Дело № 2-3702/17

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

« 18 » сентября 2017 года город Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Гололобовой Т.В., 

при секретаре Петуховой В.Ф.,

с участием представителей истца ФИО1, ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ООО Страховая компания «Гелиос» о взыскании страхового возмещения, штрафа, неустойки, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратился в суд с данным иском, в обоснование указав, что 24 ноября 2015 года в г. Благовещенске произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Toyota Kluger V», государственный регистрационный знак ***, под управлением ФИО5 и автомобиля «Toyota Nadia», государственный регистрационный знак ***, под управлением ФИО6. 

В результате ДТП автомобилю «Toyota Nadia», государственный регистрационный знак ***, причинены механические повреждения.

В связи с тем, что гражданская ответственность потерпевшего в ДТП застрахована в ООО Страховая компания «Гелиос», воспользовавшись своим правом на получение страховой выплаты, ФИО6 обратился в указанную страховую компанию, представил все необходимые документы для осуществления страховой выплаты. Страховщик определил размер причиненного ущерба и выплатил страховую сумму в размере 145 700 рублей, которой, по мнению ФИО6, недостаточно для приведения автомобиля в доаварийное состояние.

09 июня 2016 года между ФИО6, являющимся собственником поврежденного в ДТП автомобиля «Toyota Nadia», и ООО «Инвестинг» был заключен договор уступки права требования, согласно которому ФИО6 передал ООО «Инвестинг» право требования страхового возмещения по рассматриваемому страховому случаю.

Для исследования технических повреждений, объема, стоимости восстановления повреждений, образовавшихся в результате дорожно-транспортного происшествия, ООО «Инвестинг» обратилось в ООО «Амурский экспертный центр». Согласно произведенной оценке размер ущерба, причиненного автомобилю истца, составляет 330 000 рублей. 

19 декабря 2016 года ответчику была направлена претензия, в которой ООО «Инвестинг» просило произвести выплату страхового возмещения в размере 184 300 рублей, а также 26 000 рублей за изготовление экспертного заключения. Однако ответчик выплату не произвел.

09 января 2017 года между ООО «Инвестинг» и ФИО4 был заключен договор уступки права требования, согласно которому ООО «Инвестинг» передало ФИО4 право требования страхового возмещения по рассматриваемому страховому случаю.

На основании изложенного, уточнив исковые требования, истец просит взыскать с ООО Страховая компания «Гелиос» страховое возмещение в размере 184 300 рублей, расходы по оценке ущерба в размере 26 000 рублей, неустойку за период с 12.01.2017 г. по 12.03.2017 г. в размере 110 580 рублей, штраф в размере 50 % от присужденной судом суммы за несоблюдение ответчиком требований истца в добровольном порядке, а также расходы по уплате госпошлины в размере 4 886 рублей.

Представители истца ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании поддержали доводы, указанные в исковом заявлении, просили удовлетворить заявленные требования в полном объеме. Полагали, что заключение судебной экспертизы является недопустимым доказательством по делу, поскольку экспертом ФИО7 намеренно были допущены нарушения, повлекшие уменьшение реального размера ущерба. Эксперт ФИО7 при проведении экспертизы руководствовался Методическими рекомендациями по проведению независимой технической экспертизы транспортного средства при ОСАГО №001МР/СЭ, которые утратили силу в 2014 году, в связи с изданием Положения о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства. Эксперт при проведении экспертизы использовал не все фотоматериалы, имевшиеся на диске (109 шт.), а лишь часть из них (47 шт.). При этом эксперт делает вывод об отсутствии доказательств, подтверждающих ряд повреждений, установленных ранее экспертом ФИО8 Кроме того, эксперт ФИО7 производит расчеты стоимости поврежденных в результате ДТП переднего левого стояночного фонаря, левой и правой фар, корпуса переднего воздухозаборника, декоративной накладки шахты заднего левого стекла, рычага переднего стабилизатора левого, декоративной накладки левого порога, верхней передней панели, левого зеркала, кронштейна передней балки левой, но не производит расчеты по их замене. Также представители истца отметили, что при произведении расчета ремонтных воздействий на поврежденном автомобиле с использованием программного продукта ПС-Комплекс, экспертом Питченко в качестве аналога автомобиля «Toyota Nadia» был взят автомобиль «Toyota Carina II XL». При этом на автомобиле «Toyota Carina II XL» отсутствует такая деталь как кронштейн передней балки левый, в результате чего эксперт ФИО7, учитывая расходы на приобретение данной детали, не учитывает расходы на ее замену, поскольку программный продукт ПС-Комплекс не содержит нормочасов по замене и окраске указанной детали. Также представители истца указывали на допущенное экспертом нарушение при расчете стоимости запасных частей. При расчете стоимости кулака поворотного переднего левого эксперт ФИО7 применил неверный процент износа, поскольку для данной детали Единой методикой установлено значение износа равное нулю. Доводы ФИО7 об отличиях между кулаком поворотным переднем левом и кулаком поворотном рулевого управления, являются неверными. Это одна и та же деталь. Произведенная экспертом ФИО7 корректировка стоимости аналогов автомобиля «Toyota Nadia» не обоснована и ничем не мотивирована. Проводя корректировку среднерыночной цены автомобиля на стоимость устранения повреждений, связанных с эксплуатацией автомобиля, эксперт ФИО7 ссылается на п. 5.8.3 методических рекомендацией «Исследование автомототранспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки. Методические рекомендации для судебных экспертов», утвержденных Минюстом России. Однако эксперт при определении стоимости работ по устранению повреждений не применяет раздел 7 данных методических рекомендаций, как того требует п. 5.8.3 этих же рекомендаций. Представитель истца ФИО1 указал, что эксперт ФИО7 08.06.2017 года не уведомлял его о проведении экспертизы, имеющаяся в экспертном заключении телефонограмма об уведомлении ФИО1 о проведении экспертизы, носит ложный характер. Представители истца считали, что перечисленные недостатки судебной экспертизы делают ее недопустимым доказательством по делу. Просили назначить повторную судебную экспертизу.

Представитель ответчика ООО Страховая компания «Гелиос» - ФИО3 возражал относительно удовлетворения заявленных требований. Указал, что страховщиком выполнены все требования действующего законодательства по выплате истцу страхового возмещения. Экспертное заключение, представленное истцом, не соответствует требованиям Единой методики. В случае удовлетворения требований о взыскании штрафа и неустойки, просил суд снизить их размер по правилам ст. 333 ГК РФ. 

В судебное заседание не явился истец, извещенный о дате, времени и месте судебного заседания надлежащим образом, а также обеспечивший явку своих представителей, и третьи лица. В силу ст. 165.1 ГК РФ, ст. 167 ГПК РФ, суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав пояснения представителей сторон, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 15, ст. 1064 и ч. 3 ст. 1079 ГК РФ, вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, то есть виновным владельцем. Под убытками при причинении реального ущерба в виде повреждения или утраты имущества понимаются расходы, понесенные лицом, чье право нарушено, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу части 1 статьи 935 ГК РФ законом на указанных в нем лиц может быть возложена обязанность страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц или нарушения договоров с другими лицами.

Статьей 1 Федерального закона от 25.04.2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» предусмотрено, что по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). Договор обязательного страхования заключается в порядке и на условиях, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, и является публичным.

В соответствии со статьей 3 указанного Федерального закона к основным принципам обязательного страхования относится гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных настоящим Федеральным законом. 

Согласно части 1 статьи 6 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

В силу статьи 7 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет: а) в части возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью каждого потерпевшего, 500 тысяч рублей; б) в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

При этом, согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.01.2015 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», размер страховой суммы, установленный статьей 7 Закона об ОСАГО, применяется к договорам, заключенным начиная с 1 октября 2014 года (подпункт «б» пункта 6 статьи 1 Федерального закона от 21 июля 2014 года № 223-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и отдельные законодательные акты Российской Федерации»). По договорам, заключенным до этой даты, предельный размер страховых выплат потерпевшим составляет на одного потерпевшего 120 000 рублей, при причинении вреда нескольким лицам – 160 000 рублей.

В соответствии с частью 1 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» потерпевший вправе предъявить страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортного средства, в пределах страховой суммы, установленной настоящим Федеральным законом, путем предъявления страховщику заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков и документов, предусмотренных правилами обязательного страхования.

Заявление о страховой выплате в связи с причинением вреда имуществу потерпевшего направляется страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 14.1 настоящего Федерального закона, страховщику, застраховавшему гражданскую ответственность потерпевшего, направляется заявление о прямом возмещении убытков.

В силу пп. «б» п. 18, п. 19 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего в случае повреждения имущества потерпевшего определяется в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая. К указанным расходам относятся также расходы на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта, расходы на оплату работ, связанных с таким ремонтом.

Размер расходов на запасные части определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте. 

Размер расходов на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта транспортного средства, расходов на оплату связанных с таким ремонтом работ и стоимость годных остатков определяются в порядке, установленном Банком России.

В силу пункта 4.12 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденных Положением Банка России от 19 сентября 2014 года № 431-П «О правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при причинении вреда имуществу потерпевшего возмещению в пределах страховой суммы подлежат: в случае полной гибели имущества потерпевшего - действительная стоимость имущества на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков, в случае повреждения имущества - расходы, необходимые для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая.

Согласно пункту 4.15 указанных Правил в случае повреждения имущества потерпевшего размер страховой выплаты определяется в размере расходов, необходимых для приведения имущества в состояние, в котором оно находилось до наступления страхового случая (восстановительных расходов).

Восстановительные расходы оплачиваются исходя из средних сложившихся в регионе цен, за исключением случаев получения потерпевшим возмещения причиненного вреда в натуре.

В случае получения потерпевшим возмещения причиненного вреда в натуре восстановительные расходы оплачиваются страховщиком в соответствии с договором, предусматривающим ремонт транспортных средств потерпевших, заключенным между страховщиком и станцией технического обслуживания транспортных средств, на которую было направлено для ремонта транспортное средство потерпевшего.

При определении размера восстановительных расходов учитывается износ деталей, узлов и агрегатов. Размер расходов на запасные части определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте. При этом на указанные комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты) не может начисляться износ свыше 50 процентов их стоимости.

Согласно пункту 4.16. Правил в расходы по восстановлению поврежденного имущества включаются: расходы на материалы и запасные части, необходимые для ремонта (восстановления); расходы на оплату работ, связанных с таким ремонтом; если поврежденное имущество не является транспортным средством - расходы по доставке материалов и запасных частей к месту ремонта, расходы по доставке имущества к месту ремонта и обратно, расходы по доставке ремонтных бригад к месту ремонта и обратно. 

К восстановительным расходам не относятся дополнительные расходы, вызванные улучшением и модернизацией имущества, и расходы, вызванные временным или вспомогательным ремонтом либо восстановлением.

Как следует из материалов дела, 24 ноября 2015 года в г. Благовещенске произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Toyota Kluger V», государственный регистрационный знак ***, под управлением ФИО5 и автомобиля «Toyota Nadia», государственный регистрационный знак ***, под управлением ФИО6

В результате данного дорожно-транспортного происшествия автомобилю «Toyota Nadia», государственный регистрационный знак ***, были причинены механические повреждения. 

Вступившим в законную силу постановлением по делу об административном правонарушении от 24 ноября 2015 года ФИО5, управлявший автомобилем «Toyota Kluger V», государственный регистрационный знак ***, признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ, подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 1 000 рублей.

На момент ДТП гражданская ответственность потерпевшего в ДТП была застрахована ООО Страховая компания «Гелиос». Собственник автомобиля «Toyota Nadia» ФИО6 обратился в ООО Страховая компания «Гелиос» с заявлением о выплате страхового возмещения. Наличие страхового случая ответчиком не оспаривается.

По результатам рассмотрения заявления ФИО6 о выплате страхового возмещения, страховщиком было подготовлено экспертное заключение от 30.11.2015 года, выполненное ООО «ТЕХАССИСТАНС», согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Toyota Nadia», государственный регистрационный знак ***, с учетом износа заменяемых деталей составляет 145 700 рублей.

В порядке возмещения ущерба ООО Страховая компания «Гелиос» выплатило ФИО6 страховое возмещение в сумме 145 700 рублей.

09 июня 2016 года в соответствии с договором цессии ФИО6 передал ООО «Инвестинг» право требования страхового возмещения по рассматриваемому страховому случаю.

Не согласившись с размером выплаченного страхового возмещения, ООО «Инвестинг» обратилось в ООО «Амурский экспертный центр» для определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля «Toyota Nadia», государственный регистрационный знак ***. Согласно экспертному заключению ООО «Амурский экспертный центр» от 15 июня 2016 года, размер ущерба, причиненного автомобилю ФИО6, составляет 330 000 рублей. 

19 декабря 2016 года ООО «Инвестинг» в адрес ООО Страховая компания «Гелиос» была направлена претензия с требованием произвести выплату страхового возмещения и возместить затраты на проведение экспертизы. К претензии были приложены экспертное заключение от 15 июня 2016 года, квитанция об оплате экспертизы, договор цессии от 09.06.2016 года, а также указаны реквизиты, на которые следовало произвести выплату.

Рассмотрев претензию ООО «Инвестинг», ООО Страховая компания «Гелиос» дополнительных выплат не произвело.

Впоследствии, 09 января 2017 года между ООО «Инвестинг» (Цедент) и ФИО4 (Цессионарий) был заключен договор уступки права требования, по условиям которого к ФИО4 перешло право требования к ООО Страховая компания «Гелиос» возмещения ущерба, причиненного автомобилю ФИО6 - «Toyota Nadia», государственный регистрационный знак ***, в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 24 ноября 2015 года.

Разрешая вопрос о размере ущерба, причиненного автомобилю «Toyota Nadia», государственный регистрационный знак ***, в результате дорожно-транспортного происшествия, суд учитывает следующее. 

По договору обязательного страхования размер страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему в результате повреждения транспортного средства, по страховым случаям, наступившим начиная с 17 октября 2014 года, определяется только в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства (далее – Единая методика), утвержденной Положением Центрального Банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 года № 432-П (пункта 32 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.01.2015 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Согласно части 1 статьи 12.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», независимая техническая экспертиза проводится по правилам, утвержденным Банком России.

В соответствии с п. 8 Положения Банка России от 19 сентября 2014 г. № 433-П «О правилах проведения независимой технической экспертизы транспортного средства», проведение экспертизы завершается составлением экспертного заключения, оформляемого в письменной форме. Экспертное заключение должно включать: полное наименование, организационно-правовую форму, место нахождения экспертной организации / фамилию, имя, отчество (при наличии), место жительства, дату государственной регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя и данные документа, подтверждающего факт внесения в единый государственный реестр индивидуальных предпринимателей записи об указанной государственной регистрации; порядковый номер и дату составления; основание для проведения экспертизы транспортного средства (с реквизитами); фамилию, имя, отчество (при наличии) потерпевшего - физического лица, или полное наименование и место нахождения потерпевшего - юридического лица; перечень и описание объектов, представленных страховщиком (потерпевшим) для исследования в ходе экспертизы, а также полные данные транспортного средства, включая пробег и дату начала эксплуатации; дату повреждения транспортного средства (дату дорожно-транспортного происшествия); данные транспортного средства страхователя (с указанием на факт его осмотра либо указанием документа, из которого получена информация о транспортном средстве); сведения о документах, в том числе о страховых полисах обязательного страхования гражданской ответственности потерпевшего и виновного в дорожно-транспортном происшествии, рассмотренных в процессе экспертизы, и полные наименования страховых организаций, их выдавших; вопросы, требующие разрешения в процессе проведения экспертизы; перечень нормативного, методического, информационного, программного и другого обеспечения, использованного при проведении экспертизы; описание проведенных исследований; ограничения и пределы применения полученных результатов экспертизы; выводы об обстоятельствах, по которым эксперту-технику (экспертной организации) не были поставлены вопросы, но которые им (ею) были установлены в процессе проведения экспертизы; выводы в целом по экспертизе и каждому из поставленных вопросов.

В силу п. 9 Положения Банка России от 19 сентября 2014 г. № 433-П «О правилах проведения независимой технической экспертизы транспортного средства», выводы экспертного заключения излагаются в виде ответов на поставленные вопросы в той последовательности, в которой они были поставлены. На каждый из вопросов должен быть дан ответ по существу в формулировках, не допускающих неоднозначного толкования, либо указаны причины невозможности дать ответ. Выводы об обстоятельствах, по которым эксперту-технику (экспертной организации) не были поставлены вопросы, но которые им (ею) были установлены в процессе исследования, излагаются в конце заключения.

Как следует из материалов дела, в нарушение приведенных выше положений закона, заключение ООО «ТЕХАССИСТАНС» не подшито, представлено в незаверенной надлежащим образом копии. Расчет, на который ссылается ответчик в обоснование доводов о соблюдении порядка оценки ущерба, не отвечает вышеприведенным требованиям законодательства и выражается лишь в итоговых выводах о результатах оценки. В нарушение Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства фотографии, приложенные к акту осмотра, не пронумерованы и не удостоверены подписью специалиста, проводившего осмотр.

Виды повреждений в акте осмотра от 27.11.2015 года описаны поверхностно, без указания на то, в чем именно заключаются эти повреждения, их объем. В связи с этим суд считает, что выводы эксперта, проводившего осмотр, о выборе того или иного вида и объема ремонтных работ, (и, соответственно, определение их стоимости) не мотивированы и не подтверждены объективными данными. Заключение в данной части не имеет однозначного толкования. К экспертному заключению не приложены доказательства в обоснование указанного количества нормо-часов ремонтных и окрасочных работ.

В этой связи суд не принимает экспертное заключение, выполненное ООО «ТЕХАССИСТАНС» от 30.11.2015 года в качестве допустимого доказательства производства истцу выплаты страхового возмещения в полном объеме.

В обоснование доводов о неполной выплате страхового возмещения истец ссылается на отчет об оценке ущерба, выполненный ООО «Амурский экспертный центр».

Рассматривая возражения ответчика на данное заключение эксперта, суд пришел к следующему.

Согласно представленному истцом экспертному заключению, составленному экспертом-техником ООО «Амурский экспертный центр» - ФИО8, размер ущерба, причиненного автомобилю «Toyota Nadia», государственный регистрационный знак ***, составляет 330 000 рублей. В акте осмотра, фототаблице указаны поврежденные элементы, характер и степень повреждения элементов, вид ремонтного воздействия. 

В данном экспертном заключении указано, что оно составлено в соответствии с Положением № 432-П от 19.09.2014 года «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства». Однако экспертом были допущены существенные нарушения Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт поврежденного автомобиля.

Порядок расчета размера расходов на материалы, запасные части, оплату работ, связанных с восстановительным ремонтом поврежденного транспортного средства; порядок расчета стоимости годных остатков в случае полной гибели транспортного средства определенен главой 3, 5 Положения «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Банком России 19 сентября 2014 года № 432-П.

Согласно пункта 6.1 Положения о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утв. Банком России 19.09.2014 № 432-П при принятии решения об экономической целесообразности восстановительного ремонта, о гибели и величине стоимости транспортного средства до дорожно-транспортного происшествия необходимо принимать величину стоимости транспортного средства на момент дорожно-транспортного происшествия равной средней стоимости аналога на указанную дату по данным имеющихся информационно-справочных материалов, содержащих сведения о средней стоимости транспортного средства, прямая адресная ссылка на которые должна присутствовать в экспертном заключении. Сравнению подлежат стоимость восстановительного ремонта, рассчитанная без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), подлежащих замене, и средняя стоимость аналога транспортного средства. Проведение восстановительного ремонта признается нецелесообразным, если предполагаемые затраты на него равны или превышают стоимость транспортного средства до дорожно-транспортного происшествия (стоимость аналога).

В случае отсутствия указанных информационно-справочных материалов специалист страховщика или эксперт-техник вправе провести расчет стоимости аналога с применением соответствующих методов (подходов, методик), принятых в иных отраслях деятельности (п. 6.2 Единой Методики).

Экспертом-техником ФИО8 в нарушение требований п. 1.7 Положения № 432-П от 19.09.2014 года «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства» при наличии вывода об экономической нецелесообразности проведения восстановительного ремонта не приведен перечень и состояние поврежденных деталей (узлов, агрегатов) в целях определения их стоимости в качестве годных остатков.

Помимо этого, экспертом ФИО8 неверно применен принцип расчета годных остатков поврежденного автомобиля. Согласно п. 5.3 Положения № 432-П от 19.09.2014 года «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства» стоимость годных остатков автомобиля «Toyota Nadia», государственный регистрационный знак ***, должна определяться по данным специализированных торгов, осуществляющих открытую публичную реализацию поврежденных транспортных средств. В отсутствие специализированных торгов допускается использование и обработка данных универсальных площадок по продаже подержанных транспортных средств либо определение стоимости годных остатков проводится расчетным методом в соответствии с требованиями глав 2, 3, 4 настоящей Единой методики. При этом экспертом ФИО8 произведен анализ рынка аварийных автомобилей, что не соответствует принципу расчета годных остатков автомобиля, изложенному в п. 5.3 Единой методики. Сведений о том, что экспертом были взяты данные из организаций, занимающихся скупкой поврежденных автомобилей и являющихся универсальными площадками по продаже подержанных транспортных средств, экспертное заключение не содержит.

При таких обстоятельствах, экспертное заключение ООО «Амурский экспертный центр» от 15 июня 2016 года не принимается судом в качестве допустимого доказательства определения размера ущерба, причиненного автомобилю «Toyota Nadia», государственный регистрационный знак ***.

Ответчиком в ходе рассмотрения дела оспаривались отраженные в отчете ООО «Амурский экспертный центр» выводы о характере и объеме повреждений автомобиля, а также стоимости восстановительного ремонта автомобиля. 

В связи с этим, представитель ответчика ходатайствовал о проведении по делу судебной автотехнической экспертизы.

Так, согласно экспертному заключению ИП ФИО7 от 14.07.2017 года, подготовленному по результатам проведения судебной экспертизы, стоимость ущерба, причиненного автомобилю «Toyota Nadia», государственный регистрационный знак ***, составляет 228 300 рублей. Эксперт пришел к выводу о нецелесообразности восстановительного ремонта автомобиля истца. 

Оценивая заключение ИП ФИО7, суд приходит к выводу, что данное заключение является обоснованным, поскольку стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца определена путем применения электронных баз данных стоимостной информации (справочников). В заключении приведен полный расчет износа автомобиля истца. Стоимость материалов и заменяемых деталей определена путем применения электронных баз данных стоимостной информации (справочников). Судом учитывается, что при составлении заключения экспертом использованы: Положение о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденное Банком России 19.09.2014 года № 432-П, Положение о правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденное Банком России 19.09.2014 года № 431-П, Положение о правилах проведения независимой технической экспертизы транспортного средства, утвержденное Банком России 19.09.2014 года за № 433-П, сертифицированный программный продукт ПС «Комплекс». 

Квалификация составившего отчет об оценке эксперта-техника ФИО7, предупрежденного судом об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, подтверждается отраженными в отчете сведениями и приложенными к нему копиями документов. Выводы эксперта изложены определенно, не допускают неоднозначного толкования, понятны лицу, не обладающему специальными техническими познаниями.

Анализ указанного заключения дает основание суду сделать вывод о том, что отраженные в нем характер и объем повреждений соответствуют обстоятельствам ДТП, а также сведениям о характере причиненных автомобилю истца повреждений, изложенным в справке о ДТП; характер и объем восстановительного ремонта транспортного средства соответствуют виду, локализации и степени указанных повреждений. 

Рассматривая возражения представителей истца относительно результатов судебной экспертизы, суд приходит к следующим выводам.

По мнению представителя истца, экспертное заключение ИП ФИО7 является недопустимым доказательством, поскольку при проведении экспертизы эксперт использовал Методические рекомендации по проведению независимой технической экспертизы транспортного средства при ОСАГО № 001МР/СЭ, которые утратили силу в связи с изданием Единой методики.

Указанный довод стороны истца суд находит несостоятельным в связи со следующим. Использование экспертом Методических рекомендаций по проведению независимой технической экспертизы транспортного средства при ОСАГО (№ 001МР/СЭ) не является основанием к признанию экспертного заключения ненадлежащим доказательством. Указанные Методические рекомендации утратившими силу не признавались, а фактически утратили силу в связи с изданием «Положения о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства» (утв. Банком России 19.09.2014 № 432-П), «Положения о правилах проведения независимой технической экспертизы транспортного средства» (утв. Банком России 19.09.2014 № 433-П), которыми эксперт руководствовался при определении корректировочного коэффициента, который зависит от физического износа автомобиля с учетом его возраста и пробега с начала эксплуатации, то есть при определении среднерыночной стоимости аналога транспортного средства. Указанные обстоятельства нашли свое отражение в экспертном заключении. 

Также эксперт ФИО7, действуя по смыслу, придаваемому п. 6.2 Единой методики, обоснованно применил п. 5.8.3 методических рекомендаций «Исследование автомототранспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки. Методические рекомендации для судебных экспертов», который предусматривает, что в случае выявления повреждения, неисправности, подлежащих устранению, стоимость АМТС может быть снижена дополнительно на стоимость работ по устранению этих повреждений (с учетом износа АМТС). Стоимость работ определяется по методике, изложенной в разделе 7. При этом, по мнению суда, эксперт ФИО7 верно не применил раздел 7 указанной методики, а руководствовался имеющей для спорных правоотношений превалирующее значение - Единой методикой, регламентирующей порядок расчета размера расходов на материалы, запасные части, оплату работ, связанных с восстановительным ремонтом поврежденного транспортного средства. Доводы стороны истца о допущенных экспертом нарушениях в данной части несостоятельны. 

Доводы представителей истца о том, что эксперт ФИО7 самостоятельно добывал доказательства при проведении экспертизы, а именно получил от истца ФИО4 диск с фотографиями повреждений исследуемого автомобиля, не нашли своего подтверждения. Из материалов дела видно, что эксперт ФИО7 направил в суд запрос о предоставлении фотоматериалов повреждений автомобиля «Toyota Nadia» (т.1, л.д. 109). На запрос суда ООО «Амурский экспертный центр» представило в суд диск с фотоматериалами (т.1, л.д. 113). Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9 показала, что дважды записывала на CD-диск фотоматериалы повреждений автомобиля «Toyota Nadia». Сначала ФИО9 записала на диск фотографии по запросу суда, а спустя некоторое время - по просьбе ФИО1, который пояснил, что ему поступил звонок от эксперта ФИО7 и тот указал на отсутствие фотографий на диске, ранее представленном в суд.

По мнению суда, данные показания свидетеля не доказывают факт передачи от ФИО4 эксперту ФИО7 диска с фотографиями, ФИО9 не была непосредственным свидетелем передачи диска. Кроме того, материалы дела содержат лишь один диск с фотоматериалами повреждений спорного автомобиля, представленный на запрос суда (т.1 л.д. 116). Эксперт ФИО7 в судебном заседании также пояснил, что в работе использовал диск, полученный по запросу суда, каких-либо иных доказательств по делу не получал, в том числе от истца ФИО4

Доказательств самостоятельного сбора экспертом каких-либо дополнительных доказательств по делу без участия суда, повлиявших на ход экспертизы, материалы дела не содержат. Приведенные стороной истца доводы не свидетельствуют о нарушениях экспертом требований действующего гражданского процессуального доказательства, не позволяющих расценить подготовленное в рамках судебной экспертизы экспертное заключение в качестве допустимого доказательства по делу.

Также суд считает необоснованным довод стороны истца о неисследовании экспертом ФИО7 всех имеющихся на CD-диске фотографий с повреждениями автомобиля «Toyota Nadia». Из экспертного заключения, а также из показаний эксперта ФИО7 следует, что в ходе экспертизы им были исследованы все фотографии на компакт-диске. Отражение в заключении лишь части фотографий не свидетельствует о неполном исследовании всего представленного фотоматериала.

Доводы представителя истца ФИО1 об отсутствии его уведомления экспертом о проведении экспертизы, судом не принимаются. В ходе судебного разбирательства ФИО1 подтвердил, что эксперт ФИО7 звонил ему 06 июля 2017 года и сообщил о производстве экспертизы. Суд учитывает, что эксперт уведомил представителя истца о проведении экспертизы до ее окончания. Наличие в экспертном заключении телефонограммы об уведомлении ФИО1 о проведении экспертизы 08 июня 2017 года не свидетельствует о порочности проведенного экспертного исследования. 

Представители истца, ссылаясь на недопустимость экспертного заключения, выполненного экспертом ФИО7, указывали, что эксперт, производя расчеты стоимости поврежденных в результате ДТП переднего левого стояночного фонаря, левой и правой фар, корпуса переднего воздухозаборника, декоративной накладки шахты заднего левого стекла, рычага переднего стабилизатора левого, декоративной накладки левого порога, верхней передней панели, левого зеркала, кронштейна передней балки левой, не производит расчеты по их замене. 

Суд с такими выводами стороны истца не соглашается. Из экспертного заключения следует, что при производстве экспертизы и определении стоимости восстановительного ремонта автомобиля «Toyota Nadia» эксперт ФИО7 использовал программный продукт «ПС:Комплекс». Из сертификата соответствия № RU.B063.ОРП 02.С218-2015 следует, что данный программный продукт соответствует требованиям Положения о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденного Банком России 19.09.2014 года № 432-П (т.1, л.д. 165). Согласно свидетельству (т. 1, л.д. 166) ИП ФИО7 является официальным пользователем программы «ПС:Комплекс». Таким образом, экспертом ФИО7 расчет стоимости ремонтных воздействий произведен в соответствии с Единой методикой, данное экспертное заключение нельзя расценить как недопустимое доказательство по приведенному стороной истца доводу. 

Также суд считает несостоятельными доводы представителя истца о необоснованном исключении экспертом ФИО7 ряда повреждений, которые ранее были учтены экспертом ООО «Амурский экспертный центр» - ФИО8

Эксперт ФИО7 при производстве судебной экспертизы, а также в своих пояснениях в судебном заседании указал, что материалы дела вопреки доводам стороны истца не содержат фотографий с отображением повреждений петли капота, замка капота, рычага передней подвески левой, тяги поперечной устойчивости передней подвески, тяги рулевой левой, стойки амортизатора передней подвески левой, тяги реактивной устойчивости передней подвески, задней подушки двигателя, передней балки, рулевой рейки. Также отметил, что в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие применение инструментальных методов измерения с использованием технических средств и позволяющих в дальнейшем установить вид и объем вышеуказанных повреждений (п. 1.2 Единой методики). 

Несмотря на отражение в актах осмотра ООО «Амурский экспертный центр» повреждений, суд считает немотивированным указание на возникновение данных повреждений, поскольку стороной истца в материалы дела не представлено допустимых доказательств, подтверждающих наличие данных повреждений. Само по себе указание экспертом ФИО8 на наличие приведенных выше повреждений автомобиля истца без соблюдения требований Единой Методике к их надлежащей фиксации не свидетельствует об обратном. 

Суд, учитывая наличие у эксперта соответствующих познаний в данной области, а также предупреждение его об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, не усматривает оснований сомневаться в данных выводах эксперта.

Представители истца, возражая относительно экспертного заключения ИП ФИО7, указывали, что эксперт неверно отразил повреждения кулака поворотного переднего левого, поскольку в данном случае был поврежден кулак поворотный рулевого управления. В этой связи считали, что эксперт неверно применил к данной детали процент износа равный 50 %, при том, что для нее предусмотрено значение износа равное нулю (приложение 7 Единой Методики). 

Суд полагает данное утверждение стороны истца несостоятельным по следующим основаниям. Эксперт ФИО7 в своем заключении отразил повреждение кулака поворотного переднего левого, устранение которого возможно путем замены данной детали (т. 1, л.д. 130 - оборот). В судебном заседании эксперт ФИО7, предупрежденный об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, указал, что кулак поворотный передний левый и кулак поворотный рулевого управления – это разные детали. Кулак поворотный передний левый, повреждение которого установил ФИО7, является опорной частью, не участвует в повороте колеса. Такая деталь как кулак поворотный рулевого управления на исследуемом автомобиле «Toyota Nadia» и вовсе отсутствует. 

При этом суд отмечает, что неоднократные ходатайства стороны истца о вызове в суд различных лиц в качестве специалистов для дачи дефиниции таких понятий как кулак поворотный передний левый, кулак поворотный рулевого управления, не имеют правового значения, поскольку материалы дела содержат сведения о наличии у эксперта ФИО7 необходимой квалификации для установления вышеуказанных понятий. Кроме того, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Стороной истца в обоснование довода о наличии повреждения в спорном автомобиле такой детали как кулак поворотный рулевого управления представлен нотариально заверенный перевод наименования детали, соответствующей каталожному номеру 43212-44011, которая учтена в заключении эксперта ФИО7 Согласно справке составленной переводчиком ФИО10, наименование детали, соответствующей каталожному номеру 43212 переводится как кулак рулевого управления, левый. По мнению суда, представленный представителем истца лингвистический перевод детали с каталожным номером 43212 не свидетельствует о наличии повреждения именно данной детали на автомобиле «Toyota Nadia». Кроме того, суд отмечает, что предложенное для перевода наименование имеет определенную специфику, происходит из области механики. ФИО10 имеет квалификацию лингвиста, переводчика по специальности «Лингвистика и межкультурная коммуникация». Сведений о наличии познаний переводчика ФИО10 в области механики и автотехники, материалы дела не содержат. В этой связи у суда возникают сомнения относительно точности осуществленного ФИО10 перевода.

Представленная истцом справка ИП ФИО11 (магазин «Автолюбитель») не свидетельствует о наличии на автомобиле «Toyota Nadia», поскольку ИП ФИО11 не является экспертом и не может достоверно утверждать о комплектации вышеуказанного автомобиля. 

Вместе с тем суд отмечает, что в случае доказанности стороной истца наличия повреждения кулака поворотного рулевого управления, это увеличило бы стоимость запасных частей на 6 600 рублей, что не оказало бы существенного влияния на итоговый результат экспертизы, поскольку эксперт пришел к выводу о нецелесообразности восстановительного ремонта. 

Также судом не принимаются доводы представителей истца о необоснованном включении экспертом ФИО7 в стоимость ущерба, причиненного автомобилю «Toyota Nadia», расходов на окраску лонжерона переднего левого, поскольку повреждений данной детали экспертом Питченко не установлено. Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО7 пояснил, что лонжерон передний левый сопряжен с поврежденной в результате ДТП деталью – аркой переднего колеса, в связи с чем тоже подлежал окраске. Стороной истца не представлено доказательств, позволяющих усомниться в таких выводах эксперта ФИО7

Помимо этого, представители истца в своих возражениях отметили, что при произведении расчета ремонтных воздействий на поврежденном автомобиле с использованием программного продукта ПС-Комплекс, экспертом ФИО7 в качестве аналога автомобиля «Toyota Nadia» был взят автомобиль «Toyota Carina II XL». При этом на автомобиле «Toyota Carina II XL» отсутствует такая деталь как кронштейн передней балки левый, в результате чего эксперт ФИО7, учитывая расходы на приобретение данной детали, не учитывает расходы на ее замену, поскольку программный продукт «ПС-Комплекс» не содержит нормо-часов по замене и окраске указанной детали. Указанное нарушение, по мнению представителя истца, привело к снижению размера ущерба, причиненного автомобилю «Toyota Nadia».

Суд с данным утверждением стороны истца не соглашается. 

Представленные стороной истца в обоснование вышеуказанного довода справка ООО «Амурский экспертный центр» и приложенные принтскрины из программы «ПС:Комплекс», не имеют доказательного значения в связи со следующим. Из справки ООО «Амурский экспертный центр» следует, что принтскрины из программы «ПС:Комплекс» по ремонтным воздействиям в отношении автомобиля «Toyota Carina II XL» были сформированы исходя из представленного представителем истца перечня повреждений. Однако перечень повреждений, который был передан в ООО «Амурский экспертный центр» истцом не представлен, в результате чего данные принтскрины нельзя отнести к объективным источникам информации. Кроме того, ООО «Амурский экспертный центр» в этой же справке делает вывод о том, что у аналога «Toyota Carina II XL» согласно программного продукта «ПС:Комплекс», не имеется такой детали как кронштейн передней балки левый, поскольку она (деталь) не предусмотрена заводом-изготовителем. Данный вывод суд также считает необъективным, поскольку истцом не представлено доказательств, что ООО «Амурский экспертный центр» является официальным пользователем программы «ПС:Комплекс».

При этом, допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО7 пояснил, что кронштейн передней балки левый на автомобиле «Toyota Nadia» соответствует детали на автомобиле «Toyota Carina II XL», имеющей название нижний кронштейн.

Ссылки представителя истца о неверном расчете экспертом ФИО7 величины пробега автомобилей-аналогов, суд считает необоснованными. Эксперт, определяя пробег автомобилей, взятых в выборку при расчете среднерыночной стоимости автомобиля «Toyota Nadia», произвел расчет в соответствии со справочными данными, приведенными в приложении 8 Единой методики. Согласно данному приложению среднегодовой пробег транспортных средств на территории преимущественного использования транспортного средства – Амурской области составляет 16 000 км. Включение в выборку аналогов, расположенных в г. *** и г. *** не влияет на величину среднегодового пробега, поскольку на данных территориях среднегодовой пробег так же составляет 16 000 км. Таком образом, эксперт ФИО7 умножив 16 000 км на 16 лет (на момент ДТП автомобиль «Toyota Nadia» эксплуатировался в течение 16 лет) получив пробег аналогов равный 256 000 км. Кроме того, суд учитывает, что экспертом аналоги были из одного экономического региона – Дальневосточного федерального округа. 

По мнению суда, доводы представителей истца о недопустимости экспертного заключения ИП ФИО7, о допущенных им нарушениях в ходе проведения исследования, носят надуманный характер. Каких-либо допустимых и достоверных доказательств в обоснование заявленных недостатков экспертного заключения ИП ФИО7, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, стороной истца не представлено. Выводы эксперта ФИО7, изложенные в экспертном заключении, являются обоснованными и мотивированными. 

В связи с изложенным, оснований сомневаться в достоверности и правильности определенной экспертом - техником ФИО7 стоимости ущерба причиненного автомобилю истца у суда не имеется, данное экспертное заключение принимается судом в качестве допустимого доказательства по делу, как наиболее полно отражающее среднюю стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца. При этом судом учитывается, что эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Допустимых доказательств неверного определения стоимости восстановительного ремонта, в рамках судебной экспертизы, выполненной экспертом – техником ФИО7, сторонами в нарушение требований части 1 статьи 56 ГПК РФ не представлено.

Заявляя ходатайство о проведении повторной судебной автотехнической экспертизы, представителем истца не представлено доказательств, позволяющих усомниться в правильности экспертного заключения ИП ФИО7 Само по себе несогласие стороны истца с заключением судебной экспертизы, в отсутствие убедительных доказательств недопустимости принятия экспертного заключения по определению стоимости восстановительного ремонта автомобиля, составленного экспертом ФИО7, не является основанием для назначения по делу повторной судебной автотехнической экспертизы. В этой связи оснований для назначения по делу повторной судебной автотехнической экспертизы судом не усматривается.

Таким образом, суд считает обоснованными требования истца о взыскании с ООО Страховая компания «Гелиос» в его пользу страхового возмещения в размере 82 600 рублей (228 300 руб. – 145 700 руб.).

Как следует из положений статьи 16.1 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при удовлетворении судом требований потерпевшего - физического лица об осуществлении страховой выплаты суд взыскивает со страховщика за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего штраф в размере пятидесяти процентов от разницы между совокупным размером страховой выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной страховщиком в добровольном порядке. 

Как указано в пунктах 60, 64 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.01.2015 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», положения пункта 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО о штрафе за неисполнение в добровольном порядке требований потерпевшего применяются, если страховой случай наступил 1 сентября 2014 года и позднее. К спорам, возникшим по страховым случаям, наступившим до 1 сентября 2014 года, подлежат применению положения пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей.

19 декабря 2016 года ООО Страховая компания «Гелиос» была получена претензия с требованием о производстве страхового возмещения. К претензии были приложены экспертное заключение от 15 июня 2016 года, квитанция об оплате экспертизы, договор цессии, а также указаны реквизиты, на которые следовало произвести выплату. Доказательств удовлетворения данной претензии ответчиком суду, в порядке ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, не представлено.

С учетом изложенного, с ответчика в пользу истца надлежит взыскать штраф. Размер штрафа согласно приведенным выше положениям закона в данном случае составляет: 82600 рублей х 50 % = 41 300 рублей.

Рассматривая требования истца о взыскании с ответчика неустойки при несоблюдении срока осуществления страховой выплаты, суд приходит к следующим выводам.

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

30 ноября 2015 года собственник автомобиля «Toyota Nadia» ФИО6 обратился в ООО Страховая компания «Гелиос» с заявлением о выплате страхового возмещения. 

При этом из дела следует, в предусмотренный законом двадцатидневный срок страховая выплата не была произведена, в связи с чем, требования о взыскании неустойки за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика неустойки, суд, применяя правила части 3 статьи 196 ГПК РФ, исходит из следующего.

Размер неустойки, подлежащий взысканию с ответчика, за период с 12 января 2017 года по 12 марта 2017 года, составляет 49 560 рублей (82 600 руб. х 1% х 60 дней просрочки = 49 560 руб.).

Правила ст. 333 ГК РФ предусматривают право суда уменьшить подлежащую уплате неустойку в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Конституционный Суд РФ в Определении от 14 марта 2001 г. № 80-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан ФИО12, ФИО13 и ФИО14 на нарушение их конституционных прав статьей 333 ГК РФ» указал, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение. Не ограничивая сумму устанавливаемых договором неустоек, ГК РФ вместе с тем управомочивает суд устанавливать соразмерные основному долгу их пределы с учетом действительного размера ущерба, причиненного стороне в конкретном договоре. Это является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Согласно разъяснениям п. 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 января 2015 г. № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», применение ст. 333 ГК РФ об уменьшении судом неустойки возможно лишь в исключительных случаях, когда подлежащие уплате неустойка, финансовая санкция и штраф явно несоразмерны последствиям нарушенного обязательства. Уменьшение неустойки, финансовой санкции и штрафа допускается только по заявлению ответчика.

Определяя размер штрафа и неустойки, подлежащих взысканию со страховщика, учитывая поступавшее заявление ответчика об их снижении в соответствии со ст. 333 ГК РФ, принимая во внимание соотношение сумм штрафа, неустойки и неисполненного ответчиком обязательства, период и обстоятельства такого неисполнения, суд находит указанные размеры штрафа и неустойки явно несоразмерными последствиям нарушенного обязательства и полагает необходимым уменьшить штраф до 5 000 рублей, неустойку – до 10 000 рублей.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как следует из материалов дела, ООО «Инвестинг» за проведение независимой технической экспертизы транспортного средства «Toyota Nadia», государственный регистрационный знак ***, уплачены денежные средства в размере 26 000 рублей. Впоследствии ООО «Инвестинг» уступило истцу право требования к ООО Страховая компания «Гелиос» выплаты страхового возмещения, в том числе всех расходов по определению стоимости ущерба.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле. Так, расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Таким образом, учитывая, что экспертное заключение ООО «Амурский экспертный центр» от 15.06.2016 года, представленное истцом, не принято судом в качестве допустимого доказательства по делу, расходы, понесенные на оплату данной экспертизы, возмещению не подлежат.

Согласно имеющейся в материалах дела квитанции от 24 марта 2017 года истцом уплачена государственная пошлина в размере 4886 рублей.

В соответствии с положениями статьи 333.19 НК РФ, статьи 98 ГПК РФ суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату государственной пошлины в размере 2 828 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично. 

Взыскать с ООО Страховая компания «Гелиос» в пользу ФИО4 страховое возмещение причиненного ущерба в размере 82 600 рублей, штраф в размере 5 000 рублей, неустойку в размере 10 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 828 рублей. 

В удовлетворении остальной части исковых требований истцу отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 25 сентября 2017 года. 

Председательствующий Гололобова Т.В.