Копия

Гражданское дело № 2-10/2020

УИД: 66RS0032-01-2019-000970-02

В окончательном виде 

решение

 изготовлено 14 января 2020 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кировград Свердловской области

13 января 2020 года

Кировградский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Доевой И.Б.,

при секретаре судебного заседания Диланян А.С.,

с участием представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СУ СК России по Свердловской области – руководителя СО по г. Кировграду СУ СК России по Свердловской области ФИО1, действующего на основании доверенности 8/1-17-19 от 09 декабря 2019 года,

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Прокуратуры Свердловской области – помощника прокурора города Кировграда Камериловой Д.В., действующей на основании доверенности 8/1-17-19 от 09 декабря 2019 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-10/2020 по иску Махрам О.З.К. к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Свердловской области о взыскании компенсации морального вреда, убытков,

установил:

ФИО2 обратился с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Свердловской области о взыскании компенсации морального вреда в размере 900000 рублей и убытков в размере 200000 рублей, причиненных незаконным уголовным преследованием. 

В обоснование исковых требований указано, что в производстве Кировградского городского суда Свердловской области находилось уголовное дело в отношении истца – ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 111, частью 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. Приговором Кировградского городского суда Свердловской области от 26 марта 2007 г года ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 6 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима, в части обвинения по части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации ФИО2 оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления. Постановлением Кировградского городского суда Свердловской области от 27 сентября 2016 года удовлетворено ходатайство ФИО2 о признании за ним права на реабилитацию в связи с незаконным уголовным преследованием. Факт незаконного уголовного преследования, возбуждение в отношении него уголовного дела, совершение процессуальных действий в ходе производства по уголовному делу, нарушили личные неимущественные права истца. Нарушение неимущественных прав причинило истцу нравственные страдания, поскольку он переживал и испытывал чувство унижения и беспомощности, в том числе, перед родственниками, из-за того, что длительное время подвергается уголовному преследованию за преступление, которое не совершал, в период незаконного уголовного преследования ухудшилось его физическое и психическое состояние здоровья. Таким образом, в результате незаконного уголовного преследования истцу причинен моральный вред, размер которого он оценивает в 900 000 рублей. Кроме того, ФИО2 указывает, что в результате незаконного уголовного преследования ему были причинены убытки в размере 200000 рублей, в том числе: расходы на оплату услуг адвоката Фатхиева Ф.Ф., а также расходы на дополнительное питание, канцелярские и почтовые принадлежности.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, отбывает наказание в ФКУ ИК-29 ОУХД УФСИН России по Кировской области, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, СУ СК России по Свердловской области – руководитель СО по г. Кировграду СУ СК России по Свердловской области ФИО1, действующий на основании доверенности 8/1-17-19 от 09 декабря 2019 года в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований истца, ссылаясь на их необоснованность по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Прокуратуры Свердловской области – помощника прокурора города Кировграда Камерилова Д.В., действующая на основании доверенности 8/1-17-19 от 09 декабря 2019 года в судебном заседании не возражала против удовлетворения исковых требований истца в части взыскания компенсации морального вреда, в связи с тем, что в ходе судебного разбирательства установлен факт незаконного уголовного преследования истца, однако при определении размера компенсации морального вреда полагала необходимым учесть принцип разумности и справедливости. В части требований истца о взыскании убытков в размере 200000 рублей, причиненных незаконным уголовным преследованием, полагала, что производство подлежит прекращению, поскольку в соответствии со статьей 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются судом в порядке, установленном статьей 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, то есть в порядке уголовного, а не гражданского судопроизводства.

Ответчик – Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Свердловской области, надлежаще извещенный о времени и месте рассмотрения дела, надлежаще извещенное о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание своего представителя не направил, ранее представителем ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности 66 АА 5858589 от 06 ноября 2019 года, представлен в материалы дела отзыв на исковое заявление, в котором представитель ответчика просит рассмотреть дело без участия представителя Министерства финансов Российской Федерации в лице Федерального казначейства по Свердловской области, а также указано, что ответчик возражает против удовлетворения исковых требований истца, ссылаясь на то, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда в 900000 рублей является чрезмерно завышенным и какими-либо доказательствами не подтвержден. В соответствии со статьей 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются судом в порядке, установленном статьей 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, то есть в порядке уголовного, а не гражданского судопроизводства. Таким образом, правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований не имеется. 

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, а также то, что установить видеоконференцсвязь с ФКУ ИК-29 ОУХД УФСИН России по Кировской области, не представилось возможным по техническим причинам, определил рассмотреть дело при данной явке в отсутствие вышеуказанных неявившихся лиц, участвующих в деле.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные по делу доказательства, в том числе материалы уголовного дела № 1-12/2007 в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 11, частью 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, материалы дела № 4/17-53/2016 по заявлению ФИО2 о признании прав на реабилитацию, суд находит исковые требования в частик компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом, оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможности оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Так, статьей 53 Конституции Российской Федерации определено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Статья 8 Всеобщей декларации прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года) гласит, что каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случаях нарушения его основных прав, предоставленных конституцией или законом.

В соответствии с пунктами 34, 35, 55 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с названным Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи в с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование- процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

В силу положений части 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Судом установлено и следует из материалов дела, что в производстве Кировградского городского суда Свердловской области находилось уголовное дело в отношении истца – ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 111, частью 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

23 июня 2005 года в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

24 июня 2005 года ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации.

24 июня 2005 года в отношении обвиняемого ФИО2 избрана мера пресечения в виде содержания под стражей. 

22 августа 2005 года в отношении обвиняемого ФИО2 срок содержания под стражей продлен до 23 сентября 2005 года. 

21 сентября 2005 года в отношении обвиняемого ФИО2 срок содержания под стражей продлен до 23 октября 2005 года. 

Постановлением старшего следователя прокуратуры г. Кировграда от 19 сентября 2005 года в возбуждении уголовного по части 1 сватьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении ФИО2 отказано за отсутствием события преступления.

04 октября 2005 года ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением прокурора г. Кировограда от 18 октября 2005 года постановление старшего следователя прокуратуры г. Кировграда от 19 сентября 2005 года об отказе в возбуждении уголовного по части 1 сватьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении ФИО2 за отсутствием события преступления отменено, возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного частью 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении ФИО2

20 октября 2005 года в отношении обвиняемого ФИО2 срок содержания под стражей продлен до 19 ноября 2005 года. 

01 ноября 2005 года ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 111, частью 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации и в этот же день ФИО2 допрошен в качестве обвиняемого.

03 ноября 2005 года уголовное дело с утвержденным 03 ноября 2005 года прокурором г. Кировграда обвинительным заключением в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 111, частью 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации поступило в Кировградский городско суд Свердловский области

Из справки по обвинительному акту следует, что срок предварительного следствия составил 4 месяца 9 суток.

Приговором Кировградского городского суда Свердловской области от 18 мая 2006 года ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 111, частью 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 10 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного уда от 07 июля 2006 года, приговор Кировградского городского суда Свердловской области от 18 мая 2006 года отменен, уголовное дело в отношении ФИО2 направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Приговором Кировградского городского суда Свердловской области от 26 марта 2007 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 6 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строго режима, в части обвинения по части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации ФИО2 оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления. 

Постановлением Кировградского городского суда Свердловской области от 27 сентября 2016 года удовлетворено ходатайство ФИО2 о признании за ним права на реабилитацию в связи с незаконным уголовным преследованием.

Таким образом, принимая во внимание, что приговором Кировградского городского суда Свердловской области от 26 марта 2007 ФИО2 в части обвинения по части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления за ним постановлением Кировградского городского суда Свердловской области от 27 сентября 2016 года признано право на реабилитацию в связи с незаконным уголовным преследованием, суд приходит к выводу о том, что в отношении ФИО2 по указанному эпизоду (часть 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации) осуществлялось незаконное уголовное преследование, при этом, факт незаконного уголовного преследования, безусловно, нарушил его личные неимущественные права.

Вопреки доводам ответчика, в связи с оправданием ФИО2 по части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации за отсутствием в его действиях состава преступления, последний имеет право на реабилитацию, поскольку в отношении него по указанному эпизоду осуществлялось незаконное уголовное преследование, следовательно, в соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации он имеет право на компенсацию морального вреда, который подлежит возмещению за счет средств казны Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации.

Как предусмотрено статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо, посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункты 1, 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Согласно части 1 и части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование, в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 указанного Кодекса.

При этом согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 16 февраля 2006 года № 19-О и от 19 февраля 20-09 года № 109-О-О, в данной норме, как и в других статьях Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое было оправдано по приговору суда или в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления. По смыслу закона, в таких ситуациях судом, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела, может быть принято решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства. Указанной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации соответствует разъяснение, изложенное в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве». Согласно указанному постановлению право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование которого прекращено по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения, что по смыслу закона относится и к случаям отказа государственного обвинителя от части эпизодов предъявленного обвинения.

В соответствии с частью 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

С учетом изложенного, ФИО2 имеет право на реабилитацию на основании постановления Кировградского городского суда Свердловской области от 27 сентября 2016 года в связи с оправданием ФИО2 по части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации за отсутствием в его действиях состава преступления, что является основанием для признания права на реабилитацию, включающее право на денежную компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, несмотря на осуждение истца по части 4 статьи 111 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Отклоняя как несостоятельные доводы ответчика о том, что истцом не представлено доказательств причинения ему морального вреда, суд отмечает, что причинение морального вреда лицу в результате незаконного уголовного преследования, - общеизвестный факт и дополнительному доказыванию в соответствии со статьей 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит, ввиду того, что указанные обстоятельства не могли не вызвать у ФИО2 нравственных страданий, безусловно свидетельствует о нарушении личных неимущественных прав истца (достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которое он не совершал, честное и доброе имя). 

Таким образом, поскольку факт незаконного уголовного преследования ФИО2 в части предъявленного обвинения достоверно установлен, приведенные выше нормы закона в данном случае императивно предусматривают право истца на компенсацию морального вреда. Непредставление доказательств наступления неблагоприятных последствий для здоровья истца, также не исключает наступление гражданской правовой ответственности на основании статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Более того, до вынесения приговора по указанному эпизоду ФИО2 претерпевал бремя наступления уголовной ответственности.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда за счет средств казны Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, причиненного ФИО2 суд принимает фактические обстоятельства, при которых были нарушены личные неимущественные права истца, характер физических и нравственных страданий, связанный с индивидуальными особенностями истца (возраст); категорию преступления – тяжкое (часть 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации в редакции от 28 декабря 2004 года), в котором он обвинялся; то обстоятельство, что в ходе судебного разбирательства представленные доказательства не подтвердили предъявленного ФИО2 обвинения по части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывая оспаривание в данной части вины самим ФИО2, тогда как все сомнения и неустранимые противоречия в соответствии с требованием презумпции невинности, толкуются в пользу подсудимого; длительность уголовного преследования в целом, включая продолжительность судопроизводства, составивших в совокупности 1 год 4 месяца; отсутствие в материалах дела сведений относительно установленной по отношению к истцу по обвинению по части 3 статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации меры процессуального принуждения в виде содержания под стражей; то обстоятельство, что нарушение прав истца порождало у него ***; требования разумности и справедливости, и полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере *** рублей. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд, исходя из установленных по делу обстоятельств, не усматривает.

Разрешая требования истца в части о взыскания убытков в размере 200000 рублей (расходы на оплату услуг адвоката Фатхиева Ф.Ф., а также расходы на дополнительное питание, канцелярские и почтовые принадлежности), причиненных незаконным уголовным преследованием, суд отмечает, что в соответствии со статьей 135 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», согласно которому, требования реабилитированного о возмещении вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются судом в уголовно-процессуальном порядке, разрешается в порядке, установленном статьей 399 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, то есть в порядке уголовного, а не гражданского судопроизводства.

В соответствии с частью 1 статьи 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд прекращает производство по делу в случае, если дело не подлежит рассмотрению и разрешению в суде в порядке гражданского судопроизводства по основаниям, предусмотренным пунктом 1 части 1 статьи 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 части 1 статьи 134 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если заявление подлежит рассмотрению в том числе в порядке уголовного судопроизводства.

Таким образом, суд, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 134, частью 1 статьи 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о прекращении производства по делу в части взыскания убытков.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 12, 194-199, пунктом 1 части 1 статьи 134, частью 1 статьи 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования Махрам О.З.К. к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Свердловской области о взыскании компенсации морального вреда частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу Махрам О.З.К. компенсацию морального вреда в размере *** рублей.

Производство по гражданскому делу № 2-10/2020 по иску Махрам О.З.К. к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Свердловской области о взыскании убытков прекратить.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей жалобы через Кировградский городской суд Свердловской области.

Судья 

И.Б. Доева