Дело № 2-9/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 ноября 2018 года г. Сортавала

Сортавальский городской суд Республики Карелия в составе: 

председательствующего судьи Вакуленко Л.П., 

при секретаре Ефремовой Г.Л.,

рассмотрев в открытом судебном гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения и возмещении ущерба и встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о возмещении ущерба, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения по тем основаниям, что между сторонами был заключен предварительный договор купли-продажи земельного участка с расположенным на нем жилым домом и хозяйственными постройками по адресу: 

<

Адрес обезличен>, юго-западная часть кадастрового квартала 10:07:04 08 01. Стороны предварительного договора пришли к соглашению о цене сделки, которая составила 2 300 000 руб. Стороны взяли на себя обязательство заключить основной договор в течение трех месяцев, то есть до 05.09.2015 года, а также применили обеспечение исполнения основного обязательства, то есть обязательства заключить основной договор, путем уплаты покупателем в пользу продавца задатка в размере 100000 руб. Истец указывает, что в срок 05.09.2015 договор заключен не был. 18.09.2015 стороны заключили договор купли-продажи земельного участка и жилого дома с условием оплаты недвижимости посредством получения покупателем целевого ипотечного кредита в АО «Россельхозбанк». Кредитный договор заключен не был в связи с невозможностью выполнить в установленный срок требование банка к оформлению документов на недвижимость, поэтому переход права собственности по договору от 18.09.2015 года зарегистрирован не был. Решением Сортавальского городского суда от 11.08.2016 истцу было отказано в требовании о понуждении ФИО2 к государственной регистрации договора от 18.09.2015. Истец указывает, что 06.10.2015 стороны заключили дополнительное соглашение к предварительному договору от 05.06.2015, предметом которого стали следующие условия: срок действия предварительного договора устанавливался до 31.12.2015, покупатель брал обязательство внести частичную предоплату договорной цены, которая составляла 700 000 руб., покупатель получал право с 07.10.2015 производить неотъемлемые улучшения на жилом доме (строить септик и систему канализации, менять окна, оборудовать водоснабжение, водонагреватель, водяную скважину), в пункте 4.1. продавец ФИО2 брал обязательство по оплате всех неотъемлемых улучшений в случае расторжения договора по его инициативе. Истец указывает, что денежные обязательства по дополнительному соглашению он выполнил в полном объеме, произвел предварительную оплату в сумме 700 000 руб., в период осени 2015 года им выполнены работы на земельном участке и в доме, куплено и установлено в доме и на земельном участке дополнительное оборудование на общую сумму 731 619 руб. В срок до 31.12.2015 сторонами основной договор заключен не был. Полагая, что основной договор не был заключен по вине ФИО2, истец неоднократно обращался в суд за защитой своих прав. Решениями Сортавальского городского суда от 28.03.2016, от 11.08.2016, от 06.09.2017 в удовлетворении исковых требований было отказано, судом установлено, что подписанные ФИО3 и ФИО2 предварительный договор 05.06.2015 и основной договор от 18.09.2015 не могут быть признаны заключенными из-за отсутствия в текстах существенных условий, необходимых в таких документах в силу закона. Дополнительное соглашение от 06.10.2015 к предварительному договору от 05.06.2015 признано судом ничтожной сделкой, не влекущей юридических последствий. Истец полагает, что между продавцом и покупателем состоялся ряд недействительных сделок, по которым продавец получил денежные средства в сумме 100 000 руб. и 700 000 руб., в собственность ФИО2 перешли неотделимые улучшения на объектах недвижимости на общую сумму 731 619 руб. Общая стоимость имущества составляет в размере 1 531 619 руб. и является неосновательным обогащением. Часть 2 статьи 1107 ГК РФ предусматривает возможность начисления процентов за пользование чужими денежными средствами с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств, таким моментом является дата 01.01.2016 поскольку 31.12.2015 истек срок дополнительного соглашения от 06.10.2015 по предварительному договору. Истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу сумму неосновательного обогащения в размере 1531 619 руб. и проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 250 149 руб., всего 1 781 768 руб., а также судебные расходы.

Впоследствии истец неоднократно менял заявленные требования. В окончательной редакции ФИО1 просит суд взыскать с ФИО2 800000 руб. в качестве неосновательного обогащения, 589802 руб. – стоимость неотделимых улучшений, отраженных экспертом в своем заключении (п. 9-11) за минусом стоимости исправления выявленных недостатков, 198000 руб. – стоимость по устройству водоносной скважины. Кроме того, истец просит взыскать стоимость имущества, находящегося у ответчика: имущество на сумму 83100 руб.: кровать из массива дерева двуспальная со спинкой и пружинным матрасом б/у (пр-во Финляндии) стоимостью 15000 руб., швейная машина в тумбе «Чайка» с электроприводом стоимостью 5000 руб., оверлок стоимостью 3000 руб., 6 комплектов карнизов для штор «Jok» новых на сумму 7200 руб., комплект из 12 штор и покрывала для двуспальной кровати из смесовой ткани стоимостью 10 000 руб., фен «Лентел» стоимостью 1500 руб., электромясорубка «Лентел» стоимостью 3000 руб., столовые приборы из нержавеющей стали 24 предмета (пр-во Италии) стоимостью 5000 руб., сервиз чайный (пр-во Индонезия) 12 предметов стоимостью 2500 руб., набор тарелок фаянсовых глубоких 6 шт. - 600 руб., набор тарелок из ударопрочного стекла 6 шт. - 600 руб., тумба-комод пластмассовая детская - 2000 руб., холодильник двухкамерный Атлант б/у стоимостью 5000 руб., набор хрустальный графин + 6 рюмок стоимостью 1500 руб., одеяло зимнее с наполнителем из верблюжьей шерсти (новое) двуспальное стоимостью 5000 руб., Одеяло двуспальное новое с наполнителем из холофайбера - 1500 руб., 4 подушки с наполнителем из холофайбера - 500 руб.*4 = 2000 руб., 2 комплекта белья постельного из бязи новые (пр-во России ) - 1000 руб.*2=2000 руб., телевизор «Самсунг» б/у стоимостью 3000 руб., ваза напольная стеклянная стоимостью 1500 руб., корзина для белья пластмассовая стоимостью 1200 руб., дрова березовые 5 кубометров стоимостью 5000 руб.. Кроме того, истец просит взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 467146 руб. 49 коп. С учетом измененных требований, истец просит взыскать 800000 руб. в качестве неосновательного обогащения, 467146 руб. 49 коп. проценты за пользование чужими денежными средствами, 589802 руб. стоимость неотделимых улучшений, 198000 руб. расходы по установке скважины. Всего 2054948 руб. 49 коп. Кроме того, просит суд взыскать судебные издержки в виде оплаты услуг адвоката в сумме 30000 руб. и расходов по оплате госпошлины в сумме 17108 руб. 84 коп.

Определениями суда от 20.11.2018 и 21.11.2018 производство по делу в части требований о взыскании с ФИО2 стоимости имущества прекращено в связи с отказом представителя истца от заявленных требований. 

ФИО2 заявлен встречный иск к ФИО1 о приведении имущества в первоначальное состояние. В обоснование встречного иска указывает, что все улучшения, которые были произведены ФИО3 на объектах недвижимости, принадлежащих ФИО2, выполнялись ответчиком по встречному иску в период действия договора безвозмездного пользования от 05.06.2015 без согласия собственника. Указывает, что ФИО3 по письменному уведомлению от 26.12.2015 отказался возвращать законному собственнику переданное ему имущество, а так же ключи от дома, сауны, хозпостроек, что подтверждается актом от 31.12.2015. От возврата имущества, составления дефектной ведомости по самовольно произведенным изменениям и приведению в первоначальное состояние ФИО3 также отказался. Указывает, что согласно уведомлению от 26.12.2015 ФИО3 предлагалось забрать свое имущество и определен порядок такого возврата в дальнейшем, что ФИО4 проигнорировал. На основании изложенного и руководствуясь п.1 ст. 11, ст. 12, ст. 209, ст. 210, ст. 622, п. 3 ст. 623, ст. 678. ст. 1082 ГК РФ, ст.ст. 60,62 ЗК РФ, ст. 79 ГПК РФ истец по встречному иску просит обязать ФИО3 привести жилой дом и земельный участок с кадастровым номером 

<

Номер обезличен>, расположенные по адресу: 

<

Адрес обезличен>, юго-западная часть кадастрового квартала 10:07:040801, в первоначальное состояние, существовавшее на 05.06.2015 в момент передачи ФИО3 указанных объектов недвижимости по акту приема-передачи.

Впоследствии истец по встречному иску неоднократно менял заявленные исковые требования, в окончательном варианте просил возместить стоимость восстановительного ремонта по приведению объекта в первоначальное состояние в сумме 545 381 руб. согласно смете, возместить стоимость мебели (плита с духовкой, дверь межкомнатная, водонагреватель) на общую сумму 112 642 руб., стоимость садового шатра, дровяной печи, водонагревателя, пылесоса, насоса, шланга, блока управления насосом на общую сумму 93 885 руб., стоимость однокамерных открывающихся деревянных окон белого цвета из сосны низшего сорта (3-й сорт) на сумму 122 600 руб., стоимость работ по дезинфекции и дезинсекции в размере 35 000 руб., стоимость утраченных плодовых деревьев и кустов на сумму 33 350 руб., стоимость вывоза и утилизации срубленных деревьев, кустов и испорченной мебели в размере 11 042,46 руб., также просит обязать ответчика компенсировать расходы на потребление электроэнергии в размере 4917 руб. 95 коп., неустойку по задолженности потребленной электроэнергии в размере 46281, 48 руб. Указывает, что в целях обеспечения сохранности имущества, на которое по заявлению ФИО3 были наложены обеспечительные меры и для самозащиты своих гражданских прав от дальнейшего проживания ФИО3, отказавшегося освободить объект и передать его обратно по акту, он был вынужден 28.01.2016 поставить 2 входные металлические двери (сумма дверей с установкой 30 300 руб.) и застраховать имущество (оплата страховки за 2016-2017 в сумме 57 327,77 руб.). Общая сумма причиненного ущерба составляет 1 092 727 руб. 50 коп. Кроме того, ФИО2 просит взыскать с ФИО1 расходы по оплате услуг эксперта в размере 36000 руб., 15000 руб. в счет оплаты услуг представителя, а также расходы по оплате госпошлины.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, извещен надлежащим образом, направил в суд своих представителей.

В судебном заседании представитель ФИО1- адвокат Русаков А.В., действующий на основании ордера поддержал уточненные исковые требования. Полагал, что 800 тысяч рублей подлежат взысканию, поскольку указанную сумму ответчик получил безосновательно, что порождает обязанность вернуть денежные средства. По улучшению, произведенному в доме, пояснил, что в результате договоренностей и соглашений, истец выполнял определённые работы. Тем самым улучшал садовый дом ответчика: поменяли двери, окна, обустроили в доме санузел, производили ремонт новыми материалами. Был поменян черный пол на новый пол, стелили ламинат. Такие действия истца создавали улучшенный комфорт в доме. Полагает, что произведенные улучшения, были сделаны с ведома и согласия ФИО2, что подтверждается договором от 06.10.15. Размер улучшений обозначен экспертом и составляет 589802 руб. Кроме того, считает обоснованным заявленные ко взысканию расходы на проведение работ по сверлению скважины в размере 198000 руб. Отметил, что скважина признается экспертом как улучшением дома, без скважины не могла бы работать сантехническая структура дома. Скважина является обязательным дополнением, выполненным по дому, и является его улучшением. При указанных обстоятельствах, просил заявленный иск удовлетворить. Кроме того, просил суд взыскать проценты по ст. 395 ГК РФ, за пользование чужими денежными средствами, исходя из заявленного периода. 

В судебном заседании представитель ФИО1- ФИО5, действующая на основании доверенности, поддержала измененные исковые требования, со встречным иском не согласилась. Пояснила, что они просят взыскать с ФИО2 800000 руб. в качестве неосновательного обогащения, 467146 руб. 49 коп. проценты за пользование чужими денежными средствами, 589802 руб. стоимость неотделимых улучшений, 198000 руб. расходы по установке скважины, что также является неосновательным обогащением, так как данные работы производились в соответствии с предварительным договором, который признан по решению суда незаключенным, а также с непосредственного согласия ФИО2 Всего общая сумма, подлежащая взысканию, составляет 2054948 руб. 49 коп. Указала, что после того, как работы были выполнены ФИО6 в доме и на земельном участке ФИО2 уже выставлял на продажу дом и земельный участок стоимостью в два раза дороже.

ФИО2 в судебном заседании с иском не согласился, поддержал встречное исковое заявление. Указал, что ФИО1 в своём исковом заявлении требует возврата неосновательного обогащения, состоящего из оплаты стоимости неотъемлемых улучшений с процентами и возврата 800000 руб. с процентами. Отметил, что решением Сортавальского городского суда по делу № 2-1000/2017 предварительный договор от 05.06.2015 г. и дополнительное соглашение к нему от 06.10.201.5 г. признаны незаключенными и не влекущими никаких юридических последствий. В ходе судебных заседаний по делу № 2-134/2016 установлено, что у ФИО1 отсутствовали денежные средства на приобретение спорной недвижимости. Отметил, что ФИО1 неоднократно предлагалось вывести свое имущество с моего объекта недвижимости и привести объект в первоначальный вид, как это предписано Договором найма № 91 /8-77 от 5.06.2015, но ФИО1 не реагировал на его письменные претензии и уведомления. Полагает, что в ходе судебного процесса по делу № 2-134/2016 установлено, что ФИО1 не имел денежных средств и у него отсутствует источник дохода. В связи с чем истец не имел денежных средств на приобретение дома при заключении договора. Подтвердил, что 8 августа 2015 года, он передал по акту приема-передачи ФИО1 все оригиналы документов на дом, перечень которых имеется в деле № 2-134/2016. Все переданные документы исследовались судом, материалы которого приобщены к настоящему делу в качестве доказательства. Как установили эксперты, работы по улучшению дома проведены без проектов и согласований с грубыми нарушениями строительных норм и правил, СанПин-ов, и носят не только незавершенный характер, но и опасны для жизни и здоровья проживающих и третьих лиц. Так, например, канализация проложена в охранной зоне скважины из непредназначенного для этого трубопровода, что является не только невозможным к эксплуатации, но и угрозой заражения водоносного слоя, т.к. скважина пробурена без соответствующих согласований и с нарушениями требований по санитарной зоне защиты и защите водоносного слоя. В соответствии со ст. 1104 ГКРФ, все сбереженное подлежит возврату в натуре. При этом ФИО1 на протяжении 3 лет не обращался к ответчику по поводу возврата своих вещей и приведению в первоначальный вид, как предписывает п. 2.3.7 Договора найма от 05.06.2015. Считает, что ФИО1 не приобрёл недвижимость и согласно Договора от 5.06.2015 г. № 91/8 - 77 обязан привести все в первоначальное состояние. Полагает, что улучшения, выполненные ФИО1, не носят капитального характера и не относятся к объектам недвижимого имущества. На основании п. 4 ст.1109 ГК РФ просил полностью отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований по предъявленным основаниям. Кроме того, в обоснование своих доводов об отказе в иске, ссылался на то, что обязанность возместить убытки возникнет у стороны, которая предоставила недостоверные заверения при заключении договора, если она исходила (имела разумные основания исходить) из того, что вторая сторона будет полагаться на такие заверения (абз. 3 п. 1 ст. 431.2 ГК РФ). В случае, когда сторона дала недостоверные заверения, она должна будет возместить убытки вне зависимости от того, было ли ей известно о недостоверности таких заверений, если иное не предусмотрено соглашением сторон. При данных обстоятельствах предполагается осведомленность предоставившей недостоверные заверения стороны о том, что вторая сторона будет на них полагаться. При заключении договора ФИО6 не имея денежных средств, что подтверждается материалами дела, заверил ФИО2 о своей финансовой состоятельности, в связи с чем, последний разрешил производить до подписания основного договора соответствующие строительные работы, указанные в предварительном договоре. При этом, полагая, что перед началом производства работ будут получены соответствующие разрешения. Соответственно ФИО2 не долен нести каких-либо обязательств перед ФИО4 о возмещении расходов. 

Одновременно просил суд удовлетворить встречное исковое требование от 11.07.2018 о взыскании с ФИО1 убытков и компенсации суммы затрат, необходимы для восстановительного ремонта по приведению земельного участка, дома, сауны и хозпостроек в первоначальное состояние в общей сумме 1 092 727, 50 рублей. Просил так же компенсировать судебные издержки в сумме 36 000 руб. за оплату экспертизы ФИО7, 15 000 руб. за услуги представителя, а так же дополнительно 9 000 руб. по подготовке и предоставлению в суд исследования заключения эксперта - рецензии от 15.11.2018, подготовленной генеральным директором ООО «Техноэксперт» ФИО8. Выразил несогласие с проведенной по делу судебной экспертизой.

В судебном заседании представитель ФИО2- ФИО9, действующая на основании доверенности, с иском не согласилась, поддержала встречный иск. Возражала против взыскания 800000 руб., указав, что из них 100 000 рублей является задатком в обеспечение обязательств по договору, что подтверждается распиской ФИО2 к договору от 05.06.2015. Сумма в размере 700 000 рублей, переданная ответчику, является задатком и обеспечительным платежом в рамках организации и проведении работ на земельном участке ФИО2 Данная сумма получена ФИО2 только 06.10.2015 в момент подписания дополнительного соглашения. Сумма процентов, начисленных согласно ст. 395 ГК РФ на вышеуказанную сумму 800 000 рублей не подлежит удовлетворению, поскольку ФИО2 неоднократно предлагал вернуть указанную сумму ФИО1, который отказался от предложения. Данный факт подтверждается материалами гражданского дела №2-134/2016, а также приобщенным флеш - накопителем с телефонным разговором. Полагает, что в связи с тем, что ФИО1 в течении 2 лет не заявлял требований о возврате денег, ФИО10 считал данную сумму, как плату за проживание и пользование своим имуществом в течении 8 месяцев, компенсацию коммунальных платежей и нанесенного ущерба и приведения в первоначальное состояние от действий ФИО1 имуществу ФИО2 Считает, что данная сумма в 800000 руб. должна быть зачтена на восстановление нарушенного права, приведения в первоначальное состояние, а так же утраты и повреждения его имущества. Относительно требования ФИО11 о компенсации стоимости неотделимых улучшений, произведенных истцом в доме и на земельном участке в сумме 589 802 рубля. не согласна, поскольку истцом не обоснована правовая позиция и не указана на основании какой правовой нормы ответчик обязан компенсировать данные денежные средства за имущество. Полагает, что расчет процентов за пользования чужими денежными средствами по ст. 395 ГК РФ произведен с существенным нарушениями: расчет суммы процентов начинает исчисляться с 01.01.2015 года, что неправомерно, поскольку правоотношения ФИО1 и ФИО2 возникли только в 05 июня 2015 года, когда они заключили договор №91/8-77 о передаче спорного имущества в найм. Взыскание процентов по ст. 395 НК РФ не может быть применено, поскольку никакого неправомерного удержания или злостного уклонения от возврата денежных средств ФИО2 не осуществлялось и стороной ФИО1 не доказано. Просила отказать ФИО1 в удовлетворении уточненных исковых требований в полном объеме.

Третье лицо ФИО12 в судебное заседание не явилась извещена. Просила рассмотреть дело в свое отсутствие. 

Заслушав пояснения сторон, исследовав письменные материалы дела, материалы гражданских дел №2-134/2016, №2-100/2017 суд приходит к следующему выводу. 

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего) обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что решением Сортавальского городского суда от 28.03.2016 года по иску ФИО1 к ФИО2 о понуждении к заключению договора купли-продажи недвижимого имущества (дело 2-134/2016) в иске ФИО1 было отказано. Указанным выше решением суда установлено, что 05.06.2015 между ФИО2 и ФИО1 был подписан договор о намерениях (предварительный договор), по условиям которого ФИО2 обязался продать земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для развития садоводства, общая площадь 1500 кв.м., адрес (местонахождение) объекта: Россия, 

<

Адрес обезличен>, юго-западная часть кадастрового квартала 10:07:04 08 01, с расположенными на нем постройками, а ФИО1 обязался купить указанный земельный участок. (п.1). В п. 2 договора указано, что фактически передается участок 15 соток с содержащимися на нем постройками – дом двухэтажный, баня, площадка с деревянным настилом, деревянный сарай, плодовые деревья, кусты. Пунктом 4 договора определено, что к дате совершения сделки купли-продажи продавец обязан подготовить всю соответствующе оформленную документацию, необходимую для совершения сделки, сделка должна произойти в течение трех месяцев со дня подписания договора – до 05.09.2015. В силу п.5 договора цена договора была определена в 2300000 руб. В качестве задатка покупатель передал продавцу 100000 руб. (п.6 договора). Во исполнение п.4 предварительного договора ФИО2 в установленном законом порядке было зарегистрировано 27.08.2015 право собственности на расположенный на земельном участке жилой 2-хэтажный дом (на основании декларации об объекте недвижимости), но до 05.09.2015 стороны не продлили в установленном законом порядке срок действия предварительного договора и не заключили основной договор купли-продажи, тем самым, обязательства, предусмотренные предварительным договором купли-продажи, в силу императивных положений п. 6 ст. 429 ГК РФ суд признал прекращенными. Судом отмечено, что 06.10.2015 года стороны фактически пришли к соглашению о продлении срока предварительного договора по 31.12.2015, подписав об этом письменное дополнительное соглашение, и в этот же день ФИО2 от ФИО1 получено 700000 руб. в счет оплаты недвижимости, но в указанный срок основной договор купли-продажи недвижимости между ФИО1 и ФИО2 также заключен не был.

Также на основании дополнительного соглашения от 06.10.2015 ФИО1 получил разрешение от ФИО2 провести работы на земельном участке (бурение скважины, установка септика, работы по водоотведению). 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия от 24.06.2016 года апелляционная жалоба ФИО1 на решение Сортавальского городского суда от 28.03.2016 года оставлена без удовлетворения, а обжалуемое решение- без изменения, при этом, судом апелляционной инстанции отмечается, что предварительный договор от 05.06.2015 между ФИО2 и ФИО1 не отвечает требованиям статей 554, п.1 ст.555 ГК РФ, так как не содержит сведений о стоимости каждого объекта недвижимости, о кадастровом номере земельного участка, об индивидуализирующих признаках иных объектов недвижимости, следовательно, при отсутствии этих данных в договоре условие о недвижимом имуществе, подлежащем передаче, и о его цене считается несогласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным. 

Решением Сортавальского городского суда от 11.08.2016 года (дело 2-567/2016) также было отказано в иске ФИО1 к ФИО2 об изменении договора купли-продажи недвижимого имущества от 18.09.2015 года, подписанного сторонами, и понуждению к государственной регистрации договора. Предметом указанного договора являлись жилой дом, назначение - жилое, 2-хэтажный, общая площадь 52,8 кв.м., кадастровый номер 

<

Номер обезличен>, и земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование- для развития садоводства, общая площадь 1500 кв.м.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия от 01.11.2016 года апелляционная жалоба ФИО1 на решение Сортавальского городского суда от 11.08.2016 года оставлена без удовлетворения, а обжалуемое решение - без изменения, при этом, суд апелляционной инстанции отметил, что порядок и сроки расчетов по договору от 18.09.2015 года сторонами не оговорены, переход права по данному договору не зарегистрирован, в связи с чем правовых оснований для внесения изменений в договор, который нельзя признать заключенным, не имеется.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, предварительный договор от 05.06.2015, заключенный между ФИО1 и ФИО2, основной договор от 18.09.2015, дополнительное соглашение от 06.10.2015 к Договору о намерениях (предварительному договору купли-продажи от 05.06.2015 года) признаны незаключенными.

В силу пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

Следовательно, распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, бременя доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) в силу ст. 56 ГПК РФ возлагается на ответчика.

Таким образом, на истца, заявляющего требование о взыскании неосновательного обогащения, возлагается бремя доказывания совокупности следующих обстоятельств: факт получения приобретателем имущества, которое принадлежит истцу, отсутствие предусмотренных законом или сделкой оснований для такого приобретения, размер неосновательно полученного приобретателем. Ответчик, в свою очередь, должен представлять доказательства правомерности получения имущества либо имущественных прав.

Как установлено судом и не оспаривается сторонами, 05.06.2015 ФИО2 получил от ФИО1 в счет обеспечения обязательств по Договору о намерениях от 05.06.2015 в качестве задатка 100000 руб. 

06.10.2015 между теми же сторонами заключено Дополнительное соглашение к Договору о намерениях от 05.06.2015, по условиям которого покупатель передает в счет оплаты стоимости участка и расположенного на нём дома денежные средства в размере 700000 руб. 

Вышеуказанное Соглашение подписано сторонами, также содержит указание на фактическую передачу денежных средств.

Указанные сделки признаны вступившим в законную силу решением суда незаключенными.

Факт получения от ФИО1 в размере 800000 руб. по указанным выше договорам ФИО2 не оспаривается.

В силу п. 1 ст. 1102, п. 2 ст. 1107 ГК РФ неосновательно обогатившееся лицо обязано не только возвратить сумму неосновательного обогащения, но и уплатить на нее проценты в порядке, предусмотренном ст. 395 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что денежные средства в размере 800000 руб. получены ФИО2 от ФИО1 без надлежащего правового основания, в связи с чем данная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца, на которую подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 ГК РФ.

На основании ст. 395 ГК РФ, за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующей в месте жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. При взыскании долга в судебном порядке суд может удовлетворить требование кредитора, исходя из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или на день вынесения решения. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Начало течения срока начисления процентов следует исчислять с момента вступления в законную силу решения о признании договоров не заключенными, то есть с 24.06.2016. Сумма процентов составляет 165827, 98 руб., исходя из следующего расчета.

Задолженность, руб.

Период просрочки

Процентная ставка,

Северо-Западный

фед. округ

Дней

в году

Проценты, руб.

с

по

ДНИ

[1]

[2]

[3]

[4]

[5]

[6]

[1]х[4]х[5]/[6]

800 000

24.06.2016

14.07.2016

21

7,86%

366

3 607,87

800 000

15.07.2016

31.07.2016

17

7,11%

366

2 641,97

800 000

01.08.2016

18.09.2016

49

10,50%

366

11245,90

800 000

19.09.2016

31.12.2016

104

10%

366

22 732,24

800 000

01.01.2017

26.03.2017

85

10%

365

18630,14

800 000

27.03.2017

01.05.2017

36

9,75%

365

7 693,15

800 000

02.05.2017

18.06.2017

48

9,25%

365

9 731,51

800 000

19.06.2017

17.09.2017

91

9%

365

17 950,68

800 000

18.09.2017

29.10.2017

42

8,50%

365

7 824,66

800 000

30.10.2017

17.12.2017

49

8,25%

365

8 860,27

800 000

18.12.2017

11.02.2018

56

7,75%

365

9512,33

800 000

12.02.2018

25.03.2018

42

7,50%

365

6 904,11

800 000

26.03.2018

16.09.2018

175

7,25%

365

27 808,22

800 000

17.09.2018

20.11.2018

65

7,50%

365

10 684,93

Итого:

880

8,60%

165 827,98

В обоснование своих требований о взыскании стоимости произведенных работ на земельном участке и в доме, принадлежащем ФИО2, истец ссылается на Дополнительное соглашение к Договору о намерениях (предварительному договору купли-продажи от 05.06.2015 года) от 06.10.2015, в котором, помимо п. 1.1 о продлении срока действия предварительного договора до 31.12.2015 и соглашения о передаче ФИО1 ФИО2 в счет оплаты стоимости участка и расположенного на нем жилого дома, являющимися предметом договора денежных средств в размере 700000 руб., имеется п. 3.1 о том, что по соглашению сторон с 07.10.2015 года ФИО1 начинает производить неотъемлемые улучшения на участке и расположенном на нем жилом доме согласно списка: септик и система канализации, окна полностью на дом, теплый пол, водоснабжение, водонагреватель, скважина. 

Суд приходит к выводу, что стоимость выполненных работ в рамках дополнительного соглашения к договору, признанному судом не заключенным, подлежит взысканию с ответчика, как неосновательное обогащение. 

При этом суд исходит из следующего: при наличии между истцом и ответчиком только предварительного договора о последующем заключении договора купли-продажи дома и земельного участка, ответчик фактически допустил истца к своим объектам недвижимости, согласовал проведения и работ и в дальнейшем не возражал против проведения работ, в результате которых имущество приобрело дополнительные качественные характеристики, что привело к увеличению его стоимости.

Неосновательное обогащение, возникшее в связи с выполнением ФИО1 работ по ремонту дома по предварительному договору купли-продажи, признанному судами незаключенным, не является обогащением в неденежной форме, поскольку фактически истцом было неосновательно сбережено имущество - денежные средства, подлежащие оплате за выполненные работы. Объектом неосновательного обогащения в данном случае является стоимость выполненных работ, но не оплаченных ответчиком, выраженная в денежном эквиваленте. При этом суд считает, что в пользу истца подлежит взысканию стоимость работ только оговоренная сторона, поскольку приобретая строительные материалы и вкладывая денежные средства в строительные работы, истец не мог не знать, что вложение денежных средств в работы, не согласованные с ответчиком осуществляется без наличия на то правовых оснований и в отсутствие соответствующих обязательств перед ответчиком.

В рамках настоящего гражданского дела проведено две строительно-технических и оценочных экспертиза. 

Первоначально судом экспертиза была назначена ИП ФИО7

На основании определения суда от 18.07.2018 по делу назначена повторная строительно-техническая и оценочная экспертиза, производство которой поручено ООО «Экспертно-консультационный центр».

Основанием для назначения повторной экспертизы послужило то, что заключение эксперта основано на нормативных актах, которое в части или полностью утратили силу, в частности на распоряжение Правительства РФ от 21.06.2010 N 1047-р «О перечне национальных стандартов и сводов правил (частей таких стандартов и сводов правил), в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», которое является недействующим, имеются также ссылки на недействующие ГОСТы, в частности ГОСТ 30494-96 Здания жилые и общественные. Параметры микроклимата в помещении, п.36 ГОСИ 24866-99 и другие нормативные акты, которое в части или полностью утратили силу. Кроме того, в исследовательской части эксперта не содержатся ссылки на проведение инструментального исследования в подтверждение выводов эксперта, эксперт основывает свои вывод на доводах, которые не являются предметом исследования, в частности делает выводы об уничтожении мебели и др., в заключении эксперт дает правовую оценку о незаконном проведении работ, что выходит за рамки компетенции эксперта.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о недопустимости данного доказательства. 

Согласно представленному строительно-техническому заключению №08-10-19-21/18 эксперт определил объем работ, выполненных ФИО1 в доме и на земельном участке с кадастровым номером 10:07:0040801:2, которые отражены в таблице №4 экспертного заключения, в частности на участке ФИО2 пробурена скважина глубиной предположительно 48 м., установлен септик с прокладкой канализации; в доме произведена замена окон, заменен старый пол на ламинат с электрическим теплым полом, произведена перепланировка с установкой совмещенного санузла (строительство которого не завершено); произведена замена электропроводки, снят счетчик и другие работы.

Все работы, поименованные в указанной таблице, экспертом признаны неотделимыми улучшениями дома и земельного участка ФИО2 Стоимость всех выполненных работ составила 620500 руб. 00 коп. Расчет стоимости отражен в локальной смете №1, являющейся приложением №2 к заключению эксперта. При этом эксперт отметил, что в устройстве наружных инженерных сетей водоснабжения и водоотведения имеются значительные дефекты, но критическими они не являются, проживанию и пользованию домом и земельным участком не препятствуют. Выявленные недостатки являются результатом производства строительных работ и не могли образоваться в результате неиспользования дома в течение 2 лет. Стоимость исправления выявленных дефектов составляет 30689 руб. 00 коп. При этом эксперт отметил, что повреждения покрытия пола из ламината образовалось после 26.12.2015. Экспертом выполнено два сметных расчета в виде смет №3 и №4. В локальной смете №3 учтены работы, которые не были конкретно оговорены в перечне улучшений в п. 3.1 Дополнительного Соглашения, включая работы по устройству санузла и установке сантехнического оборудования, ремонта полов, электромонтажные работы, утепление чердачного перекрытия. В локальной смете №4 исключены работы по устройству санузла и установке сантехнического оборудования, так как, по мнению эксперта, работы из основного списка по смыслу предполагают установку сантехнического оборудования, для которых необходимо специальное помещение. В дополнительных работах, выполненных кроме основного перечня, отклонений от нормативных требований экспертом не выявлено. Электромонтажные работы не были завершены строительством, что не позволило эксперту дать оценку на соответствие требованиям СНиП.

Таким образом, суд считает необходимым руководствоваться выводом эксперта ООО «ЭКЦ», поскольку выводы эксперта последовательны, проверяемы, согласуются с представленными материалами дела.

При этом представленная стороной ответчика ФИО2 рецензия специалиста на заключение назначенной судом экспертизы не является надлежащим доказательством.

Часть 1 ст. 55 ГПК РФ АПК РФ предусматривает, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Статья 80 ГПК РФ определяет порядок проведения экспертизы.

В силу ч. 1 ст. 86 ГПК РФ на основании проведенных исследований и с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дает заключение в письменной форме и подписывает его.

Согласно ч. 1 ст. 87 ГПК РФ при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту.

В соответствии с ч. 2 ст. 87 ГПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Соответственно рецензия специалиста на заключение назначенной судом экспертизы, не может являться надлежащим доказательством в опровержение заключения эксперта.

Доводы ответчика ФИО2 о том, что дом построен на землях населенных пунктов и является индивидуальным жилым домом, в отношении которого применяются строительные нормы и требования как индивидуальному жилищному строительству, а экспертом произвольно данный объект отнесен жилому строению - садовый дом, не могут быть приняты судом во внимание по следующим обстоятельствам. 

Из материалов дела следует, что земельный участок с кадастровым номером 10:07:00400801:2, на котором расположен дом, имеет разрешенное использование: для развития садоводства, разрешенное использование земельного участка не изменялось, соответственно земельном участке с разрешенным использованием под садоводство не может использоваться под индивидуальное жилищное строительство.

Кроме того, в материалах дела №2-1000/2017, приобщенного судом к материалам настоящего дела, имеются технические условия, выданные АО «Карелэнерго» Западно-Карельские электрические сети г. Сортавала от 13.09.1994 о подключении трех дачных домиков в районе п. 

<

Адрес обезличен> к существующей ВЛ-0,22 кВт от ИП-142, отпускаемая мощность 6кВт (л.д. 175), а также акт о вводе в эксплуатацию дачного домика ФИО2 от 01.12.1994 (л.д.176).

Следовательно, экспертом при составлении заключению обосновано применялись соответствующие строительные нормы и правила в отношении садоводческих земельных участков и дачных домов. 

Оценив представленные суду товарные чеки, кассовые чеки, счета-фактуры, установив фактическое выполнение истцом работ в соответствии с условиями, отраженными в предварительном договоре, заключение эксперта, суд приходит к выводу, что в пользу истца подлежит взысканию сумма неосновательного обогащения в размере 539616 руб. (установление теплого пола 106162 руб.+ электромонтажные работы 39280 руб. + работы за бурение и обустройство скважины 198 000 руб. + установка окон 62894 руб. + земляные работы, наружные сети 133280 руб.= 539616 руб.). 

При этом суд считает неподлежащим удовлетворению требования истца о начисление на данную сумму процентов в порядке ст. 395 ГК РФ, поскольку данные требования заявлены только в рамках настоящего дела, ранее данные требования не предъявлялись ответчику. 

Ссылка ответчика на ст. 431.2 ГК РФ в обоснование несогласия с заявленными требованиями истца суд отклоняет.

Согласно п. 1 ст. 431.2 ГК РФ сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку.

Таким образом, данная статья предполагает возмещение убытков второй стороне, в то время как требования истца основаны на неосновательном обогащении.

Следовательно, в пользу ФИО1 с ФИО2 подлежит взысканию в счет неосновательного обогащения 1330336 руб. (800000 руб. + 539616 руб.) и проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 165827 руб. 98 коп.

Требования ФИО2 о возмещении убытков суд считает подлежащими удовлетворению частично.

На основании ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками в силу ст. 15 ГК РФ, п. п. 13 - 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» понимается следующее: реальный ущерб - утрата или повреждение имущества, а также расходы, которые произведены (или будут произведены в будущем) лицом, право которого нарушено, для его восстановления; упущенная выгода - неполученные доходы, которые лицо, которому причинен вред, могло бы получить при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности, как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий причинителя убытков, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера понесенных убытков.

Для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

Из положений п. 1 ст. 1064 ГК РФ следует, что на потерпевшем лежит обязанность доказать факт причинения вреда, его размер, а также то обстоятельство, что причинителем вреда является именно то лицо, которое указывается в качестве ответчика (причинную связь между его действиями и нанесенным ущербом). В свою очередь, причинитель вреда несет обязанность лишь по доказыванию отсутствия своей вины в таком причинении.

Так истом заявлены требования о взыскании с ФИО1 убытков в виде стоимости ремонта по приведению имущества в первоначальное состояние в размере 545381 руб. В обоснование данного требования истец ссылается на смету, изготовленную инженером – сметчиком ФИО13

Вместе с тем, как указывалось выше, судом установлено, что истец согласовал проведение работ ответчиком по установке септика и системы канализации, окон полностью на дом, теплого пола, водоснабжения, водонагревателя, скважины и не препятствовал проведению данных работ ФИО1 

Согласно заключению эксперта данные виды работ произведены, являются неотъемлемыми улучшениями, соответственно, требования истца о возмещении стоимости ремонта для приведения в первоначальное состояние имущества в размере 545381 руб. являются необоснованными, так как и требования о возмещении стоимости однокамерных деревянных окон в размере 122600 руб.

При этом, суд считает подлежащим взысканию с ФИО1 в пользу ФИО2 30698 руб. для устранения недостатков выполненных работ, данная сумма установлена экспертом в рамках назначенной судом строительно-оценочной экспертизы.

Также ФИО2 заявлены требования о возмещении стоимости утраченной мебели (кухонная тумба, кухонного навесной шкаф, сервант с полками, шкаф с зеркальными дверками, стулья 3 штуки, стол обеденный, диван), плиты с духовкой, двери межкомнатной, водонагревателя по цене аналогичного товара в размере 112642 руб., стоимости садового шатра, дровяной печи, водонагревателя, пылесоса, насоса, шланга, блока управления насосом на общую сумму 93885 руб., стоимости утраченных плодовых деревьев и кустов в размере 33500 руб.

Между тем истцом не представлено доказательств причинения ущерба ответчиком в заявленном размере.

Как установлено судом ФИО1 вселился в дом, принадлежащий ФИО2 расположенный по адресу: 

<

Адрес обезличен> на основании договора безвозмездного пользования №91/8-77 от 05.06.2015. Срок действия договора определен до 05.09.2015. 

При вселении был составлен акт приема-передачи имущества от 05.06.2015, согласно которому ФИО1 передано имущество в виде жилого здания, сауны, хозяйственных построек, деревянного настила, колодца и насоса, которое находится в отличном состоянии. Данное имущество оценено. В акте не указана мебель и какое-либо иное имущество, его состояние, оценка.

28.12.2015 года ФИО2 был составлен акт о порче и утрате имущества, из которого следует, что на участке вырублены ягодные кустов и деревья, остатки кустов и деревьев разбросаны вокруг участка, из дома вынесена мебель, в дома отсутствует: диван выкатной, обувная полка, диван-книжка, плита электрическая с духовкой, холодильник, бойлер, кухонный буфет, стол обеденный 2 штуки, стулья 4 штуки, табуретки 4 штуки, ковролин 30 кв. м., сервант- 2 штуки, кровати 1 спальные с матрасами, электрический чайник, электрический утюг, столовая и кухонная посуда, зеркала, светильники, прочая кухонная утварь.

31.12.2015 ФИО2 составлен акт об отказе ФИО1 в возврате движимой и недвижимой собственности, из которого следует, что ФИО6 отказался вернуть правоустанавливающие документы на земельный участок и жилой дом, ключи от жилого дома, относительно мебели и иного имущества, указанного как отсутствующее в доме, в акте от 28.12.2015, претензий не заявлено.

Представленные истцом фотографии в качестве доказательств не отвечают принципу относимости, достоверности, поскольку из них не следует, что поврежденное имущество принадлежало истцу, что повреждение имело место в период проживания ответчика, в связи с чем не могут быть приняты судов во внимание.

Вместе с тем, в судебном заседании представитель ответчика пояснил, что на время ремонта вся мебель была вынесена на второй этаж и закрыта в комнате. Не отрицает, что кухонная мебель, представленная истцом на фотографии была вынесена на улицу, но эта мебель была очень старая и не представляла какой–либо ценности, что отражено в справе о рыночной стоимости имущества, оставленной специалистом.

Как установлено из справки о рыночной стоимости имущества, составленного независимым оценщиком ФИО14, что стоимость поврежденного имущества, непригодного к эксплуатации составляет 1395 руб. (сервант 450 руб., шкаф платяной-450 руб., кухонная тумба -135 руб., кухонный стол 360 руб. = 1395 руб. ). Холодильник «Атлант» и две односпальные кровати находятся в удовлетворительном состоянии, пригодны к эксплуатации, указанное имущество принадлежит ФИО1, что не оспаривается сторонами. 

Таким образом, в пользу ФИО2 с ФИО1 подлежит взысканию в счет поврежденного имущества 1395 руб.

Суд также считает подлежащим удовлетворению требования истца в части возмещения ему расходов на оплату потребленной электроэнергии в размере 4919 руб.95 коп. Данные расходы подтверждаются чеком об оплате от 12.02.2016.

При этом суд учитывает, что на момент вселения ФИО1, согласно акту-приема передачи от 05.06.2015 года задолженности по электроэнергии не имелось. Сторона ответчика не отрицает, что пользовалась электроэнергией, в том числе и после 05.09.2015 года, доказательств оплаты за потребленную электроэнергию не представлено, доводы истца в этой части не опровергнуты надлежащими доказательствами.

При этом суд считает, что требования истца в части взыскания процентов, основанные на договоре передачи жилого помещения в безвозмездное пользование (п. 61 Договора) в размере 46281, 48 руб., не подлежат удовлетворению, так как сроки договора безвозмездного пользования определены до 05.09.2015, соответственно и условия распространяются на срок действия договора. При этом в договоре купли-продажи дома и земельного участка, подписанном сторонами 18.09.2015 в п. 3.3. указано, что на момент подписания договора задолженности по электроэнергии не имеется. Следовательно, задолженность образовалась после 05.09.2015, то есть не в период действия условий договора безвозмездного пользования домом и земельным участком.

Суд также считает не подлежащими удовлетворению требования истца ФИО2 в части компенсации работ по дезинсекции для уничтожения образовавшейся плесени из-за невозможности проветривания в размере 35000 руб. по тем основаниям, что истцом не представлено доказательств данные расходы им понесены, а также не представлено доказательств того, что именно из-за виновных действий ФИО1 произошло образование плесени, учитывая, что ФИО1 с декабря 2015 года не пользуется домом истца. 

Не подлежат удовлетворению требования истца о возмещении стоимости утилизации срубленных деревьев и испорченной мебели в размере 11042, 46 коп. При этом суд исходит из того, что счет № 912029 от 18 декабря 2017 года МУП «Чистый город» на сумму 11042 руб. 46 коп. не может быть принят судом во внимание по следующим обстоятельства, ФИО1 не проживал в доме с декабря 2015 года, представленный счет на вывоз строительного мусора через 2 года не является достоверным подтверждением того, что вывозимый мусор был оставлен ответчиком и именно с его действиями связаны расходы истца. Кроме того, из представленного чека не представляется возможным установить, откуда вывозился мусор. 

Требования истца о взыскании стоимости двух металлических дверей, установленных ФИО2 в размере 30300 руб. также не подлежат удовлетворению, так как таким образом, истец улучшает свое имущество, что является его правом, суд не возлагал на истца обязанность по установке дверей в связи с установлением обеспечительных мер. Также судом не возлагалась обязанность на ФИО2 по страхованию имущества в связи с установлением судом обеспечительных мер. 

В соответствии с п. 1 ст. 930 ГК РФ имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.

При этом, по смыслу указанной выше нормы, интерес в сохранении имущества предполагает интерес именно того лица, которое несет риск утраты и повреждения этого имущества.

Лицом, обладающим наиболее полным абсолютным правом на принадлежащее ему имущество и всегда имеющим основанный на законе интерес в его сохранении, является собственник имущества.

Договор страхования ФИО2 заключен в свою пользу, именно он является выгодоприобретателем в случае наступления страхового случая, заключение договора является изъявлением воли самого собственника.

Таким образом, в пользу ФИО2 с ФИО1 подлежит взысканию в счет возмещения ущерба 37012 руб. (30698 руб. +1395 руб. +4919 руб. 95 коп.).

ФИО2 также заявлены требования о возмещении судебных расходов.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (часть 1 статьи 88 ГПК РФ).

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей;расходы на производство осмотра на месте;компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 указанного кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ).

По смыслу названной нормы разумные пределы расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не предусматриваются. Размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, квалификации представителя, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела.

Таким образом, основным критерием определения размера оплаты труда представителя, является разумность суммы оплаты, которая предполагает, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права.

По смыслу названной нормы разумные пределы расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не предусматриваются. Размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, квалификации представителя, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела.

Истцом ФИО2 заявлены расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 руб.

Интересы ФИО2 в судебном заседании на основании доверенности представляла ФИО15 (после заключения брака ФИО9). В соответствии с представленными документами ФИО2 понес расходы по оплате услуг представителя в размере 15000 руб. 

Суд, учитывая сложность рассматриваемого дела, его продолжительность, участие представителя во всех судебных заседаниях, а также то что, первоначальные требования истца ФИО1 и встречные требования ФИО2 удовлетворены частично, считает подлежащим ко взысканию в пользу ФИО2 расходы по оплате услуг представителя в сумме 12000 руб.

Заявленные требования ФИО2 в части взыскания расходов по оплате экспертизы, произведенной ИП ФИО7, и оплату рецензии ООО «Техноэксперт» на заключение экспертизы ООО «Экспертно-консультационный центр» в размере 45000 руб., суд считает не подлежащими удовлетворению, поскольку суд признал данные доказательства по делу недопустимыми.

При этом суд считает подлежащими взысканию с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет оплаты расходов за проведение экспертизы 30000 руб., согласно выставленного счета-квитанции и чека об оплате экспертизы. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

Иск ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет неосновательного обогащения 1330336 руб. и проценты за пользования денежными средствами в размере 165827 руб. 98 коп., всего 1496163 руб. 98 коп.

В остальной части требований отказать.

Встречные требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 в счет возмещения ущерба 37012, 95 коп.

В остальной части требований отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 госпошлину в сумме 15680 руб. 82 коп., расходы по оплате проведения экспертизы в сумме 30000 руб.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 госпошлину в сумме 1310 руб. 30 коп., расходы на оплату услуг представителя в сумме 12000 руб.

В остальной части иска отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Карелия через Сортавальский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Л.П. Вакуленко

Мотивированное решение изготовлено 29 ноября 2018 года.