ИРКУТСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Дело № 2-15/2019

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Братск 05 марта 2019 года

Иркутский областной суд в составе:

председательствующего судьи Тюниной И.И.,

при секретарях Долгих Т.И., Гусаровой Л.А., Осипцовой Е.В.,

с участием государственного обвинителя Шурыгиной Л.А.,

подсудимого ФИО1 и его защитника – адвоката Куракина М.В., 

а также потерпевшей Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, 

<

...> года рождения, уроженца 

<

...>, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

...>, имеющего образование 9 классов, женатого, имеющего ребенка 

<

...> года рождения, неработавшего, не состоящего на воинском учете, судимого 

29 января 2013 года Братским городским судом Иркутской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года; 

02 декабря 2013 года Братским городским судом Иркутской области по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, условное осуждение по приговору Братского городского суда Иркутской области от 29 января 2013 года отменено, в силу ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к наказанию, назначенному по настоящему приговору, неотбытой части наказания по приговору Братского городского суда Иркутской области от 29 января 2013 года, назначено окончательное наказание в 2 года лишения свободы с отбыванием в колонии-поселении; 

24 января 2014 года Братским городским судом Иркутской области по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, по ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний по данному приговору и приговору Братского городского суда Иркутской области от 02 декабря 2013 года назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, освобожден по отбытию наказания 15 мая 2017 года, 

содержащегося под стражей с 08 июля 2018 года, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «к» части 2 статьи 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил убийство двух лиц, П. из личной неприязни и Э. с целью скрыть другое преступление. 

Преступление совершено при следующих обстоятельствах: 

В период времени с 09 часов 00 минут до 22 часов 00 минут 30 июня 2018 года в квартире № дома № по ул. 

<

...> ФИО1, действуя умышленно из личной неприязни к П., с целью причинения ему смерти нанес руками, сжатыми в кулак, множественные удары в голову, два удара подобранным на месте преступления керамическим ножом в спину, удар боковиной от дивана в голову П., причинив потерпевшему П. телесные повреждения в виде двух колото-резаных ран в области спины справа, ушибленную рану верхней губы, фрагментарный перелом костей носа, ушиб мягких тканей головы в лобно-теменной области слева. Смерть потерпевшего П. наступила на месте происшествия от действий ФИО1 Причина смерти П. не установлена из-за расчленения трупа и резко выраженных гнилостных изменений трупа. 

После совершения убийства П. ФИО1, осознавая, что Э. является свидетелем убийства П. и может сообщить об этом в правоохранительные органы, действуя умышленно на причинение смерти двум людям, с целью скрыть другое преступление, в период времени с 09 часов 00 минут до 22 часов 00 минут 30 июня 2018 года в квартире № дома № по ул. 

<

...>, обхватил рукой шею Э., перекрывая доступ кислорода в легкие потерпевшего, и удерживал до тех пор, пока Э. не перестал подавать признаки жизни. В результате действий ФИО1 смерть потерпевшего Э. наступила на месте происшествия. Причина смерти Э. не установлена из-за резко выраженных гнилостных изменений и расчленения трупа.

Подсудимый ФИО1 свою вину по предъявленному обвинению признал полностью, от дачи показаний отказался, полностью подтвердив показания, данные им в ходе предварительного расследования.

Из показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемого, обвиняемого, при проверке показаний на месте следует, что 30 июня 2018 года он, П. и Э. распивали спиртные напитки по адресу: 

<

...>. Между ним и П. возникла ссора, тот оскорбил его, выражался нецензурной бранью, он с размаху нанес кулаками около 5-6 ударов по голове П.. Тот продолжил высказывать в его адрес нецензурную брань. Он подошел к П. и керамическим ножом нанес два удара в область спины, но неглубоко. Затем руками, сжатыми в кулак, нанес по голове П. около 3 ударов, тот упал на спину. Он взятой в зале боковиной дивана нанес один удар в голову потерпевшего, после чего П. никакие звуки не издавал, не двигался, не дышал, он понял, что тот умер. После того, как П. умер, он с Э. продолжили выпивать спиртное. Э. сказал, что сообщит о том, что он причинил смерть П.. Понимая, что Э. может сообщить в правоохранительные органы о том, что он избил до смерти П., решил убить Э.. Правой рукой обхватил шею Э. и начал его душить. Э. пытался вырваться, но не мог. После того, как Э. перестал двигаться, он понял, что тот умер, и отпустил шею. О том, что он убил П. и Э., он сообщил С.. Она предложила расчленить трупы, чтобы вынести тела из квартиры. Расчленили трупы, ушли из квартиры 02 июля 2018 года (т. 1 л.д. 111-127, 136-154, 167-170, т. 2 л.д. 73-77, 151-155).

Кроме показаний, данных ФИО1 на предварительном следствии, виновность ФИО1 в описанном выше преступном деянии подтверждается следующими доказательствами. 

Потерпевшая Л. суду показала, что П. приходился ей отцом, 29 июня 2018 года видела его последний раз, 02 июля 2018 года узнала от мамы, что отец пропал, обратились в полицию. 

Из оглашенных показаний потерпевшей О., данных ею в ходе предварительного расследования, следует, что погибший Э. приходился ей дядей, он проживал по адресу: 

<

...>. Последний раз созванивалась с Э. за неделю до его смерти (т. 2 л.д. 42-46).

Свидетель Т. суду показала, что П. приходился ей бывшим мужем, 30 июня 2018 года он ушел из дома, и больше она его не видела, на звонки не отвечал. 02 июля 2018 года обратились с заявлением в полицию. Охарактеризовала как спокойного человека.

Из показаний свидетеля С.., данных ею в суде и в ходе предварительного расследования (т. 1 л.д. 85-94, 128-134, 211-225, т. 2 л.д. 115-118) следует, что подсудимый ФИО2 приходится ей мужем. Погибший Э. – ее бывший муж. Проживала с Э. в квартире № по ул. 

<

...>. 30 июня 2018 года ФИО2 утром приходил к ней на работу, после чего поехал на 

<

...>, где с Э. распивали спиртное. Где-то в 12 часов по телефону он сообщил, что убил человека, как она позже узнала – П.. Потом ФИО2 приезжал к ней на работу с Э., снова взяли спиртное и уехали. Вечером ФИО2 сообщил, что убил и Э.. ФИО2 ей рассказал, что с П. произошел конфликт, он несколько раз ударил того руками, затем боковиной от дивана. А когда Э. сказал ФИО2, что сообщит в полицию о смерти П., ФИО2 задушил его рукой. Дома она увидела трупы, у П. было избитое лицо, труп Э. находился у дивана. Она предложила ФИО2 расчленить трупы, чтобы избавиться от них. Она расчленяла трупы в ванной комнате кухонными ножами, топором. ФИО2 помогал ей один раз при расчленении трупа П.. Расчлененные части складывали в полиэтиленовые мешки. 02 июля 2018 года затопили квартиру соседей, ушли из квартиры, ночевали у К., тела не вынесли, остались в квартире. 

Из оглашенных показаний свидетеля К. следует, что С. ей знакома, проживала с бывшим мужем Э. по 

<

...>, состояла в любовных отношениях с ФИО1. Примерно с 01 по 05 июля 2018 года С. и Артем ночевали у нее две ночи (т. 2 л.д. 146-148).

Из оглашенных показаний свидетеля В. следует, что она работает продавцом-кассиром магазина, с ней работает С.. 30 июня 2018 года к С. четыре раза приходил мужчина, как та пояснила, она состоит с ним в любовных отношениях. Около 15 часов этот мужчина приехал с другим мужчиной, как сказала С. – с ее бывшим мужем. Последний раз мужчина пришел к С. примерно в 21 час 30 минут (т. 2 л.д. 60-63).

Из оглашенных показаний свидетеля Р. следует, что ее бабушка Е., которая проживает по адресу: 

<

...>, 02 июля 2018 года сообщила ей, что соседи из квартиры № затопили ее квартиру. 04 июля 2018 года от бабушки узнала, что в квартире № дома № по ул. 

<

...> обнаружены расчлененные трупы двух мужчин. Бабушка ей рассказывала, что 30 июня 2018 года в квартире № она слышала звуки конфликта, ссоры, крики, звуки падения предметов, громкие шаги и стуки в пол (т. 2 л.д. 66-69).

Свидетель У. суду показала, что она проживает по адресу: 

<

...>. 3 или 4 июля 2018 года она обратилась в полицию, так как в подъезде дома держался сильный трупный запах, и летали мухи. 

Из протоколов осмотра места происшествия следует, что при осмотре квартиры по адресу: 

<

...> обнаружены фрагменты тела (тел) мужского пола. С места происшествия изъяты, в том числе, нож из керамического материала, нож с полимерной рукоятью, ножовка по дереву, сумки и пакеты, в которых обнаружены части тела человека, топорик с рукоятью красного цвета, изъята боковина от дивана, две дактокарты, кроссовки, следы рук (т. 1 л.д. 5-45, л.д. 155-159).

Из протокола предъявления трупа для опознания следует, что потерпевшая О. в трупе, расчлененные части которого обнаружены в ходе осмотра места происшествия в квартире по адресу: 

<

...>, опознала своего дядю Э., 

<

...> года рождения (т. 2 л.д. 126-129).

Из протокола предъявления трупа для опознания следует, что потерпевшая Л. в трупе, расчлененные части которого обнаружены в ходе осмотра места происшествия в квартире по адресу: 

<

...>, опознала своего отца П., 

<

...> года рождения (т. 2 л.д. 135-138).

Из заключений основной и дополнительных судебно-медицинских экспертиз следует, что причина смерти П. не установлена ввиду расчленения трупа и резко выраженных гнилостных изменений фрагментов трупа. При исследовании трупа обнаружены повреждения в виде двух колото-резаных ран в области спины справа, которые расцениваются как не причинившие вреда здоровью и могли образоваться в результате двух ударов предметом, обладающим колюще-режущими свойствами; ушибленной раны со стороны слизистой верхней губы, которое расценивается как не причинившее вреда здоровью, и могло образоваться в результате удара тупым твердым предметом с ограниченной травмирующей поверхностью; фрагментарного перелома костей носа, которое расценивается как причинившее легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства, и могло образоваться в результате удара тупым твердым предметом с ограниченной травмирующей поверхностью, ушиба мягких тканей головы в лобно-теменной области слева, которое расценивается как не причинившее вреда здоровью, и могло образоваться в результате удара тупым твердым предметом, не исключается образование указанных повреждений в результате удара (ударов) боковиной от дивана. Указанные повреждения имеют прижизненный характер, могли быть причинены около 3-4 часов назад к моменту наступления смерти, которая наступила около 4-6 суток назад к моменту исследования трупа в морге (05 июля 2018 года). Не исключается причинение указанных повреждений в период времени и при обстоятельствах, указанных при допросе ФИО1 в качестве подозреваемого от 09 июля 2018 года, в ходе проверки показаний подозреваемого ФИО1 на месте от 09 июля 2018 года (т. 3 л.д. 7-17, 35-52, 57-68). 

Из пояснений эксперта А. следует, что, поскольку многие повреждения на трупе П. обнаружены в области головы: ушиб мягких тканей в лобно-теменной области, перелом костей носа, ушиб в области губы, не исключается в результате этого причинение черепно-мозговой травмы, но признаки черепно-мозговой травмы обнаружить не представилось возможным, так как оболочки головного мозга сгнили. 

Из заключений основной и дополнительной судебно-медицинских экспертиз следует, что установить причину смерти Э. не представляется возможным из-за резко выраженных гнилостных изменений и расчленения трупа. При исследовании трупа обнаружены повреждения, не имеющие признаков прижизненного образования, образовались при расчленении трупа. Учитывая степень выраженности трупных изменений, смерть наступила около 4-6 суток от времени исследования трупа (05 июля 2018 года). Не исключается возможность развития механической асфиксии у человека и последующего наступления смерти при способе удушения, показанным ФИО1 при допросе в качестве подозреваемого от 09 июля 2018 года, а также в ходе проведения проверки показаний на месте с участием подозреваемого ФИО1 от 09 июля 2018 года (т. 3 л.д. 3-5, 22-26).

Как пояснил эксперт Н., на шее трупа Э. прижизненных повреждений не обнаружено, эти повреждения не являются обязательным условием для наступления смерти от асфиксии, возможно наступление смерти без перелома подъязычной кости и хряща гортани. В связи с резко выраженными гнилостными изменениями трупа причина смерти была не установлена, но не исключается наступление смерти в результате удушения.

Из протоколов выемки следует, что у ФИО1, в том числе, изъяты джинсы (т. 1 л.д. 173-177), в ОГБУЗ «БОСМЭ» г. Братска изъяты образцы биологического происхождения от трупов Э., П. (т. 2 л.д. 1-5).

Изъятые предметы осмотрены, признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 2 л.д. 6-13, 14).

Из протокола предъявления предмета для опознания следует, что потерпевшая Л. опознала кроссовки, изъятые в ходе осмотра места происшествия в квартире № дома № по ул. 

<

...>, как кроссовки, принадлежащие ее отцу П. (т. 2 л.д. 139-143).

Из протокола предъявления предмета для опознания следует, что С.) опознала боковину от дивана, изъятую из ее квартиры по адресу: 

<

...>, которой, как ей пояснил ФИО1, он избивал у нее в квартире П. (т. 2 л.д. 189-193).

Из заключения генетической экспертизы следует, что на джинсах ФИО1 обнаружена кровь П. и Э., на ноже, указанном как топорик, обнаружена кровь П., на керамическом ноже и ноже с клинком из металла обнаружены кровь и генетический материал Э., на пиле-ножовке с ручкой из полимерного материала, указанной как ножовка, обнаружена кровь Э. и П., смешанный генетический материал, который произошел от ФИО1 и Э. (т. 3 л.д. 85-106).

Из заключения дактилоскопической судебной экспертизы следует, что в квартире № дома № по ул. 

<

...> обнаружены следы пальцев рук ФИО1 (т. 3 л.д. 113-122).

Суд, оценивая вышеизложенные доказательства, которые каждое в отдельности соответствуют требованиям закона о допустимости доказательств, считает их достаточными в своей совокупности для признания подсудимого виновным в описанном выше преступном деянии, и при квалификации его действий приходит к следующим выводам.

Исследованные в судебном заседании показания подсудимого ФИО1, данные им на предварительном следствии, суд признает достоверными по обстоятельствам направленности умысла и характеру действий на месте происшествия, потому что они объективно подтверждаются и согласуются с другими доказательствами по делу: результатами осмотров места происшествия и вещественных доказательств, заключениями судебных экспертиз и показаниями потерпевших Л., О., свидетелей С., Т., К., В., Р., У.

Показания подсудимого о времени, месте совершения преступления подтверждаются протоколами осмотра места происшествия, выводами судебно-медицинских экспертиз о времени наступления смерти П. и Э., показаниями потерпевшей Л., свидетелей С., Т., К., В., Р., У.

Показания подсудимого ФИО1 о том, что он нанес множественные удары руками, сжатыми в кулаки, по голове потерпевшего П., два удара ножом в область спины, удар боковиной дивана в область головы потерпевшего, совершил удушение, обхватив потерпевшего Э. за шею рукой и удерживая его до тех пор, пока тот не перестал подавать признаки жизни, после чего трупы были расчленены, объективно подтверждаются выводами судебно-медицинских экспертиз о характере, локализации, механизме образования телесных повреждений, обнаруженных при исследовании трупов П. и Э. Кроме этого, на джинсах подсудимого ФИО1 обнаружена кровь потерпевших П. и Э.

По изложенным выше обстоятельствам суд исключает возможность самооговора подсудимым ФИО1 на предварительном следствии и его оговора свидетелями.

Нанесение потерпевшему П. множественных ударов с достаточной силой руками, сжатыми в кулаки, удара боковиной от дивана в жизненно-важную часть тела человека – голову, совершение удушения Э. за шею рукой до наступления смерти потерпевших свидетельствует об умысле ФИО1 на лишение жизни потерпевших. Подсудимый осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность общественно-опасных последствий в виде смерти потерпевших и желал их наступления, свои действия он прекратил только после наступления смерти потерпевших. Как следует из показаний ФИО1, он осознавал, что от его ударов по голове П. наступила смерть потерпевшего, и свои действия он прекратил, когда П. перестал двигаться и подавать признаки жизни после удара боковиной дивана в область головы потерпевшего, а задушить потерпевшего Э. решил с целью скрыть совершенное им убийство П. и свои действия прекратил после того, как Э. умер. 

В судебном заседании установлено, что от действий ФИО1 наступила смерть двух лиц – П. и Э. Действия ФИО1 по причинению смерти П. были обусловлены личной неприязнью к потерпевшему, а поскольку убийство П. было совершено в присутствии Э., то, как следует из показаний ФИО1, с целью избавиться от свидетеля совершенного им преступления он лишил жизни Э.

С учетом изложенного суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по пунктам «а», «к» части 2 статьи 105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти двум лицам, с целью скрыть другое преступление.

Из сведений о потерпевшем П. следует, что он не судим, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоял, по месту жительства характеризуется удовлетворительно (т. 4 л.д. 6-9, 17).

Из сведений о потерпевшем Э. следует, что он не судим, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоял, по месту жительства характеризуется посредственно (т. 4 л.д. 25-28, 35).

Из сведений о личности подсудимого ФИО1 следует, что он судим за совершение преступлений средней тяжести и тяжкого, на учете у врачей нарколога, психиатра не состоит, имеет заболевание, не состоит на воинском учете, имеет сына 

<

...> года рождения, женат, по месту жительства характеризуется отрицательно как ранее судимый, привлекавшийся к административной ответственности (т. 3 л.д. 152-153, 154-155, 180-181, 182-183, 184-186, 187, 188, 190, 191, 193, 200). Свидетели С., З. охарактеризовали подсудимого как спокойного, трудолюбивого, неконфликтного человека. 

Из заключения судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы в отношении ФИО1 следует, что он обнаруживает эмоционально-неустойчивое расстройство личности, синдром зависимости от употребления алкоголя начальной стадии, однако указанные изменения психики не лишают его способности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В период, относящийся к инкриминируемому ему деянию, в полной мере мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в настоящее время по своему психическому состоянию он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими (т. 3 л.д. 127-134).

Оценивая экспертное заключение, суд находит его объективным, научно обоснованным, проводившие исследование эксперты обладают необходимыми познаниями в области психиатрии и достаточным стажем работы, не доверять выводам экспертов у суда нет оснований. 

Доверяя выводам экспертов, суд также учитывает, что они согласуются с наблюдаемым судом поведением подсудимого в судебном заседании, который поддерживал адекватный речевой контакт, с показаниями свидетелей о поведении подсудимого в быту. 

С учетом изложенного суд признает подсудимого ФИО1 вменяемым лицом, и поэтому он должен нести уголовную ответственность за содеянное.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому ФИО1, являются активное способствование раскрытию и расследованию преступления, признание своей вины, состояние здоровья, наличие малолетнего ребенка, добровольное возмещение потерпевшей Л. материального ущерба, аморальность поведения потерпевшего П., явившегося поводом для преступления. 

Суд не усматривает в действиях ФИО1 обстоятельства совершения убийства П. в состоянии аффекта. Высказывание оскорблений со стороны П. в адрес ФИО1 не могли вызвать у него сильное душевное волнение, поскольку нецензурная брань и оскорбительные высказывания являются нормой поведения у лиц, злоупотребляющих спиртными напитками, находящимися в состоянии алкогольного опьянения. При этом суд учитывает выводы психолого-психиатрической экспертизы о том, что ФИО1 в момент правонарушения не находился в состоянии физиологического аффекта и ни в каком ином эмоциональном состоянии, способном существенно повлиять на сознание и поведение (т. 3 л.д. 127-134).

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимому ФИО1, является опасный рецидив в его действиях, в связи с чем, суд назначает ему наказание с учетом требований ст. 68 УК РФ.

Изложенные выше обстоятельства суд не оценивает как исключительные, значительно уменьшающие степень общественной опасности совершенного подсудимым ФИО1 преступления, в связи с чем, при определении ему размера и вида наказания, не применяет требования ст.ст. 73 и 64 УК РФ. 

С учетом установленных фактических обстоятельств дела и повышенной степени опасности совершенных преступлений, суд не находит оснований для применения ч. 6 ст. 15 УК РФ при оценке тяжести совершенного подсудимым ФИО1 преступления.

Решая вопрос о назначении наказания подсудимому ФИО1, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности, характеризующие подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

С учетом вышеизложенного, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, суд считает необходимым назначить ФИО1 справедливое наказание в пределах, предусмотренных уголовным законом за соответствующее преступление, с отбыванием наказания в условиях изоляции от общества, в виде лишения свободы.

Наказание, в соответствии со ст. 58 УК РФ, ФИО1 должен отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Хранение и передача вещественных доказательств разрешается судом в порядке ст. 82 УПК РФ.

Потерпевшей Л. заявлены исковые требования о компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей. Обосновывая свои исковые требования, Л. указала, что в результате преступных действий ФИО1 ей причинен моральный вред, она стала плохо спать, вынуждена принимать успокоительные лекарственные средства. 

Обсуждая исковые требования, заявленные гражданским истцом, суд принимает во внимание, что в соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, и, в соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания), суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

С учетом степени вины подсудимого ФИО1 в содеянном, характера и объема причиненных потерпевшей нравственных страданий, материального положения осужденного при разрешении гражданского иска о компенсации морального вреда, суд, руководствуясь ст.ст. 1099-1101 ГК РФ с соблюдением требований разумности и справедливости считает, что иск потерпевшей о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению полностью.

Разрешая вопрос о мере пресечения в отношении ФИО1, принимая во внимание данные о личности подсудимого, изложенные обстоятельства дела, суд не находит оснований для изменения ему меры пресечения в виде заключения под стражу, в целях обеспечения исполнения назначенного наказания по приговору суда приходит к выводу о необходимости оставить без изменения меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «к» части 2 статьи 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 15 (пятнадцать) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 1 (один) год.

В соответствии со статьей 53 УК РФ возложить на ФИО1 в период отбывания ограничения свободы обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющим надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации и установить следующие ограничения: не изменять место жительства или пребывания, место работы, а также не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, без разрешения специализированного органа, не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22.00 часов до 06.00 часов. 

Срок наказания исчислять с момента вступления приговора в законную силу. 

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 08 июля 2018 года до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день в срок отбывания наказания в исправительной колонии.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить без изменения. 

Взыскать с подсудимого ФИО1 в пользу Л. 1 000 000 (один миллион) рублей в счет компенсации морального вреда.

Вещественные доказательства по делу, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г. Братску СУ СК России по Иркутской области: керамический нож, нож с полимерной рукоятью, нож с полимерной рукоятью черного цвета, нож с полимерной рукоятью синего цвета, ножовку по дереву, топорик, металлическую банку, окурки сигарет, отрезок ткани, насадку от бритвенного станка, пилочку для ногтей, ватную палочку, расческу, простыню, трусы с красным рисунком, трусы серые, две части футболки, брюки с ремнем, футболку с полосами, штаны, серую сумку, черную сумку, полимерные пакеты, упаковку полимерных пакетов, пару кроссовок, отрезки липкой ленты «скотч» с подложкой из бумаги белого цвета, две дактилоскопические карты, шорты с ремнем, боковину от дивана, образцы биологического происхождения, джинсы – уничтожить; договор комиссии, женское платье, пару сандалий, футболку серую – передать С., в случае отказа от получения уничтожить; пару кроссовок, футболку бирюзовую – передать ФИО1, в случае отказа от получения уничтожить; мобильный телефон – передать потерпевшей О., в случае отказа от получения уничтожить.

Детализацию телефонных соединений хранить при деле. 

Диски хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в Верховный Суд Российской Федерации через Иркутский областной суд в г. Братске в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным ФИО1, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный ФИО1 в тот же срок вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий