УИД 66RS0006-01-2023-004472-56 Дело № 2-98/2024 (2-4837/2023)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 03 апреля 2024 года 

Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга в составе:

председательствующего Делягиной С.В.,

при ведении протокола помощником судьи Юдиной А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной, о возложении обязанности вернуть транспортное средство, 

по встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании добросовестным покупателем,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительной сделки по купле-продаже транспортного средства – автомобиля «Nissan Note Hybrid», 2021 г.в., VIN: 

<

 № >, двигатель: 

<

 № >, цвет черный (далее – спорный автомобиль, транспортное средство), заключенной 01.07.2023 между ФИО2 и ФИО3, возложить на ответчика обязанность вернуть транспортное средство.

В обоснование иска указано, что 01.07.2023 ответчик по договору купли-продажи приобрел автомобиль «Nissan Note Hybrid», 2021 г.в., VIN: 

<

 № >, двигатель: 

<

 № >, цвет черный, за 1500000руб. Между тем, фактически данный автомобиль был приобретен ответчиком у лица, неуполномоченного его отчуждать. Указанное транспортное средство принадлежит истцу на праве собственности на основании договора купли-продажи от 17.06.2023, заключенного между ним и ФИО3 за 1300000 руб. Автомобиль приобретался в г.Усурийске. 25.06.2023 истец передал автомобиль своему знакомому ФИО4 для поиска потенциальных покупателей с целью дальнейшей продажи автомобиля за 1750000 руб. Доверенность на право отчуждения транспортного средства истец ФИО4 не выдавал, договорились лишь на словах, что ФИО4 за поиск покупателей автомобиля истцом будет выплачена денежная компенсация. Документы на транспортное средство (ПТС, таможенные декларации, договор купли-продажи) истец оставил в автомобиле, с целью его проверки потенциальными покупателями. Позже истец узнал, что ФИО4 продал автомобиль своему знакомому ФИО2 за 1500000 руб., который также, как и ФИО4 занимается перепродажей автомобилей. Предпринятые истцом меры (переписка с ФИО4) в ходе досудебного урегулирования спора к положительному результату не привели. По факту мошенничества со стороны ФИО4 истцом было написано заявление в отдел полиции, в рамках которого проводится проверка. Автомобиль был приобретен ответчиком на возмездной основе у лица, которое не имело право его отчуждать. Поскольку автомобиль передавался ФИО4 лишь с целью его подготовки к продаже и поиска покупателя, полномочия по заключению сделки ФИО4 истец не делегировал, соответственно, спорный автомобиль выбыл из владения собственника помимо его воли. Ответчик добросовестным приобретателем транспортного средства не является, поскольку при совершении сделки документов, подтверждающих наличие полномочий на совершение сделки, ФИО4 представлено не было, что должно было вызвать у ответчика обоснованные сомнения. С учетом изложенного, истец просит признать недействительным договор купли-продажи от 01.07.2023 автомобиля «Nissan Note Hybrid», 2021 г.в., VIN: 

<

 № >, двигатель: 

<

 № >, цвет черный, возложить на ответчика обязанность возвратить истцу указанное транспортное средство. 

Определениями суда от 09.10.2023, 07.11.2023, 22.12.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО4, ФИО3 (продавец в оспариваемом договоре купли-продажи от 01.07.2023), ФИО5 (новый собственник спорного транспортного средства, которому ФИО2 его продал).

Определением суда от 07.02.2024 к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО3 (изменен процессуальный статус указанного лица); к производству суда принят встречный иск ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании добросовестны приобретателем транспортного средства. В обоснование встречного иска ответчик указывает, что о продаже автомобиля узнал из объявления, позвонил по указанному в объявлении номеру и договорился о времени и месте осмотра. В день сделки ФИО2 встретился с ФИО4, который представился владельцем спорного автомобиля, указав, что транспортное средство было доставлено с Дальнего Востока. В подтверждение своих слов ФИО4 представил на обозрение ФИО2 договор купли-продажи, где продавцом была указана ФИО3, а покупателем ФИО4, выписку из ЭПТС, распечатанную фотографию паспорта ФИО3, ключи от замка зажигания. Сделку купли-продажи ФИО4 предложил заключить от имени ФИО3, для чего предъявил заполненный со стороны продавца экземпляр договора. ФИО2 проверил действительность ЭПТС и отсутствие на автомобиле запретов и ограничений, визуально сравнил подписи продавца ФИО3 в паспорте и представленном договоре. Поскольку данный способ заключения договора (от имени первоначального собственника) соответствует сложившейся практике купли-продажи автомобилей, сомнений у ответчика не возникло. Проверив техническое состояние транспортного средства и согласовав с ФИО4 его стоимость, состоялась сделка: договор купли-продажи был подписан, денежные средства переданы ФИО4, который в подтверждение их получения написал расписку. Оснований сомневаться в правомерности заключаемой им сделки у ФИО2 не имелось, ФИО4 при совершении сделки действовал открыто и располагал всеми необходимыми документами в отношении транспортного средства; о наличии правопритязаний иных лиц, в т.ч. истца, ответчик не знал и знать не мог.

В судебном заседании при рассмотрении исковых требований по существу представитель истца (по первоначальному иску) ФИО6 заявленные исковые требования поддержал, просил их удовлетворить по доводам, изложенным в пояснениях к иску, письменных возражениях на отзыв ФИО2, и отказать в удовлетворении встречного иска. Настаивал на том, что ФИО1 передал автомобиль ФИО4 лишь для подготовки к продаже и поиска потенциального покупателя; согласия на его отчуждение истец не давал. Указал, что объяснения ответчика носят противоречивый характер. И ФИО4, и ФИО2 занимаются перепродажей автомобилей, являлись соседями, ввиду чего указанные лица были знакомы друг другу на момент заключения сделки. Полагал, что договор купли-продажи от 01.07.2023 между ФИО2 и ФИО3 был сфальсифицирован. Отчет о машине был заказан ответчиком только спустя неделю после заключения договора купли-продажи.

Ответчик ФИО2, его представитель ФИО7 в судебном заседании возражали против удовлетворения иска ФИО8, настаивая на удовлетворении встречного иска. Суду пояснили, что лицом, выступавшим в качестве продавца, был непосредственно сам ФИО4; перед сделкой ФИО2 проверил с помощью доступных ему электронных ресурсов действительность ЭПТС, убедился в отсутствии обременений; о том, что транспортное средство ранее участвовало в ДТП и имело повреждения ФИО4 сообщил ФИО2, с технической стороны последнего транспортное средство устроило. После заключения сделки ФИО2 транспортное средство поставлено на учет. Указали, что при совершении сделки ответчик действовал разумно и осмотрительно, ФИО4 со своей стороны действовал открыто и в связи со сложившимся на практике обычаем перепродажи автомобилей. Поскольку автомобиль выбыл из владения ФИО1 по его воле, основания для удовлетворения иска отсутствуют. 

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, мнение по делу не представили, извещались надлежащим образом и в срок, о причинах своей неявки суду не сообщили. 

Заслушав объяснения сторон и их представителей, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему. 

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре – возместить его стоимость, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 № 6-П указано, что по смыслу ст. 35 (ч. 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ст. ст. 8, 34, 45, 46 и 55 (ч. 1), права владения, пользования и распоряжения имуществом обеспечиваются не только собственникам, но и иным участникам гражданского оборота. В тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь, возникшие на предусмотренных законом основаниях, имеют другие, помимо собственника, лица - владельцы и пользователи вещи, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав. К числу таких имущественных прав относятся и права добросовестных приобретателей. В этой связи права лица, считающего себя собственником либо законным владельцем имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного п. п. 1 и 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя.

Согласно ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Пункт 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации гласит, что, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В силу руководящих разъяснений, содержащихся в п. п. 38 и 39 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем.

Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

По смыслу п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Из приведенных нормативно-правовых положений и разъяснений вышестоящих судебных инстанций следует, что при рассмотрении иска собственника об истребовании имущества из незаконного владения лица, к которому это имущество перешло на основании сделки, юридически значимыми обстоятельствами являются наличие либо отсутствие воли собственника на выбытие имущества из его владения, возмездность или безвозмездность сделки по отчуждению спорного имущества, а также соответствие либо несоответствие поведения приобретателя имущества требованиям добросовестности.

При этом бремя доказывания факта выбытия имущества из владения собственника помимо его воли, а в случае недоказанности этого факта - бремя доказывания недобросовестности приобретателя по возмездной сделке возлагается на самого собственника.

В соответствии с п.п. 2-4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу положений ст. 5 Гражданского кодекса Российской Федерации обычаем признается сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской или иной деятельности, не предусмотренное законодательством правило поведения, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе. Обычаи, противоречащие обязательным для участников соответствующего отношения положениям законодательства или договору, не применяются.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» под обычаем, который в силу ст. 5 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть применен судом при разрешении гражданско-правового спора, следует понимать не предусмотренное законодательством, но сложившееся, то есть достаточно определенное в своем содержании, широко применяемое правило поведения при установлении и осуществлении гражданских прав и исполнении гражданских обязанностей не только в предпринимательской, но и иной деятельности, например, определение гражданами порядка пользования общим имуществом, исполнение тех или иных обязательств.

Как видно из материалов дела и установлено судом, 17.06.2023 в г.Усурийске между ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) был заключен договор купли продажи спорного транспортного средства - «Nissan Note Hybrid», 2021 г.в., VIN: 

<

 № >, двигатель: 

<

 № >, цвет черный; стоимость имущества согласована сторонами в размере 1300000 руб. (л.д. 10).

08.08.2023 ФИО1 обратился с заявлением в ОП № 3 УМВД России по г.Екатеринбургу о привлечении к уголовной ответственности ФИО4, которому он передал приобретенное транспортное средство, как указывал истец, в целях его подготовки к продаже и поиска потенциального покупателя. Наряду со спорным автомобилем ФИО1 передал ФИО4 также второй автомобиль «Nissan Note Hybrid», 2020 г.в., номер кузова: 

<

 № >, модель и номер двигателя: 

<

 № >, который также им был приобретен на территории Приморского края в июне 2023 г. и пригнан в г. Екатеринбург (второй автомобиль являлся предметом рассмотрения другого гражданского дела № 2-97/2024).

Из материалов проверки КУСП 

<

 № > от 08.08.2023, а также устных пояснений ФИО1, данных в судебном заседании, следует, что ФИО1 передал ФИО4 оба транспортных средства с ключами и документами для предпродажной подготовки с целью поиска потенциальных покупателей. При этом доверенности ФИО4 на право отчуждения автомобиля не выдавал, в письменном виде поручение и его объем зафиксированы не были. 08.07.2023 ФИО1 (посредством перевода на банковскую карты жены) получил от ФИО4 в качестве аванса от потенциальных покупателей 100000 руб. (за оба автомобиля). Как указывал ФИО1 в своем заявлении в ОП № 3, окончательный расчет потенциальные покупатели должны были произвести по факту получения или кредита, сначала 16.07.2023, затем 19.07.2023. Вместе с тем, сделки срывались по непонятным причинам, встречи с покупателем переносились, а ФИО4 под разными предлогами отказывался возвратить автомобили ФИО1 Впоследствии ФИО1 выяснил, что автомобили, в т.ч. спорный были отчуждены иному лицу, а ФИО4 не собирается возвращать ему деньги.

Из письменных объяснений ФИО4, содержащихся в материалах проверки КУСП 

<

 № > от 08.08.2023, следует, что по договоренности с ФИО1 он выставил два автомобиля, в т.ч. спорный, на интернет-сайте для продажи, сообщил об этом ФИО1, с чем тот согласился, затем получил от потенциального покупателя аванс в размере 100000 руб., который перевел ФИО1; спустя неделю сделка сорвалась, нашелся новый покупатель, который приобрел оба автомобиля за наличные денежные средства; получив денежные средства в сумме 1600 000 руб. за продажу автомобилей, М.М.ВБ. ими воспользовался по своему усмотрению. Сроки возврата денежных средств с ФИО1 не обговаривал, но готов вернуть их в полном объеме в течение одного месяца. 

Как пояснил в судебном заседании ФИО2, объявления о продаже автомобилей, в т.ч. спорного, ему показал знакомый Ф.К.К.; затем они договорились о встрече с ФИО4; ФИО4 сообщил ФИО2, что пригнал автомобили с Дальнего Востока, спорный автомобиль прибрел у ФИО3, но с целью дальнейшей перепродажи не регистрировал транспортное средство на себя. ФИО2 проверил ЭПТС, в котором собственником автомобиля числилась ФИО3, проверил действительность паспорта ФИО3 через открытые источники в сети «Интернет», убедился в отсутствии ограничений на автомобиль, взял расписку от ФИО4 в получении денежных средств, сфотографировал его паспорт. Никаких сомнений в чистоте сделки у него не было. В настоящее время автомобиль фактически у него не находится, отчужден по договору купли-продажи от 20.08.2023 в пользу ФИО5 (л.д. 125-126); поскольку новый собственник на себя транспортное средство не регистрировал, ФИО2 сам снял автомобиль с регистрационного учета.

Согласно ответу на запрос суда из УМВД России по Тюменской области, в настоящее время транспортное средство «Nissan Note Hybrid», 2021 г.в., VIN: 

<

 № >, на государственном учете не состоит, регистрация прекращена 01.09.2023 в связи с продажей другому лицу (л.д. 117 т.1). 

Допрошенный по ходатайству ФИО2 свидетель Ф.К.К. суду пояснил, что ФИО2 является его знакомым. Поскольку свидетелю было известно о том, что ответчик занимается поиском автомобилей, он, увидев в сети «Интернет» объявление о продаже двух автомобилей, показал их ФИО2, после чего, договорившись с продавцом о просмотре, они вместе поехали на сделку с ФИО4; Ф.К.К. было интересно посмотреть сами автомобили, а также интересовал сам процесс покупки. Продавец автомобилей оказался свидетелю знаком, поскольку они работали вместе с ФИО4 меньше месяца. Машины осматривались ФИО2 на месте. Как оформлялись документы на автомобили и передавались денежные средства сам свидетель не видел. При осмотре автомобилей и заключении сделок ФИО4 позиционировал себя именно в качестве собственника транспортных средств, которые он продавал. 

Согласно ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. 

Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации.

Руководствуясь вышеназванными правовыми нормами, руководящими разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 при приобретении спорного автотранспортного средства проявил необходимую и достаточную степень заботливости и осмотрительности, предпринял все разумные меры, направленные на проверку юридической чистоты сделки.

Тот факт, что ФИО1 самостоятельно и добровольно передал автомобиль со всеми принадлежностями (ключами, документами, включая договор купли-продажи, заполненный от имени продавца ФИО3, таможенными приходными ордерами, свидетельствами о безопасности конструкции транспортного средства) ФИО4, а впоследствии принял от него аванс в счет будущей сделки от потенциального покупателя в сумме 100000 руб., т.е. своими конклюдентными действиям фактически одобрял действия ФИО4 по продаже автомобиля, свидетельствует о выбытии транспортного средства по его воле.

Более того, передавая два дорогостоящих автомобиля с полными комплектами документов, в т.ч. правоустанавливающими, и ключами ФИО4, с которым исходя из пояснений истца он в каких-либо доверительных и дружеских отношениях не находился, истец, не оформляя при этом в письменном виде соглашения/договора и не фиксируя объем полномочий ФИО4, фактически принял на себя риск связанных с данными действиями негативных последствий, которые с учетом конкретных обстоятельств дела не могут быть возложены на ФИО2 как лица, проявившего достаточную для подобного рода сделок степень осмотрительности.

ФИО2 при совершении сделки по приобретению транспортного средства располагал правоустанавливающими документами на автомобиль (в т.ч. электронным паспортом транспортного средства, в котором собственником значилась ФИО3), перед приобретением автомобиля убедился в том, что он не обременен, ему на обозрение был представлен договор купли-продажи автомобиля между ФИО3 и ФИО4, т.е., как покупатель, он предпринял все зависящие от него самого необходимые и разумные меры для проверки чистоты сделки.

Кроме того, суд соглашается с правовой позицией ФИО2 о том, что способ продажи автомобиля от имени собственника, указанного в ЭПТС, соответствует обычной, широко распространенной практике совершения подобного рода сделок для лиц, занимающихся перепродажей автомобилей.

Вопреки доводам стороны истца по первоначальному иску, доказательств наличия сговора ФИО4 и ФИО2, умысла на причинение ущерба ФИО1, не представлено. 

Не подтверждает наличие каких-либо личных доверительных отношений, между указанными лицами после совершения сделки детализация телефонных переговоров, а также тот факт, что ФИО4 и ФИО2 в разные периоды проживали в одном доме. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения первоначального иска ФИО1 о признании сделки недействительной, и наличии правовых оснований для удовлетворения встречного иска ФИО2 о признании его добросовестным приобретателем транспортного средства.

Учитывая установленные судом обстоятельства дела, суд отмечает, что ФИО1 не лишен возможности защиты своих прав иными предусмотренными законом способами, в т.ч. путем заявления самостоятельных исковых требований к ФИО4 о взыскании денежных средств, вырученных от продажи принадлежащих ему автомобилей и упущенной выгоды (при наличии и доказанности таковой).

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной, возложении обязанности вернуть транспортное средство – оставить без удовлетворения. 

Встречное исковое заявление ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании добросовестным покупателем – удовлетворить.

Признать ФИО2, 

<

 дд.мм.гггг > г.р. (паспорт 

<

 № >, выдан 13.04.2022), добросовестным приобретателем автомобиля «Nissan Note Hybrid», 2021 г.в., VIN: 

<

 № >, двигатель: 

<

 № >, цвет черный.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение одного месяца со дня его изготовления в полном объеме через Орджоникидзевский районный суд г.Екатеринбурга.

Мотивированное решение суда будет изготовлено в течение пяти дней.

Председательствующий С.В. Делягина 

Решение суда в мотивированном виде изготовлено 10.04.2024.

Председательствующий: С.В. Делягина