Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

16 ноября 2020 года г. Губкин Белгородской области

Губкинский городской суд Белгородской области в составе: председательствующего судьи Потрясаевой Н.М., 

при секретаре Кирилловой Т.В.,

в отсутствие надлежащим образом извещенных сторон по делу,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОГБУЗ «Губкинская ЦРБ», ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской услуги,

установил:

ФИО2 находилась на лечении в ОГБУЗ «Губкинская ЦРБ»: с 31 августа 2019 года на амбулаторном лечении у врача-терапевта, с 11.11.2019 на стационарном лечении в инфекционном отделении; с 15.01.2020 в ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», скончалась 12.03.2020.

Считая, что ФИО2 скончалась в результате неправильного лечения, ФИО1 инициировал судебное разбирательство, предъявив иск к ОГБУЗ «Губкинская ЦРБ», ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», о взыскании компенсации морального вреда причиненного ненадлежащим оказанием медицинской услуги его матери в размере 500000 руб. 

В судебное заседание истец представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, заявленные требования поддержал и просил их удовлетворить, исковые требования к каждому из ответчиков не уточнял.

Представители ответчика представили заявления о рассмотрении дела в их отсутствие, исковые требования не признали по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Третьи лица представили заявления о рассмотрении дела в их отсутствие, возражали против удовлетворения иска.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, проверив материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что истцом по делу является ФИО1. Доказательств родственных отношений между ФИО1 и ФИО2 истцом не представлено, в судебном заседании не добыто.

ФИО2 находилась на амбулаторном лечении в ОГБУЗ «Губкинская ЦРБ» с 31 августа 2019 года у врача-терапевта, с 11.11.2019 на стационарном лечении в инфекционном отделении; с 15.01.2020 в ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа», скончалась 12.03.2020. Причиной смерти ФИО2 явилось: 

<

данные изъяты>. (т. 1 л.д.19).

В п. 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, являющихся приложением к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г. № 194н, предусмотрено, что ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 3 ст. 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ).

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Верховный Суд РФ в п. 2 постановления Пленума «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 г. № 10 указал, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Для взыскания компенсации морального вреда необходимо наличие следующих обстоятельств: наступление вреда (смерть близкого родственника); противоправность поведения причинителя вреда; причинная связь между наступлением вреда и противоправным поведением; вина причинителя вреда.

При этом потерпевший обязан представить доказательства наличия вреда, противоправности поведения причинителя вреда, наличия причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда.

При наличии данных доказательств действует презумпция вины причинителя вреда, который в этом случае для освобождения от ответственности должен доказать отсутствие своей вины в причинении вреда.

Истцом суду не представлено доказательств того, что ухудшение состояния здоровья ФИО2 было обусловлено дефектом оказания медицинской помощи работниками ответчиков, как и наличия непосредственной причинной связи между дефектами медицинской помощи и смертью ФИО2 

Ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью (п. 24 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, являющихся приложением к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 г. № 194н).

Суд основывает свое решение только на основании установленных фактов, решение не может быть основано на предположениях.

В силу ч. 2 ст. 58 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» в Российской Федерации проводится несколько видов медицинских экспертиз, в том числе, судебно-медицинская и судебно-психиатрическая экспертизы.

Судебно-медицинская и судебно-психиатрическая экспертизы проводятся в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, в медицинских организациях экспертами в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственной судебно-экспертной деятельности (ч. 1 ст. 62 ФЗ от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ).

Согласно п. 4 Порядка организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации, утвержденного Приказом Минздравсоцразвития РФ от 12.05.2010 г. № 346н, основаниями для осуществления судебно-медицинских экспертиз являются определение суда, постановление судьи, дознавателя или следователя.

Только в ходе судебно-медицинской экспертизы возможно установление причинной связи между ухудшением состояния здоровья человека, приведшим в дальнейшем к смерти, и дефектом оказания медицинской помощи со стороны лечебного учреждения.

На обсуждение сторон был поставлен вопрос о назначении судебной экспертизы для установления причинной связи между ухудшением состояния здоровья человека, приведшим в дальнейшем к смерти, и дефектом оказания медицинской помощи со стороны лечебных учреждений, а также об установлении ответственности каждого из ответчиков.

Истцом, уклонившимся от состязательности в процессе, ходатайств не заявлено.

В рамках проверки обращения ФИО1 по факту наличия врачебных ошибок при проведении лечения пациентки ФИО2 ответчиком проведена экспертиза контроля соблюдения стандартов ведения больных в амбулаторных условиях, оценка качества ведения первичной медицинской документации, перед врачом экспертом были поставлены вопросы: правильное ведение первичной медицинской документации, соблюдение стандартов или (и) клинических рекомендаций по ведению пациента по профилям; обоснованность назначения дополнительных методов обследования, консультаций (ч. 1 ст. 64 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). Согласно экспертного заключения, замечаний по ведению пациентки, оформлению медицинской документации нет (т.1 л.д.99-102).

В соответствии п. 37 Порядка организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, утвержденного Приказом ФФОМС от 01.12.2010 г. № 230, экспертиза качества медицинской помощи является лишь основанием для применения к медицинской организации мер, предусмотренных статьей 41 ФЗ «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации» от 29.11.2010 г. № 326-ФЗ, условиями договора на оказание и оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию и перечнем оснований для отказа в оплате медицинской помощи (уменьшения оплаты медицинской помощи).

В ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница имени Св. Иосафа» ФИО2 находилась на лечении и обследовании в период с 15.01.2020 по 12.03.2020, поступила в учреждение без однозначно установленного диагноза в связи с особенностями течения заболевания, установлен предварительный диагноз: 

<

данные изъяты>, помещена в отделение гнойной хирургии, назначено дообследование и терапия, затем переведена в ревматологическое отделение, продолжено обследование и лечение. 

Пациентка скончалась 12.03.2020, причиной смерти указан диагноз: 

<

данные изъяты>.

В период с 31.08.2019 по 14.01.2020 лечение в ОГБУЗ «Губкинская ЦРБ» диагностические и лечебные мероприятия выполнялись верно, своевременно, в полном объеме и по показаниям, исходя из приказа МЗ РФ от 15.11.2012 № 915н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «онкология».

В указанные периоды времени в ОГБУЗ «Губкинская ЦРБ» и ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница им. Святителя Иосафа» медицинская помощь была оказана своевременно, правильно, в полном объеме, в соответствии с выставленным диагнозом. Доказательств иного истцом суду не представлено.

Суд в отсутствие специальных познаний в области судебно-медицинский экспертизы не может на предположениях стороны истца установить данное обстоятельство.

Наличие недостатков оказанной ответчиками медицинской помощи при отсутствии сведений о том, что именно они привели к смерти ФИО2, могло свидетельствовать о причинении морального вреда только самой ФИО2, а не иным лицам. Данный вред мог быть компенсирован матери истца как потребителю в отношениях с лечебным учреждением на основании ст. 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 г. № 2300-1.

Однако право на компенсацию морального вреда неразрывно связано с личностью потерпевшего, а потому оно не могло перейти к сыну либо иному лицу по наследству (ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо в порядке иного правопреемства.

В связи с чем, у суда отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований ФИО1

Руководствуясь ст.ст. 194–199 ГПК РФ, си.151 ГК РФ,

Решил:

Иск ФИО1 к ОГБУЗ «Губкинская ЦРБ», ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской услуги, признать необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения, с подачей апелляционной жалобы через Губкинский городской суд. 

Судья 

Решение