№

УИД №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Зеленокумск 08 февраля 2024 года 

Советский районный суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Кечековой В.Ю.,

при секретаре судебного заседания Филатовой В.Н.,

с участием истца ФИО1, участвовавшего в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи,

представителя истца ФИО1 в лице адвоката Фомина К.В., действующего на основании ордера,

представителя третьего лица прокуратуры Ставропольского края в лице прокурора Советского района Ставропольского края Сивоконь А.А., действующего на основании доверенности,

представителя третьего лица ГУ МВД России по Ставропольскому краю ФИО2, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в Советский районный суд Ставропольского края с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска указано, что истец привлечен к уголовной ответственности следственным органом ГУ МВД России по Ставропольскому краю при нижеследующих обстоятельствах:

22.06.2012 возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 по ст. 228.1 УК РФ.

12.07.2012 истец допрошен в качестве подозреваемого, задержан в порядке ст. 91 УПК РФ, водворен в ИВС.

13.07.2012 постановлением Промышленного райсуда 

<

адрес> в отношении истца избрана мера пресечения в виде заключения под стражу по данному уголовному делу. Истец этапирован в СИЗО.

Истцу предъявлено обвинение, сначала по ст. 228.1 УК РФ, затем по ч. 2 ст. 210 УК РФ; ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 (7 эпизодов); п. «а» ч. 3 ст. 228.1 (1 эпизод); ч. 1 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

Срок следствия неоднократно продлевался, истец периодически этапировался в ИВС для производства следственных действий.

Уголовное дело расследовано ГСУ УМВД РФ по Ставропольскому краю. С обвинительным заключением, утвержденным заместителем прокурора Ставропольского края, направлено в Советский районный суд 08.05.2014.

Срок предварительного следствия составил более 11 месяцев - с 22.06.2012 по 08.05.2014.

Суд рассмотрел уголовное дело в отношении 14 подсудимых. Истцу государственным обвинителем предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 210 УК РФ; ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 (7 эпизодов); п. «а» ч. 3 ст. 228.1 (1 эпизод); ч. 1 ст. 30, п.п. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

11.09.2014 суд возвратил уголовное дело прокурору в порядке ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Возвращая уголовное дело прокурору, суд разрешил вопрос по мере пресечения в отношении обвиняемых. Суд меру пресечения в виде содержания под стражей, избранную на период судебного разбирательства в отношении обвиняемых, в том числе истца ФИО1 до 08.11.2014 оставил прежней, в виде содержания под стражей.

17.10.2014 Ставропольский краевой суд оставил постановление суда без изменений.

27.10.2014 уголовное дело возвращено надзирающему прокурору края.

06.11.2014 уголовное дело вновь поступило в Советский районный суд и рассмотрено судом.

Государственный обвинитель предъявил обвинение по ст. 210 ч. 2; ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 30 ч. 1, ст. 228.1 ч. 3 п.п. а, г; ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п. а УК РФ.

На предварительном слушании мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении истца оставлена прежней до рассмотрения судом уголовного дела по существу.

Судебное следствие проведено с 21.11.2014 по 16.08.2016. 

16.08.2016 судьей Советского районного суда вынесен обвинительный приговор в отношении истца по ч. 3 ст.30 УК РФ; ч. 2 ст. 210 УК РФ; п. «а» ч. 3 ст.228.1 УК РФ в порядке ст. 69 УК РФ присоединено наказание по ч. 1 ст. 264 УК РФ, окончательно назначено 16 лет 2 месяца лишения свободы.

26.07.2017 Ставропольским краевым судом приговор отменен с возвратом уголовного дела в суд первой инстанции для рассмотрения в ином составе.

Мера пресечения в отношении ФИО1 по данному уголовному делу в виде содержания под стражей оставлена без изменения.

07.08.2017 уголовное дело возвращено в Советский районный суд.

Уголовное дело рассмотрено судом.

На предварительном слушании мера пресечения оставлена прежней, в виде содержания под стражей на период судебного следствия.

Государственным обвинителем предъявлено обвинение по ст. 210 ч. 2; ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 30 ч. З, ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 228.1 ч. 3 п. а; ст. 30 ч. 1, ст. 228.1 ч. 3 п.п. а, г.; ст. 30 ч. 3, ст. 228.1 ч. 3 п. а УК РФ.

Судебное следствие продлилось до 31.12.2019, до приговора.

Суд установил, что 25.09.2012 ФИО1 осужден Советским районным судом по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году лишения свободы строгого режима, с лишением права управлять транспортным средством на 2 года. Начало срока - 25.09.2012, основное наказание им отбыто полностью 25.09.2013. Данное наказание подлежит сложению в порядке ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений по настоящему делу и зачету в счет отбытого наказания.

При назначении ФИО1 наказания, суд не находит оснований для изменения категории преступлений (ч. 6 ст. 15 УК РФ), назначения ему условного наказания (ст. 73 УК РФ) или наказания ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ, или более мягкого вида наказания, чем предусмотрен этой статьей, назначения или не применения дополнительного вида наказания, предусмотренного в качестве обязательного (ст. 64 УК РФ). Суд считает, что в отношении ФИО1 следует избрать наказание в виде лишения свободы с отбыванием его в исправительной колонии строгого режима, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, применяя требования ч. 3 ст. 68 УК РФ; по неоконченным составам преступлений ст. 66 УК РФ.

Согласно версии обвинения относительно квалификации действий ФИО4, ФИО5, ФИО1, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 по ч. 2 ст. 210 УК РФ, в соответствии с которой в целях получения финансовой и иной материальной выгоды, путем совместного совершения тяжких и особо тяжких преступлений, направленных против здоровья населения и общественной нравственности, связанных с незаконным сбытом наркотических средств на территории Ставропольского края вошли в состав структурного подразделения преступного сообщества, совершив ряд особо тяжких умышленных преступлений.

Обвинение по ст. 210 УК РФ подлежит исключению, как излишне вмененное. Данное исключение не является поводом, влекущим за собой признание права на реабилитацию, поскольку изменяется лишь степень организованности соучастников в совершении преступлений, а переход от одной формы соучастия к другой не может являться реабилитирующим основанием.

Суд оправдал ФИО1 по ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона № 87 от 19.05.2010) эпизод от 18.12.2011, по ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона № 87 от 19.05.2010) эпизод от 21.12.2011, по ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона № 87 от 19.05.2010) эпизод от 31.12.2011 по ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона № 87 от 19.05.2010) эпизод от 02.02.2012, по ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона № 87 от 19.05.2010) эпизод от 01.06.2012 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Суд признал за ФИО1 право на реабилитацию в связи с оправданием в части уголовного преследования.

Суд признал ФИО1 виновным в преступлениях: предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона № 87 от 19.05.2010) преступление от 08.12.2011 и назначил наказание в виде лишения свободы сроком на 8 (восемь) лет 3 месяца; предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона № 87 от 19.05.2010) преступление от 15.03.2012 и назначил наказание в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет; предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона № 87 от 19.05.2010) преступление от 19.06.2012 и назначил наказание в виде лишения свободы сроком на 8 (восемь) лет 3 месяца; предусмотренного ч. 1 ст. 30 п. п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в редакции Федерального закона № 87 от 19.05.2010) преступление от 12.07.2012 и назначил наказание в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказание в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний по приговору Советского районного суда Ставропольского края от 25.09.2012, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет 7 (семь) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с лишением права управления транспортным средством сроком на 2 (два) года.

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена прежней - в виде содержания под стражей.

Срок отбытия наказания ФИО1 определен с 31.12.2019.

Зачтено в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания под стражей в период с даты задержания 12.07.2012 до вступления приговора суда.

До вступления приговора в законную силу прокурор подал апелляционное представление от 31.12.2019 и дополнением к нему от 01.09.2020 с просьбой отменить приговор от 31.12.2019 и назначить ему ранее запрошенный срок по приговору от 16.08.2016, тем самым поддерживая обвинение по оправданным фактам.

15.10.2020 апелляционным определением судебной коллегии Ставропольского краевого суда приговор в отношении истца оставлен без изменения, тем самым с момента его задержания по данному уголовному делу до вступления приговора в законную силу составило 3015 дней.

За это время истец продолжал обвиняться по ряду фактов особо тяжких преступлений, за которые он был оправдан. Соответственно уголовное преследование в отношении истца на момент содержания под стражей продолжалось в течение 8 лет 3 месяцев 3 дней.

ФИО1 в период с 12.07.2012 содержался под стражей в СИЗО г. Ставрополя и г. Пятигорска в связи с возбуждением данного уголовного дела. По 15.10.2020 прокуратура поддерживала обвинение в рамках данного уголовного дела по фактам, за которые истец был оправдан. В условиях состязательности гражданского судопроизводства, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна предоставить доказательства в подтверждение своих требований.

Предоставлено то, что в период с 12.07.2012 по 15.10.2020, то есть 3015 дней, истец находился в СИЗО по уголовному делу и обвинялся по ряду фактов особо тяжких преступлений, впоследствии, за которые он был оправдан Советским районным судом.

15.10.2020 постановлением апелляционного определения коллегии по уголовным делам Ставропольского краевого суда приговор оставлен без изменений, тем самым был утвержден и вступил в законную силу.

Определение содержания морального вреда, как страданий означает, что действия причинителя вреда обязательно должны найти отражение в сознании потерпевшего, вызвать определенную психическую реакцию. При этом неблагоприятные изменения в охраняемых законом благах отражаются в сознании человека в форме негативных ощущений (физические страдания), содержанием переживаний может являться страх, стыд, унижение или иное неблагоприятное ощущение в психическом аспекте.

За время содержания в СИЗО, т.е. период времени, в которое истец обвинялся и осуждался по фактам преступлений, за которые он был оправдан, ему приходилось находиться в стесненных условиях изолятора, существенно ограничивающих физическую свободу, в том числе свободу передвижений, отсутствие возможности приема качественной пищи и прочих человеческих благ. Все это время моральное и физическое здоровье истца, на протяжении указанного времени подвергалось риску заболеваний тяжких форм туберкулеза, в виду антисанитарных условий помещений СИЗО и специальных автомобилей (автозаков), в которых истец провел значительное время в моменты этапирования на судебные заседания. Также истец подвергался риску приобретения статуса ВИЧ-инфицированного, поскольку некоторые из подсудимых по данному уголовному делу, с которыми он находился значительное время на этапах и судебных заседаниях, имели неосторожность заразиться ВИЧ-инфекцией.

В июне 2014 года данное уголовное дело было передано в Советский районный суд Ставропольского края. До момента приговора от 16.08.2016 судебные заседания проходили по два полных дня в неделю.

В июне 2017 года приговор от 16.08.2016 был отменен. В сентябре 2017 года началось новое судебное разбирательство с аналогичным графиком. С октября 2018 года график судебных заседаний участился до четырех полных дней подряд в неделю. Получается, только на дорогу в пути следования на суды приходилось 12 часов в неделю, плюс ожидание приемов автозаков в СИЗО примерно три часа на каждый прием. Итого, получается 24 часа в неделю приходилось пребывать в автозаке.

В салоне автозака отсутствует туалет и негде мыть руки, поскольку спец. автомобили не предусмотрены для столь длительного содержания в них людей. В них же приходилось принимать пищу, поскольку время завтрака и ужина приходилось в пути. В качестве пищи использовали сухой паек, выдаваемый в учреждении СИЗО, состоящий из непригодных для еды в холодном виде каши. Причем, согласно Федеральным законам, таким пайком можно питаться не более 2-х дней подряд, если происходят этапирования спец. контингента железной дорогой в вагонах, в которых предусмотрена выдача кипятка. Однако истцу приходилось ими питаться по четыре дня подряд в неделю более последнего года судебных заседаний. Весьма сложно представить, в каких сложных нечеловеческих условиях пришлось пребывать истцу длительное время. Очень неприятная картина вырисовывается в представлении обычного человека, в которых истцу пришлось пребывать и принимать пищу. В здании суда 

<

адрес> в камерах, где находились подсудимые на время перерывов, отсутствовало какое-либо освещение. Свет проникал в камеры через маленькое окошко в двери (через кормушку) из коридора, где находился постовой. В этих же камерах приходилось принимать пищу в обед в полной темноте. В этих же камерах предусмотрено было подготавливаться к судебным заседаниям, потому как времени в СИЗО не хватало на личные дела, поскольку время уходило на путь следования, ожидание и обысковые мероприятия. Таким образом, не было даже возможности подготовиться к судам, а это было крайне важно и необходимо в рамках данного уголовного дела. В СИЗО была предусмотрена баня, т.е. душ в середине недели, что приходилось на день суда и не всегда удавалось договориться с дежурной сменой о посещении душа в незапланированный день.

27.08.2013 анализом санчасти СИЗО-№ 

<

адрес> у истца была выявлена болезнь печени, диагноз: Гепатит-С.

В 2014 истец был поставлен на профилактический учет администрацией СИЗО, как лицо, склонное к суициду и членовредительству. Также истец был поставлен на учет врачом-психиатром с диагнозом: эмоционально-неустойчивое расстройство личности на органически неполноценной основе. Лечащий врач регулярно назначал истцу лекарства, согласно рецептам рекомендуемых комиссии экспертов. В случаях отсутствия должных препаратов назначались другие аналоги, которые к улучшению самочувствия не приводили. Постоянное депрессивное состояние менялось на стрессовое, что приводило к неоднократным актам аутоагрессии и суицидов, чего ранее у истца никогда не возникало. Как на первом судебном процессе, так и на втором судебном процессе сотрудники конвойной службы неоднократно доставляли истца в райбольницу для оказания медицинской помощи. Из-за неоднократных кровопотерь в организме истца образовался дефицит гемоглобина.

В июне 2016 года истец был доставлен в отделение Советской районной больницы в тяжелом состоянии, где ему сделали переливание крови, доставленной из 

<

адрес>.

В июне 2018 года истец также доставлялся уже в реанимационное отделение городской больницы 

<

адрес> в бессознательном состоянии, после очередной попытки суицида в здании краевого суда 

<

адрес>.

Особую горечь и обиду разочарования истец испытал из-за безразличия следователей, прокуроров и судов, а также пренебрежения с их стороны процессуальными правами истца и явного негативного отношения к нему. На судебных процессах он неоднократно выражал недовольства по поводу условий содержания, а также истец излагал свою позицию защиты относительно отсутствия его состава преступления.

Из-за отсутствия справедливого и беспристрастного суда, истец испытал чувство безысходности. Получена моральная и физическая травма.

В связи с тем, что истец находился под наблюдением у врача-психиатра учреждения СИЗО, он содержался в отдельной камере, вместе с лицами, состоящими на определенных профилактических учетах и учетах у врача-психиатра, среди которых присутствовали убийцы, психи и лица с маниакальными особенностями. Пребывая длительное время в такой обстановке, где истцу не очень-то приходилось отдыхать, он постоянно испытывал стрессовое состояние от одиночества. Напряжение от тяжелых этапов сменялось ощущением негативного отношения со стороны сотрудников, граничащее с унижением личности и достоинства.

За весь период следствия и судопроизводства по данному уголовному делу, находясь в нечеловеческих условиях, истцу приходилось испытывать тяжелейшие моральные и физические страдания.

Однако, вопреки всему происходящему, предположить, что если бы своевременно уголовное преследование было прекращено по фактам, за которые истец был оправдан, тогда и не использовались бы непотребные материалы уголовного дела на предварительном следствии и судопроизводстве, то по истечение порядка двух лет ему вынесен был бы приговор, после которого он был бы своевременно отправлен в исправительное учреждение, где ему пришлось бы пребывать в значительно отличающихся условиях, которые на много отличаются от условий СИЗО, в которых пришлось слишком долго пребывать. Также истцу не пришлось бы столкнуться со всеми негативными обстоятельствами, с которыми истец столкнулся. Соответственно, удалось бы избежать всех ущербов, как моральных, так и физических, которые истцу пришлось обрести в связи с данным уголовным преследованием.

Кроме того, если бы истец своевременно пребывал в исправительном учреждении, то у него открывались бы возможности использовать законные положения, такие как посещение личных свиданий с родственниками. Возможно было бы перевестись на облегченные условия содержания, где положены дополнительные свидания с родственниками и дополнительные передачи. Была бы возможность трудоустроиться, тем самым обеспечивать себя. В конце концов, находиться под открытым небом и на свежем воздухе с массой возможностей, которые невозможны в СИЗО.

Кроме всего, по истечение определенного времени открывались бы перспективы на условно-досрочное освобождение, или перевода на исправительно-трудовые работы, где также была бы возможность само обеспечения, где с заработной платы высчитывается процент в пользу государства, при этом, не находясь в лишении свободы.

На протяжении столь длительного времени истец находился в состоянии неопределенности его судьбы и жизни.

Статьей 6.1 УПК РФ предусмотрено, что уголовное судопроизводство осуществляется в сроки, установленные настоящим кодексом. Но уголовное преследование, назначение наказания и прекращение уголовного преследования должны осуществляться в разумные сроки (п. 2 настоящей статьи).

Соответственно такой длительный срок, который составляет более восьми лет содержания под стражей в СИЗО, при обстоятельствах настоящего уголовного дела не может считаться разумным в значении положения п. 3 ст. 5 Конвенции о защите прав человека 1950 года.

Соответственно получение компенсационной суммы есть достижение справедливости.

Компенсация морального вреда, есть мера реабилитации потерпевшего. Получение достойной суммы компенсации морального вреда, есть возможность испытать хоть какие-то положительные эмоции, которых истец был лишен на протяжении всего срока его пребывания в СИЗО в связи с уголовным преследованием по данному уголовному делу, пока не сняли с истца обвинение по некоторым фактам, за которые он был оправдан.

Необоснованное подозрение в данных преступлениях является следствием как оговора со стороны обвинения, так и неправильной правовой оценки органом следствия фактических обстоятельств, несоответствие выводов о его причастности повлекло за собой существенное нарушение конституционных прав и свобод. Причинная связь не требует дополнительного доказывания.

Репутации нанесен непоправимый вред. Несколько лет были вычеркнуты из жизни. Колоссальные моральные и материальные усилия реабилитированного, понесенные им не восполнят и не перенесут его в прошлое, когда он жил размеренной жизнью, строил планы на будущее, переживания близких и матери не передать. Благодаря их поддержки реабилитированный до конца рассмотрения дела настаивал на непричастности и своей невиновности, последовательно указывал на пробелы доказывания и нарушения уголовно-процессуального закона.

Вред, в том числе моральный, причиненный гражданину, за которым признано право на реабилитацию, в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме за счет казны РФ либо казны субъекта РФ или соответствующего муниципального образования (ч. 1 ст. 133 УПК РФ, ст. 1070 ГК РФ).

Исходя из полного периода незаконного уголовного преследования истец полагает, что справедливой достойной суммой за столь насыщенное негативом время, за которое он заболел гепатитом С; постгеморрагической анемией II степени (дефицит гемоглобина); а также он стал психически нездоровым человеком, время, которое составило 3015 дней по уголовному преследованию, которое стало причиной нарушения права на справедливый суд в разумные сроки, является денежная компенсационная сумма в размере 12 575 000 рублей. Расходы, понесенные истцом, являются необходимыми, целесообразными и разумными.

Истец просит суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в денежной форме, причиненного в результате незаконного уголовного преследования и судопроизводства, установить размер денежной компенсации в размере 12 575 000 рублей.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО3 предоставил возражения на иск, в которых просит в удовлетворении исковых требований в заявленном размере отказать. В обоснование возражений указывает, что уголовное преследование истца по эпизодам, по которым он осужден, и по эпизодам, по которым он оправдан, осуществлялось одномоментно, в связи с чем считает, что лицо, незаконно привлеченное к уголовной ответственности не может испытывать нравственные страдания по отдельности от всей совокупности негативных факторов, связанных с наступившими для него последствиями. Доказательств, что ухудшение здоровья истца связано исключительно с возбуждением и расследованием в отношении него уголовного дела по эпизодам, по которым он впоследствии оправдан, в дело не представлено, в связи с чем утверждение истца о наличии причинно-следственной связи между заболеваниями и незаконным уголовным преследованием не подтверждается фактическими материалами дела. Полагает, что заявленный размер компенсации морального вреда является завышенным, вследствие ненадлежащей доказанности его размера, а также несоответствия такого размера компенсации требованиям закона о разумности и справедливости. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить по доводам, изложенным в иске.

Представитель истца адвокат Фомин К.В. исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить по доводам, изложенным в иске и в письменных обоснованиях иска. Полагал, что заявленная истцом ко взысканию сумма компенсации морального вреда является разумной и обоснованной, поскольку ФИО1 более года содержался под стражей по обвинению в совершении преступления (эпизод от 01.06.2012), по которому впоследствии был оправдан приговором суда от 31.12.2019, следователь при продлении меры пресечения в виде содержания под стражей обосновывал свое ходатайство обвинением именно по указанному эпизоду и лишь 19.08.2013 ФИО1 было предъявлено обвинение по всем преступлениям, тогда как мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении него была избрана 13.07.2012.

В судебном заседании представитель третьего лица ГУ МВД России по Ставропольскому краю ФИО2 просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать, полагая, что истцом не доказан факт причинения ему морального вреда, поскольку расследование в отношении истца велось одновременно по всем эпизодам обвинения.

В судебном заседании представитель третьего лица прокуратуры Ставропольского края - прокурор Советского района Ставропольского края Сивоконь А.А. позицию по заявленным истцом требованиям не выразил.

В судебное заседание представитель ответчика Министерства финансов РФ, представитель УФК по Ставропольскому краю не явились, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, предоставлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя ответчика.

В соответствии с ч. 5 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. 34 ст. 5 УПК РФ реабилитация - это порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию и возмещение ему вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В силу п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Как указано в п. 1 ст. 2422 Бюджетного кодекса РФ, обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц, возложена на Министерство финансов РФ. От имени Министерства финансов Российской Федерации по специальному поручению в суде могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане (п. 3 ст. 125 ГК РФ).Таким образом, источником средств возмещения вреда является казна Российской Федерации. При предъявлении исков к государству в соответствии со ст. 1070, 1071 ГК РФ от имени казны выступают соответствующие финансовые органы – Министерство финансов РФ.

Согласно абз. 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда возмещается в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, данных в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. 

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

В пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной ответственности (статья 2, часть 1 статьи 17 и часть 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации, пункт 1 статьи 1070, абзацы третий и пятый статьи 1100 ГК РФ). Так, суд вправе взыскать компенсацию морального вреда, причиненного, например, в результате незаконного задержания в качестве подозреваемого в совершении преступления (статья 91 УПК РФ).

Судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.) (пункт 39). 

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни. При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (пункт 42). 

Содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, сами по себе не порождают у него право на компенсацию морального вреда (пункт 43).

Судом установлено, что постановлением следователя по особо важным делам № отдела Следственной части ГУ МВД России по Северо-Кавказскому федеральному округу от 22.06.2012 возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО1 (эпизод от 08.12.2011), ФИО12, ФИО19 и неустановленных лиц, в деяниях которых усматриваются признаки преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

Постановлением следователя – заместителя начальника отдела следственной части по расследованию организованной преступной деятельности ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю от 11.07.2012 возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ (эпизод от 01.06.2012).

Постановлением старшего следователя СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю от 16.07.2012 возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

Постановлением руководителя следственного органа – заместителя начальника СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю от 23.07.2012 уголовное дело № соединено в одном производстве с уголовными делами №№, № и №, соединенным уголовным делам присвоен общий номер №.

Постановлением старшего следователя по ОВД 6 отдела СС УФСКН России по Ставропольскому краю от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 228.1 УК РФ (эпизод от 21.12.2011).

Постановлением старшего следователя по ОВД 6 отдела СС УФСКН России по Ставропольскому краю от 22.09.2012 возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ (эпизод от 18.12.2011).

Постановлением следователя – заместителя начальника отдела СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю от 11.10.2012 возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. п. «а», «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ (эпизод 31.12.2011).

Постановлением руководителя следственного органа – заместителя начальника ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю от 11.10.2012 уголовные дела №№, №, соединены в одном производстве с уголовным делом №, соединенным уголовным делам присвоен общий номер №.

Постановлением руководителя следственного органа – заместителя начальника ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю от 23.11.2012 уголовные дела №№, № соединены в одном производстве с уголовным делом №, соединенным уголовным делам присвоен общий номер №.

Постановлением заместителя начальника СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю от 06.12.2012 возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 и ФИО16 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

Постановлением заместителя начальника СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю от 10.12.2012 возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО1 и ФИО16 по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (эпизод 02.02.2012).

Постановлением руководителя следственного органа – заместителя начальника ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю от 12.12.2012 уголовные дела №№, 129122900744№ соединены в одном производстве с уголовным делом №, соединенным уголовным делам присвоен общий номер №.

Постановлением заместителя начальника СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю от 17.01.2013 возбуждено уголовное дело № в отношении ФИО16, ФИО19, ФИО1 (ч. 2 ст. 210 УК РФ), ФИО6, ФИО11, ФИО18, ФИО5, ФИО12, ФИО9, ФИО20, ФИО8, ФИО10, ФИО21 и неустановленных лиц по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 210, ч. 2 ст. 210 УК РФ.

Постановлением руководителя следственного органа – заместителя начальника ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю от 30.01.2013 уголовное дело № соединено в одном производстве с уголовным делом №, соединенным уголовным делам присвоен общий номер №.

Постановлением заместителя начальника отдела СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по Ставропольскому краю от 19.08.2013 ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу № и ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 210, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 30, п.п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

Также судом установлено, что 13.07.2012 в порядке ст. 91, 92 УПК РФ произведено задержание ФИО1 и ему предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ (эпизод от 01.06.2012).

Постановлением Промышленного районного суда 

<

адрес> от 13.07.2012 в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком до 2 месяцев, то есть до 13.09.2012. Из указанного постановления суда следует, что ФИО1 органами предварительного следствия обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ (эпизод от 01.06.2012). 

Постановлением Ленинского районного суда Ставропольского края от 10.09.2012 ФИО1 продлен срок содержания под стражей на 02 месяца 28 суток, а всего до 04 месяцев 28 суток, т.е. до 11.12.2012. 

Мера пресечения в виде заключения под стражей в отношении ФИО1 неоднократно продлевалась, последний раз 10.12.2019 на 03 месяца 00 суток, то есть до 13.03.2020.

В окончательной редакции ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 210, ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (8 преступлений), ч. 1 ст. 30 п.п. «а, г» ст. 228.1 УК РФ, что следует из приговора Советского районного суда Ставропольского края от 31.12.2019.

Приговором Советского районного суда Ставропольского края от 31.12.2019 ФИО1 оправдан по ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ эпизод от 18.12.2011, ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ эпизод от 21.12.2011, ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ эпизод от 31.12.2011, ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ эпизод от 02.02.2012, ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ эпизод от 01.06.2012, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УК РФ. 

Признано за ФИО1 право на реабилитацию в связи с оправданием в части уголовного преследования.

Этим же приговором Советского районного суда Ставропольского края от 31.12.2019 ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ преступление от 08.12.2011 и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет 3 месяца.

ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ преступление от 15.03.2012 и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 9 лет.

ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ преступление от 19.06.2012 и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет 3 месяца.

ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30 п.п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ преступление от 12.07.2012 на 

<

адрес> и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 9 лет.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 9 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний по приговору Советского районного суда Ставропольского края от 25.09.2012, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 9 лет 7 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с лишением права управления транспортными средствами сроком на два года.

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена прежней в виде содержания под стражей.

Срок отбытия наказания ФИО1 исчислен с 31.12.2019.

Зачтено в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания под стражей в период с даты задержания 12.07.2012 до вступления приговора суда в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ставропольского краевого суда от 15.10.2020 приговор Советского районного суда Ставропольского края от 31.12.2019 изменен.

Дополнена вводная часть приговора в отношении ФИО1 - указанием о том, что он осужден 25.09.2012 приговором Советского районного суда Ставропольского края.

Исключены из описательно-мотивировочной части приговора ссылки суда на совершение осужденными действий в составе преступного сообщества (преступной организации), указав о совершении преступных действий в составе организованной группы.

Указать в приговоре о применении судом в отношении осужденных ФИО5, ФИО1, ФИО7, ФИО8, ФИО12, ФИО14 и ФИО11 положений ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО16, ФИО4, ФИО1, ФИО22, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО12, ФИО14, ФИО10 исчислять с момента вступления приговора в законную силу, т.е. с 15.10.2020.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 28.09.2021 приговор Советского районного суда Ставропольского края от 31.12.2019 и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Ставропольского краевого суда от 15.10.2020 в отношении ФИО1 изменены: смягчено наказание, назначенное ФИО1 по совокупности преступлений на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, до 9 лет 6 месяцев 5 дней лишения свободы с исправительной колонии строгого режима. В остальной части приговор и апелляционное определение оставлены без изменения.

Разрешая спор, суд, руководствуясь вышеприведенными положениями действующего законодательства, приходит к выводу о том, что обвинение ФИО1 в совершении преступлений, по которым он был впоследствии оправдан, нарушило его конституционные права и причинило ему нравственные страдания, в связи с чем он имеет право на возмещение с государства компенсации морального вреда, связанного с уголовным преследованием.

Вместе с тем суд учитывает, что расследование в отношении истца велось одновременно по всем эпизодам обвинения, по которым он был оправдан и осужден, на момент избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, а также принятия всех решений о продлении срока содержания под стражей, ФИО1 являлся обвиняемым и подозреваемым не только в совершении преступлений, по которым впоследствии был оправдан, но также и в совершении иных особо тяжких преступлений, по которым в дальнейшем был осужден приговором суда от 31.12.2019, срок содержания под стражей с 12.07.2012 ему зачтен в срок отбывания наказания.

Доводы истца ФИО1 о том, что он незаконно находился под стражей с 12.07.2012 и компенсация морального вреда подлежит возмещению в полном объеме, так как мера пресечения в виде содержания под стражей постановлением суда от 13.07.2012 избрана ему в связи с предъявлением обвинения только в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ (эпизод от 01.06.2012), за которое впоследствии он был оправдан приговором суда, суд находит несостоятельными, поскольку основаны на иной субъективной оценке обстоятельств дела.

Так, материалами дела подтверждается, что первоначально постановлением следователя от 22.06.2012 возбуждено уголовное дело №, в том числе, в отношении ФИО1, по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (эпизод от ДД.ММ.ГГГГ).

Впоследствии постановлением следователя от 11.07.2012 в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ (эпизод от 01.06.2012).

Постановлением руководителя следственного органа от 11.10.2012 уголовные дела, возбужденные в отношении ФИО1, в том числе за № (эпизод от ДД.ММ.ГГГГ), соединены в одном производстве с уголовным делом № (эпизод от 08.12.2011); соединенным уголовным делам присвоен общий номер №.

Как указано выше, приговором Советского районного суда Ставропольского края от 31.12.2019 ФИО1 признан виновным, в частности, в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (преступление от 08.12.2011, по которому первоначально было возбуждено уголовное дело).

Таким образом, следственные мероприятия и процессуальные действия в ходе расследования уголовных дел, возбужденных в отношении ФИО1 по признакам преступлений, относящихся к категории особо тяжких, соединенных в одном производстве, и по которым впоследствии приговором суда он был признан виновным и ему назначено наказание, проводились с июня 2012 года. Кроме того, возбуждение в отношении истца ряда уголовных дел по признакам составов преступлений, относящихся к категории особо тяжких, по которым органами предварительного следствия проводилось расследование, явилось основанием как для избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, так и для дальнейшего сохранения ему данной меры пресечения.

С учетом изложенного, доводы истца ФИО1 о том, что в период с 12.07.2012 по 15.10.2020 (3015 дней) он находился в СИЗО по обвинению в совершении особо тяжких преступлений, за которые впоследствии был оправдан, не нашли своего подтверждения по материалам дела и опровергаются установленными по делу фактическими обстоятельствами.

Наряду с изложенным, суд учитывает личность истца, в частности, что он ранее неоднократно привлекался к уголовной ответственности, в том числе за совершение тяжких преступлений, что усматривается из приговора суда от 31.12.2019.

Доводы истца, которые сводятся к тому, что в связи с незаконным уголовным преследованием у него ухудшилось состояние здоровья, суд не может принять во внимание, поскольку доказательств, подтверждающих, что ухудшение здоровья ФИО1 связано исключительно с возбуждением и расследованием в отношении него уголовного дела по эпизодам, по которым он впоследствии оправдан, в нарушение требований ст. 55, 56 ГПК РФ не представлено, в связи с чем утверждение истца о наличии причинно-следственной связи между заболеваниями и незаконным уголовным преследованием не подтверждается фактическими материалами дела.

Кроме того, истцом не представлено доказательств возникновения и развития у него каких-либо заболеваний в период содержания под стражей. 

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения заявителя за перенесенные страдания.

Кроме того, суд принимает во внимание, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применив положения ст. 1101 ГК РФ, должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Аналогичная правовая позиция приведена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.07.2015 № 36-КГ15-11.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд, исходя из фактических обстоятельств дела, установив факт незаконного уголовного преследования истца по обвинению в совершении особо тяжких преступлений (5 преступлений), учитывая общий срок незаконного уголовного преследования, а также то, что в указанный период ФИО1 содержался под стражей в связи с совершением иных особо тяжких преступлений, за которые ему назначено наказание в виде лишения свободы, считает необходимым удовлетворить исковые требования истца в части и приходит к выводу, что с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 150 000,00 рублей, поскольку данный размер компенсации, с учетом установленных по делу обстоятельств, в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, а также будет способствовать восстановлению нарушенных прав истца, и взыскивает компенсацию морального вреда в соответствии с требованиями ст. 1070 ГК РФ за счет казны Российской Федерации.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 12 425 000,00 рублей следует отказать.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО1 (ИНН №) к Министерству финансов Российской Федерации (ИНН №, ОГРН №) о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить в части.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 150 000,00 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального в размере 12 425 000,00 рублей – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда, путем подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд Ставропольского края, в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Составление мотивированного решения суда в соответствии с ч. 2 ст. 199 ГПК РФ откладывается до ДД.ММ.ГГГГ.

Судья подпись В.Ю. Кечекова

Копия верна:

Судья В.Ю. Кечекова

Подлинный документ подшит

в материалах дела №

Судья: ________________ / В.Ю. Кечекова