Р Е Ш Е Н И Е

от 10 ноября 2017 года по делу 2-2976/2017

Именем Российской Федерации

Советский районный суд г.Томска в составе:

председательствующего – 

судьи Советского районного суда г.Томска Панфилова С.Н.,

при секретаре Оленевой О.И.,

с участием: 

представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

ответчика ФИО3,

представителя ответчиков Дуровой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Томске гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО2 и ФИО3 о признании членом семьи собственника квартиры, вселении, признания права пользования квартирой, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов, 

у с т а н о в и л :

ФИО4 в лице ФИО1, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности 4, выданной на её имя 22.09.2017, обратился в суд с иском к ФИО2 и ФИО3 (с учетом изменения требований) о: признании ФИО4 членом семьи собственника , расположенной в в , - ФИО3, вселении его в указанную квартиру, признании за ним права пользования данной квартирой на правах члена семьи собственника помещения, взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей солидарно, взыскании судебных расходов в размере 2 650 рублей. 

В обоснование заявленных требований ФИО1 в письменных заявлениях указала, что ФИО4 приходится отцом ФИО2 и дедом ФИО3 Ранее ФИО4 проживал в собственном доме в . После продажи им принадлежавшего ему дома, он приехал в г.Томск. Деньги, вырученные от продажи недвижимости, отдал ФИО2 Последней на праве собственности принадлежала , расположенная в в . ФИО2 предоставила указанную квартиру ФИО4 для проживания, и тот 25.08.2010 вселился в неё. Впоследствии, ФИО4 узнал, что с 2013 года собственником данной квартиры на основании договора дарения стала его внучка ФИО3 ФИО4 продолжал проживать в указанной квартире и никаких требований в связи со сменой собственника жилого помещения к нему не предъявлялось. Дед и внучка были членами одной семьи. 19.09.2017 в занимаемую ФИО4 квартиру явились ответчики, они выселили его из квартиры, сменили замки на входной двери. В связи с тем, что ФИО4 негде проживать, поскольку жить с дочерью ФИО2 по месту его регистрации он не желает, ФИО4 временно поселился у соседки Л. в квартире № расположенной в том же доме. В результате выселения ФИО4 в возрасте 82 лет вынужден ночевать в кресле-кровати, он с трудом передвигается, не может себя обслуживать. Действиями ответчиков ФИО4 причинен существенный вред, он стал бездомным, у него поднялось давление и он «чуть не умер» от расстройства и обиды.

Извещенный о месте и времени рассмотрения дела истец ФИО4 в судебное заседание не явился, ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявлял.

Суд в соответствии с положениями ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца с участием его представителя ФИО1

Ранее в судебном заседании, состоявшемся 25-31.10.2017, истец ФИО4 пояснял, что проживал в . Свой дом и хозяйство он продал и переехал в г.Томск к жене, которая на тот момент болела и проживала в квартире по адресу: Томск, Данная квартира принадлежала его дочери ФИО2 Последняя вместе с мужем и дочерью (его внучкой) ФИО5 проживали в своей квартире в . Между ним и женой была договоренность о том, что деньги, вырученные от продажи их дома, он разделит между тремя своими детьми, и он отдал их ФИО2 для раздела. Жена умерла через несколько дней после его приезда в г.Томск в больнице. После смерти жены он остался один проживать в спорной квартире. С дочерью и членами ее семьи – зятем, внучкой он в спорной квартире никогда вместе не проживал и членами своей семьи их не считает. За квартиру он не платил, срок проживания в квартире не оговаривал. Зарегистрирован он в , в квартире ФИО2 Последняя предлагала ему переехать и жить вместе с нею в , но он этого не хочет. Считает, что у дочери своя семья и это не его семья, он желает жить один. Его сын также звал его жить к себе, но он тоже не желает переезжать к нему. К дочери в он приезжал раз в месяц в гости. После того как дочь с зятем выгнали его из квартиры № по его забрала к себе жить соседка Л. Она заботится о нем, кормит, убирает, стирает. У Л. очень маленькая квартира и им там тесно.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала по основаниям, указанным в иске. Отмечала, что Конституция РФ гарантирует каждому право на жилище. ФИО4 был вселен в спорную квартиру его дочерью ФИО2, которой на тот момент и принадлежало данное жилое помещение. После смены собственника объекта недвижимости ФИО4 сохранил право проживания в данной квартире. Однако, после того как отношения с дочерью испортились в связи с тем, что ФИО4 написал на нее заявление в полицию о том, что ФИО2 отбирает у него пенсию, ответчики решили продать квартиру, и выселили из нее истца. Отмечала, что отстаивая право ФИО4 на проживание в спорной квартире, они вынуждены нарушить права собственника данного жилого помещения, поскольку нельзя не ущемляя прав одного лица, защитить права другого. Указывала, что ФИО4 вселился в спорную квартиру на правах члена семьи собственника, при этом закон не требует ведения совместного хозяйства с собственником квартиры. Дед и внучка три года вместе жили в одной квартире. Полагала, что данный случай является исключительным и ФИО4 должен быть признан членом семьи собственника спорного жилого помещения, подлежит вселению в эту квартиру и за ним должно быть признано право дожить свою жизнь до конца в указанной квартире. Поскольку ответчики являются небедными людьми, имеют в собственности помимо спорной квартиры еще одну квартиру и жилой дом, не нуждаются в деньгах, то при удовлетворении иска на ответчика должна быть возложена обязанность не продавать спорную квартиру. Отмечала, что стороной ответчика не представлено доказательств того, что нынешний собственник квартиры - ФИО3 имеет свою семью, и соответственно последняя не претерпит значительного ущерба, если позволит деду дожить свою жизнь в спорной квартире. В случае создания ФИО3 своей семьи она может жить в квартире в , а ФИО2 в принадлежащем ей жилом доме. 

Указывала, что действиями ответчиков по выселению истца из квартиры последнему причинен моральный вред, выразившийся в унижении его чести и достоинства; ФИО4 претерпевал обиду, стресс, ощущение никчемности, отсутствие жилья, вынужден проживать у соседки Л., которая о нем заботится, стирает, убирает, готовит. Отмечала, что компенсацию морального вреда ФИО4 оценивает в размере 50 000 рублей, при этом указанная сумма не является для ответчиков значительной и подлежит взысканию в солидарном порядке. Просила иск удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании предъявленный к ней иск не признала. Поясняла, что ее отец ФИО4 приехал к ней из по ее звонку за неделю до смерти её матери и соответственно его (ФИО4) жены. После похорон ФИО4 заявил, что он приехал к ней (ФИО2) жить, а свой дом и хозяйство он продал. Она зарегистрировала ФИО4 в принадлежащей ей на праве собственности трехкомнатной квартире в , где они стали проживать все вместе вчетвером, включая ФИО4 Последнему для проживания была предоставлена маленькая комната дочери, а та была переселена в зал. О том, что у них в собственности имеется квартира по адресу: Томск, ФИО4 изначально не было известно. Впоследствии ему показали данную квартиру и сообщили, что когда ФИО3 исполнится 18 лет, она переедет в данную квартиру и будет в ней жить. ФИО4 познакомился с соседкой из , Л., и в течении двух – трех лет ездил к ней в гости общаться. Л. также приезжала к ним в гости в . Кроме того, они (ФИО4 и Л.) вдвоем ездили в родную деревню ФИО4 в . Вначале, уезжая к Л. в гости, ФИО4 находился непосредственно у нее в квартире № . Затем она заметила, что пропали ключи от квартиры № Поехав в дом по , она в принадлежащей ФИО3 квартире № обнаружила отца и Л. Отец объяснил свой поступок тем, что Л. захотела помыться. ФИО4 запретили посещать квартиру № пояснив, что она предназначена для их дочери ФИО3 Однако ФИО4, сделав дубликат ключей, стал посещать данную квартиру без разрешения. Дочь начала жаловаться, что дед самовольно приходит в квартиру, не пускает ее. Она (ФИО2) с мужем стали забирать отца из дома по к себе в квартиру в , но тот, прожив неделю –две, вновь уезжал к Л., через три - четыре дня они снова забирали его от Л. домой в , но тот через некоторое время опять уезжал к Л. Иногда ФИО4 не соглашался уезжать с ними в и оставался у Л. Указанное продолжалось около полутора лет. В ФИО4 оставлял беспорядок, бутылки из-под спиртного, прожег стол, испортил шторы, диван пропах аммиаком, он стал ходить в туалет прямо в комнате, в том числе и на стены. Последние полтора-два года стали невыносимыми. ФИО4 стал кричать на ФИО3, не пускать ее в квартиру, стал говорить, что это его жилье, и что он никуда не уедет. Возник конфликт. ФИО4 предлагали решить этот вопрос. Он соглашался с тем, что они (ФИО6) самые близкие для него люди, ехал к ним домой, когда она (ФИО2) его об этом просила, но все равно возвращался к Л. Они вынуждены были сменить замок на двери квартиры №. После смены замка, она уговаривала отца поехать жить к ней в квартиру в , однако Л. позвала ФИО7 в свою квартиру №, а после того как он зашел туда, закрыла за ним дверь и более она (ФИО2) отца не видела. Настаивала на том, что отец попал под полное влияние Л. Отмечала, что ранее пенсию отец получал в , но затем совместно с Л. перевел ее в г.Томск. Настаивала на том, что никогда не предоставляла ФИО4 спорную квартиру для проживания, а он посещал ее самовольно. Отрицала факт того, что когда-либо забирала у отца пенсию или била его. Поясняла, что они с мужем имели достаточный доход от бизнеса, чтобы не нуждаться. Указывала, что желает, чтобы отец жил вместе с ней в квартире в , где у него есть своя комната, при этом она бы ухаживала за ним. Просила в иске отказать. 

В ходе судебного заседания ответчиком ФИО2 неоднократно предлагалось истцу ФИО4 переехать к ней в № расположенную в , однако ФИО4 отказывался переезжать. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск не признала. Поясняла, что ФИО4 приходится ей дедом. Членом ее семьи ФИО4 не является. Квартира № в в принадлежит ей на праве собственности. Ни ее родители, ни она сама не вселяли ФИО4 в данную квартиру, не разрешали ему там проживать. Никогда она вместе с ФИО4 в спорной квартире вместе не проживала. Дед самовольно в ее отсутствие проникал в квартиру, открывая дверь дубликатом ключей, в результате чего она не могла попасть в квартиру. ФИО4 с Л. могли обругать ее, не пускать в квартиру. Она звонила родителям в , те приезжали и забирали деда. Если она оставалась ночевать в квартире, то ФИО4 в это время всегда был либо в , либо у соседки Л., что было слышно через стенку. Из-за посещений квартиры ФИО4 та постепенно стала приходить в упадок. Появились клопы, ФИО4 в силу возраста не всегда успевал дойти до туалета и мог справить нужду по дороге в туалет, на стену или прямо на диван. Находиться в квартире стало невозможно из-за запаха мочи. Квартире потребовался ремонт, и им пришлось менять обои и пол, потому, что от стен и пола исходил запах мочи. Считала, что она не обязана предоставлять деду для проживания принадлежащую ей квартиру. Просила в иске отказать. 

Представитель ответчиков адвокат Дурова В.В. полагала иск не подлежащим удовлетворению. Отмечала, что собственник спорного жилого помещения ФИО3 своего деда на правах члена своей семьи в квартиру не вселяла, вместе с дедом в квартире не проживала. Отмечала, что из пояснений ФИО4 следует, что он не считает семью ФИО6 своей семьей, но тем не менее, заявляет требование о признании его членом семьи ФИО3 и настаивает на том, чтобы он жил в спорной квартире один. Вместе с внучкой он не жил, однако для признания членом семьи внучки требуется совместное проживание и ведение общего хозяйства. Полгала, что ФИО4 ответчики не лишали права на жилье, поскольку права проживания у него в спорной квартире не было. Просила в иске отказать. 

Заслушав пояснения сторон, допросив свидетелей, изучив все представленные суду доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что заявленные требования удовлетворению не подлежат. При этом суд исходит из следующего:

Из пояснений сторон следует и никем не оспаривается, что истец ФИО4 приходится отцом ответчику ФИО2 и дедом ФИО3

Согласно договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ, К. и ФИО2 подарили, а ФИО3 приняла в дар однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

В соответствии с выпиской из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ № квартира по адресу: принадлежит на праве собственности ФИО3 с 02.08.2013.

С учетом изложенного суд считает установленным, что до 01.08.2013 спорная квартира принадлежала К. и ФИО2, а с 02.08.2013 принадлежит на праве собственности ФИО3

Стороной истца заявлены требования о: признании ФИО4 членом семьи собственника жилого помещения ФИО3, вселении его в спорную квартиру и признании права пользования ею на правах члена семьи собственника; взыскании компенсации морального вреда.

Согласно положениям ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Из ст. 30 Жилищного кодекса РФ следует, что собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом. Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом.

Статья 31 Жилищного кодекса РФ предусматривает права и обязанности граждан, проживающих совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении. Так, к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи. Члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» вопрос о признании лица членом семьи собственника жилого помещения судам следует разрешать с учетом положений ч. 1 ст. 31 ЖК РФ, исходя из следующего:

а) членами семьи собственника жилого помещения являются проживающие совместно с ним в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Для признания названных лиц, вселенных собственником в жилое помещение, членами его семьи достаточно установления только факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении и не требуется установления фактов ведения ими общего хозяйства с собственником жилого помещения, оказания взаимной материальной и иной поддержки;

б) членами семьи собственника жилого помещения могут быть признаны другие родственники независимо от степени родства (например, бабушки, дедушки, братья, сестры, дяди, тети, племянники, племянницы и другие) и нетрудоспособные иждивенцы как самого собственника, так и членов его семьи, а в исключительных случаях иные граждане (например, лицо, проживающее совместно с собственником без регистрации брака), если они вселены собственником жилого помещения в качестве членов своей семьи. Для признания перечисленных лиц членами семьи собственника жилого помещения требуется не только установление юридического факта вселения их собственником в жилое помещение, но и выяснение содержания волеизъявления собственника на их вселение, а именно: вселялось ли им лицо для проживания в жилом помещении как член его семьи или жилое помещение предоставлялось для проживания по иным основаниям (например, в безвозмездное пользование, по договору найма). Содержание волеизъявления собственника в случае спора определяется судом на основании объяснений сторон, третьих лиц, показаний свидетелей, письменных документов (например, договора о вселении в жилое помещение) и других доказательств (статья 55 ГПК РФ).

При этом необходимо иметь в виду, что семейные отношения характеризуются, в частности, взаимным уважением и взаимной заботой членов семьи, их личными неимущественными и имущественными правами и обязанностями, общими интересами, ответственностью друг перед другом, ведением общего хозяйства.

Таким образом, из анализа вышеприведенных правовых норм следует, что для признания лица членом семьи собственника жилого помещения помимо прочего необходимо установление факта совместного проживания такого лица с собственником в принадлежащем ему жилом помещении.

Из пояснений стороны ответчиков следует, что ФИО4 был вселен для постоянного проживания в принадлежащую ФИО2 квартиру . Спорная квартира в г.Томске ФИО4 для проживания никогда не предоставлялась, и он пребывал в ней самовольно. 

Допрошенный в качестве свидетеля К. показал, что ФИО4 приходится ему тестем. Тот приехал к ним в г.Томск за несколько дней до смерти своей жены, которая находилась в г.Томске. После похорон тещи выяснилось, что ФИО4 продал принадлежащий ему дом. ФИО4 поселили в принадлежащей им квартире по адресу: . В последствии ФИО4 также показали находящуюся в их собственности квартиру и сказали, что эта квартира предназначена для проживания их дочери. ФИО4 человек общительный и в один из приездов в квартиру № он познакомился с соседкой из квартиры № Л. Стал ездить к ней в гости. Затем пропали ключи от № квартиры. Когда он (К.) с женой приехал в эту квартиру, то обнаружил там ФИО4 вместе с Л. С ФИО4 был составлен разговор и забрали его домой в . ФИО4 стал утаивать отношения с Л., разговаривать с ней по телефону тайком на балконе. До 2016 года ФИО4 проживал в , потом он стал уезжать к Л., сделал дубликат ключей от № квартиры и стал заходить в квартиру самовольно. В квартире появились бутылки, грязь. Дочь – ФИО3 стала жаловаться. Они забирали ФИО4 домой, но тот все равно уезжал к Л. ФИО4 говорил ему (К.), что любит Л., что только сейчас узнал жизнь. Он ездил вместе с ней к себе на родину, где представлял Л. своей женой. Постепенно квартира № приходила в упадок, .... ФИО4 вместе с Л. могли не пускать дочь в квартиру, кричали на нее, ругались, ФИО4 говорил, что это его квартира. ФИО4 предупреждали, что они сменят замок, и когда приехали его менять, то Л. вызвала полицию. Отмечал, что квартира № никогда не предоставлялась ФИО4 для проживания. ФИО3 с ФИО4 никогда вместе не проживали в указанной квартире. ФИО4 лишь периодически бывал в спорной квартире, а преимущественно находился в квартире № у Л. Его вещи находятся в квартире в . 

Допрошенная в качестве свидетеля Т. показала, что ФИО4 приходится отцом ФИО2 После приезда его в г.Томск, его поселили в квартире ФИО2 в комнате ее дочери. Она часто бывала в гостях у ФИО2 и видела там ФИО4, однако в последний год она ФИО4 не видела.

Допрошенная в качестве свидетеля И. показала, бывает в гостях у ФИО2 несколько раз в год. После смерти матери ФИО2 её отец приехал к ним жить. Его поселили в квартире ФИО6 в в маленькой комнате. Там находятся его вещи. Когда она приезжала в гости к ФИО6, то всегда видела в квартире или в их доме ФИО4 Знает, что у ФИО4 есть подруга, которая живет в Томске по в . 

Допрошенная в качестве свидетеля П. показала, что Л. приходится ей теткой. Последняя с 2010 года проживает в квартире №, а ФИО4 – с согласия родственников проживал в квартире . Л. и ФИО4 находятся в дружеских отношениях, вместе питаются, он дает ей деньги на продукты, она его обслуживает. Когда она (П.) приезжала в гости к Л., то с ФИО4 они всегда общались в квартире Л., а в его (ФИО4) квартире она была только один раз. После выселения ФИО4 из он живет у Л., комната у нее маленькая и им неудобно.

Допрошенная в качестве свидетеля З. показала, что проживает в квартире в . ФИО4 знает с 2010 года. Л. заботится о нем, варит кашу. Она (З.) часто видела ФИО4 в квартире № вместе с Л., при этом тот говорил, что живет в , а его «бабушка» в . С дочерью и внучкой у ФИО4 натянутые отношения.

Допрошенная в качестве свидетеля К. показала, что проживает в квартире в . ФИО4 проживает в квартире, расположенной у нее за стенкой вместе с женщиной, но при этом у него есть отдельная от соседки квартира. За ФИО4 ухаживает соседка, а дочь приезжала к нему только в день пенсии. Дочь и внучка за ФИО4 не ухаживали.

Допрошенная в качестве свидетеля Л. показала, что с мая 2010 года проживает в квартире После ее переезда к ней в квартиру пришел ФИО4 помочь с вещами. Он проживал в , куда его поселила дочь. На каком основании он там проживал, ей не известно. Совместно с дочерью и ее семьей ФИО4 в квартире № никогда не жил, он всегда жил один. Дочь его забирала на некоторое время к себе, но он потом возвращался в № квартиру. ФИО4 питался у нее (Л.), а ночевал в квартире №. Данная квартира принадлежит внучке ФИО4 – ФИО3 Свой паспорт ФИО4 хранил у нее (Л.), т.к. она говорила ему, что его родственники хотят его выписать. Пенсию ФИО4 перевел из в по ее подсказке. С августа 2017 начались скандалы между ФИО4 и родственниками, а потом они его выселили, и он поселился у нее. Однако у нее маленькая квартира и им неудобно. К дочери или другим своим детям ФИО4 переселяться не желает. 

Допрошенная в качестве свидетеля Г. показала, что является риэлтором и на основании договора с ФИО3 занимается продажей принадлежащей ей квартиры по адресу: . Квартира была в плачевном состоянии. Стоял запах ..., ФИО3 каждый раз перед показом квартиры мыла всю квартиру с моющим средством, но запах не проходил, и пропал только после ремонта. Мебель вся была старая на вынос: диван, стол, стенка, кухня (она же прихожая), стоял стул с грудой вещей. Был случай, что во время показа квартиры их окружили женщины, одна из них – Л. была агрессивно настроена, кричала на ФИО3 и на нее Г., что бы не продавали квартиру, а покупателям говорили, чтобы они не покупали данную квартиру т.к. там клопы.

Суд при разрешении спора по существу также принимает во внимание вышеприведенные показания свидетелей, поскольку они последовательны, не противоречат другим представленным в дело доказательствам. 

Анализируя вышеприведенные показания свидетелей, суд отмечает следующее: из показаний свидетелей К., Т., И. следует, что для проживания ФИО4 была предоставлена квартира, расположенная в ; из показаний свидетелей П., З., К. и Л. следует, что ФИО4 фактически проживал в квартире один. Таким образом, из показаний всех свидетелей не следует, что ФИО4 был вселен в спорную квартиру для совместного проживания с собственном данного жилого помещения в качестве члена семьи собственника. 

Более того из пояснений самого истца ФИО4, данных им в судебном заседании, прямо следует, что в спорную квартиру №, принадлежавшую ФИО2, он вселился с разрешения последней, срок проживания не оговаривался, за квартиру собственнику он не платил, всегда проживал в спорной квартире только один. Его дочь ФИО2 с мужем и дочерью (его внучкой) ФИО3 проживали в отдельной принадлежащей им квартире. Вместе с дочерью и внучкой он в спорной квартире никогда не проживал. Семью дочери и внучки своей семьей не считает, и жить вместе с ними не желает. 

При этом суд отмечает, что утверждения представителя истца З. об обратном, а именно о том, что ФИО4 проживал в спорной квартире вместе с ответчиком ФИО3, прямо противоречат пояснениям самого истца. 

Суд также не принимает доводы представителя истца о том, что указанный случай является исключительным в соответствии с положениями ст. 31 ЖК РФ, поскольку они основаны на неверном толковании норм действующего законодательства.

Также суд не принимает и доводы стороны истца о том, что возможно защитить права истца лишь путем нарушения прав ответчика – собственника жилого помещения, как противоречащие действующему законодательству.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что требования ФИО4 о признании его членом семьи собственника спорной квартиры - ФИО3, вселении в указанную квартиру и признании за ним права пользования названной квартирой на правах члена семьи собственника, не имеют под собой ни фактических, ни юридических оснований, а потому удовлетворению не подлежат. 

При этом требований о признании за истцом права пользования спорным жилым помещением на иных основаниях не заявлялось, и судом не рассматривалось.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд исходит из следующего:

Статья 151 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Заявляя требования о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда, сторона истца в качестве оснований такой компенсации ссылается на действия ответчиков по выселению ФИО4 из жилого помещения, в результате чего он претерпевает моральные и нравственные страдания.

Однако, поскольку суду не представлено в соответствии с положениями ст. 56-57 ГПК РФ доказательств того, что ФИО4 ранее был вселен и проживал в спорной квартире именно на правах члена семьи собственника жилого помещения, суд приходит к выводу о том, что смена собственником квартиры замка на входной двери и таким образом препятствие проникновению в квартиру иным лицам, в том числе и ФИО4, не свидетельствуют о лишении члена семьи собственника данного жилого помещения права пользования им. 

Более того, ст. 151 ГК РФ предусматривает возможность компенсации морального вреда действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающими на нематериальные блага. Право пользования жилым помещением к личным неимущественным правам или нематериальным благам не относится.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда не имеется.

В соответствии с ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Поскольку выше судом в удовлетворении требований истцу отказано, оснований для взыскания судебных расходов с ответчиков в пользу истца не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

ФИО4 в удовлетворении исковых требований, предъявленных к ФИО2 и ФИО3 о признании членом семьи собственника квартиры №, расположенной в доме , - ФИО3, вселении в указанную квартиру, признании права пользования названной квартирой на правах члена семьи собственника, взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей солидарно, взыскании судебных расходов, - отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Томский областной суд через Советский районный суд г.Томска в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий – 

судья Советского районного суда г.Томска

Томской области С.Н. Панфилов