Дело № 2-873/2019

Решение

 суда в окончательной форме изготовлено 03 июня 2019 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Верхняя Пышма 29 Мая 2019 года

Верхнепышминский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи – Мочаловой Н.Н.

при секретаре – Полянок А.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью (ООО) «СУ – 196» к ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного работником, работодателю, о взыскании суммы неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

ООО «СУ-196» обратилось в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного работником, работодателю в размере 169 298,27 рублей, о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 522 560,60 рублей.

В обоснование своих требований ссылается на то, что ДД.ММ.ГГГГ между ООО «СУ-196» и ФИО2 был заключен трудовой договор №/К, по условиям которого ФИО2 (работник) принимается в ООО «СУ -196» (работодатель) на должность начальника участка. ДД.ММ.ГГГГ работодателем издан приказ о приеме работника на работу. В трудовые обязанности ФИО2 входило: организация производства работ на объекте, получение строительных материалов для производства работ, расходование строительных материалов для производства работ.

Между ООО «СУ- 196» - подрядчиком, и ОАО « Среднеуральский медеплавильный завод» был заключен договор подряда на выполнение, по заданию заказчика, работ по строительству 19-ти одноквартирных жилых домов площадью 125 кв.м. на объекте «Поселок малоэтажного жилищного строительства коттеджной застройки», по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер земельного участка №. (номера домов: 

<

адрес>).

В рамках заключенного с ОАО «Среднеуральский медеплавильный завод» договора, на указанном выше объекте выполнялись строительные работы.

ФИО2 на вышеуказанном объекте исполнял трудовые обязанности как начальник участка, принимал строительные материалы для осуществления строительных работ на указанном выше объекте, что подтверждается счетами – фактурами, товарными накладными, товарно – транспортными накладными.

После окончания строительных работ, списания материалов на основании материального отчета по форме М-19 и возвращении оставшихся строительных материалов на склад в ООО ДСК «Строймеханизация» выявилась недостача на общую сумму 691 858,77 рублей. По данному факту ФИО2 даны объяснения, составлен акт недостачи № от ДД.ММ.ГГГГ в присутствии ответчика. Согласно акту, на склад не сдана и не имеется подтверждения о передаче арматуры А-111 25Г2С 12 пар в количестве 5, 413 т. на сумму 214 250,55 рублей, арматуры А-111 25Г2С 20 пар в количестве 7 788 т на сумму 308 309,95 рублей. Арматура, согласно товарно – транспортным накладным от ДД.ММ.ГГГГ была принята на объект строительства ФИО2, который на момент доставки арматуры на состоял в трудовых отношениях с ООО «СУ-196» и принимал арматуру не как доверенное лицо от ООО «СУ-196», а лично, по собственной инициативе.

Считает, таким образом, что ФИО2 без каких-либо правовых оснований принял имущество, принадлежащее ООО «СУ-196», часть которого впоследствии не была передана на склад. Общая стоимость арматуры составила 522 560,50 рублей. Данная сумма считает, является неосновательным обогащением ФИО2

Сумма ущерба, причиненного ФИО2 в период исполнения им трудовых обязанностей (ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ) составляет 169 298,27 рублей. Размер ущерба подтверждается актом недостачи от ДД.ММ.ГГГГ. Причиненный ущерба, возместить в добровольном порядке, ответчик отказался.

Определением Верхнепышминского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечены: ООО «УГМК Сталь», ОАО «Среднеуральский медеплавильный завод».

В судебном заседании представители истца: ФИО4, действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5, действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования поддержали в полном объеме, настаивая на их удовлетворении. По обстоятельствам дела дали объяснения, аналогичные – указанным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2, с участием представителя ФИО6, допущенного к участию в деле в порядке ч.6 ст.53 Гражданского кодекса Российской Федерации (по устному ходатайству ответчика), исковые требования не признал в полном объеме. Дал объяснения, аналогичные – указанным в письменном отзыве на исковое заявление, пояснив суду, что договор о полной материальной ответственности с ним не заключался, должность начальника участка, которую он занимал, не входит в Перечень должностей, работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности (утв. Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №). Проверка по установлению его вины в причинении ущерба, размера действительного ущерба, работодателем фактически не проводилась. Порядок проведения инвентаризации, нарушен. С приказом о проведении инвентаризации он ознакомлен не был, при проведении инвентаризации не присутствовал. При этом, работодателем не указано на то, что такая инвентаризации вообще проводилась. Сличительные ведомости, инвентаризационные ведомости, ему на подписание не представлялись, и в числе представленных истцом письменных документов, отсутствуют. Имущество, указанное работодателем в акте, ему не вверялось. Кроме того, все строительные материалы, привозились на строительную площадку, минуя склад, которая расположена на открытом пустыре, на не огороженной забором, территории, при отсутствии освещения, камер видеонаблюдения, запираемых помещений (склада) для хранения товарно – материальных ценностей, со стороны работодателя, таким образом, не были обеспечены условия для сохранности товарно – материальных ценностей. Данное обстоятельство является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. Исковые требования в части взыскания суммы неосновательного обогащения также не признал, пояснил, что принимал арматуру на основании выданной доверенности, арматура была поставлена крупным поставщиком ООО «УГМК-Сталь», для ООО «СУ-196», с целью ее использования при строительстве объекта, на основании договора подряда, заключенного между ООО «СУ- 196» (подрядчик), и ОАО « Среднеуральский медеплавильный завод» (заказчик) на выполнение, по заданию заказчика, работ по строительству 19-ти одноквартирных жилых домов площадью 125 кв.м. на объекте «Поселок малоэтажного жилищного строительства коттеджной застройки», по адресу: 

<

адрес>, район 

<

адрес>. ООО «СУ-196» выдало ему доверенность на получение указанной арматуры, поскольку в его должностные обязанности принятие груза, не входило. Просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Представители третьих лиц ООО «УГМК Сталь», ОАО «Среднеуральский медеплавильный завод» в судебное заседание не явились, хотя о времени, дате и месте судебного разбирательства были извещены надлежащим образом, судебными повестками, направленными посредством почтовой связи, заказными письмами с уведомлениями. Представитель ООО «УГМК – Сталь» получил судебную повестку лично, что подтверждается имеющейся в материалах дела распиской.

Кроме того, стороны, третьи лица, были извещены о времени и месте судебного заседания по данному гражданскому делу, публично, путем заблаговременного размещения информации на официальном интернет- сайте Верхнепышминского городского суда 

<

адрес>, в соответствии со ст.ст.14 и 16 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации». 

С учетом требований ч.3 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, мнения лиц, участвующих в деле и присутствовавших в судебном заседании, суд счел возможным, и рассмотрел данное гражданское дело в отсутствие третьих лиц.

Изучив исковое заявление, выслушав представителей истца, ответчика, его представителя, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ст.238 Трудового кодекса Российской Федерации, работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Согласно ст.241 Трудового кодекса Российской Федерации, за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника, согласно ч.2 ст.242 Трудового кодекса Российской Федерации, лишь в случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации, или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника, как следует из ч.1 ст.242 Трудового кодекса Российской Федерации, состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

В соответствии с требованиями ст.243 Трудового кодекса Российской Федерации, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника, в числе других случаев, перечисленных в данной норме, в случаях, когда в соответствии с Трудовым кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей (п.1 ч.1 ст.243); недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора (п.2 ст.243).

Из ст.244 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (п.2 ч.1 ст.243 Трудового кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Согласно перечню должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества (утвержденному Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ. №), к работникам, с которыми работодатель заключает письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, относятся работники, осуществляющие получение, заготовку, хранение, учет, выдачу, транспортировку материальных ценностей, работы: по приему и обработке для доставки (сопровождения) груза, багажа, почтовых отправлений и других материальных ценностей, их доставке (сопровождению), выдаче (сдаче).

В соответствии с требованиями ст.239 Трудового кодекса Российской Федерации, регламентирующей обстоятельства, исключающие материальную ответственность работника, материальная ответственность работника исключается, в числе других случаев, перечисленных в данной норме закона, в случаях неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

В судебном заседании установлено, что истец и ответчик состояли в трудовых правоотношениях. На основании приказа (распоряжения) о приеме работника на работу № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 был принят на работу, на должность начальника участка ООО «СУ -196». На основании приказа (распоряжения) о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) № от ДД.ММ.ГГГГ, действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №/К, заключенного с ФИО2, прекращено. ФИО2 уволен по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации.

В материалах дела имеется акт о недостаче № от ДД.ММ.ГГГГ (утвержденный директором ООО «СУ-196» ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что данный акт составлен о выявленной недсотаче ТМЦ переданных работнику в период исполнения трудовых обязанностей и не возвращенных по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. Выявлена недостача материалов (задолженность) начальника участка ФИО2 перед ООО «СУ-196» на сумму 691 858 рублей 77 копеек.

В числе представленных истцом письменных документов имеется акт на передачу товарно – материальных ценностей от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что при производстве работ на объекте Строительство 19 одноквартирных жилых домов площадью 125 м2 на объекте «Поселок малоэтажного жилищного строительства коттеджной застройки по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер земельного участка №. (номера домов: 

<

адрес> были изготовлены арматурные каркасы для свай и ростверков жилых домов, которые не были использованы в дело. Данные каркасы перевезены на территорию АБЗ для хранения. Данный акт составлен на предмет списания материалов с подотчета производителя работ ФИО2 и передачи готовых изделий на хранение (территория АБЗ).

Из приказа № от ДД.ММ.ГГГГ «О создании комиссии для проведения служебного расследования в связи с выявленным фактом недостачи товарно – материальных ценностей» следует, что принято решение создать комиссию для проведения служебного расследования по установлению причин недостачи на складе товарно – материальных ценностей.

Согласно акту о результатах проведенного служебного расследования от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ при передаче товарно – материальных ценностей на склад ООО «СУ-196» и после списания материалов на основании материального отчета по форме № М-19 по объекту коттеджный поселок в 

<

адрес>, была обнаружена недостача товарно – материальных ценностей на сумму 691 858,77 рублей, переданных для производства работ начальнику участка ФИО2 Следов незаконного проникновения на объект строительства за период производства работ не зафиксироано, таким образом отсутствие товарно – материальных ценностей не было вызвано противоправными действиями третьих лиц. ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 отобрано объяснение по факту недостачи товарно – материальных ценностей, вверенных ему для производства работ на объекте. На основании установленных фактов, комиссия пришла к выводу, что ФИО2 было допущено виновное бездействие, выраженное в неисполнении должностных обязанностей, что послужило причиной утраты материальных ценностей.

Таким образом, оценив все доказательства по делу, в их совокупности, на основе полного, объективного, всестороннего и непосредственного исследования, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ООО «СУ-196», по следующим основаниям.

Из содержания и смысла правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в п.4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю (в редакции постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 28.09.2010. № 22), следует, что к числу существенных обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, наличие или отсутствие которых необходимо установить, при рассмотрении дела, относятся: противоправность поведения работника, его вина в причинении ущерба, причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом. При этом, обязанность доказать указанные обстоятельства возлагается на работодателя.

Следовательно, материальная ответственность может быть применена к работнику при наличии одновременно четырех условий: противоправности поведения причинителя вреда; вины работника в причинении ущерба; причинной связи между поведением работника и наступившим ущербом; наличии прямого действительного ущерба.

Бремя доказывания указанных обстоятельств, как указал в вышеуказанном постановлении, Верховный Суд Российской Федерации, лежит на работодателе.

В соответствии со статьей 11 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», активы и обязательства подлежат инвентаризации. При инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.

Законодательством о бухгалтерском учете недостача определяется как выявленное при инвентаризации расхождение между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета. Поэтому для установления факта недостачи необходимы документы, отражающие фактическое наличие имущества на какую-либо дату, и документы, отражающие наличие имущества по данным бухгалтерского учета на эту дату. Фактическое наличие имущества определяется при проведении инвентаризации.

Допустимыми доказательствами по делам рассматриваемой категории являются документы инвентаризации (инвентаризационные описи или акты инвентаризации, сличительные ведомости). Порядок и сроки проведения инвентаризации определяются руководителем организации, за исключением случаев, когда проведение инвентаризации обязательно.

Порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств организации и оформление ее результатов установлен Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными приказом Минфина РФ от 13.06.1995 № 49.

В соответствии с пунктами 2.2, 2.3 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Минфина РФ от 13.06.1995 N 49, для проведения инвентаризации в организации создается постоянно действующая инвентаризационная комиссия; при большом объеме работ для одновременного проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств создаются рабочие инвентаризационные комиссии; при малом объеме работ и наличии в организации ревизионной комиссии проведение инвентаризаций допускается возлагать на нее.

До начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств.

Материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход (п. 2.4).

Для оформления инвентаризации необходимо применять формы первичной учетной документации по инвентаризации имущества и финансовых обязательств согласно приложениям 6 - 18 к настоящим Методическим указаниям либо формы, разработанные министерствами, ведомствами (п. 2.14).

В соответствии с методическими указаниями, в случае выявления при инвентаризации имущества расхождений между данными учета и фактическими данными составляются сличительные ведомости, где должны быть отражены результаты инвентаризации, указываются излишки либо недостача конкретного товара.

Согласно пункту 2.10 Методических указаний описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица. В конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение.

Пунктом 3.17 Методических указаний предусмотрено, что комиссия в присутствии заведующего складом (кладовой) и других материально ответственных лиц проверяет фактическое наличие товарно-материальных ценностей путем обязательного их пересчета, перевешивания или перемеривания.

Проанализировав приведенные выше нормы закона, положения Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Минфина Российской Федерации от 13.06.1995 № 49, в совокупности с обстоятельствами, установленными в судебном заседании, и доказательствами, которые сторонами представлены, суд приходит к выводу, что порядок проведения инвентаризации, предусмотренный вышеназванными Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, работодателем соблюден не был.

В судебном заседании установлено, что в нарушение п.2.4.,п.2.8., п.3.17 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных Приказом Министерства финансов Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ. № (согласно которому, проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц), и п.2.10 вышеуказанных Методических рекомендаций (согласно которому, описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица), ФИО2, при проверке фактического наличия имущества, не присутствовал, описи, сличительные ведомости, не подписывал. 

Более того, в судебном заседании установлено, и следует в том числе, из объяснений представителя истца ФИО5, являющейся бухгалтером ООО «СУ-196», что ни сличительные ведомости, ни инвентаризационные описи, не составлялись, в связи с чем, на подпись ответчику не представлялись.

Представленный истцом материальный отчет как доказательство причиненного работником материального ущерба, работодателю, суд во внимание не принимает, данный отчет, доказательством проведенной инвентаризации в соответствии с Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Минфина Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, не является. При этом, указанный документ ФИО2, не подписан.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Представитель истца, ссылаясь в судебном заседании на причинение ответчиком материального ущерба работодателю, доказательств, свидетельствующих о противоправности поведения ответчика, которое бы явилось результатом обнаруженной недостачи и причинения ущерба работодателю, не представил. А представленные истцом доказательства, причинение работодателю материального ущерба, ФИО2, не подтверждают.

Как следует из абз.5 п.5.1. методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, недостача материальных ценностей может быть отнесена только на виновных лиц.

Из требований ч.1 ст.247 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником, работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения.

Доказательств проведения работодателем проверки обстоятельств установления причин возникновения ущерба, и причинения ущерба конкретным работником (в данном случае ФИО2), и установления его вины, представителем истца в судебном заседании не представлено, и таких обстоятельств в судебном заседании не установлено. В представленных истцом в материалы дела, документах, причина образования недостачи, не указана. Несмотря на издание приказа о проведении служебной проверки, как таковая проверка, работодателем не проводилась. Вся проверка сведена к изложению обстоятельств в одном документе – акте о результатах проведенного служебного расследования, выводы о противоправных действиях ФИО2 сделаны работодателем, лишь из того, что следов незаконного проникновения на объект строительства за период производства работ не зафиксировано. При этом, сведения о том, каким образом проверялся факт отсутствия незаконного проникновения на объект строительства, не указано, доказательств данному обстоятельству не представлено. 

Исходя из содержания и смысла вышеуказанного акта, такой вывод работодатель сделал исходя из объяснений ФИО2 Однако незафиксированный факт незаконного проникновения на объект строительства, не означает, что такое проникновение в действительности отсутствовало. 

Как установлено в судебном заседании, и не отрицалось представителями истца, подтверждено представленными ответчиком, фотографиями, объект строительства находится на открытой территории (в лесу), территория не огорожена, какие –либо объекты охраны, отсутствуют, доступ на территорию со строительными материалами, абсолютно свободен, со всех сторон, в том числе, со стороны леса. Данные обстоятельства не исключают факта проникновения на территорию иных лиц, напротив, исключают невозможность проникновения на территорию иных лиц, а, следовательно, допустимо хищение строительных материалов неизвестными лицами. 

Суд также обращает внимание на то, что вышеуказанный акт о результатах проведенного служебного расследования, содержит указание на то, что имеет место недостача товарно – материальных ценностей, вверенных ФИО2 для производства работ на объекте, однако доказательства данному обстоятельству, отсутствуют. В числе приложенных к исковому заявлению письменных документов, каких-либо письменных документов, которые бы подтверждали данное обстоятельство, не имеется. 

В судебном заседании, представителями истца, доказательств тому, что ответчику были вверены какие-либо материальные ценности, относящиеся к строительным материалам, и какие именно, каким образом осуществлялась их передача и принятие, с тем, чтобы определить, за сохранность какого имущества ответчик нес материальную ответственность, относилось ли это имущество к числу того, стоимостью которого истцом определена сумма ущерба, не представлено.

Вышеуказанный акт содержит указание на бездействие ФИО2 в исполнении должностных обязанностей, однако каких именно обязанностей, которые имели бы отношение к недостаче имущества, в акте не указано, должностная инструкция начальника участка, суду не представлена.

Суд считает заслуживающими внимания доводы ответчика в судебном заседании о том, что должность начальника участка, которую он занимал в период работы в ООО «СУ-196», к числу должностей работников, с которыми, работодателем заключаются договоры о полной материальной индивидуальной ответственности, не относится. Данные доводы ответчика соответствуют Перечню должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества (утвержденному Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ. №), в котором должность начальника участка, отсутствует. В судебном заседании наличия трудовых обязанностей ФИО2, которые бы позволяли отнести их к осуществлению, получению, заготовке, хранению, учету, выдаче, транспортировке материальных ценностей, выполнению работы: по приему и обработке для доставки (сопровождения) груза, багажа, почтовых отправлений и других материальных ценностей, их доставке (сопровождению), выдаче (сдаче), не установлено. 

Как установлено в судебном заседании, и следует из объяснений представителей истца, договор о полной материальной индивидуальной ответственности, с ответчиком не заключался.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника, согласно ч.2 ст.242 Трудового кодекса ФИО1 Федерации, лишь в случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации, или иными федеральными законами.

В соответствии с требованиями ст.243 Трудового кодекса Российской Федерации, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника, в числе других случаев, перечисленных в данной норме, в случаях, когда в соответствии с Трудовым кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей (п.1 ч.1 ст.243); недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора (п.2 ст.243).

Из ст.244 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (п.2 ч.1 ст.243 Трудового кодекса), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

В силу ст. 241 Трудового кодекса Российской Федерации, за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Из данной нормы следует, что даже в том случае, если вред причинен по вине работника, у него, по общему правилу, возникает обязанность возместить работодателю ущерб не в полном размере, а лишь в пределах своего среднего месячного заработка. 

Поэтому ссылка в исковом заявлении на причинение ущерба по вине ответчика, не свидетельствует о наличии оснований для возмещения ущерба в полном размере.

Таким образом, с учетом обстоятельств, установленных в судебном заседании, оценки имеющихся в деле доказательств: в их совокупности, на основе полного, объективного, всестороннего и непосредственного исследования, суд приходит к выводу о том, что поскольку причина возникновения недостачи истцом, не установлена, доказательств противоправных действий ответчика и его вины в причинении недостачи, не представлено, не мотивировано возложение материальной ответственности на ответчика, в обязанности которого, при этом, приемка материальных ценностей, их учет, сохранность, не входила, нарушен порядок проведения инвентаризации, безусловно, основания для удовлетворения исковых требований ООО «СУ-196», отсутствуют.

Разрешая вышеуказанные исковые требования, суд учитывает положения ст.239 Трудового кодекса Российской Федерации, из содержания и смысла которой следует, что право работодателя на возмещение работником ущерба связано с его обязанностью обеспечить необходимые условия для сохранности принадлежащего ему имущества. Неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, исключает материальную ответственность работника за причиненный ущерб. 

Из содержания и смысла правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в п.4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» следует, что к числу существенных обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, наличие или отсутствие которых необходимо установить, при рассмотрении дела, относятся: противоправность поведения работника, его вина в причинении ущерба, причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом. При этом, обязанность доказать указанные обстоятельства возлагается на работодателя.

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в п.4 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006. № 52, следует, что отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника, относится к числу существенных для дела обстоятельств, которые суду необходимо установить.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, в абз.5 п.5 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, основанием для отказа в удовлетворении требований работодателя, может являться неисполнение работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику, если это явилось причиной возникновения ущерба.

В судебном заседании установлено, как указывалось выше, что объект строительства находился на открытой территории (в лесу), территория не огорожена, какие –либо объекты охраны, отсутствуют, доступ на территорию со строительными материалами, абсолютно свободен, со всех сторон, в том числе, со стороны леса. Данные обстоятельства указывает на необеспечение условий для сохранности товарно-материальных ценностей, со стороны работодателя, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований работодателя о возмещении материального ущерба.

Что касается исковых требований ООО «СУ – 196», предъявленных к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения, то основания для удовлетворения данных исковых требований также отсутствуют.

Из содержания ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что обязанность возвратить неосновательное обогащение возникает только у такого лица, которое без установленных законом оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица.

Анализируя нормы закона, регламентирующие неосновательное обогащение, очевидно, что стороны обязательства из неосновательного обогащения - это приобретатель и потерпевший, которые являются, соответственно, должником и кредитором в этом обязательстве. 

Приобретатель - это лицо, неосновательно обогатившееся путем приобретения или сбережения имущества. 

Под потерпевшим в данном обязательстве понимается лицо, за счет которого неосновательно обогатился приобретатель. 

Предметом обязательства из неосновательного обогащения является имущество, любое улучшение имущественного положения приобретателя, любое имущественное благо, которое в обычных условиях гражданского оборота может быть предметом возмездной сделки. Такое улучшение может наступать вследствие поступления вещей в собственность или во владение приобретателя, а также выполнения работ.

Для возникновения обязательства из неосновательного обогащения, как правило, применительно к данному случаю, необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств:

1) возрастание имущественной сферы (неосновательное обогащение) на стороне приобретателя;

2) уменьшение имущественной сферы (убытки) на стороне потерпевшего;

3) убытки потерпевшего являются источником обогащения приобретателя (обогащение за счет потерпевшего);

4) отсутствие надлежащего правового основания для наступления вышеуказанных имущественных последствий.

Первое из перечисленных условий предполагает увеличение экономической ценности имущественной массы приобретателя. Второе условие предполагает несение потерпевшим расходов или утрату принадлежащего ему имущества. 

Отсутствие надлежащего правового основания для обогащения как условие его неосновательности означает, что ни нормы законодательства, ни иные правовые акты, ни условия сделки не позволяют обосновать правомерность обогащения.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих исковых требований, и возражений по иску.

С процессуальной точки зрения, на потерпевшем лежит бремя доказывания факта обогащения приобретателя, включая количественную характеристику размера обогащения, и факта наступления такого обогащения за счет потерпевшего. Бремя доказывания наличия основания для обогащения за счет потерпевшего, лежит на приобретателе.

Как следует из содержания искового заявления, обратившись в суд с вышеуказанными исковыми требованиями, истец ссылается на то, что между ООО «СУ- 196» - подрядчиком, и ОАО « Среднеуральский медеплавильный завод» был заключен договор подряда на выполнение, по заданию заказчика, работ по строительству 19-ти одноквартирных жилых домов площадью 125 кв.м. на объекте «Поселок малоэтажного жилищного строительства коттеджной застройки», по адресу: 

<

адрес> №. (номера домов: 33

<

адрес>

В рамках заключенного с ОАО «Среднеуральский медеплавильный завод» договора, на указанном выше объекте выполнялись строительные работы.

ФИО2 на вышеуказанном объекте исполнял трудовые обязанности как начальник участка, принимал строительные материалы для осуществления строительных работ на указанном выше объекте, согласно акту, на склад не сдана арматура А-111 25Г2С 12 пар в количестве 5, 413 т. на сумму 214 250,55 рублей, арматура А-111 25Г2С 20 пар в количестве 7 788 т на сумму 308 309,95 рублей, арматура, согласно товарно – транспортным накладным от ДД.ММ.ГГГГ была принята на объект строительства ФИО2, который на момент доставки, принимал арматуру не как доверенное лицо от ООО «СУ-196», а лично, по собственной инициативе, и в связи с тем, что ФИО2 без каких-либо правовых оснований принял имущество, принадлежащее ООО «СУ-196», часть которого впоследствии не была передана на склад, со стороны ФИО2, по мнению истца, имеет место неосновательное обогащение в размере 522 560,50 рублей. 

Между тем, как установлено в судебном заседании, и следует из искового заявления, письменных материалов дела, объяснений представителя истца в судебном заседании, что принятие арматуры по товарно- транспортным накладным осуществлялась в период действия договора подряда № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «СУ-196» (подрядчик) и ОАО «Среднеуральский медеплавильный завод» (заказчик) на выполнение работ по строительству 19-ти одноквартирных жилых домов площадью 125 м2 на объекте «Поселок малоэтажного жилищного строительства коттеджной застройки, по адресу: 

<

адрес> номер земельного участка №. (номера домов: 

<

адрес>), на основании выданной ФИО2, ООО «СУ -196», доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ на принятие груза, поставленного ООО «УГМК –Сталь» (поставщик арматуры). Достоверных и достаточных доказательств тому обстоятельству, что полученная ФИО2 арматура не поступила на склад ООО «СУ-196», и не была использована при строительстве вышеуказанного объекта строительства, суду не представлено. Как указывалось выше и установлено в судебном заседании (при установлении обстоятельств, касающихся исковых требований в части возмещения ущерба, причиненного работником, работодателю), все строительные материалы, в том числе, арматура, доставлялись непосредственно на строительную площадку указанного объекта строительства, на котором, при этом какой-либо склад для хранения строительных материалов отсутствует, условия для обеспечения сохранности строительных материалов, не обеспечены. Более того, как следует из вышеуказанного договора подряда № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ООО «СУ-196» (подрядчик) и ОАО «Среднеуральский медеплавильный завод» (заказчик), ответственность за сохранность всех поставленных для реализации договора материалов и оборудования до полного завершения работ, несет подрядчик (п.2.1.4. договора).

Истцом, таким образом, факт обогащения ответчика (приобретателя), включая количественную характеристику размера обогащения, и факта наступления такого обогащения за счет истца (потерпевшего), не доказаны. Основания для взыскания с ответчика в пользу истца суммы в размере 522 560,60 рублей, как неосновательного обогащения, отсутствуют.

Разрешая заявленные истцом вышеуказанные исковые требования, суд учитывает, что в соответствии с 1 ст.68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в случае, если сторона, обязанная представлять доказательства своих исковых требований, не представляет суду таких доказательств, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны, и представленными этой стороной, доказательствами.

Поскольку истцом, доказательств своим исковым требованиям, не представлено, суд обосновывает свои выводы, принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований, объяснениями ответчика, и представленными им доказательствами, обращая, при этом, внимание на то, что доводы ответчика, приведенные в качестве обоснования возражений по иску, и представленные стороной ответчика доказательства, истцом не оспорены, и какими –либо доказательствами, со своей стороны, не опровергнуты.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны, согласно ч.1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы, согласно ч.1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении, произведенные истцом судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 118,59 рублей, взысканию с ответчика в пользу истца, не подлежат.

Руководствуясь ст.ст.12,67, ч.1 ст.68, ч.1 ст.98, ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью (ООО) «СУ- 196» к ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного работником, работодателю, о взыскании суммы неосновательного обогащения, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке, в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение одного месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме, через Верхнепышминский городской суд Свердловской области.

Судья Н.Н. Мочалова.