дело № 2-343/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кувандык 05 июля 2019 года

Кувандыкский районный суд Оренбургской области в составе:

председательствующего судьи Полтевой В.А.,

при секретаре Т.С. Юдиной, 

с участием представителя истца ИП ФИО1 и его представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО3 адвоката Булатовой Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО4, ФИО3 о взыскании имущественного ущерба,

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО1 обратился в суд с вышеназванным исковым заявлением, в обоснование требований указав, что ответчики являлись работниками ИП ФИО1 и ООО «Надежда», работали в магазине, расположенном по 

<

адрес>, осуществляли продажу автомобильных запасных частей и имели доступ к кассе. В период с 10 июня 2017 года по 26 июня 2017 года из кассы указанного магазина были похищены денежные средства в сумме 216 324,60 рублей. Приказом № 33/1 от 27 июля 2015 года в указанном магазине был введен в работу договор о полной коллективной материальной ответственности, работники ФИО4 и ФИО3 с указанным приказом ознакомлены. По факту хищения денежных средств ФИО1 обращался в дежурную часть МОМВД России «Кувандыкский», 26 июля 2017 года по данному заявлению было возбуждено уголовное дело, в ходе расследования которого был установлен вышеприведенный размер ущерба. В служебной записке 26 июня 2017 года ФИО4 указала, что после выхода из отпуска 24 июня 2017 года ФИО3 она передала ему наличные денежные средства за период с 13 июня 2017 года по 23 июня 2017 года, поскольку ключей от сейфа у нее не было. 26 июня 2017 года ФИО3 не вышел на работу, и она обнаружила, что отсутствуют документы: журнал кассира-операциониста, отчеты ККМ за период с 01 июня 2017 года по 24 июня 2017 года. На телефонные звонки ФИО3 не ответил.

Указывая, что на момент пропажи денежных средств магазин был закрыт, следов взлома не обнаружено, сейф закрыт, ФИО3 на работу выходить перестал, в связи с чем 24 июля 2017 года был уволен по инициативе работодателя по п. 6 ст. 81 ТК РФ, а ФИО4 уволилась сразу после обнаружения пропажи денег и документов, при этом, оба они являлись материально ответственными лицами, следовательно, обязаны возместить ущерб, причиненный ИП ФИО1, со ссылкой на положения ст.ст. 15 и 1064 ГК РФ, просил суд взыскать солидарно с ФИО4 и ФИО3 в свою пользу имущественный вред в размере 216 324,60 рублей.

Определением суда от 13 мая 2019 году в удовлетворении ходатайства ФИО4 о направлении данного гражданского дела по подсудности в Центральный районный суд г. Оренбурга отказано. 

Определением суда от 04 июня 2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Надежда». 

В ходе рассмотрения дела истец уточнил основание иска и, со ссылкой на те же обстоятельства, просит взыскать с ответчиков солидарно в свою пользу имущественный вред в размере 216 324,60 рублей на основании ст. 243 ТК РФ, поскольку последние, являясь материально ответственными лицами, причинили ему имущественный ущерб на указанную сумму. Также просит суд восстановить пропущенный срок подачи искового заявления, указывая, что уважительной причиной пропуска срока обращения в суд с данным исковым заявлением является затягивание расследования уголовного дела № 25/199, результат рассмотрения которого был ему необходим для установления лиц, виновных и причастных к совершению хищения денежных средств. 

В судебном заседании истец ИП ФИО1, являющийся также директором ООО «Надежда», представитель истца ФИО2 уточнённые исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске, и просили удовлетворить. 

ФИО1 суду пояснил, что он является индивидуальным предпринимателем, в магазине, расположенном по 

<

адрес>, осуществлял продажу запасных частей физическим лицам. Ответчики трудились в данном магазине. Кроме этого, он является единственным учредителем и директором ООО «Надежда», с которым у него как ИП 15 января 2015 года был заключен договор о сотрудничестве. Последнее также осуществляло продажу запасных частей юридическим лицам в магазине по указанному адресу. В ООО «Надежда» ответчики работали по совместительству, с 16-00 до 18-00 часов. Фактически весь доход от выручки в данном магазине принадлежал одному лицу, поэтому считает, что ущерб причинен ему как индивидуальному предпринимателю. 

Представитель истца дополнительно пояснила, что в настоящее время производство по уголовному делу № 25/199 в соответствии с постановлением от 28 февраля 2018 года приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого по данному уголовному делу. Данная информация не была своевременно доведена до ФИО1 Органами дознания установлено, что в период с 01 июня 2017 года по 26 июня 2017 года в 

<

адрес> из магазина запасных частей, расположенного по 

<

адрес>, были похищены денежные средства в размере 216 324,60 рублей, принадлежащие ИП ФИО1, который также являлся директором ООО «Надежда». Приказом от 26 июня 2017 года была создана комиссия по проведению инвентаризации и вывозу запасных частей из магазина «Кувандыкский». 27 июня 2017 года был утвержден акт о недостаче денежных средств в кассе, согласно которому сумма недостачи составила 216 324,60 рублей. 27 июня 2017 года ФИО4 была извещена о проведении инвентаризации офис-менеджером ФИО15, но при её проведении отсутствовала. 29 июня 2017 года ФИО4 через заведующего складом ФИО7 было передано заявление об увольнении, в офисе данное заявление было получено 30 июня 2017 года. После чего ФИО4 была уволена по её просьбе 26 июня 2017 года, в связи с тем, что она выходит на другую работу с указанной даты. 

Позднее ФИО4 было направлено письмо о необходимости сообщения причин отсутствия на рабочем месте 27, 28 и 29 июня 2017 года, но объяснений не последовало. ФИО3 также было направлено соответствующее письмо, но оно не было им получено. 24 июля 2017 года ФИО3 был уволен по п. 6 ст. 81 ТК РФ и более на работу не приезжал. 

Из протокола допроса ФИО4 от 02 февраля 2019 года следует, что в период с 01 по 26 июня 2017 года она находилась на рабочем месте вместе совместно с менеджером по продажам ФИО3, наличными денежными средствами она не распоряжалась, ключей от сейфа у нее не было. В начале июня ФИО3 ушел в отпуск, она стала его замещать, после его выхода из отпуска она передала ФИО3 документацию и наличные денежные средства. После чего, выйдя на работу 26 июня 2017 года, она документации не обнаружила, ФИО3 на работу не вышел, тогда как, согласно приказу от 08 июня 2017 года, ему был предоставлен отпуск с 12 по 22 июня 2017 года.

Таким образом, по вине ответчиков ИП ФИО1 был причинен материальный ущерб на сумму 216 324, 60 рублей. 

Кроме того, уважительной причиной пропуска срока для обращения в суд является то, что органами следствия истец был несвоевременно уведомлен о ходе следствия и о принятых актах. О том, что расследование уголовного дела приостановлено во второй раз, истцу известно не было. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещался по правилам главы 10 ГПК РФ по последнему известному месту жительства, конверт с судебным извещением возвращен с отметкой об истечении срока хранения. Поскольку местонахождение ответчика ФИО3 суду не известно и установить его не представилось возможным, в соответствии с положениями ст. 50 ГПК РФ, суд назначил ответчику представителя адвоката Булатову Е.Ю.

Представитель ответчика адвокат Булатова Е.Ю., действующая на основании ордера, исковые требования не признала, пояснила, что ей не известно мнение ответчика ФИО3 относительно заявленных истцом требований, а также его местонахождение, в связи с чем, в удовлетворении иска просила отказать. Также указала, что истцом пропущен годичный срок обращения в суд с заявлением о возмещении имущественного вреда, что является самостоятельным основанием для отказа в иске. Полагает, что причины пропуска срока, на которые ссылается сторона истца, не могут быть признаны уважительными.

Ответчик ФИО4 и ее представитель ФИО5 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

На основании ст.167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Ответчик ФИО4 и её представитель ФИО5 в судебном заседании 13 мая 2019 года требования ИП ФИО1 не признали.

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании 04 июня 2019 года указал, что приговором суда либо иным вступившим в законную силу судебным актом вина ФИО4 в хищении денежных средств не доказана. 24 июня 2017 года после выхода из отпуска ФИО3 она передала ему выручку, а также всю документацию. Перед уходом в отпуск ФИО3 ключи от сейфа ей не передавал. Таким образом, у нее отсутствовал доступ к сейфу, то есть, похитить денежные средства она не могла. Также полагает, что ИП ФИО1 была нарушена процедура проведения инвентаризации при определении размера причиненного ущерба, ввиду чего результаты данной проверки не могут быть признаны действительными и приняты как доказательства при вынесении решения по данному гражданскому делу. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО4 работодателем предлагалось присутствовать при проведении инвентаризации, также отсутствуют доказательства направления в адрес ФИО4 уведомления о проведении инвентаризации. 

Кроме того, истцом пропущен срок обращения в суд с заявлением о возмещении имущественного вреда. Так, о причиненном ущербе истец узнал 27 июня 2017 года, однако, иск был им подан 18 марта 2019 года, то есть, с пропуском годичного срока для обращения в суд. Таким образом, пропуск срока исковой давности является отдельным основанием, по которому суд может отказать истцу в удовлетворении заявленных исковых требований, в случае если сторона ответчика заявит об этом. 

Считает, что у истца отсутствовали уважительные причины пропуска срока для обращения в суд с данным исковым заявлением. То обстоятельство, что истец обращался в правоохранительные органы с заявлением по данному факту и что расследование дела неоднократно прекращалось, приостанавливалось и возобновлялось, уважительной причиной пропуска срока для обращения в суд с иском не является. С момента выявления недостачи истец мог обратиться в суд с аналогичным исковым заявлением, однако, этого сделано не было. 

Суд, выслушав истца и его представителя, представителя ответчика ФИО3, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 238 Трудового кодекса РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Как следует из содержания ст. 233 Трудового кодекса РФ материальная ответственность может быть применена к работнику при наличии одновременно четырех условий: прямого действительного ущерба, противоправности поведения работника, вины работника в причинении ущерба, причинной связи между противоправным поведением работника (действиями или бездействием) и наступившим ущербом. При этом работодатель должен доказать размер причиненного ему ущерба.

Согласно ст. 242 Трудового кодекса РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

В соответствии со ст. 243 Трудового кодекса РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника, в том числе, в случае недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу.

Согласно ст. 244 Трудового кодекса РФ письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 настоящего Кодекса), то есть, о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

В силу ст. 245 Трудового кодекса РФ при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность.

Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).

По договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу.

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба (п. 4 Постановления).

В судебном заседании установлено, что ответчики состояли в трудовых отношениях с истцом.

21 июля 2015 года ФИО4 была принята ИП ФИО1 в магазин филиал «Кувандыкский» менеджером по реализации запасных частей к автомобилям, с окладом в размере 7 500 рублей, с испытательным сроком 3 месяца, что подтверждается приказом ИП ФИО1 от 21 июля 2015 года № 6. 

06 июля 2015 года ФИО3 принят ИП ФИО1 на должность стажёра менеджера по продажам запасных частей к автомобилям. В эту же дату между ФИО3 и ИП ФИО1 заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно п. 1 которого работник принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам. 

Приказом ИП ФИО1 от 27 июля 2015 года № 33/1 в магазине филиале «Кувандыкский» введен в работу договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности. С приказом ознакомлены ФИО4 и ФИО3 

Согласно уведомлению ИП ФИО1 от 27 июля 2015 года менеджер ФИО4 и старший менеджер ФИО3 магазина филиала «Кувандыкский» уведомлены от том, что введен в работу договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности. 

Согласно приказу № ПБН00000003 от 27 марта 2017 года ФИО3 с 01 апреля 2017 года принят на работу в ООО «Надежда» на должность старшего менеджера по реализации запасных частей к автомобилям. 

Из служебной записки менеджера Кувандыкского филиала ФИО4 ИП ФИО1 от 26 июня 2017 года следует, что 26 июня 2017 года она вышла на рабочее место, старшего менеджера ФИО3 на работе не было. С 12 июня 2017 года у него был очередной отпуск, 24 июня 2017 года ФИО3 приступил к работе. За период с 13 по 23 июня 2017 года она отчиталась, передала наличные средства, так как ключей от сейфа у нее не было. 26 июня 2017 года обнаружила, что документы, а именно: журнал кассира-операциониста, отчеты ККМ за период с 01 июня 2017 года по 24 июня 2017 года отсутствуют. Телефон ФИО3 отключен. 

Также согласно служебной записке от 26 июня 2017 года в адрес ИП ФИО1 ФИО4 просит уволить ее по собственному желанию. 

Приказом ИП ФИО1 от 26 июня 2017 года № ПБК00000002 менеджер по реализации запасных частей к автомобилям ФИО4 уволена по п. 3 ст. 77 ТК РФ. 

Приказом ООО «Надежда» от 26 июня 2017 года № ПБК00000006 менеджер по реализации запасных частей к автомобилям ФИО4 уволена по п. 3 ст. 77 ТК РФ, трудовой договор от 27 марта 2017 года прекращен. 

26 июня 2017 года ИП ФИО1 в МО МВД России «Кувандыкский» подано заявление об объявлении ФИО3 в розыск, в связи с тем, что после отпуска он не вышел на работу в филиал магазина «Кувандыкский». Документацию (кассовый журнал и отчёт) и денежные средства сотруднику ФИО4 не передал.

Также ФИО1 26 июня 2017 года обратился в МО МВД России «Кувандыкский» с заявлением о привлечении к уголовной ответственности неизвестного, который в период с 01 июня 2017 года по 26 июня 2017 года в магазине ООО «Надежда» по 

<

адрес> похитил выручку магазина – денежные средства в пределах 200 000 рублей.

Приказом ИП ФИО1 от 26 июня 2017 года № 15 создана комиссия по проведению инвентаризации и вывозу запасных частей из магазина филиала «Кувандыкский» в составе: главного бухгалтера ФИО10, заведующего складом ФИО7, кладовщика ФИО11, водителя ФИО12, менеджера по реализации запасных частей ФИО4, кладовщиков ФИО13, ФИО14

27 июня 2017 года офис-менеджер ФИО15 указала в служебной записке о том, что менеджер ФИО4 27 июня 2017 года по телефону была извещена о проведении инвентаризации и вывоза запасных частей, на инвентаризацию не явилась, 29 июня 2017 года подала заявление об увольнении и ушла, в погрузке товара не участвовала. 

Из акта о недостаче денежных средств в кассе филиала «Кувандыкский» от 27 июня 2017 года, составленного комиссией в составе главного бухгалтера ФИО10, бухгалтера ФИО16, бухгалтера ФИО17, кассира ФИО18, следует, что остаток в кассе по программе 1с в филиале Кувандык должен составлять 242 671,00 рублей. По согласованию с руководством было разрешено расходование денежных средств из выручки: 09 июня 2017 года - на отпускные ФИО3 - 4 147,40 рублей, 14 июня 2017 года – 22 199 рублей – заработная плата за май 2017 года. Сумма недостачи денежных средств составляет 216 324, 60 рублей. К акту приложена ведомость по кассе за период с 01 июня 2017 года по 26 июня 2017 года на сумму 242 671,00 рублей. 

Письмом ИП ФИО1 от 28 июня 2017 года в адрес ФИО4 направлено уведомление о необходимости дать письменное объяснение по поводу невыхода на работу, а также передать трудовую книжку для оформления. 

29 июня 2017 года ИП ФИО1 в адрес ФИО3 направлено письмо о необходимости сообщения причин невыхода на работу с 26 по 29 июня 2017 года. 

Из акта от 30 июня 2017 года следует, что при проведении инвентаризации запасных частей менеджер ФИО4 на рабочем месте отсутствовала, на телефонные звонки не отвечала. Позднее сообщила, что находится на собеседовании. Инвентаризация была проведена в её отсутствие. 29 июня 2017 года ФИО4 отказалась от подписи об ознакомлении с приказом № 19 «О проведении инвентаризации и вывозу запасных частей», проводимой в период с 27 июня 2017 года.

Приказом № ПБК00000003 от 24 июля 2017 года ФИО3 уволен ИП ФИО1 на основании п. 6 ст. 81 ТК РФ - расторжение трудового договора (контракта) по инициативе работодателя. 

Приказом № ПБК00000007 от 24 июля 2017 года ФИО3 уволен из ООО «Надежда» на основании п. 6 ст. 81 ТК РФ - расторжение трудового договора (контракта) по инициативе работодателя. 

Письмом ИП ФИО1 от 25 июля 2017 года № 33 ФИО3 сообщено об увольнении по п. 6 ст. 81 ТК РФ (однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей). 

Из служебной записки офис-менеджера ФИО19 от 06 августа 2017 года следует, что ФИО4 передала заявление об увольнении 29 июня 2017 года через заведующего складом ФИО6, просила уволить ее 26 июня 2017 года. После чего она была уволена 26 июня 2017 года, ей были направлены письма о необходимости дачи объяснений по поводу невыхода на работу и предоставления трудовой книжки. 

26 июля 2017 года по факту хищения денежных средств в размере 216 324,60 рублей в помещении магазина ООО «Надежда», расположенного по 

<

адрес>, отделом дознания МО ВМД России «Кувандыкский» возбуждено уголовное дело № 25/199 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ. ООО «Надежда» признано потерпевшим по данному уголовному делу. 

Из сообщения Кувандыкской межрайонной прокуратуры от 05 февраля 2018 года № 22ж-18 следует, что в производстве дознавателей МО МВД России «Кувандыкский» находилось уголовное дело № 25/199-2017, где ФИО1 является потерпевшим. Производство по уголовному делу возобновлено, по нему проводятся следственные действия. Оснований для мер прокурорского реагирования не имеется.

Из уведомления МО МВД России «Кувандыкский» от 27 февраля 2018 года следует, что по возбужденному уголовному делу № 25/199 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, по которому ФИО1 допущен в качестве законного представителя потерпевшего, допрошены свидетели ФИО3, ФИО8, ФИО3, ФИО4, назначены и проведены две судебные дактилоскопические экспертизы. Допрошенные в качестве свидетелей ФИО3 и ФИО4 пояснили, что к краже денежных средств из магазина ООО «Надежда» причастности не имеют, и материалами уголовного дела доказательств их причастности к совершению данного преступления не добыто. 

25 августа 2017 года производство по уголовному делу № 25/199 на основании п. 1 ч. 1 ст. 208 УК РФ приостановлено дознание за неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

29 января 2018 года производство по данному уголовному делу возобновлено, направлено поручение в отдел уголовного розыска МО МВД России «Кувандыкский» с целью проверки на причастность к совершению данного преступления ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 

В рамках уголовного дела необходимости проведения судебно-бухгалтерской экспертизы не имеется, в связи тем, что размер материального ущерба, причиненного преступлением, установлен, никем не оспаривается и подтверждается имеющимися в материалах уголовного дела актом о недостаче денежных средств в кассе в сумме 216 324, 60 рублей, копиями ведомостей по кассе, квитанциями, приходно-кассовыми ордерами, актами передачи денежных средств, кассовыми чеками и отчетами кассовой смены.

Согласно заключению начальника ОД МО МВД России «Кувандыкский» по уголовному делу № 25/199 от 28 февраля 2018 года по факту хищения денежных средств в размере 216 324,60 рублей в помещении магазина ООО «Надежда», расположенного по адресу: 

<

адрес>, производство приостановлено 28 февраля 2018 года на основании п. 1 ч. 1 ст. 208 УК РФ. В процессе дознания, лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено. 

На основании ч. 1 ст. 247 Трудового кодекса РФ до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Согласно ч. 2 ст. 247 Трудового кодекса РФ истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном кодексом (ч. 3 ст. 247 Трудового кодекса РФ).

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что факт заключения с работниками договора о полной материальной ответственности нельзя признать бесспорным основанием для взыскания с них ущерба. 

В силу вышеприведенных разъяснений правовых норм бремя доказывания наличия совокупности обстоятельств, при которых наступает материальная ответственность работника за причиненный работодателю ущерб, таких как наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба, законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба.

Как установлено в судебном заседании, ФИО3 и ФИО4 не извещались о проведении инвентаризации, с приказами о ее проведении не ознакомлены, письменные объяснения по результатам инвентаризации у них не отбирались. Кроме этого, дата проведения инвентаризации приказом № 15 от 26 июня 2017 года не определена.

Судом также установлено, что истцом в нарушение ч. 2 ст. 247 Трудового кодекса РФ не проводились мероприятия по установлению причин возникновения ущерба, так как в материалы дела не представлено сведений о том, что ответчикам предлагалось дать объяснения о причине недостачи денежных средств, поскольку, помимо инвентаризации работодателю необходимо было опросить работников для установления причин возникновения ущерба. Имеющиеся в материалах дела письма, адресованные ФИО3 и ФИО4, содержат лишь требование о даче ими объяснения причин отсутствия на рабочем месте. Актов об отказе от дачи работниками объяснений по факту наличия недостачи денежных средств в материалы дела истцом не представлено.

Проведение инвентаризации не заменяет собой проверку, которую работодатель обязан провести для установления размера ущерба и причин его возникновения.

Таким образом, истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательства выяснения причин возникновения недостачи в материалы дела не представлены.

Оценивая представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что работодателем нарушена процедура привлечения работника к материальной ответственности: не истребованы письменные объяснения. 

Суд полагает, что представленные истцом в обоснование доводов иска доказательства, в том числе, из материалов уголовного дела, с достоверностью не подтверждают таких юридически значимых для разрешения спора обстоятельств как причинная связь между поведением работников (ответчиков) и наступившим ущербом, при этом обязанность по доказыванию этих обстоятельств в силу указанных положений закона и разъяснений высшей судебной инстанции лежит на истце.

Кроме этого, в ходе рассмотрения спора стороной ответчика заявлено о пропуске истцом срока обращения в суд.

В силу положений ст. 392 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Таким образом, начало течения годичного срока для обращения работодателя в суд с иском о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, определяется в соответствии с названной нормой днем обнаружения работодателем такого ущерба.

Частью 4 ст. 198 ГПК РФ предусмотрено, что в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

В силу ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса РФ и статьи 56 ГПК РФ уважительность причин пропуска срока на обращение в суд доказывается истцом - работодателем.

Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда от 16 ноября 2006 года № 52, если работодатель пропустил срок для обращения в суд, судья вправе применить последствия пропуска срока (отказать в иске), если о пропуске срока до вынесения судом решения заявлено ответчиком, и истцом не будут представлены доказательства уважительности причин пропуска срока, которые могут служить основанием для его восстановления (ч. 3 ст. 392 Трудового кодекса РФ). К уважительным причинам пропуска срока могут быть отнесены исключительные обстоятельства, не зависящие от воли работодателя, препятствовавшие подаче искового заявления.

Истец просил восстановить указанный срок, ссылаясь на то, что причиной пропуска им срока на обращение в суд является расследование уголовного дела, возбужденного 26 июля 2017 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ (кража), производство по которому в настоящее время приостановлено. 

С учетом вышеприведенных правовых норм, суд считает, что возбуждение 26 июля 2017 года уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, по факту кражи денежных средств из магазина истца не может быть отнесено к исключительным обстоятельствам, препятствующим своевременному обращению работодателя с иском в суд, поскольку дело было возбуждено в отношении неустановленного лица. Работники ФИО3 и ФИО4 в совершении хищения не подозревались, обвинение по данному уголовному делу им не предъявлялось.

Судом установлено, что факт наличия ущерба в размере 216 324,60 рублей был выявлен работодателем на основании акта о недостаче денежных средств в кассе филиала «Кувандыкский» 27 июня 2017 года. Таким образом, материалами дела подтверждено, что истцу стало известно о причиненном ущербе и нарушении права 27 июня 2017 года, что не отрицалось истцом и его представителем в судебном заседании.

Соответственно, обратившись с настоящим иском в суд лишь 22 марта 2019 года, истец нарушил годичный срок, что при отсутствии доказательств уважительности его пропуска влечет отказ в предоставлении судебной защиты.

Суд полагает, что истцом не представлено доказательств уважительности причин пропуска срока на обращение в суд, наличия обстоятельств, не зависящих от воли работодателя и препятствовавших подаче искового заявления в установленный законом срок.

На основании изложенного суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ИП ФИО1 в связи с пропуском истцом без уважительных причин установленного ст. 392 ТК РФ годичного срока обращения, с учетом разъяснений, содержащихся в абз. 2 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», в связи с тем, что указанный годичный срок подлежит исчислению с момента установления ущерба, причиненного работодателю.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО1 к ФИО4 , ФИО3 о взыскании имущественного ущерба отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кувандыкский районный суд Оренбургской области.

Председательствующий: В.А. Полтева

В окончательной форме решение составлено 10 июля 2019 года.

Председательствующий: В.А. Полтева