УИД 50RS0001-01-2025-007919-15

Дело № 2-7790/2025 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 октября 2025 года г. Балашиха 

Балашихинский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Давыдовой М.В.

при секретаре судебного заседания Кузнецовой А.В.

с участием представителя истца-ответчика ФИО1 – ФИО2, ответчика-истца ФИО4, ее представителя ФИО6, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о снятии с регистрационного учета, по встречному иску ФИО4 к ФИО1 о признании брачного договора недействительным, разделе совместно нажитого имущества, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику ФИО4, просит признать жилое помещение (квартиру) по адресу: 

<

адрес>, не являющуюся совместно нажитым имуществом сторон, признать за истцом право единоличной собственности на указанную квартиру, признать ответчика утратившей право пользования указанным жилым помещением со снятием с регистрационного учета. 

Иск мотивирован тем, что 15 июня 2015 года сторонами заключен брачный договор, в соответствии с условиями которого, установлен порядок распределения долей спорной квартиры после снятия обременения и регистрации квартиры по адресу 

<

адрес>: 5/6 доли квартиры - истцу, 1/6 доли - ответчику. Стороны пришли к соглашению, что в случае расторжения брака до снятия обременения с указанной квартиры истец выплачивает ответчику 1 000 000 рублей, а квартира в таком случае переходит в его индивидуальную собственность. 1 августа 2021 года ответчик получила от истца 1 000 000 рублей, о чем составлена расписка, а также письменно обязалась освободить спорную квартиру 11 августа 2022 года. Вместе с тем, до настоящего времени данные в письменном виде обязательства ответчик не исполнила, квартиру не освободила, продолжает в ней проживать, на просьбы истца освободить помещение в добровольном порядке ответчик отказывается, что послужило обращению в суд с указанными требованиями иска. 

Принимая во внимание круг лиц, характер спорных правоотношений, предмет спора в обоих делах, для более быстрого и правильного разрешения споров, судом принято к производству встречное исковое заявление ФИО4 о признании брачного договора недействительным, разделе совместно нажитого имущества. Встречные исковые требования мотивированы тем, что с 10 октября 2015 года по 21 июля 2021 года стороны состояли в зарегистрированном браке. Первоначально истцом заявлен иск о признании пункта 5 брачного договора, заключенного между ФИО1 и ФИО7, недействительным на основании пункта 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации, в последующем представлено заявление об уточнении исковых требований, в котором просит прекратить право собственности ФИО1 на спорную квартиру, признать ее совместно нажитым имуществом, произвести раздел совместно нажитого имущества, выделив ФИО1 5/6 доли квартиры, ФИО4 - 1/6 долю квартиры, сохранить за ФИО4 право пользования указанной квартирой до достижения совершеннолетия дочери сторон - ФИО3

Истец по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, воспользовался правом, предоставленным частью 1 статьи 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на ведение дел через представителя.

Представитель истца по первоначальному иску и ответчика по встречному иску по доверенности ФИО2 в судебном заседании на исковых требованиях, заявленных к ФИО4 настаивал, по существу изложил доводы, указанные в исковом заявлении, против удовлетворения встречных исковых требований возражал по доводам письменных возражений, согласно которым просил применить положения об исковой давности к требованиям о признании недействительным пункта 5 брачного договора, заявил о пропуске истцом по встречному иску срока исковой давности по требованию о признании квартиры совместно нажитым имуществом, указал, что спорная квартира не является совместно нажитым имуществом, поскольку взносы вносились за счет государственных средств, предоставленных ФИО1 как военнослужащему, доказательств заключения сторонами договора займа на сумму 1 000 000 руб. представлено. 

Ответчик по первоначальному иску и истец встречному иску ФИО4 и ее представитель по устному ходатайству ФИО6, в судебном заседании встречный иск с учетом уточнения поддержали по основаниям, в нем изложенным, против удовлетворения исковых требований ФИО1 возражали по доводам письменных возражений, согласно которым поскольку денежных средств по брачному договору в размере 1 000 000 руб. ФИО4 не получала, претендует на свою (1/6) доли спорной квартиры, а переданные ей истцом денежные средства в указанном размере являются возвратом долга по договору займа. 

Балашихинский городской прокурор Московской области, привлеченный к участию в деле протокольным определением суда от 10 сентября 2025 года для дачи заключения в порядке части 3 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обеспечил явку в суд помощника прокурора Соковой Д.А., которая дала заключение о возможности удовлетворения встречного иска. 

Принимая во внимание изложенное, а также исходя из принципа диспозитивности гражданского процесса, в соответствии с которым стороны самостоятельно и по своему усмотрению распоряжаются предоставленными им процессуальными правами, в том числе правом на непосредственное участие в судебном разбирательстве, и каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, с учетом положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом имеющихся в материалах дела документов, подтверждающих надлежащее извещение лиц, участвующих в деле о времени и месте судебного заседания, суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заслушав заключения прокурора, полагавшей возможным удовлетворить встречное требование о сохранении долей и признании жилья совместно нажитым имуществом, изучив материалы гражданского дела, оценив доказательства с учетом требований закона об их допустимости, относимости и достоверности, как в отдельности, так и в совокупности, а установленные судом обстоятельства - с учетом характера правоотношений сторон и их значимости для правильного разрешения спора, суд приходит к следующему. 

В силу части 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище, никто не может быть произвольно лишен жилища.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», при рассмотрении дел, вытекающих из жилищных правоотношений, судам необходимо учитывать, что Конституция Российской Федерации предоставила каждому, кто законно находится на территории Российской Федерации, право свободно передвигаться, выбирать место жительства, а также гарантировала право на жилище.

В силу части 1 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены указанным Кодексом.

Согласно части 2 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма (в том числе краткосрочного найма), договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом, при условии обеспечения соблюдения прав и законных интересов соседей, правил пользования жилыми помещениями, правил содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, требований энергетической эффективности и оснащенности помещений многоквартирных домов и жилых домов приборами учета используемых энергетических ресурсов, требований к предоставлению коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, включая предоставление коммунальной услуги по обращению с твердыми коммунальными отходами. В случае, если предоставление такого жилого помещения нарушает жилищные права граждан, проживающих в многоквартирном доме, в котором оно расположено, граждане, жилищные права которых нарушены, вправе обратиться за их защитой в суд.

Согласно части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи. Если у бывшего члена семьи собственника жилого помещения отсутствуют основания приобретения или осуществления права пользования иным жилым помещением, а также если имущественное положение бывшего члена семьи собственника жилого помещения и другие заслуживающие внимания обстоятельства не позволяют ему обеспечить себя иным жилым помещением, право пользования жилым помещением, принадлежащим указанному собственнику, может быть сохранено за бывшим членом его семьи на определенный срок на основании решения суда. При этом суд вправе обязать собственника жилого помещения обеспечить иным жилым помещением бывшего супруга и других членов его семьи, в пользу которых собственник исполняет алиментные обязательства, по их требованию.

Согласно пункту 1 статьи 288 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

В силу статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Согласно пункту 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу, является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статьей 128, 129, пунктам 1 и 2 статьи 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным статьями 38, 39 СК РФ и статьей 254 ГК РФ. 

В соответствии со статьей 40 Семейного кодекса Российской Федерации брачным договором признается соглашение лиц, вступающих в брак, или соглашение супругов, определяющее имущественные права и обязанности супругов в браке и (или) в случае его расторжения. 

В силу пункта 2 статьи 41 Семейного кодекса Российской Федерации, брачный договор заключается в письменной форме и подлежит нотариальному удостоверению. 

Пунктом 1 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации определено, что брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 настоящего Кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов. 

Брачный договор может быть заключен как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов. 

Супруги вправе определить в брачном договоре свои права и обязанности по взаимному содержанию, способы участия в доходах друг друга, порядок несения каждым из них семейных расходов; определить имущество, которое будет передано каждому из супругов в случае расторжения брака, а также включить в брачный договор любые иные положения, касающиеся имущественных отношений супругов. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации права и обязанности, предусмотренные брачным договором, могут ограничиваться определенными сроками либо ставиться в зависимость от наступления или от ненаступления определенных условий. 

В силу пункта 1 статьи 43 Семейного кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения брачного договора не допускается. 

Из положений приведенных выше правовых норм следует, что брачный договор, заключенный в период брака, вступает в силу после его нотариального удостоверения, с момента которого у супругов возникают предусмотренные этим договором права и обязанности, эти права и обязанности обязательны для обоих супругов и односторонний отказ от принятых обязательств недопустим. 

Как следует из материалов дела, с 10 октября 2015 года стороны состояли в зарегистрированном браке, что подтверждается сведениями из копии паспорта ФИО4 

Брак прекращен 3 апреля 2021 года на основании решения мирового судьи судебного участка № 293 Балашихинского судебного района Московской области от 1 марта 2021 года, что подтверждается свидетельством о расторжении брака серии № №. 

У сторон имеется несовершеннолетний ребенок ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 

ФИО5 на основании договора купли-продажи квартиры от 15 июня 2015 года является собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается выпиской из ЕГРН, предоставленной интернет – порталом «Госуслуги». В отношении объекта недвижимости зарегистрировано ограничение прав и обременение в виде ипотеки в пользу АО «Акционерный банк Россия». 

Право собственности ФИО1 на спорную квартиру зарегистрировано в установленном законом порядке 23 июня 2015 года, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним сделана запись о регистрации № и подтверждается свидетельством о государственной регистрации права, выпиской из ЕРГН от 10 октября 2025 года №. 

15 июня 2015 года между ФИО1 и ФИО7 заключен брачный договор, выполненный на бланке серии № №5, удостоверенный нотариусом г. Москвы ФИО11, согласно которому, вступая в брак, регистрация заключения которого в органах ЗАГС должна состояться до 31 декабря 2015 года стороны определили имущественные права и обязанности в браке и в случае его расторжения. 

В пункте 5 договора стороны пришли к соглашению, что в квартире, находящейся по адресу: 

<

адрес>, которую предполагается приобрести на имя ФИО1 на средства ипотечного кредита, предоставляемого ОАО «Сбербанк России» и на денежные средства, предоставляемые ФИО7 в сумме 1 000 000 рублей, после снятия обременения с вышеуказанной квартиры по соглашению сторон доли будут распределены и зарегистрировано право собственности в органах, осуществляющих государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним следующим образом: ФИО1 - 5/6 (пять шестых) долей квартиры, ФИО7 - 1/6 (одна шестая) доля квартиры. В случае расторжения брака до снятия обременения с указанной квартиры и регистрации права собственности ФИО1 выплачивает ФИО7 денежные средства в размере 1 000 000 рублей.

Как следует из пункта 10 брачного договора, заключенного между сторонами, супруги были ознакомлены нотариусом с правовыми последствиями избранного ими правового режима имущества.

Согласно пункту 20 брачного договора два экземпляра договора выданы сторонам на руки, что сторонами в процессе рассмотрения настоящего гражданского дела не оспаривалось. 

11 августа 2021 года ФИО4 составлена расписка в получении от ФИО1 не входящей в брачный договор от 15 июня 2015 года денежной суммы в размере 1 000 000 руб. по расписке, составленной ФИО1 21 января 2021 года. Из текста расписки следует, что ФИО4 обязалась физически освободить 11 августа 2022 года жилую площадь, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Принцип состязательности, являясь одним из основных принципов гражданского судопроизводства, предполагает, в частности, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Таким образом, бремя доказывания юридически значимых фактов в обоснование доводов иска возложена законом на истца, ответчик, в свою очередь, обязан опровергнуть доводы истца, предоставив соответствующие доказательства. 

Возражая против удовлетворения заявленных требований, сторона ответчика по первоначальному иску указала, что спорный брачный договор следует признать недействительным, поскольку содержащиеся в нем условия о распределении долей ставят ее в крайне неблагоприятное положение, после расторжения брака она фактически лишается всего совместно нажитого имущества и останется с несовершеннолетней дочерью без жилья, указала, что денежных средства в размере 1 000 000 руб. в рамках брачного договора от истца не получала, в связи с чем основания для признания за ФИО1 право собственности на спорную квартиру отсутствуют. В обоснование заявленных требований в материалы дела представлена адресная справка о регистрации ФИО8 в спорном жилом помещении, справка об инвалидности серии МСЭ-2024 №, согласно которой ФИО4 является 

<

данные изъяты>. 

Возражая против удовлетворения требований встречного искового заявления, сторона ответчика по встречному иску указала, что спорная квартира не является совместно нажитым имуществом и был приобретена до регистрации брака и до настоящего времени находится в залоге. В настоящее время ФИО1 проживает со своей семьей в воинской части, другого жилья у него не имеется, однако в полной мере несет расходы по оплате жилищно – коммунальных услуг по спорной квартире, о чем представлены копии чеков и платежных поручений. Доводы ответчика по встречному иску о том, что денежные средства в размере 1 000 000 руб. являются возвратом долга по договору займа являются злоупотреблением ФИО4 своим правом. 

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались. 

Согласно части 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению. 

В соответствии с абзацем вторым пункта 15 постановления Пленума Верховного суда РФ от 5 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», если брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора. При этом следует иметь в виду, что в силу пункта 3 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации условия брачного договора о режиме совместного имущества, которые ставят одного из супругов в крайне неблагоприятное положение (например, один из супругов полностью лишается права собственности на имущество, нажитое супругами в период брака), могут быть признаны судом недействительными по требованию этого супруга.

Использование федеральным законодателем такой оценочной характеристики, как наличие в брачном договоре условий, ставящих одного из супругов в крайне неблагоприятное положение, преследует своей целью эффективное применение нормы к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций. Вопрос же о том, ставят ли условия конкретного брачного договора одну из сторон в крайне неблагоприятное положение, решается судом в каждом конкретном случае на основе установления и исследования фактических обстоятельств дела и оценки представленных сторонами доказательств по правилам, установленным статьями 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Конституционный Суд РФ в определении от 21.06.2011 № 779-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО9 на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации» раскрыл правовой смысл использованной в пункте 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации в целях закрепления основания для признания брачного договора недействительным описательно-оценочной формулировки «условия договора, ставящие одного из супругов в крайне неблагоприятное положение», что не свидетельствует о неопределенности содержания данной нормы: разнообразие обстоятельств, оказывающих влияние на имущественное положение супругов, делает невозможным установление их исчерпывающего перечня в законе. Использование федеральным законодателем в данном случае такой оценочной характеристики преследовало цель эффективного применения нормы к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций, что само по себе не может рассматриваться как нарушение конституционных прав и свобод заявительницы, перечисленных в жалобе. Вопрос же о том, ставят ли условия конкретного брачного договора одну из сторон в крайне неблагоприятное положение, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств. При этом, как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ в своих решениях, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что также не может рассматриваться как нарушение каких-либо конституционных прав и свобод граждан (определения от 20.11.2003 № 404-О, от 24.02.2005 № 85-О, от 21.02.2008 № 120-О-О и др.).

Суд исходит из того, что при заключении брачного договора стороны были ознакомлены нотариусом с правовыми последствиями избранного ими правового режима имущества, условиями заключения брачного договора, при этом, правовой режим имущества стороны определили в соответствии со своей волей и своим желанием, воля каждого супруга была сформирована свободно, самостоятельно, без принуждения, брачный договор ФИО4 подписала собственноручно, осознавая последствия его заключения. Доказательств наличия существенной диспропорции в распределении между супругами имущества суду не предоставлено.

Из буквального толкования содержания оспариваемого брачного договора следует, что спорная квартира приобретается на средства ипотечного кредита, предоставляемого ОАО «Сбербанк России» и денежные средства, предоставляемые ФИО7 в размере 1 000 000 руб., которые в случае расторжения брака подлежат возврату ФИО7 

Спорная квартира была приобретена по договору купли-продажи квартиры 15 июня 2015 года, в том числе, с использование кредитных денежных средств, предоставленных АО «Акционерный банк «Россия» на основании договора № от 11 августа 2021 года ФИО1 как участнику накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих, заключившему договор целевого жилищного займа с ФГКУ «Росвоенипотека». Договор купли-продажи заключен до регистрации брака и предусматривает, что на момент заключения сделки покупатель в браке не состоит и денежные средства, уплачиваемые за квартиру, являются его собственностью, следовательно, спорная квартиры не является совместно нажитым имуществом и не подлежит разделу. Последующее заключение брака не может иметь ретроспективное действие и изменять правоотношения, возникшие до заключения брака. При заключении договора до регистрации брака к нему по объективным причинам не могут применяться нормы Семейного кодекса Российской Федерации. Следовательно, необходимо исходить из того, что и нормы о совместно нажитом имуществе к приобретаемому имуществу тоже не могут быть применены. Кроме того, предусмотренный брачным договором возврат денежных средства в размере 1 000 000 руб., полученных ФИО1 от ФИО7 осуществлен и подтверждается представленной в материалы дела распиской. 

С учетом изложенного, исковые требования первоначального иска в части признания квартиры по адресу: 

<

адрес>, не являющейся совместно нажитым имуществом сторон, признании за истцом ФИО1 права единоличной собственности на указанную квартиру суд находит подлежащими удовлетворению. 

Разрешая ходатайство представителя ответчика по встречному иску о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о признании недействительным пункта 5 брачного договора суд исходит из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Согласно статье 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (статья 200 ГК РФ). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Семейного кодекса Российской Федерации на требования, вытекающие из семейных отношений, исковая давность не распространяется, за исключением случаев, если срок для защиты нарушенного права установлен названным Кодексом. 

Семейным кодексом Российской Федерации срок исковой давности для требований об оспаривании брачного договора не установлен. 

Согласно статье 4 Семейного кодекса Российской Федерации к имущественным и личным неимущественным отношениям между членами семьи, не урегулированным семейным законодательством (статья 3 настоящего Кодекса), применяется гражданское законодательство постольку, поскольку это не противоречит существу семейных отношений. 

По своей правовой природе брачный договор является разновидностью двусторонней сделки, но имеющей свою специфику, обусловленную основными началами (принципами) семейного законодательства. Поскольку для требования супруга по пункту 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации о признании брачного договора недействительным этим Кодексом срок исковой давности не установлен, то к такому требованию супруга исходя из положений статьи 4 Семейного кодекса Российской Федерации в целях стабильности и правовой определенности гражданского оборота применяется срок исковой давности, предусмотренный статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, по требованиям о признании сделки недействительной (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 20.01.2015 № 5-КГ14-144). 

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

При этом, с учетом норм семейного и гражданского права, брачный договор вступает в силу после его нотариального удостоверения, с момента которого у супругов возникают предусмотренные этим договором права и обязанности. 

Из изложенного следует, что при оспаривании супругом действительности брачного договора или его условий по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 44 Семейного кодекса Российской Федерации, срок исковой давности следует исчислять с момента, когда этот супруг узнал или должен был узнать о том, что в результате реализации условий брачного договора он попал в крайне неблагоприятное имущественное положение. 

Как установлено судом, о существовании брачного договора от 15 июня 2015 года сторонам стало известно при подписании брачного договора у нотариуса г. Москвы ФИО11, что подтверждается текстом самого брачного договора, а также следует из текста искового заявления ФИО4 и подтверждено сторонами в ходе рассмотрения дела. 

Брачный договор ФИО4 подписан лично, в присутствии нотариуса, экземпляр брачного договора ею получен. Последствия заключения брачного договора сторонам также были разъяснены. 

Следовательно, течение срока исковой давности по требованиям о признании брачного договора недействительным совпадает с моментом его удостоверения нотариусом, и начинает течь с 15 июня 2015 года. 

При этом, исковое заявление о признании брачного договора недействительным подано в суд 19 августа 2025 года, что подтверждается регистрационным штампом (вх. 2-4409), то есть за пределами срока исковой давности. 

Истец по встречному иску не просила о восстановлении пропущенного срока исковой давности и не представила доказательства наличия оснований для его восстановления. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО4 располагала полной информацией об условиях договора, изменяющих режим совместной собственности супругов, добровольно в соответствии со своим волеизъявлением приняла на себя все права и обязанности, определенные договором, собственноручно подписала договор, имела возможность отказаться от подписания брачного договора, впоследствии не требовала его изменения или дополнения, а равно не приняла меры к его расторжению в отсутствие объективных препятствий к этому.

Стороны были ознакомлены нотариусом с правовыми последствиями избранного ими правового режима имущества, условиями заключения брачного договора, при этом, правовой режим имущества определили в соответствии со своей волей и своим желанием. 

Доказательств того, что истец на стадии заключения брачного договора не располагал полной информацией об условиях договора, изменяющих режим совместной собственности супругов, против своей воли приняла на себя все права и обязательства, определенные договором, подписав оспариваемый договор, в материалы дела не предоставлено. 

При этом, суд учитывает, что в присутствии нотариуса супругами заявлено об отсутствии обстоятельств, вынуждающих их совершить данную сделку на крайне невыгодных для себя условиях, что также прямо следует из пункта 16 упомянутого брачного договора. 

Поскольку срок исковой давности для предъявления ФИО4 исковых требований о признании брачного договора недействительным истек на момент его обращения в суд, то данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа истцу в удовлетворении заявленных ею требований о признании брачного договора недействительным.

Разрешая ходатайство представителя ответчика по встречному иску о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о признании квартиры совместно нажитым имуществом, который с позиции ответчика по встречному иску начал течь 11 августа 2021 года суд приходит к следующему. 

Согласно разъяснений, изложенных в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (п. 7 ст. 38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что после расторжения 3 апреля 2021 года брака между бывшими супругами отсутствовал спор относительно пользования спорным имуществом, с требованием о его разделе стороны не обращались, в том числе ФИО4, в связи с отсутствием такой необходимости и отсутствием нарушения ее прав со стороны ФИО1 

Принимая во внимание, что ФИО1 обратился в суд с иском о снятии ФИО4 с регистрационного учета 6 августа 2025 года, после чего ФИО4 стало известно о нарушении ее права и что являлось основанием для ее обращения в суд со встречным иском, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности для обращения в суд с заявленными требованиями, в том числе встречными, не пропущен.

Оснований для исчисления срока исковой давности с 11 августа 2021 года, на что указано в возражениях ответчика по встречному иску у суда не имеется. 

Вместе с тем, поскольку суд пришел к выводу о признании спорной квартиры не являющейся совместно нажитым имуществом сторон и признании за ФИО1 права единоличной собственности на указанную квартиру, требования встречного искового заявления о прекращении права собственности ФИО1 на спорную квартиру, признании ее совместно нажитым имуществом, разделе совместно нажитого имущества удовлетворению не подлежат. 

Иные доводы стороны истца по встречному иску не могут быть приняты судом во внимание, поскольку не соответствуют вышеприведенным положениям закона, регулирующего спорные правоотношения, основаны на неправильном понимании норм права и не свидетельствуют о неправомерности действий ответчика.

Разрешая требования о признании ответчика по первоначальному иску ФИО4 утратившей право пользования жилым помещением со снятием с регистрационного учета суд приходит к следующему.

С позиции истца по первоначальному иску, ФИО4 постоянно проживает в спорной квартире, до настоящего времени данные в письменном виде обязательства ответчик не исполнила, квартиру не освободила, на просьбы истца освободить помещение в добровольном порядке ответчик отказывается, в то время как семья истца вынуждена жить в служебном жилом помещении на основании договора найма жилого помещения № от 1 декабря 2020 года, заключенного между ФИО12 (супругой истца) и ФГКУ войсковая часть 55002. 

Часть 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации устанавливает, что права и свободы должны осуществляться с таким расчетом, чтобы не нарушать права и свободы других лиц. Пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Таким образом, законодателем закреплен общий принцип ограничения усмотрения правообладателя при осуществлении своих гражданских прав – запрет злоупотребления правом.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», по смыслу частей 1 и 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц (помимо супругов) с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения.

Судом, в соответствии со статьей 114 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предлагалось лицам, участвующим в деле, представить в суд все имеющиеся у них доказательства по делу, указывалось на последствия непредставления доказательств, а также разъяснялись положения статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о том, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Анализируя представленные доказательства, суд принимает во внимание, что спорное жилое помещение принадлежит истцу на праве собственности, в связи с чем, истец правомочен по своему усмотрению распоряжаться данным имуществом, в том числе предоставлять его другим лицам в пользование для проживания, на определенный срок или бессрочно.

Соглашение между сторонами спора, не являющимися членами одной семьи относительно пользования спорным жилым помещением отсутствует. 

Принимая во внимание, что ответчик ФИО4 собственником спорного жилого помещения не является, как не является членом семьи собственника в соответствии с положениями пункта 1 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, поскольку это право собственников определять, кто является членами их семьи, суд полагает исковые требования о прекращении права пользования жилым помещением ответчика, подлежащими удовлетворению и не влекущими нарушение его прав.

Оснований, предусмотренных пунктом 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации для сохранения за ответчиком права пользования жилым помещением судом не установлено.

В соответствии с пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», сама по себе регистрация в спорном жилом помещении правового значения не имеет, поскольку, будучи административным актом, не влечет приобретение права на жилую площадь, а является одним из доказательств, которое оценивается судом в совокупности со всеми обстоятельствами дела.

Согласно статье 7 Закона Российской Федерации от 25.06.1993 № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации», п. 31 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и месту жительства в пределах Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17.07.1995 № 713, снятие с регистрационного учета без непосредственного участия гражданина производится органами регистрационного учета на основании решения суда. 

При таких обстоятельствах, решение суда о прекращении права пользования жилым помещением является основанием для снятия ФИО4 с регистрационного учета по адресу: 

<

адрес>, поскольку указанный способ защиты права собственника на владение и пользование принадлежащим ему имуществом предусмотрен гражданским законодательством, направлен на восстановление нарушенных прав. 

Таким образом, требования встречного искового заявления о сохранении за ФИО4 права пользования указанной квартирой до достижения совершеннолетия ФИО3 удовлетворению не подлежат. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

иск ФИО1 к ФИО4 о снятии с регистрационного учета удовлетворить.

Признать квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №, не являющейся совместно нажитым имуществом сторон.

Признать за ФИО1 (паспорт №) право единоличной собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №.

Признать ФИО4 (паспорт №) утратившей право пользования квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером №.

Данное решение является основанием для снятия ФИО4 (паспорт №) с регистрационного учета по адресу: 

<

адрес>.

В удовлетворении встречного иска ФИО4 к ФИО1 о признании брачного договора недействительным, разделе совместно нажитого имущества отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Балашихинский городской суд Московской области в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения в окончательной форме.

Судья М.В. Давыдова 

Мотивированное решение суда составлено 01.11.2025.