№ 2а-201/2017 

<

данные изъяты>

Решение

Именем Российской Федерации

10 ноября 2017 года город Москва

235 гарнизонный военный суд в открытом судебном заседании, в помещении суда, в составе: председательствующего – судьи Маковецкого М.А., при секретаре Голенко А.Е., с участием представителя административного истца по доверенности ФИО1 *, а также представителя командира войсковой части 0000 и представителя жилищно-бытовой комиссии этой же воинской части по доверенностям ЖНБ и БАВ, рассмотрев административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 *, поданному в защиту интересов военнослужащего войсковой части 0000 майора ФИО2 *, об оспаривании действий (бездействия) командира и жилищно-бытовой комиссии войсковой части 0000, связанных с отказом в принятии на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма,

установил:

ФИО1 * обратилась в суд с административным исковым заявлением в защиту интересов военнослужащего войсковой части 0000 майора ФИО2 *, в котором, оспаривая действия (бездействие) командира и жилищно-бытовой комиссии войсковой части 0000 (далее также жилищная комиссия), уточнив заявление, выдвинула требования:

– признать незаконным решение жилищно-бытовой комиссии войсковой части 0000, оформленное протоколом № 0000 от 7 августа 2017 года, выразившееся в отказе в принятии ФИО2 на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении и действия командира войсковой части 0000, связанные с утверждением данного решения;

– обязать командира войсковой части 0000 отменить решение жилищно-бытовой комиссии войсковой части 0000, оформленное протоколом № 0000 от 7 августа 2017 года в части, касающейся ФИО2;

– обязать жилищно-бытовую комиссию войсковой части 0000 принять ФИО2 на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении с момента рассмотрения заявления – с 7 августа 2017 года;

– обязать командира войсковой части 0000 утвердить решение жилищно-бытовой комиссии войсковой части 0000 о принятии ФИО2 на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении. 

Как усматривается из административного искового заявления, требования в нем мотивированы тем, что ФИО2 заключила контракт о прохождении военной службы до 1 января 1998 года. В связи с предстоящим увольнением с военной службы по достижении предельного возраста пребывания на таковой, ФИО2 обратилась в жилищную комиссию с заявлением и документами о принятии ее на жилищный учет. 7 августа 2017 года жилищная комиссия приняла решение об отказе в постановке ФИО2 на данный учет, поскольку усмотрела в действиях ФИО2 намеренное ухудшение жилищных условий при отчуждении жилого помещения площадью 19,8 кв.м. находящегося в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес> по договору дарения от 24 сентября 2016 года в пользу своего сына МАЮ Вместе с тем истец не согласна с указанным решением, поскольку в соответствии со статьей 51 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ), она не является ни нанимателем, ни собственником жилого помещения и не осуществляла намеренных действий по искусственному ухудшению своих жилищных условий. Так, приводится в иске, ФИО2 в период с 18 сентября 2012 года по 29 июня 2017 года проживала в служебном жилом помещении – трехкомнатной квартире общей площадью 63,2 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес>, где совместно с ней проживали сын, дочь и два внука. 13 октября 2014 года, сын снялся с регистрационного учета из служебной квартиры. 24 сентября 2016 года ФИО2 подарила сыну часть указанного выше жилого дома. На момент отчуждения ФИО2 части жилого дома ее семья состояла из 4 человек (она, дочь, два внука). При этом в собственности членов семьи ФИО2 на момент отчуждения части жилого дома, находились доли в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 67,3 кв.м. – по ? доли у дочери и внуков, то есть по 0000 кв.м. жилой площади на каждого. Таким образом, по мнению истца, на 24 сентября 2016 года у ФИО2 и членов ее семьи, после проведения сделки по отчуждению части жилого дома, жилищные условия не ухудшались, поскольку на каждого члена семьи приходилось по 0000 кв.м., что более учетной нормы в 10 кв.м. В развитие данной позиции в иске также приведено, что ФИО2 не совершала намеренных действий по искусственному ухудшению жилищных условий, поскольку и после отчуждения указанного имущества, ФИО2 и члены ее семьи считались обеспеченными жилым помещением в силу пункта 2 статьи 51 ЖК РФ. Состав семьи ФИО2 уменьшился 14 апреля 2017 года, после снятия с регистрационного учета в служебной квартире дочери и двух внуков, которые с указанной даты перестали быть членами семьи истца, а ФИО2 не знала и не могла предвидеть, что ее дочь выберет себе иное место жительства. Также, приводится в иске, жилищная комиссия не учла, что жилое помещение, подаренное ФИО2 сыну, не отвечает установленным для жилых помещений требованиям и является неблагоустроенным. О том, что в жилом доме отсутствует водоснабжение, водоотведение, отопление и теплоснабжение ФИО2 сообщала в жилищную комиссию, подав вместе с заявлением о принятии ее на учет нуждающихся от 10 июня 2017 года, соответствующую справку. Кроме того, согласно экспертному заключению ООО «

<

данные изъяты>» от 6 сентября 2017 года по техническим причинам строение не пригодно для постоянного проживания и длительного пребывания людей. 

В судебном заседании ФИО1 требования поддержала и, ссылаясь на содержание административного искового заявления, с учетом уточнений, просила удовлетворить заявленные требования в полном объеме. 

Представители командира и жилищной комиссии войсковой части 0000 ЖНБ и БАВ, каждый в отдельности, ссылаясь на содержание приобщенных к материалам дела письменных возражений, в судебном заседании просили отказать в удовлетворении административного иска в полном объеме.

ФИО2, извещенная о времени и месте судебного заседания, в суд не прибыла, дело просила рассмотреть без ее участия, но в присутствии ее представителя.

Выслушав участников процесса, изучив административное исковое заявление, исследовав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 40 Конституцией Российской Федерации, каждый имеет право на жилище.

Пунктом 2 части 1 статьи 51 ЖК РФ установлено, что гражданами, нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, признаются являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма, договорам найма жилых помещений жилищного фонда социального использования или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, договору найма жилого помещения жилищного фонда социального использования либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее учетной нормы;

В силу части 2 статьи 52 ЖК РФ состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях имеют право указанные в статье 49 настоящего Кодекса категории граждан, которые могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях. Если гражданин имеет право состоять на указанном учете по нескольким основаниям (как малоимущий гражданин и как относящийся к определенной федеральным законом, указом Президента Российской Федерации или законом субъекта Российской Федерации категории), по своему выбору такой гражданин может быть принят на учет по одному из этих оснований или по всем основаниям.

В данной связи необходимо отметить, что военнослужащие относятся к той категории граждан, которым государство гарантирует предоставление жилых помещений. Правовым основанием для этого являются Федеральный закон от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (далее – Закон) и ряд других нормативных правовых актов, которые устанавливают конкретные формы реализации таких гарантий в связи с нижеследующим.

В силу пункта 1 статьи 15 Закона, военнослужащим – гражданам, заключившим контракт о прохождении военной службы до 1 января 1998 года (за исключением курсантов военных профессиональных образовательных организаций и военных образовательных организаций высшего образования), и совместно проживающим с ними членам их семей, признанным нуждающимися в жилых помещениях, федеральным органом исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, предоставляются субсидия для приобретения или строительства жилого помещения либо жилые помещения, находящиеся в федеральной собственности, по выбору указанных граждан в собственность бесплатно или по договору социального найма с указанным федеральным органом исполнительной власти по месту военной службы, а при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более – по избранному месту жительства в соответствии с нормами предоставления площади жилого помещения, предусмотренными статьей 15.1 настоящего Федерального закона.

Что не оспаривалось сторонами и подтверждается выпиской из послужного списка ФИО2, выпиской из приказа командира войсковой части 0000 от 1 октября 1993 года № 0000 и копией справки заместителя начальника отдела кадров войсковой части 0000 от 10 июля 2017 года, ФИО2 отнесена к категории военнослужащих, заключивших контракт о прохождении военной службы до 1 января 1998 года, имеет общую продолжительность военной службы более 19 лет 10 месяцев.

Согласно копии договора найма служебного жилого помещения от 18 сентября 2012 года № 0000 и копии выписки из домовой книги, истец проживала в трехкомнатной служебной квартире общей площадью 63,2 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес>. Из этих же документов следует, что совместно и ФИО2 в указанную квартиру вселялись ее сын – МАЮ, дочь – ЧЛЮ, а также внуки – ЧСК, и КАВ, которые были впоследствии сняты с регистрационного учета по адресу служебной квартиры, сын – 13 октября 2014 года (копия паспорта), а дочь и внуки – 14 апреля 2017 года.

Причем из копий свидетельств о государственной регистрации права от 5 сентября 2012 года следует, что дочь истца и ее внуки, обеспечивались служебным жилым помещением, несмотря на то, что на основании договора купли-продажи от 23 августа 2012 года, последние являлись, каждый в отдельности, собственниками ? доли в праве трехкомнатной квартиры, общей площадью 67,3 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес> 

Далее, как усматривается из копии договора найма служебного жилого помещения от 30 июня 2017 года № 0000 и копии паспорта истца, ФИО2 была предоставлена служебная квартира общей площадью 30,1 кв.м., расположенная по адресу: 

<

адрес> в которой последняя была зарегистрирована 6 июля 2017 года.

Как усматривается из копии договора дарения части жилого дома (помещения Ж2) и земельного участка от 24 сентября 2016 года, ФИО2 безвозмездно передала в собственность МАЮ жилое помещение площадью 19,8 кв.м., кадастровый номер 0000:0000:0000:0000, местоположение объекта: 

<

адрес> а также земельный участок. 

Обстоятельства безвозмездной передачи ФИО2 именно жилого помещения в виде части жилого дома подтверждаются и выписки из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимого имущества от 20 апреля 2017 года № 0000. 

Из копии заявления ФИО2 от 10 июля 2017 года следует, что последняя обратилась с таковым в жилищную комиссию войсковой части 0000 и просила принять ее на учет нуждающихся в жилых помещениях в 

<

адрес> в соответствии со статьей 51 ЖК РФ. В указанном заявлении ФИО2, в том числе, отразила обстоятельства дарения части принадлежащего ей жилого дома в 2016 году. 

Как усматривается из копии выписки из протокола № 4 заседания жилищно-бытовой комиссии войсковой части 0000 от 7 августа 2017 года, указанный коллегиальный орган, руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 54 ЖК РФ, отказал ФИО2 в принятии на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении. Также жилищная комиссия установила, что ФИО2, подлежащая увольнению с военной службы по достижении предельного возраста пребывания на таковой, имела в собственности жилое помещение площадью 19,8 кв.м., находящееся в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>. В сентябре 2016 года ФИО2 предприняла действия по отчуждению жилого помещения в пользу сына – МАЮ, заключив с последним договор дарения от 24 сентября 2016 года. Таким образом, жилищная комиссия усмотрела в этих действиях ФИО2, намеренность действий по искусственному ухудшению жилищных условий с целью постановки на учет нуждающихся в жилых помещениях, что в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является злоупотреблением правом.

Далее, в соответствии с частью 4 статьи 15 ЖК РФ, жилое помещение может быть признано непригодным для проживания по основаниям и в порядке, которые установлены Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 января 2006 года № 47 утверждено Положение о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции (далее – Положение).

В силу пункта 7 Положения, оценка и обследование помещения в целях признания его жилым помещением, жилого помещения пригодным (непригодным) для проживания граждан, а также многоквартирного дома в целях признания его аварийным и подлежащим сносу или реконструкции осуществляются межведомственной комиссией, создаваемой в этих целях (далее – комиссия), и проводятся на предмет соответствия указанных помещений и дома установленным в настоящем Положении требованиям.

Орган местного самоуправления создает в установленном им порядке комиссию для оценки жилых помещений жилищного фонда Российской Федерации, многоквартирных домов, находящихся в федеральной собственности, муниципального жилищного фонда и частного жилищного фонда.

Собственник жилого помещения (уполномоченное им лицо), привлекается к работе в комиссии с правом совещательного голоса и подлежит уведомлению о времени и месте заседания комиссии в порядке, установленном органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления, создавшими комиссию.

Решение о признании помещения жилым помещением, жилого помещения пригодным (непригодным) для проживания граждан, а также многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции принимается органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления. 

Согласно пункту 8 Положения, орган местного самоуправления при наличии обращения собственника помещения принимает решение о признании частных жилых помещений, находящихся на соответствующей территории, пригодными (непригодными) для проживания граждан на основании соответствующего заключения комиссии.

Что не оспаривалось сторонами и подтверждается копией сообщения главы муниципального образования – Клепиковский муниципальный район от 9 ноября 2017 года № 0000, ФИО2 в адрес межведомственной комиссии для оценки жилого помещения, по адресу: 

<

адрес> не обращалась. 

Таким образом, поскольку ФИО2, будучи собственником указанного выше жилого помещения, до его дарения своему сыну, в установленном Положением порядке не обращалась о призвании такового непригодным для проживания, действия (бездействие) жилищного органа, которым было учтена сделка ФИО2 с помещением площадью 19,8 кв.м., находящемся в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес> как с жилым помещением, незаконными признаны быть не могут. В данной связи также необходимо отметить, что заключению ООО «

<

данные изъяты>» от 6 сентября 2017 года (вынесенное после оспариваемого решения), в силу Положения не умоляли необходимости собственника жилого помещения обратиться в соответствующую комиссию органа местного самоуправления для признания жилого помещения непригодным для проживания, в то время как такие полномочия отсутствовали у командира и жилищной комиссии войсковой части 0000. 

Далее, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 54 ЖК РФ, отказ в принятии граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях допускается в случае, если не истек предусмотренный статьей 53 настоящего Кодекса срок.

Статьей 53 ЖК РФ установлено, что граждане, которые с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях совершили действия, в результате которых такие граждане могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях, принимаются на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях не ранее чем через пять лет со дня совершения указанных намеренных действий.

Приказом ФСБ России от 24 октября 2011 года № 590 утверждены Правила организации в органах федеральной службы безопасности работы по обеспечению жилыми помещениями (далее – Правила).

Пунктом 5 Правил 5 установлено, что в соответствии со статьей 53 ЖК РФ военнослужащие и члены их семей не могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях ранее истечения пяти лет после совершения ими действий по намеренному ухудшению жилищных условий, в результате которых на военнослужащих и членов их семей стало приходиться менее установленной учетной нормы площади жилого помещения, в том числе связанных с изменением права пользования жилым помещением, обменом жилого помещения, невыполнением условий договора социального найма жилого помещения, расторжением брака (за исключением случая, предусмотренного подпунктом "и" настоящего пункта), выделением доли жилого помещения собственниками, отчуждением жилого помещения или его части.

Этим же Пунктом правил предусмотрены действия, которые не рассматриваются в качестве действий по намеренному ухудшению жилищных условий, к которым, между тем, не отнесены случаи безвозмездного отчуждения собственником жилого помещения в пользу третьих лиц. 

Таким образом, оценивая действие ФИО2, связанное дарением своему сыну части жилого дома, суд находит, что истец осуществила таковое с намерением приобретения права состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, поскольку ФИО2, не могла не знать о предстоящем увольнении с военной службы по основанию, позволяющему быть принятой на данный учет и, подарив единственное принадлежащее ей на праве собственности жилое помещения, менее чем через год обратилась в жилищный орган с заявлением о постановке на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях. При этом обстоятельства регистрации до 14 апреля 2017 года в служебном жилом помещении совместно с ФИО2 ее дочери и внуков, являющихся собственниками части жилого помещения, фактического значения для оценки намеренности действий ФИО2 не имели, поскольку единственное жилое помещение, которое принадлежало ФИО2, она подарила своему сыну. Мнение же представителя истца, что ее доверитель в силу статей 51 и 31 ЖК РФ была обеспечена жилым помещением, через свою дочь и внуков в связи с их совместным проживанием до 14 апреля 2017 года, не опровергает намеренность отчуждения ФИО2 жилого помещения, поскольку последняя не могла не предвидеть возможность снятия с регистрационного учёта по адресу служебного жилого помещения ее совершеннолетней дочери и внуков, являющихся собственниками жилого помещения, что и было сделано последними менее чем за три месяца до даты обращения ФИО2 с заявлением о постановке на учет нуждающихся. 

С учетом изложенного, суд находит, что безвозмездное отчуждение ФИО2 в сентябре 2016 года принадлежащего ей жилого помещения правомерно было расценено жилищным органом как намеренное ухудшение жилищных условий, которое в силу статьи 53 ЖК РФ не позволяет истцу быть принятой на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях ранее чем через пять лет со дня совершения указанных намеренных действий.

Вследствие того, что в удовлетворении административного иска отказано в полном объеме, оснований для возмещения стороне истца судебных расходов, с учетом положений части 1 статьи 111 КАС РФ, не имеется.

Учитывая изложенное, и руководствуясь ст.ст. 111, 175-180, 226 и 227 КАС РФ,

решил:

В удовлетворении административного иска ФИО1 *, поданного в защиту интересов военнослужащего войсковой части 0000 майора ФИО2 *, об оспаривании действий (бездействия) командира и жилищно-бытовой комиссии войсковой части 0000, связанных с отказом в принятии на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский окружной военный суд через 235 гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий по делу М.А. Маковецкий

Копия верна. Подлинное за надлежащими подписями.

Судья 235 гарнизонного военного суда М.А. Маковецкий

Секретарь судебного заседания А.Е. Голенко