ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

24 мая 2021 года город Казань 

Суд с участием присяжных заседателей Верховного Суда Республики Татарстан в составе:

председательствующего Салихова И.З.,

присяжных заседателей,

при секретарях Сайфутдиновой Ч.И., Ярусовой А.П.,

с участием государственного обвинителя - прокурора отдела прокуратуры Республики Татарстан Файрушина Р.Р.,

подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО3,

адвокатов Шариповой Э.Б., Ларионова М.Ю., Замятиной М.В.,

потерпевших ЯИГ, КНМ, ИВЗ, ШАА, представителя потерпевшего ТЛА,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Республики Татарстан уголовное дело в отношении

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

адрес> Республики Татарстан, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного и проживавшего по адресу: 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «ж» ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ; 

ФИО2, 

<

дата> года рождения, уроженца д. 

<

адрес> ТАССР, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживавшего по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> судимого: 22 сентября 1995 года Сармановским районным судом Республики Татарстан по ч. 2 ст. 144, ч. 2 ст. 148.1, ст. 40 УК РСФСР к 4 годам лишения свободы; 30 сентября 1995 года Сармановским районным судом Республики Татарстан по ч. 3 ст. 117, ч. 3 ст. 40 УК РСФСР (с последующими изменениями) к 8 годам лишения свободы. Постановлением Приволжского районного суда г. Казани 30 июня 2000 года освобожден условно-досрочно на 2 года 7 месяцев 1 день; 23 мая 2001 года Сармановским районным судом Республики Татарстан по ст. 119, п.п. «б», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 3 ст. 69, ст. 70 УК РФ (с последующими изменениями) к 4 годам 6 месяцам лишения свободы. Постановлением Приволжского районного суда г. Казани 21 апреля 2005 года освобожден условно-досрочно на 1 год 11 месяцев 2 дня; 13 декабря 2006 года Сармановским районным судом Республики Татарстан по ч. 1 ст. 139, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 69, ст. 70 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы; 11 января 2007 года Сармановским районным судом Республики Татарстан по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 5 ст. 69 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, освободившегося 10 июня 2011 года по отбытию срока наказания; 16 июля 2014 года Сармановским районным судом Республики Татарстан по ч. 3 ст. 162 УК РФ (с последующими изменениями) к 7 годам 4 месяцам лишения свободы. Постановлением Приволжского районного суда г. Казани 30 апреля 2019 года освобожден условно-досрочно на 1 год 4 месяца 29 дней, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «ж» ч. 2 ст. 105, ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж» ч. 2 ст. 105, ч. 1 ст. 139, п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ;

Фартдинова Сирина Атласовича, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

адрес> РСФСР, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного и проживавшего по адресу: 

<

адрес>, образование средне-специальное, не женатого, имеющего 2 малолетних детей и статус самозанятого лица, отбывающего наказание в виде лишения свободы, судимого: 25 января 2013 года Сармановским районным судом Республики Татарстан по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 7 годам лишения свободы, освободившегося по отбытию наказания 17 октября 2019 года; 17 декабря 2019 года мировым судьей судебного участка № 1 по Сармановскому судебному району Республики Татарстан по ч. 1 ст. 139 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием 15% заработка в доход государства, с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком на 6 месяцев; 16 июня 2020 года Альметьевским городским судом Республики Татарстан по ч. 1 ст. 158, ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 161 УК РФ, ч. 2 ст. 69, ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ к 1 году 11 месяцам лишения свободы; 23 октября 2020 года Сармановским районным судом Республики Татарстан по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ, ч. 5 ст. 69 УК РФ к 2 годам лишения свободы, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 139 УК РФ, п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 314.1 УК РФ, 

УСТАНОВИЛ:

Вердиктом коллегии присяжных заседателей признаны виновными: ФИО1 и ФИО2 в совершении ими по предварительному сговору группой лиц убийства ЯГА и покушении на убийство ШАА; ФИО2 и ФИО3 в незаконном проникновении в жилище ИВЗ против его воли и согласия; а также ФИО2 и ФИО3 в совершении ими по предварительному сговору группой лиц тайного хищения (кражи) имущества ИВЗ на общую сумму 6 360 рублей, причинившего значительный ущерб потерпевшему; ФИО3 в неоднократном несоблюдении лицом, в отношении которого установлен административный надзор, установленных судом в соответствии с федеральным законом ограничения или ограничений, сопряженного с совершением административного правонарушения, посягающего на общественный порядок и общественную безопасность. 

Преступления совершены в 

<

адрес> при следующих обстоятельствах:

11 августа 2012 года в период с 18 часов 00 минут до 22 часов 45 минут в квартире ЯГА 

<

адрес> 

<

адрес> Республики Татарстан в ходе совместного распития спиртных напитков между ФИО1 и ФИО2 с одной стороны, и ЯГА и ШАА с другой стороны, из-за высказываний ЯГА, которые ФИО1 посчитал оскорбительными, возникла ссора, в ходе которой ФИО1 и ФИО2, находящиеся в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, на почве личных неприязненных отношений, действуя по предварительному сговору группой лиц, с целью лишения жизни нанесли ЯГА и ШАА со значительной силой каждый не менее 5 ударов руками и ногами по голове, туловищу, верхним и нижним конечностям каждого из потерпевших; затем ФИО1 и ФИО2, действуя поочередно, каждый со значительной силой нанесли каждому из потерпевших не менее двух ударов металлической сковородкой (утятницей) по голове, и совместно опрокинули на голову ШАА кресло, после чего ФИО1 убежал из квартиры, а ФИО2 был доставлен в полицию. 

После того, как ФИО2 вышел из полиции и встретился с ФИО1, они вновь пришли в указанную квартиру, где в период с 23 часов 45 минут 11 августа 2012 года до 8 часов 12 августа 2012 года продолжили с целью лишения жизни избиение ЯГА и ШАА руками и ногами по голове, туловищу, верхним и нижним конечностям.

В общей сложности ФИО1 и ФИО2 нанесли руками, ногами, а также металлической сковородкой (утятницей) не менее 10 ударов по голове, туловищу и конечностям ЯГА, и не менее 10 ударов руками, ногами, а также металлической сковородкой (утятницей) по голове, туловищу и конечностям ШАА, при этом совместными и согласованными действиями ФИО1 и ФИО2 ЯГА были причинены телесные повреждения в области головы: внутричерепная травма: множественные ушибленные раны лица, множественные ссадины, кровоподтеки лица, кровоподтеки ушных раковин и правой заушной области; обширные очаги кровоизлияний в мягкие ткани волосистой части головы; очаги ушибов мягкой мозговой оболочки, кровоизлияние под мозговые оболочки обоих больших полушарий головного мозга и мозжечка; в области грудной клетки: множественные переломы 3-12 ребер справа с разрывами пристеночной плевры, сквозные ранения купола диафрагмы справа отломками ребер; множественные кровоподтеки, ссадины и царапины грудной клетки и живота; очаговые кровоизлияния в мягкие ткани грудной клетки; кровотечение в правую плевральную полость (150 мл) и подкожная эмфизема правой половины грудной клетки; в области живота: слепые ранения печени отломками ребер; кровоизлияние в брюшную полость (75 мл). Вышеуказанные телесные повреждения причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинной связи со смертью. Также ЯГА были причинены другие телесные повреждения в виде множественных кровоподтеков верхних конечностей, области гребня подвздошной кости справа, тазобедренного сустава справа, не причинившие вреда его здоровью; ШАА были причинены телесные повреждения в области головы: закрытая черепно-мозговая травма с ушибом головного мозга средней степени тяжести, образованием пластинчатой субдуральной гематомы справа, внутримозговой гематомы височной доли справа; закрытого перелома суставного отростка нижней челюсти справа со смещением, множественных ушибов мягких тканей и гематом лица, ушибленной раны подбородочной области, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; а также в области грудной клетки: тупая травма грудной клетки с переломом 6, 7, 8, 9 ребер справа; множественные ушибы мягких тканей тела, ушиба передней стенки живота, причинившие средней тяжести вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья сроком более 3-х недель.

После совершения указанных противоправных действий ФИО1 и ФИО2, убедившись, что ЯГА и ШАА не подают признаков жизни, с места преступления скрылись. В результате действий ФИО1 и ФИО2 ЯГА был лишен жизни на месте преступления, а преступные действия ФИО1 и ФИО2, направленные на убийство ШАА, не были доведены до конца по независящим от них обстоятельствам, поскольку потерпевший ШАА после примененного в отношении него насилия потерял сознание, в связи с чем ФИО1 и ФИО2 прекратили свои противоправные действия, полагая, что их цель в виде причинения смерти ШАА достигнута, а в дальнейшем потерпевшему ШАА была своевременно оказана квалифицированная медицинская помощь, в результате чего он остался жив. 

Кроме того, 22 марта 2020 года в период с 10 часов до 17 часов 30 минут ФИО2, ФИО3 и другое лицо, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи с его смертью, находясь в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, по заранее обдуманному и согласованному между собой плану проникли на придомовую территорию принадлежащего ИВЗ 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес>, а затем, нарушив предусмотренные ст. 25 Конституции Российской Федерации права граждан на неприкосновенность жилища, они незаконно проникли в жилой 

<

адрес> против воли и согласия проживающего в нем ИВЗ, при этом ФИО2, вырвав фанеру, выполняющую функцию стены веранды, проник внутрь дома и открыл входную дверь дома с внутренней стороны, через которую внутрь дома проник также ФИО3 

Далее, в этот же день и период времени, ФИО2, ФИО3 и другое лицо, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи с его смертью, будучи в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, находясь в доме ИВЗ, расположенного по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, вступили между собой в предварительный сговор на хищение принадлежащего ИВЗ имущества, и по согласованному друг с другом плану, воспользовавшись отсутствием ИВЗ и его разрешения, похитили принадлежащие ему вещи: ручную электрическую дисковую пилу «Интерскол» ДП – 190/1600М стоимостью 1500 рублей, электрический перфоратор «Штурм» стоимостью 2500 рублей, электрический рубанок РЭ-1000 «Калибр» стоимостью 500 рублей, электрическую дрель-перфоратор «Full Tech» стоимостью 500 рублей, 2 отвертки на сумму 160 рублей, пассатижи «Staver» стоимостью 200 рублей, электрическую бритву «Агидель» 16 АС стоимостью 1 000 рублей, после чего с похищенным скрылись с места происшествия, причинив ИВЗ значительный материальный ущерб на общую сумму 6 360 рублей.

Кроме того, решением Зеленодольского городского суда Республики Татарстан от 11 июля 2019 года ФИО3, отбывавшему за совершение особо тяжкого преступления наказание в виде 7 лет лишения свободы, и признанному злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания, был установлен сроком на 3 года административный надзор со следующими ограничениями: запрещение посещения мест, осуществляющих торговлю спиртосодержащей продукцией в розлив; запрещение пребывания вне жилого или иного помещения, не являющегося местом жительства или пребывания с 22 часов 00 минут до 6 часов 00 минут следующих суток, если это время не связано с трудовой деятельностью (при официальном трудоустройстве); обязательная явка два раза в месяц в органы внутренних дел по месту жительства или пребывания для регистрации. После отбытия наказания и освобождения из мест лишения свободы ФИО3 21 октября 2019 года как поднадзорное лицо был поставлен на учет по месту пребывания по адресу: 

<

адрес>, под роспись предупрежден об административной ответственности по ст.19.24 КоАП РФ за «Несоблюдение административных ограничений и невыполнение обязанностей, устанавливаемых при административном надзоре» и уголовной ответственности по ст. 314.1 УК РФ за «Уклонение от административного надзора», а также ФИО3 была установлена обязанность являться на регистрацию в 

<

данные изъяты> первый и третий вторник месяца с 8 часов 00 минут до 18 часов 00 минут, в связи с чем сотрудниками 

<

данные изъяты> осуществлялся административный надзор, то есть контроль за исполнением ФИО3 обязанностей, предусмотренных Федеральным законом от 06 апреля 2011 года № 64-ФЗ «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы» (далее по тексту Федеральный закон). Однако ФИО3, несмотря на установленные ограничения и письменные предупреждения, в период с 1 марта 2020 года по 8 апреля 2020 года неоднократно не соблюдал административные ограничения и ограничения, установленные ему судом в соответствии с федеральным законом, и совершил административное правонарушение, посягающее на общественный порядок и общественную безопасность, а именно:

1 марта 2020 года ФИО3 без уважительной причины нарушил установленные судом временные ограничения его прав и свобод, не имея на то законных оснований, предусмотренных Федеральным законом, разрешающих пребывание поднадзорного лица вне жилого помещения, являющегося местом пребывания, убыл с места пребывания по адресу: 

<

адрес> неизвестном направлении, в 22 часа 10 минут по указанному адресу не проживал, свое местонахождение от сотрудников полиции скрывал, тем самым самовольно оставил место пребывания, уклонившись, таким образом, от административного надзора. В связи с этим 3 марта 2020 года ФИО3 судом был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 19.24 КоАП РФ; 

17 марта 2020 года ФИО3 без уважительной причины нарушил установленные судом временные ограничения его прав и свобод, не имея на то законных оснований, предусмотренных Федеральным законом, разрешающих пребывание поднадзорного лица вне жилого помещения, являющегося местом пребывания, убыл с места пребывания по адресу: 

<

адрес>, в кафе «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, в 2 часа 20 минут 17 марта 2020 года по месту пребывания не проживал, свое местонахождение от сотрудников полиции скрывал, тем самым самовольно оставил место пребывания, уклонившись, таким образом, от административного надзора. В связи с этим 20 марта 2020 года ФИО3 судом был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 19.24 КоАП РФ. 

17 марта 2020 года ФИО3 нарушил установленные судом временные ограничения его прав и свобод, не имея на то законных оснований, предусмотренных Федеральным законом, обязывающих его согласно графику прибытия поднадзорного лица на регистрацию в первый и третий вторник месяца с 8 часов до 18 часов, без уважительной причины не явился согласно графику прибытия поднадзорного лица на регистрацию в 

<

данные изъяты> по адресу: 

<

адрес>, уклонившись таким образом от административного надзора. В связи с этим 20 марта 2020 года ФИО3 судом был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 19.24 КоАП РФ; 

8 апреля 2020 года ФИО3 без уважительной причины нарушил установленные судом временные ограничения его прав и свобод, не имея на то законных оснований, предусмотренных Федеральным законом, разрешающих пребывание поднадзорного лица вне жилого помещения, являющегося местом пребывания, убыл с места пребывания по адресу: 

<

адрес> продуктовый магазин «

<

данные изъяты>» по адресу: 

<

адрес>, в 22 часа 05 минут по указанному адресу не проживал, свое местонахождение от сотрудников полиции скрывал, тем самым самовольно оставил место пребывания, уклонившись, таким образом, от административного надзора. 

При этом 8 апреля 2020 года в 22 часа 05 минут ФИО3, находясь в общественном месте – возле магазина «Пятерочка» по адресу: 

<

адрес>, в состоянии алкогольного опьянения, совершил административное правонарушение, посягающее на общественный порядок и общественную безопасность. В связи с этим 10 апреля 2020 года ФИО3 судом был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей 20.21 КоАП РФ.

Тем самым, в период с 1 марта 2020 года по 8 апреля 2020 года ФИО3, являющийся лицом, в отношении которого установлен административный надзор, действуя с прямым умыслом, будучи предупрежденным об административной ответственности по ст. 19.24 КоАП РФ за несоблюдение административных ограничений и невыполнение обязанностей, устанавливаемых при административном надзоре, и уголовной ответственности по ст. 314.1 УК РФ за уклонение от административного надзора, неоднократно не соблюдал административные ограничения и ограничения, установленные ему судом в соответствии с федеральным законом, и совершил административное правонарушение, посягающее на общественный порядок и общественную безопасность. 

Суд действия ФИО1 и ФИО2 по лишению жизни ЯГА квалифицирует по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц по предварительному сговору; 

действия ФИО1 и ФИО2 по покушению на лишение жизни ШАА суд квалифицирует по ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ как покушение на убийство, то есть покушение на умышленное причинение смерти двум лицам, совершенное группой лиц по предварительному сговору;

действия ФИО2 и ФИО3 по нарушению неприкосновенности жилища суд квалифицирует по ч. 1 ст. 139 УК РФ как незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица;

действия ФИО2 и ФИО3 по хищению имущества ИВЗ суд квалифицирует по п.п. «а», «в» части 2 статьи 158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину.

Действия ФИО3 по административному надзору суд квалифицирует по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ как неоднократное несоблюдение лицом, в отношении которого установлен административный надзор, административных ограничения или ограничений, установленных ему судом в соответствии с федеральным законом, сопряженное с совершением данным лицом административного правонарушения, посягающего на общественный порядок и общественную безопасность.

С учетом совокупности всех обстоятельств содеянного ФИО1 и ФИО2, способа лишения жизни потерпевших, количества, характера и локализации телесных повреждений, а также предшествующего преступлению и последующего поведения подсудимых, суд считает доказанным, что ФИО1 и ФИО2 действовали с прямым умыслом, направленным на лишение жизни ЯГА и ШАА При этом суд учитывает также количество нападавших, интенсивность и количество ударов, используемый при нападении предмет, обладающий высокой травмирующей способностью – чугунная утятница, нанесение со значительной силой ударов обутыми ногами и утятницей, область примененного насилия – жизненно важные органы человека (голова, области груди и живота), в целом длительность, а также повторность избиения потерпевших после пресечения действий подсудимых сотрудником полиции, тяжесть причиненных телесных повреждений и наступивших последствий нападения в виде быстрого наступления смерти от причиненных телесных повреждений одного из потерпевших непосредственно на месте нападения, и в виде закрытой черепно-мозговой травмы и потери сознания другим потерпевшим, который проходил длительное лечение в условиях стационара, также с очевидностью свидетельствуют о наличии прямого умысла, направленного на лишение жизни потерпевших. При этом само по себе отсутствие у подсудимых высказываний угроз убийством не свидетельствует с безусловностью об отсутствии прямого умысла на убийство. Преступление в отношении ШАА не доведено до конца по независящим от воли ФИО1 и ФИО2 обстоятельствам, поскольку потерпевший ШАА после примененного в отношении него насилия, потерял сознание, ФИО1 и ФИО2 прекратили свои противоправные действия, полагая, что их цель в виде причинения смерти ШАА достигнута, однако ШАА была своевременно оказана квалифицированная медицинская помощь, в результате чего он остался жив. 

При таких обстоятельствах являются несостоятельными доводы ФИО1, ФИО2 и их адвокатов об отсутствии умысла на умышленное убийство потерпевших и о возможности квалификации их действий по соответствующим частям и пунктам ст. 111 УК РФ; доводы ФИО2 – об отсутствии умысла на хищение чужого имущества. При этом суд также учитывает, что умысел и форма вины относятся к правовым категориям, тогда как присяжные заседатели в соответствии со своими полномочиями устанавливают доказанность лишь фактических обстоятельств дела. 

Вопреки мнению стороны защиты, квалификации по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ подлежит убийство двух или более лиц, совершенное как одновременно, так и в разное время, при условии, что ни за одно из этих убийств виновный ранее не был осужден. Убийство одного человека и покушение на убийство другого, независимо от последовательности преступных действий, следует квалифицировать по ч. 1 или соответствующим пунктам ч. 2 ст. 105 и по ч. 3 ст. 30 и п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ. По настоящему делу установлено, что ФИО1 и ФИО2 умышленно лишили жизни ЯГА и покушались на убийство ШАА

Согласно примечанию к ст. 158 УК РФ, значительный ущерб гражданину определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее 5 000 рублей.

С учетом требований закона, суд считает, что хищением имущества на сумму 6 360 рублей ИВЗ был причинен значительный ущерб. При этом суд учитывает пояснения самого ИВЗ о том, что ему действительно был причинен значительный ущерб, стоимость и объем похищенного, имущественное положение ИВЗ, который не имеет постоянного места работы и источника дохода, в подсобном хозяйстве не содержит домашний скот и птицу, не выращивает овощные культуры и не является сельхозтоваропроизводителем, не получает стабильно установленные ежемесячную заработную плату, пенсию либо иные виды социальных выплат, в том числе и пособие по безработице, проживает один, не ведет совместного хозяйства и не имеет совокупного дохода с другими членами семьи, самостоятельно оплачивает коммунальные услуги. Как пояснил ИВЗ, он живет за счет случайных заработков, при этом возможность зарабатывания на жизнь связана именно с использованием похищенных у него инструментов, что позволяет суду сделать вывод о большой значимости для него этого похищенного имущества. 

Поэтому суд считает необоснованными и голословными доводы защиты об отсутствии признака причинения значительного ущерба гражданину, при том, что стороной защиты не приведено каких-либо доказательств, опровергающих пояснения потерпевшего в этой части. 

Также не могут быть приняты во внимание доводы стороны защиты по эпизоду убийства и покушения на убийство – об отсутствии у ФИО1 и ФИО2 предварительного сговора на лишение жизни потерпевших, о неприменении утятницы при нанесения ударов, и о том, что ФИО1 и ФИО2 вторично не приходили в квартиру ЯГА, и что ФИО1 лишь ладошкой ударил ЯГА и пару раз пнул по ногам потерпевших; по эпизоду кражи – об отсутствии у ФИО2 предварительного сговора на хищение чужого имущества, - поскольку, согласно ч. 4 ст. 347 УПК РФ, сторонам запрещается ставить под сомнение правильность вердикта, вынесенного присяжными заседателями.

Являются необоснованными и доводы защиты о причастности к совершению преступлений иных лиц, поскольку, согласно ст.ст. 334, 335 УПК РФ, присяжные заседатели разрешают только те вопросы, которые предусмотрены п.п. 1, 2, 4 ст. 299 УПК РФ, то есть только в отношении подсудимых. 

Вердиктом коллегии присяжных заседателей ФИО1 и ФИО2 признаны виновными в том, что они совершили преступление по предварительному сговору между собой; что они по очереди нанесли каждому из потерпевших со значительной силой неоднократные удары руками и ногами по голове, туловищу и конечностям, и не менее двух ударов металлической сковородкой (утятницей) по голове; и что после выхода ФИО2 из полиции, они вновь пришли в квартиру ЯГА, где продолжили избивать потерпевших руками и ногами. Также вердиктом коллегии присяжных заседателей ФИО2 и ФИО3 признаны виновными в том, что кражу имущества ИВЗ они совершил по предварительному сговору между собой и с другим лицом, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи с его смертью.

ФИО3, являясь лицом, в отношении которого установлен административный надзор, 1 марта, дважды 17 марта 2020 года уклонился от административного надзора, и за несоблюдение установленных ему судом административных ограничения или ограничений трижды (3 марта и дважды 20 марта 2020 года) был признан виновным в совершении административных правонарушений, предусмотренных ч. 3 ст. 19.24 КоАП РФ. Кроме того, 8 апреля 2020 года ФИО3 вновь не соблюдал установленные ему судом административные ограничение или ограничения, то есть совершил новое деяние, выразившееся в несоблюдении таких ограничения или ограничений, когда не истекли сроки, в течение которых ФИО3 считался подвергнутым административному наказанию за предыдущие правонарушения, предусмотренные ч. 3 ст. 19.24 КоАП РФ. При этом указанное деяние было сопряжено с совершением ФИО3 административного правонарушения, посягающего на общественный порядок и общественную безопасность, то есть эти действия осуществлялись одновременно во время пребывания лица, в отношении которого установлен административный надзор, вне жилого или иного помещения в запрещенное время суток. В связи с этим 10 апреля 2020 года ФИО3 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 КоАП РФ. 

Обращаясь к личности подсудимых, суд установил следующие обстоятельства. 

ФИО1 не судим, на учете у нарколога и психиатра не состоит, к административной ответственности не привлекался, проходил срочную военную службу в рядах Вооруженных Сил Российской Федерации, по месту жительства характеризуется положительно, на иждивении имеет малолетнего ребенка. 

Суд признает смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами: в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – частичное признание им вины и активное способствование раскрытию преступления и изобличению других соучастников преступления в ходе предварительного следствия; положительные характеристики, состояние здоровья самого ФИО1 и его близких родственников, имеющих ряд заболеваний, а также то, что со времени совершения им преступления в августе 2012 года и до его задержания в мае 2020 года истекло более 7 лет, в течение которых он не совершал каких-либо противоправных действий; в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие малолетнего ребенка. 

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств не имеется.

ФИО2 судим, на учете у нарколога и психиатра не состоит, проходил срочную военную службу в рядах Вооруженных Сил Российской Федерации, по месту жительства в д. 

<

адрес> характеризуется удовлетворительно, по месту отбывания наказания из ФКУ 

<

данные изъяты> УФСИН России по 

<

адрес> характеризуется положительно, по месту жительства в 

<

адрес> характеризуется неудовлетворительно, состоял на профилактическом учете в ОП № 4 «

<

данные изъяты>» УМВД России по г. Казани.

Суд признает смягчающими наказание ФИО2 обстоятельствами: в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – полное признание вины по ч. 1 ст. 139 УК РФ в судебном заседании и частичное признание вины по остальным преступлениям в ходе предварительного следствия, активное способствование раскрытию преступлений и изобличению других соучастников преступлений – по всем эпизодам; положительные характеристики, его возраст, а также состояние его здоровья и имеющиеся заболевания; наличие снисхождения присяжных заседателей по ч. 1 ст. 139 УК РФ. 

В соответствии с п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ по эпизоду убийства и покушения на убийство, совершенного 11-12 августа 2012 года, суд признает смягчающим наказание ФИО1 и ФИО2 обстоятельством противоправность поведения потерпевшего ЯГА, явившегося поводом для преступления. Вместе с тем, по данному эпизоду суд не признает отягчающим наказание ФИО1 и ФИО2 обстоятельством совершение ими преступлений в состоянии алкогольного опьянения, поскольку ч. 1.1 ст. 63 УК РФ введена в действие Федеральным законом N 270-ФЗ от 21 октября 2013 года.

Отягчающим наказание ФИО2 обстоятельством суд в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ признает рецидив преступлений по всем преступлениям, за исключением ч. 1 ст. 139 УК РФ, по которой он присяжными заседателями признан заслуживающим снисхождения.

В соответствии с положениями ч. 1.1 ст. 63 УК РФ в качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО2, суд по эпизоду кражи из дома ИВЗ признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, при этом суд учитывает его личность, в структуре которой выявлена 

<

данные изъяты>, наличие признаков 

<

данные изъяты>, характер и степень общественной опасности, а также обстоятельства совершенного им хищения чужого имущества под воздействием алкоголя, которое способствовало совершению преступления, определило характер посягательства и наступившие последствия. 

ФИО3 судим, на учете у нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства характеризуется положительно, на иждивении имеет малолетних детей.

Суд признает смягчающими наказание ФИО3 обстоятельствами: в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ – признание вины по ч. 1 ст. 139 УК РФ и ч. 2 ст. 314.1 УК РФ в судебном заседании, а также признание вины по всем эпизодам обвинения, активное способствование раскрытию преступлений и изобличению других соучастников преступлений – в ходе предварительного следствия; положительные характеристики, состояние здоровья самого ФИО3 и его близких родственников, имеющих ряд заболеваний, наличие снисхождения присяжных заседателей по ч. 1 ст. 139 УК РФ; в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие 2 малолетних детей. 

Отягчающим наказание ФИО3 обстоятельством суд в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ признает преступлений по эпизоду кражи из дома ИВЗ По ч. 1 ст. 139 УК РФ отягчающих обстоятельств не имеется в связи с признанием присяжными заседателями ФИО3 заслуживающим снисхождения; по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ отягчающих обстоятельств, в том числе рецидива преступлений, также не имеется, поскольку неснятая и непогашенная судимость по приговору от 25 января 2013 года, образующая рецидив преступлений, явилась основанием для установления в отношении ФИО3 административного надзора и наделила его признаками субъекта преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 314.1 УК РФ, что в силу положений ч. 2 ст. 63 УК РФ исключает учет рецидива как обстоятельства, отягчающего наказание. Иных судимостей, дающих основание для признания отягчающим наказание обстоятельством рецидива преступлений, не имеется. 

В соответствии с положениями ч. 1.1 ст. 63 УК РФ в качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО3, суд по эпизоду кражи имущества ИВЗ признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, при этом суд учитывает его личность, характер и степень общественной опасности, а также обстоятельства совершенного им хищения чужого имущества под воздействием алкоголя, которое способствовало совершению преступления, определило характер посягательства и наступившие последствия. 

При назначении наказания суд не применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ: ФИО2 по убийству, покушению на убийство и краже – в соответствии с ч. 3 ст. 62 УК РФ, а также в связи с наличием отягчающих наказание обстоятельств; ФИО1 по убийству и покушению на убийство – в соответствии с ч. 3 ст. 62 УК РФ; ФИО3 по краже – в связи с наличием отягчающих наказание обстоятельств. 

При назначении наказания ФИО2 и ФИО3 по ч. 1 ст. 139 УК РФ суд, с учетом п.п. 33, 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», применяет положения ч. 1 ст. 65 УК РФ, поскольку обвинительным вердиктом коллегии присяжных заседателей ФИО2 и ФИО3 по данному эпизоду признаны заслуживающими снисхождения; при назначении наказания ФИО3 по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ суд применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, в настоящее время ФИО1 каким-либо психическим расстройством не страдает, и не страдал в период, относящийся к инкриминируемым ему деяниям. Мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается. По своему психическому состоянию может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания. По материалам уголовного дела и результатам настоящего освидетельствования данных за алкоголизм и наркоманию нет. В лечении не нуждается (

<

данные изъяты>).

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, в настоящее время у ФИО2 имеются признаки 

<

данные изъяты> в форме 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> в результате употребления алкоголя, синдром 

<

данные изъяты>. Средняя стадия. При настоящем обследовании выявляются легковесность суждений, эгоцентричность, эмоциональная лабильность, недостаточной критики к алкоголизации. Указанные изменения психики не сопровождается психотической симптоматикой, когнитивными нарушениями. Может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, страдал 

<

данные изъяты>. Мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении мер медицинского характера не нуждается. По своему психическому состоянию мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания. Нуждается в лечении от синдрома зависимости от 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>). 

ФИО3 на учете у психиатра не состоит. 

Проверив данные о личности подсудимых ФИО1, ФИО2 и ФИО3, принимая во внимание последовательность воспроизведения ими характера своих действий и поведения иных лиц, активную защиту в суде, а равно выводы экспертной комиссии, сомневаться в которых оснований не имеется, суд приходит к убеждению о вменяемости всех подсудимых в содеянном, и признает ФИО1, ФИО2 и ФИО3 вменяемыми. 

При назначении наказания суд в соответствии с положениями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ, руководствуясь принципом справедливости, учитывает характер и степень общественной опасности преступлений, обстоятельства их совершения и личность виновных, отношение подсудимых к содеянному, обстоятельства, смягчающие и отягчающие (у ФИО2 и ФИО3) наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимых и на условия жизни их семей, а также обстоятельства, в силу которых преступление в отношении потерпевшего ШАА не было доведено до конца. 

При назначении наказания суд в соответствии с указанными статьями, учитывая все конкретные обстоятельства дела и личность виновного, исходя из общих начал назначения наказания, считает, что цели восстановления социальной справедливости, исправления подсудимых и предупреждения совершения ими новых преступлений могут быть достигнуты лишь в условиях их изоляции от общества. Поэтому подсудимым необходимо назначить наказание в виде реального лишения свободы. 

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением ФИО1, ФИО2 и ФИО3, состоянием их здоровья, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного ими, по делу не имеется.

При назначении наказания суд не усматривает оснований для применения правил ст. 73 УК РФ и считает, что отсутствуют исключительные обстоятельства, позволяющие применить положения ст. 64 УК РФ. При этом суд исходит из тяжести содеянного, личности подсудимых. Само по себе наличие смягчающих обстоятельств либо их совокупность не могут свидетельствовать о безусловном применении положений ст. 64 УК РФ. 

По покушению на убийство наказание ФИО1 и ФИО2 необходимо назначить с учетом требований ч.ч. 1, 3 ст. 66 УК РФ.

Установленных ч. 6 ст. 53 УК РФ препятствий для назначения ФИО1 и ФИО2 дополнительного наказания в виде ограничения свободы не имеется. Из материалов уголовного дела следует, что они имеют постоянное место жительства на территории Республики Татарстан. Поэтому ФИО1 и ФИО2 по убийству и покушению на убийство подлежит назначению обязательное дополнительное наказание в виде ограничения свободы с учетом п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» и п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года N 55 «О судебном приговоре».

При назначении окончательного наказания ФИО1 суд применяет положения ч. 3 ст. 69 УК РФ; ФИО2 – ч.ч. 2, 3 ст. 69 УК РФ, ст. 70 УК РФ, ч. 5 ст. 69 УК РФ, поскольку убийство и покушение на убийство он совершил до вынесения приговора от 16 июля 2014 года, а незаконное проникновение в жилище и кражу – после вынесения этого приговора, при этом последние 2 преступления совершены в течение оставшейся не отбытой части наказания по приговору от 16 июля 2014 года после условно-досрочного освобождения на 1 год 4 месяца и 29 дней; ФИО3 – ч.ч. 2, 5 ст. 69 УК РФ.

Приговором Сармановского районного суда Республики Татарстан от 16 июля 2014 года ФИО2 осужден по ч. 3 ст. 162 УК РФ (с последующими изменениями) к 7 годам 4 месяцам лишения свободы. Срок наказания исчислен с 16 июля 2014 года с зачетом времени содержания под стражей с 18 мая 2013 года по 15 июля 2014 года. Постановлением Приволжского районного суда г. Казани ФИО2 30 апреля 2019 года освобожден условно-досрочно на 1 год 4 месяца 29 дней. Однако ФИО2 в течение оставшейся неотбытой части наказания вновь 22 марта 2020 года совершает новые преступления, хотя, напротив, именно в этот период он должен был своим поведением доказать свое исправление. Поэтому, с учетом этих обстоятельств, тяжести и общественной опасности новых совершенных преступлений, а также данных о личности ФИО2 суд считает невозможным сохранение ему условно-досрочного освобождения от наказания, которое в силу п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ подлежит отмене, а окончательное наказание назначению по правилам, предусмотренным ст. 70 УК РФ. Кроме того, при назначении ФИО2 окончательного наказания с применением правил ч. 5 ст. 69 УК РФ с учетом наказания по эпизоду убийства и покушения на убийство необходимо в окончательное наказание зачесть наказание, отбытое по приговору суда от 16 июля 2014 года – с 18 мая 2013 года по 30 апреля 2019 года. 

Приговором Альметьевского городского суда Республики Татарстан от 16 июня 2020 года ФИО3 осужден по ч. 1 ст. 158, ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 161 УК РФ, ч. 2 ст. 69, ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ (с последующими изменениями) к 1 году 11 месяцам лишения свободы; приговором Сармановского районного суда Республики Татарстан от 23 октября 2020 года ФИО3 осужден по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ, ч. 5 ст. 69 УК РФ к 2 годам лишения свободы. Срок наказания исчислен с 3 ноября 2020 года (со дня вступления приговора в законную силу) с зачетом отбытого по предыдущему приговору наказания в виде лишения свободы с 23 апреля 2020 года по 22 октября 2020 года, и содержания под стражей с 23 октября 2020 года до 3 ноября 2020 года. Поэтому при назначении ФИО3 наказания с применением правил ч. 5 ст. 69 УК РФ необходимо в окончательное наказание зачесть наказание, отбытое по приговору суда от 23 октября 2020 года – с 23 апреля 2020 года до 24 мая 2021 года (дня избрания меры пресечения в виде заключения под стражу по настоящему делу). 

ФИО2 совершил особо тяжкие преступления; кроме того, суд в действиях ФИО2 в соответствии с п.п. «а, б» ч. 2 ст. 18 УК РФ признает наличие опасного рецидива преступлений (по эпизоду убийства и покушения на убийство при наличии неснятых и непогашенных судимостей от 22 и 30 сентября 1995 года, 23 мая 2001 года, 13 декабря 2006 года, 11 января 2007 года) и рецидива преступлений (по эпизоду вновь совершенной кражи и при наличии перечисленных выше судимостей и судимости от 16 июля 2014 года); в действиях ФИО3 – в соответствии с ч. 1 ст. 18 УК РФ рецидив преступлений (по эпизоду кражи при наличии неснятой и непогашенной судимости от 25 января 2013 года). Поэтому при назначении наказания ФИО2 и ФИО3 суд учитывает требования ст. 68 УК РФ.

ФИО1 совершили особо тяжкие преступления.

В соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ для отбывания наказания в виде лишения свободы всем подсудимым необходимо назначить исправительную колонию строгого режима. 

С учетом фактических обстоятельств преступлений, степени их общественной опасности, наличия отягчающего наказание обстоятельства, не имеется оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ.

В связи с назначением подсудимым наказания в виде лишения свободы, меру пресечения ФИО1 и ФИО2 необходимо оставить в виде заключения под стражу, а ФИО3 – избрать в виде заключения под стражу. 

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок лишения свободы подлежит зачету время содержания подсудимых под стражей до вступления приговора в законную силу: ФИО1 и ФИО2 – с момента их задержания, ФИО3 – со дня избрания по настоящему делу меры пресечения в виде заключения под стражу. 

При разрешении вопроса о распределении процессуальных издержек суд приходит к следующему. 

Согласно ч. 1 ст. 131 УПК РФ, процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства. 

Согласно п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ сумма, выплачиваемая адвокату, относится к процессуальным издержкам, и в соответствии с ч. 2 ст. 132 УПК РФ может быть взыскана с осужденного, за исключением случаев, предусмотренных ч.ч. 4, 5 ст. 132 УПК РФ. 

Согласно ч.ч. 4, 5 ст. 132 УПК РФ, если подозреваемый или обвиняемый заявил об отказе от защитника, но отказ не был удовлетворен и защитник участвовал в уголовном деле по назначению, то расходы на оплату труда адвоката возмещаются за счет средств федерального бюджета. 

В ходе предварительного следствия и судебного заседания защиту интересов подсудимых ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в порядке ст. 51 УПК РФ осуществляли адвокаты по назначению следователя и суда. Подсудимым неоднократно были разъяснены их права, они были осведомлены о своих правах при участии в судебном процессе защитника по назначению суда, и о возможности отказаться от услуг этого защитника. В том числе, им было разъяснено право пользоваться помощью защитника бесплатно в случаях, предусмотренных УПК РФ, а также разъяснены положения ст.ст. 131, 132 УПК РФ о возможности взыскания с них процессуальных издержек.

В ходе предварительного следствия за защиту ФИО3 адвокату РЭА за счет средств федерального бюджета выплачено вознаграждение в сумме 1250 рублей; адвокату МСР – 840 рублей; адвокату ГДМ – 1680 рублей (

<

данные изъяты>); за защиту ФИО1 адвокату РАА – 1900 рублей; адвокату ШЭБ – 1900 рублей; (

<

данные изъяты>). В ходе предварительного и предыдущего судебного следствия за защиту ФИО2 адвокату СГИ – 975 рублей, адвокату КФМ – 2 200 рублей; адвокату ГНС – 1900 рублей (

<

данные изъяты>);

В судебном заседании подсудимый ФИО1 в порядке ст. 52 УПК РФ отказался от защитника 9 марта 2021 года, подсудимый ФИО3 – 22 марта 2021 года, при этом они желали самостоятельно осуществлять свою защиту и их отказ не был связан с материальным положением. Подсудимый ФИО2 ходатайств об отказе от защитника по таким же основаниям не заявлял, просил заменить ему одного адвоката на другого. Судом ходатайства подсудимых были отклонены.

В ходе настоящего судебного разбирательства за защиту ФИО3 адвокату ЗМВ в период до 22 марта 2021 года за счет средств федерального бюджета выплачено вознаграждение в сумме 47 300 рублей; адвокату ШЭБ за защиту ФИО1 в период до 9 марта 2021 года выплачено вознаграждение в сумме 49 450 рублей; адвокату ГНС за защиту ФИО2 выплачено вознаграждение в сумме 75250 рублей; адвокату ЛМЮ за защиту ФИО2 выплачено вознаграждение в сумме 34 400 рублей. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1, не оспаривая сумму, возражал против взыскания с него процессуальных издержек, мотивируя наличием малолетнего ребенка и что, находясь в местах лишения свободы, он не в состоянии их выплатить; подсудимый ФИО2 не возражал против взыскания с него процессуальных издержек, связанных с осуществлением его защиты адвокатом ЛМЮ, и возражал против взыскания с него процессуальных издержек, связанных с осуществлением его защиты адвокатом ГНС, пояснив, что отказался от ее услуг; подсудимый ФИО3 возражал против взыскания с него процессуальных издержек, сославшись на отсутствие денег, наличие 2 детей, которым платит алименты, а также на наличие хронического заболевания.

При рассмотрении данного вопроса судом не установлено обстоятельств, предусмотренных ст. 132 УПК РФ, которые бы исключали возможность взыскания процессуальных издержек с подсудимых ФИО1, ФИО2 и ФИО3 Сама по себе обязательность участия защитника в уголовном судопроизводстве не влечет за собой автоматического возложения обязанностей по оплате труда адвокатов на государство за счет федерального бюджета. 

Оснований для полного освобождения ФИО1, ФИО2 и ФИО3 от уплаты процессуальных издержек не имеется. 

Тот факт, что подсудимые содержатся в исправительном учреждении, где не обеспечены работой, не может служить основанием для отнесения возмещения процессуальных издержек за счет федерального бюджета по причине их имущественной несостоятельности. Подсудимый ФИО2 отказа от адвоката, в предусмотренном ст. 52 УПК РФ понимании, не заявлял, а просил заменить одного защитника на другого, что не свидетельствует о применении к его ситуации положений ч.ч. 4, 5 статьи 132 УПК РФ.

Подсудимые ФИО1, ФИО2 и ФИО3 в силу своего возраста и состояния здоровья трудоспособны, инвалидностей не имеют, во время отбывания ими наказания не исключена возможность получить работу в исправительном учреждении, а также после освобождения из исправительного учреждения взыскание процессуальных издержек может быть обращено на их будущие доходы или имущество. Также не являются безусловным основанием к полному освобождению подсудимых от уплаты процессуальных издержек по делу состояние их здоровья, наличие детей, выплата алиментов, материальное положение семьи. Вместе с тем, суд считает возможным с учетом вышеизложенных доводов частично освободить подсудимых ФИО1, ФИО2 и ФИО3 от уплаты процессуальных издержек. 

Поскольку предусмотренных законом оснований для полного освобождения подсудимых от уплаты процессуальных издержек не имеется, суд считает необходимым взыскать процессуальные издержки в доход федерального бюджета: с ФИО1 – в сумме 35 000 рублей; с ФИО2 – в сумме 80 000 рублей; с ФИО3 – в сумме 30 000 рублей.

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в порядке, предусмотренном ст. 81 УПК РФ, и в соответствии с установленной принадлежностью.

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 302, 307, 308, 350, 351 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы: 

по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ – на 15 лет с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев; 

по ч. 3 ст. 30, п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ – на 13 лет с ограничением свободы на 1 год.

На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ ФИО1 по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить окончательное наказание в виде лишения свободы на 17 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года. 

В соответствии со ст. 53 УК РФ установить ФИО1 следующие ограничения: не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбытия лишения свободы. Возложить на ФИО1 обязанность являться 2 раза в месяц на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 3 ст. 30, п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (эпизод 11-12 августа 2012 года), ч. 1 ст. 139 УК РФ, п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (эпизоды 22 марта 2020 года), и назначить наказание:

по ч. 1 ст. 139 УК РФ в виде исправительных работ на 6 месяцев с удержанием ежемесячно 10% заработка в доход государства; 

по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ – в виде лишения свободы на 3 года;

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по ч. 1 ст. 139 УК РФ и по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, назначить наказание в виде 3 лет 1 месяца лишения свободы.

В соответствии с п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ отменить условно-досрочное освобождение от отбывания наказания, назначенного приговором от 16 июля 2014 года. 

На основании ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения к вновь назначенному на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ наказанию неотбытой части наказания по приговору суда от 16 июля 2014 года назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года. 

по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ – в виде лишения свободы на 17 лет с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев; 

по ч. 3 ст. 30, п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ – в виде лишения свободы на 14 лет с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ ФИО2 по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний, назначенных по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ и ч. 3 ст. 30, п.п. «а, ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, назначить наказание в виде лишения свободы на 20 лет с ограничением свободы на 2 года. 

В соответствии со ст. 53 УК РФ установить ФИО2 следующие ограничения: не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбытия лишения свободы. Возложить на ФИО2 обязанность являться 2 раза в месяц на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначить ФИО2 наказание путем частичного сложения назначенных по настоящему делу наказаний в виде 23 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 2 года.

В соответствии со ст. 53 УК РФ установить ФИО2 следующие ограничения: не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбытия лишения свободы. Возложить на ФИО2 обязанность являться 2 раза в месяц на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

ФИО2 в окончательное наказание зачесть наказание, отбытое по приговору Сармановского районного суда Республики Татарстан от 16 июля 2014 года – с 18 мая 2013 года по 30 апреля 2019 года.

Признать Фартдинова Сирина Атласовича виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 139 УК РФ, п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 314.1 УК РФ, и назначить наказание:

по ч. 1 ст. 139 УК РФ в виде исправительных работ на 6 месяцев с удержанием ежемесячно 10% заработка в доход государства; 

по п.п. «а, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ – в виде лишения свободы на 3 года;

по ч. 2 ст. 314.1 УК РФ – в виде лишения свободы на 6 месяцев. 

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, ст. 71 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно назначить ФИО3 наказание путем частичного сложения вновь назначенного наказания и наказания по приговору Сармановского районного суда Республики Татарстан от 23 октября 2020 года в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО3 в окончательное наказание зачесть наказание, отбытое по приговору Сармановского районного суда Республики Татарстан от 23 октября 2020 года – с 23 апреля 2020 года до 24 мая 2021 года. 

Срок наказания ФИО4, ФИО2, ФИО3 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения ФИО1 и ФИО2 оставить в виде заключения под стражу с их содержанием до вступления приговора в законную силу в учреждении ФКУ СИЗО-1 УФСИН РФ по Республике Татарстан.

На основании ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО1 в срок лишения свободы время его содержания под стражей с момента фактического задержания с 18 мая 2020 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета 1 день содержания под стражей за 1 день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

На основании ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО2 в срок лишения свободы время его содержания под стражей с момента фактического задержания с 29 мая 2020 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета 1 день содержания под стражей за 1 день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Избрать ФИО3 меру пресечения в виде заключения под стражу с содержанием до вступления приговора в законную силу в учреждении ФКУ СИЗО-2 УФСИН РФ по Республике Татарстан.

На основании ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО3 в срок лишения свободы время его содержания под стражей с 24 мая 2021 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета 1 день содержания под стражей за 1 день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 35 000 (тридцать пять тысяч) рублей; взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 80 000 (восемьдесят тысяч) рублей; взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 30 000 (тридцать тысяч) рублей.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства – одежду ЯГА, срезы ногтевых пластин, образцы крови, фрагменты следов обуви, дивана, синтетической ткани, ватные тампоны со смывами, окурки, зубной протез, чугунную «утятница», пиджак, хранящиеся в камере вещественных доказательств Азнакаевского МРСО СУ СК РФ по Республике Татарстан, - уничтожить, поручив исполнению органу следствия по месту их нахождения; копии документов, связанные с административным надзором в отношении ФИО3, хранить в материалах уголовного дела; инструменты и электрическую бритву - вернуть по принадлежности ИВЗ 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции через Верховный Суд Республики Татарстан в течение 10 суток со дня провозглашения, осужденными – в тот же срок со дня получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий