Дело № 2-835\2020

УИД: 73RS0013-01-2020-000920-30

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 мая 2020 года г.Димитровград

Димитровградский городской суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Чапайкиной Е.П., 

при секретаре Сидоровой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №* Управления Федеральной службы исполнения наказания по 

<

адрес>» к ФИО1 о возмещении материального ущерба, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФКУ «Исправительная колония №* Управления Федеральной службы исполнения наказания по 

<

адрес>» (далее – ФКУ ИК-3 по 

<

адрес>) обратился в суд с указанным иском, в обоснование заявленных требований ссылаясь на то, что на основании предписания директора Федеральной службы исполнения наказания от (ДАТА) проведена ревизия финансово-хозяйственной деятельности Управления Федеральной службы исполнения наказания по 

<

адрес> за (ДАТА) по (ДАТА), в ходе которой была проведена проверка отдельных вопросов финансово-хозяйственной деятельности ФКУ ИК-3 по 

<

адрес>.

В результате проверки расчетов потребности топливно-энергетических ресурсов в период с 2017 по 2019 год выявлено превышение потребления водоснабжения за 2018 год. Так, согласно Рекомендациям по удельному водопотреблению и водоотведению для объектов учреждений уголовно-исполнительной системы, утвержденных заместителем директора ФСИН России от (ДАТА), расчетный лимит бюджетной сферы потребления холодной воды с учетом фактической среднесписочной численности спецконтингента и прочих нужд в 2018 году составил 59 903 куб.м., фактический объем потребленной воды составил 60 940 куб.м. Перерасход фактического потребления горячей воды в части нагрева составил 9 550 куб.м. или 639,85 Гкал.

Таким образом, в ФКУ ИК-3 УФСИН России по 

<

адрес> допущено превышение фактического потребления воды, очистки сточных вод и сброса загрязняющих веществ от установленных расчетных нормативов в объеме 1 037 куб.м. на сумму 35 662 руб. 43 коп. и фактического потребления горячей воды в объеме 9 550 куб.м. или 639,85 Гкал. на сумму 1 366 802 руб. 78 коп.

На момент проведения проверки лицом, ответственным за экономное расходование топливно-энергетических ресурсов в ФКУ ИК-3 УФСИН России по 

<

адрес> являлся начальник энергомеханического отдела ФКУ ИК-3 УФСИН России по 

<

адрес> майор внутренней службы ФИО1, трудовые отношения с которым расторгнуты (ДАТА).

В соответствии с приказом ФКУ ИК-3 от (ДАТА) №* «Об утверждении группы контроля расходования топливно-энергетических ресурсов в 2019 году» ФИО1 включен в состав группы контроля расходования топливно-энергетических ресурсов, в перечень его обязанностей входила организация экономического расходования ТЭР на объектах учреждения, подготовка предложений по экономии ТЭР.

Таким образом, в связи с ненадлежащим исполнением ФИО1 обязанностей допущено превышение фактического потребления воды, очистки сточных вод и сброса загрязняющих веществ от установленных расчетных нормативов.

Общая сумма ущерба за превышение ТЭР в ФКУ ИК-3 УФСИН России по 

<

адрес> составляет 1 402 465 руб. 21 коп.

В связи с прекращением трудовых отношений получить письменные объяснения от ФИО1 не представляется возможным.

Истец просил взыскать с ответчика в свою пользу в возмещение материального ущерба указанную сумму. 

При подготовке дела к судебному разбирательству для участия по делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено УФСИН России по 

<

адрес>.

В судебном заседании представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал по обстоятельствам, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что срок исковой давности истцом не пропущен, поскольку превышение потребления водоснабжения было выявлено в результате проверки за 2018 год. Акт по результатам проверки был составлен (ДАТА) 

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признал, суду пояснил, что он отвечал за расход энергетических ресурсов, а лишь составлял расчет. Считает, что расчет никак не мог повлиять на причинение ущерба. Потребленная вода по приборам учета не является ущербом, она потреблена учреждением, за нее заплачены деньги. Расчеты им составлялись в строгом соответствии с нормативными документами, после чего проверялись непосредственным руководством, утверждались у начальника учреждения и согласовывались в УФСИН России по 

<

адрес>. На основании данных расчетов выделялись финансовые средства на оплату энергетических ресурсов, то есть нужны они были только на выделение средств. Разработанные методические рекомендации, на которые ссылается истец, носят только рекомендательный характер. Расчеты составляются для ориентировочного потребления воды и никак не могут влиять на фактическое потребление. Считает, что его вина не установлена, причинно-следственная связь отсутствует. Кроме этого, УФСИН России по 

<

адрес> в феврале 2019 года проводила проверку финансово - хозяйственной деятельности истца за 2018 год, по результатам которой нарушений по перерасходу ТЭР не выявлено. Также считает, что истцом пропущен срок исковой давности.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, УФСИН России по 

<

адрес> в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен.

Суд, руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившегося представителя.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований в связи со следующим. 

Судом установлено, что ответчик ФИО1 с (ДАТА) по (ДАТА) проходил службу в уголовно-исполнительной системе на должностях среднего и старшего начальствующего состава, что следует из копии трудовой книжки ответчика (л.д.13-14), непосредственным местом службы ответчика являлось ФГУ ИК-3 УФСИН России по 

<

адрес>.

Из материалов дела следует, что по результатам проверки финансово-хозяйственной деятельности ФКУ ИК-3 по 

<

адрес> установлено, что в ходе проверки расчетов потребности топливно-энергетических ресурсов в период с 2017 по 2019 год выявлено превышение потребления водоснабжения за 2018 год. 

Согласно Рекомендациям по удельному водопотреблению и водоотведению для объектов учреждений уголовно-исполнительной системы, утвержденных заместителем директора ФСИН России от (ДАТА), расчетный лимит бюджетной сферы потребления холодной воды с учетом фактической среднесписочной численности спецконтингента и прочих нужд в 2018 году составил 59 903 куб.м., фактический объем потребленной воды составил 60 940 куб.м. 

Таким образом, ФКУ ИК-3 УФСИН России по 

<

адрес> допущено превышение фактического потребления воды и водоотведения от установленных расчетных нормативов в объеме 1 037 куб.м. на сумму 35 662 руб. 43 коп. 

Согласно Рекомендациям, утвержденных заместителем директора ФСИН России от (ДАТА), расчетный лимит бюджетной сферы потребления горячей воды с учетом фактической среднесписочной численности спецконтингента и прочих нужд в 2018 году составил 25 539,7 куб.м.

Таким образом, ФКУ ИК-3 УФСИН России по 

<

адрес> допущено превышение фактического потребления горячей воды в части нагрева (компонент тепловая энергия) от установленных расчетных нормативов в объеме 9 550 куб.м. или 639,85 Гкал. на сумму 1 366 802 руб. 78 коп.

Данные обстоятельства зафиксированы в справке по результатам проверки финансово-хозяйственной деятельности ФКУ ИК-3 по 

<

адрес> (л.д.6).

Из материалов дела также следует, что приказом начальника ФКУ ИК-3 по 

<

адрес> от (ДАТА) №* была утверждена группа контроля расходования топливно-энергетических ресурсов в 2019 году, в которую, в том числе, включен начальник энергомеханического отдела ФКУ ИК-3 УФСИН России по 

<

адрес> майор внутренней службы ФИО1, в перечень его обязанностей входила организация экономического расходования ТЭР на объектах учреждения, составление и представление отчетов, подготовка предложений по экономии ТЭР (л.д.8-10).

Статьей 232 Трудового кодекса Российской Федерации определена обязанность стороны трудового договора возместить причиненный ею другой стороне этого договора ущерб в соответствии с Трудовым кодексом и иными федеральными законами.

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть 3 статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации).

Условия наступления материальной ответственности стороны трудового договора установлены статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" определены условия и порядок возложения на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе и пределы такой ответственности.

Согласно части 1 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим Кодексом или иными федеральными законами.

В силу части 1 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

В соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Из приведенных правовых норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что по общему правилу необходимыми условиями для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб являются: наличие прямого действительного ущерба у работодателя, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным работодателю ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Таким образом, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения настоящего спора, обязанность доказать которые возлагается на ФКУ ИК-3 УФСИН России по 

<

адрес>, относятся: наличие у истца прямого действительного ущерба, противоправность действий или бездействия работника ФИО1, причинно-следственная связь между поведением работника и наступившим у работодателя ущербом, вина ФИО1 в причинении ущерба ФКУ ИК-3 УФСИН России по 

<

адрес>, наличие оснований для привлечения ФИО1 к ответственности в полном размере причиненного ущерба.

При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается.

Между тем, истцом - ФКУ ИК-3 УФСИН России по 

<

адрес> в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено относимых, допустимых и достоверных доказательств вины работника ФИО1 в причинении ущерба, а также не доказано наличие причинно-следственной связи между поведением работника и наступившим у истца ущербом. 

В частности, в состав группы контроля расходования топливно-энергетических ресурсов ФИО1 был включен только (ДАТА), тогда как заявленный истцом ущерб имел место в результате превышение потребления водоснабжения за 2018 год, то есть до издания соответствующего приказа о создании группы.

Кроме того, помимо ФИО1 в состав указанной группы входят еще девять человек. Таким образом, при расчете ущерба истцом не учтены иные лица, обязанности которых также были связаны с расходованием топливно-энергетических ресурсов.

Также суд находит обоснованными доводы ответчика о том, что потребленная в исправительном учреждении вода, учтенная и оплаченная по приборам учета, в рассматриваемом случае не может быть признана ущербом, наступившим по вине конкретного физического лица.

По смыслу норм о материальной ответственности, ущерб работодателю должен быть причинен ненадлежащим исполнением работником своих должностных обязанностей.

Между тем, должностная инструкция в отношении должности, которую занимал ФИО1, истцом не представлена, какие именно доказательств того, какие именно должностные обязанности не были исполнены или исполнены ненадлежащим образом ответчиком, истцом суду также не представлено.

Суд полагает, что доводы истца о ненадлежащем выполнение ФИО1 своих профессиональных обязанностей, что явилось причиной причинения истцу ущерба, при отсутствии сведений о конкретных действиях (бездействии) ответчика, не могут быть признаны состоятельными. В ходе судебного разбирательства какие-либо конкретные факты противоправного поведения ответчика и наличие причинной связи подобного поведения с наступившим ущербом не установлены, не подтверждены конкретные действия либо бездействие ответчика с указанием времени совершения. 

Кроме того, истцом не представлено доказательств наличия оснований для возложения на ответчика полной материальной ответственности, исчерпывающе предусмотренных ч. 1 ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; умышленного причинения ущерба; причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами; причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

Материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации, главным бухгалтером.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что совокупности обстоятельств, необходимых для наступления материальной ответственности работника за причиненный работодателю ущерб, по делу не установлено, поскольку не представлено доказательств наличия вины ответчика в причинении ущерба, а потому оснований для возложения на бывшего работника обязанности по возмещению работодателю материального ущерба не имеется.

В удовлетворении исковых требований ФКУ ИК-3 УФСИН России по 

<

адрес> к ФИО1 о возмещении материального ущерба надлежит отказать. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №* Управления Федеральной службы исполнения наказания по 

<

адрес>» к ФИО1 о возмещении материального ущерба отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Димитровградский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, 22.05.2020 года. 

Судья Е.П. Чапайкина