ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 27GV0008-01-2021-000116-44

16 июня 2021 года г. Уссурийск 

Уссурийский гарнизонный военный суд в составе: 

председательствующего Аникиной О.Г., 

при помощнике судьи Иванове С.В., секретарях судебного заседания Пилипенко Т.В., Лепётовой К.А.,

с участием государственного обвинителя заместителя военного прокурора Уссурийского гарнизона 

<

данные изъяты> юстиции ФИО1, 

подсудимых ФИО2, ФИО3, ФИО4, Миргазова Р.Р., ФИО5, ФИО6,

их защитников – адвокатов Крыжко В.А., Михайлова С.П., Очманенко Е.А., Очманенко С.Ю., Акатьева Р.Г., Качан Л.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении военнослужащих войсковой части № 

<

данные изъяты> 

ФИО2, 

<

данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 226, ч. 1 ст. 222 и ч. 2 ст. 222 УК РФ,

ФИО3, родившегося 

<

данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 226 и ч. 2 ст. 222 УК РФ,

ФИО4, родившегося 

<

данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 226 и ч. 2 ст. 222 УК РФ,

Миргазова Рустама Расимовича, родившегося 

<

данные изъяты>, 

обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, и преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 222 УК РФ,

ФИО5, родившегося 

<

данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 226, ч. 2 ст. 222 и ч. 1 ст. 226 УК РФ,

и гражданина

ФИО6, родившегося 

<

данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 226, ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 222 и ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 222 УК РФ,

установил:

ФИО6 в период с 25 по 31 декабря 2019 года, отбывая наказание в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Приморскому краю, задумав заняться с помощью своего брата ФИО2, проходившего военную службу по призыву, хищением и сбытом патронов армейского образца, обратился по вопросу их сбыта к содержавшемуся с ним в одной камере ФИО50, который, решив оказать содействие правоохранительным органам в пресечении преступления, сообщил ФИО6 номер телефона знакомого сотрудника полиции по имени ФИО51, не раскрывая данных о его профессиональной деятельности. 

Созвонившись с ФИО52 и получив его согласие на приобретение патронов различного калибра, ФИО6 в период с 25 по 31 декабря 2019 года по телефону, через приложение «WhatsApp» посредством аудиозвонков и переписки путём неоднократных уговоров стал склонять ФИО2 совершить хищение патронов для их дальнейшей продажи, и получил согласие последнего.

В конце февраля 2020 года ФИО6 вновь позвонил ФИО2, напомнив об их договоренности. 

Около 17 часов 17 марта 2020 года ФИО2, находясь во время выполнения работ в хранилище с военной техникой на территории парка войсковой части № (далее по тексту – хранилище), убедившись, что за ним никто не наблюдает, похитил хранившийся там цинковый ящик с боеприпасами, в котором находилось 

<

данные изъяты>, после чего, вопреки требованиям п. 18 Правил оборота боевого ручного стрелкового и иного оружия, боеприпасов и патронов к нему, а также холодного оружия в государственных военизированных организациях, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 15 октября 1997 года № 1314 (далее – Правила оборота оружия), предписывающих хранение таких боеприпасов только в специально оборудованных помещениях государственных организаций, обеспечивающих сохранность, безопасность хранения и исключающих несанкционированный доступ посторонних лиц, спрятал патроны в тайнике под бетонной плитой у заброшенного здания на территории той же воинской части, где хранил по 19 марта 2020 года.

О наличии готовых к реализации патронов ФИО2 в вечернее время 17 марта 2020 года сообщил в телефонном разговоре ФИО6, который на следующий день, содействуя совершению преступления, предоставил тому информацию о номере телефона лица, готового приобрести боеприпасы.

Около 14 часов 19 марта 2020 года ФИО2, предварительно позвонив ФИО53 и договорившись с ним о сбыте боеприпасов, изъял похищенные патроны из тайника и в период с 14 до 15 часов тех же суток перенес к автомобилю, припаркованному около дома 41-Е на ул. Ленинградской в г. Уссурийске, где продал ФИО54, являющемуся сотрудником 

<

данные изъяты> и действовавшему в рамках оперативно-розыскного мероприятия (далее по тексту – ОРМ) «проверочная закупка», за 10000 рублей, из которых 3000 рублей перечислил ФИО6

ФИО5 в один из дней с 15 по 25 апреля 2020 года, узнав о хранении в хранилище, в кузове автомобиля 

<

данные изъяты> патронов различного калибра, предложил Миргазову совместно совершить их хищение с целью дальнейшего сбыта, с чем тот согласился.

Реализуя свой преступный умысел, в один из дней указанного периода, по окончании работ в хранилище ФИО5 забрался в кузов автомобиля 

<

данные изъяты> и вытащил цинковый ящик с боеприпасами – 420 патронами 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>, а Миргазов, согласно отведенной ему роли, находясь у входа в хранилище, наблюдал за обстановкой. Затем они вдвоем спрятали патроны на территории воинской части в тайнике, в углублении пригорка, где совместно хранили до одного из дней с 25 по 27 апреля 2020 года.

После совершения хищения, в один из дней с 15 по 25 апреля 2020 года Миргазов договорился с ФИО2 о приискании последним за материальное вознаграждение покупателя на похищенные боеприпасы. 

В один из дней с 25 по 27 апреля 2020 года в связи палом травы в месте хранения патронов Миргазов, ФИО2 и ФИО3, предварительно договорившись между собой, без ведома ФИО5, перепрятали боеприпасы в безопасное место - находящееся рядом заброшенное здание, где совместно хранили их по 8 мая 2020 года.

Помимо этого, в один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года о совместном хищении патронов договорились ФИО3, Миргазов и ФИО4. С этой целью в один из дней того же периода ФИО3 и ФИО4 вошли в хранилище во время проведения в нём работ и, дождавшись ухода остальных военнослужащих, впустили Миргазова. После этого они втроем извлекли из кузова автомобиля 

<

данные изъяты> пять цинковых ящиков с боеприпасами, в которых находились 

<

данные изъяты>, а также патроны калибра 

<

данные изъяты>, и спрятали их в указанном выше заброшенном здании, где совместно хранили по 8 мая 2020 года.

При этом, в один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года ФИО3, Миргазов и ФИО4 предложили приискать покупателя на похищенные ими патроны ФИО2, который принял их предложение, позвонил своему брату ФИО6, отбывающему наказание в ФКУ ИК-41 ГУФСИН России по Приморскому краю, рассказал о приготовленных им и сослуживцами к реализации шести цинковых ящиков с патронами и попросил сообщить не сохранившийся у него номер телефона прежнего покупателя. 

ФИО6, дав согласие на предоставление таких сведений за вознаграждение, 30 апреля 2020 года позвонил ФИО55 и предложил приобрести партию патронов различного калибра. Получив подтверждение о готовности приобрести боеприпасы, ФИО6 сообщил об этом ФИО2, предоставив информацию о номере телефона покупателя, содействуя тем самым совершению преступления.

В один из дней с 30 апреля по 8 мая 2020 года ФИО2 по телефону договорился с ФИО56 о сбыте боеприпасов. 

8 мая 2020 года в период времени с 4 часов 30 минут до 6 часов ФИО2 и Миргазов, действуя группой лиц по предварительному сговору, извлекли из тайника похищенные ранее Миргазовым и ФИО5, а также ФИО3, Миргазовым и ФИО4 шесть ящиков с патронами, которые вопреки положениям п. 1 Правил оборота оружия, устанавливающим ношение и продажу патронов к боевому ручному стрелковому и иному оружию в государственных военизированных организациях, в мешке вдвоем перенесли от заброшенного здания в автомобиль, припаркованный за ограждением воинской части, где сбыли ФИО57, действовавшему в рамках ОРМ «проверочная закупка», за 90000 рублей.

Полученные денежные средства ФИО2 и Миргазов поделили, оставив себе по 20000 рублей, передав ФИО3 и ФИО4 по 15000 рублей, ФИО5 - 5000 рублей, а 15000 рублей - на приобретение и передачу продуктов питания ФИО6

7 мая 2020 года около 18 часов ФИО5, находясь на работах в том же хранилище, убедившись, что за ним никто не наблюдает, похитил из кузова автомобиля 

<

данные изъяты> и спрятал в заброшенном здании на территории воинской части 

<

данные изъяты>. 14 мая 2020 года он добровольно выдал их органам, осуществлявшим оперативно-розыскную деятельность (в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 в части незаконного хранения и приготовления к незаконному сбыту 

<

данные изъяты> в силу примечания к ст. 222 УК РФ отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ). 

В судебном заседании ФИО2 виновным себя признал полностью и от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции Российской Федерации. 

Из оглашенных его показаний, данных в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, усматривается, что в конце декабря 2019 года ему позвонил его брат ФИО6, содержавшийся в СИЗО-2, и предложил заниматься хищением из воинской части, где он проходит службу, и дальнейшей продажей патронов. Сначала он отказался, но брат стал регулярно звонить и писать ему через приложение «WhatsApp», уговаривал, объясняя своё предложение необходимостью не только иметь денежные средства, но и завоевать авторитет среди осуждённых. Брат его убедил, и уже до Нового года он согласился. 

В конце февраля 2020 года брат снова позвонил по тому же вопросу, но поскольку он с января находился на стационарном лечении, то не мог ничего предпринять. После возвращения на службу в 10-х числах марта, он, работая в хранилище, увидел находящиеся на полу цинковые ящики с патронами различного калибра. Около 17 часов 17 марта 2020 года, исполняя в том же хранилище служебные обязанности, убедившись, что за ним никто не наблюдает, он вынес оттуда один цинковый ящик с патронами 

<

данные изъяты> и спрятал под бетонной плитой у заброшенного здания. Вечером того же дня он рассказал об этом брату, а на следующий день тот сообщил номер телефона потенциального покупателя, предложив договариваться самому. Созвонившись с покупателем, назвавшимся 

<

данные изъяты>, он около 14 часов 19 марта 2020 года достал цинковый ящик с патронами из тайника и с 14 до 15 часов тех же суток под бушлатом перенес в автомобиль, припаркованный недалеко от воинской части, около д. 41-Е на ул. Ленинградской в г. Уссурийске. В этом автомобиле он продал патроны ФИО58 за 10000 рублей. Когда он возвращался обратно в расположение части, его задерживал военный патруль. Через несколько дней по его просьбе ФИО59 со своей банковской карты перечислил для брата 3000 рублей на банковскую карту, номер которой тот указал в СМС-сообщении.

Также из оглашенных показаний ФИО2 следует, что о хищении и продаже патронов он в дальнейшем рассказал Миргазову и ФИО3.

После этого, в один из дней с 15 по 25 апреля 2020 года к нему подошел Миргазов и, сообщив о хищении вместе с ФИО5 цинкового ящика с патронами 

<

данные изъяты>, спрятанного ими в траве на пригорке, предложил за материальное вознаграждение найти покупателя, на что он ответил согласием. 

Его разговор с Миргазовым слышал ФИО3, а через некоторое время, до 27 апреля 2020 года, они с ФИО3 увидели пал травы в месте, где были спрятаны патроны, и рассказали об этом Миргазову. Они втроем решили перепрятать патроны в более безопасное место - в находящееся рядом с пригорком заброшенное здание, что и сделали. 

Сразу заниматься реализацией патронов он не стал, предполагая, что еще кто-то еще из сослуживцев захочет таким же образом заработать денег.

В один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года ФИО3, Миргазов и ФИО4 сообщили, что похитили и спрятали в том же заброшенном здании пять цинковых ящиков с патронами различного калибра. 

Выполняя их просьбу помочь продать патроны, он позвонил своему брату ФИО6, отбывающему в то время наказание в исправительной колонии № 41, рассказал, что он с сослуживцами приготовил к реализации еще боеприпасы, и попросил номер телефона ФИО60, который у него самого не сохранился. Примерно 30 апреля 2020 года брат за обещанное вознаграждение сообщил ему номер телефона. Он созвонился с ФИО61 и договорился о сбыте патронов рано утром 8 мая 2020 года. Поскольку ФИО3 и ФИО4 находились на лечении в медицинской роте, он и Миргазовым решили все патроны продать вдвоем. 

8 мая 2020 года в период времени с 4 часов 30 минут до 6 часов они вдвоем с Миргазовым вытащили из тайника все шесть похищенных цинковых ящиков с патронами, сложили их в мешок, перенесли к припаркованному за ограждением территории воинской части автомобилю и продали ФИО62, получив за это 90000 рублей. Деньги они разделили между всеми. Ему и Миргазову досталось по 20000 рублей, ФИО3 и ФИО4 - по 15000 рублей, ФИО5 - 5000 рублей, а 15000 рублей, как просил брат, он передал девушке по имени ФИО63 для приобретения тому продуктов питания. 

Помимо этого, из оглашенных показаний ФИО2 видно, что инициативу в сбыте патронов он проявлял самостоятельно, ФИО64 его в этом не принуждал, а со слов ФИО5 ему известно о хищении последним 

<

данные изъяты>, которые тот спрятал где-то на территории воинской части. 

ФИО6 виновным себя в содеянном в судебном заседании признал и пояснил, что, действительно, в последних числах декабря 2019 года просил своего брата ФИО2 похищать в воинской части, в которой проходит службу, патроны для их дальнейшей продажи. С этой целью он неоднократно связывался с ним, используя чужие телефоны, из СИЗО-2, где отбывал наказание за ранее совершенное преступление. Брат сначала отказывался, но в итоге согласился, и в один из дней с 10 по 20 марта 2020 года сообщил о хищении цинкового ящика с патронами. Он дал брату номер телефона покупателя по имени ФИО65, который получил от содержащегося с ним в одной камере ФИО66. 20 марта 2020 года он был направлен для отбывания наказания в ИК-41, после чего получил от брата перевод на 3000 рублей из денег, вырученных от продажи патронов.

В конце апреля 2020 года брат сообщил, что у него и его сослуживцев имеются для продажи шесть цинковых ящиков с патронами и попросил номер телефона ФИО67. Номер телефона он брату предоставил, предварительно позвонив ФИО68 и получив согласие последнего. За информацию брат должен был передать ему часть вырученных денег. В дальнейшем ФИО69 на эти деньги организовал передачу ему в колонию продуктов питания. 

ФИО5 в судебном заседании виновным себя в содеянном признал и показал, что в апреле 2020 года ему стало известно об онкологическом заболевании своей матери. Решив материально ей помочь, он стал интересоваться у сослуживцев, как можно заработать денег, и узнал, что в хранилище находится автомобиль 

<

данные изъяты>, загруженный боеприпасами, а также что ФИО2 уже продавал патроны. В один из дней с 15 по 25 апреля 2020 года он предложил Миргазову похитить патроны для продажи, и тот согласился. В один из дней того же периода, после окончания в хранилище работ ему пришлось вернуться туда за документами. Воспользовавшись этим, он, пока Миргазов у входа наблюдал за обстановкой, забрался в кузов автомобиля 

<

данные изъяты>, взял оттуда цинковый ящик с патронами 

<

данные изъяты> и вынес. Затем они вдвоем спрятали патроны на территории воинской части, на пригорке, в углублении, недалеко от заброшенного здания и решили, что по вопросу продажи патронов Миргазов обратится к ФИО2 При осуществлении ФИО2 поиска покупателя он предоставлял тому телефон со своей сим-картой. Утром 8 мая 2020 года Миргазов сообщил, что он и ФИО2 продали похищенные патроны, и передал ему долю от вырученных денег в размере 5000 рублей. Тогда же от Миргазова ему стало известно о том, что тот с ФИО3 и ФИО2 перепрятывали патроны в другое место. 

За день до продажи патронов, как далее показал ФИО5, 7 мая 2020 года в вечернее время по окончании работ в том же хранилище он опять проник в кузов автомобиля 

<

данные изъяты>, откуда забрал себе 

<

данные изъяты>. Когда он вышел из парка, то встретил Миргазова, который, услышав про гранаты, посоветовал вернуть их обратно. Поскольку хранилище было уже закрыто, он спрятал гранаты в заброшенном здании, а 13 мая 2020 года добровольно выдал их сотрудникам ФСБ. 

Миргазов в судебном заседании виновным себя в содеянном признал и показал, что в один из дней с 15 по 25 апреля 2020 года он согласился с предложением ФИО5 похитить для последующей продажи патроны, находящиеся в хранилище, в автомобиле 

<

данные изъяты>, что они с ФИО5 на следующий день совместно и сделали. Похищенный цинковый ящик 

<

данные изъяты> они спрятали рядом с заброшенным зданием, в углублении пригорка, и накрыли досками. После этого он обратился к ФИО2 с просьбой помочь в реализации патронов, и тот обещал узнать у брата номер телефона покупателя. Он показал ФИО2 и присутствовавшему при разговоре ФИО3, где спрятаны патроны, а ближе к 27 апреля 2020 года те сообщили, что в этом месте горит трава. Тогда они решили перепрятать патроны в заброшенное здание, и втроем это выполнили. ФИО96 об изменении места хранения патронов до их продажи он не сообщал. 

В конце апреля 2020 года он договорился о хищении патронов с ФИО3 и ФИО4. К ФИО4 они с ФИО3 обратились, полагая, что тот придумает, как вынести цинковые ящики из хранилища. ФИО4 согласился, сказав, что знает, как это сделать. В тот же день после обеда ФИО3 и ФИО4 направились в хранилище первыми. Когда подошел он, те находились уже внутри и, отогнув ворота, помогли ему проникнуть через образовавшуюся щель. Из кузова автомобиля 

<

данные изъяты> они втроем взяли пять цинковых ящиков с патронами, вынесли из хранилища через окно и спрятали в заброшенном здании, где уже хранились патроны, похищенные им и ФИО5. Об этом хищении они рассказали ФИО2, который по их просьбе стал через своего брата искать покупателя. Спустя какое-то время ФИО2 сообщил, что покупатель приедет 8 мая 2020 года, и нужно будет рано утром, до подъема перенести патроны. В связи с тем, что ФИО3 и ФИО4 находились в медицинской роте на лечении, а ФИО97 не знал о похищенных пяти цинковых ящиках с патронами, он и ФИО2 решили сбыть патроны вдвоем. Около 4 часов 30 минут 8 мая 2020 года они с ФИО2 забрали шесть цинковых ящиков с патронами из заброшенного здания, сложили их в мешок и вдвоем перенесли к старому КПП. Там он перелез через забор, встретил покупателя и показал, куда подъехать. После того, как они с ФИО2 погрузили шесть цинковых ящиков с патронами в машину покупателя, тот передал им 90000 рублей. Деньги они разделили, лично он получил от продажи 20000 рублей.

ФИО3 в судебном заседании виновным себя в содеянном признал и показал, что когда весной 2020 года ФИО2 был задержан в г. Уссурийске военным патрулем, он поинтересовался, почему тот находился за территорией воинской части, и ФИО2 ответил, что продавал патроны. 

Во второй половине апреля 2020 года он услышал, как ФИО5 договаривается с Миргазовым похитить из хранилища патроны для продажи. Вскоре после этого Миргазов рассказал ему и ФИО2, что он вместе с ФИО5 совершил хищение цинкового ящика с патронами, который они спрятали на территории части, показав место хранения. Затем ФИО2 сообщил, что в месте хранения патронов горит трава, о чём они рассказали Миргазову. Решив перепрятать боеприпасы в целях безопасности, они втроем спрятали их на территории воинской части в заброшенном здании.

В один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года он с Миргазовым и ФИО4 также похитили боеприпасы из названного хранилища. О хищении они договорились заранее. В этот день они работали до обеда, и в послеобеденное время он и ФИО4 вошли в хранилище, где в это время работы производил личный состав другого подразделения. Они поднялись на второй этаж и дождались окончания работ. Когда все ушли и не могли их увидеть, они, отогнув ворота, впустили Миргазова, после чего втроем вытащили из кузова автомобиля 

<

данные изъяты>, тент на котором полностью закреплен не был, пять цинковых ящиков с патронами различного калибра и спрятали в том же заброшенном здании. Вопросами продажи занимался ФИО2 Делал он это через своего брата, который отбывал наказание в местах лишения свободы. Для связи с братом и покупателем, который назвался ФИО70, он предоставлял ФИО2 свой телефон. Один раз он сам вместо ФИО2 разговаривал с покупателем. Сбыт патронов 8 мая 2020 года осуществили Миргазов и ФИО2, пока он и ФИО4 находились на лечении. О продаже боеприпасов в тот же день рассказал Миргазов, передав ему и ФИО4 по 15000 рублей.

ФИО4 виновным себя в содеянном в судебном заседании признал полностью, и от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции Российской Федерации. 

Из оглашенных его показаний, данных в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, видно, что в один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года ФИО3 и Миргазов предложили ему совершить хищение патронов из хранилища для продажи. Он согласился. Похитить решили столько, сколько смогут унести. Свой план они осуществили в один из дней того же периода времени. Он, ФИО3 и Миргазов забрались в кузов автомобиль 

<

данные изъяты>, загруженный боеприпасами, и вытащили пять цинков с патронами. По предложению ФИО3 они спрятали боеприпасы в заброшенном здании на территории части, закидав их строительным мусором. Там же он увидел еще один цинковый ящик с патронами. Вечером они рассказали ФИО2 о хищении патронов, месте их хранения. ФИО2 пообещал позвонить своему брату Дмитрию и спросить номер телефона покупателя. 8 мая 2020 года, когда он и ФИО3 находились в медицинской роте, Миргазов и ФИО2 продали патроны. Из вырученных денег он получил 15000 рублей.

Помимо показаний подсудимых, их виновность в совершении преступлений, подтверждается доказательствами, представленными стороной обвинения.

В соответствии с требованиями - накладными № № от ДД.ММ.ГГГГ и № № от ДД.ММ.ГГГГ на складе 

<

данные изъяты> войсковой части № 

<

данные изъяты> ФИО71 получены, в том числе, 

<

данные изъяты>. 

Свидетель ФИО72 показал, что после получения на складе боеприпасов, они в дальнейшем были доставлены в хранилище и загружены в автомобиль 

<

данные изъяты>. В связи со служебной занятостью он не имел возможности надлежащим образом осуществлять контроль за их хранением. О хищении боеприпасов он узнал от сотрудников ФСБ, после чего в результате проведенной проверки была выявлена недостача 

<

данные изъяты>.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 15 мая 2020 года, в хранилище с техникой подразделения войсковой части 

<

данные изъяты> находится автомобиль 

<

данные изъяты>, из которого совершено хищение 

<

данные изъяты>.

Из показаний свидетеля ФИО73 усматривается, что в декабре 2019 года в камере № СИЗО-2, где он содержался, его сокамерник ФИО6 стал обращаться к нему просьбой помочь продать патроны, которые может достать его брат, являющийся военнослужащим. Поскольку ему такие проблемы были не нужны, а ФИО6 продолжал настаивать на поиске покупателя, он дал ему телефон давнего знакомого по имени ФИО74, работавшего в полиции, но о месте работы последнего не сообщил. Лично он с ФИО75 по этому вопросу не разговаривал, ФИО6 созванивался с ним сам. В дальнейшем по просьбе ФИО6 он организовал тому передачу продуктов питания через свою знакомую Викторию, которой брат ФИО6 передал деньги. 

Свидетель ФИО76 показал, что в начале 2020 года при прохождении им службы в войсковой части № ему стали поступать телефонные звонки от лица, представившегося Дмитрием – братом его сослуживца ФИО2. Дмитрий сообщил, что находится в местах лишения свободы и готов приобрести любые боеприпасы. Отвечая, что ему это неинтересно, он после третьего такого звонка заблокировал номер телефона. В дальнейшем ФИО2 спросил, почему он не отвечает его брату, а также интересовался, как можно незаметно покинуть территорию воинской части.

Свидетель ФИО77 показал, что в феврале 2020 года ФИО2 сообщил ему о возможности продавать патроны через брата. 

Из показаний свидетеля ФИО78 следует, что после 15 часов 19 марта 2020 года при несении им службы в составе гарнизонного патруля в г. Уссурийске в районе ул. Ленинградской был задержан ФИО2, который пытался перелезть через забор на территорию войсковой части №. В помещении военной комендатуры, куда ФИО2 был доставлен, он видел, как тот показывал дежурному содержимое карманов, в том числе купюру достоинством 5000 рублей. 

Свидетель ФИО79 показал, что в апреле 2020 года он по просьбе ФИО2 перевел со своей банковской карты 3000 рублей брату последнего. При этом ФИО2 передал ему 3000 рублей наличными.

Показания свидетеля ФИО80 о переводе с его банковской карты 16 апреля 2020 года указанной денежной суммы подтверждается справкой ПАО «Сбербанк». 

Свидетель ФИО81 показал, что 12 мая 2020 года Миргазов, узнав о его финансовых проблемах, занял ему 12000 рублей. На вопрос, откуда у него деньги, Миргазов ответил, что накопил.

Согласно показаниям свидетеля ФИО82, в мае 2020 года она по просьбе ФИО83 забрала у военнослужащего одной из воинских частей в г. Уссурийске по имени Сергей 15000 рублей, которые передала своему знакомому Дмитрию.

Свидетель ФИО84 показал, что, исполняя просьбу ФИО85, он на полученные от ФИО86 деньги приобрел продукты питания и передал их в ИК-41 для ФИО6

Свидетель под псевдонимом ФИО87 показал, что в декабре 2019 года ему звонил мужчина, представившийся ФИО6, сообщил, что находится в местах лишения свободы и готов продать боеприпасы. Полученную информацию он передал сотрудникам полиции, и ему было предложено участвовать в проведении ОРМ «проверочная закупка». Сначала ему звонил Дмитрий, а потом его брат Сергей, который, со слов Дмитрия, являлся военнослужащим и имел доступ к боеприпасам. Они обговорили реализацию боеприпасов, и в середине марта 2020 года он, в рамках ОРМ, около воинской части 

<

адрес> в г. Уссурийске приобрел у Сергея один цинковый ящик с патронами за 10000 рублей. 

8 мая 2020 года было проведено еще одно ОРМ «проверочная закупка». У расположения той же воинской части в рамках этого мероприятия он приобрел у того же Сергея и неизвестного ему парня шесть цинковых ящиков с патронами, каждый за 15000 рублей. 

Из показаний ФИО89 также следует, что проводимое ОРМ документально фиксировалось, ему был присвоен псевдоним «Х», а Дмитрию и Сергею он представлялся как ФИО90. При этом инициатива всегда исходила от Дмитрия и Сергея, по вопросу сбыта боеприпасов звонили ему они, он лишь перезванивал, если видел пропущенный вызов. Перед проведением второго ОРМ на связь вышел мужчина, назвавшийся Денисом. 

Как следует из протокола от 30 сентября 2020 года осмотра сведений о соединениях между абонентскими номерами № и № используемых, как установлено в судебном заседании, ФИО6 и ФИО2, соответственно, в конце декабря 2019 года ФИО6 осуществлял звонки ФИО2, эти абонентские номера находились в зоне действия сети, что подтверждается наличием интернет-трафика. Между этими же абонентским номерами осуществлялись соединения в конце февраля и 17-18 марта 2020 года, а также соединения с ФИО91 посредством интернет-трафика в конце декабря 2019 года и в период с 17 по 19 марта 2020 года. 

<

данные изъяты>Согласно протоколу осмотра от 30 сентября 2020 года, осуществлялись соединения между абонентским номером №, используемым ФИО5, и абонентским номером, используемым ФИО6, в период с 28 по 30 апреля 2020 года, а также с абонентским номером, используемым ФИО92, в период с 30 апреля по 8 мая 2020 года. Из аудиозаписи телефонного разговора между ФИО93 и ФИО6, состоявшегос

Из аудиозаписи телефонного разговора между ФИО94 и ФИО6, состоявшегося 30 апреля 2020 года по инициативе последнего, следует, что ФИО6 сообщил о готовности сбыть боеприпасы, которые подготовил его брат Сергей, сослуживец брата Денис и другие сослуживцы, имена которых он не знает. 

Факт такого разговора ФИО6 подтвердил в судебном заседании.

В соответствии с актом осмотра и вручения денежных средств от 19 марта 2020 года, гражданину «Х» для проведения ОРМ «проверочная закупка» выдано 20000 рублей.

Согласно акту добровольной сдачи от 19 марта 2020 года и протоколу осмотра предметов от 17 июня того же года, гражданином «Х» произведена выдача 10000 рублей, а также приобретенного им в ходе проведенного 19 марта 2020 года ОРМ «проверочная закупка» металлического ящика, в котором находилось 

<

данные изъяты> патронов калибра № миллиметра.

Из заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № видно, что представленные на экспертизу 

<

данные изъяты> из этих патронов с маркировочным обозначением «№» изготовлены промышленным способом, являются № патронами и относятся к категории боеприпасов для нарезного огнестрельного оружия калибра № миллиметра, которые предназначены для стрельбы из автоматов и пулемётов конструкции 

<

данные изъяты> и другого оружия, изготовленного под данный патрон. 

<

данные изъяты> патронов пригодны для стрельбы, 1 патрон для стрельбы не пригоден. На момент проведения предварительного исследования общее количество первоначально предоставленных патронов составляло 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты> патронов при предварительном исследовании были отстреляны и признаны боеприпасами калибра № миллиметра к нарезному огнестрельному оружию, пригодными для стрельбы. 

Согласно акту осмотра и вручения денежных средств от 8 мая 2020 года, гражданину «Х» для проведения ОРМ «проверочная закупка» выданы денежные средства на общую сумму 105000 рублей - 21 купюра достоинством по 5000 рублей. 

Из акта добровольной сдачи от 8 мая 2020 года и протокола осмотра предметов от 17 июня 2020 года следует, что гражданином «Х» произведена выдача 15000 рублей, а также приобретенных им 8 мая 2020 года в ходе проведенного ОРМ «проверочная закупка» шести металлических ящиков, в которых находятся 

<

данные изъяты> патронов калибра № миллиметра и патроны калибра № миллиметра: 

<

данные изъяты> патронов 

<

данные изъяты> с маркировочным обозначением «№», 

<

данные изъяты> патронов № с маркировочным обозначением «№», 

<

данные изъяты> патронов № с маркировочным обозначением «№». 

В соответствии с заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, представленные для исследования 

<

данные изъяты> патронов с маркировочным обозначением «№» являются №-мм военными патронами отечественного производства, используемыми автоматами 

<

данные изъяты> и его модификациями, ручным пулемётом № и др., и относятся к боеприпасам для нарезного огнестрельного оружия;

<

данные изъяты> патронов с маркировочным обозначением «№» являются № мм военными винтовочными патронами (с пулей со стальным сердечником) образца 1953 г. отечественного производства, используемыми с винтовкой конструкции 

<

данные изъяты> карабинами конструкции 

<

данные изъяты> и др., ручными пулемётами 

<

данные изъяты>, винтовкой 

<

данные изъяты> и др., и относятся к боеприпасам для нарезного огнестрельного оружия;

<

данные изъяты> патронов с маркировочным обозначением «№» являются № мм военными винтовочными патронами (с бронебойно-зажигательной пулей) отечественного производства, используемыми с винтовкой конструкции 

<

данные изъяты> карабинами конструкции 

<

данные изъяты>. и др., ручными пулемётами 

<

данные изъяты>, винтовкой 

<

данные изъяты> и др., и относятся к боеприпасам для нарезного огнестрельного оружия;

<

данные изъяты> патронов с маркировочным обозначением «№» являются № мм военными винтовочными патронами (с трассирующей пулей) отечественного производства, используемыми с винтовкой конструкции 

<

данные изъяты> карабинами конструкции 

<

данные изъяты>. и др., ручными пулемётами 

<

данные изъяты>, винтовкой 

<

данные изъяты> и др., и относятся к боеприпасам для нарезного огнестрельного оружия. 

Все патроны для производства выстрелов пригодны. 

Согласно справке об исследовании от ДД.ММ.ГГГГ №, на момент проведения предварительного исследования общее количество первоначально предоставленных патронов калибра № миллиметра с маркировочным обозначением «№» составляло 

<

данные изъяты>, патронов калибра № миллиметра с маркировочным обозначением «№» - 

<

данные изъяты>. При этом 

<

данные изъяты> патронов калибра № миллиметра с маркировочным обозначением «№» и 

<

данные изъяты> патронов калибра № миллиметра с маркировочным обозначением «№» при предварительном исследовании были отстреляны и признаны боеприпасами для нарезного огнестрельного оружия, пригодными для стрельбы.

В соответствии с протоколом изъятия от ДД.ММ.ГГГГ и протокола осмотра от ДД.ММ.ГГГГ, 13 мая 2020 года у ФИО4 при проведении ОРМ «опрос» изъяты денежные купюры на общую сумму 22800 рублей – четыре купюры достоинством по 5000 рублей, одна купюра достоинством 1000 рублей, три купюры достоинством по 500 рублей, одна купюра достоинством 200 рублей, одна купюра достоинством 100 рублей.

Как видно из протокола выемки от 14 мая 2020 года и протокола осмотра от 31 июля 2020 года, 14 мая 2020 года у ФИО98 изъята одна купюра достоинством 5000 рублей. 

При этом номера всех купюр достоинством 5000 рублей, изъятых 13 мая 2020 года у ФИО4 и 14 мая 2020 года у ФИО99, числятся среди номеров купюр таким достоинством, зафиксированным в акте осмотра и вручения денежных средств от 8 мая 2020 года.

Факт передачи части вырученных от продажи патронов денежных средств ФИО100 в качестве займа Миргазов в судебном заседании не отрицал.

В отношении изъятых 13 мая 2020 года купюр у ФИО4, он сам, ФИО3 и Миргазов пояснили, что это оставшиеся у них троих денежные средства, полученные ими от продажи боеприпасов, остальное они потратили.

Протокол явки с повинной ФИО5 от 14 мая 2020 года содержит сообщение о хищении им 7 мая 2020 года в парке войсковой части № двух гранат № из кузова автомобиля 

<

данные изъяты>. 

Из показаний свидетеля ФИО7 видно, что 14 мая 2020 года он на добровольной основе был привлечен сотрудниками ФСБ для участия в мероприятии по осмотру территории войсковой части №. Проверялась поступившая от ФИО101 информация о сокрытии им в заброшенном здании двух похищенных гранат. Сотрудник ФСБ в присутствии его и второго участника провел осмотр заброшенного здания, в ходе которого были обнаружены две гранаты. 

В соответствии с протоколом обследования и изъятия предметов от 14 мая 2020 года, на территории войсковой части № под бетонной плитой вблизи заброшенного здания обнаружены и изъяты две гранаты. 

Из заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № видно, что эти гранаты представляют собой боевые оборонительные осколочные гранаты № и являются боеприпасами.

Приведенные выше доказательства признаются судом относимыми, допустимыми и в своей совокупности достаточными для разрешения уголовного дела и вывода о виновности подсудимых в совершении преступлений в объёме, установленном судом.

Оперативно-розыскные мероприятия проведены в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», полученные сведения переданы органу предварительного расследования в установленном законом порядке, в соответствии с требованиями УПК РФ. 

Заявление защитника подсудимого ФИО3 адвоката Михайлова о провокации со стороны правоохранительных органов, которые не пресекли в ходе проведения 19 марта 2020 года ОРМ «проверочная закупка» противоправную деятельность ФИО2, провели в отношении него ещё одну закупку, и тем самым спровоцировали его и других подсудимых на совершение новых преступлений, связанных с хищением и незаконным оборотом боеприпасов, суд полагает несостоятельным. 

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о наличии у подсудимых умысла, направленного на совершение преступлений, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативного подразделения, а также о проведении подсудимыми всех подготовительных действий, необходимых для совершения противоправного деяния, связанного со сбытом боеприпасов.

Что касается проведения ОРМ «проверочная закупка» 8 мая 2020 года, то данное мероприятие проводилось для документирования преступной деятельности не ФИО2, а ФИО6 и неустановленных лиц, что следует из утвержденного 3 мая 2020 года заместителем начальника УМВД России по Приморскому краю постановления о проведении ОРМ.

Сведения об имеющейся у сотрудников правоохранительных органов иной задачи для проведения этого мероприятия, а значит и наличие законных оснований для его проведения, содержатся в представленных материлах ОРМ и нашли свое подтверждение в судебном заседании.

Это следует из показаний свидетелей ФИО102, ФИО103 - лица, проводившего ОРМ, а также зафиксированного в ходе ОРМ разговора между ФИО104 и ФИО2, в соответствии с которыми последний сообщил о большем количестве подготовленных к продаже боеприпасов, чем сбыл при проведении ОРМ 19 марта 2020 года, о наличии таких боеприпасов у другого лица, в связи с чем противоправная деятельность ФИО2 в указанную дату не была пресечена. 

Показания указанных свидетелей также подтверждаются показаниями ФИО2, согласно которым он договаривался с ФИО105 о продаже 19 марта 2020 года двух цинковых ящиков с патронами. Второй такой ящик должен был принести один из его сослуживцев, но не сделал этого, о чём он сообщил ФИО106, продав только один цинк.

Приведенная выше аудиозапись состоявшегося 30 апреля 2020 года телефонного разговора между ФИО107 и ФИО6 подтверждает сообщение последним информации о неизвестных ему лицах, подготовивших боеприпасы для сбыта. 

При таких обстоятельствах оснований для признания недопустимыми доказательствами результатов проведенного 8 мая 2020 года ОРМ «проверочная закупка» не имеется.

Не может суд согласиться и с утверждением адвоката Михайлова о нарушении порядка возбуждения уголовного дела. 

В соответствии с требованиями ст. 140 УПК РФ поводом для возбуждения уголовного дела является заявление о преступлении, а также сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, которое оформляется рапортом, согласно ст. 143 УПК РФ.

Рапорт об обнаружении признаков преступления от 19 марта 2020 года составлен в соответствии с требованиями ст. 143 УПК РФ, и в тот же день зарегистрирован в книге учета преступлений в дежурной части УМВД России по Приморскому краю, тем самым правоохранительный орган был поставлен в известность об обнаружении признаков преступления. 

Поэтому дознаватель ОМВД России по г. Уссурийску после получения информации о совершенном или готовящемся преступлении и в пределах своей компетенции, установленной уголовно-процессуальным законодательством, 27 марта 2020 года обоснованно принял решение о возбуждении уголовного дела. 

То обстоятельство, что к представленным на тот момент результатам оперативно-розыскной деятельности не были приложены направленные позднее постановление о проведении оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка» и постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, их носителей, не ставит под сомнение законность принятого решения о возбуждении дела.

Часть 2 ст. 140 УПК РФ закрепляет общее основание для возбуждения уголовного дела. Эта норма действует в системе иных норм того же Кодекса, допускающих возбуждение уголовного дела при наличии полученного из надлежащего источника повода (ч. 1 ст. 140 и ст. 141-143 УПК РФ) и отсутствии оснований для отказа в возбуждении уголовного дела (ст. 24 УПК РФ), а также дифференцирующих порядок возбуждения уголовных дел публичного, частного и частно-публичного обвинения (ст. 145-147 УПК РФ) и предполагающих, что соответствующее процессуальное решение должно быть законным, обоснованным и мотивированным (ч. 4 ст. 7 УПК РФ).

Не противоречит нормам уголовно-процессуального законодательства и возбуждение уголовного дела в отношении неустановленного лица. Установление личности этого лица возможно после возбуждения уголовного дела в ходе предварительного расследования.

По тем же основаниям суд полагает законным и постановление о возбуждении уголовного дела от 14 мая 2020 года.

На вывод суда о виновности подсудимых ФИО3 и Миргазова не могут повлиять их показания, данные в судебном заседании, о том, что после совершения ими в один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года хищения и сокрытия в заброшенном здании патронов они хотели вернуть их обратно, а преступные действия продолжили из-за угроз жизни и здоровью их близких, которые передал им ФИО2 от неизвестного мужчины, позвонившем тому по телефону с незнакомого номера.

Им самим таких угроз, как следует из показаний Миргазова и ФИО3, никто не высказывал, в правоохранительные органы по данному поводу они не обращались, фактических действий, направленных на отказ от преступной деятельности, совершить не пытались, а довели задуманное до конца, получив материальную выгоду.

Кроме того, в ходе предварительного следствия, будучи неоднократно допрошенными в присутствии защитников, ФИО3 и Миргазов об этом не заявляли, а ФИО2 эти их показания в судебном заседании не подтвердил. 

Заявление защитника Качан о том, что подстрекателем совершенных ФИО2 преступлений являлся не ФИО6, а ФИО108, не нашло своего подтверждения, опровергается показаниями ФИО2 о своём брате – ФИО6 как о лице, склонившем его к хищению боеприпасов.

К показаниям ФИО6 о том, что склонять брата к хищению патронов он стал по инициативе ФИО109, суд относится критически, и считает их данными с целью смягчения наказания.

Эти его показания опровергаются как показаниями об обратном свидетеля ФИО110, так и показаниями свидетеля ФИО111, согласно которым, содержась в камере № СИЗО-2, он видел, что инициатором неоднократных разговоров между ФИО112 и ФИО6 всегда был последний, а ФИО113 потом рассказывал, что ФИО6 просит помочь в реализации боеприпасов. 

Факт содержания ФИО6, ФИО114 и ФИО115 с 27 декабря 2019 года в одной камере № в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Приморскому краю подтверждается справкой названного учреждения. 

Как видно из показаний ФИО2, уговаривая его совершить для дальнейшей продажи хищение боеприпасов, его брат ФИО6 объяснял это необходимостью иметь денежные средства и завоевать авторитет среди осуждённых.

При этом 3000 рублей из вырученных ФИО2 от продажи похищенных патронов, как установлено в судебном заседании, получил ФИО6, который распорядился ими по своему усмотрению.

Кроме того, в дальнейшем, уже отбывая наказание в исправительной колонии № 41, ФИО6, продолжая свою преступную деятельность, вновь, без влияния со стороны ФИО116, стал содействовать брату в сбыте боеприпасов, за что получил материальную выгоду.

Как показал ФИО6, это он из колонии, после обращения к нему брата, стал звонить ФИО117, чтобы снова узнать номер телефона покупателя.

Заявление адвоката Очманенко С.Ю. о необходимости квалификации действий его подзащитного Миргазова, связанных с хищением боеприпасов, как единого продолжаемого преступления суд считает не основанным на законе.

Оснований считать, что Миргазовым совершено единое продолжаемое преступление, складывающееся из различных по стадии реализации единого преступного умысла деяний, не имеется.

Совершая хищение боеприпасов сначала совместно с ФИО5, по предложению последнего, а в дальнейшем - с ФИО3 и ФИО4, умысел на хищение у Миргазова возникал каждый раз самостоятельно, что следует из показаний подсудимых. 

Сам Миргазов в судебном заседании затруднился пояснить, от кого – от него или ФИО3, исходила инициатива похитить еще патроны. 

Поскольку ФИО5 и Миргазов в один из дней с 15 по 25 апреля 2020 года группой лиц по предварительному сговору похитили из хранилища войсковой части № боеприпасы - 

<

данные изъяты> патронов калибра № миллиметра, действия каждого из указанных подсудимых суд квалифицирует по п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ.

Принимая во внимание, что Миргазов, ФИО3 и ФИО4 в один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года группой лиц по предварительному сговору похитили из хранилища войсковой части № боеприпасы - 

<

данные изъяты> патронов калибра № миллиметра и 

<

данные изъяты> патронов калибра № миллиметра, действия каждого из этих подсудимых суд квалифицирует по п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ.

В соответствии с ч. 8 ст. 246 и ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится в отношении подсудимого только по предъявленному ему обвинению, при этом государственный обвинитель вправе исключить из юридической квалификации деяния признаки преступления, отягчающие наказание, переквалифицировать деяние в соответствии с нормой УК РФ, предусматривающей более мягкое наказание.

Органами предварительного следствия ФИО2, Миргазов, ФИО5, ФИО3 и ФИО4 обвинялись в незаконных хранении, ношении и сбыте боеприпасов группой лиц по предварительному сговору, то есть преступлении, предусмотренном ч. 2 ст. 222 УК РФ.

В частности подсудимые обвинялись:

ФИО2, Миргазов, ФИО5 - в незаконном хранении в углублении пригорка на территории войсковой части № группой лиц по предварительному сговору похищенных ФИО5 и Миргазовым 

<

данные изъяты> патронов калибра № миллиметра, в период, который начался в один из дней с 15 по 25 апреля 2020 года и окончился в один из дней с 25 по 27 апреля 2020 года;

ФИО2, Миргазов, ФИО3 – в незаконном ношении группой лиц по предварительному сговору, в том числе с ФИО5, указанных боеприпасов в один из дней с 25 по 27 апреля 2020 года из тайника в углублении в пригорке в заброшенное здание;

ФИО2, Миргазов, ФИО5, ФИО3 и ФИО4 - в незаконном хранении группой лиц по предварительному сговору указанных боеприпасов в заброшенном здании в период, который начался у ФИО2, Миргазова, ФИО5, ФИО3 в один из дней с 25 по 27 апреля 2020 года и окончился 8 мая 2020 года, у ФИО4 - в один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года и окончился 8 мая 2020 года;

ФИО2, Миргазов, ФИО3 и ФИО4 - в незаконном хранении группой лиц по предварительному сговору, в том числе с ФИО5, похищенных Миргазовым, ФИО3 и ФИО4 

<

данные изъяты> патронов калибра 

<

данные изъяты> миллиметра и 

<

данные изъяты> патронов калибра № миллиметра в заброшенном здании в период, который начался в один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года и окончился 8 мая 2020 года;

ФИО2, Миргазов, ФИО5, ФИО3 и ФИО4 - в незаконном ношении группой лиц по предварительному сговору 8 мая 2020 года указанных выше боеприпасов, похищенных как ФИО5 и Миргазовым, так и Миргазовым, ФИО3, ФИО4, от заброшенного здания в автомобиль, припаркованный за ограждением воинской части, и незаконный сбыт в тот же день этих боеприпасов в указанном автомобиле.

В судебном заседании государственный обвинитель ходатайствовал об исключении из предъявленного подсудимым обвинения как излишне вмененного, не нашедшего подтверждения в судебном заседании:

- из обвинения ФИО2 - незаконное хранение группой лиц с Миргазовым и ФИО5 по предварительному сговору в углублении пригорка патронов, похищенных ФИО5 и Миргазовым, в период, который начался в один из дней с 15 по 25 апреля 2020 года и окончился в один из дней с 25 по 27 апреля 2020 года, а также незаконное хранение группой лиц с Миргазовым, ФИО3, ФИО4 по предварительному сговору в заброшенном здании похищенных ими патронов в период, который начался в один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года и окончился 8 мая 2020 года;

- из обвинения ФИО4 - незаконное хранение группой лиц с ФИО2, Миргазовым, ФИО5, ФИО3 по предварительному сговору в заброшенном здании патронов, похищенных ФИО5 и Миргазовым, в период, который начался в один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года и окончился 8 мая 2020 года;

- из обвинения ФИО5, ФИО3 и ФИО4 - незаконное ношение группой лиц с ФИО2 и Миргазовым по предварительному сговору 8 мая 2020 года указанных выше боеприпасов, похищенных как ФИО5 и Миргазовым, так и Миргазовым, ФИО3 и ФИО4, от заброшенного здания в автомобиль, припаркованный за ограждением воинской части, и незаконный сбыт в тот же день этих боеприпасов в указанном автомобиле. 

Такое изменение обвинения не ухудшает положение подсудимых и не нарушает их право на защиту.

В связи с этим суд исключает из предъявленного ФИО2, ФИО5, ФИО3, ФИО4 обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 222 УК РФ, указанные государственным обвинителем признаки. 

Помимо этого, государственный обвинитель просил исключить из предъявленного подсудимому ФИО5 обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 222 УК РФ, незаконное ношение группой лиц с ФИО2, Миргазовым, ФИО3 по предварительному сговору похищенных ФИО5 и Миргазовым патронов из тайника в углублении в пригорке в заброшенное здание в один из дней с 25 по 27 апреля 2020 года, а также незаконное хранение группой лиц по предварительному сговору похищенных Миргазовым, ФИО3 и ФИО4 патронов в заброшенном здании в период, который начался в один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года и окончился 8 мая 2020 года.

Между тем, такое ношение и хранение боеприпасов ФИО5, по сути, не вменялось.

При этом, как установлено в судебном заседании, ФИО2, Миргазов и ФИО3, перепрятывая похищенные ФИО5 и Миргазовым патроны, преследовали цель их дальнейшего безопасного хранения, в связи с чем изменение места хранения этих боеприпасов, с учётом незначительного расстояния между тайником в углублении пригорка и заброшенным зданием, самостоятельного состава ношения боеприпасов не образует.

Ввиду изложенного суд исключает из обвинения ФИО2, Миргазова и ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 222 УК РФ, незаконное ношение ими группой лиц по предварительному сговору, в том числе с ФИО5, патронов, похищенных ФИО5 и Миргазовым, из тайника в углублении пригорка в заброшенное здание.

Поскольку после этого патроны выбыли из места хранения, где сокрыл их ФИО5, без его ведома, суд также исключает из обвинения ФИО5 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 222 УК РФ, незаконное хранение им группой лиц с ФИО2, Миргазовым и ФИО3 по предварительному сговору патронов, похищенных ФИО5 и Миргазовым, в заброшенном здании в период, который начался в один из дней с 25 по 27 апреля 2020 года и окончился 8 мая 2020 года.

Не установлено в судебном заседании и предварительного сговора Миргазова, ФИО3, ФИО4 с ФИО5 на хранение похищенных первыми патронов в заброшенном здании в период, который начался в один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года и окончился 8 мая 2020 года. Поэтому суд исключает из обвинения Миргазова, ФИО3 и ФИО4 указание на такой сговор. 

Поскольку Миргазов и ФИО5 незаконно хранили группой лиц по предварительному сговору похищенные ими ранее патроны в углублении пригорка в период, который начался в один из дней с 15 по 25 апреля 2020 года и окончился в один из дней с 25 по 27 апреля 2020 года, ФИО2, Миргазов и ФИО3 незаконно хранили группой лиц по предварительному сговору эти же боеприпасы в заброшенном здании в период, который начался в один из дней с 25 по 27 апреля 2020 года и окончился 8 мая 2020 года, Миргазов, ФИО3 и ФИО4 незаконно хранили группой лиц по предварительному сговору патроны, похищенные ранее ими, в заброшенном здании в период, который начался в один из дней с 28 по 30 апреля 2020 года и окончился 8 мая 2020 года, ФИО2 и Миргазов 8 мая 2020 года незаконно группой лиц по предварительному сговору перенесли патроны, ранее похищенные как ФИО5 и Миргазовым, так и Миргазовым, ФИО3 и ФИО4, от заброшенного здания в автомобиль, припаркованный за ограждением воинской части, и в ту же дату незаконно их сбыли, эти действия каждого из них суд квалифицирует по ч. 2 ст. 222 УК РФ.

Так как ФИО6 в период с 28 апреля до 8 мая 2020 года путем предоставления информации о лице, желающем приобрести боеприпасы, совершил пособничество в незаконном сбыте 8 мая 2020 года ФИО2 и Миргазовым боеприпасов группой лиц по предварительному сговору, эти его действия суд квалифицирует по ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 222 УК РФ.

Органами предварительного следствия ФИО2 обвинялся в хищении около 17 часов 17 марта 2020 года боеприпасов - 

<

данные изъяты> патронов калибра № миллиметра из хранилища войсковой части №, незаконном их хранении в период с 17 часов 17 марта 2020 года до 14 часов 19 марта 2020 года под бетонной плитой у заброшенного здания на территории той же воинской части, незаконном их ношении в период с 14 до 15 часов 19 марта 2020 года от названного места к автомобилю, припаркованному у дома 41-Е на ул. Ленинградской в г. Уссурийске, незаконном их там сбыте около 15 часов 19 марта 2020 года, то есть в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 226 и ч. 1 ст. 222 УК РФ.

ФИО6 обвинялся в организации в период с 25 декабря 2019 года по 19 марта 2020 года при отбывании наказания в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Приморскому краю совершенных ФИО2 хищения, незаконных хранения, ношения и сбыта боеприпасов - 

<

данные изъяты> патронов калибра № миллиметра, то есть в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 226 и ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 222 УК РФ.

Государственный обвинитель в судебном заседании просил исключить из обвинения, предъявленного ФИО2, хищение, незаконные хранение, ношение и сбыт одного патрона калибра № миллиметра, как не являющегося боеприпасом в силу его негодности к функциональному использованию, а из обвинения, предъявленного ФИО6 - организацию совершенных ФИО2 хищения, незаконных хранения, ношения и сбыта этого патрона.

Кроме того, государственный обвинитель полагал, что организация ФИО6 совершения ФИО2 преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 226 и ч. 1 ст. 222 УК РФ, не нашла своего подтверждения, поскольку объективная сторона его действий заключалась не в организации или руководстве совершением преступлений, а склонении своего брата к совершению хищения боеприпасов путем уговоров, а также в содействии совершению сбыта похищенных ФИО2 боеприпасов путем предоставления информации о лице, желающем их приобрести, в связи с чем ходатайствовал о переквалификации действий ФИО6 с ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 226 УК РФ на ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 226 УК РФ и с ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 222 УК РФ на ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 222 УК РФ.

Такое изменение обвинения не ухудшает положение подсудимых и не нарушает их право на защиту.

Ввиду изложенного, суд исключает из обвинения ФИО2 хищение им 17 марта 2020 года одного патрона калибра № миллиметра, незаконное его хранение с 17 марта 2020 года до 14 часов 19 марта 2020 года под бетонной плитой около заброшенного здания, незаконное его ношение в период с 14 до 15 часов 19 марта 2020 года от названного места к автомобилю, припаркованному у дома 41-Е на ул. Ленинградской в г. Уссурийске, незаконный его сбыт в этом автомобиле в ту же дату.

Действия ФИО2, выразившиеся в хищении им 17 марта 2020 года 

<

данные изъяты> патронов калибра № миллиметра, суд квалифицирует по ч. 1 ст. 226 УК РФ.

Его же действия, выразившиеся в незаконном хранении с 17 по 19 марта 2020 года, ношении и сбыте этих же боеприпасов 19 марта 2020 года, суд квалифицирует по ч. 1 ст. 222 УК РФ.

Действия ФИО6, выразившиеся в склонении ФИО2 в период с 25 декабря 2019 года по 19 марта 2020 года к хищению тех же боеприпасов путем уговора, суд квалифицирует по ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 226 УК РФ.

Его же действия, выразившиеся в содействии ФИО2 в тот же период времени в незаконном сбыте этих боеприпасов путем предоставления информации, суд квалифицирует по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 222 УК РФ.

Действия ФИО5, выразившиеся в хищении 7 мая 2020 года гранат, суд квалифицирует по ч. 1 ст. 226 УК РФ.

При назначении подсудимым наказания суд, исходя из положений ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает влияние назначенного наказания на их исправление, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные об их личности.

Вопреки заявлениям защитников Михайлова и Акатьева, суд не может расценить протоколы явок с повинной их подзащитных ФИО3 и ФИО5 от 14 мая 2020 года как обстоятельство, смягчающее им наказание за совершение преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 226 и ч. 2 ст. 222 УК РФ, поскольку, как установлено в судебном заседании, в том числе из показаний самих подсудимых, на момент оформления этих явок с повинной правоохранительные органы уже располагали сведениями о совершенных ими преступлениях, о чём подсудимым было известно.

Явку с повинной ФИО5 суд, на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, признает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 226 УК РФ, поскольку доказательств о наличии на момент её оформления у правоохранительных органов сведений о хищении гранат суду не представлено.

В соответствии с этой же правовой нормой обстоятельством, смягчающим наказание ФИО3, ФИО4, Миргазову, ФИО5 и ФИО2, суд признаёт активное способствование ими расследованию преступлений.

Не могут быть признаны обоснованными доводы защитника Акатьева о наличии оснований для признания в действиях ФИО5 смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ - совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств, вызванных стремлением оказать материальную помощь неработающей матери, у которой выявлено онкологическое заболевание, поскольку решение подсудимым таких вопросов не является тяжелым в смысле, который придается таким обстоятельствам п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и не снижает общественную опасность совершенных ФИО5 преступлений, направленных против общественной безопасности. Кроме того, как установлено в судебном заседании, у матери ФИО5 имеются другие родственники, оказывающие ей материальную помощь. 

Состояние здоровья матери ФИО5, страдающей тяжелым заболеванием, подтвержденное медицинскими документами, суд учитывает в качестве обстоятельства, смягчающего ему наказание, в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ.

В качестве таких же обстоятельств суд учитывает раскаяние ФИО3, ФИО4, Миргазова, ФИО5 и ФИО2 в содеянном, положительные данные об их личности. До призыва на военную службу по месту проживания, учёбы они характеризуются положительно. ФИО2, ФИО4, ФИО3 и Миргазов неоднократно поощрялись за участие в различных мероприятиях, проводимых в школах и районах проживания. ФИО5 оказывал помощь детям сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей. С положительной стороны они характеризуются командованием и за период прохождения военной службы.

Принимает суд во внимание и условия жизни ФИО5, ФИО4, которые воспитывались в неполных семьях, Миргазова, воспитывавшегося в детском доме и опекунами. 

Ввиду признания судом смягчающими наказание подсудимых ФИО3, ФИО4, Миргазова, ФИО5, ФИО2 обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствия отягчающих обстоятельств, суд назначает им наказание по правилам ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В связи с тем, что преступления, предусмотренные п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, ФИО3, ФИО4, Миргазов и ФИО5 совершили, будучи военнослужащими, то предусмотренное санкцией ч. 3 ст. 226 УК РФ дополнительное наказание в виде ограничения свободы, в силу ч. 6 ст. 53 УК РФ, не может быть им назначено. 

С учетом фактических обстоятельств совершенного ФИО2 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ, его характера и степени общественной опасности, суд считает необходимым назначить ему из альтернативных видов наказаний, предусмотренных санкцией ч. 1 этой статьи, наказание в виде лишения свободы как отвечающего достижению целей уголовного наказания.

Поскольку обстоятельства совершенных ФИО3, ФИО4, Миргазовым, ФИО5, ФИО2 преступлений не свидетельствуют о меньшей степени их общественной опасности, то, несмотря на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих обстоятельств, оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

При назначении наказания ФИО6 суд учитывает, что виновным себя он признал, в содеянном раскаялся, по месту проживания до отбывания наказания в местах лишения свободы характеризуется удовлетворительно.

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО6 за совершение преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 222 УК РФ, суд, на основании ч. 1 ст. 18 УК РФ, признает рецидив преступлений.

В качестве обстоятельства, отягчающего наказание ФИО6 за совершение преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 226 и ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 222 УК РФ, суд, на основании п. «а» ч. 2 ст. 18 УК РФ, признает опасный рецидив преступлений.

Назначая ему наказание, суд учитывает характер и степень общественной опасности ранее совершенных ФИО6 преступлений, а также обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, характер и степень общественной опасности вновь совершённых преступлений.

Принимая во внимание, что отбывая наказание за умышленное преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 166 УК РФ, ФИО6, не сделав должных выводов, вновь совершил три умышленных преступления, отнесенные законом к категории тяжких и средней тяжести, суд, несмотря на учёт смягчающих обстоятельств, полагает необходимым назначить ему за каждое из них наказание в виде лишения свободы по правилам ч. 2 ст. 68 УК РФ.

С учётом вышеуказанных смягчающих обстоятельств и личности всех подсудимых суд считает возможным не применять к ним дополнительное наказание в виде штрафа, предусмотренное санкциями ч. 1, 2 ст. 222, ч. 3 ст. 226 УК РФ.

При определении конкретного размера наказания подсудимым за преступления, совершённые в соучастии, суд учитывает характер и степень фактического участия каждого из них в их совершении, значение этого участия для достижения целей данных преступлений.

Документов, свидетельствующих о наличии у подсудимых заболеваний, препятствующих их содержанию в местах лишения свободы, не представлено.

Согласно п. «б, в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы ФИО2 должно быть назначено в исправительной колонии общего режима, отбывание лишения свободы ФИО3, ФИО4, Миргазовым, ФИО5, ФИО6 - в исправительной колонии строгого режима.

Учитывая, что подсудимые признаны виновными в совершении умышленных тяжких и особо тяжких преступлений, имеются достаточные основания считать, что они могут скрыться от суда. 

Исходя из этого, в целях обеспечения исполнения приговора в порядке ч. 2 ст. 97 УПК РФ суд считает необходимым избрать ФИО6 меру пресечения в виде заключения под стражу и изменить избранную ФИО3, ФИО4, Миргазову, ФИО5 и ФИО2 меру пресечения в виде наблюдения командования воинской части на заключение под стражу.

В силу ст. 72 УК РФ срок отбывания подсудимыми наказания надлежит исчислять со дня вступления приговора в законную силу, с зачетом в этот срок времени содержания под стражей со дня постановления приговора до дня вступления его в законную силу, а подсудимыми ФИО3, ФИО4, Миргазовым, ФИО5 и ФИО2 – также времени их задержания в порядке ст. 91 УПК РФ и содержания под стражей по данному уголовному делу.

Вопрос о вещественных доказательствах надлежит разрешить в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

Согласно ст. 131 и 132 УПК РФ процессуальные издержки, состоящие из сумм, выплаченных адвокатам, участвующим в уголовном деле в качестве защитников по назначению, за оказание им юридической помощи подсудимым, подлежат взысканию с последних в доход федерального бюджета, поскольку основания для освобождения от их уплаты не установлены. 

Руководствуясь ст. 307, 308, 309 УПК РФ, военный суд

приговорил:

признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 226 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года 6 (шесть) месяцев.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 1 (один) год.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 222 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательное наказание ФИО2 назначить путем частичного сложения наказаний в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года 6 (шесть) месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет 6 (шесть) месяцев.

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 222 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательное наказание ФИО3 назначить путем частичного сложения наказаний в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет 6 (шесть) месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет 6 (шесть) месяцев.

Признать ФИО4 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 222 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года 9 (девять) месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательное наказание ФИО4 назначить путем частичного сложения наказаний в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет 3 (три) месяца, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Признать Миргазова Рустама Расимовича виновным в совершении в один из дней в период с 15 по 25 апреля 2020 года преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет 6 (шесть) месяцев.

Признать Миргазова Рустама Расимовича виновным в совершении в один из дней в период с 28 по 30 апреля 2020 года преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет 6 (шесть) месяцев. 

Признать Миргазова Рустама Расимовича виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 222 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года 6 (шесть) месяцев.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательное наказание Миргазову Р.Р. назначить путем частичного сложения наказаний в виде лишения свободы на срок 9 (девять) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Признать ФИО5 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет. 

Признать ФИО5 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 222 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года 6 (шесть) месяцев. 

Признать ФИО5 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 226 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года 6 (шесть) месяцев. 

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательное наказание ФИО5 назначить путем частичного сложения наказаний в виде лишения свободы на срок 7 (семь) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Признать ФИО6 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 226 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года.

Признать ФИО6 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 222 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года.

Признать ФИО6 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 2 ст. 222 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений окончательное наказание ФИО6 назначить путем частичного сложения наказаний в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет.

В силу ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по данному приговору, частично присоединить неотбытую часть наказания по приговору Пожарского районного суда Приморского края от 11 сентября 2019 года и окончательно определить ФИО6 наказание в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет 15 (пятнадцать) дней с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Избрать осуждённому ФИО6 меру пресечения в виде заключения под стражу, взять его под стражу в зале суда и до вступления приговора в законную силу содержать в ФКУ СИЗО-2 ГУФСИН России по Приморскому краю.

Меру пресечения в отношении осуждённых ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 и Миргазова Р.Р. в виде наблюдения командования воинской части изменить на заключение под стражу, взять каждого из них под стражу в зале суда и до вступления приговора в законную силу содержать в ФКУ СИЗО - 2 ГУФСИН России по Приморскому краю.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ срок отбывания ФИО2 наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу, с зачётом в этот срок времени его задержания в порядке ст. 91 УПК РФ и содержания под стражей по данному уголовному делу с 14 мая по 2 ноября 2020 года, включительно, а также времени содержания его под стражей со дня вынесения 16 июня 2021 года приговора до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ срок отбывания ФИО3, ФИО4, ФИО5 и Миргазовым Р.Р. наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу, с зачётом в этот срок времени их задержания в порядке ст. 91 УПК РФ и содержания под стражей по данному уголовному делу с 14 мая по 2 ноября 2020 года, включительно, а также времени содержания их под стражей со дня вынесения 16 июня 2021 года приговора до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

В силу п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ срок отбывания ФИО6 наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу, с зачётом в этот срок времени содержания его под стражей со дня вынесения 16 июня 2021 года приговора до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по делу:

- 

<

данные изъяты>, находящиеся на хранении в войсковой части №, передать в названную воинскую часть,

- денежные средства, изъятые у ФИО4, в сумме 22800 (двадцать две тысячи восемьсот) рублей, и денежные средства, изъятые у ФИО95., в сумме 5000 (пять тысяч) рублей, находящиеся на хранении в полевом учреждении Центрального банка Российской Федерации (Казачье), передать в УМВД России по Приморскому краю,

- материалы оперативно-розыскных мероприятий, перечисленные на л.д. 101-102, 185-186 в т. 1, л.д. 245-246 в т. 4; компакт-диски, находящиеся на л.д. 36, 52 в т. 6, л.д. 136 в т. 7, оставить при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего.

Процессуальные издержки по делу, состоящие из сумм, выплаченных защитникам по назначению за оказание юридической помощи ФИО2: на предварительном следствии адвокатам Мухину В.В. в размере 5040 (пяти тысяч сорока) рублей и Крыжко В.А. в размере 65940 (шестидесяти пяти тысяч девятисот сорока) рублей и в судебном разбирательстве адвокату Крыжко В.А. в размере 83955 (восьмидесяти трех тысяч девятисот пятидесяти пяти) рублей, возложить на осуждённого ФИО2, и взыскать с него эти денежные суммы в доход федерального бюджета.

Процессуальные издержки по делу, состоящие из сумм, выплаченных адвокату Подобрееву С.В., участвовавшему в уголовном деле в качестве защитника по назначению за оказание юридической помощи ФИО3 на предварительном следствии в размере 22680 (двадцати двух тысяч шестисот восьмидесяти) рублей возложить на осуждённого ФИО3, и взыскать с него эту денежную сумму в доход федерального бюджета.

Процессуальные издержки по делу, состоящие из сумм, выплаченных адвокату Очманенко Е.А., участвовавшей в уголовном деле в качестве защитника по назначению за оказание юридической помощи ФИО4 на предварительном следствии в размере 82905 (восьмидесяти двух тысяч девятисот пяти) рублей, и в судебном разбирательстве в размере 81060 (восьмидесяти одной тысячи шестидесяти) рублей возложить на осужденного ФИО4, и взыскать с него эти денежные суммы в доход федерального бюджета.

Процессуальные издержки по делу, состоящие из сумм, выплаченных адвокату Очманенко С.Ю., участвовавшему в уголовном деле в качестве защитника по назначению за оказание юридической помощи Миргазову Р.Р. на предварительном следствии в размере 119235 (ста девятнадцати тысяч двухсот тридцати пяти) рублей, и в судебном разбирательстве в размере 83955 (восьмидесяти трех тысяч девятисот пятидесяти пяти) рублей возложить на осужденного Миргазова Рустама Расимовича, и взыскать с него эти денежные суммы в доход федерального бюджета.

Процессуальные издержки по делу, состоящие из сумм, выплаченных адвокату Данильченко В.С., участвовавшему в уголовном деле в качестве защитника по назначению за оказание юридической помощи ФИО5 на предварительном следствии в размере 12600 (двенадцати тысяч шестисот) рублей возложить на осуждённого ФИО5, и взыскать с него эту денежную сумму в доход федерального бюджета.

Процессуальные издержки по делу, состоящие из сумм, выплаченных адвокату Качан Л.А., участвовавшему в уголовном деле в качестве защитника по назначению за оказание юридической помощи ФИО6 на предварительном следствии в размере 35700 (тридцати пяти тысяч семисот) рублей, и в судебном разбирательстве в размере 81060 (восьмидесяти одной тысячи шестидесяти) рублей возложить на осужденного ФИО6, и взыскать с него эти денежные суммы в доход федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Тихоокеанский флотский военный суд через Уссурийский гарнизонный военный суд в течение десяти суток со дня его постановления, а осуждёнными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения им копии приговора. В случае апелляционного обжалования осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

В случае заявления ходатайства о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в соответствии с ч. 3 ст. 389.6 УПК РФ, осуждённые должны указать об этом в своей апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесённые другими участниками уголовного процесса. 

Председательствующий