Судья Солдатенко Е.В. Дело № 22-1668/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск 18 июля 2024 года

Томский областной суд в составе

председательствующего судьи Бульдович О.Н.,

при секретаре Потаповой А.А., 

с участием прокурора отдела прокуратуры Томской области Кривошеева С.И.,

осужденного ФИО1 и в защиту его интересов адвоката Золотухиной Л.Г.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1, апелляционному представлению и дополнениям к нему государственного обвинителя Высоцкой Е.И. на приговор Северского городского суда Томской области от 26 апреля 2024 года, которым 

ФИО1, родившийся /__/, не судимый,

осужден по ч.1 ст.318 УК РФ к штрафу в размере 15000 рублей с рассрочкой выплаты суммы штрафа на срок 5 месяцев равными частями по 3000 рублей ежемесячно.

Гражданский иск потерпевшего Ч. удовлетворен частично, с осужденного ФИО1 взыскана в пользу Ч. денежная компенсация морального вреда в размере 4000 рублей. 

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении после вступления приговора в законную силу постановлено отменить. 

В соответствии со ст.81 УПК РФ решена судьба вещественных доказательств. 

Изучив материалы дела, заслушав выступление осужденного ФИО1 и в защиту его интересов адвоката Золотухину Л.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Кривошеева С.И., полагавшего необходимым приговор суда отменить по доводам дополнительного апелляционного представления с направлением дела на новое судебное рассмотрение, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором Северского городского суда Томской области от 26 апреля 2024 года ФИО1 признан виновным в применении насилия, не опасного для здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Преступление совершено в период с 11.00 часов до 12.00 часов 24 мая 2022 года в /__/ Томской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в совершении преступления не признал. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона. 04 апреля 2022 года он на основании ч.1 ст. 2 ФЗ от 02 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан РФ» обратился в УМВД России по ЗАТО г. Северск с просьбой об ознакомлении с материалами проверки КУСП №7849 от 09 июня 2021 года, предварительное следствие по которому было прекращено 18 июня 2021 года. Его ознакомление с материалами доследственной проверки, оконченной постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, проходило не в порядке УПК РФ или ФЗ «О полиции» с наделением Ч. распорядительными полномочиями, установленными ст.38 УПК РФ, а в порядке, установленном положениями ФЗ от 02 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан РФ», который не наделяет должностное лицо распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости. При ознакомлении с материалами выяснилось, что они были расшиты, оформление дела производилось с нарушением п.193, 200, 201, 203, 205, 206, 207 Инструкции по делопроизводству в органах внутренних дел РФ, утвержденной приказом МВД России от 20 июня 2012 года №615. Заключение руководителя органа внутренних дел, на котором проставляется отметка об ознакомлении гражданина с материалами проверки КУСП №7849 от 09 июня 2021 года по его обращению, заверенная подписью гражданина, отсутствовало, ему Ч. не предъявлялось. Считает, что требования Ч. о проставлении отметки об ознакомлении на материалах доследственной проверки были направлены на сокрытие факта халатности, допущенной при проведении доследственной проверки, к понуждению проставить его подпись на материалах проверки, по которой процессуальные действия не проводились. С противоправной целью Ч. удерживал его и его представителя, пытаясь получить подпись на материалах доследственной проверки, законченной постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела. Постановлением от 10 июня 2022 года прокуратурой ЗАТО г. Северск Томской области данное постановление отменено как незаконное. Обращение Ч. с рапортом к руководителю органа внутренних дел о применении им насилия не имело под собой никаких оснований и было продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред иному лицу. 

Считает, что вывод суда о наличии в его действиях вины противоречит установленным по делу обстоятельствам и сделан с нарушением требований ст.37 УК РФ. ответственность за причинение вреда наступает для обороняющегося лица лишь в случае превышения пределов необходимой обороны, то есть когда будет установлено, что оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в ч.2 ст.37 УК РФ, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства, и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий вред здоровью или смерть. Не влечет уголовную ответственность умышленное причинение посягавшему лицу средней тяжести или легкого вреда здоровью либо нанесение побоев, а также причинение любого вреда по неосторожности, если это явилось следствием действий оборонявшегося лица при отражении общественно опасного посягательства. Ссылаясь на свои показания и показания потерпевшего Ч., отмечает, что потерпевший, когда он отказался проставить отметки об ознакомлении и решил покинуть кабинет, обогнал выходящих, встал в проеме двери с целью препятствия выходу. Ссылаясь на протокол судебного заседания от 28 июля и 04 августа 2022 года, отмечает, что он указывал на применение силы Ч., который толкал К., хватал ее за руки, преграждал проход, блокировал выход, делая это сознательно. К. пояснила, что у нее сложилось стойкое ощущение, что документы были в виде бланков, это был опрос, который Ч. хотел заверить подписью ФИО1, чтобы подтвердить факт проведенного надлежащим образом расследования. К. пояснила, что боялась за свою жизнь, в связи с чем и побежала к проходу, чтобы не дать возможность Ч. закрыть дверь. Все это время Ч. удерживал их руками, преграждая путь. Поскольку она освободила проход, они вышли из кабинета. Дополнительно К. пояснила, что слова Ч. «Не толкайтесь», «Что Вы меня толкаете» были адресованы непосредственно ей, потому что она отталкивала его (Ч.) и просила отпустить ее, а он (ФИО1) уже в это время вышел в коридор, Ч. вырывал у К. сумку, она оттолкнула его, потому что иначе у нее не было возможности выйти. Для К-вых действиях Ч. по удержанию их в кабинете были неожиданными. Обстоятельства начала и развития конфликтной ситуации, характер действий Ч. не позволяли ФИО1 с очевидностью определить момент окончания применяемого к ним насилия в виде удержания в кабинете. Обстоятельства причинения им (ФИО1) Ч. телесных повреждений по уголовному делу не установлены. В силу отсутствия признаков преступления или правонарушения, задержание Ч. К-вых в дверях при попытке выхода не являлось общественно полезным или социально допустимым (целесообразным) действием, в связи с чем попытка К-вых покинуть кабинет не подпадает в сферу уголовно-правового регулирования и автоматически не может влечь уголовную ответственность. Поведение Ч. не может быть квалифицировано в качестве применения необходимой обороны, так как правомерные действия должностных лиц, находящихся при исполнении своих служебных обязанностей, не могут выступать в качестве основания для необходимой обороны, право на нее не возникает. Действия Кулевых, направленные на прекращение дальнейшего насилия в виде удержания в кабинете Ч., не причинили вреда здоровью последнего, не вышли за пределы необходимой обороны и в соответствии с ч.2 ст.37 УК РФ не образуют состава какого-либо преступления. Отмечает, что при производстве экспертизы, по результатам которой было вынесено заключение эксперта №225 от 25 мая 2022 года, судебный эксперт не установил его личность, что ставит под сомнение результаты обследования, так как допускает подмену обследуемого. Материалы дела не свидетельствуют о том, что руководителю ФГБУ СИБФНКЦ ФМБА А. направлялось спорное постановление от 24 мая 2022 года о назначении судебной экспертизы, что он его изучал и устанавливал вид, характер и объем предстоящей экспертизы, определял исполнителя, разъяснял права эксперта, его обязанности, предупреждал об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст.307 УК РФ, брал у эксперта соответствующую подписку и направлял ее вместе с заключением эксперта лицу, которое назначило экспертизу, не свидетельствуют, что обеспечил условия, необходимые для проведения исследований, что материалы выполненной экспертизы проверялись руководителем экспертного подразделения, руководителем ГСЭУ или специально назначенными им для этого лицами. Материалы дела не свидетельствуют о направлении в подразделение экспертизы вещественных доказательств – образцов для сравнительного исследования. Судебно-медицинская экспертиза вещественных доказательств и исследование биологических объектов по уголовному делу не назначалась и экспертом не проводилась. Факт наличия повреждения на правом плече от удара ладонью у Ч. экспертом не выявлен. Причинно-следственная связь между нанесением удара в правое плечо и возникновением ссадины в области наружной поверхности правого локтевого сустава не установлена. П. не был свидетелем по уголовному делу и не значился в списке лиц, подлежащих вызову в суд, что не давало оснований допрашивать эксперта о содержании показаний, данных обследуемым в ходе производства оспоренной судебно-медицинской экспертизы в качестве свидетеля. Несмотря на то, что закон исключает возможность любого прямого или опосредованного использования содержащихся в исключенных документах сведений, данное обстоятельство судом было проигнорировано. Полагает, что вывод суда о наличии события преступления в виде применения насилия путем нанесения правшой ФИО1 удара левой рукой в правое предплечье Ч., а также при отсутствии в видеозаписях и скриншотах факта нанесения ФИО1 удара Ч. нарушает принцип презумпции невиновности. Показания свидетелей И. и С. основаны на предположениях о возможном ударе. Аудиозапись также не дает возможности квалифицировать, каким образом была осуществлена попытка выхода из кабинета, было ли при этом применено насилие в отношении Ч. Суд, исключая видеозапись и скриншоты с нее из числа доказательств, не указал, по каким основаниям принял показания свидетелей И. и С. в качестве доказательств и отверг данные видеозаписи и скриншоты с нее как не содержащие юридически значимой информации для дела. Обвинительный приговор в силу презумпции невиновности не может быть основан на предположениях, все неустранимые сомнения в доказанности обвинения, в том числе отдельно их составляющих, толкуются в пользу подсудимого. Обращает внимание на противоречия в выводах суда, признавшего его виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ, мотивом которого является исполнение представителем власти должностных обязанностей, и в то же время сделавшего вывод об отсутствии у осужденного неприязни к должностному лицу. Апелляционным постановлением Томского областного суда от 26 декабря 2022 года постановление Северского городского суда Томской области от 26 октября 2022 года о возвращении уголовного дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ оставлено без изменения, апелляционное представление об отмене постановления в связи с ненадлежащим составом суда – без удовлетворения. Вместе с тем при повторном поступлении 22 декабря 2023 года уголовного дела в суд оно было распределено путем использования автоматизированной информационной системы другому судье. Полагает, что УПК РФ допускает замену состава суда лишь в случае невозможности кого-либо из судей продолжать участие в судебном процессе. Вынесение постановления о назначении судебного заседания в прядке ст.227 УПК РФ иным судьей является нарушением закона, поскольку стадия подготовки к судебному заседанию уже пройдена предыдущим судьей, закон не допускает возвращения к ней. Поскольку возврат дела был осуществлен судьей прокурору именно на стадии судебного следствия, в котором судья Солдатенко Е.В. участия не принимала, то дело должно было быть распределено председателем тому же судье, который осуществлял по нему судебное следствие – Б. Отмечает, что тайна совещательной комнаты направлена на обеспечение независимости и беспристрастности судей, принятие ими решений по внутреннему убеждению, сформированному в состязательном процессе по результатам судебного следствия. Из сведений с официального сайта Северского городского суда Томской области следует, что судья Солдатенко Е.В. удалился в совещательную комнату для вынесения судебного решения по уголовному делу 22 апреля 2024 года, приговор провозглашен 26 апреля 2024 года в 15.00 часов в зале судебного заседания. Вместе с тем из списка дел, назначенных к слушанию на 26 апреля 2024 года, следует, что судья Солдатенко Е.В. 26 апреля 2024 года в 09.15 часов рассмотрела в качестве суда первой инстанции уголовное дело №1-24/2024 (1-296/2023) по обвинению Б. в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.4 ст.158 УК РФ. Ссылаясь на определение Верховного Суда РФ от 25 мая 2021 года №64-УД21-1-К9, указывает, что рассмотрение судьей других дел в процессе постановления приговора по уголовному делу является нарушением положений ст.298 УПК РФ, поскольку постановленный при таких обстоятельствах приговор не может восприниматься как законный, обоснованный и справедливый, постановленный независимым и беспристрастным судьей. Такое нарушение уголовно-процессуального закона относится к существенным, влекущим безусловную отмену судебных решений. Просит приговор Северского городского суда Томской области от 26 апреля 2024 года отменить, вынести по делу оправдательный приговор. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Высоцкая Е.И. выражает несогласие с приговором суда, считает его подлежащим изменению ввиду допущенных судом нарушений уголовно-процессуального закона. Ссылаясь на положения п.10 ч.1 ст.299, п.5 ч.1 ст.307, п.1 ч.1 ст.309 УПК РФ, указывает, что, принимая решение по заявленному потерпевшим Ч. гражданскому иску, суд обоснованно в описательно-мотивировочной части приговора указал на необходимость его частичного удовлетворения. Вместе с тем денежная компенсация морального вреда в описательно-мотивировочной части указана в размере 3000 рублей, а в резолютивной части – в размере 4000 рублей. Таким образом, выводы суда о сумме денежной компенсации потерпевшему противоречивы. Просит приговор Северского городского суда Томской области от 26 апреля 2024 года в отношении ФИО1 в части гражданского иска отменить, передать уголовное дело в этой части на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. В дополнениях к апелляционному представлению государственный обвинитель Высоцкая Е.И. указывает, что основанием для возвращения уголовного дела прокурору 26 октября 2022 года послужило неполное изложение предусмотренных законом обстоятельств, в том числе, в обвинительном заключении не было указано, на воспрепятствование какой именно законной деятельности представителя власти были направлены действия ФИО1 Согласно обвинительному заключению, утвержденному 22 декабря 2023 года, ФИО1 обвинялся в применении насилия, не опасного для здоровья, в отношении представителя власти, в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. Так, ФИО1 применил насилие в отношении Ч., который исполнял свои должностные обязанности, предусмотренные Инструкцией «Об организации рассмотрения обращений граждан в системе Министерства Внутренних дел РФ» от 12 сентября 2013 года № 707, п.4 Приказа МВД России от 09 января 2018 года №1 «Об органах предварительного следствия в системе МВД России», п.9 ч.1 ст.12 ФЗ РФ от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», п.7.1, п.8.16 должностного регламента № 39-23/2425, утвержденного начальником СО УМВД России по ЗАТО г. Северск Томской области 28 марта 2022 года, а также п.8-13 раздела 3 Инструкции по организации и обеспечению контрольно-пропускного режима и безопасности в административном здании УМВД России по ЗАТО г. Северск Томской области, утвержденной начальником УМВД России по ЗАТО г. Северск Томской области 22 апреля 2022 года. Однако в приговоре от 26 апреля 2024 года при описании преступного деяния суд не указал вышеуказанные значимые обстоятельства, изложенные в предъявленном обвинении. В описательно-мотивировочной части приговора также отсутствует надлежащая оценка и мотивы суда по исключению из описания преступного деяния указаний на часть должностных обязанностей Ч. и на нормативно-правовые акты, которыми руководствовалось должностное лицо при ознакомлении ФИО1 с материалами проверки. Вместе с тем на странице 9 приговора суд, мотивируя свое решение о виновности ФИО1 в совершении указанного деяния, ссылается на п.5, 10 Инструкции по организации и обеспечению контрольно-пропускного режима и безопасности в административном здании УМВД России по ЗАТО г. Северск Томской области, что противоречит установленным судом обстоятельствам, изложенным при описании преступного деяния. Просит приговор Северского городского суда Томской области от 26 апреля 2024 года в отношении ФИО1 отменить, вынести новый обвинительный приговор. 

Выслушав мнения участников процесса, проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст.38915, ст.38916 и ст.38917 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, а также существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, то есть постановленным в соответствии с требованиями УПК РФ и основанным на правильном применении уголовного закона.

Суд апелляционной инстанции полагает, что данные требования закона по настоящему уголовному делу должным образом не выполнены. 

Так, по приговору суда ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ.

В соответствии со ст. 73 УПК РФ к обстоятельствам, подлежащим доказыванию при производстве по уголовному делу, относятся событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), виновность лица, форма его вины и мотивы.

Исходя из диспозиции ч. 1 ст. 318 УК РФ, объективная сторона преступления характеризуется применением физического или психического насилия в отношении представителя власти, при этом насилие осуществляется в связи с исполнением потерпевшим своих должностных обязанностей.

Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом, то есть лицо осознает общественно-опасный характер и диапазон применяемого им насилия или угроз, осознает, что они направлены против представителя власти именно в связи с выполнением им своих должностных обязанностей, предвидит наступление общественно-опасных последствий и желает их наступления.

Ответственность по ч.1 ст. 318 УК РФ наступает только в случаях противодействия законной деятельности должностного лица.

Как следует из приговора, признавая ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, суд при описании преступного деяния указал, что Ч. исполнял свои служебные обязанности, выполняя указание своего руководства – начальника следственного отдела К. по ознакомлению ФИО1 с материалами проверки сообщения о преступлении, зарегистрированного в КУСП УМВД России по ЗАТО г. Северск Томской области под номером 7849, а также сопровождая ФИО1 в здании УМВД России по ЗАТО г. Северск.

Также при описании преступного деяния суд указал, что ФИО1, действуя умышленно, осознавая, что Ч. является представителем государственной власти и находится при исполнении своих должностных обязанностей, желая воспрепятствовать его законной деятельности по заверению факта ознакомления с материалом проверки подписью заявителя и желая самовольно покинуть кабинет № 537, применил в отношении Ч. насилие, не опасное для здоровья. 

Вместе с тем описание преступного деяния, признанного судом доказанным, не содержит указания на нормативно-правовые акты, которыми руководствовалось должностное лицо при ознакомлении ФИО1 с материалами проверки, сопровождении ФИО1 в здании УМВД России по ЗАТО г. Северск, что лишало суд и участников процесса возможности оценить законность деятельности Ч., исходя из доводов стороны защиты о том, что тот удерживал К-вых в кабинете, преграждал проход, препятствуя их выходу.

Ссылка суда первой инстанции в описательно-мотивировочной части приговора, при мотивировании вывода о законности требования Ч. о проставлении отметки об ознакомлении с материалом, на нормативно-правовые акты (ФЗ «О полиции», должностной регламент, Инструкцию об организации рассмотрения обращений граждан в системе МВД РФ, утвержденную приказом МВД России от 12 сентября 2013 года №707, Инструкцию по организации и обеспечению контрольно-пропускного режима и безопасности в административном здании УМВД по ЗАТО г. Северск Томской области, утвержденную начальником 22 апреля 2022 года), в соответствии с которыми, как указал суд первой инстанции, действовал Ч., не исключает обязанности суда излагать все элементы состава преступления при описании преступного деяния, признаваемого судом доказанным. 

При этом, как усматривается из описательно-мотивировочной части приговора, судом не дана оценка законности деятельности Ч. по сопровождению ФИО1 в здании УМВД России по ЗАТО г. Северск Томской области и не сделан вывод о том, можно ли расценить попытку ФИО1 самовольно покинуть кабинет № 537 противодействием законной деятельности Ч.

Как следует из постановления Северского городского суда Томской области от 26 октября 2022 года, оставленного без изменения апелляционным постановлением Томского областного суда от 26 декабря 2022 года, неконкретность формулировки предъявленного ФИО1 обвинения, в котором не указано, на воспрепятствование какой именно законной деятельности представителя власти были направлены его действия, являлась основанием для возвращения уголовного дела прокурору ЗАТО г. Северск Томской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Из обвинительного заключения, утвержденного прокурором 21 декабря 2023 года, усматривается, что ФИО1 обвиняется в применении насилия, не опасного для здоровья, в отношении представителя власти, в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, предусмотренных п.9 ч.1 ст.12 ФЗ РФ от 07 февраля 2011 года №3-ФЗ «О полиции», п.7.1, п.8.16 должностного регламента №39-23/2425, утвержденного начальником СО УМВД России по ЗАТО г. Северск Томской области 28 марта 2022 года, п.116 Инструкции «Об организации рассмотрения обращений граждан в системе МВД РФ», утвержденной приказом МВД России от 12 сентября 2013 года №707, а также п.8-13 раздела III Инструкции по организации и обеспечению контрольно-пропускного режима и безопасности в административном здании УМВД России по ЗАТО г. Северск Томской области, утвержденной начальником УМВД России по ЗАТО г. Северск Томской области 22 апреля 2022 года. 

По мнению суда апелляционной инстанции, исключив из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, ссылки на указанные в обвинительном заключении положения нормативно-правовых актов, суд первой инстанции при изложении существа обвинения ФИО1 фактически допустил нарушения уголовно-процессуального закона, которые ранее уже признавались судом как исключающие возможность постановления приговора. При этом, вопреки требованиям п.3 ст.307 УПК РФ, основания и мотивы изменения обвинения в части исключения ссылок на указанные нормативно-правовые акты суд в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора не привел. 

Кроме того, в соответствии с п.2 ст.307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства. 

Исходя из требований уголовно-процессуального закона, суд при постановлении приговора должен дать объективную оценку всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам, как подтверждающим выводы по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащим им. 

В соответствии с положениями ч.1 ст.88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела. 

При этом обвинительный приговор может быть постановлен тогда, когда по делу исследованы с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и тщательно проанализированы как в отдельности, так и в совокупности все собранные по делу доказательства, им дана мотивированная оценка, имеющиеся противоречия выяснены и устранены. 

Как следует из материалов уголовного дела, в ходе предварительного расследования и судебного заседания К. показывала, что Ч. резко встал из-за стола и направился к дверному проему, по пути оттолкнув от себя ФИО1, после чего встал в дверном проеме, преградив проход. При этом Ч. не менее двух раз оттолкнул ее руками в область ее рук, держал ее руки, обратно заталкивал в кабинет (т.1, л.д.85-86, т.5, л.д.147-об).

Из протокола осмотра предметов от 22 июня 2022 года также усматривается, что в ходе разговора, записанного на аудиозапись, К. произносила следующие фразы: «…Вы не будете мне препятствовать», «Отпустите меня! Вы препятствуете выходу из кабинета», «И что? Вы меня будете теперь держать что ли в том кабинете?» (т.1, л.д.100-103).

Свидетели И., Д. также пояснили, что из кабинета Ч. доносились мужские и женские крики, адресованные Ч., в том числе фраза «Ты что творишь?»; выйдя из кабинета, К. кричала: «Вы не имеете права! Отпустите меня!», ФИО1: «/__/, ты беспределишь» (т.1, л.д.75-76, 83-84). 

Вместе с тем, делая вывод о правомерности действий Ч., суд первой инстанции оставил без внимания и не дал оценки указанным показаниям свидетелей, а также протоколу осмотра предметов от 22 июня 2022 года в части изложения фраз, употребленных свидетелем К., и не проверил версию стороны защиты о незаконном удерживании Ч. К-вых в кабинете, а также о возможном применении Ч. в отношении них насилия. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что требования ст. 73 УПК РФ судом в полном объеме не выполнены, что свидетельствует о несоответствии выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным на основании анализа исследованных доказательств, и о допущенных при рассмотрении уголовного дела существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, которые повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Установленные нарушения уголовно-процессуального закона являются неустранимыми в суде апелляционной инстанции, в связи с чем суд полагает необходимым отменить приговор в отношении ФИО1 и направить уголовное дело в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство иным составом суда.

В связи с отменой приговора из-за существенных нарушений судом уголовно-процессуального закона, доводы апелляционной жалобы осужденного ФИО1 о недоказанности его вины и необоснованности квалификации содеянного могут быть проверены судом первой инстанции при новом рассмотрении настоящего уголовного дела, при котором суду необходимо устранить допущенные нарушения, полно, всесторонне и объективно исследовать представленные сторонами доказательства, дать им надлежащую оценку, в том числе с учетом всех доводов апелляционной жалобы осужденного, и принять по делу законное, обоснованное и справедливое решение.

Учитывая, что ФИО1 на предварительном следствии была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, суд апелляционной инстанции считает, что предусмотренных законом оснований для ее отмены или изменения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 38913, 38915, 38916, 38917, 38920, 38922, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

апелляционное представление и дополнения к нему государственного обвинителя Высоцкой Е.И. удовлетворить. 

Приговор Северского городского суда от 26 апреля 2024 года в отношении ФИО1 отменить.

Уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в Северский городской суд Томской области иным составом суда со стадии судебного рассмотрения.

Меру пресечения в отношении ФИО1 оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в соответствии с главой 471 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Кассационная жалоба и представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. 4017, 4018 УПК РФ, могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Томского областного суда О.Н. Бульдович