12-12/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

 

16 ноября 2017 г. г. Волгоград

Судья Волгоградского гарнизонного военного суда Боховко Василий Александрович (

<

...>) с участием помощника военного прокурора Волгоградского гарнизона старшего лейтенанта юстиции ФИО1, защитника лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, – ФИО2 и представителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы России по Волгоградской области – ФИО3, при секретаре Поповой Е.И., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе должностного лица – командира войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО5, 

<

данные изъяты>

на постановление заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Волгоградской области ФИО4 от 27 сентября 2017 года о привлечении ФИО5 к административной ответственности за правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 7.31 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ),

у с т а н о в и л :

Согласно материалам дела постановлением заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы России по Волгоградской области от 27 сентября 2017 года (далее – уполномоченное должностное лицо) ФИО5 привлечён к административной ответственности по ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ, на основании которой ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 20000 рублей. Как указано в данном постановлении, командир войсковой части № ФИО5, являясь должностным лицом, выполняющим организационно-распорядительные функции, в нарушение требований ч. 3 ст. 103 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Федеральный закон «О контрактной системе в сфере закупок»), предусматривающей, что заказчик в сфере закупок товаров, выполнения работ, оказания услуг для государственных и муниципальных нужд в течение трех рабочих дней с даты внесения изменений в условия контракта, заключенного для обеспечения государственных и муниципальных нужд, направляет указанную информацию в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции по кассовому обслуживанию исполнения бюджетов бюджетной системы Российской Федерации и ведущий реестр таких контрактов, сведения о дополнительных соглашениях от 15 мая и 19 июня 2017 года, изменяющих условия заключенного командованием этой воинской части государственного контракта № 1 от 30 декабря 2016 года, разместил в Единой информационной системе (далее- ЕИС) лишь 19 июля 2017 года, то есть несвоевременно. Тем самым, ФИО5 совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ. 

В своей жалобе ФИО5 просит отменить указанное постановление ввиду его незаконности и необоснованности. По его мнению, административную ответственность по ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ должны нести руководитель контрактной службы войсковой части №, либо должностные лица от подразделения, по заказу которого заключен государственный контракт № 1 от 30 декабря 2016 года, либо должностные лица объединённой бухгалтерии воинской части, на которых пунктом 3.7 Регламента распределения функциональных обязанностей контрактной службы, утверждённого приказом командира войсковой части № от 15 июля 2015 года № 501, возложена обязанность размещать в ЕИС информацию о заключенных контрактах в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных нужд, а также об изменении условий этих контрактов. 

Кроме того, в обжалуемом постановлении содержится ссылка о нарушении им ФИО5, требований законодательства в сфере закупок, регламентирующих порядок утверждения конкурсной документации, документации об аукционе, документации о проведении запроса предложений, определение содержания извещения о проведении запроса котировок, хотя таких нарушений он не допускал. 

В судебном заседании защитник ФИО5 поддержал требования и доводы, изложенные в рассматриваемой жалобе. Не оспаривая, что сведения о дополнительных соглашениях, изменяющих условия заключенного командованием войсковой части № государственного контракта № 1 от 30 декабря 2016 года, размещены в ЕИС с нарушением срока, предусмотренного ч. 3 ст. 103 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок», он пояснил, что ответственность по ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ должна быть возложена на руководителя контрактной службы войсковой части №, которым согласно приказу командира войсковой части № от 14 декабря 2016 года № 1253 назначен 

<

данные изъяты>, а также на начальника 

<

данные изъяты> этой воинской части как руководителя подразделения, заказавшего вышеназванный государственный контракт. На этих должностных лиц обязанность по внесению в ЕИС сведений о государственных контрактах и изменениях в такие контракты возложена не только вышеупомянутым Регламентом распределения функциональных обязанностей контрактной службы, но и должностными обязанностями, утвержденными командиром войсковой части № 

Представитель руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы России по Волгоградской области (далее – Управление ФАС) просил отказать в удовлетворении жалобы ФИО5. 

Рассмотрев материалы дела, выслушав защитника лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, возражения представителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы России по Волгоградской области, а также заключение прокурора, полагавшего необходимым оставить вышеуказанное постановление без изменения, нахожу жалобу ФИО5 не подлежащей удовлетворению.

Согласно представленным в суд материалам дело об административном правонарушении в отношении ФИО5 возбуждено постановлением военного прокурора Волгоградского гарнизона от 11 августа 2017 года в порядке, предусмотренном ст.ст. 28.1, 28.4 КоАП, по результатам проведения прокурорской проверки о соблюдении командованием войсковой части № законодательства в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд. Как указано в данном постановлении, действия ФИО5 как командира войсковой части №, за подписью которого сведения о дополнительных соглашениях, изменяющих условия государственного контракта № 1 от 30 декабря 2016 года, размещены в ЕИС по истечении срока, предусмотренного ч. 3 ст. 103 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок», образуют состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ.

Обжалуемое ФИО5 постановление вынесено в соответствии с ч. 1 ст. 23.66 КоАП РФ полномочным должностным лицом контрольного органа в сфере закупок, к числу которых согласно «Положению о Федеральной антимонопольной службе», утверждённому постановлением Правительства РФ от 30 июня 2004 года № 331, относятся антимонопольные органы, в пределах срока привлечения к административной ответственности, предусмотренного ст. 4.5 КоАП РФ. 

Как видно из материалов дела, в войсковой части № в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 38 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок» создана контрактная служба с целью осуществления закупок для государственных нужд и приказом командира войсковой части № от 15 июля 2015 года № 501 утверждены Положение о контрактной службе о воинской части и Регламент распределения функциональных обязанностей контрактной службы.

Согласно ч.ч. 1, 2 и 3 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок» федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции по кассовому обслуживанию исполнения бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, ведет реестр контрактов, заключенных заказчиками (далее - реестр контрактов). В реестр контрактов, помимо наименования заказчика, источника финансирования, способа определения поставщика (подрядчика, исполнителя), даты заключения контракта, копии заключенного контракта, подписанная усиленной электронной подписью заказчика, включается, в частности, информация об изменении контракта с указанием условий контракта, которые были изменены. В течение трех рабочих дней с даты заключения контракта заказчик направляет указанную в пунктах 1 - 7, 9, 12 и 14 части 2 настоящей статьи информацию в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий правоприменительные функции по кассовому обслуживанию исполнения бюджетов бюджетной системы Российской Федерации. В случае, если в соответствии с настоящим Федеральным законом были внесены изменения в условия контракта, заказчики направляют в указанный орган информацию, которая предусмотрена частью 2 настоящей статьи и в отношении которой были внесены изменения в условия контракта, в течение трех рабочих дней с даты внесения таких изменений.

В судебном заседании из объяснений защитника ФИО5 и представителя руководителя Управления ФАС, а также государственного контракта № 1 от 30 декабря 2016 года, подписанного командиром войсковой части №, установлено, что заказчиком данного контракта является эта воинская часть. 

В соответствии с «Положением о Федеральном казначействе», утверждённым постановлением Правительства РФ от 1 декабря 2004 года N 703, ведение реестра государственных контрактов, заключенных от имени Российской Федерации по итогам размещения заказов, осуществляется органами Федерального казначейства.

Из представленной в суд копии карточки контракта, размещённой в ЕИС и дополнительных соглашений об изменении условий государственного контракта № 1 от 30 декабря 2016 года видно, что эти дополнительные соглашения заключены 15 мая и 13 июня 2017 года и внесены в ЕИС за электронной подписью ФИО5 лишь 19 июля 2017 года, то есть по истечении срока, предусмотренного ч. 3 ст. 103 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок».

При этом суд признает опиской, не подтвержденной документально, указание в обжалованном постановлении о том, что второе дополнительное соглашение об изменении указанного государственного контракта заключено якобы 19 июня 2017 года. 

Частью 2 ст. 7.31 КоАП РФ предусмотрена ответственность должностных лиц в виде наложения административного штрафа за несвоевременное представление в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на ведение реестра контрактов, заключенных заказчиками, информации (сведений) и (или) документов, подлежащих включению в такие реестры контрактов, если направление, представление указанных информации (сведений) и (или) документов являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок.

В соответствии со ст. 2.4 КоАП РФ и примечанию к ней административной ответственности подлежит должностное лицо в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей. Под должностным лицом следует понимать, в частности, лицо выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в Вооруженных Силах Российской Федерации. 

На основании изложенного прихожу к выводу о том, что в оспариваемом постановлении обосновано сделан вывод о нарушении командиром войсковой части № ФИО5 как должностным лицом требований ч. 3 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок», предусматривающей, что сведения о дополнительных соглашениях, изменяющих условия ранее заключенного государственного контракта, в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на ведение реестра таких контрактов, были представлены путём их внесения в ЕИС по истечении трёх рабочих дней с даты заключения этих дополнительных соглашений, в связи с чем действия последнего образуют состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ.

Поскольку, как видно из материалов дела, государственный контракт № 1 от 30 декабря 2016 года об оказании услуг для обеспечения государственных нужд заключен ФИО5 как командиром войсковой части № и им же в орган исполнительной власти, уполномоченный на ведение реестра таких контрактов, представлены сведения, подписанные электронной подписью ФИО5, о дополнительных соглашениях, изменяющих данный контракт, путём внесения таких сведений в ЕИС, очевидно, что при таких обстоятельствах именно он, а не иное должностное лицо, является субъектом административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ. 

Данный вывод вытекает также из положений п. 6 ст. 103 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок», согласно которому порядок ведения реестра контрактов устанавливается Правительством РФ, п. 3 постановления Правительства РФ от 28 ноября 2013 N 1084 «О порядке ведения реестра контрактов, заключенных заказчиками, и реестра контрактов, содержащего сведения, составляющие государственную 

<

данные изъяты>», согласно которому порядок и формы направления заказчиками информации и документов, предусмотренных пунктом 2 Правил ведения реестра контрактов, заключенных заказчиками (включая информацию о контракте и изменении условий контракта) устанавливаются Министерством финансов РФ, а также п. 6 приказа Министра финансов РФ от 24 ноября 2014 года N 136н «О порядке формирования информации, а также обмена информацией и документами между заказчиком и Федеральным казначейством в целях ведения реестра контрактов, заключенных заказчиками», согласно которому персональную ответственность за формирование информации и документов, за их полноту и достоверность несет лицо, имеющее право действовать от имени заказчика, электронной подписью которого подписаны соответствующие информация и документы.

В связи с этим суд признаёт необоснованными доводы ФИО5 и его защитника о том, что в силу«Положения о контактной службе воинской части» и Регламента распределения функциональных обязанностей, утвержденных приказом ФИО5 как командира воинской части, а также должностных обязанностей 

<

данные изъяты> и начальника 

<

данные изъяты> этой воинской части, эти должностные лица должны нести административную ответственность по ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ.

В соответствии со ст. 33 Устава внутренней службы Вооружённых Сил РФ единоначалие является одним из основных принципов строительства Вооруженных Сил, руководства ими и взаимоотношений между военнослужащими. Единоначалие заключается в наделении командира (начальника) всей полнотой распорядительной власти по отношению к подчиненным и возложении на него персональной ответственности перед государством за все стороны жизни и деятельности воинской части, подразделения и каждого военнослужащего. Единоначалие выражается в праве командира (начальника), исходя из всесторонней оценки обстановки, единолично принимать решения, отдавать в установленном порядке соответствующие приказы и обеспечивать их выполнение.

Из приведённой выше правовой нормы и положений ст. 83 этого же Устава следует, что командир, воинской части, являясь единоначальником, несёт персональную ответственность не только за принятые им решения, изданные приказы, но и за их выполнение. 

При этом объективных обстоятельств, препятствующих ФИО5 выполнить обязанность по размещению в ЕИС вышеуказанных сведений в срок, предусмотренный ч. 3 ст. 103 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок», не установлено. При таких обстоятельствах вывод уполномоченного должностного лица в постановлении о привлечении ФИО5 к административной ответственности, о том, что именно последний как командир части несёт ответственность по ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ за несвоевременное размещение в ЕИС сведения о дополнительных соглашениях, которые изменяют условия ранее заключенного государственного контракта, является правильным. 

Доказательства, на основании которых установлена вина ФИО5, получены с соблюдением требований закона, содержат необходимые для разрешения дела сведения и не вызывают сомнений в своей достоверности. Оснований для переоценки этих доказательств не имеется.

Нарушений, которые бы могли послужить основаниями отмены либо изменения оспариваемого постановления, из материалов дела не усматривается. Отсутствует ссылка на такие нарушения и в жалобе ФИО5. При этом его довод о том, что в обжалуемом постановлении имеется необоснованное указание о якобы нарушении им требований законодательства в сфере закупок, регламентирующих порядок утверждения конкурсной документации, документации об аукционе, документации о проведении запроса предложений, определение содержания извещения о проведении запроса котировок, то есть совершение им административного правонарушения, предусмотренного ч. 4.2 ст. 7.30 КоАП РФ, то такое указание не влияет на вывод суда по делу, поскольку, как следует из материалов дела, данное указание содержит ссылку на постановление о возбуждении дела об административном правонарушении, вынесенное прокурором, и очевидно является ошибочным, поскольку в этом постановлении прокурора, представленном в суд, действия, предусмотренные диспозицией ч. 4.2 ст. 7.30 КоАП РФ, ФИО5 в вину не вменяются. 

Наказание ФИО5 за совершенное правонарушение в соответствии с ч. 1 ст. 4.1 КоАП РФ назначено в пределах санкции ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ.

Поскольку при рассмотрении жалобы ФИО5 не установлено указанных в ст.ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ обстоятельств, влекущих необходимость изменения, отмены, или прекращения производства по делу, данная жалоба удовлетворению не подлежит. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, 

р е ш и л :

Постановление заместителя руководителя Управления Федеральной антимонопольной службы по Волгоградской области ФИО4 от 27 сентября 2017 года о привлечении командира войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО5 к административной ответственности за правонарушение, предусмотренное ч. 2 ст. 7.31 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу ФИО5- без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано и (или) опротестовано в судебную коллегию по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда через Волгоградский гарнизонный военный суд в течение десяти суток со дня его вручения или получения.

Судья В.А. Боховко