К делу №

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

04 апреля 2024 года 

<

адрес>

Майкопский городской суд Республики Адыгея в составе: председательствующего - судьи Катбамбетова М.И.,

при секретаре судебного заседания ФИО3,

с участием ст. помощника прокурора 

<

адрес> М.Б., представителя истцов ФИО1, ФИО2 по ордеру ФИО4, представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО11, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований МВД по 

<

адрес> по доверенности ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Республики Адыгея о взыскании морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием,

У С Т А Н О В И Л:

Истцы ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к Министерству финансов РФ о взыскании морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием. 

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя СО ОМВД по России по 

<

адрес> ФИО6 в отношении ФИО1 и ФИО2 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 260 УК РФ. Согласно постановления о возбуждении уголовного дела следует, что истцы совместно в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в выделе 32 квартала № Красногвардейского участкового лесничества структурного подразделения «Красногвардейское лесничество» Управления лесами Республики Адыгея, произвели незаконную рубку лесных насаждений до степени прекращения роста деревьев породы «ясень», чем причинен ущерб Управлению лесами Республики Адыгея в особо крупном размере, на общую сумму 4 749 200 рублей. ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя СО Отдела ОМВД России по 

<

адрес> ФИО7 уголовное дело № прекращено на основании п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ в связи с их непричастностью к совершению преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ. Данное постановление вышестоящим руководством следственных органов и прокуратурой признано законным и обоснованным. Так ФИО2 и ФИО1 были признаны подозреваемым и допрашивались по уголовному делу в качестве подозреваемых. У ФИО1 изымалось имущество, осматривались жилые и подсобные помещения. Осмотр и изъятие имущества осуществлялось в вечернее время, при этом присутствовало большое количество людей, так как сотрудники полиции, подъехав к дому ФИО1, применяли специальные звуковые сигналы, включали проблесковые маяки. С целью обнаружения следов преступления в домовладении у ФИО2 также производился осмотр помещений, придворовой территории. В результате чего члены их семей, включая несовершеннолетних детей, были напуганы, долгое время вспоминали произошедшее. По делу сотрудниками полиции допрашивались свидетели, из числа жителей села Большесидоровского, у которых выяснялись вопросы их образа жизни и работы, следственными органами запрашивалась различная информация, проводились следственные мероприятия, оформление которых осуществлялось в помещении администрации Большесидоровского поселения, что способствовало распространению среди значительного числа лиц информации об уголовном преследовании, что подрывало их репутацию. С их участием проводились различные экспертизы, в том числе и судебно-психиатрическая экспертиза. Распространяемая информация вредила их репутации как жителей села, а также как лиц, предоставлявших услуги по выпасу домашнего скота, оказывающих услуги по перевозке грузов, производству других работ, так как, среди жителей села стала распространяться информация, о том, что они совершили кражу. Уголовное дело расследовалось с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть 9,5 месяцев, в течение которых истцы находились под постоянной угрозой уголовного преследования. Они длительное время не имели информации о своем статусе по уголовному делу, так как постановление о прекращении дела направлено им не было. 

Просят суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации компенсацию морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования в размере 800 000 рублей, в пользу каждого из истцов.

В письменных возражениях на иск и дополнениям к ним представитель Министерства финансов Российской Федерации просил суд требование о возмещении морального вреда рассмотреть с учетом разумности и справедливости и с учетом фактических обстоятельств по делу, не допуская необоснованного обогащения истцов.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельно требований относительно предмета спора, привлечен Отдел МВД России по 

<

адрес> Республики Адыгея.

В судебное заседание истцы ФИО1 и ФИО2 не явились, сведений об уважительности причин неявки суду не сообщили. На основании ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд рассматривает дела без их участия. Представитель истцов поддержал исковые требования по доводам и основаниям, изложенным в иске и просил суд удовлетворить иск в полном объеме.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО11, поддержал доводы, изложенные в письменных возражениях, просил разрешить иск с учетом доводов письменных возражений. 

Представитель третьего лица МВД по 

<

адрес> в суд явился, просила отказать в удовлетворении заявленных требований.

Ст. помощник прокурора 

<

адрес> М.Б. дал заключение о том, что исковые требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению с учетом принципа разумности. 

Выслушав доводы сторон, заключение прокурора, исследовав материалы дела, представленные материалы уголовного дела, письменные возражения представителя ответчика по иску, дав им надлежащую оценку, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

При разрешении спора судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ следователем следственного отдела Отдела МВД России по 

<

адрес> ФИО6 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ в отношении ФИО1 и ФИО2

Согласно протоколу допроса подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 был допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу №.

Согласно протоколу дополнительного опроса подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 был допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу №.

Согласно протоколу допроса подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу №.

Согласно протоколу дополнительного опроса подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу №.

На основании постановления о прекращении уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенного следователем СО Отдела МВД России по 

<

адрес> ФИО7, уголовное преследование по уголовному делу № в отношении подозреваемого ФИО1, и в отношении подозреваемого ФИО2 было прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, т.е. ввиду непричастности подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления.

Указанное постановление о прекращении уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ не было отменено и не обжаловано.

Согласно сведениям, представленным по запросу суда руководителем СО – начальником СО Отдела МВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, меры пресечения в отношении ФИО1 и ФИО2 не избиралась, обвинение не предъявлялось, каких-либо обысков не проводилось.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО8 показала суду, что она является супругой ФИО2, с которым состоит в зарегистрированном браке. Они проживают в селе 

<

адрес>, имеют 4 малолетних детей. В сентябре 2019 года, в ночное время, к ним домой приехали сотрудники полиции. Мужа не было дома. Осмотрели дом. Она сообщила, что дом принадлежит ее свекрови. На утро следующего дня приехали два сотрудники полиции и забрали ее супруга ФИО2 в Отдел полиции, где он находился до обеда. Через две недели сотрудники приехали с обыском, начали обыск в доме. Ее муж занимается выпасом скота, после всех этих мероприятий жители села перестали ему доверять, думали, что он может украсть скот. Он на нервной почве начал выпивать.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО9 показала суду, что она является супругой ФИО10, с которым состоит в зарегистрированном браке, они имеют двоих малолетних детей. В конце сентября 2029 года к ним домой приехали сотрудники полиции и спросили, где находится ее муж ФИО10, который на тот момент в доме отсутствовал. Затем они начали производить осмотр домовладения, изъяли бензопилы и дрова. После 12 часов ночи сотрудники полиции ее супруга ФИО1 и ее отвезли в отдел полиции. Она возражала, т.к. дома не с кем было оставить маленьких детей. Ее опросили быстро, ее супруга опрашивали долго. Они находились в шоковом состоянии. По их селу стали распространяться различные слухи. Супруг начал выпивать, грозился самоубийством. 

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу пункта 3 части 2 статьи 133 данного кодекса имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части 1 статьи 27 данного кодекса.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

Реализуя указанные принципы, законодатель в пункте 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации установил, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

При этом положения данной статьи не требует какого-либо промежуточного решения для возмещения вреда, причиненного незаконным осуждением и привлечением к уголовной ответственности. Как неоднократно указывал в своих определениях Конституционный Суд Российской Федерации, ни ст. 133 УПК РФ, ни указанные нормы ГК РФ не связывают принятие решения о возмещении материального вреда и компенсации морального вреда только с наличием вынесенного в отношении гражданина оправдательного приговора или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям, а также решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого (определения Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 242-О и от ДД.ММ.ГГГГ N 47-О-О).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно содержащимся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 17 «О практике рассмотрения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснениям, основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 УПК РФ, о чем в соответствии с требованиями статьи 134 УПК РФ они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.

Представленными суду материалами уголовного дела подтверждается необоснованное уголовное преследование в отношении истцов ФИО2 и ФИО1

Факт причинения истцам морального вреда в результате их незаконного уголовного преследования нашел свое объективное подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Как указывалось выше, уголовное дело было возбуждено в отношении ФИО2 и ФИО1 по ч. 3 ст. 260 УК РФ, относящегося к категории тяжких преступлений. Истцы были дважды допрошены по данному уголовному делу в качестве подозреваемых, а затем дополнительно допрошены в качестве подозреваемых, в их жилых домах, на территории двора и подсобных помещениях производились осмотры, у ФИО1 было изъято имущество. Указанные обстоятельства и наличие постановления о прекращении в отношении истцов уголовного дела по п. 1 ч.1 ст. 27 УПК РФ свидетельствует о наличии реабилитирующих оснований.

При определении размера компенсации морального вреда в пользу каждого из истцов суд принимает во внимание, что оба истца имеют свои семьи, уголовное дело расследовалось в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, истцы находились под постоянной угрозой уголовного преследования, их эмоциональных страданий, возникших в связи с возбуждением в отношении них уголовного дела. В подтверждение доводов о том, что в отношении истцов ранее осуществлялось уголовное преследование, каких-либо достоверных доказательств в материалы дела ответчиком представлено не было. Кроме того, данное обстоятельство не может влиять на размер компенсации, поскольку факт незаконного преследования истцов по ч. 3 ст. 260 УК РФ нашел свое подтверждение в судебном заседании.

Учитывая обстоятельства уголовного дела, индивидуальные особенности истцов, их возраст, период уголовного преследования, тяжесть преступления, в котором они подозревались, учитывая также требования разумности и справедливости, суд полагает возможным определить к взысканию в пользу каждого из истцов компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей, тем самым удовлетворяя требования каждого из истцов частично.

При этом, доводы ответчика на не указание и не разъяснение следственным органом в резолютивной части постановления о прекращении уголовного преследования от ДД.ММ.ГГГГ права на реабилитацию, как основание на отсутствие такового права у истцов, суд отклоняет. 

Положения ч. 1 ст. 134 УПК РФ предусматривают, что суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию.

До ДД.ММ.ГГГГ абзаце 4 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 «О практике рассмотрения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» имелось разъяснение о том, что «отсутствие в приговоре, постановлении, определении указания на признание за лицом права на реабилитацию не может служить основанием для отказа в реабилитации». Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 6 «О внесении изменений в некоторые постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации» указанный абзац 4 п. 9 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 17 был исключен.

Однако, по мнению суда, исключение абзаца 4 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 17 не предполагает иную трактовку вышеуказанных норм, посвященных компенсации морального вреда, поскольку существенным юридически значимым для разрешения спора обстоятельством является факт необоснованного уголовного преследования в отношении ФИО2 и ФИО1

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации указывал, что действующее законодательство - в системном единстве его предписаний - не исключает принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина.

Исходя из приведенных положений закона с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда РФ отсутствие указания в каком-либо документе о праве лица на реабилитацию при наличии предусмотренных законом реабилитирующих оснований не может служить основанием для отказа в признании права на взыскание компенсации морального вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворённой части исковых требований. 

В силу п. 1 ст. 333.17 НК РФ плательщиками государственной пошлины признаются организации и физические лица.

Согласно подп. 19 п. 1 ст. 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, освобождаются государственные органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, а также мировыми судьями, в качестве истцов или ответчиков.

Таким образом, Минфин России освобождён от уплаты государственной пошлины как государственный орган Российской Федерации и не может быть отнесён к числу субъектов, являющихся в установленном законом порядке плательщиками государственной пошлины.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковое заявление ФИО1 и ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации, в лице Управления Федерального казначейства по 

<

адрес>, о возмещении морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 250 000 рублей.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 250 000 рублей.

В удовлетворении требований, превышающих взысканные суммы, отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Верховный суд Республики Адыгея через Майкопский городской суд Республики Адыгея в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий подпись М.И. Катбамбетов 

Уникальный идентификатор дела 01RS0№-04 

Подлинник находится в материалах дела №

в Майкопском городском суде РА