Дело №2-57/2020

УИД:51RS0003-01-2019-003724-54

Решение

 в окончательной форме изготовлено 10 февраля 2020 года

(с учетом требований ч. 3 ст. 107 ГПК РФ)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 февраля 2020 года г. Мурманск

Ленинский районный суд города Мурманска в составе 

председательствующего судьи Гедымы О.М.

при секретаре Евлеевой А.Ю.

с участием истца ФИО1

представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Мурманске о включении периодов работы в страховой стаж, стаж работы в районах Крайнего Севера и досрочном назначении страховой пенсии по старости, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГУ УПФ РФ в г. Мурманске о включении периодов работы в страховой стаж, стаж работы в районах Крайнего Севера и досрочном назначении страховой пенсии по старости.

В обоснование искового заявления истец указала, что в связи с достижением пенсионного возраста она обратилась в ГУ УПФ РФ в Октябрьском административном округе г.Мурманска (в настоящее время ГУ УПФ РФ в г.Мурманске) с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости, в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях». Вместе с тем, решением ГУ УПФ РФ в г.Мурманске от 20.08.2019 № ей было отказано в досрочном назначении страховой пенсии по старости, ввиду отсутствия требуемого страхового стажа и стажа работы в районах Крайнего Севера (далее РКС). При этом по расчетам пенсионного органа страховой стаж истца составил 17 лет 01 месяц 01 день, стаж работы в РКС – 06 лет 01 месяц 21 день. Решение пенсионного органа было оспорено истцом в административном порядке, в результате чего стаж работы истца был пересчитан, и составил 07 лет 09 мес. 21 день - стаж работы в РКС, однако размер страхового стажа работы истца не изменился. Не согласившись с решением пенсионного органа, указывает, что ответчиком безосновательно не были включены в страховой стаж работы истца и стаж работы в РКС периоды работы в 

<

данные изъяты> с 30.03.2002 по 24.04.2002, с 01.01.2005 по 04.02.2008, в 

<

данные изъяты> г.Мурманск с 25.03.2008 по 05.10.2009. По сведениям пенсионного органа указанные периоды не засчитаны в стаж ее работы, так как не подтверждены сведениями индивидуального (персонифицированного) учета, вместе с тем считает, что она не должна нести ответственность за действия работодателя. Кроме того, из стажа работы истца в РКС исключен период ведения предпринимательской деятельности с 15.07.2010 по 28.04.2012, так как истцом не подтвержден факт ведения предпринимательской деятельности в районах Крайнего Севера. С решением пенсионного органа в данной части истец не согласна, так как деятельность в качестве индивидуального предпринимателя она осуществляла в г.Мурманске, где была постоянно зарегистрирована и проживала, в связи с чем оснований для исключения данного периода из стажа работы в РКС у ответчика не имелось.

Ссылаясь на положения п. 2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», просит признать за ФИО1 право на назначение досрочной страховой пенсии по старости и обязать ответчика назначить истцу досрочную страховую пенсию по старости с 29 марта 2019 года, то есть с момента наступления права на пенсию.

В ходе судебного разбирательства представитель истца уточнил исковые требования, просил признать за ФИО1 право на досрочное пенсионное обеспечение; включить в страховой стаж работы истца и стаж работы в РКС периоды ее работы в 

<

данные изъяты> г.Мурманск с 30.03.2002 по 24.04.2002, с 01.01.2005 по 04.02.2008, в РОКМНС «Родовая община – ФИО3» г.Мурманск с 25.03.2008 по 05.10.2009, за исключением периодов работы с 01.12.2008 по 26.12.2008 и с 15.07.2009 по 16.11.2009, поскольку данные периоды включены пенсионным органом в страховой стаж работы истца и стаж работы в РКС. Также просил включить в стаж работы в РКС период деятельности истца в качестве индивидуального предпринимателя с 15.07.2010 по 28.04.2012 и назначить истцу досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» с 29 марта 2019 года. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме, по основаниям и доводам, изложенным в иске. Просила уточненные исковые требования удовлетворить. Также пояснила, что в спорные периоды она работала в общине «ФИО3», которая 29.03.2010 была ликвидирована, она занимала должность председателя общины, при этом ежегодно уплачивала страховые взносы в отношении работников общины, предоставляла отчеты в налоговые органы, в связи с чем в выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица отсутствуют сведения о ее работе в Общине, ей не известно. Также указала, что в период осуществления предпринимательской деятельности, она арендовала магазин в торговом центре по ул. Самойлова в г.Мурманске, в котором сама реализовывала товары народного промысла мастеров Кольского полуострова. В магазине она работала ежедневно с 11.00 часов до 17.00 часов, понедельник был выходным днем. При этом страховые взносы за период ее деятельности в качестве индивидуального предпринимателя уплачены ею в полном объеме. 

Представитель истца в судебное заседание не явился, причины его неявки признаны судом не уважительными. С учетом мнения истца, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя истца. 

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, по основаниям и доводам, изложенным в письменном отзыве на иск (л.д. 38-41). Указала, что истице отказано в досрочном назначении страховой пенсии ввиду отсутствия требуемого страхового стажа и стажа работы в РКС. Обратила внимание, что страховой стаж работы истца составил 17 лет 01 мес. 01 день, при требуемом не менее 20 лет, стаж работы истца в РКС составил 07 лет 09 месяцев 21 день, при требуемом не менее 12 лет. Также указала, что периоды работы истца в 

<

данные изъяты> г.Мурманск в должности председателя общины: с 30.03.2002 по 24.04.2002 и с 01.01.2005 по 04.02.2008 не приняты к зачету в страховой стаж и стаж работы в РКС, так как данные периоды не подтверждены сведениями индивидуального персонифицированного учета; период работы в 

<

данные изъяты> с 25.03.2008 по 05.10.2009 не принят к зачету в страховой стаж и стаж работы в РКС по тем же основаниям. Обратила внимание, что в спорный период с 01.12.2008 по 26.12.2008 истица работала в 

<

данные изъяты> в связи с чем указанный период включен пенсионным органом в страховой стаж и стаж работы в РКС. Кроме того, в период с 15.07.2009 по 16.11.2009 истица работала в ООО «МИП-999», в связи с чем данный период также включен в страховой стаж и стаж работы в РКС. Поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих, что в спорные периоды работы в 

<

данные изъяты> работодателем производились отчисления страховых взносов, просила в данной части требований истца отказать. Также просила отказать и в удовлетворении требований истца о включении периода осуществления предпринимательской деятельности с 15.07.2010 по 28.04.2012 в стаж работы в РКС, поскольку истцом не представлено документов, свидетельствующих, что предпринимательская деятельность осуществлялась ею именно в районах Крайнего Севера. 

Выслушав истца, представителя ответчика, исследовав материалы гражданского дела, обозрев материалы пенсионного дела в отношении ФИО1 (отказного), материалы наблюдательного дела в отношении 

<

данные изъяты> материалы наблюдательного дела в отношении ИП ФИО1, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ (в ред. Федерального закона от 03.10.2018 N 350-ФЗ) право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону); страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа (ч.2); пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 (п. 3).

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 32 Федерального закона № 400-ФЗ страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, женщинам, родившим двух и более детей, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж не менее 20 лет и проработали не менее 12 календарных лет в районах Крайнего Севера либо не менее 17 календарных лет в приравненных к ним местностях.

Как установлено судом и подтверждено материалами настоящего гражданского дела и материалами пенсионного дела в отношении ФИО1 (отказного), ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения зарегистрирована в системе государственного пенсионного страхования 23.12.2003.

Реализуя свое право на досрочное пенсионное обеспечение, 12 марта 2019 года ФИО1 обратилась в пенсионный орган с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии по старости, в соответствии с п. 2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», как женщине родившей двух детей и достигшей 50-летнего возраста. 

Материалами дела подтверждено, что ФИО1 является матерью двоих детей. 

Решением ГУ Управления Пенсионного фонда РФ в г. Мурманске от 20 августа 2019 года № 60674/19 ФИО1 отказано в досрочном назначении страховой пенсии по старости по п.2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ, ввиду отсутствия необходимого страхового стажа и стажа работы в районах Крайнего Севера (л.д. 12-13). 

Из решения пенсионного органа следует, что страховой стаж работы истца на момент обращения за досрочным назначением страховой пенсии составил 17 лет 01 месяц 01 день (при требуемом не менее 20 лет), стаж работы в районах Крайнего Севера составил 06 лет 01 месяц 21 день (необходимых 12 лет не выработано). 

При этом решением пенсионного органа и материалами пенсионного дела в отношении ФИО1 (отказного) подтверждено, что в страховой стаж работы истца и в стаж работы в районах Крайнего Севера пенсионным органом не включены периоды работы истца в 

<

данные изъяты> г.Мурманск с 30.03.2002 по 24.04.2002 и с 01.01.2005 по 04.02.2008; период работы в 

<

данные изъяты> г.Мурманск с 25.03.2008 по 05.10.2009, в Мурманской областной общественной организации «Ассоциация Кольских саамов» с 20.11.2009 по 24.06.2018, так как указанные периоды не подтверждены сведениями индивидуального (персонифицированного) учета. Также пенсионным органом не включен в стаж работы истца в районах Крайнего Севера период осуществления ею предпринимательской деятельности с 15.07.2010 по 28.04.2012, по тем основаниям, что истцом не представлены документы, подтверждающие осуществление предпринимательской деятельности в районах Крайнего Севера. 

Материалами пенсионного дела в отношении истца подтверждено, что во изменение решения от 20.08.2019 № пенсионным органом принято решение от 01.10.2019 которым истцу также отказано в досрочном назначении страховой пенсии по старости по п. 2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», при этом ГУ УПФ РФ в г.Мурманске произведен перерасчет стажа работы истца в районах Крайнего Севера, в связи с чем стаж работы в РКС составил 07 лет 09 месяцев 21 день, размер страхового стажа истца не изменился. 

Оспаривая решение пенсионного органа, истец просит включить в страховой стаж и стаж работы в РКС периоды ее работы в 

<

данные изъяты> г.Мурманск с 30.03.2002 по 24.04.2002, с 01.01.2005 по 04.02.2008, в РОКМНС «Родовая община – ФИО3» г.Мурманск с 25.03.2008 по 05.10.2009, за исключением периодов работы с 01.12.2008 по 26.12.2008 и с 15.07.2009 по 16.11.2009; включить в стаж работы в РКС период деятельности в качестве индивидуального предпринимателя с 15.07.2010 по 28.04.2012 и назначить досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» с 29 марта 2019 года. 

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Проверяя законность действий ответчика в части не включения периодов работы истца в 

<

данные изъяты> г.Мурманск с 30.03.2002 по 24.04.2002, с 01.01.2005 по 04.02.2008, в 

<

данные изъяты> г.Мурманск с 25.03.2008 по 05.10.2009, за исключением периодов работы с 01.12.2008 по 26.12.2008 и с 15.07.2009 по 16.11.2009 в страховой стаж и стаж работы в РКС, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 11 ФЗ «О страховых пенсиях» в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Из содержания ч. 3 ст. 13 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ следует, что при исчислении страхового стажа периоды деятельности лиц, самостоятельно обеспечивающих себя работой, глав и членов крестьянских (фермерских) хозяйств, членов семейных (родовых) общин коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации, занимающихся традиционными отраслями хозяйствования, периоды работы у физических лиц (группы физических лиц) по договорам включаются в страховой стаж при условии уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Согласно статье 14 Федерального закона «О страховых пенсиях», при подсчете страхового стажа периоды, которые предусмотрены статьями 11 и 12 настоящего Федерального закона, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 1 апреля 1996 года N27-Ф3 «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

В силу ст. 3 Федерального закона от 01 апреля 1996 года N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" Целями индивидуального (персонифицированного) учета являются: создание условий для назначения страховых и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица; обеспечение достоверности сведений о стаже и заработке (доходе), определяющих размер страховой и накопительной пенсий при их назначении; создание информационной базы для реализации и совершенствования пенсионного законодательства Российской Федерации, для назначения страховых и накопительной пенсий на основе страхового стажа застрахованных лиц и их страховых взносов, а также для оценки обязательств перед застрахованными лицами по выплате страховых и накопительной пенсий, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты средств пенсионных накоплений; упрощение порядка и ускорение процедуры назначения страховых и накопительной пенсий застрахованным лицам.

Из смысла изложенных положений закона следует, что индивидуальный (персонифицированный) учет используется в целях назначения страховых и накопительной пенсий в соответствии с результатами труда каждого застрахованного лица, на основе страхового стажа конкретного застрахованного лица и его страховых взносов, а, следовательно, ответственность за отсутствие необходимых сведений в данных индивидуального (персонифицированного) счета застрахованного лица не может быть возложена на орган пенсионного обеспечения при оценке правомерности его действий при решении вопроса о назначении страховой пенсии, в т.ч. досрочной, застрахованному лицу.

В соответствии с подпунктом 22 пункта 2, пунктом 3 Порядка подтверждения периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 31 марта 2011 года № 258н, периоды работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях подлежат подтверждению после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица в соответствии с Федеральным законом от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета.

Перечень районов Крайнего Севера и местностей приравненных к ним, в которых производится выплата процентной надбавки за стаж работы, утвержден Постановлением Совета Министров СССР от 10.11.1967 № 1029, согласно которому с 01.07.1990 Мурманская область относится к районам Крайнего Севера.

В силу статьи 66 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателя возлагается обязанность по ведению трудовых книжек работников, в том числе по внесению сведений о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе.

Из трудовой книжки истца серии № следует, что 30.03.2002 истец ФИО1 принята на работу в 

<

данные изъяты> на должность председателя правления общины, уволена по собственному желанию 04.02.2008.

25.03.2008 истец назначена на должность председателя правления 

<

данные изъяты> и уволена с занимаемой должности 05.10.2009.

Выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц подтверждено, что юридическое лицо - 

<

данные изъяты> прекратило свою деятельность в связи с ликвидацией юридического лица 23.03.2010. Указанное юридическое лицо зарегистрировано в качестве страхователя в территориальном органе Пенсионного фонда РФ 25.04.2002. Указанной выпиской также подтверждено, что ФИО1 указана в качестве одного из учредителей Родовой общины.

Выпиской из индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО1 подтверждено, что данная выписка содержит сведения о работе истца в Родовой общине ФИО3 и перечислении работодателем страховых взносов за следующие периоды: с 25.04.2002 по 31.12.2002; с 01.01.2003 по 31.12.2003; с 01.012004 по 31.12.2004. При этом спорные периоды работы истца в 

<

данные изъяты> не отражены в указанной выписке, как работа, подлежащая включению в страховой стаж и стаж работы в РКС, сведения об отчислении страховых взносов юридическим лицом в выписке отсутствуют.

В судебном заседании представитель ответчика пояснил, что в спорные периоды работы истца в должности председателя правления 

<

данные изъяты> и в 

<

данные изъяты> начисление и уплата страховых взносов на обязательное пенсионное страхование юридическим лицом не производилась.

Истец ФИО1 в судебном заседании данное обстоятельство отрицала, указав, что каждый год Родовая община предоставляла налоговую отчетность, производила уплату страховых взносов в отношении работников общины.

Между тем, доводы истца в данной части не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства и опровергаются материалами дела, в том числе материалами наблюдательного дела в отношении 

<

данные изъяты>

Так, материалами наблюдательного дела в отношении 

<

данные изъяты> подтверждено, что начисление и уплата страховых взносов фактически произведена юридическим лицом за период с 25.04.2002 по 31.12.2002, за 2003 год и за 2004 год.

Письмом от 18.01.2006, подписанным председателем правления 

<

данные изъяты> - ФИО1, подтверждено, что в 2005 году предприятие деятельности не вело, заработная плата работникам не начислялась и не выплачивалась. 

Аналогичные письма направлены председателем правления 

<

данные изъяты> - ФИО1 в ГУ УПФ РФ в Октябрьском округе г.Мурманска (в настоящее время ГУ УПФ РФ в г.Мурманске) 18.01.2007, 14.01.2008, 20.01.2009, 25.01.2010 о том, что предприятие деятельность не осуществляло, заработная плата работникам не начислялась и не выплачивалась в 2006 году, в 2007 году, в 2008 году, в 2009 году (соответственно).

Из документов, представленных налоговым органом, по запросу суда, следует, что 

<

данные изъяты> предоставлялись налоговые декларации по ЕСН за 2008 год, по налогу на добавленную стоимость за 1 квартал 2005 и 2006 года, а также за 2008 год. При этом указанные документы не содержат сведений об осуществлении предприятием деятельности. 

Кроме того, справками формы 2-НДФЛ, представленными налоговым органом подтверждено, что в 2006 году ФИО1 имела доход в общей сумме 265 223 рубля 71 коп., который был выплачен ей в качестве заработной платы 

<

данные изъяты> за период с марта по август 2006 года, при этом сумма удержанного налога составила 34 479 рублей. В 2007 году доход истца составил 452090 рублей за период работы в 

<

данные изъяты> за февраль, май, июнь, август 2007 года, удержанная сумма налога составила 58 771 рубль.

Вместе с тем, указанными справками формы 2-НДФЛ не подтвержден факт начисления и уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное страхование ФИО1 в Пенсионный фонд России.

Из приведенных выше норм материального права следует, что обязанность по своевременному перечислению страховых взносов за работника возложена на работодателя статьей 14 ФЗ от 15.12.2001 N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в РФ". 

В соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 10.07.2007 N 9-П по делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 10 и пункта 2 статьи 13 ФЗ "О трудовых пенсиях в РФ" и абзаца 3 пункта 7 Правил учета страховых взносов, включаемых в расчетный пенсионный капитал, пункт 1 статьи 10 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" и абзац третий пункта 7 Правил учета страховых взносов, включаемых в расчетный пенсионный капитал, признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 19 (частям 1 и 2), 39 (частям 1 и 2), 45 (части 1) и 55 (части 3) в той мере, в какой содержащиеся в них нормативные положения во взаимосвязи с иными законодательными предписаниями, регламентирующими условия назначения и размеры трудовых пенсий, - при отсутствии в действующем регулировании достаточных гарантий беспрепятственной реализации пенсионных прав застрахованных лиц, работавших по трудовому договору и выполнивших предусмотренные законом условия для приобретения права на трудовую пенсию, на случай неуплаты или неполной уплаты страхователем (работодателем) страховых взносов за определенные периоды трудовой деятельности этих лиц - позволяют не включать такие периоды в их страховой стаж, учитываемый при определении права на трудовую пенсию, и снижать при назначении (перерасчете) трудовой пенсии размер ее страховой части.

Исходя из смысла указанного Постановления оно направлено на защиту прав тех работников, которые не располагают реальными возможностями обеспечить уплату работодателем недоимки по страховым взносам, поскольку законодательно не предусмотрено гарантий обеспечения прав застрахованных лиц на случай неуплаты страхователем страховых взносов (пункт 4.2, 4.3 постановления).

В данной правовой ситуации ФИО1 являлась одновременно председателем правления Общины и учредителем 

<

данные изъяты> в связи с чем на нее как на председателя Общины возлагалась обязанность по соблюдению законодательства по уплате предприятием страховых взносов в отношении своих работников, в том числе и в отношении самой себя, которую она не исполнила надлежащим образом. То есть реальная возможность повлиять на реализацию своих пенсионных прав у истца имелась и сохранялась до исключения юридического лица из ЕГРЮЛ, то есть до марта 2010 года.

В связи с изложенным, суд приходит к выводу о неправильном толковании истцом и его представителем положений названного постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10.07.2007 N 9-П, следовательно, спорные периоды работы истца в 

<

данные изъяты> и в 

<

данные изъяты> не подлежит включению в страховой стаж истца, и как следствие в стаж работы в районах Крайнего Севера. 

Тот факт, что за отдельные месяцы 2006 года и 2007 года истцу была начислена заработная плата, уплачен налог на доходы физических лиц, не может служить основанием для удовлетворения требования истца в данной части, поскольку материалами дела достоверно подтверждено, что начисление и уплата страховых взносов за указанные периоды предприятием не производилась, что также подтверждается справками из наблюдательного дела, подписанными истицей.

Разрешая требование истца о включении в стаж работы в районах Крайнего Севера периода осуществления предпринимательской деятельности, суд приходит к следующему.

Согласно статье 8 Федерального закона от 08 августа 2001 года № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», государственная регистрация индивидуального предпринимателя осуществляется по месту его жительства.

Определяя в Федеральном законе от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» круг лиц, на которых распространяется обязательное пенсионное страхование (застрахованные лица), законодатель включил в их число граждан, самостоятельно обеспечивающих себя работой, в том числе индивидуальных предпринимателей, и закрепил, что они одновременно являются страхователями по обязательному пенсионному страхованию и обязаны уплачивать в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации страховые взносы (пп. 2 п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 7, п. 2 ст. 14).

Таким образом, положения действующего законодательства, возможность зачета периодов предпринимательской деятельности в страховой стаж ставят в зависимость от уплаты гражданином страховых взносов в период осуществления этой деятельности.

В разъяснениях, данных в абз. 3 п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012 г. N 30 "О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии" установлено, что неуплата страховых взносов физическими лицами, являющимися страхователями (к примеру, индивидуальные предприниматели, адвокаты, нотариусы, занимающиеся частной практикой, главы фермерских хозяйств), исключает возможность включения в страховой стаж этих лиц периодов деятельности, за которые ими не уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 15 июля 2010 года, о чем в выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей внесена соответствующая запись. 

28 апреля 2012 года ФИО1 прекратила деятельность в качестве индивидуального предпринимателя в связи с принятием соответствующего решения, что также подтверждается выпиской из ЕГРИП. 

Основным видом деятельности ИП ФИО1 являлось производство различной продукции, не включенной в другие группировки. Дополнительные виды деятельности: прядение текстильных волокон, ткацкое производство, производство готовых текстильных изделий кроме одежды и т.д. При этом, истица была зарегистрирована в качестве страхователя в территориальном органе Пенсионного фонда Российской Федерации 16.07.2010.

Как следует из пенсионного дела (отказного) в отношении ФИО1, основанием для исключения периода осуществления предпринимательской деятельности из стажа работы в РКС явилось то обстоятельство, что истцом не представлено документов, подтверждающих осуществление предпринимательской деятельности в районах Крайнего Севера.

Между тем, из представленных истцом документов следует, что в спорный период ФИО1 была зарегистрирована по месту жительства и фактически проживала по адресу: 

<

адрес> 

Кроме того, по сведениям налогового органа, истец представляла налоговые декларации по месту регистрации, что свидетельствует о том, что местом осуществления предпринимательской деятельности истца в спорные периоды являлся город Мурманск.

Указанные обстоятельства также подтверждены пояснениями истицы, не опровергнутыми стороной ответчика, из которых следует, что она арендовала в торговом центре на 

<

адрес> помещение магазина, где продавала товары народного промысла, изготовленные, как ею лично, так и мастерами Кольского полуострова. Поскольку продажа сувенирной продукции не пользовалась большим спросом, в 2012 году она прекратила деятельность в качестве индивидуального предпринимателя. 

По сведениям пенсионного органа задолженность по уплате страховых взносов за спорный период осуществления ФИО1 предпринимательской деятельности отсутствует.

Таким образом, суд приходит к выводу, что факт осуществления ФИО1 предпринимательской деятельности в районах Крайнего Севера (г.Мурманск) в период с 15 июля 2010 года по 28 апреля 2012 года нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Доказательств обратного ответчиком, как того требуют положения статьи 56 ГПК РФ, суду не представлено, а судом не добыто.

Таким образом, включению в стаж работы в районах Крайнего Севера подлежит период осуществления ФИО1 деятельности в качестве индивидуального предпринимателя с 15 июля 2010 года по 28 апреля 2012 года (01 год 09 месяцев 14 дней).

В силу части 1 статьи 22 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

С учетом того, что при включении в стаж работы в районах Крайнего Севера периода осуществления ФИО1 предпринимательской деятельности с 15.07.2010 по 28.04.2012 (01г.09м.14д.) с учетом стажа работы в РКС, исчисленного ответчиком (07л. 09м. 21 д.), стаж работы истца в районах Крайнего Севера составит менее требуемых 12 лет, тогда как на момент обращения истца в пенсионный орган за досрочным назначением страховой пенсии по старости, страховой стаж истца составил менее требуемых 20 лет, а суд отказал истцу в удовлетворении требований о включении в страховой стаж периодов работы в 

<

данные изъяты> суд приходит к выводу, об отсутствии оснований для признания за истцом права на досрочное пенсионное обеспечение в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» с 50-летнего возраста.

При таких обстоятельствах, требование истца о возложении на ответчика обязанности по досрочному назначению страховой пенсии по старости с 29 марта 2019 года удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию госпошлина, уплаченная истцом при подаче иска.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 193-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в городе Мурманске о включении периодов работы в страховой стаж, стаж работы в районах Крайнего Севера и досрочном назначении страховой пенсии по старости – удовлетворить частично.

Обязать Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда РФ в городе Мурманске включить в стаж работы в районах Крайнего Севера период работы ФИО1 в качестве индивидуального предпринимателя с 15 июля 2010 года по 28 апреля 2012 года. 

В удовлетворении остальной части исковых требований о включении периодов работы в страховой стаж, в стаж работы в районах Крайнего Севера и досрочном назначении страховой пенсии по старости, ФИО1 – отказать.

Взыскать с Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда РФ в городе Мурманске в пользу ФИО1 уплаченную государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Ленинский районный суд города Мурманска в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья О.М. Гедыма