Судья: Шиндаева О.И. № 22-309/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

24 февраля 2025 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Першина В.И.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Константиновой С.В.,

с участием прокурора Эйсбруннер К.В.,

осужденного ФИО1,

защитника - адвоката Белькевич Е.Ю., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам с дополнениями осужденного ФИО1 и защитника - адвоката Белькевич Е.Ю. 

на постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 31 октября 2024 года, которым отказано в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела и назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в отношении ФИО1; 

на приговор Октябрьского районного суда г. Иркутска от 31 октября 2024 года, которым

ФИО1, родившийся Дата изъята в 

<

адрес изъят>, (данные изъяты), не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде 1 года ограничения свободы.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ установлены следующие ограничения: не выезжать за пределы территории 

<

адрес изъят> и 

<

адрес изъят>, не изменять постоянного места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы; являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания, один раз в месяц для регистрации.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения, после чего постановлено отменить.

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

Приговором суда ФИО1 виновным в том, что он, являясь лицом, управляющим автомобилем, совершил нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Преступление совершено 11 марта 2024 года в 

<

адрес изъят> при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.

Постановлением суда от 31 октября 2024 года отказано в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела и назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в отношении ФИО1

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в совершении инкриминируемого деяния признал полностью.

В апелляционных жалобах с дополнениями осужденный ФИО1 и защитник-адвокат Белькевич Е.Ю. выражают несогласие с приговором суда, постановлением суда об отказе в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела и назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в отношении ФИО1, находят их незаконными, необоснованными и подлежащими отмене.

В обоснование доводов указывают, что 30 октября 2024 года судебное разбирательство проводилось после окончания рабочего времени, с опозданием на 1 час, ходатайства стороны защиты об отложении судебного заседания были отклонены. 

В судебном заседании председательствующим было объявлено о том, что судебные решения изготовлены в полном объеме, были оглашены вводная и резолютивная части как приговора, так и постановления о рассмотрении ходатайства о прекращении уголовного дела в соответствии со ст.76.2 УК РФ. Вместе с тем ходатайство адвоката о вручении копий судебных решений 31 октября 2024 года оставлено без удовлетворения с мотивировкой, что имеется 5 суток для изготовления копий. Данные обстоятельства, свидетельствуют, по мнению авторов жалоб, о том, что судебные акты не были изготовлены в полном объеме. Ходатайства стороны защиты о вручении копий судебных решений, об ознакомлении с протоколом судебного заседания и его аудиозаписью не были разрешены в установленном порядке. 13 ноября 2024 года стороне защиты были вручены копии судебных актов, в которых отсутствовала информация о том, что они не вступили в законную силу, о времени изготовления копий, о месте нахождения подлинников судебных решений. В связи с чем, сторона защиты полагает, что обжалуемые судебные решения были изготовлены в не совещательной комнаты. 

Обращают внимание, что в заключении судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшей не отражены данные о дате операции, о проведенных медицинских манипуляциях, эксперту не были представлены потерпевшая, рентгеновские снимки, не исследовано состояние здоровья после лечения, экспертиза проведена на основании медицинских документов. Не установлено время поступления потерпевшей в медицинское учреждение, где ей была оказана первичная медицинская помощь. 

Не соглашаются с выводами суда об отсутствии оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства - активного способствования раскрытию и расследованию преступления, поскольку ФИО1 после ДТП давал стабильные показания, сообщал органам расследования известные ему обстоятельства. 

Считают, что предварительное расследование проведено неполно, что не было устранено судом первой инстанции при рассмотрении дела. 

Полагают необоснованным указание суда о том, что ФИО1 оспаривал наличие двойной сплошной линии, поскольку сотрудники при составлении схемы и протокола осмотра не отразили наличие горизонтальной разметки, о чем показал свидетель Св. 2 Вместе с тем дополнительный осмотр был проведен спустя три месяца в июне 2024 года, рапорт об обнаружении признаков преступления составлен через 2,5 месяца. При первоначальном осмотре места происшествия указано о том, что дорожное покрытие мокрое, следы шин и торможения не зафиксированы. В связи с чем считают, что не представлено убедительных доказательств о наличии горизонтальной разметки на проезжей части. Обращают внимание, что ФИО1 мог добросовестно заблуждаться, т.к. двигался по маршруту на основании навигатора, который сообщил о возможности поворота. 

Судом не допрошен свидетель Св. 1, сотрудник ГИБДД, который не сохранил видеозаписи при проведении фиксации освидетельствования на состояние опьянения, не истребовал видеозаписи с камер наружного наблюдения для установления обстоятельств ДТП.

Не учтено судом, что ФИО1 после ДТП вызвал «скорую помощь» и сотрудников ГИБДД. 

Находят необоснованным утверждение суда о частичном возмещении вреда, поскольку вред возмещен в полном объеме, все понесенные потерпевшей расходы оперативно возмещены, в том числе оплачен массаж, который не назначался врачом, что подтверждается представленными документами. Потерпевшая после окончания предварительного следствия не заявляла об иных расходах, с гражданским иском не обратилась.

Судом не дана оценку тому, что ФИО1 по собственной инициативе принял меры к выяснению методов и способов лечения, приобрел хирургический гвоздь стоимостью 74000 рублей, который не предусмотрен ОМС, для эффективного лечения.

Требование потерпевшей о единовременной выплате 700 000 рублей ФИО1 выполнить не мог, от предложенных 120 000 рублей потерпевшая отказалась. По мнению защиты, указанная сумма является существенной, составляет три месячных дохода осужденного, что свидетельствует о его намерении максимально загладить причиненный вред. Судом не принято во внимание, что гражданская ответственность ФИО1 застрахована, и потерпевшая может обратиться за возмещением расходов на лечение. Указанные обстоятельства судом не проверялись, запрос в страховую компанию не направлялся. Обращают внимание, что потерпевшая вышла на работу, что, по мнению автора жалобы, свидетельствует о том, что она здорова. 

Судом не учтено совершение преступления небольшой тяжести впервые, ранее ФИО1 не привлекался к уголовной ответственности.

Возложив на ФИО1 запрет на выезд за пределы 

<

адрес изъят> и 

<

адрес изъят>, суд фактически лишает его права на труд, т.к. он является водителем-экспедитором. Кроме того обращают внимание, что при провозглашении приговора не оглашался указанный выше запрет. 

Полагают, что в протоколе судебного заседания не полностью отражены выступления сторон по обсуждению ходатайства о прекращении уголовного дела и освобождении ФИО1 от уголовной ответственности за совершение преступления в соответствии со ст.76.2 УК РФ. Указанное ходатайство рассмотрено с нарушением сроков, предусмотренных ч.4 ст.446.2 УПК РФ. При его обсуждении нарушен принцип состязательности сторон, у стороны обвинения не выяснялось отношение по заявленному ходатайству. В постановлении суда не приведены доводы прокурора и потерпевшей относительно ходатайства стороны защиты о прекращении уголовного дела.

Просят постановление и приговор суда отменить, прекратить уголовное дело, освободить ФИО1 от уголовной ответственности за совершение преступления в соответствии со ст.76.2 УК РФ и назначить ему меру уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Кобелев В.С. просит постановление и приговор суда оставить без изменения. 

В заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и защитник - адвокат Белькевич Е.Ю. поддержали доводы апелляционных жалоб, просила об их удовлетворении.

Прокурор Эйсбруннер К.В. возражала удовлетворению доводов апелляционных жалоб.

Выслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, доводы апелляционных жалоб, поступивших возражений, суд апелляционной инстанции находит обжалуемые судебные решения законными, обоснованными, доводы апелляционных жалоб не подлежащими удовлетворению в связи с их несостоятельностью.

Так, вина ФИО1 в совершении преступления, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, установлена судом на основании доказательств, которые представлены сторонами, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, исследованы в судебном заседании с участием сторон и оценены согласно положениям ст.ст. 17,87, 88 УПК РФ.

Обстоятельства, при которых осужденным совершено инкриминируемое ему преступление, и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены верно.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, выводы суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, являются правильными, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на проверенных в судебном заседании доказательствах, полно, подробно и правильно изложенных в приговоре. 

Так, в обоснование выводов о виновности ФИО1 судом первой инстанции обоснованно приведены показания осужденного ФИО1 в судебном заседании, согласно которым он признал вину в совершении инкриминированного ему преступления. 11 марта 2024 года около 18 часов 30 минут – 18 часов 45 минут он на принадлежащем ему автомобиле марки «(данные изъяты)», государственный регистрационный знак Номер изъят, следовал согласно указаниям навигатора по проезжей части 

<

адрес изъят> со стороны 

<

адрес изъят> в направлении 

<

адрес изъят> к строению Номер изъят, где планировал припарковаться, ему необходимо было повернуть налево в сторону строения Номер изъят по 

<

адрес изъят>. Двигался он со скоростью 10-20 км/ч, перед ним автомобилей не было, в попутном направлении затора не было. Перед совершением им маневра – поворота налево, проезжая часть была свободна, дорожного знака «Поворот налево запрещен», размещенного наверху по правой стороне ближе к больнице, он не видел, дорожная разметка в виде двойной сплошной линии в этом месте проезжей части отсутствовала. Пересекая встречную полосу движения во встречном направлении справа, увидел в 3-5 метрах своего автомобиля приближающийся к нему автомобиль марки «(данные изъяты)», следовавший по проезжей части 

<

адрес изъят> со стороны 

<

адрес изъят> со скоростью примерно 50-60 км/ч. Пытаясь «проскочить» и, тем самым, избежать столкновения с автомобилем «(данные изъяты)», он увеличил скорость движения своего автомобиля, но избежать столкновения не удалось. Перед совершением им маневра на пешеходном переходе находилось 4-5 человек, для них горел красный свет светофора. После столкновения его автомобиль развернуло на 180 градусов, у него сработали подушки безопасности со стороны пассажира, сознания он не терял. Сотрудники ГИБДД приехали примерно через 10 минут, и по скоплению людей у задней части его автомобиля понял, что есть пострадавшие, видел, как потерпевшую уносят на носилках. Приехавшим на место ДТП сотрудникам ГИБДД он сообщил обстоятельства происшествия, составлялась схема ДТП, производились соответствующие замеры, со схемой он и другие водители ознакомились, замечаний не имелось. 

Суд первой инстанции указанные показания осужденного правильно принял во внимание в части, не противоречащей фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании.

Из показаний потерпевшей Пт. в судебном заседании следует, что 11 марта 2024 г. после 18 часов она находилась на тротуаре у проезжей части 

<

адрес изъят>, ожидая зеленый сигнал светофора, потеряла сознание, обстоятельства произошедшего она не помнит. В результате ДТП ей были причинены телесные повреждения, в связи с чем получает лечение. Она приняла извинения ФИО1, который оказывал помощь в лечении, однако, ущерб, причиненный ей в результате ДТП, в полном объеме не возмещен.

Согласно показаниям свидетеля Св. 2 в судебном заседании, 11 марта 2024 г. после 18 часов он на своем автомобиле «(данные изъяты)», гос. номер Номер изъят, двигался по 

<

адрес изъят> в сторону Нового моста, по своей средней полосе, со скоростью не более 50 км/ч, на разрешающий зеленый свет светофора. При приближении к перекрестку с 

<

адрес изъят> перед его автомобилем в метрах 5 со встречной полосы движения неожиданно выехал автомобиль «(данные изъяты)», пытавшись избежать столкновения с которым, он начал тормозить и въехал передней частью своего автомобиля в заднюю часть «(данные изъяты)». Он на 2-3 минуты потерял сознание, и момент наезда на потерпевшую он не видел. Прибывшие сотрудники ГИБДД осмотрели место ДТП, производили замеры и составили документы, в которых он и другие участники ДТП расписались. После ДТП он получил копии видеозаписи с камер наблюдения и предоставил следствию. 

Как следует из показаний свидетеля Св. 3 в судебном заседании, в вечернее время 11 марта 2024 г. он на автомобиле «(данные изъяты)», государственный регистрационный знак Номер изъят, подъехал к строению Номер изъят, расположенному по 

<

адрес изъят>, припарковался рядом со строением. По возвращении обнаружил, что в результате произошедшего за время его отсутствия ДТП сдвинут с парковочного места примерно на 3 метра и поврежден его автомобиль, рядом находилось еще два поврежденных автомобиля: «(данные изъяты)» и «(данные изъяты)», потерпевшая лежала перед его автомобилем.

Из показаний свидетелей Св. 4 и Св. 1, сотрудников ГИБДД, усматривается, что они прибыли на место дорожно-транспортного происшествия, Св. 1 провел освидетельствование водителей, в том числе и ФИО1, на состояние алкогольного опьянения, результаты были отрицательные, а Св. 4 составил необходимые документы по фиксации дорожно-транспортного происшествия. Ввиду спешки, а также регулирования дорожного движения на месте ДТП он не указал в схеме наличие дорожной разметки 1.3 Приложение 2 к ПДД РФ на проезжей части 

<

адрес изъят>. В месте, где совершал поворот водитель Хлыстов, на проезжей части 

<

адрес изъят> имелась дорожная разметка в виде двойной сплошной линии, которая разделяла противоположные полосы движения. Вместе с тем им производилась фотофиксация, и на фототаблице отчетливо видна данная дорожная разметка 1.3 Приложение 2 к ПДД РФ.

Кроме того вина ФИО1 подтверждается приведенными в приговоре другими доказательствами, в частности:

протоколом осмотра места ДТП и фототаблицей к нему, в которых зафиксированы обстановка и последствия ДТП (т.1 л.д.9-13);

протоколом дополнительного осмотра места ДТП от 14 июня 2024 года, в ходе которого установлено, что дорожное покрытие - для двух направлений, встречные полосы движения разделены дорожной разметкой 1.3 Приложение 2 к ПДД РФ (т.1 л.д.173-176); 

исследованными в судебном заседании видеозаписями с камер наружного наблюдения, на которых зафиксированы обстоятельства совершенного ФИО1 деяния;

заключением эксперта Номер изъят, согласно выводам которого с технической точки зрения водитель автомобиля «(данные изъяты)», государственный регистрационный знак Номер изъят, в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованиями п. 1.3. с учетом горизонтальной разметки 1.3 Приложения 2 к ПДД РФ, п. 8.1 и п.8.8 ПДД РФ (т.1 л.д. 156-157);

заключением судебно-медицинской экспертизы Номер изъят, согласно которому у потерпевшей Пт. имелись телесные повреждения в виде сочетанной травмы: (данные изъяты). Телесные повреждения, входящие в комплекс сочетанной травмы, образовались от воздействий твердых тупых предметов, могли быть получены в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении, т.е. 11 марта 2024 года около 18.30 часов в результате ДТП. Вышеописанная сочетанная травма оценивается как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на 1/3 - свыше 30% (п. 6.11.6 мед. Критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, приложение к признаку Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24.04.2024 № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинившего здоровью человека») (т.1 л.д. 99-102); а также иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.

Оснований не доверять исследованным в суде первой инстанции доказательствам и положенным в основу приговора не имеется, поскольку они полностью согласуются между собой, не содержат противоречий и соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленных судом.

Оснований для оговора осужденного со стороны потерпевшей и свидетелей судом первой инстанции не установлено, не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам стороны защиты, заключение судебно-медицинской экспертизы Номер изъят в отношении потерпевшей Пт. отвечает требованиям ст.204 УПК РФ, эксперту представлены все необходимые материалы и данные, заключение содержит полные ответы на все поставленные перед экспертом вопросы, необходимые данные, в связи с чем суд первой инстанции правомерно принял данное заключение эксперта в обоснование вывода о доказанности вины осужденного. Заключение эксперта не содержат противоречий и не вызывает сомнений в объективности и достоверности, оснований не доверять выводам эксперта не имеется.

Оснований полагать, что предварительное следствие по делу проведено неполно, с нарушением требований уголовно-процессуального закона, не имеется. Органами предварительного расследования при проведении следственных и процессуальных действий не было допущено существенных нарушений уголовно-процессуального закона. Тот факт, что видеозапись с места происшествия была представлена свидетелем Св. 2, а не изъята сотрудниками правоохранительных органов, не свидетельствует о существенном нарушении требований уголовно-процессуального закона, поскольку источник получения видеозаписи судом первой инстанции установлен надлежащим образом.

Само по себе не отражение в протоколе осмотра места дорожно-транспортного происшествия и схеме к нему наличие дорожной разметки 1.3 Приложение 2 к ПДД РФ не свидетельствует о существенном нарушении закона, поскольку судом первой инстанции установлена имевшая быть обстановка на месте дорожно-транспортного происшествия из показаний свидетелей, фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия и видеозаписей с места ДТП. 

Совокупность приведенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного следствия, суд дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, соответствующими обстоятельствам дела, и вопреки доводам апелляционных жалоб, обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления.

Так, судом первой инстанции правильно установлено, что ФИО1, управляя автомобилем, нарушил требования п. 10.1 абз. 1 ПДД РФ, и. 8.1 абз. 1 ПДД РФ, п. 8.8 ПДД РФ, п. 10.1 абз. 2 ПДД РФ, дорожного знака 3.18.2 Приложение 1 к ПДД РФ и дорожной разметки 1.3 Приложение 2 к ПДД РФ, в результате чего совершил наезд на пешехода Пт., которой в результате ДТП причинен тяжкий вред здоровью. Нарушение ФИО1 вышеуказанных требований Правил дорожного движения РФ состоит в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

Судом первой инстанции тщательно проверена версия стороны защиты об отсутствии горизонтальной разметки 1.3 Приложение 2 к ПДД РФ на месте ДТП и с приведением мотивов отвергнута как несостоятельная, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции. Так, из показаний сотрудника ГИБДД Св. 4, свидетеля Св. 2, фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия (т.1 л.д.9-13), исследованных в судебном заседании видеозаписей с места дорожно-транспортного происшествия судом первой инстанции правильно установлено, что в момент совершения инкриминированного ФИО1 деяния имелась данная дорожная разметка 1.3 Приложение 2 к ПДД РФ, которую запрещено пересекать, а также имелся дорожный знак 3.18.2 «Поворот налево запрещен».

При таких обстоятельствах, сам по себе тот факт, что осужденный ФИО1 передвигался на автомобиле, следуя указаниям навигатора, не освобождает его от обязанности соблюдать правила дорожного движения РФ. В соответствии с п. 1.3 Правил дорожного движения РФ ФИО1, являясь участником дорожного движения, обязан знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, должен был действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона в ходе судебного разбирательства судом не допущено. Вопреки доводам стороны защиты, показания свидетеля Св. 1 оглашены с согласия сторон, в связи с чем каких-либо оснований для его непосредственного допроса в судебном заседании не имелось.

Тот факт, что судебное разбирательство 30 октября 2024 года было начато в рабочее время и продолжено после окончания рабочего времени до 19 часов 30 минут, не свидетельствует о существенном нарушении требований уголовно-процессуального закона, поскольку судебное разбирательство не проводилось в ночное время. 

Представленные доказательства оценены судом с точки зрения относимости, допустимости и достаточности для разрешения настоящего дела и обоснованно приняты судом как доказательства вины ФИО1

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о виновности ФИО1 и правильно квалифицировал его действия по ч.1 ст.264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Оснований сомневаться во вменяемости осужденного ФИО1 в отношении инкриминированного ему деяния суд первой инстанции не усмотрел, привел надлежащие мотивы, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции. 

При назначении наказания осужденному ФИО1 суд первой инстанции в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, и отсутствие отягчающих, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ обоснованно учел признание вины ФИО1, раскаяние в содеянном, состояние его здоровья, принесение извинений потерпевшей и частичное возмещение вреда, причиненного преступлением, путем приобретения хирургического штифта, впоследствии установленного потерпевшей, и оплаты потерпевшей расходов, понесенных на приобретение медикаментов, спецсредств и ЛФК, положительные характеристики осужденного. Таким образом, судом учтены в качестве смягчающих наказание обстоятельств и те, на которые ссылается сторона защиты.

Все заслуживающие внимание данные о личности осужденного учтены судом и прямо указаны в приговоре. Так, судом учтено совершение ФИО1 преступления небольшой тяжести впервые и отсутствие судимости.

Все обязательные, а также имеющие значение при решении вопроса о размере наказания обстоятельства судом учтены. Оснований для признания иных обстоятельств смягчающими наказание в отношении осужденного суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Вопреки доводам апелляционных жалоб суд обоснованно не усмотрел оснований для признания обстоятельством, смягчающим наказание, активного способствования раскрытию и расследованию преступления, привел надлежащие мотивы, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции. Так, преступление совершено ФИО1 в условиях очевидности, что не повлекло необходимости получения от виновного информации о подробностях его совершения, роли в нем либо предоставления иных сведений, неизвестных органу следствия и способствовавших его раскрытию и расследованию. Таким образом, сами по себе показания ФИО1 об обстоятельствах содеянного и отсутствие с его стороны препятствий установлению фактических обстоятельств дела об активном способствовании раскрытию и расследованию преступления не свидетельствуют. Вместе с тем признание вины и раскаяние в содеянном судом учтены в качестве смягчающих наказание обстоятельств.

Само по себе выполнение осужденным требований п.2.6 ПДД РФ, обязывающих водителя, причастного к ДТП, принять меры для оказания первой помощи пострадавшим, а также вызвать скорую медицинскую помощь и полицию, не свидетельствует о необходимости признания этих действий смягчающим наказание обстоятельством, поскольку указанные обстоятельства прямо не предусмотрены ч.1 ст.61 УК РФ, а признание иных обстоятельств в качестве смягчающих является правом суда. Кроме того указанные обстоятельства были известны суду первой инстанции и учитывались при назначении наказания.

Оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства – полного возмещения причиненного вреда – не имеется, поскольку из исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе и показаний потерпевшей, не следует, что причиненный Пт. вред возмещен в полном объеме. Об этих обстоятельствах не свидетельствует и тот факт, что потерпевшая не обратилась с гражданским иском и не заявила об иных расходах, поскольку обращение с гражданским иском о возмещении причиненного вреда в рамках уголовного дела является правом потерпевшего. В связи с чем не подлежат обсуждению доводы стороны защиты о необоснованном требовании потерпевшей возместить причиненный ей вред в сумме 700 000 рублей, указанные вопросы подлежат при разрешении гражданского иска. 

Приобретение осужденным хирургического штифта, впоследствии установленного потерпевшей, оплата потерпевшей расходов, понесенных на приобретение медикаментов, спецсредств и ЛФК, вопреки доводам стороны защиты, учтены судом при назначении наказания.

Суд первой инстанции надлежащим образом мотивировал назначение ФИО1 наказания в виде ограничения свободы. В соответствии с положениями ч.1 ст.53 УК РФ суд установил ограничения и возложил на осужденного обязанность. При этом вопреки доводам стороны защиты установление судом осужденному ограничений на изменение места жительства или пребывания без согласия указанного специализированного государственного органа, а также на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования является обязательным.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ суд первой инстанции не усмотрел, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим характеру и степени общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, закрепленным в уголовном законодательстве РФ принципам гуманизма и справедливости, и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений. В связи с чем смягчению наказание не подлежит.

Доводы жалоб о необоснованном отказе в удовлетворении ходатайства стороны защиты о прекращении уголовного дела с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в отношении ФИО1 являются несостоятельными и удовлетворению не подлежат, поскольку ходатайство рассмотрено в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального и уголовного законов, по нему принято мотивированное решение, не согласиться с которым нет оснований.

Согласно ст.76.2 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено судом от уголовной ответственности с назначением штрафа в случае, если оно возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением вред.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении № 2257-О от 26 октября 2017 года, в каждом конкретном случае при рассмотрении дела необходимо оценивать достаточность принятых после совершения преступления виновным лицом действий для того, чтобы оценить уменьшение общественной опасности содеянного, что позволило бы освободить его от уголовной ответственности.

Различные уголовно наказуемые деяния влекут наступление разного по своему характеру вреда, поэтому предусмотренные ст.76.2 УК РФ действия, направленные на заглаживание такого вреда и свидетельствующие о снижении степени общественной опасности преступления, нейтрализации его вредных последствий, не могут быть одинаковыми во всех случаях, а определяются в зависимости от особенностей конкретного деяния.

Суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий.

По данному делу судом первой инстанции с достаточной полнотой проверены основания, необходимые для освобождения лица от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа и обоснованно отказано в его назначении, с учетом конкретных обстоятельств совершенного преступления, ввиду недостаточности мер, принятых осужденным к заглаживанию причиненного преступлением вреда, поскольку преступление, инкриминируемое ФИО1, относится к преступлениям против безопасности движения и эксплуатации транспорта.

Несмотря на то, что способы заглаживания причиненного преступлением вреда законом не ограничены, оснований не согласиться с решением суда об отсутствии в совокупности всех обстоятельств, позволяющих освободить лицо от уголовной ответственности, суд апелляционной инстанции не усматривает. Фактические обстоятельства преступления, поведение ФИО1, данные о его личности, наличие сведений о частичном возмещении причиненного вреда потерпевшей Пт. и другие обстоятельства, указанные в апелляционных жалобах, не свидетельствуют о компенсации осужденным негативных последствий.

В материалах дела отсутствуют сведения о том, что ФИО1 были приняты меры и по заглаживанию вреда охраняемым уголовным законом отношениям, связанным с общественной безопасностью в сфере движения и эксплуатации транспорта.

При таких обстоятельствах, несогласие стороны защиты с принятым судом решением об отказе в применении судебного штрафа и прекращении дела само по себе не свидетельствует о незаконности и необоснованности как постановления, так и приговора суда.

Что касается доводов стороны защиты о нарушении сроков, предусмотренных ч.4 ст.446.2 УПК РФ, при рассмотрении ходатайства стороны защиты о применении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, то они не основаны на положениях закона, поскольку указанные нормы применяются при разрешении ходатайств органов предварительного расследования. 

Судебное разбирательство проведено с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон. Председательствующим по делу созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Вопреки доводам жалоб, все ходатайства судом разрешены, по ним приняты мотивированные решения. Каждое ходатайство было поставлено на обсуждение сторон, ограничений сторон предоставить суждения относительно разрешения ходатайств, председательствующим не допущено. Необоснованных отказов осужденному и его защитнику в представлении и исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для правильного разрешения дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или способных повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, а также постановления суда, по делу не допущено.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами стороны защиты о том, что обжалуемые судебные решения были постановлены вне совещательной комнаты, в связи с их несостоятельностью. Так, согласно протоколу судебного заседания и его аудиозаписи председательствующий по делу судья после выступления сторон в прениях, выслушав последнее слово подсудимого ФИО1, удалился в совещательную комнату, по выходу из которой были оглашены вводная и резолютивная части как постановления суда, так и приговора, которые были изготовлены в полном объеме и подписаны в совещательной комнате.

Как следует из аудиозаписи судебного разбирательства, исследованной в суде апелляционной инстанции, председательствующим по делу в полном объеме оглашена и резолютивная часть приговора, в том числе оглашены установленные ограничения в том виде и объеме, как они указаны в приговоре.

Сам по себе тот факт, что копии обжалуемых судебных решений вручены сторонам по истечении пяти суток, не свидетельствует о том, что судебные решения были изготовлены вне совещательной комнаты. 

Вопреки доводам стороны защиты, из материалов дела не следует, что сторонам вручены ненадлежащие копии судебных решений.

Протокол судебного заседания отвечает требованиям ст.259 УПК РФ, замечания на протокол судебного заседания рассмотрены в установленном порядке и обоснованно отклонены.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, не допущено.

Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Октябрьского районного суда г. Иркутска от 31 октября 2024 года в отношении ФИО1, постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 31 октября 2024 года, которым отказано в удовлетворении ходатайства о прекращении уголовного дела и назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в отношении ФИО1, оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1, защитника-адвоката Белькевич Е.Ю. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г.Кемерово) через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора через суд первой инстанции. 

В случае подачи кассационных жалобы, представления, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Першин В.И.

(данные изъяты)