблицы к протоколам осмотра места происшествия (т.№) неинформативны из-за того, что фотосъёмка производилась в тёмное время суток. Однако суд отклоняет эти доводы, так как на первой фототаблице видны река, кустарниковая растительность, подход к месту бывшей мостовой переправы и примятый травяной покров; на второй фототаблице видны участок местности с травянистой растительностью и три шины. Следовательно, эти фототаблицы информативны и несут доказательственное значение.

Защитник Рожков В.Ф. в ходе выездного судебного заседания "дата" оспаривал географические координаты места преступления, установленные следователем и отражённые в протоколе осмотра места происшествия (т.№), по мотивам того, что его смартфон определил другие координаты: №. Однако суд отклоняет эти доводы, т.к. в действительности указанные защитником координаты относятся к Ильинскому сельскому поселению Хотынецкого района Орловской области.

Сторона защиты ссылалась, что в протоколах проверки показаний на месте (т.№) географические координаты места преступления исправлены рукописным способом и не удостоверены подписью следователя. Как показала суду следователь К.А.В. (допрошенная судом в качестве свидетеля), при составлении данных документов она заметила описки и в присутствии участников процесса исправила их, написав: «Испр. верно, К.А.В.», поставила печать, но забыла поставить свою подпись. Учитывая, что в приложенных к протоколам фототаблицах отражены эти же географические координаты, установленные по Яндекс-картам и рукописным способом указанные в протоколах, то суд считает данный недостаток протоколов (т.е. отсутствие подписи следователя при исправлении описок) несущественным.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущего признание данных доказательств недопустимыми, не установлено. Совокупность представленных доказательств является достаточной для вывода о виновности подсудимого.

Кроме того, судом были исследованы и другие доказательства.

Устные показания свидетеля А.В.А., данные им в судебном заседании, согласно которым раньше он работал в колхозе на бульдозере. В 

<

адрес> у реки стоял бесхозный тракторный прицеп, который ранее М.А.Н. и Ф.Н.П. привезли из леса, где тот использовался на лесозаготовке. В их колхозе «Красный Октябрь» таких прицепов не было. По просьбе М.А.Н. он подтащил на бульдозере тот прицеп к реке и установил его через реку в качестве мостовой переправы. Помогали её устанавливать М.В.И., М.В.И. и другие жители. Руководил установкой М.В.И. Был ли там автомобиль «

<

--->» с лебёдкой, не помнит. Год этих событий не помнит; кто в то время был председателем колхоза, также не помнит. 

Однако эти устные показания А.В.А. опровергаются его письменными показаниями, согласно которым он участвовал в установке мостовой переправы М.В.П. и М.А.Н. Следователь К.А.В., которая в ходе предварительного расследования допрашивала А.В.А., пояснила суду, что письменные показания он давал свободно, без давления; именно те сведения, которые он сообщил, и были записаны в протокол. Поэтому суд допускает, что к моменту допроса в суде он мог ввиду возраста забыть обстоятельства установки переправы.

Также судом были заслушаны показания свидетелей М.В.И. и М.Т.Н. (родителей подсудимого ФИО2).

Так, свидетель М.В.И. суду показал, что он проживает в 

<

адрес> с "дата". В то время местные жители нуждались в мостовой переправе через реку для перегона скота. На лугу стояла заброшенная рама от сгоревшего прицепа к трактору 

<

---> (марку прицепа не помнит) без бортовых платформ (кузовов), который ранее Ф.Н.П. и М.А.Н. привезли из леса, где тот использовался для лесозаготовок. Он (М.В.И.) в числе других местных жителей (М.А.Н., М.В.И., Ф.Н.П., Р.Н.И., Е.А.Н. и И.В.Ф.) установили её через реку в качестве мостовой переправы. Для этого А.В.А. на бульдозере (не спрашивая разрешения председателя колхоза на использование бульдозера) притащил её к реке и установил её в качестве переправы, а остальные укрепили её и положили на неё две платформы от автомобиля 

<

--->. Это было в "дата", ещё до того, как председателем колхоза стал Б.А.Ф. О строительстве данной мостовой переправы они никого (например, председателя колхоза) в известность не ставили, но знали, что она им не принадлежала. Этой мостовой переправой они пользовались до "дата", пока держали скот. Последний раз он её видел в "дата"; в платформе уже была дыра от коррозии. Именно эту мостовую переправу вытащили ФИО1 и ФИО2 Строил ли М.В.П. аналогичную мостовую переправу, не знает; история о том, что М.В.П. купил прицеп в колхозе – легенда. Что касается тракторного прицепа, который стоял у дома М.А.Н., то этот прицеп с трактором председатель колхоза впоследствии закрепил за другим работником. 

Свидетель М.Т.Н. суду показала, что в "дата" её муж М.В.И., А.В.А., М.В.И., Ф.Н.П., Е.А.Н., Р.Н.И. и И.В.Ф. построили мостовую переправу через реку Ракитня для перегона скота, состоявшую из «железки», покрытой двумя металлическими платформами. Всех этих лиц она видела, но сама не участвовала в строительстве. Она пользовалась этой переправой до "дата". Именно эту мостовую переправу забрали ФИО1 и ФИО2 Строили ли М.В.П. и М.А.Н. свою мостовую переправу, не знает. 

Однако показания свидетелей М.В.И. и М.Т.Н. опровергаются показаниями потерпевшего М.В.П., свидетелей Б.А.Ф., Л.А.И., П.Г.Н. и др. (согласно которым мостовую переправу построили М.В.П. и М.А.Н. из прицепа, приобретённого ими в колхозе), показаниями свидетеля Р.Н.И. (согласно которым он участвовал в установке переправы М.В.П. и М.А.Н.), письменными показаниями свидетеля А.В.А. (согласно которым М.В.И. участвовал в установке переправы из прицепа М.В.П. и М.А.Н.), показаниями свидетеля Ф.Н.П. (отрицавшего, что он привёз тракторный прицеп из леса и участвовал в установке переправы, которую описывает М.В.И.), письменными показаниями самого же М.В.И. (в которых он не ссылается на участие М.А.Н. – т.№) показаниями самого же М.В.И. на очных ставках (из которых следует, что в действительности он описывает установку переправы, организованной М.А.Н. – т.№), а также письменными показаниями М.Т.Н. (согласно которым М.В.И. установил другую переправу, недалеко от переправы М.В.П. и М.А.Н.). Следователь К.А.В., которая в ходе предварительного расследования допрашивала М.В.И. и М.Т.Н., пояснила суду, что письменные показания они давали свободно, без давления, а также что именно те сведения, которые они сообщили, и были записаны в протокол; поэтому суд отдаёт предпочтение их письменным показаниям. Показания свидетеля М.В.И. о том, что стоявший у дома М.А.Н. прицеп был передан другому механизатору, опровергаются показаниями свидетеля Б.А.Ф. (председателя колхоза в то время). Также М.В.П. в выездном судебном заседании "дата" пояснил, что недалеко, действительно, стоял сгоревший прицеп, привезённый из леса, но куда он потом делся, не знает, а для мостовой переправы он с М.А.Н. купил прицеп в колхозе. Кроме того, в распоряжении суда нет никаких достоверных доказательств того, что мостовую переправу, впоследствии похищенную подсудимыми, установил не М.В.П. с М.А.Н., а М.В.И. В связи с этим суд считает показания свидетелей М.В.И. и М.Т.Н. ложными и вызванными желанием освободить своего сына от уголовной ответственности, в связи с чем отклоняет их и не принимает их в качестве доказательств.

Кроме того, судом были заслушаны показания свидетеля К.Л.Я. (матери подсудимого ФИО1), согласно которым она переехала в 

<

адрес> в "дата", когда председателем колхоза был Б.А.Ф., а с "дата" стала ходить на работу по мостовой переправе, ширина которой составляла около метра. Также были исследованы её письменные показания, согласно которым через реку было две переправы: ширина первой составляла около 1 м, а вторая была сделана из какой-то массивной железки, но к ней она никогда не подходила (т.№).

Данные показания суд отклоняет как неинформативные, т.к. она описывает другую мостовую переправу – предположительно, сделанную из транспортёра соответствующей ширины, о наличии которой говорили некоторые свидетели (например, Б.А.Ф., А.В.А., Ф.Н.П.), но которая не имеет отношения к настоящему уголовному делу.

Также суду были представлены показания свидетеля К.К.Ю. (жены подсудимого ФИО1), согласно которым она проживает в д.

<

адрес> с "дата", поэтому про мостовую переправу ничего не знает. У неё с ФИО1 трое совместных детей, она и муж не работают.

Оценка семейному положению будет дана судом при установлении обстоятельств, смягчающих наказание.

Кроме того, суду были представлены письменные показания свидетеля Е.А.А., данные им в ходе предварительного расследования, согласно которым он проживает в 

<

адрес> с рождения, т.е. с "дата". Ему известно, что через реку Ракитня была установлена мостовая переправа, которой пользовались для перегона скота его родители Е.А.Н. и Е.Е.Н., а также бабушка. Он пользовался этой переправой последний раз около 5 лет назад. Кто и когда её установил, ему неизвестно (т.№). 

Показания этого свидетеля суд отклоняет как не имеющие доказательственного значения.

Рассматривая вопрос о достоверности показаний подсудимых, суд учитывает следующее.

В судебном заседании оба подсудимых не признали вины, мотивируя это тем, что рама с колёсами от тракторного прицепа являлась бесхозяйной. Однако суд отклоняет эти доводы, поскольку оба подсудимых заведомо знали, что не являются её собственниками, а также должны были знать, что любое имущество может иметь собственника.

Устные показания суду дал только ФИО1 Однако суд отклоняет их, т.к. судом достоверно установлено, что он с ФИО2 похитил раму с колёсами от тракторного прицепа марки №, принадлежавшую М.В.П. и М.А.Н. и установленную теми совместно в качестве мостовой переправы.

Показания ФИО1 о том, что М.В.П. украл прицеп в колхозе и спрятал в реку, суд считает надуманными, т.к. они опровергаются показаниями потерпевшего М.В.П., свидетелей Б.А.Ф., Л.А.И., П.Г.Н., Р.И.М. и др. (согласно которым мостовую переправу построили М.В.П. и М.А.Н. из прицепа, официально приобретённого ими в колхозе).

Показания ФИО1 о том, что из заработной платы М.В.П. и М.А.Н. удерживался «штраф» за якобы похищенный навозоразбрасыватель (а не за прицеп), суд отклоняет по основаниям, изложенным выше.

Показания ФИО1 о том, что тракторный прицеп был привезён Ф.Н.П. и М.А.Н. из Михайловского лесхоза (т№), суд отклоняет по тем же причинам, почему отклонил показания свидетеля М.В.И. Кроме того, на момент строительства мостовой переправы ФИО1 было около 4-5 лет, поэтому суд не считает его показания достоверными.

Показания ФИО2 о том, что М.В.П. не присутствовал при установке переправы, суд отклоняет по этим же причинам.

В ходе предварительного расследования ФИО1 дал письменные показания о том, что недалеко от места, где он с ФИО2 обнаружил раму от прицепа, находилась ещё одна мостовая переправа, которую установил М.А.Н. из прицепа к трактору 

<

---> с бортовыми платформами и которую около 10 лет назад оттуда «забрал» М.В.П. (т.№). 

Однако эти показания суд отклоняет, т.к. в ходе выездного судебного заседания и осмотра места происшествия суду были даны объяснения, что недалеко от места, где ФИО1 и ФИО2 обнаружили раму от прицепа, находилась мостовая переправа из навозоразбрасывателя (а не из прицепа к трактору 

<

--->). 

Кроме того, суд отклоняет доводы ФИО1 о том, что у М.В.П. на момент строительства мостовой переправы не было автомобиля «

<

--->» (т.№), т.к. во-первых, использование этого автомобиля подтверждается показаниями потерпевшего и свидетелей Б.А.Ф., А.В.А. и Ф.Н.П., а во-вторых, на момент строительства мостовой переправы ФИО1 было около 4-5 лет, поэтому суд не считает его показания достоверными.

Также суд отклоняет показания ФИО1 о том, что потерпевший оказал давление на свидетеля Ф.Н.П. (т.№), поскольку и устные, и письменные показания свидетеля Ф.Н.П. согласуются с другими доказательствами, принятыми судом. 

В связи с этим суд отклоняет эти показания подсудимых и считает их обусловленными желанием избежать уголовной ответственности.

При решении вопроса о наличии в действиях ФИО1 и ФИО2 состава преступления суд учитывает, что когда они нашли раму с колёсами от тракторного прицепа и разрезали её для сдачи в металлолом, то заведомо знали, что не являются её собственниками, хотя должны были предполагать, что у любого имущества, которое им не принадлежит, может быть собственник. Несмотря на это, они не поинтересовались у местных жителей, кому конкретно принадлежит рама с колёсами (хотя местные жители, устанавливавшие переправу, были осведомлены об этом), а вместо этого разрезали её и сдали в пункт приёма металлолома, указав при сдаче, что это – их собственное имущество, хотя заведомо знали, что это не так. После того, как М.В.П. узнал о краже и потребовал от них передать ему денежные средства, полученные от сдачи в металлолом его имущества, ФИО1 и ФИО2 (теперь уже располагая информацией о собственнике и зная, что разрезанная ими рама с колёсами принадлежала М.В.П.) умышленно проигнорировали эту информацию и отказались вернуть ему денежные средства. Эти факты однозначно доказывают желание подсудимых не присвоить найденное, а похитить чужое имущество с целью обогащения и, как следствие, доказывают их виновность в краже. 

Доводы о том, что они не доверяли этой информации, не имеют значения, т.к. они заведомо знали, что не являются собственниками похищенного и изначально не были вправе брать себе это имущество, в каком бы состоянии оно ни находилось.

В случае, если они якобы считали, что нашли бесхозяйное имущество, они должны были действовать в соответствии со статьёй 226 Гражданского кодекса Российской Федерации (движимая вещь, от которой собственник отказался) или статьями 227-228 Гражданского кодекса Российской Федерации (находка), а именно: либо признать это имущество в судебном порядке бесхозяйным, либо сообщить о находке в полицию или орган местного самоуправления и хранить её в течение шести месяцев, и только после этого в случае, если собственник не будет установлен, они могли стать собственниками находки. Тот факт, что они не выполнили эти требования законодательства, а сразу разрезали раму с колёсами и сдали её в пункт приёма металлолома как свое собственное имущество, также доказывает умысел на кражу.

В связи с этим суд считает доказанным, что ФИО1 и ФИО2, действуя тайно от потенциального собственника, из корыстных побуждений, понимая противоправность своих действий, умышленно и безвозмездно изъяли и обратили в свою пользу чужое имущество, чем причинили собственнику этого имущества материальный ущерб.

Неосведомлённость подсудимых, кому конкретно принадлежит имущество, когда оно было приобретено потерпевшим, у кого и по какой цене, не свидетельствует об отсутствии в их действиях состава преступления.

Тот факт, что они на открытой местности в светлое время суток и в течение продолжительного времени разрезали раму с колёсами на части и отвезли её на металлолом, не имеет значения, т.к. юридическое значение имеет то, что эти действия были совершены в отсутствие и втайне от собственника и окружающих, которые (в особенности лица, участвовавшие в установке переправы) могли быть осведомлены о принадлежности имущества М.В.П. и, как следствие, о противоправности действий подсудимых. 

Тот факт, что данная мостовая переправа перестала массово использоваться местными жителями, а также не поддерживалась собственником в должном состоянии, не свидетельствует о прекращении права собственности и не влияет на квалификацию.

Состояние похищенного имущества не влияет на квалификацию, т.к. даже металлолом имеет свою стоимость и является предметом гражданского оборота.

Доводы стороны защиты о том, что мостовая переправа была построена самоуправно и в водоохраной зоне, при рассмотрении настоящего уголовного дела несущественны, так как не свидетельствуют о прекращении права собственности и не влияют на квалификацию.

Сторона защиты ссылалась, что в обвинительном заключении не указано, где именно находилась рама от прицепа – в воде, на берегу, на лугу, в деревне и пр. Суд отклоняет эти доводы, т.к. в обвинении чётко указано, что она была установлена через реку Ракитня между 

<

адрес> и 

<

адрес>. Как именно она располагалась – над водой, частично или полностью в воде – для квалификации не имеет значения.

Место совершения преступления (т.е. место, где они вытащили раму с колёсами на берег) в обвинительном заключении указано достаточно определённо – с указанием на географические координаты, что позволяет его однозначно идентифицировать.

Сторона защиты ссылалась, что существенное значение также имеет собственник этого земельного участка, однако суд полагает, что это обстоятельство не имеет доказательственного значения, т.к. не влияет на умысел.

Время совершения преступления также указано достаточно определённо – с указанием на период с "дата" по "дата", а время суток определено временны?м интервалом с 09.00 до 18.00 ч. Вопреки доводам стороны защиты, нарушением это не является.

Вес похищенного – 1,5 тонны – установлен специалистом Ч.М.А. по описанию фактического состояния прицепа, представленного следователем (рама от прицепа с колёсами без шин и без бортовых платформ). Этот же вес подтвердил свидетель Б.А.А., принявший металлолом и взвесивший его на весах, имеющих свидетельство о поверке (т.№). Поскольку вес похищенного установлен точно путём взвешивания, то вопрос о том, сколько колёс оставалось на раме или в каком фактическом состоянии она находилась, не имеет существенного значения.

Хищение мелких деталей, вес которых был определён визуально и по оценке Б.А.А. составил около 300 кг, не вменяется подсудимым.

Защитник Рожков В.Ф. ссылался, что первоначально ФИО1 и ФИО2 было предъявлено обвинение в хищении прицепа, а впоследствии объём обвинения был уменьшен – им вменили хищение рамы от прицепа с колёсами, но при этом вес похищенного в обвинении остался без изменения. Суд отклоняет эти доводы как несущественные, т.к. суд рассматривает по существу обвинение в окончательной редакции.

Также защитник Рожков В.Ф. ссылался, что в постановлении о привлечении ФИО2 в качестве обвиняемого от "дата", которым ему было предъявлено изменённое обвинение, нет ссылки на положения ст.175 УПК РФ. Оценка этим доводам дана судом при рассмотрении соответствующего ходатайства "дата". 

Стоимость похищенного определена в соответствии с качеством металла, т.е. по цене металлолома 

<

---> руб./тонна. Расчёт:

<

---> руб. (стоимость похищенного).

Право собственности М.В.П. установлено на основании показаний свидетелей Б.А.Ф., Л.А.И., П.Г.Н., Р.Н.И., Р.И.М. и др. Тот факт, что письменные документы о купле-продаже не сохранились за давностью лет, не свидетельствует о невозможности защиты права собственности от преступных посягательств; отсутствие документов и существенные условия договора купли-продажи (предмет договора, стоимость и пр.) были восполнены другими доказательствами. Время возникновения права собственности М.В.П. – период с "дата" (т.е. период, когда председателем колхоза был Б.А.Ф. – т.№, за исключением периода, указанного свидетелем М.Л.А.).

Сторона защиты ссылалась на отсутствие у М.А.Н. интереса к установке мостовой переправы, т.к. он мог производить выпас скота на своём берегу реки. Однако суд отклоняет эти доводы, т.к. в ходе судебного следствия было установлено, что в зависимости от времени года и наличия травяного покрова местные жители пасли скот то на одном берегу, то на другом.

Прицеп хоть и был приобретён М.В.П. совместно с М.А.Н., но после смерти последнего право собственности на мостовую переправу согласно их прижизненной договорённости полностью перешло к М.В.П. Этот факт признала П.Г.Н. как наследница М.А.Н.; также это подтверждается тем, что принадлежавшая М.А.Н. доля не стала выморочным наследством и не перешла в муниципальную или государственную собственность. Поэтому суд считает доказанным, что после смерти М.А.Н. единственным собственником переправы стал М.В.П.

Органами предварительного расследования ФИО1 и ФИО2 был вменён квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину». Однако в судебном заседании потерпевший М.В.П. показал, что имеет стабильный источник дохода – пенсию с иными выплатами, большое личное подсобное хозяйство, легковой автомобиль 

<

---> и грузовой автомобиль 

<

--->, поэтому в результате хищения его имущественное положение не пострадало; кроме того, остатки прицепа утратили для него значимость, хоть и продолжали оставаться его собственностью. С учётом этих обстоятельств суд исключает из обвинения квалифицирующий признак «с причинением значительного ущерба гражданину».

По факту кражи платформ (которые лежали на раме от прицепа и служили в качестве настила) возбуждено отдельное уголовное дело; их хищение не вменяется подсудимым по настоящему уголовному делу.

Действия ФИО1 и ФИО2 суд квалифицирует по п. «а» ч.2 ст.158 УК РФ как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершённую группой лиц по предварительному сговору.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личность виновных, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осуждённых и на условия жизни их семей.

Подсудимый ФИО1 

<

--->.

Подсудимый ФИО2 

<

--->

Обстоятельством, смягчающим наказание обоих подсудимых, в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ суд признаёт активное способствование раскрытию и расследованию преступления, т.к. после того, как потерпевший подал заявление в правоохранительные органы, прямо указав на ФИО1 и ФИО2, они в своих письменных объяснениях сообщили о фактических обстоятельствах совершённого ими преступления и впоследствии в целом подтверждали их в ходе предварительного расследования. Тот факт, что они оспаривали квалификацию, ссылаясь на бесхозяйность похищенного имущества, не умаляет сведений, которые они первоначально сообщили о фактических обстоятельствах содеянного (т.№). 

Кроме того, обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО1, в соответствии с п. «г» ч.1 и ч.2 ст.61 УК РФ суд также признаёт:

- 

<

---> (т.№);

- 

<

--->» (т.№);

- 

<

---> (т.№).

Обстоятельств, отягчающих наказание обоих подсудимых, в соответствии со ст.63 УК РФ не установлено. 

При назначении наказания обоим подсудимым суд учитывает в совокупности все исследованные обстоятельства содеянного, характер и степень общественной опасности совершённого преступления, которое относится к категории средней тяжести, личность виновных, принимает во внимание смягчающие наказание обстоятельства и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, и приходит к выводу, что они должны понести наказание. Поскольку подсудимые в настоящее время 

<

--->, то наказание в виде штрафа может быть неисполненным и потому не окажет на них должного воспитательного воздействия, а также ввергнет их семьи в нищету, т.е. цели наказания не будут достигнуты. Назначение наказания в виде обязательных работ также не будет способствовать их исправлению, т.к. будучи нетрудоустроенными и не имея постоянного источника доходов и средств для достойного существования, они могут продолжить заниматься преступной деятельностью с целью получения средств для пропитания. Поскольку оба подсудимых 

<

--->, суд считает необходимым назначить им наказание в виде исправительных работ; в этом случае они должны быть трудоустроены, что обеспечит им и членам их семей источник средств для существования. К категории лиц, которым не может быть назначен данный вид наказания, подсудимые не относятся.

Наказание обоим подсудимым должно быть назначено с учётом требований ч.1 ст.62 УК РФ.

Оснований для применения ст.64 УК РФ (назначение наказания ниже низшего предела или более мягкого вида или размера наказания) суд не находит ввиду отсутствия исключительных обстоятельств.

С учётом фактических обстоятельств преступления (в частности, что в результате преступления местные жители лишились мостовой переправы) основания для изменения категории преступления на менее тяжкую отсутствуют.

По этим же причинам суд не находит оснований для применения ст.73 УК РФ (условное осуждение)

Оснований для постановления приговора без назначения наказания, освобождения от наказания или применения отсрочки отбывания наказания суд не находит ввиду отсутствия соответствующих обстоятельств.

Потерпевший М.В.П. предъявил гражданский иск, мотивировав его тем, что ФИО1 и ФИО2 своими преступными действиями причинили ему имущественный ущерб на сумму 

<

---> руб. (т.№). 

В судебном заседании М.В.П. пояснил, что поддерживает иск на указанную в нём сумму 

<

---> руб. 

Подсудимые иск не признали по мотивам отсутствия документов о праве собственности, а также потому что половина мостовой переправы должна принадлежать наследникам М.А.Н.

Оценка этим доводам судом дана выше.

В соответствии с п.1 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Учитывая, в ходе судебного следствия подтверждено причинение ущерба М.В.П. на сумму 

<

---> руб., который не возмещен, то суд считает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению. При этом в соответствии с положениями ст.1080 Гражданского кодекса Российской Федерации эта сумма должна быть взыскана с обоих подсудимых солидарно.

Вещественные доказательства:

- принадлежащий ФИО2 автомобиль 

<

--->, государственный регистрационный знак «№», в соответствии с положениями п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ и п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ подлежит конфискации в доход государства как средство совершения преступления;

- принадлежащий Ч.В.Н. автомобиль 

<

--->, государственный регистрационный знак «№», который передан Ч.В.Н. на ответственное хранение, в соответствии с положениями п.6 ч.3 ст.81 УПК РФ должен быть оставлен у него как у законного владельца, т.к. в соответствии с положениями п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфискации подлежат средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемым, а они не являются собственниками этого автомобиля. Кроме того, Ч.В.Н. не знал, что автомобиль, переданный им ФИО2, используется последним в преступных целях, и не привлекается к уголовной ответственности за передачу автомобиля для совершения преступления.

Общий размер процессуальных издержек в отношении ФИО1 составляет 

<

---> руб. (вознаграждение адвокату в период предварительного расследования), которые в силу ст.132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с осуждённого (т№). 

Общий размер процессуальных издержек в отношении ФИО2 составляет 

<

---> руб. (вознаграждение адвокату в период предварительного расследования 

<

---> руб.), которые в силу ст.132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с осуждённого (т.№). 

Оснований для освобождения осуждённых от оплаты процессуальных издержек и их возмещения за счёт средств федерального бюджета с учётом положений п.7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от "дата" № «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам» суд не находит.

Постановлением Хотынецкого районного суда Орловской области от "дата" приняты меры по обеспечению исполнения приговора в виде наложения ареста на принадлежащее ФИО1 имущество: автомобиль марки 

<

--->, государственный регистрационный знак «№», "дата" выпуска, стоимостью 

<

---> рублей; денежные средства в сумме 

<

---> рублей, находящиеся в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» на банковских счетах №, №, № (т.№).

В целях обеспечения исполнения приговора действие обеспечительных мер в отношении имущества ФИО1 должно быть сохранено до исполнения приговора в части гражданского иска и возмещения процессуальных издержек. При этом, с учётом принципа соразмерности, арест на денежные средства должен быть отменён, а арест на автомобиль – сохранён.

Кроме того, постановлением Хотынецкого районного суда Орловской области от "дата" приняты меры по обеспечению исполнения приговора в виде наложения ареста на принадлежащий ФИО2 автомобиль марки 

<

--->, государственный регистрационный знак «№», "дата" выпуска, стоимостью 

<

---> рублей (т.№).

Поскольку данный автомобиль подлежит конфискации, то действие данных мер должно быть сохранено до исполнения приговора в части конфискации.

Учитывая, что осуждённым назначается наказание в виде исправительных работ, которое подлежит отбыванию реально, суд считает необходимым для обеспечения исполнения приговора меру пресечения им до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308 и 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

п р и г о в о р и л:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде исправительных работ на срок один год с удержанием из заработной платы 10% (десять процентов) в доход государства.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде исправительных работ на срок один год шесть месяцев с удержанием из заработной платы 10% (десять процентов) в доход государства.

Меру пресечения ФИО1 и ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Гражданский иск М.В.П. удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 (паспорт №) и ФИО2 (паспорт №) солидарно в пользу М.В.П. (паспорт №) в возмещение вреда, причинённого преступлением, 

<

---> руб. (№).

Вещественные доказательства:

- автомобиль №, государственный регистрационный знак «№», принадлежащий ФИО2, на основании п.«г» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфисковать в доход государства;

- автомобиль №, государственный регистрационный знак «№» – оставить у Ч.В.Н.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки – расходы на оплату труда адвоката в размере 3292,00 руб. (три тысячи двести девяносто два рубля 00 копеек). 

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальные издержки – расходы на оплату труда адвоката в размере 32 702,00 руб. (тридцать две тысячи семьсот два рубля 00 копеек). 

Меры по обеспечению исполнения приговора:

- арест на принадлежащий ФИО1 автомобиль №, государственный регистрационный знак «№», "дата" выпуска, назначенный постановлением Хотынецкого районного суда Орловской области от "дата" – сохранять до исполнения приговора в части гражданского иска и возмещения процессуальных издержек;

- арест на принадлежащие ФИО1 денежные средства в сумме 

<

--->., находящиеся в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» на банковских счетах №, №, №, назначенный постановлением Хотынецкого районного суда Орловской области от "дата" – отменить по вступлении настоящего приговора в законную силу;

- арест на принадлежащий ФИО2 автомобиль марки №, государственный регистрационный знак «№», "дата" выпуска, назначенный постановлением Хотынецкого районного суда Орловской области от "дата" – сохранять до исполнения приговора в части конфискации данного автомобиля.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Орловского областного суда в течение 15 суток со дня провозглашения, а осуждённым, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе путём использования систем видеоконференц-связи, указав об этом в своих апелляционной жалобе или в возражениях на апелляционные жалобу, представление, принесённые другими участниками уголовного процесса. 

Председательствующий В.А. Гузев